Про «Сплющенную Землю»

Предисловие: «Исповедь конспиролога: как перестать бояться и полюбить плоскую Землю»

Для меня существует только один способ перебороть страхи перед будущим – выплеснуть их на бумагу.

Все глупости, изложенные в этой книге, – плод воспалённого воображения автора. Любые совпадения с нашей хромой действительностью, которые вы можете заметить сейчас или в будущем, – чисто случайны.

Признаю, уважаемый читатель, путь наш будет тернист. Против нашей «Сплющенной Земли» восстал целый сонм доводов: законы физики, гравитация, коварная сила Кориолиса, земное тяготение и сама матушка‑атмосфера, часовые пояса и многое другое. Печально, но многие из вас не просто помнят эти постулаты из школьного курса, а постигли их суть и теперь готовы обрушить на меня лавину аргументов. Кругосветные путешествия, снимки, словно украденные у космоса, и прочие жалкие крохи здравого смысла, которые у вас остались…

Но давайте не будем спешить и дружно меня материть. Да, сражение предстоит нелёгкое. Для начала начнём с путаного и туманного – с тех зыбких идей, что рождаются на границе сна и яви. А уже потом, когда почва под ногами станет чуть твёрже, я добавлю «железобетонные» аргументы. На помощь нам придёт современная наука: таинственная квантовая механика и всеобъемлющая космология. Благо многие их постулаты непостижимо сложны для простого смертного, а значит, спорить со мной будет ох как непросто.

Предлагаю начать нашу дискуссию с теории голографического строения Вселенной. Представьте: вся наша реальность – это лишь голограмма, проекция, рождённая в глубинах более фундаментального бытия. И всё это великолепие разворачивается на некой плоской границе. Иными словами, Вселенная плоская, но с примесью других, непостижимых измерений, хотя нашим глазам она предстаёт объёмной.

Эта дерзкая идея выросла из теории струн, где мир – это сплетение крошечных одномерных объектов. В это замысловатое варево добавили чёрные дыры, зубодробительную математику, таинственные AdS/CFT‑соответствия и прочую эзотерическую всячину. В итоге учёные почти сотворили общую теорию всего сущего, дерзко объединив урезанную и искажённую теорию относительности с квантовой механикой. Эта концепция, пусть и с натяжкой, объясняет квантовую суперпозицию, туннелирование, запутанность и даже предсказывает, что пространство‑время не непрерывно, а состоит из отдельных, дискретных частей.

Говорить об этом можно бесконечно, но, к сожалению, из‑за пробелов в собственных знаниях я не могу этого делать долго. Поэтому не буду утомлять вас, уважаемый читатель, заумными вещами, которых нахватался по верхам. Просто поверьте честному человеку: на моей стороне легионы учёных, поддержка квантовой механики и астрономии. Справедливости ради стоит отметить, что есть и пара‑тройка скучных академиков, упорно твердящих, что в реальном мире эта теория не работает. Но самое главное – голографическая теория открывает нам новое понимание природы сознания и смысла жизни!

Я уверен: не за горами тот день, когда в школьную программу введут предмет «Плоская Земля» и прочие важные вещи. А то развелось тут умников, которых надо мягкими пинками вводить в «светлое будущее»…

Прежде чем погрузиться в череду ключевых событий, предлагаю ещё немного поплевать на тусклый огонёк здравого смысла и окончательно доказать, что Земля – плоская. Мы с вами люди искушённые, повидавшие немало, а потому давайте смело взглянем на неприглядную изнанку действительности. Разве то, что нам вещают с центральных телеканалов, способно уместиться на шарообразной планете? Нет, подобному абсурду под силу лишь плоскость.

Плоскоголовые политики, чьи взгляды ограничены горизонтом собственного эго, поучают нас жизни, не утруждая себя пониманием мира. Юмористические передачи щедро сдобрены плоским, как блин, юмором. И, чего греха таить, мы с вами чаще предпочитаем короткий видеоролик в интернете кропотливому чтению, позволяя другим думать за нас и делать выбор.

