Слышать НЕ хочу. Участвовать НЕ собираюсь!
- -
- 100%
- +
Вопрос о финансах для меня стоял очень остро. Зная, что выжить можно в любом мире, только в случае если у тебя достаточно денег, я первоначально озадачилась вопросами:
– Сколько у меня денег? Какие тут деньги в ходу? На что я могу рассчитывать и как их заработать?
В первые же дни моего пребывания в семье покойного мужа узнала, что моих личных денег у меня нет. Все сбережения мужа остаются в его семье. В голове каждого «родственника» я слышала обидное «никчемная приживалка», надо ли говорить, что я была очень расстроена таким положением дел. В своём мире я пусть и не была богатой, но вполне обеспеченной молодой женщиной. У меня была своя квартира, работа, даже небольшая сумма, отложенная на дачный домик.
И вот я – нищая?!
А свёкор, как назло, очень громко думал о том, где и сколько денег и кристаллов он хранит. Но, славу богу, до воровства мне не пришлось опуститься. Отец Аллы, то есть мой здешний отец, узнав о вдовстве дочери и её болезни, отправил деньги на дорогу домой и очень душевное письмо, читая которое, я прослезилась. Здешней Алле больше повезло с родителем, так как мой земной вряд ли бы так раскошелился, он вообще бросил маму с двумя дочерьми и канул в небытие на пару десятков лет. Появился потом на маминых похоронах, приехал требовать свою долю с квартиры, что осталась нам в наследство от маминых родителей.
В этом мире мне больше повезло, и муж, пусть и покойный, меня любил, и родители не отказались. Я только по сестре очень скучала, а также по кофе и прочим бытовым мелочам, таким как фен, кроссовки и джинсы.
Да и машины бы им не мешало придумать, двигатель внутреннего сгорания – это вещь!
Хотя, может, порталами тоже удобно пользоваться?
Мне пока не светило испробовать этот вид передвижения.
Я ехала в четырехместном дилижансе, оплаченном моим отцом, и свёкру не пришлось раскошеливаться. У меня в кошельке, что хранился в кармане меж складок моей тёмно-синей юбки, лежало несколько золотых, если быть точнее, 5 тронов, два я должна буду отдать при пересадках, в столице и потом у границ гор (если решу не задерживаться в столице), 4 серебряных лойда и с десяток медных монет. Также в кармашке моего дорожного жакета было несколько медных монет, для расплаты в тавернах.
Провести конвертацию здешней валюты на с детства знакомые деревянные было сложно. По той причине, что не знала, что взять за эталон. Стоимость хлеба? Абсурд! На одну медную монету я получала полноценный обед в таверне.
Здесь работала 10-кратная система монет четырёх номиналов. То есть десять медных – это один серебряный лойд, десять серебряных лойдов – это один золотой трон, а вот десять золотых тронов – это одна золотая корона. Монеты различались размером и весом. И если медяки были как наши двухрублёвые монеты, лойды и троны были одного примерно размера, но уже как наши пятаки, то вот корона была большой и тяжелой. Корону воочию я не видела и в руках не держала, в моем кошельке из золотых монет были только троны.
Так что мой бюджет был ограничен. Хотя, если судить по мыслям, например, того же паренька, что вышел в Немербе, я ещё богатая, как Крез. У него всего три лойда и пара медяков, поэтому он и не смог оплатить всю поездку до столицы. Он надеялся сам добраться, ему ещё повезло доехать до Немерба почти задаром, так как четвёртое место в нашем дилижансе было забронировано заранее.
Мысленно я пожелала парню удачи и пыталась снова сосредоточиться на чтении книги. Ведь я не совсем понимала, что я делаю на Материке Иеры?
По словам Атсевы, я – «рождённая для Свеза».
Или она меня сюда забросила подальше от любимого старшего братца, чтобы точно не нашёл?
В том, что я нахожусь на Материке Иеры, я была уверена.
Об этом я знала ещё до прочтения глав по истории и географии, так как уже в доме свёкра, получив письмо от отца, изучила свой маршрут по карте, висящей на стене в самой большой комнате.
В который раз размышляя об этом, я открыла книгу на страницах, где были нарисованы карты двух континентов. Слева была Земля Свеза, справа – Материк Иеры. Открыв этот разворот первый раз, я не задержалась на нём и пролистала дальше.
