Наёмники. Холодное Лето

Те кто собирался продолжить свой путь морем, на юг или на север нанимали в портовых городах, таких как Лурдис, Перье, Пирс и, конечно же, Минтав морскую охрану. Марджинов, морских наёмников. Потому как путь до северных государств был очень опасен, и ни один капитан, даже за бешенные деньги не рискнул бы отправиться в одиночку. Суда сбивались в караваны и если шторма их не разбрасывали, туманы не заставлял блуждать неделями неизвестно где, и все благополучно добирались до пункта назначения, то такой рейс считался очень и очень удачным. Обычно было не так.

Морской путь вдоль берегов южных государств (обитаемого мира), тоже не был усыпан розами. Здесь так же грабили суда, так же бывали шторма, но всё же реже чем на пути вдоль пустынных земель, и если случалось потерпеть кораблекрушение, то выжившие добравшись до берега, могли рассчитывать на помощь. В диких землях помочь таким беднягам было просто некому, и встреченные аборигены предпочитали скорее сожрать чужака, нежели накормить.

Также в этих городах нанималась охрана и для сухопутных караванов, ходящих вглубь континента и вдоль побережья. Вообще прибрежные города славились рынками наёмников. Тут можно было нанять бойца любой расы, которая только существует в подлунном мире. Чёрные, жёлтые, белые, красные. Тех молится земле, или таких кто поклоняется небу, попадались молящиеся цветку папоротника, идолу, отлитому из чистого золота, замшелому пеньку, и весёлому вину.

Минтав не был огромным городом, но по количеству пирсов, причалов, доков, и других портовых сооружений входил в десятку крупнейших портов в мире. Этому способствовал удобный залив, защищённый от моря огромной и длинной скалой, на оконечности которой стоял замок марвелина (титул) этого города Сапса Руната.

Рунаты, один из трёх знатнейших родов королевства Таваско. Заядлые соперники ныне правящей династии Комуников, с которыми не раз грызлись за престол. По мимо своей знатности Рунаты были ещё и очень богаты, львиную часть этих богатств принёс, да и теперь приносит Минтав. Комуники не раз пытались отнять у Рунатов этот нескончаемый источник дохода, но какими бы они ни были королями, даже они не могли творить такой беспредел в открытую. Да и не в силах были сделать это физически. Дело в том, что из шестидесяти знатных родов Таваско, восемнадцать были тем или иным образом в родстве с Рунатами, и треть регулярной армии содержалась на деньги этой семьи, кому они подчинятся в случае чего, вопросов ни у кого не возникало. Так что открыто выступать против Рунатов нынешний король Таваско Кемет второй Комуник не мог. Ведь ещё существовала и третья сила, род Вармутов, которых Комуники с помощью Рунатов пол ста лет назад подвинули с трона, за что последние и получили Минтав в подарок. Идти в союзники к Комуникам марвелин Пикелей Вармут наотрез отказался, но и с Рунатами дружить не стал. Старый барсук отлично понимал, ослабь он Рунатов, беспределу Комуников конца не будет. Вот так всё не просто было в королевстве Таваско.

На улице Булиракан, в таверне и по совместительству, гостинице под странным названием «Ржавый Болт», в одном из номеров с отдельным выходом на эту же улицу, находились четыре человека. Во главе длинного прямоугольного стола сидел мужчина средних лет. По одежде, да и по манере держаться, в нём можно было угадать капитана наёмников. На другом конце стола, у горящего камина, на низком табурете сидел ещё вполне крепкий тощий старик с массивной золотой серьгой в ухе и с нехорошим шрамом в пол лица. От этого его правый глаз был чуток на выкате, что в прочем общей композиции внешности старика ничуть не портило. Третьим был молодой человек лет двадцати восьми, тридцати, немного выше среднего роста. Одет он был в куртку сотника тех же наёмников, что и кэп. В данный момент он стоял у двери и подпирал косяк мощным плечом. Четвёртой была девушка, черноволосая, черноглазая, с решительными, слегка хищными чертами лица. Она была стройна, красива и чем-то рассержена.

