Дар Литы

Золотой у Литы был. Совсем недавно она попросила Марию обменять шесть заработанных в библиотеке сребров на одну золотую монету.

Как только Мария открыла дверь, Лита взлетела на второй этаж, схватила кошелёк и, даже не объяснив, что случилось, бросилась обратно.

Теперь она уже не шла — бежала изо всех сил.

Пока хозяйка открывала дверь, Лите казалось, что проходит целая вечность.

Но всё закончилось благополучно: книга лежала на столе на том же месте.

Через минуту Лита, счастливая, прижимая книгу к груди, шагала домой.

Несколько следующих дней Лита читала, перечитала книгу раз пять-шесть и более-менее разобралась. Это действительно было пособие по обучению магии, что несказанно её обрадовало. Она даже не смела мечтать о таком везении.

С замиранием сердца Лита представила, как учится в такой школе. Но, когда немного разобралась, желание пропало.

В начале подробно излагались правила поведения в учебном заведении. Дисциплина поддерживалась строгая: за малейшую провинность полагались розги — от двух до десяти ударов.

Лита невольно содрогнулась, представив себя на месте провинившегося ученика. Ей самой никогда не приходилось испытывать подобного, но она видела, как доставалось другим детям.

У неё была подруга, которая жила — и до сих пор живёт — неподалёку, в большом доме с садом. Когда-то они часто играли вместе. Однажды, когда девочкам было лет по десять, отец подруги за что-то рассердился на дочь и отхлестал её ремнём.

Это было ужасно.

Из книги Лита узнала, что в возрасте от десяти до тринадцати лет у некоторых детей появлялась способность понимать знаки‑слова, и для этого даже не нужно было уметь читать и писать. Их и отбирали для обучения. Учили исключительно мальчиков — что глубоко обидело и расстроило Литу.

«Может, девочки неспособны стать волшебниками?» — подумала она со страхом.

На первом году обучения, помимо обычных предметов, преподавали три магические дисциплины. Один час в день отводился каллиграфии: ученики должны были научиться правильно и красиво выписывать волшебные знаки. По окончании года каждому давалось задание — полностью переписать учебное пособие.

Похоже, Лите как раз попалась одна из таких книг, переписанных каким-то учеником. На это указывало и то, что знаки, связанные с наказанием плетью, были выведены особенно криво. И то, что она нашла именно пособие по магии — не удивительно, ведь таких книг должно было быть много.

Следующий магический предмет — запоминание знаков. Проверка проходила так: учитель произносил слово на обычном языке (устного магического языка не существовало), а ученик должен был изобразить соответствующий волшебный символ. За год требовалось усвоить сто знаков. Лита предположила, что это необходимо для того, чтобы, повзрослев, ученики могли самостоятельно писать книги.

И главное — три часа в день будущие волшебники посвящали практической магии. Именно она только и интересовала Литу.

Ученики должны были научиться перемещать предметы из различных материалов — маги называли их материей. Первой материей была вода.

Мальчиков приводили к морю. Им следовало сидеть на берегу с закрытыми глазами, стараться ни о чём не думать и пытаться «почувствовать» воду, «овладеть» ею. Как именно этого добиться, в книге не объяснялось: будущий маг должен был сам понять это в тот момент, когда у него получится.

Море находилось неподалёку, и Лита стала каждый день приходить в порт — пытаться «почувствовать» воду. Но найти тихое, уединённое место никак не удавалось: вокруг толпились люди, слышались крики, ругань.

Отправиться одной за город на поиски более подходящего места было опасно. Когда мама была жива, они несколько раз за лето ездили к морю подальше от города — отец нанимал кэб. Но сейчас было ещё холодно, да и папа, когда мамы не стало, одну её вряд ли повезёт. Лита начала отчаиваться. Она перебирала варианты: либо как‑то нанять кеб, либо идти пешком.

С кебом ничего не вышло: извозчики наотрез отказывались везти за город девочку одну.

К счастью, искать подходящее место за городом в одиночку не пришлось. Каждую субботу Лита мылась дома в большой ванне, которую Мария наполняла водой, нагретой на печи. Лита опустилась в ванну и подумала: «Вот же много воды — вдруг получится?» Она закрыла глаза и попыталась представить, что растворяется в воде, становится её частью. Незаметно для себя Лита задремала.