Моё личное, выстраданное убеждение – всё это неоспоримо доказывает: Земля плоская. Возможно, в годы нашей наивности, когда мы ещё читали книги, она и была круглой. Но в эпоху глобализации, пандемий, борьбы за права всевозможных меньшинств и отупляющего «чипирования» мозгов через СМИ, она неумолимо сплющивается. Она принимает эту форму в наших измученных и, к сожалению, скорбных умах. И чем дальше, тем сильнее будет этот процесс.

И вот, когда эта непреложная истина прочно засела в наших головах, словно ржавый гвоздь в трухлявой доске, мы можем смело двигаться дальше. Думаю, несмотря на всё вышесказанное, нужно оставить крохотную искру будущим поколениям для возвращения к здравомыслию. Правда, пока не знаю, как…

Полагаю, нам предстоит обсудить последний и очень важный, по‑настоящему животрепещущий вопрос – возможно, главный вопрос современности. Именно от него зависит, продолжите ли вы чтение или с негодованием захлопнете книгу. Думаю, многие уже догадались: речь идёт о создании масштабного современного романа, посвящённого ЛГБТ‑проблематике нашего любимого истеблишмента. За публикацию подобного труда гарантированы колоссальные гонорары и признание критиков, а вопрос о том, будет ли вообще напечатан сей скорбный труд, отпал бы сам собой.

Да, можно было пойти по банальному пути: наплевать на то, что нравится «большим людям», и тем самым снискать поддержку простого народа (хотя чёрт его знает, чего им и сочувствующим им не хватает для полного счастья). Впрочем, если не на параде, то по отдельности вы все вполне нормальные ребята, пусть и со своими странными «причудами». Но тут мне повезло: пока я собирался с мыслями – а подобные книги, как ни крути, печатают охотнее – приняли закон, гласящий, что всё‑таки не надо. Фух…

Глава 1. «Мой городок на краю хромой действительности».

Наша история начинается в одном из провинциальных городков – осколке некогда великой, сплочённой и ещё немного гордой страны. Здесь, среди обветшалых фасадов и тихих улочек, чудом сохранились остатки человеческого тепла – не только современное новомодное равнодушие к соседям, но и редкие вспышки искренней заботы. Городок был ни большим, ни маленьким: не у самой столицы, но и не на задворках цивилизации. Он словно застыл где‑то посередине – между прошлым, которым гордились, и будущим, которого боялись.

Меня зовут Гоша. Так звали меня друзья и родители, сколько я себя помню. Я – третьекурсник местного (ну, почти местного) университета. Учусь на психолога, хотя нас почему‑то упорно пичкают пограничной психиатрией. Если вкратце и без лирики, то основной упор делают на умении убеждать людей, что пахать по десять часов в день – это истинное благо. И это при официальном семичасовом рабочем дне и четырёхдневной рабочей неделе! Зорким взглядом должны мы присматривать за благонадёжными гражданами, особенно за теми, кто любит следить за новостями и – что ещё опаснее – комментировать их.

Если что, лечить в нашем убогом отечестве всё равно некому, да и лекарств, которые действительно помогают, – раз‑два и обчелся. Да и мало кому интересно, от чего вообще лечить. Вот власти и придумали, как занять население, чтобы у людей не оставалось времени на глубокие мысли и кровавый хаос на улицах, как в трижды проклятой, но такой желанной Америке. Ну и заодно решили сэкономить на дорогих роботах.

Всё гениальное просто: если хочешь крутой гаджет, чтобы на тебя не смотрели свысока, и не желаешь окончательно скатиться в подзаборные лузеры – вкалывай. Да, это сложно, но другого выхода у нас просто нет. Беда в том, что все уже отвыкли работать, и крайне трудно уговорить людей менять свою жизнь и жизнь страны к лучшему. Даже малограмотные догадываются, что почти всё сейчас можно автоматизировать и не напрягаться.

Благодаря нашей отсталости у нас намного спокойнее, меньше тех кровавых драм, что разыгрываются в богатых Штатах, где нейролептики подмешивают в еду и питьё каждому, кто живёт на пособие. А их там, как вы помните, уже почти треть населения. И шёпотом добавим: чтобы получать это самое пособие, нужно быть… ну, вы понимаете, представителем ЛГБТ. Знакомые рассказывали, что без видеоманифеста в соцсетях теперь даже на биржу труда не встанешь. Блин, обещал же об этом не писать, но мир сейчас таков… Постараюсь к этому больше не возвращаться. Наверное, всё же хорошо, что научный прогресс обходит нас стороной – правда, вместе с благополучием.

