ЛеТающий Мир. Между строк.

Глава 1

Звон стекла был пронзительным и резким, как крик чайки. Он разнёсся по коридору, заставив нескольких студентов вздрогнуть и оглянуться. Молодой хоббит Бондо Тэвли стоял посреди лужи из воды, земли и осколков стеклянного горшка, чувствуя, как краска стыда заливает его лицо под густой порослью волос.

– Ой, – только и смог вымолвить он, глядя на то, как по каменному полу расползается тёмное пятно.

Горшок с его новым, пятым по счёту, мутантом «макового-чашкобочонка-для-напитков» (он так и не придумал более научного названия) разбился вдребезги. А вместе с ним – и надежда на то, что его заметят.

«Какой же я неуклюжий болван», – подумал он, уже прикидывая, сколько времени уйдёт на уборку и какую лекцию он пропустит.

– Ой! Простите! – раздался звонкий голос, и чья-то рука мягко, но настойчиво отодвинула его в сторону.

Он поднял глаза и застыл. Перед ним стояла девушка. Светлые, чуть золотистые волосы, убранные в две косы, бледно-голубые глаза, смотревшие с искренней тревогой, и руки, уже протянутые к луже. Она не выглядела раздражённой или злой. Только участливой.

– Вы не порезались? – спросила она, поворачиваясь к нему. Её взгляд скользнул по его лицу, задержался на растрепавшихся волосах и смущённо опущенных плечах. – О, на вас земли столько же, сколько на полу. Оно, кажется, приземлилось прямо на вас.

Бондо посмотрел вниз. Его жилетка была вся в мокрых комьях почвы, а из правого кармана торчал жалкий корешок от его детища.

– Эм. Да. Простите, пожалуйста, – пробормотал он, чувствуя себя самым маленьким хоббитом в мире. – Я не хотел… Это… это был мой пятнадцатый эксперимент.

Она, к его величайшему удивлению, не закатила глаза. Она слегка наклонила голову, вглядываясь в жалкий корешок.

– Пятнадцатый!? – переспросила она с любопытством. – Похоже, это был какой-то цветок или, эм… необычное растение?

Бондо сглотнул. Ему было привычнее, когда над ним смеялись. Но здесь – он просто не знал, что делать с этим интересом. Хотелось забиться в раковину и зарыться в ил.

– Это… да, это новый вид чашки, – выпалил он и тут же пожалел.

– Чашки? – Она подняла бровь, и Бондо приготовился услышать что-то вроде «ха-ха, хоббиты выращивают ещё что-то, из чего можно пожрать!». Но вместо этого она сказала: – Это же здорово!

Он поднял на неё глаза. Она улыбалась – не насмешливо, а с искренним восхищением.

– Вы сделали чашку… из семени? – Она наклонилась, изучая корешок. – И она растёт? Это же… это же селекция, да? Вы направляете рост, чтобы получить нужную форму?

– Я… ну, да, – запинаясь, ответил Бондо. – Но в основном я использую мутации. Это очень сложно, и никто не… – Он осекся.

– Никто не понимает? – мягко закончила за него девушка. – Я вас понимаю. Я Елисея Лайтфолл. С факультета Жизни. Я тоже не совсем вписываюсь. Все лечат магией, а я учусь использовать травы. Говорят, это старомодно.

– Я Б-бондо, – тихо сказал он, чувствуя, как его сердце начинает биться быстрее, но теперь уже не от страха. – Мне кажется, вы наступили в мою лужу, чтобы поднять мой росток. Это… это очень мило с вашей стороны. И очень грязно... С ээ… другой.

Елисея рассмеялась, и этот смех был похож на перезвон колокольчиков.

– Это того стоило. Вы покажете мне свою лабораторию? Мне очень интересно. Хотя бы в качестве компенсации за испорченную обувь.

Бондо захотелось провалиться сквозь землю. Но в то же время он чувствовал, как внутри расцветает что-то тёплое и незнакомое, словно он сам – росток, который только что полили добротой.

– Конечно, – сказал он, беря себя в руки. – Только там очень маленькая. И всё завалено горшками…

– Идеально, – улыбнулась Елисея.

–––

Когда они вошли в его комнату, заставленную ящиками с рассадой, банками с семенами и замысловатыми приборами, она не присвистнула и не скривилась. Она просто подошла к столу и провела пальцем по огромному, похожему на тыкву, соцветию, которое стояло в углу. Пальцы дрожали от восторга.

– Это же… это почти не требует магии, – прошептала она, разглядывая полупрозрачные стенки цветка, который начинал обретать форму стакана. – Вы просто направляете.