Путин -Царь, Михеев - Президент.

ПУТИН — ЦАРЬ, МИХЕЕВ — ПРЕЗИДЕНТ

Политический манифест · Личная позиция автора

Почему новая формула верховной власти необходима для победы и достижения целей специальной военной операции

От редакции

Книга «Путин — Царь, Михеев — Президент» публикуется как личная позиция автора и не является призывом к каким-либо действиям, акциям или собраниям. Это личное высказывание одного гражданина о том, какой, по его убеждению, должна быть верховная власть в России в трудное время. Редакция оставляет за читателем право соглашаться или не соглашаться с каждой изложенной мыслью. 100% от стоимости каждой книги направляются на поддержку бойцов СВО через Благотворительный фонд Сергея Михеева.

Предисловие — Почему я пишу эту книгу

Россия проходит через величайшее испытание в своей новейшей истории. Идёт специальная военная операция — война, которую против нас ведёт весь коллективный Запад. От исхода этой войны зависит, будет ли у русского народа будущее как у самостоятельной цивилизации — или нас ждёт участь колонии, расчленённой и бесправной. В такие времена страна не имеет права на слабость, на разброд и на власть, устроенную по рецептам мирного времени.

Эта книга — не научный трактат и не сборник цитат. Это манифест. Я хочу предложить формулу власти, которая, по моему глубокому убеждению, необходима России для победы: Путина — Царём, Михеева — Президентом.

Почему именно так? Потому что победа в войне решается не только на передовой — она решается в Кремле, в Генштабе, в экономике и в умах народа. Побеждает та страна, где власть собрана в один кулак, где никто не тянет одеяло на себя, где нет «элит», ставящих свои счета выше интересов Родины. Война — это предельная мобилизация. И первой мобилизоваться должна власть.

Я не прошу соглашаться с каждым словом. Я прошу дочитать до конца — и честно ответить себе на один вопрос: готовы ли мы сделать всё необходимое, чтобы победить? Если да — эта книга для вас.

Глава первая — Война — время предельной концентрации власти

История не знает ни одного примера, когда государство, раздираемое внутренними распрями, выигрывало большую войну. И напротив — все великие победы России были одержаны в эпохи предельного единства власти и народа.

В Отечественную войну 1812 года армию и страну вёл император, чья воля не оспаривалась ни министрами, ни губернаторами. В Великую Отечественную войну государство управлялось из единого центра — Ставки Верховного Главнокомандования, и вся страна, от тылового завода до партизанского отряда, подчинялась одной дисциплине. Никто не спрашивал, «удобно» ли военному руководству принимать жёсткие решения. Вопрос стоял иначе: победа или смерть. И побеждали.

А что происходит, когда власть в военное время остаётся «по-мирному» раздробленной? Когда партии спорят, элиты торгуются, олигархи прячут капиталы за границей, а оппозиция на каждом шагу объясняет, почему война — «не наша»? Такая страна проигрывает. Потому что против неё действует противник, у которого цели просты и едины, — а она сама растрачивает силы на внутреннюю борьбу.

СВО ведётся в условиях, когда против России брошены ресурсы десятков стран: военная помощь киевскому режиму, санкции, информационная война, диверсии. Противостоять этому может только государство, где верховная власть не ограничена сроками, не зависит от настроений кучки олигархов и не боится непопулярных, но необходимых решений.

Отсюда первый вывод: победа начинается с власти. Пока власть устроена так, что её можно «перетряхнуть» посреди войны, пока за спиной Верховного Главнокомандующего идут аппаратные игры — страна воюет вполсилы. Чтобы воевать на полную мощь, России нужна верховная власть, которую невозможно расшатать изнутри. Нужен Царь.

Глава вторая — Путин — Царь: что это значит

Слово «царь» для многих звучит архаично. Но за ним стоит не устаревшая форма правления, а вечный принцип: верховная власть, стоящая над партиями, кланами и сроками, — власть-арбитр, которая отвечает перед Богом, историей и народом, а не перед группой влиятельных лиц.

