Опал памяти. Свои

Глава 3. Приглашение

29-й день Янтаря 511 года от начала Святого Правления.

В кабинете пахло старой мебелью и бумагой. Грузные шкафы пестрели корешками книг о магии и истории Лиджи. В центре комнаты высился прямоугольный стол из темного дерева, расписанный по ободу замысловатой вязью. Перед ним, спиной к двери, врос в старое кресло-качалку Август.

Он держал в руках карандашный портрет юной девушки: кудри до плеч, ладонь прижата к щеке и усыпана кольцами с круглыми камнями — несколько на каждом пальце.

— Что мне делать, Диана? — прошептал Август и закрыл глаза. — Айя уже неделю не говорит со мной. Требует Приглашение. Нельзя держать ее, но отпустить к ним — тоже. Я столько лет жил воспоминаниями, что разучился действовать. Подумать только, прошло уже пять веков… — он провел рукой по изображению и погрузился в воспоминание:

— Август! — высокая девушка вынырнула из-за дерева и помахала белым диском шириной в ладонь.

— Диана? Что там у тебя? — юноша присмотрелся.

Она плюхнулась на плед, разбросав лежавшие на ткани карандаши в разные стороны. Август аккуратно собрал их.

— Это Фольго смастерил, — Диана кивнула на две металлические стрелки, прикрепленные к центру круга, и продолжила: — Одна указывает на меня, а вторая на него.

— Ну конечно, кто же еще? — Август хмыкнул. — Главное дарование академии — Фольго Рубер.

Август перевернул прибор и пригляделся к текстуре.

— Материал отца. Тот, что я подарил? — он посмотрел на Диану.

— Ага, — она улыбнулась. — Здорово, правда?

Август помрачнел.

— Я дал его тебе, а не ему.

— Август, — Диана взглянула на него, — мне-то что с ним делать? Могу сжать в образец, но какой толк? А Фольго придумал ему применение.

— Отец уже давно придумал ему применение — для печатей перемещения.

— А Фольго догадался, как еще его использовать.

— Он просто нашел способ следить за тобой.

— Ну и ладно, — Диана нахмурилась, — вдруг я потеряюсь.

— Не ходи к границе с Лиджей — и не потеряешься, — Август отвернулся.

— Почему ты так не любишь Фольго? — Диана легко толкнула его плечом. — Вы же на одном курсе, могли бы и дружить. Ваши способности отлично сочетаются.

Он промолчал.

— А хочешь, — она схватила Августа за запястье, — я попрошу его прикрепить третью стрелку? Твою?

— Чтобы Рубер и за мной следил? Обойдусь, — он отстранился и взял лист бумаги. — Давай я лучше тебя нарисую?

— Карандашом? — воскликнула Диана и зарылась руками в волосы, расправляя их. — Лучше бы красками. Чтобы все увидели этот роскошный розовый!

Август усмехнулся и развернулся к ней. Она выпрямила спину и приложила ладонь к щеке.

— Забавно все-таки, — он оглядел ее кольца, — что ты носишь образцы в украшениях. Хотя даже удобно. Они всегда при тебе.

— Фольго тоже понравилось, — Диана пошевелила пальцами. — Вот бы все так делали.

Август встал, аккуратно положил рисунок на стол и прошелся вдоль стеллажей с книгами. Взгляд упал на том «Фольго Рубер — защитник Лиджи. Полная биография». Он выдохнул и уперся рукой в перекладину между полками.

Август приткнулся у окна в небольшой, богато обставленной комнате, вскинул ладони и собрал поседевшие волосы в хвост. Диана, увешанная серьгами и кольцами, пристроилась рядом: руки скрещены на груди, лоб изрезан морщинами.

— Нет, Фольго, — сказала она и посмотрела на высокого, осанистого мужчину с короткими синими волосами.

Тот оперся на стол, где лежали детальные чертежи сложного механизма, который по задумке встраивался в статую в виде четырех человеческих тел, соединенных одним торсом. Головы смотрят в разные стороны, руки направлены вперед, будто подносят дар.

— А вы что думаете? — Фольго обернулся и взглянул на двух братьев-близнецов, рассевшихся на диване в одинаковых позах.

Один встал, подошел ближе, взял лист и осмотрел его.

— Не знаю.

— Не знаешь, Ноам? — Диана подскочила к нему и выхватила бумагу. — О чем тут думать? Этого нельзя делать.

Фольго Рубер насупился, направился к Диане и взял ее за руку.

— Это лучший вариант. Чисто математически, — он кивнул на расчеты.

