- -
- 100%
- +
– И как же я смотрела? – поинтересовалась я с обманчивым спокойствием, или, может, потому, что уже не слышала собственного голоса.
– Что здесь происходит? – внезапное появление Дагдариона, словно гром среди ясного неба, заставило нас замолкнуть и раскрыть рты в немом изумлении. Впрочем, чему тут удивляться? Шум был такой, что стены, казалось, вот-вот рухнут. Неудивительно, что король услышал отголоски нашей битвы.
– А мы… тренируемся, – выпалила я, словно выстрелила из лука, и закусила губу.
"Что ты несёшь, идиотка? Боже, верните меня в реальность, и желательно так, чтобы я больше никогда не взлетала в облака безумия!" Хотя, если бы я не попыталась сгладить острые углы, злая Иоганна могла бы сказать что-нибудь ещё, и, судя по её змеиному взгляду, от неё можно ожидать только грязных трюков.
На мои слова Иоганна отреагировала с невозмутимостью удава:
– Да, я учу её не сдерживать эмоции, – произнесла она, словно ангел во плоти. – У девочки, оказывается, проблемы с психикой.
Вот так, без капли стыда, она вынесла свой приговор, словно палач, зачитывающий смертный приговор. "Стерва! Это у меня проблемы с психикой? Ха, смешно!" Даже уголок её губ нервно задёргался, когда она попыталась изобразить доброжелательную улыбку. Либо она не умеет быть доброй, либо она просто психопатка. Я склоняюсь к тому, что верно и то, и другое. В ответ на этот неуместный выпад я одарила её одним из самых злобных своих взглядов, способных испепелить душу.
– Иоганна, разве не я собирался взять на себя её обучение? – с подозрением спросил он, обращаясь к своей супруге.
– Дорогой, женщина – лучший психолог для неопытной девочки, – промурлыкала она, словно кошка, играющая с клубком. На этот раз в его взгляде читалось искреннее удивление. Что с ним такое?
– В таком случае, не забывайте об уроках этикета, – произнёс он холодно, словно ледник, пристально глядя на меня. – Через месяц "этому созданию" предстоит принимать гостей в собственном замке.
"Неужели они смеются надо мной? Я уже не ребёнок, скоро я стану королевой. Я ещё покажу вам, какая я на самом деле "хорошая девочка"!"
Обида и злость смешались во мне, словно яд и противоядие, и я готова вступить в борьбу за первенство, доказать, что я чего-то стою.
– Да, мы приступим к этому завтра же, – с натянутой улыбкой ответила она и грациозно склонила голову, словно актриса, играющая свою лучшую роль.
– Нет, для начала я возьму на себя её обучение, – решительно возразил он, словно капитан, отдающий приказ.
– Лиара, за дверью вас ожидает служанка. Отправляйтесь в библиотеку и не смейте прикасаться ни к одной книге без моего разрешения. Я присоединюсь к вам позже, – отрезал он и величественно удалился, словно лев, покидающий арену.
Вот это я понимаю, настоящее воспитание! Даже по его походке видно, кто здесь хозяин, чьё слово – закон.
Поначалу я обратила внимание на его глаза цвета морской волны, и мой взгляд невольно утонул в их бездонной глубине. Лишь спустя мгновение я осознала смысл его слов.
– Как скажете! – ответила я, склонив голову, но мужчина уже исчез за поворотом.
В течение всего этого короткого диалога Иоганна бросала на меня и Дагдариона взгляды, полные испепеляющего гнева, словно извергающийся вулкан. Что с ней происходило? Она только что успокоилась, а теперь вновь пылала от ярости, словно спичка, подожжённая от бенгальского огня.
К чему был этот фарс? Загадка…
– Лиара, ещё одна подобная выходка, и я изгоню тебя из моего замка, – прошипела Иоганна, словно змея, готовая к броску.
"Зачем откладывать? Могла бы и сейчас осуществить свою угрозу." Но как бы она ни старалась, король не позволит ей выгнать меня. В конце концов, я – будущая жена его брата, козырь в его рукаве.
– Вы не имеете права, – бросила я с презрительной усмешкой и поспешно ретировалась из комнаты, словно вор, спасающийся от погони.
Вслед мне донёсся возмущённый крик:
– А ну вернись!