И вот мы снова в пути. Решила познакомиться с картами поближе.
Помните, я говорила о красивых иллюстрациях, так вот карты были не просто красивые, графика отменная, и, как выяснилось, при прикосновении к бумаге картинка увеличивалась. И карту можно было разглядеть в мельчайших подробностях. Увидев это первый раз, я сначала сильно удивилась, а потом меня начала мучать ностальгия, сидела и вспоминала планшеты и телефоны. Поняв, что мысли о прошлом лишь портят мне настроение, снова вернулась к книге.
Будем жить настоящим!
Мы покинули Немерб примерно час назад. Гувернантка сидела напротив меня и посапывала, её подопечная, как и я, читала книгу, судя по названию, это был томик романтических стихов (в голову к ней даже не лезла, всё было написано на лице – романтика, одним словом). Дороги здесь были хорошими, и в дилижансе трясло не так сильно, как я предполагала первоначально, узнав, что мне придется ехать несколько дней. Поэтому читать было вполне удобно. Чем я и собиралась заняться, пока было светло.
Вечером мы должны будем прибыть в Ванреб, этот городок был уже побольше и являлся центром этой провинции. На окраине этого города есть постоялый двор и одноименная гостиница-таверна под названием «Корона Ванреба», вот в ней я и мои попутчики заночуем, а уже утром поедем в столицу на новом дилижансе.
Я мечтала о том, чтобы принять душ и выспаться на кровати, от долгого сидения мне казалось, что моя попа стала плоская. И это были не только мои мысли.
Наш новый попутчик, тот, что присоединился к нашей компании в Немербе, статный брюнет в дорогом камзоле, тоже мысленно жаловался на то, что сидения не слишком удобные, но, помимо этого, в его мыслях постоянно проскальзывали более тревожные нотки. О чём были эти мысли, я никак не могла уловить. Он как будто запретил себе думать об этом.
Это отвлекло меня от книги, я так и держала её открытой на страницах с картами, но сейчас я только делала вид, что изучаю её, мои мысли были заняты мыслями моего попутчика.
Уже несколько недель я старалась не слышать чужие мысли, и вот первый раз я хотела их услышать.
Это называется любопытством!
(Тем самым, которое повинно в скоропостижной кончине всем известной кошки!)
Я чувствовала, что мужчина пытается что-то скрыть, но не могла прочитать «что». Люди сами не могут заставить себя не думать о чём-то. Это я уже поняла, если они не могут или им запрещено говорить о чём-то вслух, то они постоянно думают об этом. А мой попутчик думал о всякой белиберде: неудобное сидение, моя открытая шторка, через которую светило яркое весеннее солнце. Пейзаж за окном его тоже раздражал, как и посапывание гувернантки, глупые стихи, которыми зачитывается юная красавица, сидящая напротив. Он даже мысленно оценил меня.
– Миловидная, не тощая, как большинство столичных особ, стремящихся походить на королеву.
– Светлые, но не выбеленные волосы убраны назад и открывают почти благородное лицо.
– Черты лица правильные, аккуратный носик, большие глаза и четкие скулы. Открытый взгляд и живой румянец, отсутствие косметики выдает в ней простолюдинку.
– Одежда и обувь не слишком дорогие, но обработаны магией, и у неё очень дорогая книга.
– Служащий транспортной компании сказал, что мои попутчики – девушка на выданье с гувернанткой и вдова. Значит, это вдова. Жаль её.
– Молодая ещё, а уже вдова, наверное, возвращается к отцу. Это только любящий отец мог не поскупиться на билет в четырехместный дилижанс, так ещё и не спиной к дороге.
– Отец же юной красавицы пожалел денег на два дорогих билета для дочери и её сопровождающей.
Он думал не торопясь, не монологом, а как будто разговаривал сам с собой.
На мою книгу он демонстративно не смотрел, точнее, перестал смотреть, стоило мне открыть разворот с картами.
Этот факт меня заинтересовал. Я положила книгу на колени и начала искать точку на карте, изображая из себя не очень умную особу.
– И где же мы сейчас находимся? – вслух спросила я, при этом водя пальчиком по левой странице.
Изображение на странице увеличивалось, показывая незнакомые названия городов и стоянок, рек и дорог.
