- -
- 100%
- +
ОГЛАВЛЕНИЕ
Глава 1. Дом, где живёт светАртём и Алиса идут на необычный вызов — в дом, который «болеет». Очищение жилья от накопленной за три поколения негативной энергии с помощью семи колокольчиков, семи камней, полыни и свечи. Активация сердечной сферы (Анахаты) у хозяйки Надежды, которая много лет живёт с обидой на ушедшего мужа. Обучение технике зеркальной сферы для энергетической защиты. Работа с талисманами: как камни становятся якорями для намерения. Коррекция медикаментозного лечения — выявление дублирующих и устаревших препаратов. Цитаты Кристофера Александера, Юнга, Литвака, Пирогова, Роджерса.
Глава 2. Энергия жизниЛечение Валентины с хроническими болями в спине: диагностика застоя энергии, практика заземления, формирование энергетического шара и направление его на поражённую область. Алиса печёт пироги и принимает гостей — Такшаку, Адитью, Сингу, учеников Лену, Михаила и Петра. Обучение учеников формированию энергетического шара и вкладыванию намерения в пищу. Цитаты Беккера, Манаки, Свободы, Левинаса.
Глава 3. Настройка душиСветлана и её сын Витя: мальчик видит тень в углу. Обнаружение неупокоенной души бабушки. Ритуал упокоения с мантрой Нагов. Очищение дома колокольчиками, камнями и свечами. Обучение Вити аутотренингу и постановке зеркальной защиты. Лечение Сергея с гипертонией: работа с подавленным гневом через технику «Безопасное выражение гнева». Коллективная энергетическая практика с Анной Степановной и ученицами — создание общего энергетического шара. Цитаты Моуди, Шульца, Винникотта, Сапольски, Александера.
Глава 4. На грани тела и духаСпасение тракториста: активация всех семи сфер для замедления некроза и снятия болевого шока. Случай с подавившимся мужчиной: приём Геймлиха и разговор об околосмертных переживаниях. Лечение Татьяны с язвой желудка: визуализация извлечения и сжигания обидных слов матери. Цитаты Августина, ван Ломмеля, Александера, Кларка, Джеймса.
Глава 5. Корни недуговНиколай с хроническим простатитом: работа с горем после гибели сына, размораживание Свадхистханы. Марина с алопецией: возвращение самооценки и женственности после развода. Михаил с варикозом: разрешение внутреннего конфликта между прошлым и будущим, поиск нового смысла. Цитаты Ригера, Райха, Симоны, Сабба, Гроддека, Вересаева, Вейль.
ПослесловиеО призвании фельдшера. О слушании как высшей форме исцеления. О том, что свет, которым мы делимся, не гаснет — он умножается.
Глава 1. Дом, где живёт свет
Осень пришла в Ольховку золотом и багрянцем. Берёзы, обступившие деревню, оделись в жёлтое, и ветер срывал листву, устилая дорогу шуршащим ковром. Воздух был прозрачным и холодным, пах дымом — топили печи, — и в этом запахе было что-то древнее, уютное, напоминавшее о детстве. Я шёл по деревенской улице с фельдшерской сумкой через плечо, а рядом шагала Алиса. Сегодня нас ждал необычный вызов — не просто к больному, а в дом, который, по словам Анны Степановны, «болел» сам.
— Что значит «дом болеет»? — спросила Алиса, поправляя на плече плащ из лунного шёлка. Она настояла на том, чтобы пойти со мной: её присутствие действовало на пациентов умиротворяюще, а мне помогало сосредоточиться.
— Анна Степановна говорит, что в некоторых домах скапливается негативная энергия. Не магия, не порча — просто тяжёлая атмосфера. Ссоры, болезни, смерти — всё это оставляет след. Стены впитывают эмоции, как губка. И со временем эта губка становится источником болезни для тех, кто живёт в доме.
— И ты можешь это исправить?