Не хочу больше устраивать эти балаганы. Почему-то мне кажется, что королю наши перепалки не придутся по вкусу, а я не хочу навлекать на себя его гнев. Мои попытки жить спокойно рушатся из-за приступов, которые не дают мне и окружающим меня людям спокойно жить.
Служанка бросила на меня виноватый взгляд и робко спросила:
– Всё в порядке?
– Да, не стоит беспокоиться, просто у дамы непростой характер, – ответила я с натянутой улыбкой, но в душе скребли кошки. Что-то меня беспокоит. Странное чувство… будто в груди всё сжимается, словно тисками. Голова кружится, виски пульсируют, дышать трудно, будто что-то застряло поперёк горла.
– Где же это проклятое снадобье? – пробормотала я сквозь зубы.
– Ах, вот оно! – выдохнула я с облегчением и достала флакон из сумки, которую принесла служанка.
– Сударыня, не стоит так поступать! – воскликнула девушка с тревогой, когда я осушила пузырёк до дна.
– Вы же знаете, что это вредно, – добавила она, понимая, что не успела меня остановить.
– Сударыня Лиара, вы приняли слишком много… и не в то время, – вздохнула она и вздрогнула, словно от удара молнии.
– И что же теперь? – спросила я, чувствуя, как в животе поселился ледяной комок.
"О, как же прекрасно, что зелье начало действовать мгновенно – я уже чувствую, как напряжение покидает меня."
И вкус, конечно, отвратительный, как будто пьёшь болотную жижу, но результат того стоит!
– Ничего хорошего, я за лекарем, – засуетилась она и бросилась к двери, словно гончая, почуявшая след.
Я машинально поднялась со стула, опередила её и преградила ей путь.
– Не нужно. А когда станет плохо, тогда и отправишься за врачом, а сейчас я чувствую себя превосходно. Поняла меня? – спокойно пояснила я, стараясь не выдать своего беспокойства.
– Как скажете, – послушно кивнула девушка.
Кэни снова склонилась в поклоне.
– Не стоит, – смущённо попросила я. – Я пока ещё не королева.
Это слово "королева" я повторяла за день не раз, хотя сама не хочу ею становиться. Пока бежать некуда. Потом придумаю, как избавиться от этой проклятой короны.
Библиотека оказалась настоящим лабиринтом знаний!
Просторный зал, уставленный бесконечными рядами полок, на которых в строгом порядке покоились бесчисленные тома, словно солдаты в строю. Взгляд мой метался, словно испуганная птица, по пыльным корешкам, испещрённым надписями, в поисках искомого сокровища.
"Ничего страшного, если я ослушаюсь короля и возьму почитать одну книгу. Библиотека ведь общая, и она не случайно наполнена таким количеством томов."
"Не трогать!" – строго сказал король. "Ага, конечно, как будто я его послушаюсь", – подумала я, с трудом сдерживая улыбку.
Улыбка озарила моё лицо, когда после долгих поисков я наконец-то нашла то, что искала.
– "Хэльси и Дагдарион", – прошептала я, словно заклинание.
"Поразительно, для чего было хранить эти сведения на полках общедоступной библиотеки? Даже если эта история и является запретной для моих глаз, я не в силах обуздать своё любопытство. Простите, повелитель, но мне не терпится узнать, кто вы такой и кем была ваша покойная супруга."
Начало повествования было подобно русской народной сказке, словно лучик света, пробивающийся сквозь густую тьму.
Часть 5.2
Я начала читать, и первый абзац адресован от самого писателя читателям:
"После затянувшегося погружения в историю этой пары, я вновь ощутила привычную скованность пера. И ныне я распахну перед вами завесу в сокровенный мир великого короля Дагдариона Де Хельсинга.
Дарио, король Огненной империи, был венцом власти, но судьба, словно злобный карточный шулер, подсунула ему роковую карту. Проклятие неведомой ведьмы обрекло его на вечный холод и ледяное одиночество. Отныне Дарио – лишь застывшее изваяние, которое не под силу растопить даже самым могущественным чародеям.
Обременённый грехами, но не лишённый привязанности к своей жене, Хэльси де Хельсинг, демонице по крови, он отринул прежние владения и воздвиг новую империю – ледяную цитадель. В его душе теплилась надежда когда-нибудь вновь ощутить тепло родной земли.
Трон занял его младший брат, как временщик, до возвращения Дарио. Но годы, словно песок сквозь пальцы, утекали, меняя облик мира. Любопытные, словно мотыльки на пламя, слетались со всех концов света, дабы узреть того, кто был некогда «солнцем империи», а ныне – жалким подобием себя.