Учусь я в МГУ, хотя в Москве не бывал ни разу. Если шепнуть по секрету – это Магаданский государственный университет. Главное, что в дипломе будет красоваться заветная аббревиатура, а о его магаданском происхождении можно узнать, лишь перейдя по едва заметной ссылке в приложении. Спасибо всемогущему интернету и онлайн‑обучению! «Престижное» образование, не выходя из дома – разве не чудо?

Стоило мне поступить, как на меня посыпались «выгодные» предложения о работе. Я выбрал самое щедрое, где мне сразу же оплатили всю учёбу. Фортуна улыбнулась: мой контракт выкупил государственный фонд «Здоровые граждане – счастливое Отечество». Правда, контракт оказался с подвохом. До сих пор не знаю, смеяться мне или плакать от такого поворота судьбы, но это уже совсем другая история, в которой мне ещё только предстоит разобраться.

Хотя, если начать сначала, мне несказанно повезло: моим образованием занимался дедушка. Уроки я проходил не только по интернету, как все, но и «по старинке» – по бумажным книгам. Дед рассказывает, что когда‑то, в его далёком детстве, всех детей сгоняли в специальные отдельные здания. Там, в тесноте и духоте, учителя пичкали ребят знаниями при живом общении. Только представлю себе эту толкучку – сотни детей и десятки взрослых трутся друг о друга – и меня сразу бросает в дрожь. Но дед уверяет, что грамотными тогда были почти все, а не как сейчас, когда едва ли десять процентов прохожих способны самостоятельно прочитать вывеску на улице. И, что совсем уж невероятно, раньше это считалось безопасным! Сейчас же столь тесное и частое общение – дело рискованное и сложное.

Вот, к слову, мой друг Сеня. Сам он читать и писать не умеет, как и подавляющее большинство наших сограждан. Но ничего, школу в этом году заканчивает и параллельно уже выучился на оператора‑машиниста для работы в шахте. Зачем ему грамота? Смартфон с умными очками – вот его главная опора. Гаджет любой текст прочитает с таким выражением, что позавидует лучший актёр. Все интернет‑сайты давно заменили буквенный интерфейс на звуковой – так ведь удобнее и быстрее. Вроде бы одни плюсы. Смартфон теперь и украсть сложно: он намертво завязан на отпечатки пальцев, сетчатку глаза и даже на ДНК. Плюс у всех, даже у самых дешёвых моделей, есть неотключаемые навигаторы, микрофоны и камеры. Эти же биометрические данные автоматически передаются во все социальные сети для авторизации или мгновенной регистрации, если ты зашёл туда впервые.

Да, у меня профессия сложная, мне приходится учиться по книгам. И таких специальностей ещё осталось немало. Но прогресс не стоит на месте: уже появился профессор истории, который сам не умеет читать! И ничего, ведёт в университете лекции, причём очень популярные. Слава смартфону! Он не только легко зачитает любой текст вслух, но и мгновенно переведёт древний манускрипт.

Будущее образования меняется, оно становится совсем другим. Да и если подумать – зачем Сене, как и большинству, эта грамотность? Парень он простой, хороший, отзывчивый. Нужно только занять его руки на благо Родины часов на десять в сутки, а в свободное время снабдить пивом и компьютерными играми – и тогда беды точно не будет. Пишу всё это и не могу решить: это я вас уговариваю или всё‑таки себя?..

Глава 2. «Нейроимплант и плоский мир с уроками в новой реальности»

– Помяни чёрта… Вот и он, колотит в дверь нашей «престижной» столетней хрущёвки. Умели же раньше строить! Не то что нынешние трёхэтажные коробки из пластика и бетона. Жиденькие железобетонные колоны, с плитами перекрытия всего сантиметров пятнадцать. Все стены как наружные так и внутренние, из переработанного ячеистого пластика с антипиренами.

– Здорово! Не поверишь, что со мной приключилось! – Сеня ворвался в комнату, сияя от восторга. – Крышу в прямом смысле снесло! Видишь, у меня полчерепа вскрыто?