То, что подумал обо мне мистер «ничего не скажу», я передавать не буду, он только с виду был похож на джентльмена, а мысленно ругался как сапожник. Никогда бы не подумала, что мужчина, одетый в дорогой камзол, брюки и качественные ботинки, может так ругаться.
Отметив реакцию моего зрителя, я продолжила спектакль одного актера и стойко пять минут искала на другом континенте знакомые названия – Ванреб и Немерб.
Потом заглянула на предыдущие страницы, прочитав название столицы и её историю, достала письмо отца и мой билет, прочитала ещё и в них название моего конечного пункта назначения и продолжила поиски уже четырёх городов: Немерб, Ванреб, столица Асегунда-каса-Иеры и Нилбуд.
Ещё некоторое время мысленно выслушала мнение обо мне мистера «ничего не скажу». Стойко продолжала играть роль глупышки, чувствуя, что его тайна как-то связана именно с Немербом. Как-то странно он реагировал на это название. Решив убедиться в своих догадках, я повторила это название несколько раз, и вот он не выдержал и заговорил вслух.
– Вы ищете не на той карте!
– Разве? – удивилась я.
– Да, вы ищете эти города на карте Земли Свеза, а Ванреб – вот он! – ткнув пальцем на правую страницу, сказал мистер «ничего не скажу».
Я расплылась самой милой из своих улыбок.
– О, спасибо вам большое, мистер…
– Кто? – переспросил меня мужчина.
Я же мысленно себя отругала, здесь нет обращения мистер и мисс или миссис. Покопавшись во вновь приобретённых знаниях, попыталась вспомнить, как мне к нему обращаться, и столкнулась с проблемой. На Ялмезе обращение как к мужчине, так и к женщине зависело от наличия у него или неё магического дара. К мужчине магу нужно обращаться мэс, к женщине – мэса. К не магам, соответственно: мужчина – рэс, женщина – рэса (деление женщин по статусу замужняя или незамужняя не было).
Вот всё вроде бы просто, но только нигде не прописывалось, как отличить мага от не мага.
Это вроде как было само собой разумеющимся. Но я-то так и не поняла, по каким особенностям выявлять мага. Пока я их не встречала. До этого момента я ко всем обращалась рэс и рэса.
Прислушалась к мыслям мужчины, он, как назло, не хотел мне подсказать, молоденькая попутчица тоже думала не о том.
И как выкручиваться?
Вот сидела бы молча, не пришлось бы сейчас голову ломать, а теперь решай задачку с двумя неизвестными, а точнее, с двумя вариантами ответа.
Кто перед тобой – рэс или мэс?
Глава 4
Много времени на размышления не было, и я сделала предположение, что вряд ли бы маг трясся с нами в дилижансе несколько дней, чтобы добраться до столицы. Мэс бы воспользовался порталом. Логически пришла к выводу, что передо мной рэс, и, хлопая глазами, продолжая играть роль дурочки, я сказала.
– О, спасибо вам большое, рэс! Рэс…? Простите, имени вашего не знаю.
Мужчина посмотрел на меня так, что в пору было провалиться сквозь землю.
– Выбирайте выражение! Перед вами МЭС Рахаз!
Не знаю, на кого больше впечатления произвели гневные слова мужчины.
Девушка, сидящая напротив, захлопнула книжку, да так громко, что её гувернантка проснулась, а я так и застыла с открытым ртом. Мне показалось, или нет, но даже лошади замедлили ход, столько негодования было высказано в словах мага?
– Простите, – промямлила я и честно добавила: – Я не хотела вас обидеть, просто я первый раз вижу мага.
Мысленно мэс Рахаз даже пожалел меня, но вслух лишь удостоил фразы:
– В следующий раз лучше вообще не обращайтесь «рэс» к незнакомому человеку.
И я с ним согласилась мысленно, а в ответ лишь кивнула головой и снова уткнулась в карту. Хотя теперь лучше было бы закрыть книгу и не пытаться разгадать тайну, что хранил мистер «ничего не скажу», а точнее, МЭС Рахаз.
Но, чёрт его побери, он ведь специально указал не на Немерб, а на Ванреб, значит, его тайна связана с тем городком, в котором он сел в наш дилижанс. И место его было заранее забронировано. Значит, он уже был тут или приехал из другого города?