Но это лишь маска, фасад. В действительности, Дарио закалился в горниле испытаний. Его сердце – ледяная пустыня, где не осталось места чувствам. Теперь он – хладнокровный правитель своего морозного царства, принимающий решения, не дрогнув, даже если на весах – тысячи жизней.
Жизнь в замке, словно зимняя ночь, становилась всё более суровой и беспросветной. Отрешённый от любви и ласки, Дарио не замечал искру, едва тлеющую в сердце той, для которой он был всем. С годами, словно ненасытный завоеватель, он поглотил более десяти стран и деревень, порабощая целые народы, безжалостно истребляя стариков и детей. Мир погрузился в хаос, соседние державы пылали ненавистью к тому, кто превратил цветущие земли в ледяные пустоши, усеянные статуями.
В то время как Дарио, словно кровожадный хищник, терзал мир, его одинокая супруга, словно Пенелопа, ждала его возвращения, тревожно вглядываясь в горизонт.
Суровость Хэльсинга была безгранична, она ранила даже самых близких. В её глазах плескался страх, но сердце не разучилось любить. Порой король гневался на её мягкосердечие. Слишком часто её демоническая сущность прорывалась наружу, платя за проявления чувств к его ледяному сердцу.
Хэльси, измученная равнодушием мужа, словно узница в золотой клетке, нашла лазейку и бежала из замка. Дарио не пошевелил и пальцем, чтобы вернуть её, ведь она стала для него лишь источником раздражения."
Сделав паузу, я погрузилась в размышления. «Де Хельсинг»… Звучит интригующе. Но вопрос остался без ответа: почему в книге ни слова о том, как Дарио оказался в гробу? Возможно, автор не успел дописать, или намеренно утаил эту информацию от читателей. Теперь это стало ещё интереснее! Если его прошлое – тайна за семью печатями, значит, там кроется нечто… Судьбоносное. Надеюсь, когда-нибудь я смогу это узнать. Хотя… Кто я такая, чтобы претендовать на подобные откровения?
Я поднялась с кресла, словно лунатик, и отошла от стола.
— О, Хельси де Хельсинг, великая королева Огненной империи! — вырвалось у меня, словно эхо, представляя себя придворным, склонившимся в поклоне, как в фильме «Красная королева».
Словно пробуя на вкус, я продолжала эту игру, забыв обо всём на свете.
— Окажете ли вы мне честь принять мою любовь, о великая? — прошептала я, с придыханием протягивая руку с воображаемым перстнем и замирая на краю стула.
— Что вы здесь делаете? — голос, словно удар грома, вырвал меня из грёз.
— Это вы, — выдохнула я с облегчением, узнав Дагдариона. — Вы ничего не видели? — спросила я, заливаясь краской стыда.
— К вашему сожалению, я здесь уже более десяти минут, — процедил он сквозь зубы, окинув меня ледяным взглядом.
Услышав незваного гостя, я поспешно поправила юбку и, сделав шаг, едва не рухнула, запутавшись в подоле, чуть не угодив под ноги королю.
Он видел, как я читаю запретную книгу? В его глазах я, должно быть, выглядела как законченная идиотка, да ещё и споткнулась на ровном месте! Проклятье!
— Лиара, вы ослушались моего приказа! — прогремел он, нахмурив брови и сделав шаг ко мне. Он остановился, не слишком близко, но я почувствовала, как по спине пробежал холодок. Напряжение сгущалось, словно грозовая туча.
Его взгляд, словно парализующий луч, приковывал меня к месту. Я сглотнула, не в силах вымолвить ни слова. Он опустил взгляд и вырвал из моих рук злополучную книгу. Я не выдержала и разочарованно вздохнула. «Чёрт возьми, я же ещё не дочитала её!»
— Любопытный выбор, — с ледяным спокойствием произнёс он, разглядывая обложку книги, носящей его имя. Казалось, его совершенно не волнует моё вторжение в его прошлое, и это пугало ещё больше. Кто я такая, чтобы позволять себе подобное?
Впервые в жизни я ощутила себя такой беспомощной. Вероятно, этот мир сошёл с ума: для всех он нормален, а для меня – перевёрнут с ног на голову.
— Присядьте, Лиара, — изрёк владыка с оттенком досады в голосе.
Я исполнила его волю, и, подняв глаза, не заметила, как стопка книг обрушилась на стол, словно карточный домик.