— Могу попробовать. У нас есть знания. Есть сферы. Есть колокольчики и минералы. И есть желание помочь.
«Дом — это не просто стены и крыша, — писал архитектор и философ Кристофер Александер. — Дом — это продолжение души его обитателей». Всё, что происходит в доме, остаётся в нём. Радость делает стены светлее. Горе делает их тяжелее. Ссоры оставляют трещины — не в штукатурке, а в энергетике. Смерти оставляют холод.
В древних культурах это знали. В Китае практиковали фэн-шуй — искусство гармонизации пространства. В Индии перед заселением в новый дом приглашали брахманов, чтобы они очистили его мантрами. На Руси жгли полынь и зверобой, окуривали углы, вешали обереги. «Дом — это храм, — говорила бабушка. — И как любой храм, он нуждается в очищении».
Современная наука только начинает подходить к пониманию этого. Психологи говорят о «психологии пространства»: о том, как цвет стен, освещение, расположение мебели влияют на настроение. Физики — о том, что материалы могут накапливать электромагнитные поля. Биологи — о том, что в старых домах живут микроорганизмы, способные влиять на здоровье. Но древние знали это без приборов. Они чувствовали.
Дом, куда нас пригласили, стоял на краю деревни. Старый, почерневший от времени сруб с резными наличниками, которые когда-то были белыми, а теперь посерели. Вокруг — запущенный сад: яблони, заросшие лишайником, кусты смородины, одичавшие без ухода. Калитка скрипнула, когда я её открыл, и этот скрип был похож на стон.
На крыльце нас встретила хозяйка — женщина лет пятидесяти, с усталым лицом и затравленным взглядом. Её звали Надежда. Она работала дояркой на ферме, растила двоих детей одна — муж ушёл несколько лет назад, — и выглядела так, словно несла на плечах непосильный груз.
— Проходите, — сказала она тихо. — Анна Степановна сказала, что вы можете помочь. Я уже не знаю, к кому обращаться. Врачи разводят руками. Говорят, что я здорова. Но я не чувствую себя здоровой. И дети… они тоже болеют. Постоянно. То простуда, то живот, то просто плачут без причины. Может, дом проклятый?
— Дом не проклятый, — ответил я, переступая порог. — Он просто устал.
Внутри дом был тёмным. Не потому, что окна маленькие, — окна были обычными, деревенскими. Но свет, проникавший сквозь них, казался тусклым, словно проходил через невидимую пелену. В углах комнат, если приглядеться через Аджну, клубились тени — не злые, не агрессивные, а просто тяжёлые. Сгустки старых обид, невысказанных слов, подавленных слёз.
— Сколько поколений вашей семьи жило в этом доме? — спросил я.
— Три, — ответила Надежда. — Мои бабушка с дедушкой строили. Потом родители жили. Теперь я с детьми.
— Три поколения. Это много. За такой срок стены впитывают всё. Радости, горести, ссоры, болезни. Это не проклятие. Это как пыль, которую никогда не вытирали.
— И что с этим делать? — спросила она. — Убираться я убираюсь…
— Физическая чистота — это важно, — сказал я. — Но есть ещё энергетическая. Давайте попробуем её навести.
Я достал из сумки набор инструментов, который мы с Алисой собирали последние недели. Семь колокольчиков — по числу сфер: красный, оранжевый, жёлтый, зелёный, голубой, синий, фиолетовый. Каждый был настроен на свою частоту и при встряхивании издавал чистый, долгий звон. Семь камней: рубин, сердолик, топаз, изумруд, аквамарин, сапфир, алмаз. Пучок сушёной полыни — Анна Степановна сама собирала её на Ивана Купалу, как делали её предки. И свеча — простая восковая свеча, освящённая в церкви.
— Начнём с востока, — сказал я. — Восток — это начало. Там встаёт солнце.
