Хроники Равновесия. «Прах Бессмертия». Том 4

Лут едва удержался на ногах. После исправления планеты тело слушалось с заметной задержкой, силы внутри почти иссякли, а любое движение требовало непривычного внимания. Красный камень под ногами уходил к краям вершины и исчезал в густом зелёном тумане. Над головой горели три незнакомые звезды, но ни чужое небо, ни неизвестный мир не давали ответа на единственный вопрос: что именно произошло?

— Верни меня обратно!

Мита стояла в нескольких шагах и плакала, не вытирая слёз. Свет вокруг неё вспыхивал рывками, проходил по рукам и крыльям быстрее, чем девушка успевала его контролировать. Голос почти сорвался на крик.

— Мита...

— Не называй меня так! Ты видел её! Видел, как она тянулась ко мне!

Эйнар шагнул ближе, но Мита резко повернулась. Свет ударил в красный камень перед ним, выбив из поверхности раскалённые осколки.

— Даже не начинай! Не говори мне успокоиться!

Эйнар остановился и посмотрел на Лута. Обычно он нашёл бы ответ даже в худшей ситуации, однако сейчас говорить было нечего. Антар стоял чуть дальше и молча осматривал вершину, туман и чужое небо. Оба выглядели почти такими же потерянными, как Мита, только держали это внутри. Они слишком привыкли к тому, что рядом есть Лут, который хотя бы приблизительно понимает происходящее. Сейчас не понимал никто.

— Верни меня, — повторила Мита.

Лут посмотрел туда, где ещё несколько мгновений назад было небо другого мира. Ни разлома, ни золотого Ока, ни следа переноса не осталось.

— Я не знаю как.

Мита замерла. Растерянность на мгновение пробилась сквозь ярость и почти сразу исчезла.

— Что значит «не знаешь»?

— Именно это.

— Оно пришло за тобой! Оно смотрело на тебя! Из-за тебя мама осталась там!

— Я знаю.

— Нет! Ты ничего не знаешь! Ты всегда что-то решаешь, куда-то идёшь, кого-то тащишь за собой, а теперь просто стоишь и говоришь, что не знаешь?!

Лут не успел ответить. Сквозь собственное истощение он наконец различил ещё одну странность этого мира: в воздухе находилась примесь, непрерывно взаимодействовавшая с живой плотью и повреждавшая её. Его оболочка почти не реагировала, но остальные были куда уязвимее. Он перевёл взгляд на зелёный туман.

— Старайтесь меньше дышать.

— Ещё что? — Эйнар нахмурился.

— Воздух ядовит.

Антар сразу сосредоточился на собственном состоянии. Через несколько секунд выражение его лица изменилось.

— Чувствую.

Эйнар проверил себя следом и кивнул:

— Слабое воздействие.

— Пока, — ответил Лут.

Мита коротко, зло рассмеялась.

— Конечно. Почему бы воздуху ещё и не быть ядовитым?

Лут поднял руку и вызвал Тень. Она отозвалась, но вместо привычного мгновенного движения лишь дрогнула под ногами. Несколько секунд Тень тянулась по камню, прежде чем подняться к его пальцам. Тьма пришла быстрее, хотя тоже запоздала; Свет оказался таким же вязким. Силы не исчезли и не перестали подчиняться, но между намерением и действием появился промежуток, которого в бою хватило бы врагу.

Эйнар заметил задержку.

— Это мир?

— Не похоже.

Антар опустил ладонь. Его Тень поднялась без промедления, обвила руку и сразу исчезла. Эйнар проверил Тьму; та мгновенно собралась вокруг кистей.

— У нас нормально.

Лут снова вызвал Свет и дождался, пока сияние соберётся вокруг руки.

— Значит, я ещё не восстановился.

— Ты несколько минут назад исправил целую планету, — напомнил Эйнар. — Даже для тебя это может оказаться утомительно.

Лут сделал шаг и слегка качнулся.

— Не начинай.

— Я не шучу.

— Это хуже.

Мита смотрела на них так, будто разговор о силах был ещё одним оскорблением.

— А у меня?

Лут повернул голову.

— Что?

— Вы проверили себя. А у меня?

Свет снова вспыхнул вокруг неё.

— Мита, сейчас не лучший момент...

— Для чего?!

— Для бесконтрольного выброса силы.

— А когда будет лучший?!

