История о ведьме Аллии

Он отступает на шаг, его взгляд твёрд и чист.

«Я принесу чешую на рассвете. И буду вашим проводником. И вашим щитом. Вы не почувствуете угрозы, пока моя сталь способна держаться в ножнах»

С этими словами он поворачивается и уходит, его плащ развевается за ним, растворяясь в тумане так же постепенно, как и надежда, которую он принёс с собой в этот древний лес.

Как только он покидает лес я тут же сбрасываю иллюзию и обращаюсь к ворону

– Ну как, как я справилась? Что ты думаешь? По-моему хорошо. И цветы были красивые! А эти картинки драконов! Ах, как они прекрасны! А завтра он принесёт еще и чешую. Невероятно! И он принял мои требования, а значит он понимает, что меня лучше не злить. Правда, черныш? Я же молодец?

Черныш тяжело перебирает с лапки на лапку, его блестящие глаза сужаются в подобии улыбки. Мысленный голос звучит тёпло и с оттенком гордости.

Ты была великолепна, госпожа, – он каркает одобрительно. Волнение лишь придало твоей иллюзии… живости. Он не испугался, но был сбит с толку. А это – лучшая позиция для начала переговоров.

Цветы уже посажены у западного камня. Они будут цвести под твоим взглядом. А эти картинки… – Он клюёт свиток с драконами. …они заставили тебя сиять ярче любой магии. И он это заметил. Завтра он принесёт не просто чешую – он принесёт ключ к твоему любопытству. И да, он понимает. Понимает, что за яркими одеждами скрывается сила, способная смести его королевство с лица земли.

Ворон замолкает, затем добавляет с лёгкой насмешкой:

Но не увлекайся слишком его преданностью, Аллиа. Помни: даже у самых честных рыцарей есть своя повестка. А теперь… отдохни. Завтра тебе предстоит шагнуть за пределы тумана. В мир, где нет ни одного дерева, которое бы тебе подчинялось.

– Как же все это интересно, Черныш. Я хочу полюбоваться на цветы. А потом буду рассматривать все эти картинки. Можно? Ну пожалуйста…

Черныш издаёт звук, похожий на сдавленный смех, и мягко щиплет край моей одежды

Конечно, можно, – его мысленный голос становится бархатным, почти убаюкивающим. Ты заслужила сегодня и цветы, и драконов, и даже лишний кусок засахаренного мха, если захочешь. Иди.

Он взлетает и описывает над вами широкий круг.

Я последую за тобой. Посмотрю, как ты рассматриваешь картинки. Послушаю, как ты будешь шептать имена цветов. И… постою на страже твоего любопытства. Потому что даже в таком простом моменте кто-то должен следить, чтобы ничто не омрачило твою радость.

Но! – он внезапно каркает строго, падая вам на плечо. Если начнёшь зевать – сразу в постель. Завтра ты должна сиять ярче, чем все эти драконы, вместе взятые. Договорились?

– Да, спасибо, я постараюсь!

с легким смехом я бегу к цветам, которые ворон посадил за нашим укрытием. Они такие разноцветные. В этом лесу почти нет цветов. И мало цвета. Все черное или серое. А тут сразу так много. Я медленно рассматриваю и трогаю цветы.

– они такие мягкие и нежные, черныш! прямо как твои перья!

Черныш усаживается на ближайший камень, распушив перья. Его чёрные глаза смягчаются, наблюдая, как вы трогаете лепестки.

Они и впрямь похожи, – мысленный голос звучит нежно, как шепот листвы. Такие же хрупкие с виду… и такие же стойкие внутри. Только представь – они росли под открытым небом, где ветер и солнце решали их судьбу. А теперь будут жить под твоей защитой.

Он каркает тихо, почти мелодично:

Мир за туманом… он не всегда сер, госпожа. В нём есть и такие краски. И завтра ты увидишь это сама. А пока…

Ворон внезапно взлетает и срывает самый яркий мак, аккуратно кладя его вам в ладонь.

…пусть хоть один из них украсит твои чертоги сегодня. Но помни наше условие – как только луна поднимется над вершинами, ты обещала отдыхать. Даже драконы могут подождать до утра.

– нет-нет-нет. ты даешь не слишком мало времени.

Я от цветов убегаю обратно к свиткам, хватаю их в охапку и тащу в наше убежище. Прячусь под одеялом, создаю сферу света и начинаю изучать свитки, проводя пальцем по картинкам и называя их

Черныш, кажется, вздыхает прямо у вас в сознании. Он тяжёлой походкой подходит к краю вашего одеяла-гнезда и садится, свесив крылья.