Проснулась она внезапно. На мгновение ей почудилось, будто она и вправду растворилась в воде. Это было странное, незнакомое и удивительное ощущение. Лита была уверена: это именно то чувство, к которому она так стремилась.

На следующим этапе, согласно инструкциям из книги, нужно было научиться «чувствовать» всё меньшие объёмы воды — вплоть до одной капли. На это у Литы ушло несколько дней.

Теперь можно было переходить к перемещению материи — то есть воды. В пособии предлагалось смазать деревянную поверхность маслом, капнуть на неё воду и попытаться сдвинуть каплю с места. К удивлению Литы, это получилось у неё почти сразу.

Гораздо сложнее оказалось научиться управлять частью воды в большом объёме. Но постепенно Лита освоила и это. Она научилась создавать небольшие водовороты и фонтанчики — в воде, чае и даже в супе. С гордостью Лита отметила, что остудить суп — вот её первое по‑настоящему полезное применение магии.

Вторым материалом, который предстояло освоить, был камень — точнее, гранит. В магической школе учеников отводили в особое каменное сооружение, называемое пирамидой, либо в пещеры. Там, подобно тому, как это было с водой, юные маги должны были «почувствовать» материал.

Где найти пещеру, Лита не представляла. Однако, немного поразмыслив, она нашла выход.

Раз в неделю, обычно по понедельникам или вторникам, когда у отца выдавался выходной, они вместе ходили на кладбище к могиле матери.

Отец тяжело переживал утрату.

Когда они встретились, маме было восемнадцать, а папе — двадцать шесть. Они полюбили друг друга, но отец мамы, барон, решительно воспротивился браку дочери с простолюдином, да ещё и небогатым. Тогда они тайно обвенчались в маленькой церквушке на окраине города и первое время жили в скромной квартире, которую снимал отец. Позже барон всё-таки выделил маме приданное, и они купили небольшой двухэтажный дом — в нём родилась и выросла Лита.

Когда отец сообщил барону о смерти дочери, тот распорядился похоронить её на старом городском кладбище, на территории родового захоронения.

Придя на кладбище, они сперва заходили в кладбищенскую церквушку: ставили свечу перед Святым Распятием, отец молился. С мамой они никогда не ходили в церковь — она не была религиозной. Поскольку воспитывала Литу именно мама, девочка тоже не отличалась особой набожностью и не слишком верила в Бога.

Отец подолгу сидел у могилы, а Лита бродила по кладбищу. Вот здесь похоронен её прадедушка, вот — могилка двоюродной сестры, умершей совсем недавно, ещё совсем маленькой. У мамы было два брата и сестра: братья старше, сестра младше. У всех троих были дети — двоюродные братья и сёстры Литы. Она никогда их не видела, но иногда представляла, как они вместе играют, бегают друг за другом и смеются.

Мама Литы была дворянка, Лита — уже нет. Иногда она задумывалась: если бы и она была бы как мама дворянкой, лучше бы тогда было? И всякий раз приходила к выводу: ей и так хорошо.

На кладбище было немало заброшенных могил и склепов. Один из таких склепов Лита и выбрала для тренировок. Он был каменный, большой, с покосившейся дубовой дверью — та уже не закрывала вход полностью, оставалась щель. В неё Лита с трудом, но могла протиснуться. Гробов внутри не было, лишь на полу валялся мусор.

Четыре раза Лита приходила на кладбище и забиралась в склеп. Наконец, у неё получилось: она «почувствовала» камень. Дальше дело пошло намного легче. Вскоре она уже могла магией поднять камень размером с кулак и несколько мгновений удерживать его в воздухе. Потом научилась метко «кидать» небольшие камушки в мишень, которую нарисовала на листе бумаги и повесила на стену в своей комнаты.

Следующими материалами стали железо и медь. С ними у Литы трудностей не возникло.