— Вальдемар, ты тоже согласен? — Диана посмотрела на второго близнеца в ярко-синей рубашке в крупный желтый горох.

Тот взглянул на брата, затем на Рубера и сказал:

— У нас нет выбора. Если не остановить Гора, Лиджи просто не станет. А потом он придет в Шойл. За нами.

— Гор ненавидит нас, — продолжил Рубер, — и, честно говоря, я это понимаю. На его месте я бы тоже хотел призвать наших родителей к ответу.

— Что? — Диана вырвала руку. — Мама поступила так, потому что знала, какой он.

— Или он стал таким, потому что она видела в нем только это, — сказал Фольго.

Диана обернулась на Августа.

— Скажи что-нибудь.

Август оттолкнулся от подоконника и выпрямился.

— И кто будет управлять этой, — он указал на чертежи, — системой? Наверняка ты, Фольго?

Рубер пристально посмотрел на Августа и ответил:

— Могу уступить тебе. Возьмешь это на себя?

Август немного помолчал и сказал:

— Я против. Сначала нужно попробовать поговорить с Гором.

— Попробуй, — Фольго развел руками. — Спроси у своего отца, чем это заканчивается.

Диана вернулась к Августу и встала напротив.

— Они уже все решили, — потянула его за локоть, — пойдем.

— Диана, — Фольго подошел и коснулся ее щеки, — останься.

— Я не дам тебе это сделать, — она отвела его ладонь.

— Как ты не понимаешь? — он взял ее за плечи. — Так жертв будет меньше. Мы пожертвуем тысячами, а спасем сотни тысяч.

— Но именно ты будешь определять, кто они, — Диана посмотрела ему в глаза.

Рубер отвернулся.

— Я нашел решение проблемы.

— Нет, ты нашел способ все контролировать.

— В данном случае, не вижу разницы, — сказал Фольго.

Август закрыл лицо руками, до боли вдавливая пальцами кожу на скулах. Столько лет прошло, но Рубер так и не отступился. Это никогда не закончится.

В кабинет проник горьковатый запах. Август медленно встал из кресла, словно не до конца веря собственным ощущениям, и подошел к двери — снаружи тянуло дымом. Он быстро отпер замок и выскочил в гостиную: в окне на фоне ночного неба алело зарево пожара.

***

Айя притаилась у дуба и внимательно смотрела на крыльцо, сжимая коробок спичек. Пламя за ее спиной уже охватило больше половины поля. Когда же он выйдет? Хоть бы не запер дверь! Вскоре Август вылетел во двор.

— Айя! Айя! Где ты?

Он рванул к загонам, откуда слышался рев перепуганных чоки, и скрылся из виду. Айя бросилась в дом — дверь в кабинет была нараспашку. Забежала внутрь и обомлела: везде рассованы книги, разложены записи и рисунки. Ничего общего с остальной частью жилища, где жизнь ощущалась лишь на полке со специями в кухне. Впереди возвышался письменный стол. Айя подлетела к нему и принялась обшаривать ящики: верхний левый — не то, средний — не то, нижний — снова не то, правая сторона — где же оно?

С улицы, уже близко, доносились крики Августа. Наконец в самом последнем ящике попались какие-то бумаги. И снова — не то, не то, не то. Вдруг взгляд упал на свернутый пополам желтый лист. Айя схватила его и развернула. Внутри оказался убористый текст:

«Настоящее Приглашение уведомляет о необходимости явиться в военную академию г. Рурта для прохождения трехлетней воинской службы.

Имя: Айяла Ригель. Дата рождения: 10-й день Сапфира 493 года от начала Святого Правления.

Дата прибытия: 28-й день Янтаря 511 года от начала Святого Правления».

Айя мельком оглядела причудливые государственные печати и свернула листок пополам. Ригель? Ее фамилия? Краем глаза заметила что-то в глубине того же ящика. В углу лежал полупрозрачный шар, внутри которого застыли блестящие частички зеленого, сине-зеленого и желто-зеленого оттенков, похожие на перья. Выглядит дорого. Айя схватила его и спрятала в сумку. Еще раз осмотрела кабинет, выбежала из дома и рванула сквозь двор в сторону леса.

— Айя! Стой! — закричал Август и бросился следом.

Он догнал ее и попытался схватить за руку, но промахнулся, зацепился за сумку, из которой на землю высыпалась приготовленная в дорогу еда. Айя дернула ручку на себя, Август потерял равновесие и упал. Он прокричал что-то вслед, но она не слушала. Лес был совсем близко.