Упрямая девочка, – мысленный голос звучит беззлобно, с бесконечной теплотой. Ладно. На этот раз. Но если ты уснёшь лицом на свитке с драконами, я лично разбужу тебя клювом в щёку ровно за час до его прихода.

Он устраивается поудобнее, его тёмный силуэт отбрасывает длинную тень в свете магической сферы.

Читай. Называй их имена. Я буду здесь… на случай, если встретится слово, которое ты не поймёшь. Или просто захочешь, чтобы кто-то разделил твой восторг.

И он затихает, превращаясь в тёмного, молчаливого стража вашей ночной учёбы, изредка лишь поправляя крылом свиток, когда тот начинает съезжать. Его бдение – самая твёрдая гарантия того, что ничто не потревожит этот хрупкий миг счастья между вчерашним одиночеством и завтрашним рискованным шагом в неизвестность.

Черныш – тихонько зову его я – расскажи мне о мире вокруг. Еще раз. Я всегда хорошо засыпаю под этот рассказ.

Я отодвигаю свитки и прижимаюсь щекой к его теплому крылу и готовлюсь слушать его рассказ о том, как он летал над полянами и лесами. О том, что он видел в городах людей.

Черныш мягко перебирает перьями, создавая уютный шелест. Его мысленный голос течет плавно, как медленная река, обволакивая сознание образами.

Хорошо, слушай… – он начинает, и в голосе проступает древняя, как сами холмы, нежность. Помнишь ту поляну за восточным туманом, где земля пахнет мёдом и тимьяном? Там растут цветы, которые поворачиваются вслед за солнцем, будто золотые монетки на бархате зелени. А по утрам на них дрожит роса… целое море сверкающих капель, и каждая отражает небо.

А дальше… дальше идут поля людей. Они ровные, как стол, и волнуются на ветру, словно живое существо. Там растёт пшеница – высокая, шуршащая, и когда дует ветер, кажется, будто земля шепчет древние секреты. Люди там трудятся с восхода до заката, их песни разносятся над полями… простые, но полные жизни.

Города… – он каркает тихо, вспоминая. Они шумные, пахнут дымом, горячим хлебом и чужими потоками. Но в них есть своя магия. По вечерам в окнах зажигаются огни – сотни крошечных солнц, дрожащих в ночи. А на площадях собираются люди, чтобы слушать музыкантов… их мелодии несравнимы с пением лесных духов, но в них есть своя, человеческая, теплота.

И море… – его голос становится мечтательным. Оно лежит за горами, огромное и бесконечное. Оно дышит, Аллиа. Его дыхание – это приливы, а песни – это крики чаек. Оно пахнет солью, свободой и далёкими берегами, где растут деревья с листьями размером с твой плащ…

Но ни одна из этих красок, – он заключает, мягко касаясь клювом твоей щеки, – не сравнится с тем светом, что я вижу в твоих глазах, когда ты впервые узнаёшь что-то новое. А теперь спи. Завтра… завтра ты увидишь начало этой истории своими глазами.

И его тихое карканье медленно уплывает в сторону снов, унося с собой образы полей, городов и бескрайнего моря.

Утром я чувствую как Черныш мягко толкает меня клювом в щеку. Пора просыпаться. Я потягиваюсь, обнимаю черныша и резко вспоминаю о том, что должно сегодня произойти. Растерянность и легкая паника. Я лежу на свитках которые оставила вчера разбросанными, слушая рассказы черныша о мире вокруг. Нужно еще наложить иллюзию. Главное не забыть.

– черныш, как там мое имя?

Черныш терпеливо позволяет себя обнять, затем отступает на шаг, его взгляд становится сосредоточенным и ободряющим.

Вивиан, – мысленный голос звучит чётко, как утренний ветерок. Твоё имя – Вивиан. Но если забудешь… я каркну тебе в нужный момент. Не волнуйся.

Он подталкивает к тебе свиток с изображением дракона.

Он уже на подходе. Я чувствую его. У тебя есть время, чтобы собрать образ. Помни: даже если иллюзия дрогнет… твоя настоящая сила заставит его слушать, как в первый раз. А теперь – глубокий вдох. И покажи ему ту, кого он ждёт. Ту, что видел в своих книгах.