И вот когда я «нашла» город Немерб на нужной карте и начала читать названия всех населённых пунктов по дороге в столицу, в моей голове я чётко услышала его мысль.
– Уже скоро заклинание сработает полностью, и никто не узнает, где золото и печать. Брат, ты и после смерти поможешь мне сохранить нашу тайну! А много лет спустя, придя на твою могилу, брат, я вспомню!
Постаралась сделать вид, что ничего не случилось, и продолжила читать названия всех населенных пунктов, через которые лежал мой путь в родительский дом. Но сделала пометку себе: «Надо запомнить название городка Дарглеб, что был третьим или четвертым после Ванреба».
Какая связь между Немербом и Дарглебом, который был всего в одном дне пути от столицы?
О каком золоте думал рэс? Что ещё за печать?
Если они в Дарглебе, то зачем он возвращался в Немерб?
Хотел запутать следы?
Почему он посчитал нужным наложить на себя заклинание, чтобы забыть?
Что забыть?
Почему не воспользовался порталом?
Заставила себя не лезть в самые потаенные мысли первого встреченного мною мага, чёрт его знает, а вдруг почувствует? Решила, что это может быть опасно и переключила своё внимание на соседок. Но их мысли были теми же, что и в первый день пути: девушка мечтала влюбиться и выйти замуж, а гувернантка надеялась, что поиски жениха для её подопечной займут как можно больше времени, чтобы задержаться в столице как можно дольше и не возвращаться в провинцию, где её ждали новые воспитанницы – младшие сёстры её подопечной.
Мне стало скучно, перечислив вслух все города по пути в родительский дом, я решила убрать книгу. Но маг попросил дать ему почитать её, я согласилась.
– Откуда она у вас? – удивленно спросил он, возвращая мне книгу через час пути.
Я, как ни старалась, но не смогла не слышать его мысли по ходу пролистывания страниц моего кладезя знаний о Ялмезе и Яаннелесве. Удивление, восторг, вызванный иллюстрациями, и подозрение.
– Она говорит, что первый раз видит мага, причем не врёт, я бы почувствовал ложь, но разве такое возможно? Теоретически возможно, но тогда вопрос, в какой глуши она жила? И ещё интересней, как у этой рэсы оказалась книга из королевской библиотеки?
Королевская библиотека?!
Значит, корона над кроватью мне не померещилась, сделала я вывод из его мыслей.
А вслух на его вопрос ответила правду.
– Это подарок.
Ведь Атсева не забрала у меня книгу вместе с халатом, а значит подарила, так считала я. Мысли мэса подтвердили мою версию.
– Не врёт! Но раз сама не говорит, чей подарок, спрашивать будет неприлично.
Как же мне повезло, что он всё-таки оказался воспитанным человеком и не спросил, а то не знаю, что было бы хуже – соврать или сказать правду.
«Да, книгу мне подарила богиня, но только та, которую здесь не сильно жалуют!»
Потому что Атсева из новых богов, а мы на Материке Иеры, здесь поклоняются только матери богов Иере. Как таковое не запрещается поклоняться другим богам, но храмы здесь только для служителей Иеры. Её дочери Атсеве приносят дары и служат службу в храме матери-богини только в праздник плодородия и домашнего очага. Отмечают этот праздник в первый месяц осени, длится он неделю, и насколько я поняла, простолюдины, особенно те, кто работает на земле, в эти дни обычно празднуют свадьбы.
Это всё я прочитала в книге, там же было сказано, что на Земле Свеза богиню Атсеву любят и почитают круглый год, есть даже несколько храмов построенных в её честь. Старший брат Свез дозволяет строить храмы не только в свою честь.
Очень познавательная книжка у меня, спасибо за это Атсеве.
Жаль, в книге не написано, как вернуться домой.
Вспомнив про богиню, решила ещё раз перечитать про пророчество, но снова не могла сосредоточиться. Все мои попутчики начали усердно думать каждый о своём, и в моей голове была такая каша, что я просто не знала, как заставить их всех замолчать. А может, мне не следовало лезть в голову мэса, и мои попытки прочитать его мысли стали виной такой боли. Сегодня я впервые почувствовала боль от того, что слышала чужие мысли в своей голове, и ведь сегодня я впервые так настойчиво пыталась сама залезть в чужую голову и прочитать чужие мысли, которыми явно не хотели делиться.
