Кто придумал неоязычество

В последнее время в России все более заметным стало явление, называемое неоязычеством или родноверием. Широко распространяются идеи о необходимости возвращения русских к традиционной вере русского народа – то есть к древнему славянскому язычеству. Ведь оно, дескать, в наших широтах было изначальным, наши предки его придерживались, а христианство – чужеродная (греческая либо еврейская) и вовсе не соответствующая русскому духу вера. Завезена она была извне, навязана нашим предкам обманом и грубой силой.

Эти нехитрые рассуждения делаются отправной точкой для возникновения различных неоязыческих сект, а пропагандируемая ими неоязыческая идеология распространяется еще шире. Люди слушают россказни о «кровавом крещении» Руси, о великой древней языческой славянской цивилизации, о необъятном могучем государстве с непобедимыми воинами, завоевавшими полмира и основавшими все главные города Европы, Азии и даже Африки. И все это якобы было уничтожено христианством, скрывающим подлинную историю от одураченного им человечества. Именно эту подлинную историю заново открывают современные поклонники язычества, разоблачая «фальсификации христианских лжеисториков».

К сожалению, многие наши современники некритично воспринимают подобные утверждения и начинают верить им, не требуя доказательств. Для того чтобы разобраться и суметь корректно оценить эти заявки современных неоязычников, думается, нужно начать с глубокой древности и вновь освежить в памяти факты самого начала нашей истории. Итак, как же Древняя Русь приняла христианство?

Чтобы ответить на этот вопрос, мы поговорим об обитателях северо-востока Европы, об их этническом составе, об их жизни, нравах и обычаях. Конечно, мы обсудим и их религиозные представления – то немногое, что мы о них знаем из достоверно древних источников. Мы поговорим о соседях древних русов, о договорах с ними, об их войнах, постараемся понять психологические мотивы обращения в христианство князя Владимира и внимательно посмотрим, как древние источники отражают принятие христианства всей землей. Оценив все свидетельства, мы сможем делать выводы, насколько и в чем им можно доверять. Итак, дорогой читатель, в путь!

Вокняжение Владимира

К середине 80-х годов Х века великий князь Киевский Владимир осознал, что стоит на перепутье. Его планы по объединению восточнославянских и финно-угорских племен в единую общность и строительству мощного государства, признанного соседями, никак не воплощались в жизнь. Попытка создания единого языческого культа в качестве государственной религии его молодой державы не сработала. Языческие боги либо не хотели, либо не могли ему помочь. Разброд и шатания усиливались. Нужно было что-то делать. И коль скоро привычные боги выказывали столь очевидную слабость, языческое сознание князя требовало найти того Бога, который Своей силой и мощью докажет Свою истинность.

Владимир был младшим сыном киевского князя Святослава от ключницы его матери княгини Ольги. О происхождении ключницы Малуши ведутся споры: возможно, она была славянкой, возможно, дочерью купца из немецкого города Любека. После гибели отца (972) Владимир воссел на престоле в Новгороде, где веком ранее правил его предок – скандинавский воитель (варяг) Рюрик.

Теоретически Новгород подчинялся Киеву, в котором княжил старший брат Владимира Ярополк. Он начал правление еще во время долгого отсутствия своего отца Святослава (чей военный поход на Балканы оказался затяжным). Однако подчинение свободолюбивого Новгорода Киеву было весьма условным, и новгородцы в большинстве случаев поступали по-своему.

Великий Новгород, Х в.

Новгород и Киев стали самыми значимыми восточнославянскими городами как первый и последний перевалочные пункты на пути «из варяг в греки», главной торговой артерии того времени. Вокруг нее и начало формироваться молодое княжество. Из-за арабского господства на Средиземном море в IX веке наиболее безопасным стало именно это направление: из Скандинавии к Черному морю, а оттуда – к самому главному городу христианского мира – Константинополю, великолепной столице древней Римской империи (сегодня мы знаем ее как Византийскую).