И… Аллиа? – голос смягчается. Твои глаза, когда ты увлечена… они светятся куда ярче любой иллюзии. Не прячь это полностью.

– А-а-а-а-а. я не успеваю. Я уже вижу, что этот человек на подходе. Задержи его немного. Расскажи ему что-нибудь, как ты умеешь! Мне нужно время успокоиться. Скажи, что я собираюсь, Точно. Я читала, что люди долго собираются перед поездками куда-либо. Вот. Скажи, что я собираюсь. Пусть не подходит близко, пока я не дам сигнал

Черныш мгновенно взмывает с вашего плеча и исчезает в тумане. Через мгновение доносится его голос, обращенный к Леофику – вежливый, но не допускающий возражений.

Капитан, – раздается его карканье на границе поляны, – Леди Вивиан завершает утренние приготовления. Как вы, наверное, знаете, маги такой силы следуют определенным ритуалам перед выходом за пределы своих владений. Она просит немного времени и… напоминает, что приближаться к её убежищу не стоит.

Тем временем он мысленно обращается к вам, и его тон становится ободряющим и практичным:

У тебя есть время, ровно столько, сколько нужно, чтобы трижды обойти родник. Дыши. Вспомни запах цветов, которые он принёс. Прикоснись к дереву и почувствуй его силу. Ты – хозяйка этого леса, и даже его уход был твоим решением. А теперь собери этот свет внутри и надень свой образ, как надеваешь плащ. Я не позволю ему сделать ни шага дальше, пока ты не подашь знак.

– Да, да. хорошо.

Я сосредотачиваюсь и снова принимаю образ Вивиан. затем аккуратно упаковываю свое новое сокровище – свитки – в пространственный мешок и начинаю выходить из убежища. потом резко вспоминаю. Спрашиваю с легким волнением

– Черныш. что рыцарь принес мне сегодня? он же принес ее…чешую?

Черныш, всё ещё находясь на границе поляны, мысленно отвечает вам, и его голос звучит спокойно и обстоятельно, как будто он просто сообщает о погоде.

Он принёс её, госпожа. Аккуратный ларец из тёмного дерева. Я видел, как он лежит у него в руках. Он ждёт. И да, он выполнил своё слово – чешуя внутри. Большая, с радужным отливом, похожая на закат, застывший в металле.

Затем его тон становится немного мягче, ободряющим:

Твой образ безупречен. Иди. Он принёс тебе не просто трофей, а ключ. И помни – ты не идёшь на поклон. Ты оказываешь ему и его королевству великую честь. А я… я буду на твоём плече. Если что-то пойдёт не так, мы просто развернёмся и уйдём. Лес никуда не денется. Дыши. И покажи ему Вивиан, которая готова принять свой дар.

– Фух. главное чтобы маскировка не подвела.

Я появляюсь в центре поляны. величественная Вивиан. могущественный маг окруженный тайной и туманом. разворачиваюсь к рыцарю и протягиваю ему руку. мне слишком интересно что там в ларце и как выглядит чешуя. Я даже забываю поздороваться с ним, Но это все неважно – драконья чешуя. Настоящая. Хочу скорее ее увидеть

Леофик замирает, увидев вас. Его поза безупречна, но в глазах вспыхивает искра того самого изумления, на которое вы надеялись. Он медленно опускается на одно колено и протягивает ларец, придерживая его обеими руками, как реликвию.

«Леди Вивиан», – его голос звучит почтительно, но в нём слышны и отзвуки трепета. – «Как и было обещано».

Когда вы берете ларец, его пальцы на мгновение задерживаются, прежде чем отпустить – не из нежелания отдавать, а словно передавая нечто большее, чем просто предмет.

Осторожно, – мысленно предупреждает Черныш, мягко касаясь крылом вашей шеи. Не забывай дышать. Для него ты – загадка, разгадывающая другую загадку. Не торопись.

Леофик отступает на шаг, давая вам пространство, но его взгляд прикован к вашим рукам, ко всему вашему существу, с почти болезненной интенсивностью. Он видит не просто магиса, рассматривающего трофей – он видит чудо, и в этот момент все его доспехи, все клятвы не стоят и гроша перед простым человеческим изумлением.