Она вскинула руку прежде, чем кто-либо успел приблизиться. Свет ударил не в Лута и не в Стражей: Мита просто выплеснула его наружу, вложив во вспышку всё, чему не находилось другого выхода. Воздух над вершиной содрогнулся. Белая волна сорвалась по склонам, врезалась в зелёный туман и выдавила его с горы. Пелена поднялась огромными пластами, закрутилась вокруг каменных уступов, разорвалась на потоки и ушла вниз, открывая километры пространства.

Обратный поток воздуха ударил по вершине. Лут рефлекторно раскрыл три пары крыльев, чтобы удержать равновесие. Эйнар тоже раскрыл крылья, но сразу вынужден был исправлять положение: дополнительная пара давала слишком много силы для движения, которое он ещё не научился чувствовать естественно. Антар расправил теневые крылья скорее как опору, чем для полёта. Мита раскрыла свои вместе со вспышкой и сама едва устояла на ногах. Летать она пока не умела вовсе.

Сияние погасло, однако ярость Миты никуда не исчезла. Она тяжело дышала, лицо оставалось мокрым от слёз, пальцы дрожали.

— Работают, — выдавила она.

Эйнар сложил крылья.

— Это было заметно.

— Заткнись.

— Уже.

Антар не вмешался. Он смотрел вдаль.

— Там город.

Без тумана мир оказался значительно больше, чем казался с вершины. Красные и почти чёрные горы поднимались из зелёного моря на многие километры друг от друга. Между ними лежали долины и огромные участки равнины, всё ещё скрытые ядовитой пеленой. Далеко впереди возвышался пик, который поначалу можно было принять за отдельный горный массив. Потом сквозь дымку проступила геометрия.

Гора была превращена в крепость. Несколько поясов укреплений врезались в склон на разных высотах и соединялись с естественной породой так глубоко, что отделить одно от другого было почти невозможно. Огромные стены поднимались уступами, из массива выступали десятки башен, между ними тянулись мосты, платформы и переходы. На нижних уровнях темнели тяжёлые орудия, выше Лут ощущал многочисленные скопления энергии. Верхняя часть горы почти полностью исчезала под постройками, словно целый город вгрызся в камень и решил больше никогда его не покидать.

Мита всматривалась в окна и переходы среди каменных поясов, пытаясь заметить движение.

— Значит, здесь кто-то живёт.

— Пока да, — сказал Антар.

Лут уже видел причину оговорки. Крепость сражалась.

Масштаб противника удалось осознать не сразу. У подножия горы будто двигался ещё один скальный массив, пока он не изменил форму. Существо было сопоставимо с крепостью. Огромная масса плоти медленно давила на нижние укрепления, опираясь на конечности толщиной с башни. Ни одна не походила на другую: одну покрывали костяные пластины, другая состояла из множества сросшихся тел, третья переходила в тяжёлую металлическую конструкцию, почти поглощённую плотью.

По поверхности чудовища двигались сотни отдельных частей. Руки, лапы, головы, крылья, обломки механизмов и целые тела торчали из общей массы под неправильными углами. Одни были погружены в неё почти полностью — снаружи оставалось только лицо или конечность. Другие продолжали двигаться сами, хотя давно стали частью существа.

Тяжёлые орудия крепости ударили почти одновременно. Через долину прошли снаряды, следом на чудовище обрушились потоки энергии. Плоть разорвало в нескольких местах, одну из опор перебило, значительная часть верхней массы исчезла во вспышке. Тварь качнулась, но уже через мгновение ответила.

Лут почувствовал, как энергия собирается в человеческой фигуре, вросшей в бок существа. Из её тела вырвался поток огня и ударил по защите крепости. Почти сразу силы начали накапливаться и в других участках общей массы. За огнём последовали молния, плотный поток воды и вырванный из земли камень, брошенный в стену.

— Оно использует силы тех, кто внутри, — сказал Антар.

Лут уже смотрел на другую часть тела. Вросшая в плоть металлическая конструкция медленно повернулась к крепости. Она всё ещё напоминала тяжёлое орудие, хотя мясо проросло между деталями и местами полностью заменило опоры. Раздался выстрел; снаряд ударил в укрепления. Следующее орудие выплюнуло не металл, а тяжёлый ком плоти. Он расплескался по наружной стене и продолжил двигаться.

Мита побледнела.