— М-да, — только и смогла вымолвить я.
— Это вам на сегодняшнюю ночь, — бросил он вскользь.
— Но… — начала было я.
— Не спорьте, — отрезал он.
За всю свою жизнь я не читала столько книг за один день. Может быть, это его месть за запретную книгу?
Я молча взяла верхнюю книгу из высокой стопки и, вздохнув, начала листать страницы.
— Позвольте задать вам вопрос, который, возможно, покажется вам несколько бестактным, — немного прокашлявшись, с неловкостью проговорила я, устремив на него прямой взгляд.
— Извольте задавать вопросы, а после не отвлекайте меня, — кивнул он и взял с полки книгу. На обложке красовалось название: «Заклинатель о Бурвинских хранилищах».
— Весьма занятный выбор, — кивнула я в сторону книги. В следующий раз возьму её и узнаю, что его интересует.
— Что вы хотели спросить? Не томите! — он оторвал взгляд от книги и с раздражением захлопнул её, словно недовольный моей медлительностью.
— Почему ваша супруга Хэльси оставила вас? — выпалила я, хотя даже мысль об этом была запретной. Я хотела услышать ответ из его уст.
— Не смей произносить её имя! — прорычал он, испепеляя меня взглядом. Я всмотрелась в его глаза и заметила, как радужка вокруг зрачка постепенно наливается багрянцем, смешиваясь с голубым цветом его глаз.
Странно… В книге было написано, что ему безразлична бывшая королева. А что я вижу? Он в ярости!
— Прошу прощения, — осознала я свою оплошность. Кто меня за язык тянул?
— И не забудьте про зелье! — строго напомнил он и, хлопнув дверью, покинул комнату.
«Чёрт возьми! — мысленно воскликнула я. — Совсем забыла про зелье! Впрочем, сейчас это не столь важно».
Что ж, вы, кажется, весьма раздражительны! Не стоит демонстрировать свой нрав кому попало. В следующий раз я украду его драгоценную книгу незаметно и выясню, какие тайны скрываются в его прошлом.
Внезапно я ощутила, как нечто сдавило мою грудь, словно тисками. Боли не было, но сердце замерло, словно невидимая рука пыталась его раздавить.
Однако внимание привлёк странный дым, окутавший меня. Что это? Над моей головой сгустилась чёрная дымка, словно предвестник беды.
Я попыталась отмахнуться, но она вновь появлялась, словно зловещая туча, нависая надо мной.
Часть 5.3
Я открыла первую страницу верхней книги. Алая обложка, словно запекшаяся кровь, и выбитая по центру ледяными иглами надпись — «Редкие проклятия». Какая дьявольская ирония! Будто сама судьба подбросила мне этот гримуар после недавнего погружения в анналы Дагдариона. Теперь же, как червь в яблоке, передо мной раскрывалась вторая книга, препарирующая проклятия во всей их мерзкой красе.
Поистине, это затягивало, словно омут!
Например, проклятие Дарио, плетущееся из тени могущественных магов чёрной стихии. Особенно в промёрзлых землях Антландии, где ледяные маги, ведьмы-морозильницы и самые опасные из них — повелители бурь, творят свои злодеяния. Их общий шепот мог обрушить целые миры в пучину вечной зимы.
Но если говорить о венце творения – маге, подчинившем все стихии, то он волен наслать любое из запретных проклятий. Нарушение же этого негласного кодекса каралось судом Трёхглазого.
Трёхглазый – миф, бог, тень. Никто не видел его лик, но эхо его великих и ужасных деяний гуляло по миру, словно северный ветер. И одним из самых страшных наказаний, как клинок гильотины, являлась смерть.
Не дочитав и половины, я почувствовала, как усталость, словно удавка, затягивается на моей шее. Протёрла глаза, словно заглядывая в мутное зеркало души, и, прихватив с собой еще две книги, воспрянула из кресла, которое, словно коварный друг, за два часа превратилось из мягкого ложа в жёсткое ложе.
Взгляд мой устремился ввысь, к небесам, и усталый вздох вырвался из груди, словно птица из клетки – тучи, как и прежде, застилали горизонт.
Обратиться к Иогоне, змее, было бы верхом неприличия, служанка, скорее всего, уже дрейфовала в царстве Морфея, но вот позвать Дагдариона… Это было бы актом отчаяния, но и глотком надежды.