Глава 4. Рубин

31 день Янтаря 511 года от начала Святого Правления.

Айя сторонилась людей и за два дня не зашла ни в одну деревню. Слишком опасно. Август наверняка уже сообщил властям о поджоге поля. Еще и татуировка такая приметная. Айя посмотрела на карту — Рурт уже близко. Огляделась — джайхов нет и следа. Почему Август врал? Откуда у него Приглашение? В его кабинете куча магических книг. Он как-то связан с академией?

Вспомнилось горящее поле. Айя остановилась и зажмурилась. Все нормально. Август выживет и без пшеницы. Не пропадет. Сам виноват, мог просто отдать документ. Она обернулась. Может, пойти домой? Извиниться? Но как теперь ему верить? Айя ускорилась. Нет. Нельзя. Академия — единственный шанс узнать правду. Тот шар из кабинета. Надо поскорее его продать и выручить денег. От голода уже голова кружится.

Леса кончились. Слева раскинулась степь, справа — крутой обрыв. Внизу квадратные поля и деревни — маленькие, как игрушечные, спереди — переплетенная облаками гладь колец Перламутрового Пояса. Небо пересекла большая соймэ: птица жалобно крикнула, будто предостерегая от чего-то, и полетела вправо к высокому горному хребту, похожему на две волны, которые когда-то столкнулись и застыли.

Солнце село. Степь закончилась: по обе стороны дороги стелились широкие квадраты полей. Сама дорога расширилась и обросла десятками повозок, запряженных чоки. Животные медленно шагали вперед, касаясь друг друга усами. Айя шла поодаль, стараясь не обращать на них внимание. Посмотрела вперед — телеги, одна за другой, подъезжали к невидимой границе и исчезали. Айя дошла до места — впереди был крутой спуск. Рурт лежал в низине, на озере. [См. Приложение Б. Карта Рурта] Свет вечерних огней кратно отражался от зеркальной глади. Многочисленные здания Рурта покоились на островах, выпирающих из воды. В городе просматривались крупные районы, соединенные сетью мостов. В северной части выпирал холм с комплексом из широких каменных колец. Внешний круг состоял из двенадцати корпусов, средний повторял архитектуру внешнего, но корпуса были выше, а в центре покоилось самое высокое здание с разноцветной крышей-куполом. Айя прищурилась. Похоже на магическую печать. Тоже три кольца. Это и есть академия?

Айя сжала ручку сумки и ускорилась. Спустилась, перешла мост через широкую реку и оказалась у главного входа. Лаконичная табличка «Рурт» венчала свод белой каменной арки. Тяжелые входные ворота приветливо распахнулись. Айя кое-как прикрыла волосами лоб, пряча татуировку, и двинулась вперед. Двое скучающих стражников не обратили на нее никакого внимания, и она прошла на главный проспект города, выбрав направление к академии.

Под ногами раскинулась белая каменная дорога. Тротуары пестрели шестиугольной плиткой, прорезанной ровными черными швами, и завершались высокими бордюрами. Одежда горожан не отличалась разнообразием: в основном носили черные, белые или серые костюмы и платья, дополнявшие ахроматическую архитектуру города. Прически местных жителей, наоборот, пестрели всеми цветами спектра, встречаясь в самых неожиданных формах и сочетаниях.

Переулки мелькали один за другим, но ломбарда, чтобы продать шар Августа, нигде не было. Голод туманил мысли. Спустя еще несколько кварталов Айя выдохлась, остановилась у каменного моста и посмотрела вниз: кое-где из воды высовывались небольшие островки земли, судя по всему, служившие местом для отдыха жителей. Около них теснились разноцветные лодки, а вдоль неровных берегов висели на невидимых нитях десятки желтых фонарей. В центре каждого холма росли высокие деревья, окруженные уютными белыми домиками.

Айя тяжело выдохнула и пошла дальше. Пересекла очередной мост и жилые кварталы остались позади. Теперь по левую сторону тянулось темное одноэтажное здание без окон, дверей и вывесок. Оно выбивалось из общей архитектуры города и по нему давно плакал снос. Справа, будто компенсируя невзрачность соседа, блестел огромный серебряный шар со сверкающей надписью: «Театр тайн Софии Мирандолы».

Наконец показался торговый квартал. Магазины уже закрылись, только витрины продолжали светиться. Айя прошла дальше и увидела лавку, напоминающую белую тыкву. Над входом распарывала вечернюю темноту серебристая вывеска «Спектр Лиджи», сверху красовался магический цветовой круг. В окнах горел свет. Открыто? Айя осторожно дернула ручку двери. Та поддалась.

