Китайский опыт управления научно-технологическим развитием в сфере обороны и безопасности

© Александр Михайлович Губинский, 2025

ISBN 978-5-0068-7708-5

Создано в интеллектуальной издательской системе Ridero

От автора

Диалектика исторического развития хорошо видна на больших отрезках времени. В этом смысле, насчитывающая не одно тысячелетие история Китая вообще, и история его научно-технологического развития, в частности, дает богатейший материал для анализа и выявления системных закономерностей, определяющих как основные направления такого развития, так и механизмы их реализации.

Сейчас принято говорить о «небывалом экономическом подъеме» и об «экономическом чуде» Китая. И действительно, рост экономического, а вместе с тем и политического и военного могущества Китая впечатляет. Но ничего «чудесного» здесь нет. Такой рост является закономерным итогом исторически сложившегося стремления китайского народа к созданию мощного, объединяющего государства и к экономическому благосостоянию.

Более того, мировое экономическое лидерство являлось естественным состоянием Китая на протяжении большей части прошедшего тысячелетия, когда на его долю приходилось в разные периоды от одной четверти до одной трети мирового валового внутреннего продукта (ВВП).

Движущие силы современного китайского экономического и нfучно-технологического развития, опирающиеся на глубинные устремления китайского народа хорошо проиллюстрировать словами современного видного китайского ученого Хэ Чуаньци. «Историю творят люди. То же самое касается и будущего. До XVIII в. китайский народ сотворил великую историю, на протяжении тысячи лет существования средневековой Европы (с 500 до 1500 г. н. э.) Китай был мировым лидером. XVIII век оказался переломным моментом всемирной модернизации – не выдержав конкуренции с индустриальной цивилизацией, аграрный строй Китая начал сдавать позиции. Между XIX и ХХ вв. Китай стал отставать от мировой индустриальной цивилизации. В аграрную эру Китай был одним из столпов цивилизации, но во время промышленной революции ему пришлось довольствоваться ролью учащегося на своих ошибках. Теперь, с наступлением эры знаний, Китай станет одним из ее первопроходцев. XXI век принесет полноценное возрождение китайской цивилизации. Ведь мы готовы вступить в новую эру с высоко поднятой головой».

Как отметил в мае 2016 года лидер современного Китая Си Цзиньпин, Китай должен утвердиться в качестве одной из самых инновационных стран к 2020 году, стать ведущей в этой сфере к 2030 году, прежде чем реализовать, к столетию со дня основания Китайской Народной Республики в 2049 году, свою цель – стать ведущей мировой державой в области науки и технологий. При этом, инновации в области науки и технологий рассматриваются, как ключ к модернизации вооруженных сил КНР, обеспечению ее национальной безопасности и устойчивого социально-экономического развития.

Управление технологическим развитием Китая всегда основывалось на внутренней уверенности китайской военно-политической элиты в своей лидерской миссии. В различные исторические периоды менялись, в соответствии с объективными реалиями, механизмы, формы и методы этого управления, но конечная цель его оставалась неизменной. И в имперский исторический период, и в республиканский, при Сунь Ятсене и Чан Кайши, и в коммунистический, при Мао Цзедуне, а потом и при Ден Сяопине, и сейчас, при Си Цзиньпине, Китай стремится к мировому технологическому лидерству.

Но если раньше, после поражений в Опиумных войнах, Китай следовал стратегии «догоняющего развития», перенимая передовые технологии западных стран, то теперь он вышел на финишную прямую, занимая лидерские позиции по таким, формирующим будущее, направлениям, как квантовые технологии и искусственный интеллект.

Можно выделить три периода технологической модернизации, продолжающейся в Китае уже более 150 лет.

Первый период продолжался с 1840-х – 1860-х годов до падения династии Цин в 1911 году. Он характеризовался попытками правящей в Китае маньчжурской династии Цин осуществить экономическую и технологическую модернизацию в рамках существующей феодальной системы государственного управления.

Второй, республиканский, период модернизации проходил в период с 1912 по 1949 г. под управлением партии Гоминьдан. В этот период, республиканское правительство, следуя западной экономической модели, предприняло усилия по внедрению современной системы управления экономикой и развитию промышленности. Большое внимание было уделено технологическому развитию предприятий оборонной сферы.

Третий, современный, этап технологической модернизации, начался в 1949 году после победы в гражданской войне Коммунистической партии и бегства на Тайвань гоминдановского правительства Китая. За период с 1949 года Китай прошел несколько стадий экономического роста, чередовавшихся с периодами спада, вызванными идеологически и политически обусловленными событиями «Большого скачка» и «Великой пролетарской культурной революции». При этом важно отметить, что научно-технологическое развитие, особенно в сфере обороны и безопасности, даже в периоды экономического спада не прерывалось, а наоборот, носило четко выраженный поступательный характер. Последовавшие после смерти в 1976 году Мао Цзэдуна реформы Дэн Сяопина только продолжили эту тенденцию и позволили Китаю к началу 2000-х годов выйти на лидирующие позиции в мире по развитию высоких технологий. Тенденция на целенаправленное развитие высоких технологий, как в сфере обороны и безопасности, так и в гражданском секторе экономики, продолжается и в настоящее время.

Основным содержанием первого этапа технологической модернизации было преодоление отставания от передовых западных держав, катастрофические последствия которого в полной мере проявились в ходе Опиумных войн.