Я зажёг свечу и поставил её в центр комнаты. Потом взял красный колокольчик — колокольчик Муладхары, корневой сферы, — и медленно пошёл вдоль стен, встряхивая его. Звон разносился по дому, и мне казалось, что стены вздыхают. Как будто они долго держали в себе что-то тяжёлое — и наконец могли отпустить.
— Звук — это вибрация, — объяснил я Надежде. — Вибрация разрушает застоявшуюся энергию. Как ультразвук разрушает камни в почках. Как колокольный звон очищает воздух.
— Я слышала, что в старину колоколами отводили чуму, — сказала она.
— Да. И это работало. Не потому, что колокола были волшебными. А потому, что звон создавал вибрацию, которая мешала распространяться заразе. И потому, что люди верили. А вера — это тоже вибрация.
Я прошёл через все комнаты с каждым из семи колокольчиков. Красный — для очищения основы, связи с землёй. Оранжевый — для очищения эмоций, отношений. Жёлтый — для очищения воли, границ. Зелёный — для очищения сердца, любви. Голубой — для очищения речи, правды. Синий — для очищения мыслей, интуиции. Фиолетовый — для очищения духа, связи с высшим.
Алиса шла следом и раскладывала по углам камни. Она не просто клала их — она вкладывала в каждый своё намерение. Её золотой огонёк Адити на груди пульсировал, и я чувствовал, как энергия течёт от неё к минералам, заряжая их.
— Камни — это аккумуляторы, — говорила она. — Они будут впитывать остаточный негатив и отдавать чистую энергию. Раз в месяц их нужно выносить на солнце — или на лунный свет, — чтобы они очищались.
Когда мы закончили, я зажёг полынь и обошёл дом, окуривая углы. Горьковатый дым заполнил комнаты, и мне показалось, что тени в углах стали реже. Они не исчезли совсем — но стали прозрачнее. Легче.
— Теперь — вы, — сказал я Надежде. — Дом мы почистили. Но дом — это только оболочка. Главное — вы. Что вы чувствуете?
Она стояла посреди комнаты и растерянно оглядывалась.
— Не знаю. Вроде дышать легче. Но внутри всё равно тяжесть.
— Это ваша сфера, — сказал я. — Закрыта. Давайте посмотрим, какая.
Я активировал Аджну и посмотрел на её ауру. Так и есть: сердечная сфера, Анахата, была тусклой, едва мерцающей. Вокруг неё — серый налёт, как паутина. Старые обиды, невыплаканные слёзы, невысказанная боль.
— Ваше сердце закрыто, — сказал я. — Вы много лет живёте с обидой. На мужа, который ушёл. На жизнь, которая не сложилась. На себя — за то, что не смогли его удержать.
Она вздрогнула. Её глаза наполнились слезами.
— Откуда вы знаете?
— Вижу. Это не магия. Это диагностика. Такая же, как измерить давление или послушать пульс. Только я смотрю не на тело — на душу.
— И что мне делать? — спросила она, вытирая слёзы. — Как открыть сердце?
— Для начала — признать, что оно закрыто. Вы это уже сделали. Теперь — простить.
— Простить? Его? После всего, что он сделал?
— Не его. Себя. Вы не виноваты, что он ушёл. Вы сделали всё, что могли. Но вы продолжаете себя казнить. И эта казнь закрывает ваше сердце.
Она молчала. Я видел, как в ней борются два чувства: желание обвинять и желание освободиться.
— Попробуем простое упражнение, — сказал я. — Сядьте, закройте глаза. Положите руку на грудь — туда, где сердце. Представьте, что там — маленький зелёный огонёк. Он едва теплится. Теперь представьте, как с каждым вдохом он становится ярче. Как он растёт, заполняет всю грудь, выходит за пределы тела. Дышите.
Она дышала. Сначала судорожно, потом — спокойнее. Её лицо разглаживалось. Зелёный свет в Анахате становился ярче — я видел это отчётливо.