– И кто куда ходил? – Спросил кэп.

– Банард с четырнадцатью парнями нанялся к барону Сигутепу, тот собирался отправить товар на ярмарку в Крушт, ему нужны были бойцы для охраны. – Отвечала красавица. – Визага и ещё двадцать человек ушли с купцом Ламеном за пушниной в верховья Сингула. Менчик с ребятами у Хипса в охране.

– Да?

– Мне так сказали. – Опустила голову девушка.

– Сказали? А ты и поверила. Сигутеп и дня не может прожить без набега на соседей, ну да бог с ними, с набегами, если бы он не подставлял наёмников. Было дело, он подвёл целую сотню бойцов кэпа Хира под виселицу. Двое бойцов из отряда Визиги лежат в лазарете добродетельных сестёр в Баттербите, порезали их изрядно, а где остальные и сам Визига они не знают. Кстати о Хипсе, про Менчика с парнями он и слыхом не слыхивал, они к нему не нанимались.

– Ну как же…

– Вот так Наска. – Оборвал кэп девушку. – Кого ты сделал своей правой рукой сотник?

– Она же из марджинов кэп, ну чего ты хочешь? Оботрётся ещё, обвыкнется.

– Тогда как ты мог вместо себя оставить неопытного командира? Тебе не жаль своих парней?

– Я им не мамка, чтобы их жалеть. Парни застоялись без дела, а ходить в патрули и цапаться с морскими ребятами, это не дело для вольных бойцов.

– А что для них дело? Вставать под знамёна Сигутепа и ему подобных? Разорять деревни, вырезать крестьян, грабить города, и всё это против короны? Именно этим они сейчас занимаются, если ты не в курсе. За это, знаешь ли, марвелины по головке не погладят, и барона, и наших ребят на дыбу вздёрнут.

– Ну, для этого их надо сначала побить, а я слышал, у этого Сигутепа нашего брата изрядно набралось, несколько тысяч.

– Мы не нанимаемся к бандитам, даже если они носят баронские короны.

– Да не будь таких баронов, мы давно бы с голоду сдохли.

– Всегда есть купцы и их караваны, которые надо охранять. Наёмник придуман не для грабежа, а для защиты.

– Может так и было раньше, но не теперь кэп, не те времена.

– Времена всегда одни и те же Барлат, просто люди разные. Одним легче защитить купца, другим убить крестьянина. Вопрос только в том, кого больше? Такие и времена.

– Мы профессионалы кэп.

– Я в этом не сомневаюсь.

Тут на табурете завозился старик.

– На днях слух прошёл, будто бы марвелин Боулека Буторк Вармут, собирается закатать этого барона в землю по самое не балуй.

– Точно Золотой?

– Как знать? Слух всегда с чего-то начинается.

В комнату вошёл парень.

– Хай кэп, привет честной компании. Ох, ты мать! – Вырвалось у него, когда он заметил Наску. – Слышь Барлат, когда это ты такой кралей обзавёлся? – И бухнувшись пред ней на колено, продекламировал.

– Полюби меня нежно мамзелька.

Поцелуи свои подари.

Пусть опуститься с шейки бретелька,

Мне прекрасные перси яви.

Посмотри как.… Какого блин хрена!? – Заорал парень, зажимая ухо рукой и отскакивая к двери.

– Словесный понос неплохо лечится хорошим ударом в ухо, по яйцам и в печень. – Наска собралась всё это продемонстрировать и двинулась на него.

– Ша, сударыня, ша! Я уже абсолютно здоров. – Он выставил перед собой руки и Наска отступила.

– Кто этот неудавшийся герой любовник? – Спросила она у Барлата.

– Улитка, наш вестовой.

– Как улитка может быть вестовым? Или это шутка?

– Конечно шутка, поручения и приказы передаваемые через него летят быстрее птицы, и при этом совершенно не важно, сидишь ли ты осаде, или штурмуешь крепость.