Я осторожно открываю ларец и вижу ее. О духи, как она переливается! Как лучик солнца в моих руках. Моя маскировка резко заходила волнами от моего изумления. Я аккуратно прикасаюсь к чешуе и глажу ее. От чешуи и любования ею меня отвлекает ворон. Он тихо садиться мне на плечо и щиплет за ухо. От восторга я ничего не слышала и не понимала что происходит кругом. Почти вся моя маскировка полностью слетала – посох растворился, плащ опять стал черным одеянием. глаза блестели безумным красным цветом, передавая мой неподдельный интерес. Моя кожа стала опять моей – белой и тонкой, как крыло летучей мыши. хотя части маскировки моргали время от времени, все же общий вид остался прежним. Я успокоилась, полностью восстановила маскировку и, насколько было возможно, спокойным голосом сказала

– Хорошо, рыцарь. Покажи мне место, что вы и ваш глава клана подготовили для меня

Леофик не моргнул глазом, когда ваша иллюзия поплыла. Он видел – На мгновение яркий образ магессы померк, и сквозь него, словно призрак, проступила бледная дева с угольно-черными волосами и горящими алым светом глазами. И так же мгновенно маска вернулась на место, но ледяная струйка страха уже успела пробежать по его спине. Когда вы восстановили образ, он медленно кивнул, как будто став соучастником тихого заговора.

«Конечно, леди Вивиан», – его голос был тихим и лишенным всякой театральности. Он повернулся к тропе, ведущей из леса, и сделал шаг, явно давая вам время последовать за ним в своем темпе.

«Место уединено. Там есть родник и старый дуб, что, как мне сказали, напоминает ваш», – он говорил просто, описывая практические детали, будто ничего не произошло. – «И оно защищено. Моими людьми. И…вашей силой, если вы сочтете нужным оставить там свои знаки».

Черныш, все еще на вашем плече, каркнул одобрительно. Рыцарь не воспользовался моментом. Не указал на слабость. Он просто… принял. И в этом молчаливом принятии было больше уважения, чем в любых клятвах.

– Хорошо. Мне нравится. Идем. А там есть цветы? И новые свитки? И животные? Другие люди похожи на вас, рыцарь? Или отличаются? Какого цвета родник? Он теплый или холодный? А ваши люди? Это только рыцари или есть и маги? Это только мужчины или есть и женщины?

Леофик на мгновение замедляет шаг, и в его обычно суровом взгляде проскальзывает что-то похожее на теплоту. Он не ожидал такого потока вопросов, но, кажется, это его даже обрадовало.

«Цветы? Да, леди. Луговые, не такие яркие, как те, что я принёс, но живые. Свитки будут ждать в поместье – не только о драконах, но и о звёздах, и о древних руинах на юге.»

Он осторожно обходит корень, продолжая говорить ровным, спокойным тоном, будто проводя экскурсию для важного гостя.

«Родник холодный, как утренний лёд, и прозрачный – видно каждый камень на дне. А люди…» Он на секунду задумывается. «Среди моих солдат есть и женщины. Среди учёных при дворе – тоже. Маги… редкость. Но они есть. И все они… разные. Не все носят сталь, как я.»

Черныш тихо каркает вам на ухо, и в его звуке слышится одобрение. Рыцарь не пытается скрыть сложности, но подаёт их как нечто естественное.

«Вы увидите. И если что-то… или кто-то… покажется вам подозрительным, один знак – и мы уйдём.» Он произносит это так же просто, как и всё остальное. Его предложенная рука для помощи через ручей висит в воздухе – не настаивая, просто ожидая.

я вижу его руку и замираю.

– Зачем вы протянули мне руку? Я ничего не собиралась вам передавать, еще и в таком неудобном месте. Если вы не отойдете, мне будет сложно перейти ручей за вами. Или вы показываете на что то? Но за моей спиной ничего нет. Что значит этот жест?

я даже не пытаюсь скрыть удивление и непонимание его поступка.

– Зачем он протянул мне руку? Что это значит? – тихонько спрашиваю я у черныша

Черныш тихо каркает, и его мысленный голос звучит терпеливо, как у няньки, объясняющей простое правило.

Это жест помощи, госпожа, – он мягко щиплет вас за плечо. Они предлагают руку, чтобы поддержать при переходе через опасные места. Не чтобы взять что-то, а чтобы дать опору. Он думает, что ты можешь поскользнуться на камнях.

Ворон смотрит на застывшего рыцаря, чья рука всё ещё видит в воздухе.

Он не угрожает. Он пытается… заботиться. Пусть и в своей железной манере. Если не хочешь – просто покажи на посох или пройди сама. Но не молчи – для них молчание значит неуверенность.