— Хорошо, — сказал я. — Теперь скажите вслух: «Я прощаю себя. Я достойна любви. Моё сердце открыто».
Она повторила. Сначала шёпотом. Потом — громче. На третий раз её голос дрогнул, и она заплакала — но это были другие слёзы. Не горькие — очищающие.
— Я прощаю себя, — повторила она ещё раз, и зелёный свет в её груди вспыхнул, как маленькое солнце.
— Теперь — защита, — сказал я, когда Надежда успокоилась. — Вы очистили дом. Вы открыли сердце. Но мир вокруг остаётся прежним. В нём есть люди, которые могут завидовать, злиться, желать зла. Не всегда сознательно — часто они сами не знают, что делают. Но их энергия может вас задеть.
— Как от этого защититься? — спросила она.
— Поставьте зеркальную сферу.
— Зеркальную сферу?
— Это визуализация. Закройте глаза. Представьте, что вокруг вашего тела — прозрачная сфера. Как мыльный пузырь. Только он не лопается — он прочный. Теперь представьте, что его поверхность становится зеркальной. Она отражает всё, что приходит извне. Добрые слова проходят сквозь неё. Злые — отражаются и возвращаются к тому, кто их послал. Вы не желаете им зла. Вы просто не принимаете его.
Она закрыла глаза и сосредоточилась.
— Получается? — спросил я.
— Кажется, да. Я вижу её. Она переливается.
— Отлично. Теперь каждый раз, когда выходите из дома, вспоминайте об этой сфере. Со временем вы научитесь держать её автоматически. Это как мышечная память. Только не мышечная — энергетическая.
— И это работает?
— Работает. Проверено. Я так делаю уже много лет.
«Защита — это не агрессия, — писал психолог Карл Юнг. — Защита — это осознание своих границ». Зеркальная сфера, которой я учил пациентов, была именно этим: осознанием границ. Ты не нападаешь. Ты не желаешь зла. Ты просто говоришь: «Это твоё. Я не беру».
«Энергетический вампиризм — это реальность, — писал психолог Михаил Литвак. — Но вампир может питаться только с вашего согласия». Если вы не даёте согласия, если вы держите границы, вампир остаётся голодным. И либо уходит, либо учится питаться по-другому.
Бабушка говорила: «Не подбирай чужое. Даже если тебе его протягивают на ладони. Чужая злость, чужая зависть, чужой страх — это не твоё. Твоё — только свет». Зеркальная сфера была способом не подбирать чужое.
— Теперь о талисманах, — сказал я, когда мы закончили с визуализацией. — Вы носите что-нибудь? Крестик, кулон, кольцо?
— Крестик, — она показала нательный крестик на цепочке. — Мама подарила.
— Хорошо. Крестик — это тоже талисман. Он работает, потому что вы верите в него. Но если хотите, можете добавить ещё что-то. Камень, соответствующий вашей сфере. Для сердца это изумруд или малахит. Или розовый кварц — он мягче, но тоже помогает.
— А как это работает? — спросила она. — Я никогда не понимала. Камень — это же просто камень.
— Камень — это не просто камень, — возразил я. — Это кристалл. Кристаллы имеют упорядоченную структуру. Они способны накапливать, хранить и отдавать энергию. Современная наука использует кристаллы в электронике, в лазерах, в часах. А древняя наука использовала их в целительстве. Принцип тот же: кристалл резонирует с определённой частотой. Кварц резонирует с частотой сердца. Аметист — с частотой интуиции. Рубин — с частотой корня.
— И если я буду носить розовый кварц, моё сердце исцелится?
— Не само по себе. Камень — это якорь. Он напоминает вам о вашем намерении. О вашем желании исцелиться. Когда вы прикасаетесь к нему, вы вспоминаете: «Я хочу открыть сердце. Я хочу простить. Я хочу любить». И это воспоминание меняет ваше состояние. Меняет вашу биохимию. Меняет ваше здоровье.