Торговый путь проходил от Балтийского моря по реке Неве, Ладожскому озеру, реке Волхов, озеру Ильмень, реке Ловать, затем волоком до реки Тора, которая впадала в Западную Двину, далее вниз по Двине до Кастли, затем волоком до Днепра и по нему уже к Черному морю. Из Скандинавии вывозили железо-сырец, амбру, моржовую кость, изделия из китовой кожи (корабельные канаты и др.), оружие, художественные изделия, а также предметы, награбленные викингами в Западной Европе (французские и итальянские вина, ювелирные изделия и драгоценности, шелковые и батистовые ткани, серебряную утварь); из Прибалтики – янтарь; из Северной Руси (Новгорода) – «мягкое золото» (меха соболей, куниц, выдр, бобров и др.), льняные ткани, лес, мед, воск, кованую и керамическую утварь, оружие, кожи, смолу, пеньку; из Южной Руси (Киева) – хлеб, различные ремесленные и художественные изделия, серебро в монетах и т. д.; с Волыни – шиферные пряслица[1] и др. Другим важным товаром были рабы: дети и молодые люди, похищенные или плененные викингами на землях покоренных славянских племен для продажи на рынках Константинополя. В обмен на все это из Византии на север везли сладкие южные вина, пряности, ювелирные и стеклянные изделия, китайский фарфор, африканскую слоновую кость, аравийский ладан, дорогие ткани, иконы, книги и другие предметы роскоши. Стратегически расположенный Киев был самым крупным городом на этом пути и получал огромную выгоду от торговли.

Путь «из варяг в греки» на карте Древней Руси

В 977 году между Ярополком и его средним братом Олегом разгорелась междоусобная война, в ходе которой киевский князь разгромил отряды Олега и убил его самого. Еще совсем юный Владимир, выступавший на стороне среднего брата, «убояся, бежа за море» – в «варяжские», то есть скандинавские земли, откуда происходили его предки. Набрав там войско, он вернулся в Новгород, выгнав посадника[2], поставленного туда Ярополком. Это означало открытую войну.

Владимир действовал стремительно: для начала он захватил перешедший на сторону Киева Полоцк. С побежденными он расправился крайне жестоко: вся семья правителя города, князя Рогволода, была умерщвлена, причем по совету своего дяди Добрыни Владимир сначала изнасиловал княжну Рогнеду на глазах ее родителей, а затем убил ее отца и двух братьев. Униженную Рогнеду, просватанную прежде за Ярополка, он взял в жены насильно. Эта показательная жестокость была вызвана отказом Рогнеды на сватовство Владимира: княжна заявила, что никогда не пойдет замуж за сына наложницы. Ее слова «не хочу розути робичича» («не хочу разувать раба»)[3] смертельно оскорбили Владимира и Добрыню, так как намекали на статус матери Владимира (родной сестры Добрыни).

От Полоцка Владимир с большим варяжским войском и новгородской дружиной направился к Киеву, где заперся Ярополк. По летописной версии, воевода Ярополка Блуд, подкупленный Владимиром, запугав своего господина мятежом киевлян, заставил его бежать в маленький городок Родень. В Родне Владимир заманил Ярополка на переговоры и приказал двум варягам поднять «его мечами под пазухи». Беременную жену Ярополка, бывшую греческую монахиню, присланную ему Святославом в качестве трофея, Владимир взял себе в наложницы.

Сваты Владимира Святославича у Рогволода (слева); Рогволод беседует с Рогнедой (справа). Миниатюра из Радзивилловской летописи, XV в.

Победоносное варяжское войско потребовало себе за службу дань с киевлян. Поначалу Владимир обещал расплатиться с ними, но через месяц, укрепившись во власти, отказался, а варягов искусно разделил между собой: часть отослал на службу в Константинополь с советом византийскому императору развести тех по разным местам, а наиболее преданных из них оставил себе для управления вошедшими в его княжество городами.

По летописным данным, Владимир вокняжился в Киеве в 980 году. Согласно самому раннему «Житию Владимира» монаха Иакова («Память и похвала князю Владимиру», вторая половина XI века), это случилось 11 июня 978 года, что мы и будем считать наиболее вероятной датой.

Викинги

Кто же были эти варяги, откуда они появились и как захватили власть над разрозненными и разобщенными славянскими и финно-угорскими племенами, которые тогда населяли Восточно-Европейскую равнину?