Тем временем Улитка разговаривал с кэпом.

– Мутраб собирает всех капитанов в мельнице, тебя Бес он тоже звал.

– Зачем?

– Кое-кто из нас пошёл не по той дорожке, и теперь мутит воду во всём нашем братстве.

– Ты о Ягриме? Зачем вообще это обсуждать?

– Он позорит честное имя вольных бойцов, он не чтит кодекс наёмников, хотя таковым себя считает.

– Хм. Утка тоже может себя селезнем считать, однако яйца нести не перестаёт. – Сказал Золотой.

– Ты придёшь? – Спросил Улитка.

– Я не подчиняюсь Мутрабу, у меня с ним контракт кончился.

– Он не только ближних зовёт, а вообще всех.

– Ого! Неужели Ягрим стоит таких хлопот?

– Не знаю, стоит он того или нет, но будут все кэпы от Валара до Сигула.

– Ещё раз ого. Собрать капитанов с половины Таваско! Когда это Мутраб такую силу взял? Или я пропустил тот момент, когда его избрали Парманом? (Парман – полковник над капитанами отрядов из вольных бойцов, но только на время военных действий)

– Он лишь зовёт, а не приказывает.

– А! – Махнул Бес рукой. – Хрен редьки не слаще. Скажи, что буду. – Улитка вышел. – А ты Барлат, разберись в своём гадюшнике, а то у тебя от сотни и пол ста ребят не осталось, все кто куда разбежались, а на носу заварушка.

– Это ещё не известно кэп.

– А у нас всегда так, нет, нет, а потом сразу да! Ну ладно, бывайте гаврики. – Бес вышел.

– Ну, надо же так подставиться! – Наска треснула кулаком в стену.

– Да ты не переживай, и у Увраха и у Дика точно такая же картина в отрядах. Если ребята находят себе работёнку по душе, лучше их отпустить.

– Ну а вдруг они и в правду м этим Сигутепом связались? И кто такой, кстати Ягрим?

– Если и связались, то быстро развяжутся. – Барлат многозначительно глянул на Золотого. – Хм Ягрим? Был когда-то сотником у Морана в Золотых Всадниках. Поговаривают, что они вместе состояли в Совах Хамонта. Так Золотой?

– Да. – Ответил старик, не вынимая трубки изо рта.

– Он тоже там служил. – Кивнул на Золотого Барлат.

– О! – Удивилась Наска. – Я и не знала дедушка, что ты такой старый. Только подумать, вы были в битве сторуких.

– Дедушка. Хе. Слышал внучёк? – Барлат заржал, а Наска покраснела, но явно не от смущения. – Это сколько же лет прошло? Тридцать пять? М-да, а я и не заметил.

– Сколько же ты в вольных бойцах? – Наска.

– Ну, давай сочтём. В пятнадцать лет я заключил первый контракт и надел пояс вольного. В двадцать пять Нойтская конница оставила от Серых Сов одни воспоминания, а коли мне шестьдесят, значит я сорок пять лет уже в наёмниках.

– Да. – Протянула Наска. – Удивительно, что вы ещё живы.

– Ну, Золотого не так просто отправить на тот свет.