— «Вера двигает горы», — процитировала она.
— Да. Но не в том смысле, что гора сдвинется с места. А в том смысле, что вы перестанете воспринимать её как препятствие.
После того как мы закончили с энергетической работой, я попросил Надежду показать её аптечку. Она принесла коробку, доверху набитую лекарствами: таблетки от давления, от головной боли, от бессонницы, успокоительные, витамины — весь стандартный набор человека, который годами лечится, но не выздоравливает.
— Давайте разберёмся, — сказал я, выкладывая препараты на стол. — Что вы принимаете постоянно?
— Вот это — от давления. Это — от головы. Это — чтобы спать. Это — чтобы не нервничать.
— А кто вам это назначил?
— Разные врачи. Кто-то в районной поликлинике, кто-то в городе. Я уже не помню.
Я просмотрел назначения. Некоторые препараты дублировали друг друга. Некоторые были несовместимы. Один — тот, что она принимала от бессонницы, — вообще был снят с производства два года назад из-за серьёзных побочных эффектов.
— Надежда, — сказал я, — я не могу отменять назначения врачей. Это не в моей компетенции. Но я могу посоветовать вам сходить к терапевту и пересмотреть лечение. Вот это, — я указал на несколько упаковок, — дублирует друг друга. Вот это — устарело. Вот это — несовместимо с тем, что вы принимаете от давления. Вам нужно актуализировать схему.
— Но я не знаю, к кому идти, — растерянно сказала она. — У нас в деревне нет врача. Только вы.
— Я фельдшер. Я могу дать рекомендации, но не могу заменить врача. Однако у меня есть связи в районной больнице. Я позвоню Ивану Петровичу — это мой преподаватель, он хороший терапевт. Он примет вас по записи и пересмотрит лечение.
— Спасибо, — прошептала она. — Вы первый, кто не просто выписал таблетки и ушёл, а вник в суть.
Когда мы вышли из дома Надежды, солнце уже клонилось к закату. Яблоневый сад вокруг дома казался светлее — или мне это только казалось. Но Алиса, взяв меня за руку, подтвердила:
— Дом изменился. Я чувствую. Ему стало легче. И ей тоже.
— Мы сделали что могли, — ответил я. — Остальное — за ней.
— Ты дал ей инструменты. Амулеты, зеркальную сферу, дыхательные упражнения. Теперь она сама может поддерживать своё здоровье.
— «Врач лечит, природа исцеляет», — процитировал я. — Но Гиппократ забыл добавить: пациент тоже исцеляет. Сам. Своей верой, своей волей, своей любовью.
— Ты добавил это за него.
— Я просто повторил то, что говорила бабушка.
«Пациент — это не пассивный объект лечения, — писал хирург и философ Николай Пирогов. — Пациент — это активный участник процесса. Без его воли, без его веры, без его желания выздороветь все усилия врача напрасны». Я всегда помнил об этом. Я не лечил людей — я помогал им лечить себя. Я давал им инструменты: знания о сферах, техники визуализации, амулеты, обереги. Но главную работу они делали сами.
«Исцеление — это не то, что случается с тобой, — писал психолог Карл Роджерс. — Исцеление — это то, что ты делаешь сам». Я верил в своих пациентов. И они, чувствуя эту веру, начинали верить в себя.
Бабушка говорила: «Когда ко мне приходит больной, я смотрю ему в глаза. Если я вижу там желание жить — я знаю, что он выздоровеет. Если я вижу пустоту — я знаю, что никакие лекарства не помогут. Потому что лекарства лечат тело. А желание жить лечит душу».
Вечером, когда мы вернулись в свой дом, Алиса зажгла свечи и села рисовать. Она делала набросок — дом Надежды, окружённый яблоневым садом, и над ним — лёгкое свечение, похожее на радугу.
— Это то, что мы сделали, — объяснила она. — Хочу запомнить.