В VIII–IX веках Европу захлестнуло нашествие воинских отрядов из Скандинавии, которых обычно называли викингами. В основной массе это были жившие на территории современных Швеции, Дании и Норвегии воины из племен, переживавших стадию разложения родо-племенного строя. Их толкали за пределы родных стран перенаселение и голод, так что скоро грабеж стал важным фактором их выживания. В подавляющем большинстве своем викинги были язычниками. Они совершали морские походы из родных пределов на пространствах от Северной Америки до берегов Белого моря и Северной Африки. Но чаще всего целью их грабительских набегов становились европейские берега по всему их периметру – от Северного моря до Средиземного. Викинги перемещались на сравнительно небольших подвижных ладьях, которые могли заходить в реки и проникали вглубь континента на десятки километров от моря. Непревзойденные воины и опытные мореходы, они внушали ужас европейцам, которые не понимали, откуда на них свалилась эта напасть и как можно ей противостоять. Ходили слухи, что сама многочисленность этих неукротимых северных воинов вызвана зимней тьмой, в которой эти варвары пребывают бо́льшую часть года, и, соответственно, им не остается ничего другого, как только энергично плодиться, а затем выплескиваться на куда более благополучные европейские земли. С ростом феодальной раздробленности оборона от викингов становилась все более затруднительной, и их шайки в своих набегах доходили до таких удаленных от моря городов, как, например, Париж.

Шведские, норвежские и датские викинги, которые двигались на запад, известны по латинским источникам под именем норманнов (лат. Normanni), то есть «северных людей». Начиная с IX века викинги начали захватывать себе территории на европейских берегах и обосновываться там, постепенно переходя к оседлому образу жизни.

Викинги двигались не только на юг, завоевательные экспедиции совершались ими на восток и даже на запад. Например, норвежские викинги начали колонизацию Исландии при правителе Норвегии Харальде Прекрасноволосом (около 900 г.). Двигаясь на закат, викинги заселили Оркнейские, Шетландские, Гебридские, Фарерские острова, а также остров Мэн. Во главе исландских первопоселенцев стоял Ингольф Арнарсон. Исландец Эрик Рыжий в 980-е годы закрепился в Гренландии, а его сын Лейф Эрикссон около 1000 года основал первое поселение на территории сегодняшней Канады.

Набег варягов

Датские викинги высаживались и на британских берегах, и даже в конце концов захватили власть в английском королевстве. Их норвежские родичи также отправляли завоевательные отряды к Туманному Альбиону, правда, с меньшим успехом.

К первой половине XI века разбойничьи набеги викингов по большей части прекратились. Связано это с сокращением населения скандинавских земель и распространением на севере Европы христианства, естественно, осуждавшего грабежи. Мало-помалу традиционный полукочевой образ жизни викингов уступал место оседлому. Ингвар Путешественник, погибший во время экспедиции на берегах Каспия (1036–1042), стал одним из последних викингов, предпринявших дальний заморский поход в духе предков.

В 911 году король Франции Карл Простоватый наконец решился отдать скандинавскому вождю Роллону северо-восток своего королевства, который получил название Нормандия. Эта тактика оказалась эффективной. Набеги остановились, а дружина северян вскоре растворилась в местном населении. К этому времени норманны уже стали христианами, хотя надолго сохранили свой непоседливый воинственный характер.

От Роллона по прямой линии происходил Вильгельм Завоеватель, возглавивший нормандское вторжение в Англию в 1066 году и победивший при Гастингсе англо-датского короля Харальда Годвинсона. Примерно тремя десятилетиями ранее норманн Вильгельм из мелкопоместного рода Отвилей со своими братьями прибыл в Апулию по приглашению местных лангобардских правителей, но вскоре восстал против своих нанимателей и начал покорение юга Италии, где его клан основал свои княжества. Следующее поколение Отвилей положило начало Сицилийскому королевству, отвоеванному ими у арабов-мусульман.

Утвердившись у власти, норманнские правители прочно вошли в правящую элиту Европы и породнились со многими царствующими домами. Мы видим, что, основывая свои государства, они быстро смешивались с местным населением и воспринимали его язык и обычаи. Во Франции они становились французами, в Италии – итальянцами, а в славянских землях – славянами. Это видно, например, по тому, что третье-четвертое поколение скандинавов в славянских княжествах уже носило славянские имена: если Ольга и Игорь – славянизированные Хельга и Ингвар, то их сына уже зовут Святослав, а его сыновей – Ярополк и Владимир. Столь же быстро во всех местах перехода к оседлой жизни викинги отказывались от своего примитивного язычества и принимали христианство.

Викинги из Скандинавии и после XI века продолжали наниматься на службу к византийским императорам и русским князьям. К последним викингам (в изначальном смысле этого слова) на норвежском престоле историки относят Олафа Харальдсона и Харальда Хардраду (Сурового), который до своего воцарения служил и Ярославу Мудрому (на дочери которого он женился), и византийским императорам, а в конце концов сложил голову при попытке завоевать Англию (1066).