Я оторопел, разглядывая друга.

– Что за хрень, Сеня? Может, полицию вызвать или скорую?

– Да брось, ну болит башка, слегка глючит, но это, говорят, дело наживное. Скоро наладят – пройдёт. Мне нейроимплант вживили, китайский, понимаешь? Настоящий! Это совсем другая реальность, другие ощущения! Сигнал идёт прямо в мозг! Правда, за него придётся пять лет на российско‑китайской шахте в Сибири отпахать. Но условия – сказка: семичасовой рабочий день, два выходных в неделю, питание, проживание, любое образование на выбор в свободное время, и зарплата приличная. А главное – всё это свободное время ты проводишь в другом мире!

Я присмотрелся внимательнее. Сначала меня просто перекосило от увиденного, а теперь я разглядел: прямо во лбу у Сени красовался «третий глаз», к которому тянулись тонкие провода.

– Читал я про эти штуки, – вздохнул я. – Сначала тянут электрод к зрительному нерву, ставят переключатель, чтобы отрезать сигналы от настоящих глаз и подавать картинку с импланта. То же самое с обонятельным и слуховым нервами. А вот соматосенсорную систему они пока имитировать не могут, как и нормально к ней подключиться… Рад за тебя, конечно.

А вот мне, оказывается, мало диплома психолога – читай, недопсихиатра. Мне нужно ещё в семинарии на батюшку выучиться. Как я и все остальные упустили этот пункт в спонсорском контракте – ума не приложу. Теперь придётся ординатуру совмещать с семинарией. Ибо такова нынче доля смиренных рабов божьих. Зато потом смогу постом, молитвою, душевным разговором и галоперидолом с нейролептиками вправлять мозги всяким тварям божьим. Радуюсь хотя бы, что не мулла – я в этом вопросе хоть немного по верхам разбираюсь, а мусульман на Руси всё‑таки треть населения.

Сеня хохотнул, разглядывая провода в зеркале.

– Батюшка из атеиста Гоши? Отстой полный. Будешь этот… протоеврей Гоша.

– Протоиерей, дубина! – огрызнулся я. – И до него ещё дорасти надо, не всё так просто. Надеюсь, я не один такой «счастливый», помогут. Там неустойка такая, что если откажусь – тридцать лет выплачивать буду. Так что легче пять лет отработать.

– Ладно, я вообще за другим пришёл, – Сеня вдруг посерьёзнел. – Помоги разобраться. Тут в видеоуроке по географии на сайте Министерства образования говорится, что Земля – круглый шар. А в уроке по освоению космоса – что это плоский диск. И это только первый вопрос, будет ещё один.

Я замер.

– Чё… Ладно, давай с космоса начнём, это сложнее. Три года назад такого в программе ещё не было. Грузи видео, глянем…

– На заре космической эры советские учёные столкнулись с необъяснимой аномалией: полупроницаемой силовой стеной, окутывающей Землю. Она пропускала космические лучи и чужеродные объекты, словно мембрана, но намертво удерживала всё материальное, позволяя просачиваться наружу лишь электромагнитным волнам. И что ещё более поразительно – Земля, вопреки всем законам физики и, главное, логики, оказалась сильно сплюснутой.

Отчаянные попытки пробить этот барьер серией ядерных взрывов, предпринятые как советскими, так и американскими учёными, обернулись полным крахом. Даже сокрушительная мощь термоядерной «Царь‑бомбы» оказалась бессильна. Провидение, однако, смилостивилось: в районе Южного полюса было обнаружено «окно» в околоземное пространство – единственный путь за пределы невидимой преграды. Именно этим путём и по сей день взмывают ввысь ракеты.

Наша страна, первой открыв Антарктиду, обнаружила эту лазейку и совершила триумфальный полёт за пределы купола. После этого был принят секретный закон об Антарктиде, навсегда закрывший континент для непосвящённых. Скорее всего, там, во льдах, сохранилось множество артефактов – продвинутых технологий древних цивилизаций.