— Красиво.
— Это не я. Это свет, который был там всегда. Мы просто помогли ему проявиться.
— «Искусство — это не создание красоты, — процитировал я. — Это раскрытие красоты, которая уже существует».
— Кто это?
— Не помню. Может быть, Микеланджело. Может быть, бабушка.
Она улыбнулась и продолжила рисовать. А я сидел рядом и думал о том, как много мы сделали за эти месяцы. И как много ещё предстоит.
Глава 2. Энергия жизни
Октябрь раскрасил Ольховку в золото и пурпур. Лес за деревней стоял праздничный, словно убранный к венчанию, и Алиса каждое утро уходила туда с этюдником — рисовать осенние пейзажи. Она говорила, что в этом году краски особенно яркие, и пыталась поймать тот неуловимый оттенок багрянца, который бывает только в середине октября, когда листья уже покраснели, но ещё не побурели.
Я же проводил утра в фельдшерском пункте. Пациентов с каждым днём становилось больше — слух о «странном фельдшере, который лечит не только таблетками», разнёсся по окрестным деревням. Приходили из Дубровки, из Малиновки, из Красного Яра — кто пешком, кто на телеге, кто на попутке. И каждому нужно было не просто выписать рецепт, а выслушать, понять, направить.
Сегодня с утра пришла женщина из Красного Яра. Её звали Валентина. Ей было сорок два года, но выглядела она на все шестьдесят: сгорбленная, с потухшими глазами, с серым лицом. Она страдала от болей в спине — тех самых болей, которые врачи называют «дорсопатия неясного генеза». Проще говоря: спина болит, а почему — непонятно. Анализы в норме, рентген в норме, МРТ в норме. А боль — адская.
— Я уже всё перепробовала, — говорила она, сидя на стуле и морщась при каждом движении. — Массаж, физиотерапия, таблетки, уколы. Ничего не помогает. Говорят, может, нервы. Но я не нервная! У меня всё хорошо. Муж не пьёт, дети здоровы, хозяйство справное. Чего мне нервничать?
— Давайте посмотрим, — сказал я.
Я закрыл глаза и активировал Аджну. Её аура была… странной. Не серой, не пятнистой, а какой-то сжатой. Как будто вся её энергия сконцентрировалась в верхней части тела — в голове, в плечах, — а нижняя часть, от поясницы и ниже, была почти пустой. Энергия не текла. Она застаивалась.
— Валентина, — сказал я, открывая глаза, — у вас энергия не проходит в ноги. Она блокируется где-то в районе поясницы. Вы много думаете. Слишком много. Вы всё время что-то планируете, анализируете, переживаете. Даже когда внешне спокойны — внутри у вас гудит, как улей.
— Откуда вы знаете? — она изумлённо посмотрела на меня.
— Вижу. Ваша голова перегружена, а тело — обесточено. Боль в спине — это крик тела о том, что ему не хватает энергии.
— И что делать?
— Для начала — научиться направлять энергию вниз. В ноги. В землю. Заземляться.
«Человек — это проводник, — писал физиолог и исследователь биополя Роберт Беккер. — Через него постоянно течёт энергия. Если поток нарушен, возникает болезнь». Восточная медицина знала это тысячи лет. Китайские врачи говорили о ци — жизненной энергии, которая течёт по меридианам. Индийские — о пране, которая движется по нади. Славянские знахари — о «живе», которая поднимается от земли.
Конец ознакомительного фрагмента.
Текст предоставлен ООО «Литрес».
Прочитайте эту книгу целиком, купив полную легальную версию на Литрес.
Безопасно оплатить книгу можно банковской картой Visa, MasterCard, Maestro, со счета мобильного телефона, с платежного терминала, в салоне МТС или Связной, через PayPal, WebMoney, Яндекс.Деньги, QIWI Кошелек, бонусными картами или другим удобным Вам способом.