– Вот за это я могу ручаться. – Подтвердил Барлат. – Так я на счёт Ягрима. После того как Моран отошёл в мир иной, Ягрим попытался занять его место, но многие из Золотых Всадников не захотели этого. Его методы даже по нынешним меркам были чересчур жестокими и естественно в его сотне подобрались ещё те отморозки. Как я сказал, кэпом он не стал, но вот штука, он и контракт с новым кэпом не расторгнул, хотя имел возможность отделиться. В общем, всё оставалось на своих местах, пока не началась война Рикобара и небольшого герцогства Рифер. Король Рикобара Свом, уже много лет пытался прибрать Рифер к рукам, но у его силёнок не хватало, и вот он наконец решился нанять наёмников, да не просто там, пару тысяч бойцов, а целую армию, восемнадцать тысяч! Там была прорва отрядов, десятки, от нескольких сот в каждом, до нескольких тысяч. Естественно, полностью оплатить их услуги Свом не мог, по-этому отдал Рифер на поток, город конечно, а не всё герцогство. Вот тут Ягрим показал себя во всей красе и не всегда, кстати, с плохой стороны. Командиром он надо признаться был отличным, о своих людях заботился как мама родная, и что самое важно, был он очень удачлив, у него просто нюх был на золото. Скоро к нему потянулись бойцы из других отрядов, вот только во время боевых действий, согласно кодексу, да ты знаешь, нельзя переходить из отряда в отряд, или переизбирать кэпа, пока жив прежний. Ягрим поступил проще, он прирезал Мома, тогдашнего кэпа, обвинив его хрен знает в чём, и объявил себя лидером, а так как отряд его к тому времени разросся до полутора тысяч, то нехватки голосов он ни испытал. Многим кэпам других отрядов это не понравилось, такой прецедент на фиг никому не нужен, но во время войны между собой собачиться, последнее дело, так что решили оставить это дело на потом. А потом Ягрим снова всех обскакал.

Герцог Рифера решил дать бой наёмникам в чистом поле, близь местечка Маунту. Честно сказать, дурацская была эта затея с его стороны, хоть и армия Рифера была не плохо обучена, но всё же не дотягивала до профессионалов, до нас, то есть. Какую роль сыграл в этой битве Ягрим? Да самую заметную, он просто не явился на поле боя, а накануне ночью увёл свои уже четыре тысячи бойцов, тихонечко обогнул с фланга войско герцога и хитростью захватил столицу Рифера, Малту. Какую кровавую баню он там устроил… даже говорить не хочется. Половину жителей перебил.

Наёмники во главе с парманом Вышкой с трудом, но всё же одолели армию Рифера, и когда усталые, но довольные явились за главным призом, то увидели гору отрубленных голов, изувеченные тела и догорающую столицу. Этот самый приз.

– И что, Ягрим не поделился награбленным?

– Поделился, – Барлат хмыкнул – только с теми, кто перешёл под его знамёна. Таким образом, парман с большинством капитанов оказались в сильном меньшинстве, и ничего ему поделать не мог.

– Так он что, раздал все деньги?

– Все, не все, никто в его казну не заглядывал, но денег он тогда отвалил изрядно, с тех пор у кэпов на него аллергия.

– А сейчас-то зачем Мутраб собирает капитанов?

– У Мутраба всегда одно на уме, другое на языке, третье на деле. Причина была озвучена, это Ягрим. Захотят турнуть его из кэпов? Ну, пусть попробуют. – Сказал Золотой.

– Мышиная возня какая-то. – Скривилась Наска.

– Как думаешь Золотой, Ягрим сейчас с Сигутепом? – Барлат.

– Если и не, то ему там самое место.

Вечером того же дня, в «Мельнице», в трактире находящимся в двух с половиной вирр от города собрались кэпы наёмников. Было их человек тридцать, почти с каждым пришёл советник, старый опытный вольный боец хранитель, или как говорили в старину «Голос Кодекса», или просто кода.

Сюда пришли и весьма уважаемые кэпы: Мутраб, Бес, Волчара, Хэврик-один.

– Слыхали парни, что творится? – Начал Мутраб, когда все кэпы расселись и запаслись кружками с пивом элем.

– Да много чего слыхали старый, ты по делу давай! – Выкрикнул кто-то из кэпов средней руки.

– Я о Ягриме…

– Ох, удивил! – Влез кто-то с задних рядов. – Чего о нём балаболить?

– Вы там варежку пореже разевайте! – Поднялся Волчара, пожалуй, самый огромный из собравшихся здесь наёмников. – Мутраб слово держит, а вы прерывать.

– Давай старый, двигай дальше!