За четыре месяца Лита освоила то, на что в магической школе отводили одиннадцать. Конечно, там ученики изучали не только практическую магию, но и множество других предметов — и волшебных, и обычных. И всё же Лита очень гордилась своими достижениями. Особенно тем, что сумела доказать: девочки тоже могут быть волшебниками.

Лита продолжала совершенствовать свои навыки. Со временем она научилась управлять медными, серебряными и золотыми монетами. Иногда она выкладывала из них на столе человечка и заставляла его двигать руками и ногами. Ещё ей нравилось смотреть, как монетки, выложенные в ряд, перепрыгивают друг через друга и ползут вперёд, будто гусеничка.

Лита догадывалась, почему мальчишек в школе не обучали работе с монетами. Однажды, когда они с Марией меняли накопленные Литой серебряные монеты на золотой, она поняла, насколько легко было бы переместить чужой золотой — и как это соблазнительно.

Интересно было то, что однородные материалы ощущались проще и сильнее. Например, металлы и вода — по сравнению с деревом или камнем. Большие предметы было легче почувствовать, а вот определить форму предмета, не видя его, наоборот, проще удавалось у небольших.

Лита пыталась овладеть и воздухом — надеясь создать хотя бы лёгкий ветерок. Но у неё ничего не вышло.

Она часто задумывалась, откуда берётся сила, двигающая предметы. Может, это её разум, желание, воля? А может, кто-то невидимый помогает ей? Бог? В книге об этом что‑то говорилось, но как раз эти знаки Лита не понимала.

К сожалению, в учебнике ничего не говорилось о других волшебствах: ни о полетах, ни о невидимости, ни о том, как превратить соседского хулигана в таракана. Лишь упоминалось, что в следующие годы обучения особенно успешные ученики смогут изучать медицину, военное дело, строительство и другие полезные профессии. А неуспешные становились толкователями. Больше о толкователях ничего не говорилось.

Возможность использовать магию для лечения очень заинтересовала Литу. Но пока применять магию к человеку категорически запрещалось.

Прошёл ещё месяц. Наступило лето. Всё это время Лита развивала свои магические способности и уже многое умела.

Тогда и случилось одно важное для неё событие: Лита познакомилась с юношей.

Был полдень. Она сидела в своём любимом кресле на антресоли и жонглировала камушками — разумеется, не прикасаясь к ним. Пока удавалось только тремя.

Лита услышала скрип «главной» двери, что вела в парадные помещения дворца. Господин Этреус работал в мастерской и, скорее всего, ничего не услышал. Лита поспешно спустилась вниз.

Посреди зала стоял юноша — высокий, широкоплечий, в богатой одежде. Он с интересом осматривал библиотеку.

Лита сделала книксен.

— Чем могу служить?

Юноша лишь кивнул, прошёл мимо неё и устроился в кресле. Слегка задетая таким обращением, Лита отправилась за господином Этреусом.

Библиотекарь тут же вышел к гостю.

— Ваше сиятельство, для нас большая честь видеть вас здесь. Библиотека к вашим услугам. Вас интересует какая-нибудь книга?

— Нет, — ответил юноша, — У вас тут неплохо, тихо.

Помолчав мгновение, он добавил:

— Вы садитесь.

Некоторое время юноша просто сидел в кресле, потом подошёл к книжным стеллажам. Минут пять он выбирал книгу, после чего вернулся и стал читать.

Так прошёл почти час. Наконец его сиятельство закрыл книгу, положил её на столик и поднялся.

— Благодарю, — сказал он и вышел.

Как только дверь за ним закрылась, Лита спросила:

— Кто это?

Господин Этреус поднял указательный палец.

— Это сын графа Верлинга, виконт Артур Верлинг, — произнёс он с непонятной Лите гордостью.

Молодой человек заинтересовал её, и она поспешила разузнать о нём побольше. В библиотечном архиве хранился фолиант с родословными наиболее влиятельных семейств королевства; канцелярия время от времени дополняла его новыми сведениями. Из него Лита узнала, что виконту Верлингу семнадцать лет и что он — единственный сын графа.