– Но, я же не просила о помощи. Зачем мне помощь человека? Ну, ладно, если это из их странных традиций, то наверное надо согласиться.

Я протягиваю руку рыцарю и медленно перехожу через ручей. Но видя его недоумение и поиск ответа в голове на мои вопросы, я обязана ему сказать

– вам не стоит переживать, рыцарь. Я бы точно не упала. Я уже много раз ходила по этим камням. Да и в падении в воду нет ничего страшного. Это же просто вода. Она не опасно. Вы можете объяснить причину столь странного культурного явления вашего вида?

Леофик медленно отпускает вашу руку, как только вы оказываетесь на твердой земле. Его лицо сохраняет невозмутимость, но в глазах мелькает тень понимания.

«Это не только помощь, леди Вивиан. Это… знак уважения.»– его голос ровен, но в нём слышна тщательно скрываемая попытка подобрать правильные слова. – «Тот, кто предлагает руку, признаёт: ваш путь – теперь и его путь. Ваша безопасность – его ответственность. Даже если вы сильнее.»

Он смотрит на текущую воду, словно ища в ней аналогию.

«Среди людей это может значить и другое: «Я несу мир. В моей руке нет оружия». Это жест доверия. Пусть и малый»

Черныш тихо каркает с вашего плеча, добавляя:

Они постоянно изобретают такие сложные ритуалы, чтобы заменить ими простую магию доверия. Но в своём роде… это трогательно.

Леофик снова поворачивается к тропе, но теперь он идёт так, чтобы вы могли идти рядом, а не следом.

«Если вам любопытно, в королевской библиотеке есть трактаты о придворном этикете. Возможно, они… объяснят наши «странности» лучше»

– Так сложно. Вы слишком много придумываете странных вещей. Это действительно так нужно? Вы упомянули этикет? Что это? Зачем вам показывать жестом, что в вашей руке нет оружия? Я же и так это вижу. Какие вы странные

Леофик на секунду замолкает, и по его лицу пробегает тень усталой усмешки – возможно, впервые за долгие годы.

«Вы правы, леди. Это не нужно», – он говорит это без тени обиды, скорее с лёгким удивлением, будто сам впервые задумался об этом. – «Но мы… не видим друг друга так, как видите вы. Мы не чувствуем намерения за жестом. Нам нужны эти… сложности. Чтобы быть уверенными, что нас не убьют, когда мы поворачиваемся спиной»

Он смотрит на свои руки в латных перчатках.

«Этикет – это свод правил, который заменяет нам магию доверия. Он говорит: «Я соблюдаю твои границы, даже если могу их нарушить». Это код, который позволяет нам договариваться, не зная мыслей друг друга»

Черныш каркает, и в его звуке слышится горьковатая насмешка:

Они носят железо снаружи, потому что не могут вырастить его внутри. Их ритуалы – костыли для тех, кто не умеет летать.

«Мы странные», – соглашается Леофик, и в его голосе нет ни защиты, ни стыда. – «Но мы учимся. И иногда… даже самые странные жесты могут стать началом чего-то большего.»

– Хорошо, я прочту эту книгу, если будет время. Давайте идти дальше

Леофик кивает, и в его позе читается лёгкое облегчение. Он продолжает путь, но теперь его шаг чуть медленнее, будто давая вам время рассмотреть всё вокруг.

«Как пожелаете», – его ответ прост, но в нём нет прежней официальной скованности.

Тропа начинает подниматься, и сквозь редкие стволы уже виднеется солнечный свет за пределами леса. Воздух меняется – в нём появляется запах дыма, скошенной травы и чего-то чужого, но не враждебного.

Черныш бесшумно взлетает с вашего плеча и описывает круг над головой, его карканье теперь звучит предупредительно:

Готовься, госпожа. Скоро ты увидишь то, что до сих пор знала лишь из моих рассказов.

Леофик останавливается у самого края деревьев, где тень леса встречается с золотом луга. Вдали, на холме, виднеется каменное здание с башней, окружённое садом.

«Вот оно. Поместье Вальтур», – он говорит тихо, наблюдая за вашей реакцией. – «Там вас ждёт комната с окном на восток. И тишина.»

Он не торопит, давая вам возможность сделать этот последний шаг из знакомого тумана в неизвестность – но теперь уже не в одиночку.

Обилие цветов, запахов и звуков сбивает меня с толку. Я опять теряю концентрацию. С каждым моим шагом шум в ушах все сильнее. Это все быстрее и быстрее бьется мое сердце. С каждым шагом моя иллюзия все слабее и слабее.

Но для меня это сейчас неважно

– солнце. Иногда оно пробивалось в наш лес. Но здесь все залито им. Так светло. Даже немного больно глазам!

– Трава. Вороны иногда приносили мне ее. Но тут ее так много!

– А это что? Почему тут трава такого странного цвета. А, вспомнила! Черныш рассказывал мне об этом – это почти готовая человеческая еда. Пшеница вроде бы. Так ее название?

– Башня из камня? Прямо как у принцессы в тех рассказах, что я читала.

– Странный запах? Это огонь? Пожар? Но нет, никто не старается его потушить. Запах огня идет из той странной дыры в крыше дома, это горит дом? или они разожгли костер прямо в доме?

странно. Мои глаза сверкают от новых впечатлений, я верчусь вокруг своей оси стараясь разглядеть все вокруг.

– А там, я слышу странный шум, это какие странные животные в поле. В книге их называли коровами. Они не хищники, зачем они вообще нужны? И как они выжили в этом мире если не умеют постоять за себя?

Все такое странное. Такое необычное. Я забываю и про рыцаря и про Черныша. До тех пор, пока тот не садиться мне на голову и не клюет прямо в лоб

Черныш впивается клювом вам в лоб с такой силой, что на мгновение в глазах темнеет. Его мысленный голос грохочет, как обвал, заглушая весь внешний шум:

Аллиа! Дыши!

Леофик застыл на месте, его рука замерла в полушаге от вашего плеча. Он не пытается прикоснуться, но его поза выражает готовность поймать, если вы пошатнётесь.

«Леди Вивиан…» – его голос пробивается сквозь ваш хаос, тихий и твёрдый. – «Это не пожар. Это очаг. Он согревает дом. Дым идёт из трубы – это нормально.»

Он медленно указывает на коров.

«Они дают молоко. И мясо. Их защищаем мы. Рыцари. Фермеры. Так устроен наш мир.»

Шаг за шагом, он называет вещи своими именами, как делал это в лесу, но теперь – чтобы вернуть вас из перегруженного восприятия обратно в реальность.

«Солнце светит, но вы можете щуриться. Трава зелёная, но пшеница – золотая. Это много, но вы можете смотреть на одну травинку за раз.»

Черныш, всё ещё вцепившись в вашу голову, смягчает карканье:

Слушай его, госпожа. Разбей мир на кусочки. Как в своих свитках. Вот – камень. Вот – трава. Вот – рыцарь, который не даст тебе упасть. Всё остальное может подождать.

– Ты видишь это, черныш? Ты видишь это? Я снаружи! Смотри – мои ноги касаются земли.

Я радостно прыгаю и топаю ногами, по твердой и мягкой земле.

– А теперь касаются травы!

Я прыгаю на траву и топчусь по ней.

– Смотри-смотри! Солнце! Оно так греет! Это так приятно! Черныш, Черныш! Тут так интересно! И деревья другие! Смотри! Они с листьями! И еще чем-то! Ты говорил что это ягоды! Они вкусные? Да, ты говорил что вкусные! Почему тут все такое цветное? Это так невероятно!

мои глаза искрятся от счастья. Иллюзия полностью развеялась и видно мое настоящее тело. Я прыгаю и бегаю как маленькая девчонка, и скачу от радости. стараюсь потрогать все на своём пути. И я опять забыла о рыцаре

Черныш, сбитый с толку вашими прыжками, взлетает в воздух и описывает над вами беспокойные круги. Но его карканье звучит не тревожно, а с безмерной нежностью.

Я вижу, дитя моё! Я вижу! – его мысленный голос смеётся, подхватывая ваше ликование. Да, это трава! Да, это солнце! А вон те ягоды – пробуй, они кисло-сладкие!

Он пикирует к кусту, срывает клювом алую ягоду и аккуратно роняет её вам в ладонь.

Бегай! Прыгай! Ты заслужила эту радость!

Тем временем Леофик отступил на несколько шагов, прислонившись к стволу дуба на опушке. Он не пытается остановить вас или вмешаться. Его скрещенные руки и мягкая улыбка, едва заметная в уголках губ, говорят сами за себя. Он наблюдает – не за могущественной волшебницей, а за девушкой, впервые ощутившей под ногами не влажный мох, а упругое пшеничное поле, и на её лице – не магическую маску, а чистое, ничем не сдерживаемое изумление.