– Я к тому речь о Ягриме завёл, что давно он у всех как бельмо на глазу. Он постоянно позорит наше доброе имя, о его вероломстве и жестокости, о его грязных делах с клоакой (бандиты, воры, убийцы) всем вам давно известно.

– Я лично, про его дела с воровским отребьем ничего не знаю. – Заявил Хэврик-один.

– Вот это и странно Хэврик, все знают, а ты не знаешь.

– Слухи ещё не доказательства, Мутраб.

– Про нас же такие слухи не ходят от чего-то. – Развёл руки Мутраб. Кэпы одобрительно загудели. – На днях марвелины решили (марвелин, звание равноценно пэру) покончить с взбунтовавшимся бароном Сигутепом и его пособником Ягримом.

– Так вот где он оказывается!? – Крикнул кто-то.

– Там он, там, и знаете, что ещё постановили марвелины! – Мутраб взял паузу.

– Что? – Не выдержал Берибек, кэп ходивший под рукой Хэврика-одина.

– Наёмников к этому делу не привлекать! – В трактире поднялся настоящий гвалт.

– Как не привлекать!?

– А кого тогда!?

– Что, съели тухлятинки кэпы?! – Подлили масла в огонь Мутраб.

– Никогда без нас не обходились!

– Почему нас отодвинули!?

– А я скажу почему! Марвелины считают Ягрима одним из нас! И они не уверены, чью сторону мы примем, если они нас привлекут!

– Это бред! Есть кодекс!

– Что!? О кодексе вспомнили!? – Пуще прежнего заорал Мутраб. – А ведь Ягрим и кое-кто из присутствующих попрали основной его закон!

– Ты на что намекаешь Мутраб! – Взвился Хэврик-один.

– Да я прямо говорю! Два года назад ты, Ягрим, Дуля и Харрап продали свои мечи королю Пемба Севию, когда он призвал вас под свои знамёна для защиты от Нойта, а вы что сделали?

– Мы дрались честно!

– Честно!? А почему вас тогда не видели в битве под Рэхом, где бедняга Севий отдал Небу душу в месте со всей своей дружиной, ожидая когда вы наконец ударите во фланг нойтской армии! Может вас перекупили?

– Ложь!!! Нас просто тогда отрезали!

– А Себампу почему тогда не отрезали? Ведь он был пятым в вашей гоп компании и, похоже, единственным, кто чтил кодекс вольных бойцов, до конца! Своего конца!

– Он остался для усиления правого…

– Для охирения он остался! – Иерихонской трубой влез Волчара. – Господа капитаны вольных бойцов, эти гниды попрали главное правило кодекса, никогда, ни при каких обстоятельствах, ни за какие деньги, ни за обещание жизни, не оставлять нанимателя до истечения срока договора! А вам сколько оставалось?

– Договор аннулировался со смертью Севия.

– Ну конечно! Этак скоро нас наймут, а мы что бы лишнего не возиться, возьмём и прикончим нанимателя!

– Это всё ложь! Ты за это ответишь Мутраб! Ни одного доказательства! Ни одного слова правды!

– Найдутся и доказательства. – Произнёс Мутраб. – Приведите Мори. В зал вошёл мужчина лет семидесяти. – Это Мори, голос кодекса и советник Себампы, надеюсь, многие из вас знают его. – В зале приветствовали вошедшего. – Говори, Мори.

– В битве при Рэхе Ягрим, Дуля, Харрап и ты Хэврик-один, должны были дождаться сигнала от Севия, и ударить нойтцам во фланг. Сигнал подавался много раз, но вас так и не было. А накануне вы пятеро здорово поцапались между собой. Теперь я догадываюсь, что было предметом спора.

– Свои догадки Мори, можешь засунуть, сам знаешь куда.

– Нас, голосов кодекса, или как теперь говорят, советников, тогда не позвали. Я не знаю, какую вы клятву в ту ночь дали друг другу. Я не знаю, что вы сказали своим людям, уводя их ночью из стана Севия. Зато через три дня я видел их в стане нойтцев, и не связанными как я, а вполне свободными.