— Что это за мерзость?..

Никто не ответил. Крепость дала новый залп, и несколько попаданий разорвали бок твари. Огромный участок плоти оторвался и рухнул на равнину отдельно от основного тела. Даже с такого расстояния Лут видел, что оторванная часть, размером с небольшой дом, продолжает двигаться. Человеческая рука судорожно заскребла землю, несколько голов открыли рты, одна из них повернулась к крепости. Внутри куска плоти Лут ощущал несколько отдельных источников жизни.

Эйнар тоже заметил движение.

— Они живы.

— Даже отдельно от него, — добавил Антар, присмотревшись.

Основная масса чудовища снова пришла в движение. Рана не затягивалась, утраченная конечность не восстанавливалась, из разорванной плоти вытекала тёмная жидкость. Существо теряло части тела, но продолжало ползти к стенам. Новый залп крепости почти разорвал его верхнюю часть пополам. Несколько крупных фрагментов рухнули вниз; через несколько секунд то, что осталось, снова подтянулось вперёд.

Антар резко повернул голову.

— Лут.

— Вижу.

— Не туда.

Лут проследил за его взглядом. У подножия их собственной горы двигался туман. Из зелёной пелены медленно вышла огромная масса — ещё одно существо. Оно уступало тому, что штурмовало крепость, но слово «меньше» здесь мало что значило. Основное тело было размером с крупный замок, а наиболее высокие части поднимались ещё выше. Массивные опоры состояли из сросшихся тел зверей и разумных существ, местами укреплённых металлом. Между складками плоти торчали части оружия и машин. Из бока выступала тяжёлая пушка, почти полностью поглощённая телом; выше виднелись десятки фигур, вросших по пояс, плечи или шею.

Одна голова повернулась к вершине, затем другая. Вслед за ними изменилось направление всего тела. Мита сделала шаг назад.

— Оно увидело вспышку?

— Не знаю, — ответил Антар, всматриваясь вниз.

Лут не чувствовал ни попытки поиска, ни направленного воздействия. Однако существо уже двигалось точно к ним, без колебаний, будто всегда знало, где они находятся. Первая огромная конечность легла на склон, и камень треснул под её весом. Следующая вонзилась выше, вырывая кусок красной породы; тело подтянулось следом. Тварь поднималась медленно, но не останавливалась. После того, сколько ударов выдержало существо у крепости, её медлительность уже никого не успокаивала.

Эйнар раскрыл две пары крыльев.

— Можно уйти по воздуху.

— Ты сам нормально долетишь? — спросил Антар.

— Долечу.

— Я в лучшем случае не разобьюсь сразу.

Эйнар перевёл взгляд на Миту, но она даже не ответила. Лут попытался вызвать пространство. Сила отозвалась с мучительной задержкой, собралась вокруг руки и рассыпалась прежде, чем переход успел стабилизироваться.

— Не получится.

Эйнар сложил крылья.

— Значит, остаёмся.

— Убедительный план, — сухо заметил Антар.

Внизу существо продолжало подъём. Лут первым почувствовал, как энергия начала быстро скапливаться сразу в нескольких частях его тела.

— В стороны.

Они разошлись одновременно. С одного участка чудовища ударил огонь, почти сразу за ним пришла молния. Камень на вершине взорвался осколками. Антар ушёл в Тень, Эйнар отбил часть атаки Тьмой, а Мита выставила перед собой Свет. Удар протащил её назад; крылья раскрылись рефлекторно, но она не умела ими пользоваться и только сильнее потеряла равновесие.

Лут попытался перехватить остаток атаки Тенью. Она пришла поздно. Для остальных его движение всё ещё выглядело быстрым; сам же он чувствовал каждое потерянное мгновение. Тень ударила по потоку и отбросила его в сторону, когда тот уже прошёл большую часть расстояния.

Существо продолжало подниматься. На его теле вновь собиралась энергия, несколько вросших фигур одновременно повернулись к вершине, а пушка в боку медленно сменила направление. Мита всё ещё плакала, но у её ярости появилась ещё одна цель. Она смотрела на чужие руки и тела, которыми чудовище готовилось атаковать, и так сильно сжимала кулаки, что побелели пальцы.

— Я хочу домой.

Лут не отвёл взгляда от поднимающейся твари.

— Я тоже.