Точный этнический состав первого поколения викингов в Восточной Европе (в балтийских землях и на Руси) неизвестен, но большинство современных историков предполагает, что это могли быть шведы. Как мы уже знаем, в летописях Киевской Руси они носили собирательное имя варяги. Однако Лаврентьевская летопись говорит о различиях между ними: «Те варяги назывались русью, как другие называются свеи, а иные норманны и англы, а еще иные готландцы, – вот так и эти». Сами скандинавы отмечали обилие укрепленных поселений на Руси, окрестив ее «страной городов» – Гардарикой.

Новгородцы и иногда киевские князья часто нанимали отряды викингов в качестве профессиональных дружинников, предоставляя им обособленные поселения. Такая практика продолжалась вплоть до монгольского нашествия на Киевскую Русь (XIII в.).

Византийская империя и ее столица Царьград

Согласно «Повести временных лет» (древнерусскому летописному своду XII века, первоначальное авторство которого приписывается монаху Киево-Печерской лавры Нестору), в 862 году – по приглашению ильменских словен и кривичей, а также таких племен, как чудь и весь, – некий варяжский вождь Рюрик с братьями Синеусом и Трувором были призваны княжить в трех городах с окрестностями. Синеус начал править в Белоозере, Трувор – в Изборске, а Рюрик, по одним данным, – в Ладоге, по другим – в Новгороде. Это событие, с которого традиционно отсчитывается начало русской государственности, в историографии получило условное название «призвание варягов».

Летописец назвал причиной приглашения междоусобицу, охватившую жившие на новгородских землях славянские и финно-угорские племена. Поскольку ни одна из враждующих сторон не желала уступить, решено было пригласить правителей со стороны, которые были бы равноудалены от всех фракций и, таким образом, могли гарантировать беспристрастность. Понятно, что эта летописная картина несколько приукрашена, и можно подозревать, что Рюрик с братьями, как и наемники Отвили полутора веками после него на юге Италии, воспользовались усобицей, чтобы захватить власть над разрозненными племенами. Новые правители пришли со всем своим родом, называемым Русь, этническая принадлежность которого продолжает оставаться предметом дискуссий.

В. Васнецов. Призвание варягов, 1909 г.

Летопись сообщает, как после смерти младших братьев власть сосредоточилась в руках Рюрика:

…И пришли, и сел старший, Рюрик, в Новгороде, а другой, Синеус, – на Белоозере, а третий, Трувор, – в Изборске. И от тех варягов прозвалась Русская земля. Новгородцы же – те люди от варяжского рода, а прежде были словене. Через два года умер Синеус и брат его Трувор. И принял всю власть один Рюрик, и стал раздавать мужам своим города – тому Полоцк, этому Ростов, другому Белоозеро. Варяги в этих городах – находники, а коренное население в Новгороде – словене, в Полоцке – кривичи, в Ростове – меря, в Белоозере – весь, в Муроме – мурома, и над теми всеми властвовал Рюрик.

После смерти Рюрика его родич Олег, став регентом сына князя – малолетнего Игоря, пошел походом на Киев. Город он захватил, вероломно убив правивших там князей Аскольда и Дира (соратников Рюрика), завоевавших Киев двумя десятилетиями ранее. Существует мнение, что к этому времени оба этих князя приняли крещение в Константинополе во время правления великого патриарха Фотия[4], и христианство постепенно начало утверждаться на крутых берегах Днепра. Год их крещения – 866-й после Рождества Христова – может считаться, согласно патриарху Фотию, годом начала Русской Церкви, возглавленной самым первым епископом.

Олег, начавший свое правление в Киеве в 882 году, проявил себя активным врагом проникавшего на Русь греческого христианства. Летописи не упоминают о греческом епископе, его дальнейшая судьба нам неизвестна, – а первые христиане уходят в подполье. Вместо того чтобы продолжить и развивать приносящие громадную выгоду торговые отношения, киевский князь вновь начинает войну против Византийской империи и вполне в духе своих норманнских родственников предпринимает два грабительских набега на Константинополь. Поскольку столица империи лежала на море, то любой неприятель, владеющий флотом, имел шанс подобраться к ее стенам, даже не одерживая предварительно военных триумфов на суше. Однако штурмовать могучие стены самой неприступной крепости в мире было не под силу не только отрядам Олега, но и гораздо более многочисленным и снаряженным для осадной войны противникам. Византия в то время медленно, но верно начинала выходить из затяжного кризиса, крепнуть и постепенно отвоевывать свои утраченные ранее территории на востоке и на севере.