– Я не отвечаю за то, что сделали Харрап и Ягрим! Вот за что вы меня хотите заставить ответить, я не понимаю.

– А тебя к ответу никто и не призывает, слишком мало доказательств твоей вины. – Спокойно произнёс Мутраб. – Я зол но то, что из-за таких как вы мы теряем уважение, а значит и работу, и случись нам сойтись в честном бою, пощады лучше не ждите. Хотя. – Мутраб усмехнулся. – Вряд ли нам суждено пересечься, вы же бежите битвы как трусы.

– А ты жалкий пёс, готовый за золото подохнуть! – Поднялся Хэврик-один. – И ты прекрасно знаешь, что я не трус.

– Мы вольные бойцы, у нас всегда есть выбор, пока не ударили по рукам! Может мы и псы, но вы шакалы, и питаться теперь вам только падалью! Господа капитаны, достойны ли Ягрим, Дуля, Харрап и Хэврик-один называться вольными бойцами!?

– Нет! – Был дружный ответ.

– Твои бойцы могут выбирать остаться с тобой или избрать себе другого капитана. На них вины нет, вина на тебе, ты их кэп.

– Да я их кэп, и вины на себе не вижу. Тогда у Рэхома, Ягрим первым отказался вести своих людей против Нойта, это было всё равно, что вести их на убой, а они не скот! Брал ли Ягрим золото у нойтцев, я не знаю, но я не брал!!! В тот вечер я спросил у своих сотников, хотят ли они сложить головы за Севия, у которого даже в случае победы нечем было с нами расплатиться? Что ты ответил Берибек?

– Я отказался. Нойтцев было тридцать тысяч, а нас вместе с Севием еле пятнадцать набралось.

– А ты Хан?

– Я, то же.

– Ты Файга?

– Я решил драться.

– Так он решил, но он связан со мной контрактом, и я был вправе приказать ему, и я приказал.

– И что ты хочешь этим сказать Хэврик-один.

– Только-то, что я вождь, капитан, и я не захотел гробить своих людей.

– Ты так говоришь, будто нам этого хочется. Будто Хамонту и его Серым Совам этого хотелось. Он не отступил, он погиб, и почти все его люди с ним. Зато наш авторитет взлетел до небес, нашему слову верили. А ты, Ягрим, Харрап, Дуля, и такие как вы превращают его в ни что. То ради чего погиб Хамонт, втоптано вами в грязь. – В таверне висела тишина.

– Что бы на это сказали Совы? Жаль не спросишь. – Сказал кто-то из капитанов.

– Постойте. – Поднялся Мутраб. – Ведь тут кто-то был из Серых Сов. Бес, кажется в твоём отряде есть человек.

– Да есть.

Тут поднялся высокий старик.

– А, Золотой! – Обрадовался Мутраб. – Ну, скажи нам, что на это ответили Серые Совы?

– Откуда я знаю, что бы они ответили. – Золотой зло посмотрел на капитанов. – Если бы я снова оказался на поле сторуких, я бы внимательно посмотрел на тех кто тогда стоял рядом со мной.

– О чём ты?

– Ты помнишь Мутраб, кто в твоём первом бою стоял рядом с тобой?

– Помню.

– А хотел бы ты, чтобы они снова встали рядом с тобой?

– Конечно, но мы воины и многих из них уже нет.

– Вот и я хотел бы, но не встанут. Иногда я жалею, что не остался на том поле, потому что сегодня, оглядываясь вокруг, я не вижу ни одного знакомого лица. Никого их тех, с кем я стоял на поле сторуких. Никого из тех, с кем я был в битве при Роканах, никого с кем я дрался плечом к плечу в Тарханских песках. Десятки битв, сотни имён, я жалею…, но мы наёмники. Если мы не будем держать слово и чтить кодекс, мы быстро превратимся в отребье из клоаки, а если бы мы иногда поступались словом и кодексом, то среди нас было бы немало тех, кого мы давно потеряли. Вот только были бы им рады? И могли бы мы тогда называться вольными бойцами? На твой вопрос Мутраб, что сказали бы Серые Совы, нет ответа. – Золотой сел. – Так как нет и Сов.