Дальнейшие исследования выявили, что силовое поле поддерживается каскадом древних ядерных реакторов, предусмотрительно погребённых на глубине более десяти километров. Обслуживают их люди с генами пресмыкающихся – генетически модифицированные высококвалифицированные рабочие древности. Благодаря этой особенности инженеры‑рептилоиды способны выдерживать колоссальные дозы радиации и экстремальные температуры. Из угнетённых слуг они превратились в тайных повелителей, затаивших в сердце глубокую обиду…

– Господи, спаси и сохрани, – выдохнул я. – Пусть это останется на их совести. Слушай, тут есть пара «незначительных» неточностей, но не забивай голову. Учи как есть, сдай и забудь – это всего лишь компьютерный тест. На экзаменах всё равно придётся пересказывать именно этот бред. Сейчас большие проблемы с рецензированием школьных программ, да и хакеры постоянно вбрасывают на серверы что попало. Вычеркни хотя бы рептилоидов, это явный перебор, так будет легче. У меня есть ещё немного времени, давай второй урок, который ты не понимаешь, и мне пора.

– Ну, Гоша, мне кажется, именно рептилоиды придают истории реалистичность, – возразил Сеня. – Я тут затеял видеоблог по истории, ну, знаешь, для души… Тема: установление «Нового мирового порядка». Чего только не узнаешь из школьных уроков! Расчёт прост: заветные баллы для аттестата. В наши времена, когда без раскрученного блога и школьный порог не переступить, это чуть ли не единственный шанс добрать баллы. Загружаю, слушай вступление.

– Вы, наверное, часто задумывались, почему в сети так много видео на тему заговоров? С XIX века тень апокалиптических пророчеств пала на христианскую эсхатологию, предрекая тайный план по установлению тоталитарного «Нового мирового порядка». Согласно этим мрачным видениям, люди, запятнавшие души сделкой с дьяволом ради власти, стали лишь пешками в сверхъестественной шахматной партии. Цель – склонить человечество к принятию мирового правительства, химеры, скрывающей железный кулак.

Масонство и иллюминаты – старейшие тайные общества, зародившиеся в туманной дымке Великобритании XVI–XVII веков. Годы истории выстроили обвинения в их адрес: они строят всемирное правительство, основанное на масонских принципах.

«Протоколы сионских мудрецов» – текст с гнусными корнями, впервые всплывший в России в 1903 году, – рисует картину иудейско‑масонского заговора. Текст, словно змеиный яд, описывает собрания клики, плетущей интриги ради мирового господства.

«Общество круглого стола» – влиятельный истеблишмент – обвиняют в более тонком замысле: установлении англо‑американского империализма, движимого интересами экономических элит. Наконец, инопланетное вторжение или «внутриземляне» – зловещие рептилоиды, ведомые жаждой власти, тайно манипулируют обществом ради тотального контроля и беспощадной эксплуатации.

Кто из них главный и как они достигают своих целей? Давайте разбираться. Пути тайных обществ коварны:

Тотальная слежка: насаждение культа интеллекта, массовое наблюдение, штрихкодирование товаров и RFID‑метки, вживляемые в тело.

Контроль над рождаемостью: сокращение численности населения для облегчения слежки под видом программ планирования семьи.

Контроль сознания: обширный арсенал от промывания мозгов (проект «МК‑Ультра») до психологических операций (фторирование воды, подсознательная реклама, микроволновые эффекты и химтрейлы).

Из всего вышесказанного мы можем сделать смелые выводы. Экономический коллапс и создание единой валюты – предвестники хаоса, позволяющие укрепить власть глобалистов. Милитаризация и разжигание конфликтов – вечный двигатель системы. Под видом борьбы за демократию элиты финансируют обе стороны войн, ослабляя государства. И, наконец, разрушение традиционных ценностей: под видом толерантности размывается национальная идентичность и семья, что делает людей уязвимыми. Апогей всего – цифровой концлагерь: биометрия, системы распознавания лиц и социальные рейтинги. Система, которая позволит лишить человека прав за любое несогласие с политикой элит.