Замок, с его сотнями покоев, поражал воображение. И даже несмотря на репутацию его владельца, известного своей жестокостью и коварством, внутреннее убранство не кричало о присутствии Дагдариона.
И все же… Ледяные стены, голубой потолок – все здесь было соткано изо льда. Что ж, чего еще можно было ожидать?
Огромная люстра, как хрустальный спрут, свисала с высокого потолка, и я боялась, что сосульки, украшающие её, словно кинжалы, сорвутся вниз. Сам потолок, словно застывшая волна, вздымался от пола до небес, соединяясь где-то в недосягаемой вышине. Идеально голубой, как замерзшее море, раскинувшееся посреди снежной пустыни.
В общем, если взглянуть на замок снаружи, он напоминал мороженое – моё любимое лакомство!
Сейчас я находилась на нижнем уровне, а покои властелина располагались на десятом. И как я попала в этот мир, где лифты – это лишь сказки? Ах да, магия… Впрочем, в моем случае, лишь ноги – мои верные скакуны.
На седьмом этаже мои ноги уже подкашивались, а легкие, казалось, вот-вот вырвутся наружу. Тучи, нависшие над головой, словно голодные стервятники, готовы были поглотить меня. Приглядевшись, я заметила, как они почернели и раздулись, словно перезрелые плоды. Боже мой! А что, если они причинят мне вред? Если вспомнить реакцию служанки на то, как я жадно выпила зелье, последствия могли быть катастрофическими.
Наконец, десятый этаж. Победа!
Переведя дух, я выпрямилась. Теперь самое сложное – постучать в дверь короля и приготовиться к возможному возмездию.
Книга дала мне понять – его гнев изливается не только на Хельси, но и на всех, кто находится у него в услужении.
Я замерла перед ледяной дверью, словно перед пастью дракона, пытаясь подобрать слова, способные умиротворить его гнев.
"Меня заставили выпить ваш яд", – пронеслось в голове. Но этого мало.
"Простите меня, я больше так не буду", – выпалила я.
Я не могла поверить, что это сорвалось с моих губ! Как будто я ребенок, строящий глазки и обещающий исправиться, чтобы снова натворить дел.
"Просто я была не в себе после приступа, и мне нужно было больше. Ну что же, жадничать-то? Ой, всё, это я уже не всерьёз".
Нет, вот так: "Я себя плохо чувствовала после приступа и совсем не могла соображать". Звучит проще и не так фальшиво. Хотя… Я действительно была не в себе, чтобы думать о каких-то правилах. Ладно, чего тянуть? Пока эта туча не накрыла меня с головой, нужно действовать!
Я уже занесла руку, как вдруг дверь распахнулась сама собой.
Это, должно быть, приглашение – "Входите, заторможенная дама", – подумала я. Неужели мне, как какой-то особенной персоне, нужно особое приглашение?
– Войдите! – прогремел голос, и я вздрогнула, словно от удара молнии. Осторожно переступив порог, я снова подпрыгнула, когда дверь за моей спиной с шумом захлопнулась.
– Что привело вас ко мне в столь поздний час? – осведомился он, пристально вглядываясь в меня из темноты, словно сова, высматривающая добычу.
– А я, по-вашему, знаю, что меня привело? – вырвалось у меня, и я, словно ошпаренная, прикрыла рот рукой.
Вот тебе и на! И приступ решил прийти на помощь! Только этого не хватало! Прекрасно! Сейчас начнется представление.
Почему-то половина помещения была погружена во мрак, а другая часть освещалась магическими шариками, мерцающими, словно звёзды в ночи. Интересно придумано, нужно и себе такие в комнату выпросить.
И тут я заметила нечто милое. На висюльки, прикреплённые к потолку, падал свет от шаров, и они переливались, словно россыпь драгоценных камней. Они были похожи на осколки льда и длинные сосульки.
Разглядывать странные предметы на столе и стопку бумаг, означающих, что король писал важные письма, мне пришлось недолго. Сейчас мне стало не по себе… Странное чувство начало грызть меня изнутри.
Мне было плохо. Или я теряла рассудок?
Еще недавно дрожь пробегала по телу от ужаса. Я боялась произнести хоть слово, а каждое движение казалось предвестником взрыва, звериного рыка.
Он пугал меня своими пустыми глазами, холодными речами и приказами, которые я не могла выполнить. И что же произошло теперь? Я позволила себе грубость, дерзость, безрассудство и дерзость!