Внутри помещение оказалось круглым: дюжина изогнутых витринных стеллажей, выкрашенных каждый в свой цвет, повторяли форму стен. На полках теснились стеклянные бутылочки, книги и предметы неясного назначения. В центре струилась белая винтовая лестница тонкой ковки, ведущая на второй этаж.

Послышались шаги. Из потолка выросли бойкие кривые ноги в цветастых тапочках с блестящими золотистыми помпонами, яркие желтые брюки, сгорбленная спина в красной рубашке с синими звездами, а затем — лысая стариковская голова с мелкими глазками. Наворачивая круги по спирали лестницы, человек приговаривал ржавым, скрипучим голосом:

— Лавка закрылась десять минут назад, я и так работаю до полуночи, совести у вас нет.

— Простите, здесь было открыто, — пробормотала Айя, разглядывая помпоны.

— Святая Квадра, коварная старость! Последние семьдесят лет я постоянно забываю о двери, — владелец закрыл заведение на засов и развернулся к Айе. — Что желаете приобрести? И давайте быстрее, у меня каждая минута на счету. Кто знает, сколько я еще протяну? У вас же Рубин?

— Рубин? У меня нет рубинов, но есть... — она залезла в сумку и нащупала шар Августа.

— След едва уловим, — прервал старик, — но я определенно его чувствую, — он проворно приблизился к Айе и вгляделся в ее лицо. — А татуировка что значит?

Айя схватилась за голый лоб. Только не это. Волосы растрепались по дороге.

— Это знак моей семьи, — робко ответила она.

— Очень интересно, — протянул старик и продолжил: — И что вам нужно?

Айя вцепилась в ткань платья.

— Я иду в академию, и дорога была непростой.

— В академию? И так запозднилась? Новобранцы прибыли три дня назад.

— Пришлось задержаться, — промямлила Айя. — Мне нужна какая-нибудь еда и вода. Денег у меня нет, но есть кое-что из дома.

Она снова полезла в сумку. Владелец круто развернулся на пятках и пошаркал к лестнице, недовольно бубня:

— Дела моей лавки еще не так плохи. Вальдемар Феликман никогда не принимал плату семейными реликвиями и начинать не собирается.

Вскоре он вернулся с небольшим пузырьком в руках.

— Вот. Выпей это, — Вальдемар передал Айе маленькую непрозрачную бутылочку. — И никому не говори о моей щедрости. Тут лавка, а не приют Святой Квадры.

Айя кивнула и залпом выпила содержимое. Тело сразу налилось силой: ни голода, ни жажды.

— Спасибо! — Айя ощупала себя, будто не веря внезапному эффекту.

— Иди уже, — проскрипел Вальдемар и пробурчал: — Этот след... точно Рубин.

***

Айя пересекла еще несколько кварталов и оказалась у подножья холма, где отчетливо виднелось первое кольцо корпусов академии. Она рванула вперед и выскочила на перекресток.

Все произошло быстро. Слева оглушительно заревел чоки, в полуметре что-то пролетело, прямо перед лицом раздулись огромные ноздри. Айя отскочила в сторону, чоки остался на месте, громко фыркая. Сзади послышалась невнятная ругань. Айя обернулась и увидела юношу в белой военной форме. Он поднимался на ноги, осматривая порванную одежду. Широкие скулы, миндалевидные глаза, гнездо сине-зеленых волос. Айя застыла. Его лицо такое знакомое. Даже… близкое.

— Куда прешь, джайхово семя?! Слишком хороша для тротуара? — прорычал юноша, неуклюже дергая ушибленной ногой.

— Прости! Я тебя не заметила. Спешила.

Айя огляделась по сторонам. Перекресток был здесь?

— Видимо, в гроб! — бросил юноша и прикусил нижнюю губу.

— В академию, — тихо сказала Айя.

Он посерьезнел, подскочил вплотную в два неуклюжих рывка и навис над ней:

— Ты меня не видела, поняла? Проболтаешься кому, я найду тебя и убью.

Юноша толкнул ее в плечо и похромал к чоки. С трудом забрался в седло и рванул в изначальном направлении. Айя медленно сместилась к обочине и пару минут простояла на месте без движения. В академии все такие?

Ноги обволокло слабостью, как от недавнего голода, и Айя с трудом заставила себя двинуться вперед. Миновала последний мост и поднялась по широкой лестнице к глухой стене, на которой едва различался круг с множеством букв и линий, вырезанных в породе.

Айя ощупала прохладный монолит. И где дверь? Прошлась из стороны в сторону в поисках какой-нибудь щели. Обернулась. Рурт сиял, пронизанный сетью мостов, как кровеносными сосудами. На темном небе еще лучился Перламутровый Пояс, но его оттенки уже терялись в ночи.

Айя присела на корточки, крепко прижимая к груди сумку, из которой пахло домом. Плечи задрожали.

— Нет, не сейчас!

Она вскочила на ноги, бросилась к стене и пристально всмотрелась в рисунок. Вдруг он засветился, и на камне проявилась яркая фиолетовая печать. Она расширялась, заполняя борозды загадочными символами. Может, это проход? Как бы проверить?

Айя достала пустой флакон от эликсира из лавки Вальдемара и бросила его в стену. Бутылочка пролетела насквозь и исчезла. Айя неуверенно протянула руку и коснулась печати — никакого сопротивления. Она вдохнула поглубже и шагнула вперед.

Глава 5. Лейтенант Вайс

1 день Империала 511 года от начала Святого Правления.

— Аметист. Образец 27. Восстановление, — твердо проговорил высокий мужчина в черной форме.

Правильное лицо, возраст около тридцати, черная форма, белые погоны с одной полосой. Короткие красные волосы отбрасывали яркие рефлексы на сережки, усыпавшие уши от завитка до мочки. На руках — кольца с разноцветными круглыми камнями.

Мужчина описал левой ладонью два круга над правой и под ней вспыхнула маленькая фиолетовая печать. Одно из украшений, с розовым камнем, исчезло. Вместо него у мужчины возник арбалет, отделанный тем же розовым материалом.

— Стоять!

Айя вжалась в стену, через которую прошла мгновение назад. Проход за спиной уже исчез.

— Я на службу! По Приглашению! — выпалила она.

Мужчина сдвинул брови, будто вел с собой бессловесный спор, и замер в центре пустого белого холла на фоне серебристой надписи: «Военная академия Рурта». Влево и вправо расходились тускло освещенные, закругленные коридоры.

— Покажи.

Айя достала из сумки свернутый вдвое листок и протянула. Мужчина приблизился, схватил бумагу, развернул одной рукой и бегло просмотрел текст.

— Как ты сюда попала?

— Просто вошла. Стена сама засветилась.

— Владеешь Аметистом?

— Нет, — Айя замялась, — я вообще ничем не владею.

Мужчина оглядел ее пристальнее и кивком указал в левый коридор:

— Иди туда.

Айя подошла к белой стене, где различалось темное изображение сложной двухметровой печати.

— Среднее кольцо. Бирюза, — сказал мужчина и рисунок равномерно засветился фиолетовым, подсвечивая контур. — Вперед.

Проход открылся, и Айя покорно послушалась приказа, конвоир шагнул за ней. Они вышли в полутемном коридоре и двинулись вперед. Айя мельком взглянула в окно. Высоко! Какой это этаж? Третий? Как это? Напротив различались корпуса, откуда они только что прибыли. Получается, можно не только проходить сквозь стены, но еще перемещаться внутри колец академии и между этажами…

Вдруг Айя наткнулась на невидимую преграду, точно чей-то твердый локоть ударил ее в живот.

— Кто здесь? — она отпрянула.

— Ты о чем? — арбалет в руках мужчины недовольно звякнул.

— Тут кто-то есть. Или что-то, — сказала Айя.

Красноволосый огляделся, ощупывая пространство глазами, и пробубнил:

— Нет тут никого. Давай. Иди.

Спустя минуту они остановились перед белой дверью с надписью на металлический табличке: «Капитан Дженна Асперс». Конвоир тихо постучал.

— Открыто, — донесся с той стороны низкий, гнусавый голос.

Мужчина толкнул дверь, уперев оружие Айе в спину. Она проследовала в темное помещение, отделанное серым деревом. Из стен лился мягкий свет, падая на широкие полки по периметру комнаты. На них рядами стояли стеклянные фигурки людей на деревянных подставках. Большинство в военной форме.

За столом, согнувшись над кипой бумаг, сидела худая женщина лет сорока в черной военной форме с двумя темно-серыми полосками на погонах. Густые оранжевые волосы обрамляли узкое лицо с резкими чертами. Женщина скользнула взглядом по Айе, арбалету и строго посмотрела на мужчину.

— Капитан Асперс, — начал он, — она проникла через главный вход. Под Аметистом. Утверждает, что не владеет акцентом. Есть Приглашение.