С тех пор виконт стал часто наведываться в библиотеке. Обычно он приходил после полудня. К этому времени господин Этреус уже сидел в своём кресле в читальном зале, ожидая посетителя. Лита тоже старалась закончить уборку пораньше. Она садилась с книгой за одним из стеллажей неподалёку от библиотекаря, чтобы быть под рукой, если ему что-нибудь понадобится.

Обычно виконт сам выбирал книги, но однажды спросил у господина Этреуса о новом романе. Средств на пополнение библиотеки выделялось немного, однако господин Этреус старался следить за новинками.

— Лита, принеси, пожалуйста, роман Гриффита.

Книга лежала в стопке ещё не зарегистрированных поступлений — совсем рядом. Отойдя к столу за книгой, Лита услышала вопрос виконта:

— Служанка умеет читать?

— Лита скорее помощница, чем служанка. И читает она превосходно. Замечательная девочка. Думаю, она уже перечитала половину этих книг.

Лита, конечно, не перечитала и тысячной доли всех книг, но похвала была приятна — особенно, сказанная этому юноше. Она передала книгу господину Этреусу и заметила внимательный взгляд виконта.

Когда он пришёл в следующий раз, то, поздоровавшись, сразу сказал библиотекарю:

— Не буду отвлекать вас от дел. Если мне что-нибудь понадобится, подскажет ваша помощница.

Господин Этреус слегка обиделся, хотя, с другой стороны, сидеть без дела, борясь со сном, было очень нелегко.

Он позвал Литу.

— Добрый день, ваше сиятельство.

Виконт указал на кресло, и Лита села на место господина Этреуса.

Некоторое время Артур Верлинг читал молча, потом оторвал взгляд от страниц:

— Ты читала этот роман?

— Да, ваше сиятельство.

— Называй меня «господин Верлинг», так будет лучше. Ну, так как тебе роман?

Лита читала роман Грифилда последние два дня и закончила только сегодня. Книга ей не понравилась. Если бы не виконт, она и не стала бы дочитывать её до конца.

— Немного скучный, господин Верлинг. И герой глуповат.

— Ну, рыцари редко бывают умными, — усмехнулся он. — А как принцесса?

— Не очень. Слишком много плачет.

Виконт кивнул и отложил книгу в сторону.

— А какая твоя любимая книга? Принеси.

«Вот уж эти виконты — всё им нужно знать», — подумала Лита и отправилась за книгой.

Вернувшись, она протянула её юноше.

— Это повесть. Немного детская, и в ней много волшебства.

— Посмотрим.

Лита украдкой следила за выражением его лица. Ей очень хотелось, чтобы повесть ему понравилась.

Где‑то на середине он пробормотал:

— Неплохо.

Читал он быстро, а повесть была небольшой. Перевернув последнюю страницу, Артур закрыл книгу и положил её на стол.

— Пора, — произнёс он, поднимаясь.

Он кивнул Лите и вышел.

Лита ожидала, что он похвалит повесть или хотя бы скажет о ней ещё что-нибудь. Всё-таки это была такая замечательная история! Но нет. Видимо, виконты считают, что одного «неплохо» вполне достаточно.

Теперь, когда приходил Артур Верлинг, господин Этреус здоровался с ним и уходил в мастерскую. С виконтом оставалась Лита. С каждым разом их разговоры становились всё непринуждённее.

Поначалу они говорили в основном о книгах, но постепенно Артур стал больше рассказывать о себе. Так Лита узнала, почему он так часто бывает во дворце и всегда приходит днём. Отец требовал, чтобы Артур присутствовал на заседаниях Верховного суда — они проходили в одном из дворцовых залов. Граф считал, что это пойдёт наследнику на пользу.

По словам Артура, заседания были невыносимо скучными. Ему претили бесконечные споры и обвинения, а человеческие трагедии оставляли тяжёлое впечатление. Поэтому он вместо суда предпочитал библиотеку.

Артуру явно не хватало человека, с которым можно было бы поговорить о том, что действительно его интересовало. С отцом любой разговор почти неизбежно сводился к политике. Мать была поглощена светской жизнью и заботами о десятилетних дочерях‑близняшках — да они давно уже и не понимали друг друга. Среди друзей же можно было обсуждать только лошадей, женщин, охоту, выпивку, оружие и прочие подобные вещи.