Моя голова разболелась так, что я была уже согласна воспользоваться самым действенным средством от головной боли, по мнению моей любимой сестрички, – топором!
Видя мои мучения, гувернантка предложила сделать остановку и посмотреть в своём багаже лекарства для меня. Мэс воспринял эту новость плохо.
– Нам нельзя задерживаться!
Вслух он этого не сказал, но достал из внутреннего кармана камзола свернутый платок, развернул его и положил на левую руку. Мы все молча наблюдали за ним.
– Вы разрешаете помочь вам? – спросил он.
Хоть я и боялась магии, а именно её и собирался применить мэс для лечения, но головная боль была уже нестерпима, поэтому кивнула головой в знак согласия.
– Вы просто уснёте ненадолго, а к приезду в Ванреб и не вспомните о своей головной боли, её причина навсегда уйдёт, – сказал он и положил руку, покрытую платком, на мой лоб.
Последние его слова меня очень напугали, головная боль уйдет вместе с даром слышать чужие мысли?!
Я не хочу! Как я выживу в этом мире без этого дара?
Но задать этот вопрос или воспротивиться действиям мага я не успела, лишь почувствовала лбом тепло от его руки и провалилась в сон.
Сон…
Впервые с момента моего появления в этом мире я спала и не видела сны. И это было великолепно, просто спать. Нет, меня не мучали кошмары в обычном понимании этого слова, никаких монстров я не видела, но, каждый раз засыпая, я пыталась найти выход, очень часто мне снилось, что я опять нахожусь «нигде», и надежда, что вот сейчас я вернусь домой, постоянно терзала меня. И часто я видела во снах всё, что осталось там, в другой жизни: дом, работа, улицы большого города, дорога на машине за город, на дачу, и самое дорогое – сестра. Сестра, которая, скорее всего, уже похоронила меня и теперь осталась там совсем одна. Вот какие сны мне снились.
Надо ли теперь говорить, что я перестала любить сны с того момента, как оказалась на Ялмезе?
В этот раз снов не было вообще! Мозг просто отключился!
Я впервые просто выспалась и морально отдохнула!
«Это магия!» – были мои первые мысли, когда я проснулась.
Сидя в том же положении, в каком была в тот момент, когда мэс прикоснулся своей ладонью к моему лбу, я понимала, что проснулась.
Или мне это только казалось?
Я не спешила открывать глаза, чтобы убедиться в реальности происходящего.
Удивляло то, что я никого не слышала в своей голове.
Было тихо…
Только мои мысли!
За последние недели мне казалось, что я привыкла к ним, к чужим голосам в своей голове, как к серому шуму, как к работающему телевизору или включенному радио. В той старой жизни я всегда так делала: приходя домой, включала радио на кухне и телевизор в гостиной. Даже иногда в банке, работая с документами, при отсутствии начальства я могла слушать музыку в наушниках. И, наверное, именно эта моя привычка помогла мне не свихнуться, после того как я начала слушать чужие мысли у себя в голове.
Я привыкла уже к этому!
Именно поэтому сейчас тишина казалась мёртвой.
«Ты спишь!» – убеждала я себя.
Наличие в моей голове лишь моего внутреннего голоса, а точнее, отсутствие чужих голосов пугало до жути!
И что теперь?
Весь мой план обосноваться в столице летит к черту?!
Да, как бы это ни звучало банально, но я не собиралась ехать в родительский дом, а намеревалась остаться в столице и, как бы это не казалось смешным, стать «ясновидящей».
А что? Вы фильм «Менталист» смотрели?
Так вот, вся эта братия – просто шарлатаны, умеющие использовать человеческие слабости, они все психологи, читающие людей, как книги!
А мне даже не нужно будет извращаться, достаточно будет задавать наводящие вопросы, если клиент сам сразу не даст мне все ответы.
Решила стать здешней гадалкой-ясновидящей – Леди Моргана!
А что?
Столица Асегунда-каса-Иеры большая, и для одной ясновидящей место на окраине найдется. О том, что здешний простой люд не брезгует обращаться к таким вот гадалкам, узнала в первые же дни пребывания на Ялмезе. Жена старшего брата часто к местной гадалке ходила, всё хотела узнать, когда сына родит? У нее уже две дочери было, а мужу и свёкру сына подавай. Боялась она, что если сына не родит, то, как и первая жена, долго не проживёт. А гадалка её всё завтраками кормила и деньги из нее тянула.