– Ну‑у, э‑э‑э, ох… Позволь, я избавлю тебя от мучений, – я прикрыл глаза ладонью. – Давай уберём эти сомнительные заключения. Мир и без того хреновый. Не спрашивай как, но до меня дошли слухи, что ты прибегал к помощи нейросетей. Но скажи во имя всего святого: зачем ты развиваешь основную мысль одной нейросетью, а выводы позволяешь делать другой? Из этого зачастую выходит ложь, не отличимая от правды – эдакая разумная бессмыслица, от которой впору удавиться от отчаяния. Где ты потерял тот радужный позитив, за который у нас так любят ставить хорошие оценки?

Сеня почесал затылок рядом с имплантом – тот предательски замигал красным.

– Да я думал, так будет… научнее, что ли, – пробормотал он. – Одна нейросеть даёт факты, другая анализирует связи, третья оформляет в красивый текст. Получается комплексный подход!

– Комплексный бред, – фыркнул я. – Ты хоть проверял источники? «Протоколы сионских мудрецов» – это же фальшивка XIX века, разоблачённая сто раз! А «МК‑Ультра» был просто неудачным экспериментом ЦРУ, а не всемирным заговором.

– Но смотри, как складно получается! – Сеня ткнул пальцем в экран. – Вот тут нейросеть построила причинно‑следственную цепочку: фторирование воды → снижение IQ → покорность → цифровой концлагерь. И всё с графиками, со ссылками на какие‑то исследования…

– Которые сама же и сгенерировала, – закончил я. – Слушай, в этом и проблема: нейросети не знают, что такое правда. Они просто ищут закономерности и создают убедительные истории. А люди потом верят в эти сказки больше, чем в реальность.

Гораздо позже я узнал, что мой товарищ влез в долги ради этого дорогого гаджета, наивно полагая, что московская коммуналка вот‑вот станет его законным наследством. Но судьба сыграла с ним злую шутку: как раз в тот год приняли закон, лишивший его последней надежды. Теперь, чтобы претендовать на заветные квадратные метры в столице, требовалась прописка в этой самой квартире. Иначе вместо «московской мечты» тебе полагался лишь бесплатный домик в умирающей сибирской глубинке.

– Представляешь, – вздохнул Сеня, – я уже три месяца выплачиваю кредит за имплант, а он мне даже квартиру не помог получить. Зато теперь я вижу рекламные объявления прямо в поле зрения – они накладываются на реальные улицы. Вчера шёл по центру и вдруг – бац! – передо мной возник трёхметровый баннер: «Купи нейроимплант нового поколения – и получи скидку на ипотеку в Сибири!», с непривычки в столб врезался.

Я не выдержал и расхохотался.

– Ну что, друг, поздравляю – ты не только в долгах, но и в рекламе. Видимо, это новый этап эволюции: человек как ходячий билборд.

Главная беда нашей страны крылась в демографии. Из‑за сокращения рождаемости, последствий прошлых приграничных войн и поразительной забывчивости властей, вовремя не вспомнивших о существовании людей, население этой части родины сократилось вдвое – и это только по официальной статистике. Власти, объятые тревогой, что обезлюдевшие земли всё чаще приходится отдавать в аренду нашему «доброму соседу», судорожно придумывали пряники, которыми можно было бы заманить народ обратно.

– Знаешь, что они придумали на прошлой неделе? – я понизил голос. – «Программа демографического чуда». Теперь за каждого рождённого ребёнка дают… нейроимплант последнего поколения в подарок! Бесплатно, с пожизненной подпиской на государственные сервисы.

Сеня замер с открытым ртом.

– То есть… они стимулируют рождаемость, чтобы сразу подключить новых граждан к системе?

– Бинго! – я хлопнул его по плечу, отчего имплант снова замигал. – И самое смешное – люди ведутся. Очереди стоят. Говорят, с имплантом легче воспитывать детей: он подсказывает правильные фразы, отслеживает настроение малыша, даже колыбельные подбирает по биометрии.

– А если отказаться?

– Тогда никаких льгот. Так что выбор невелик: либо подключаешься, либо остаёшься за бортом.

Так и вышло: наследство у Сени формально есть, а толку от него – ноль. Отдать же кредит быстро и безболезненно можно было, только вкалывая за большие деньги в той самой Сибири, от которой он так отчаянно пытался сбежать.

– Зато у меня теперь есть доступ к виртуальной реальности, – попытался приободриться Сеня. – Там, говорят, можно создать свой мир – без законов, без границ, без…