Пушка выстрелила. Лут увидел снаряд раньше, чем тело подчинилось ему. Тень расползалась перед группой слишком медленно, и Эйнар ударил Тьмой первым. Две силы столкнулись со снарядом почти одновременно. Металл разорвало в воздухе, но следом полетели куски плоти, выброшенные тем же выстрелом. Антар ушёл в сторону через Тень, Мита закрылась Светом, а Лут отбросил остатки в склон.

Потеря нескольких частей не остановила существо. Огромные конечности одна за другой вонзались в красный камень, подтягивая тело всё выше. Из его поверхности поднимались новые всплески энергии; где-то глубже внутри поворачивались к вершине металлические конструкции.

— Разойдитесь! — крикнул Эйнар.

На этот раз команду выполнили без споров. Молния ударила туда, где только что стоял Антар. Свет Миты встретил поток огня и разорвал его, но следующая атака пришла сбоку. Эйнар перехватил её Тьмой, отбросил вниз и сорвался с места, используя обе пары крыльев.

Первый рывок вышел слишком сильным: Эйнара подбросило вверх, тело перекосилось. Он выругался, выровнялся и всё-таки удержался в воздухе.

— Очень убедительно, — бросил Антар.

— Зато я наверху!

— Пока.

Эйнар проигнорировал его и пошёл вниз. Тьма собралась вокруг рук, вытянулась в широкие лезвия и ударила по передней части существа. Несколько вросших тел и одна массивная конечность отделились сразу. Огромный кусок плоти сорвался со склона, ударился о камни и покатился вниз. Чудовище даже не остановилось, а оторванная часть продолжала двигаться отдельно.

— Это уже раздражает, — сказал Эйнар.

Антар атаковал следом. Тень прошла по склону, поднялась под телом твари и разрезала несколько опор. Масса накренилась, на мгновение потеряла равновесие, однако десятки меньших конечностей тут же вцепились в камень.

Лут следил за боем и всё яснее ощущал собственное состояние. Силы у него оставались; беда была в том, что тело не успевало за ними. Каждая попытка вызвать Свет, Тьму или Тень требовала времени, пространство почти не слушалось. Даже крылья реагировали с задержкой, словно между мыслью и действием появилась вязкая прослойка. Он ещё мог сражаться, но уже не так, как привык.

Лут поднялся в воздух и сразу понял, насколько ошибся. Три пары крыльев раскрылись, однако тело дёрнулось вместо привычного ровного движения и едва удержалось над вершиной. Светлая пара отозвалась первой, Тень второй, Тьма запоздала. Разница была ничтожной, но для шести крыльев хватило и её. Лут опустился обратно.

Эйнар заметил.

— Не лезь.

— Сам разберусь.

— Ты сейчас даже летишь хуже меня.

Лут посмотрел на него.

— Не преувеличивай.

— Это был самый страшный комплимент в моей жизни.

Снизу снова ударила энергия. Эйнар рванулся в сторону, слишком резко раскрыл верхнюю пару крыльев и перевернулся в воздухе. Каким-то чудом он не рухнул на склон. Антар отступил через Тень, Мита поставила перед собой плотную стену Света, но удар расколол её и отбросил девушку назад. Антар успел поймать её за руку.

— Крылья!

— Я не умею!

— Уже заметил!

— Тогда заткнись!

Эйнар приземлился рядом, едва не сбив обоих.

— Хватит бегать по земле. Оно скоро будет здесь.

— Я сказала, что не умею летать! — Мита резко повернулась к нему.

— Я тоже не особенно умею.

Антар оглянулся на две пары его крыльев.

— Это должно успокаивать?

— Нет. Это значит, что времени нормально учиться у нас нет.

Очередной выстрел разорвал край вершины, подняв облако красных осколков. Эйнар схватил Миту за плечо и отвёл дальше от обрыва.

— Крылья не руки. Не пытайся ими махать.

— Очень полезно!

— Я серьёзно. Ты всё время пытаешься двигать ими как птица. Они работают от силы. Почувствуй, куда тянут тебя, и не мешай.

— Ты сам понял это минуту назад? — спросил Антар.

— Примерно.

— Прекрасный учитель.

— Другого нет.