– Что-то ты мудришь Золотой. – Покачал головой Мутраб. – Наверное, совсем старый стал.

– Да тресни ты на две половинки кода! – Вспылил Волчара. – Навёл тут тумана! А мы теперь понимай, как знаешь!?

– Ну туман тут только для бестолковых, для них поясню.

– Чего?!

– Сядь Волчара! Я всё удивляюсь, кто тебя в своё время парманом сделал. Какой дурак? – Кэпы заржали. – А хочу я сказать по существу. Вы можете лишить Хэврика-одина пояса вольного бойца, но не можете лишить его капитанства, это могут сделать только его люди. Хэврик тоже в своё время был парманом, а это кое-что значит.

– Что это значит?

– В кодексе написано, что пармана могут убрать только парманы, количеством семь и более человек.

– Но здесь нет ни одного пармана. – Волчара.

– Здесь три бывших пармана, не считая самого Хэврика. Тот, кто хотя бы раз был записан в контракте парманом, имеет в нашем случае право голоса. Вас здесь трое, ищите ещё четверых и решайте. Вы, конечно, можете не заключать с Хэвриком контракты, так же можете советовать нанимателям не иметь с ним дела, но если вы всё же выкинете его из вольных бойцов, то его люди имеют право принять его обратно.

– Без контрактов он и его люди долго не протянут. – Мутраб.

– Что верно, то верно. – Золотой. – Наёмник без контракта, что пахарь без земли.

– Значит вот что Хэврик-один. – Поднялся Мутраб. – Мы не будем заключать с тобой контракты ни на один заказ. Может кто-то из нанимателей и захочет, но мы нет. Вы, Берибек, Хан, Файга и ваши люди могут заключать договора на прямую с нами, но только в том случае если вы не ходите под Хэвриком.

– Ну что я могу на это сказать господа кэпы? – Улыбнулся Хэврик-один. – Вы в своём праве, я в своём. Среди марвелинов нет согласия, его в прочем и раньше не было, а теперь и подавно. Под Кеметом Комуником шатается трон, а Рунаты и Вармуты не упустят своего шанса. Всё идёт к тому, что быть в Таваско большой войне, и я со своими людьми, будьте уверены, найду в ней своё место. Моли Небо Мутраб, чтоб не довелось нам пересечься на поле боя, живым не отпущу. – Хэврик-один вышел из трактира, за ним подались и его сотники и кэпы. Как только за последним из них закрылась дверь, все повернулись к Мутрабу.

– Что там ещё выдумали марвелины?

– Чего они хотят?

– Марвелины из клана Комуников нам отказали, Сапс Рунат, глава клана Рунатов, по слухам поддерживает барона Сигутепа, ведь марвелла Боулек, где бесчинствуют его люди, принадлежит Вармутам. Вот я и хотел обратиться к старому марвелину Пикелею Вармуту за контрактом, это даст нам возможность и заработать, и поквитаться с Ягримом.

– Пикелей Старый жмот, с него не много вытрясешь.

– Это верно, прижимист марвелин, но войск у Буторка Вармута, марвелина Боулека не много и уж точно они нечета волкам Сигутепа и Ягрима. Так что подождём, пока волки порежут собак и примутся за овец, а там поднимем цену. Пойдёт? – Многие кэпы согласно загудели, но лишь немногие понимали, что пирог достанется не всем. – Ну а теперь давайте отдохнём что ли? Эй, Барабан! – Крикнул Мутраб.– Всем вина!

Мутраб и Волчара уселись за дальний столик, через минуту к ним подсел один из кэпов ходивший под Мутрабом по прозвищу Свист. Бес, понаблюдав немого за пирующими капитанами решил кое-что выяснить у Мутраба.