– Будьте любезны объяснить, Лиара, – потребовал он, выходя из темного угла комнаты, словно призрак.
– Лиара, – повторил он, словно эхо в пустом зале, пытаясь привлечь моё внимание.
– А? – пробормотала я, совершенно забыв, где я нахожусь и зачем пришла.
"Черт, где же мой разум блуждает, пока тело веселится?" – пронеслось в моей голове.
Я тряхнула головой, словно пытаясь стряхнуть наваждение, но это не помогло. Меня охватило странное чувство, будто я погружаюсь в глубины своего сознания. Мысли исчезли, и я молча смотрела на Дагдариона, стоящего передо мной с серьезным выражением лица, словно судья, выносящий приговор.
– Эээ… – начала было я, пытаясь объяснить, что произошло, но слова не складывались в осмысленные фразы. Я чувствовала себя пьяной и изо всех сил старалась не упасть, но мой заплетающийся язык выдавал меня.
– Лиара, что вы пили? – то ли он не понял, то ли я не разобрала его вопрос. Он спрашивает, что я выпила…
– Да-а, – протянула я и снова икнула.
– Что "да"? – начал раздражаться он от моего невнятного ответа, словно зверь, загнанный в угол.
– Я не употребляю спиртные напитки! – воскликнула я, решительно указывая на себя, словно пытаясь доказать свою невиновность.
– Так-так, – произнес он, не в силах сдержать свое негодование, и схватил меня за локоть, увлекая вглубь комнаты, словно буксируя сломанную лодку.
– Уберите руки, сударь! – вскричала я, пытаясь вырваться из его хватки, словно птица из силков.
Я ощущала болезненные спазмы в груди, и меня охватывало мучительное чувство загнанности, сопровождавшееся непреодолимым приступом агрессии. Я изо всех сил старалась сдержать себя, но грубые прикосновения Дарио разрушали мое внутреннее равновесие. Веки тяжелели, сознание медленно ускользало, но я понимала, что это дурной знак, и прилагала все усилия, чтобы сохранить ясность ума как можно дольше.
Ледяной вел меня, придерживая уже не за локоть, а за спину. Ноги делали неверные шаги, словно танцуя на льду, почти не ощущая пола.
– Дарио… – позвала я слабым голосом, словно шепча молитву.
Я попыталась широко открыть глаза и взглянуть на короля, но перед моим взором возникла лишь непроглядная пелена, сквозь которую едва угадывался его силуэт.
– Лиара, извольте бодрствовать! – строго молвил он, словно приказывая солдату на посту.
– Как же мне плохо… – пролепетала я, едва сдерживая слезы, готовые пролиться от боли, терзающей мое сердце.
– Она… – внезапно раздался голос служанки. О, Кэни! Она все расскажет, и…
– Вам что-нибудь известно? – прорычал он, словно раненый зверь.
Девушка от страха потеряла дар речи и в волнении начала тянуть время, теребя тонкими пальчиками подол платья, словно пытаясь найти в нем спасение. Молчание.
– Нет, мой господин… – наконец ответила она, словно выдыхая последнюю надежду.
– Прочь! С тобой я разберусь позже, – прозвучал гневный голос, и Кэни стремглав бросилась к двери, словно спасаясь от неминуемой гибели.
Он прочел ее мысли. Ей бесполезно лгать. По реакции девушки даже глупец поймет, что она говорит неправду.
Услышав, как дверь за служанкой захлопнулась, Дарио начал ощупывать мой лоб, словно пытаясь измерить температуру больного. Что за нелепость? Мне плохо из-за зелья.
Его рука, холодная, как лед, направила потоки своей магии в меня. Я была поражена тем, что жестокая боль прекратилась, и приступ перестал меня беспокоить. Я улыбнулась своему спасителю с нежностью, словно ребенок, получивший долгожданную игрушку.
– Благодарю вас, – сказала я.
– Рано радуешься, – ответил он раздраженно, словно сорвавшийся с цепи зверь.
Что это значит? Ах, да! Я уже успела доставить ему проблем.
– Что-то еще? – вопросила я, и мой взгляд, полный недоумения, устремился в его сверкающие очи. Он гневается? Опять?
– Благодаря вашему безрассудному поведению, мне придется отложить дела замка на целую седмицу! – начал он объяснять, одновременно поднимая что-то с пола, словно подбирая оброненную вещь.