Существо поднялось ещё выше. Теперь с вершины были видны отдельные лица, и некоторые смотрели на них осмысленно. Человек, вросший почти по грудь в плоть, открыл рот. Из-за расстояния и грохота боя они не слышали его голоса, но выражение лица не оставляло сомнений: он кричал. Внутри его тела собралась энергия, и через мгновение из рук вырвался поток огня. Мита отбила его Светом. Лицо человека исказила боль, однако он продолжал атаку, не в силах остановиться.

Антар тоже это увидел.

— Они всё понимают.

Эйнар ничего не ответил. Он ударил Тьмой ниже человеческой фигуры, стараясь не задеть её. Плоть вокруг разорвало, тело освободилось и рухнуло на склон. Человек продолжал кричать даже после отделения от чудовища, хотя нижней части тела у него больше не было.

Мита застыла.

— Он...

— Потом, — резко оборвал её Эйнар. — Сейчас живём.

Металлическое орудие в боку существа повернулось к ним. Антар раскрыл крылья.

— И что мне делать?

— Не думать о них как о крыльях.

— Отличный совет.

— Серьёзно. Подними себя Тенью и дай им подхватить движение.

Антар поднялся на несколько метров. Крылья дрогнули, и его сразу повело в сторону.

— Не выравнивайся телом! Крыльями!

— Меня сносит к склону!

— Ударь Тенью снизу! Дай крыльям подхватить движение!

Антар действительно начал падать, но ударил Тенью снизу и вернулся вверх.

— На земле показать не мог?

— На земле тебя никто не сбивал.

— Тогда говори, куда смотреть.

Пушка выстрелила. Антар дёрнулся в сторону слишком резко и потерял равновесие, зато снаряд прошёл мимо. Он раскрыл крылья шире, поймал тягу и впервые удержался в воздухе без помощи Тени. Всего несколько секунд, но удержался.

— Поймал поток! — крикнул Эйнар. — Не сгибай крыло!

— Оно само меня держит!

— Вот и не мешай ему!

Мита смотрела на них с яростью, будто они лично придумали необходимость летать.

— А мне что делать?!

— Поднимись на Свете, — ответил Эйнар.

— Я упаду.

— Встану ниже и подхвачу, если сорвёшься.

— Ты сам едва держишься!

— Антар, прикрой снизу!

— Снизу прикрою, — отозвался Антар, выравнивая полёт.

Новая атака оборвала разговор. Лут выставил Тень, но слишком поздно: энергия ударила по ещё формировавшейся защите и разорвала её. Его отбросило назад. Крылья раскрылись сами, вновь с разной задержкой, и он остановился у самого края. Раздражение поднималось вместе с болью. Враг не стал быстрее — это Лут стал медленным, и привыкнуть к этому было тяжелее, чем к силе чудовища.

Он вытянул руку. Тьма собралась вокруг ладони, Тень прошла вдоль неё, Свет замкнул структуру. Удар сорвался вниз и разрезал переднюю часть твари почти на треть. Огромный кусок плоти отделился, множество тел рухнуло вместе с ним, вросшая металлическая конструкция треснула пополам. Существо остановилось.

Лут опустил руку. Перед глазами на мгновение потемнело. Тварь снова двинулась.

— Конечно, — тихо произнёс он.

Эйнар приземлился рядом.

— Всё.

— Что?

— Хватит.

— Я ещё могу.

— Можешь. Только каждый следующий удар медленнее предыдущего.

Лут хотел возразить, но не смог: Эйнар был прав. Антар опустился чуть дальше, слишком жёстко ударился ногами о камень и едва не упал.

— Я впервые соглашусь с ним.

— Запомню дату, — ответил Эйнар.

Мита стояла рядом, окружённая Светом. Слёзы ещё не высохли, глаза оставались красными, однако необходимость выжить заставляла её следить за чудовищем вместе с остальными.

— Лут отходит. Мы держим, — сказал Эйнар.

— Ты решил командовать? — спросил Антар.

— Кто-то должен.

Лут посмотрел на Эйнара. Тот выдержал его взгляд, и через несколько секунд Лут отступил.

— Не геройствуйте.

— Особенно смешно слышать это от тебя.

Эйнар вновь раскрыл крылья и на этот раз поднялся ровнее. Антар последовал за ним. Его полёт всё ещё напоминал постоянное исправление падения, но он уже не возвращался на землю после каждого движения. Мита осталась стоять.

— Я не могу.

Эйнар завис над ней.

— Можешь подняться?

— На Свете да.

— Поднимайся.