Я, конечно, таким заниматься не буду, мне достаточно будет и мелочи: потеряет человек чего, забудет, так тоже к гадалке идёт, она и помогает вспомнить.
Вот это по мне!
В игру «чёртик, чёртик, поиграйся и отдай» я могу за деньги играть хоть сто раз на дню, а с моим умением читать мысли это будет просто.
Но это было до того, как мэс коснулся моего лба.
А теперь что?
Возвращаться в родительский дом на севере страны и тихо доживать свой век?
Только родители, тем более любящие, сразу распознают во мне чужого человека. Их не обмануть сказками о потере памяти после болезни. Но и правды не рассказать.
Впервые я испугалась. Первые дни проживала, как в тумане. Потом, когда пришло осознание, что это не затянувшийся сон, а реальность, не сойти с ума помогли только полная загруженность да чужие голоса в голове. Думать о себе самой просто было некогда. Потом, первый раз услышав мысли про гадалку и получив письмо отца, я воспряла духом.
Это был мой бизнес-план.
А теперь в моей голове тишина!
Захотелось заплакать. Не заметила, как мои руки сами потянулись к лицу, не хочу, чтобы кто-то видел мои слёзы.
Вышло наоборот, это заметили мои попутчики, и я услышала.
– Мэс Рахаз, она проснулась! – взволновано сказала молодая девушка, имени которой я так и не удосужилась узнать за всё время пути.
Она говорила вслух, следом за ней я услышала и остальных.
– Рэса, как вы себя чувствуете? – голос мэса был тихим и спокойным.
– Может, ей дать воды, или надо остановить карету, чтобы она вышла подышать? – предложила гувернантка, обращаясь к магу.
Мне не требовалось слышать его мысли, я и так знала, что он отклонит её предложение сделать незапланированную остановку. Его слова это подтвердили.
– Нет, рэса, этого не потребуется, мы уже скоро прибудем в Ванреб, – в его голосе послышалась усталость, именно поэтому он говорил тихо.
«Что значит скоро прибудем? Это сколько же я проспала?»
Пришлось открыть глаза и оглядеться.
Действительность убила последнюю надежду на то, что я всё ещё сплю.
Мы ехали в том же дилижансе, мои попутчики выражали искреннюю озабоченность моим самочувствием, и для этого не требовалось читать их мысли.
За окном были видны последние лучи заходящего солнца.
«Я проспала весь день, несколько часов!»
– Я долго спала? – не удержалась я от вопроса.
Вперед всех ответила девушка.
– Да, рэса, вы проспали несколько часов, мэс вас лечил и потратил на это много времени и сил, – в её голосе было столько восхищения.
Походу молодая особа нашла первый предмет обожания, ещё не доехав до столицы!
«Потратил на это много времени и сил!» Вот почему его голос показался уставшим! Я развернулась в пол-оборота, чтобы посмотреть на мэса. Он действительно выглядел не лучшим образом.
– Спасибо, – прошептала я.
А потом осознала, что словами тут не расплатиться и полезла в карман своего жакета, но, достав оттуда лишь медяки, поняла, что этого мало за труд мага, поэтому, засунув их обратно, начала искать в складках юбки карман с кошельком.
Я не знала, сколько стоит труд мага-лекаря, но надеялась, что моих сбережений хватит, о чём и сообщила вслух.
– Простите, я не знаю точно, сколько это стоит, и у меня не так много денег. Недавно мой муж умер от сильной хвори, свёкор посчитал, что обращаться к мэсам-лекарям – это слишком дорого. Я думала, что полностью выздоровела, но, видать, нет. Папа прислал мне деньги на дорогу, надеюсь, этого хватит, или вы можете оставить мне ваш адрес, я обязательно вышлю вам.
Мэс Рахаз остановил и мой монолог, и мои попытки найти в бесконечных складках карман. Он положил свою руку на мои и сказал.
– Не стоит. Считайте это подарком.
Я не знала, как реагировать на его слова. Но невысказанные слова возражения или даже порицания читались на лице гувернантки, а молодая рэса не была столь сдержана, у неё благородный жест мага вызвал совершенно другую реакцию. Она томно вздохнула и произнесла: