Кавказская пленница 2.0, или новейшие приключения Шурика

Глава 1. В горах

Высоко в горах раскинулся небольшой аул – поселение, словно прилепившееся к склону. Каменные домики стояли ярусами: крыша нижнего служила двором для верхнего. Утреннее солнце позолотило снежные вершины далеко наверху, а внизу, в долине, петляла бурная река. Воздух был свежий, прозрачный – таким можно было дышать полной грудью. Путник по имени Шурик стоял у въезда в аул, любуясь этим видом, и чувствовал, как сердце радостно стучит в предвкушении приключений.

Шурик был молодым исследователем – этнографом, приехавшим изучать обычаи и фольклор горных народов Кавказа. Он носил легкий рюкзак, а на шее у него висела камера. Он был любознательным и наблюдательным, как настоящий детектив. Даже сейчас, стоя на тропинке, Шурик подмечал детали: за одним из домиков женщина раскладывала на плоской крыше фрукты – сушить их под солнышком. У соседней стены на веревке висели пучки трав – чабрец и зверобой, запас на чай и лекарства. Во дворе бегали куры, а на перекладине забора дремал кот.

По узкой улочке к Шурику навстречу шли дети. Двое мальчишек лет шести вели за собой маленького ослика, навьюченного вязанками хвороста. Ребята весело болтали и даже слегка подпрыгивали на ходу. Один малыш лихо запрыгнул на ослика сзади и проехался несколько метров, раскинув руки в стороны. Шурик улыбнулся: здесь, в горах, дети начинают ездить верхом раньше, чем ходить, как он читал в книгах. Девочка с косичками несла корзину, из которой выглядывали красные яблоки и свежий лаваш – круглый плоский хлеб. Завидев гостя, дети остановились и с любопытством уставились на Шурика большими тёмными глазами.

– Здравствуйте! – дружелюбно произнес Шурик, помахав ребятам рукой.

Дети поздоровались и сразу принялись расспрашивать: кто он, откуда приехал. Шурик рассказал, что приехал из большого города, чтобы познакомиться с их краем. Мальчишки переглянулись: гость издалека – это важно.

– Дядя сказал, что сегодня приедет ученый из города, – сказала девочка. – Наверно, это вы и есть?

Шурик кивнул. Дети радостно закивали в ответ, довольные своей догадкой.

– Пойдемте, – предложил старший мальчик, – мы вас проводим! У нас здесь все домики перепутаны, вы можете заблудиться.

Шурик поблагодарил и последовал за маленькими провожатыми. Они вели его по извилистой улочке, мощенной плоскими камнями. Домики стояли так близко друг к другу, что крыши почти смыкались. Некоторые стены были украшены красивыми орнаментами – резными деревянными панелями. Шурик отметил про себя, что каждый узор, наверняка, имеет свой смысл и историю. На одном балконе он увидел старика в черной папахе – высокой меховой шапке. Старик грелся на солнце, закутав плечи в бурку (длинный войлочный плащ). Завидев незнакомца, старик важно кивнул ему. Шурик вежливо поклонился в ответ, помня о правиле уважения к старшим.

В центре аула был крошечная площадь – расширение улицы около фонтана-барана. Из каменной головы барана струилась чистая вода. Несколько женщин набирали воду в кувшины и болтали между собой. Увидев Шурика, они сразу улыбнулись. Одна из женщин, в ярком платке, спросила детей:

– Это и есть тот самый гость из столицы?

– Да, он! – наперебой ответили ребята.

Женщина поставила кувшин и приветливо шагнула к Шурику:

– Добро пожаловать, гость! Мы вас уже заждались. Меня зовут Фатима, я племянница Джабраила, у которого вы будете жить.

– Здравствуйте, – ответил Шурик с облегчением. – Очень рад знакомству! Спасибо, что согласились меня принять.

Фатима оказалась молода – чуть старше самого Шурика – с лучистыми карими глазами. На ней было надето длинное синее платье с вышитыми узорами, а поверх – легкий белый платок на плечах. Ее улыбка была открытой и доброй.

– Нам всегда радостно принять гостя, – сказала она. – У нас говорят: «Гость в доме – посланник Бога». Мы считаем честью накормить и приютить путника.

Шурик сразу почувствовал себя желанным. Фатима показала ему на небольшую саклю – традиционный каменный дом, где жил ее дядя Джабраил. Дом выглядел старинным: толстые каменные стены удерживали прохладу, а плоская крыша была уложена дерном. Во дворе дома рос грецкий орех, дававший тень.

Прежде чем войти в дом, Шурик инстинктивно остановился у порога и вытер пыль с ботинок. Он знал, что входя, следует снять обувь. Фатима придержала дверь, приглашая внутрь. Шурик заметил, что порог дверей тщательно подметен и даже украшен узорами. Фатима предупредила мягко:

– Аккуратно, только не наступите прямо на порог. У нас есть примета: на порог наступать нельзя, его перешагивают. Это граница дома, её нельзя топтать.

Шурик кивнул и переступил через порожек, запомнив еще одну местную мудрость.

Внутри дома было прохладно и уютно. Комната, куда его провели, служила гостиной. У дальней стены горел очаг – небольшой костерок в нише. Дым от него поднимался вверх и уходил через отверстие в крыше – вместо трубы. В очаге потрескивали тонкие веточки, над огнем висел чайник. У очага сидел сам хозяин – Джабраил, дядя Фатимы. Это был пожилой мужчина с седыми усами, в простой холщовой рубахе. Рядом с ним на коврике играл маленький мальчик – вероятно, сын Фатимы или племянник.

– Мир вашему дому, – вежливо поздоровался Шурик на кавказский манер.

– И тебе мир и добро пожаловать! – ответил Джабраил, поднимаясь. Он пожал руку гостю обеими руками, по-дружески. – Как добрались, уважаемый? Дорога в горах неблизкая.

– Спасибо, все хорошо, – ответил Шурик. – Я ехал на попутном автобусе от города, а последние несколько километров прошел пешком. Зато теперь могу любоваться вашим чудесным аулом!

Джабраил улыбнулся и усадил гостя на почетное место – у стены, где лежали мягкие вышитые подушки. Фатима тем временем поспешила к очагу: она сняла с огня чайник и принялась разливать чай в маленькие пиалы.

Мальчик, который играл у очага, с интересом подполз ближе к гостю. Это был сын Джабраила – пятилетний Али. Он с серьезным видом поставил перед Шуриком низенький столик-сервант, а Фатима уже ставила на него пиалу душистого чая. В чай, заметил Шурик, добавлена щепотка соли и кусочек сливочного масла – такой чай горцы пьют, чтобы согреться и набраться сил. Рядом появилась пиала с медом – темно-янтарным, тягучим. Хозяева предложили гостю угощаться.

– Спасибо большое, – Шурик отхлебнул чай. Напиток был необычным – солоноватым и маслянистым, но удивительно бодрящим. К нему отлично подходил сладкий горный мед с ароматом трав. – Какой вкусный мед! Такой густой.

Джабраил улыбнулся, поглаживая бороду:

– Это чабрецовый мед. Наши пчелы собирают его с цветов чабреца высоко в горах. Он и вкусный, и целебный – от простуды помогает лучше всяких лекарств.

Шурик рассмотрел комнату. Стены украшали старинные кинжалы в резных ножнах и круглый щит. В углу стоял большой деревянный сундук, окованный железом и украшенный узорами. На крышке сундука были вырезаны изображения солнца и тонкие переплетенные линии.

Фатима заметила его заинтересованный взгляд и сказала с улыбкой:

– Этот сундук – моя приданое. Здесь хранятся ткани, платье, украшения – все, что мне подарили родители и родственники ко дню свадьбы. У нас такой обычай: делать резные сундуки для невесты, чтобы она унесла в новый дом частичку родного дома. Орнаменты на сундуке – обереги, чтобы семья была крепкой и счастливой.

Шурик кивнул, восхищенный тем, как бережно здесь относятся к традициям и символам. Повсюду он замечал свидетельства древнего уклада: над очагом свисала старая кованая цепь – очажная цепь, на которую подвешивают котелок. Джабраил, следуя взгляду гостя, объяснил:

– Эта цепь – сердце дома. Она переходит от отца к сыну. Очаг – это символ семьи. Есть даже обычай: когда молодые строят новый дом, они берут огонь со старого родительского очага и переносят на новое место, чтобы связь поколений не прерывалась.

Вскоре к дому начали заходить соседи – узнать, как гость устроился. Каждый приносил с собой что-то вкусное: кто-то миску орехового варенья (таким вареньем здесь принято встречать гостей), кто-то лепешки хычин с сыром и картофелем, которые славятся у балкарцев. За короткое время низкий столик перед Шуриком заполнился угощениями. Вот дымящийся шашлык на вертеле – ароматный, с дымком. Вот тарелка с осетинскими пирогами – круглыми, румяными, начиненными сыром и зеленью. Три таких пирога лежали стопкой.

– Осетинские пироги – обязательно три, – пояснил Джабраил. – Они символизируют Бога, Солнце и Землю. Таков обычай: на большие праздники подают три пирога, это наша дань Всевышнему и природе.

Шурик осторожно отломил кусочек пирога. Тесто было мягким, сыр тянулся аппетитными нитями, а аромат трав наполнял воздух. Гость ел с удовольствием. Ему также налили небольшую чашечку айрана – прохладного кислого молочного напитка, отлично утоляющего жажду.

– Кушай, дорогой, – повторяли хозяйки, пододвигая ему все новые блюда. – Не стесняйся, ты же с дороги.

Хотя Шурик уже был сыт, отказаться он не мог – такова традиция гостеприимства. Он помнил: отказывать хозяину – обижать его. Поэтому от каждого блюда он брал понемножку, хвалил вкус и благодарил. Сердце его наполнялось теплом от такой заботы.

За беседой Шурик рассказал о себе: как с детства мечтал увидеть горы, как читал книги о кавказских обычаях. Он упомянул, что в его чемодане целая тетрадь загадок и легенд, которые он надеется тут услышать.

– Найдем тебе сказителей, – подмигнул Джабраил. – У нас вечером у костра любят сказки и легенды рассказывать. Старики столько историй знают!

– И песни у нас поют горские, – добавила одна из соседок, разливая чай по пиалам. – Мы пригласим нашего ашуга – народного певца – он вам сыграет на сазе и споет древние баллады.

Шурик радостно закивал. Он уже начал доставать блокнот, чтобы записывать все, что видит и слышит, но тут хозяин поднял руку:

– Никаких записей сейчас! Сначала угощайся. А работа подождет. Ты наш гость, отдыхай с дороги.

Все одобрительно закивали. Для горцев гость – на первом месте, и забота о нем превыше всего.

Шурик покраснел и отложил блокнот. В этот момент маленький Али, сын хозяина, нечаянно локтем задел солонку на столе. Солонка опрокинулась, и на скатерть высыпалась горстка соли. Все на мгновение замолчали. Али испуганно посмотрел на отца. Но Джабраил не рассердился. Он лишь серьезно произнес:

– Соль рассыпать – к ссоре. Ничего, мы сейчас все исправим.

Тут же хозяйка Фатима быстро собрала рассыпанную соль рукой и бросила себе за левое плечо. Затем троекратно сплюнула через плечо (конечно, только символически). Все рассмеялись, напряжение спало.

– Вот и все, беда отведена! – сказала соседка. – Не будет ссоры, будет мир.

Шурик заметил про себя: даже маленькие приметы и обычаи здесь уважают, превращая их в веселую игру.

Когда чай был выпит и блюда опустели, Джабраил торжественно произнес:

– Теперь, друзья, позвольте я скажу тост за нашего гостя.

Все вокруг притихли и подняли кружки – кто с чаем, кто с домашним вином, разбавленным соком. Хозяин встал:

– Дорогой Шурик! – начал он громко. – Мы рады видеть тебя под нашей крышей. Пусть в нашем доме ты чувствуешь себя лучше, чем дома. За твое благое дело – изучать наши традиции. Пусть твоя голова будет крепкой, а память ясной, чтобы сохранить все, что узнаешь. Добро пожаловать в нашу семью!

– За гостя! – дружно произнесли соседи и родственники.

Все выпили кто чай, кто глоток компота. Шурик тоже отпил своего напитка, растроганный теплым словами. Он встал и слегка поклонился:

– Большое спасибо всем вам. Я счастлив быть здесь и обещаю с уважением отнестись ко всем вашим обычаям.

За окном солнышко поднялось выше, раздавались звуки: где-то поблизости играла гармонь – наверно, музыкант уже выводил мелодию для хорошего дня. По тропинке пробежали ребятишки, смеясь. А вдали, на зеленых склонах, показалось стадо овец, которое погоняли два пастуха в бурках и пастушьих посохах в руках.

Шурик смотрел на эту жизнь горного аула и чувствовал: он попал в особый мир, где каждая мелочь имеет значение, где люди живут по законам чести и доброты. Он не знал, какие приключения ждут его впереди, но был полон решимости все увидеть собственными глазами и, если повезет, даже принять участие.

Так началось его первое утро в горах. Шурик еще не знал, что впереди его ждут тайны и испытания, в которых ему пригодятся и знания, и наблюдательность, и дедуктивный ум – как у Шерлока Холмса, только здесь, среди величественных вершин Кавказа.

Глава 2. Первые встречи

Прошел день, и Шурик успел немного освоиться в ауле. Вместе с Али и другими детьми он сходил к реке – посмотреть, как старожилы ловят форель в холодных стремнинах. Ему показали террасные поля на склонах, где на узких полосках земли зреют кукуруза и ячмень. Он видел, как женщины испекли свежий лаваш в глиняной печи – тандыре – прямо во дворе. Горячие лепешки они ловко доставали специальной длинной палкой, и хлеб благоухал на всю округу.

Вечером весь аул собрался на площади – маленьком плоском дворе перед домом Джабраила. Соседи устроили небольшой праздник в честь прибывшего гостя. Тамада – ведущий застолья – оказался усатым соседом по имени Руслан. Он громко объявил:

– Сегодня мы принимаем дорогого гостя издалека! Покажем ему наши танцы и песни, пусть увезет с собой частичку нашей души.

На площади развели небольшой костер, вокруг расставили длинные деревянные скамейки. Женщины принесли угощения: жареную баранину, овощи, зелень, фрукты – алычи и персики, свежий сыр и, конечно, лепешки. Дети крутились рядом в предвкушении веселья.

С первыми звуками гармони выяснилось, что Шурик попал на настоящий танцевальный вечер. Раздались хлопки в ладоши, мелодия стала быстрее – и внезапно молодой парень выскочил в центр круга. Он взмахнул руками, пригнувшись, потом резко выпрямился – и начал выбивать ногами дробный ритм. Это был лезгинка – знаменитый кавказский танец. Парень двигался как гордый орел: стремительно, четко, с огнем в глазах. За ним в круг легко вышла девушка в длинном платье, с узким пояском. Она скользила словно лебедь – плавно, мягко, глядя скромно вниз. Парень кружил вокруг, стучал каблуками о землю, то приближался к ней, то отскакивал, не касаясь – ведь в этом танце юноша должен показать уважение и восхищение девушкой, не притрагиваясь.

Шурик смотрел зачарованно. Он достал было камеру, чтобы записать танец, но потом решил просто насладиться моментом своими глазами. Когда лезгинка закончилась, все захлопали. Дети завизжали от восторга, прося еще.

– Будет вам еще! – рассмеялся Руслан-тамада. – Но сначала – песня!

На середину вышел невысокий худой старец с сединой на висках. В руках у него был струнный инструмент – саз. Он сел на табурет, перебрал струны, настраивая. Наступила тишина. Шурик понял, что этот человек – ашуг, народный певец-сказитель.

Раздались первые звуки мелодии – грустной и прекрасной. Старик запел низким голосом песню на незнакомом языке. Шурик не понимал слов, но чувствовал сердцем каждую ноту. Казалось, сама душа гор пела о любви и разлуке, о отваге джигитов и красоте девушек. Ветер подхватил эти звуки и понес к вершинам, а звезды, появлявшиеся на небе, мерцали в такт.

Когда песня завершилась, многие стояли с мокрыми глазами – так она тронула души. Шурик тихо спросил у Фатимы:

– О чем была эта песня? Я ничего не понял, но такое ощущение… будто я прожил целую жизнь за эти минуты.

Фатима улыбнулась:

– Ты все правильно почувствовал. Песня о храбром юноше, который ради спасения своей невесты бросился в бой с врагами. О том, как его любовь дала ему силы преодолеть все преграды. Говорят, эта легенда произошла где-то здесь, в наших местах, много лет назад.

Шурик вздохнул: как это созвучно с его мечтами – увидеть настоящую историю любви и отваги в горах. Он подумал, что такие песни – это и есть сердце народа, их неизреченный кодекс чести.

За песней последовали игры. Молодежь устроила шуточное соревнование: перетягивание каната, бег с мешками. Все смеялись, болели друг за друга. Шурику тоже предложили участвовать, но он скромно отказался, предпочитая наблюдать.

Конец ознакомительного фрагмента.

Текст предоставлен ООО «Литрес».

Прочитайте эту книгу целиком, купив полную легальную версию на Литрес.

Безопасно оплатить книгу можно банковской картой Visa, MasterCard, Maestro, со счета мобильного телефона, с платежного терминала, в салоне МТС или Связной, через PayPal, WebMoney, Яндекс.Деньги, QIWI Кошелек, бонусными картами или другим удобным Вам способом.