Она медленно оторвалась от земли и раскрыла крылья. Её сразу повело назад. Мита испуганно дёрнулась, Свет вспыхнул вокруг тела и подбросил её вверх.

— Не сопротивляйся!

— Я падаю!

— Ты летишь!

— Это не полёт!

— Сейчас достаточно!

Антар прошёл рядом, накренившись почти горизонтально.

— Он прав.

— Ты сам еле держишься!

— Поэтому я эксперт.

Мита зло выругалась, выровнялась Светом и на несколько секунд зависла между ними. Эйнар усмехнулся.

— Уже лучше.

— Я тебя ненавижу.

— В очередь.

Они атаковали вместе. Тьма Эйнара отсекала крупные части тела, Тень Антара разрывала опоры и мешала чудовищу цепляться за склон. Свет Миты бил почти без точности, зато с такой мощью, что целые участки плоти срывало вниз. Существо продолжало ползти. Каждую потерянную конечность заменяла другая: вместо огромной лапы в камень вцеплялись десятки меньших рук, на месте уничтоженного оружия наружу выворачивалась новая металлическая часть. Поглощённые существа продолжали использовать силы, даже когда от них оставалась половина тела.

Вершина постепенно разрушалась. Красный камень покрывали ожоги, трещины и воронки; туман снова поднимался снизу и заполнял повреждённые участки склона. Лут отошёл от края и пытался восстановиться. Квазар внутри отдавал энергию, но оболочка принимала её слишком медленно. Всякий раз, когда он обращался к силе, возвращалось ощущение вязкой задержки. Он попробовал снова вызвать крылья. Все три пары появились, однако лишь спустя несколько мгновений. Лут сжал зубы.

В этот момент существо изменило тактику. Прежде оно поднималось на массивных конечностях и использовало присоединённых существ для атак. Теперь из центральной массы вырвалось длинное щупальце. Оно росло прямо в движении, вытягиваясь из общей туши и увлекая за собой руки, кости и куски металла. Его конец раздулся, раскрылся несколькими костяными выступами и ударил вверх.

Эйнар заметил первым.

— Лут!

Тот повернулся, но слишком поздно.

Во внутреннем мире Орн сидел у подножия Пика Мира и слушал Реми вполуха. Разговор давно ушёл в сторону от чего-либо полезного и всё больше напоминал попытку понять, куда Лут снова умудрился влезть.

— То есть ты не знаешь, где он сейчас?

— Я сказал, что не могу точно определить положение внешнего мира.

— Звучит почти одинаково.

Реми собирался ответить, но резко замолчал. Его взгляд ушёл мимо Орна, мимо леса и океана — туда, где для остальных ничего не существовало.

— Что?

Реми не ответил. Лицо стало сосредоточенным, и Орн поднялся.

— Реми?

— Координаты изменились.

— Какие координаты?

— Мира.

— Мы опять куда-то переместились?

— Не мы. Внешний мир сместился относительно внутреннего.

— Лут?

— Идёт бой.

Перед Реми появилась тонкая трещина. Она не раскрылась до конца и не превратилась во врата: пространство разошлось узкой неровной линией, расширилось на несколько десятков сантиметров и застыло. Происходящее снаружи было видно словно через разбитое окно.

Орн подошёл ближе. За трещиной находились чужая вершина из красного камня, зелёный туман и незнакомое небо. Эйнар и Антар держались в воздухе над склоном, Мита находилась чуть ниже, окружённая Светом. Лут стоял в стороне и выглядел хуже остальных.

— Что за...

Орн не успел закончить. Из нижней части обзора вырвалось огромное щупальце. Лут повернулся слишком поздно, и удар пришёлся ему в бок. Три пары крыльев исчезли почти одновременно: светлые рассыпались искрами, Тьма распалась густым чёрным туманом, Тень разошлась рваными клочьями. На мгновение изменилось всё тело. Лицо потеряло чёткие очертания, руки и грудь задрожали, словно внешний облик перестал удерживать собственную форму.

Щупальце прошло дальше. Части тела Лута не стало. Её не разорвало и не вырвало, как кусок плоти: на её месте осталась неправильная пустота, по краям которой клубился звёздный туман, пытаясь удержать границы оболочки. Ни крови, ни костей, ни внутренних органов. Только отсутствие части формы — и повреждение не затягивалось. Туман собирался по краям, но тело не восстанавливалось.