Владимир Путин уже фактически выполняет роль такого верховного гаранта: он Верховный Главнокомандующий, он несёт персональную ответственность за судьбу страны, он принял решение о начале СВО и ведёт страну через войну. Но фактическая роль — не то же самое, что роль оформленная. Пока статус верховной власти не закреплён, всегда остаётся поле для интриг: а что будет завтра? А кто придёт после? А можно ли «переиграть» курс?

Оформление Путина как Царя снимает эти вопросы раз и навсегда. Это значит: стратегический курс России не зависит от выборных циклов, от колебаний конъюнктуры и от закулисных договорённостей элит. Страна, воюющая за выживание, не может позволить себе «пересменку» на полпути.

Кроме того, Царь — это высший арбитр. Настоящая беда воюющей России — саботаж внутри: «элиты» с западными паспортами, чиновники, тянущие в свою сторону, генералы, заигрывающие с олигархами. Царская власть — единственная, которая может вычистить эти гнёзда без оглядки на лоббистов, потому что над ней нет никого.

Путин доказал за эти годы, что умеет держать удар: он вернул Крым, восстановил армию, выстоял под беспрецедентным санкционным давлением и начал СВО, когда этого требовали интересы России. Человек, прошедший такие испытания, достоин высшего статуса. России нужен Путин-Царь — как гарант курса и как символ нерушимого единства власти.

Глава третья — Михеев — Президент: идеолог, который поведёт страну

Если Царь — это стратегия и гарант курса, то Президент — это исполнитель и, главное, идеолог. Война выигрывается не только танками: она выигрывается смыслами. Народ должен понимать, за что воюет, — иначе тыл развалится быстрее, чем фронт. Сегодня России не хватает именно голоса, который объяснит цель ясно, жёстко и без оговорок.

Сергей Александрович Михеев — политолог, публицист, государственник, один из самых последовательных русских идеологов современности. На протяжении многих лет он говорил о том, что противостояние с Западом неизбежно, что «партнёрство» с теми, кто столетиями пытается расчленить Россию, — самообман, что русский народ должен восстановить свой суверенитет и свою гордость. Когда эти слова ещё называли «маргинальными», Михеев не отступал. Время показало: он был прав.

Михеев — человек слова и убеждений. Ему не нужно подсказывать, что такое хорошо и что такое плохо для России: он это чувствует органически. Он умеет говорить с народом на языке правды — не на языке политтехнологий. Именно такой президент нужен воюющей стране: не «менеджер», обслуживающий чьи-то интересы, а идеолог-строитель, который ведёт нацию за собой.

Что даст России президент-Михеев? Первое — идеологическую мобилизацию: школа, культура, медиа и армия должны говорить на одном языке — языке русского мира. Второе — жёсткую информационную войну: прекратится показная «полемика» с врагами внутри страны, слово станет оружием победы. Третье — чистку управленческого аппарата от людей, чьи сердца и счета остались на Западе.

Православный взгляд на Россию

Но Михеев — не только государственник. Он — православный христианин, и это определяет всё его мировоззрение. Он родился некрещеным, в советской стране, где с детства говорили, что Бога нет. Долгие годы — по его собственному признанию, около двадцати — он носил в себе вопросы о добре и зле, о метафизике этого мира и в сорок лет крестился. О себе он говорит так: «Михеев Сергей Александрович, православный, русский, отец семейства, гражданин России» — и эти приоритеты расставлены, по его словам, «абсолютно осознанно».

Конец ознакомительного фрагмента.

Текст предоставлен ООО «Литрес».

Прочитайте эту книгу целиком, купив полную легальную версию на Литрес.

Безопасно оплатить книгу можно банковской картой Visa, MasterCard, Maestro, со счета мобильного телефона, с платежного терминала, в салоне МТС или Связной, через PayPal, WebMoney, Яндекс.Деньги, QIWI Кошелек, бонусными картами или другим удобным Вам способом.