Частичная потеря суверенитета вследствие Опиумных войн вынудила руководство Китая пересмотреть свое отношение к технологическому развитию. Если ранее считалось, что Китай обладает всем необходимым и не нуждается в использовании опыта «западных варваров», то после сокрушительных военных поражений было признано необходимым реформировать систему государственного управления и модернизировать экономику на основе использования западных технических достижений.

Для достижения этой цели была выработана и активно претворялась в жизнь в период с 1861 по 1895 год политика так называемого «Движения самоусиления», основной идеологической установкой которого был тезис «Изучить то, чем сильны варвары, для того чтобы одолеть их».

Этот тезис, «учиться у варваров», определяет всю суть последующего «догоняющего» технологического развития.

Основным механизмом технологического развития в военной сфере в рассматриваемый период были военно-промышленные арсеналы, в состав которых, как правило, входило несколько заводов (или цехов), специализировавшихся на производстве различных видов вооружения, боеприпасов и снаряжения, а также склады для их хранения и мастерские для ремонта.

В основном на арсеналах производились западные образцы вооружения и боеприпасов. Техническое руководство часто осуществлялось иностранными специалистами, но административное руководство, как правило, принадлежало китайцам.

В результате Синьхайской революции (1911—1913), была свергнута маньчжурская династия Цин, и провозглашено создание Китайской республики. Начался второй, республиканский, период технологической модернизации. До 1927 года, когда вооруженные силы партии Гоминьдан поставили под свой контроль практически всю территория страны, технологическое развитие в военной сфере осуществлялось, в основном, местными военно-политическими лидерами, заинтересованными в обеспечении собственных вооруженных формирований современным оружием. После 1927 года центральное правительство предприняло значительные усилия по централизации управления военным производством и технологической модернизации, привлекая для этого западные технологии производства военной продукции.

Война Сопротивления, как китайцы называют войну, с Японией в 1937—1945 годах, оказала огромное влияние на военную промышленность Китая. 7 июля 1937 года Япония начала тотальное вторжение в Китай. Японская агрессия вынудила большинство оборонных предприятий Китая эвакуироваться во внутренние провинции. В ходе этой войны и последующей гражданской войны Гоминьдана с Коммунистической партией Китая технологическое развитие оборонной промышленности носило ситуационно-обусловленный характер. Эта ситуация завершилась с победой в 1949 году Компартии Китая. Начался третий этап технологической модернизации.

Третий этап технологической модернизации характеризуется целенаправленным поступательным развитием оборонно-промышленного комплекса.

Руководство страны, во главе с Мао Цзэдуном, активно приступило к восстановлению государства. Обладание надежным военным потенциалом было особенно актуальным в условиях сложной международной обстановки, создававшей серьезные угрозы национальной безопасности.

Решение проблемы послевоенного восстановления научно-технологического и промышленного потенциала могло быть найдено только на основе продолжения использования ставших уже традиционными механизмов привлечения в страну иностранных технологий.

Поскольку традиционные поставщики передовых технологий – страны Западной Европы и США по политико-идеологическим соображениям не могли рассматриваться новым коммунистическим правительством в качестве надежной опоры для устойчивого экономического и научно-технологического развития, единственной возможностью привлечь значительную иностранную помощь было углубленное сотрудничество с СССР, обладавшим значительным технологическим потенциалом и руководствовавшимся той же коммунистической идеологией.

Значение помощи СССР в научно-технологическом развитии Китая трудно переоценить. Именно эта помощь дала сильнейший импульс развитию современной китайской науки и техники.

Но если со стороны СССР эта помощь основывалась, во-многом, на идеологических соображениях – было необходимо помочь братскому китайскому народу в построении социализма, то для китайцев научно-техническое сотрудничество с СССР было ситуационно-обусловленной необходимостью и базировалось на тезисе времен «Движения самоусиления» – «учиться у варваров их передовой технике».

Вынужденная необходимость сотрудничества с СССР ведет свою историю еще со времени лидера китайской революции Сунь Ятсена, который, в 1922 г. пришел к выводу, что реально можно рассчитывать на помощь только со стороны Советской России. Но такой вывод был сделан только после того, как провалился его план сотрудничество с Германией, с которой он поддерживал контакты еще в годы Первой мировой войны.

Интересно отметить, что Запад всегда рассматривался руководством Китая, даже коммунистическим, как некий эталон и образец для подражания. И лишь невозможность опереться на западную поддержку заставила Китай обратиться к советской модели развития и к советской материально-технической помощи. Как писал Мао Цзедун в июле 1949 года, «Китаю пришлось вступать в союз с Советами, потому что Запад никогда не будет помогать новому Китаю».

Если в 50-е годы создание и развитие китайской оборонной промышленности опиралось во многом на советскую экономическую и техническую помощь, то на следующем историческом этапе военно-политическое руководство КНР взяло курс на оснащение вооруженных сил страны вооружением и военной техникой собственного производства.

Масштабные социально-экономические потрясения, пережитые Китаем в результате «Большого скачка» и «Культурной революции» привели к серьезным нарушениям экономического развития Китая с 1958 по 1962 год и с 1966 года по 1976 год. Это были периоды экстремальных социальных и экономических потрясений, затронувших и научно-технические кадры, занятые в оборонно-промышленном комплексе. Хотя стратегические оборонные программы – создания ядерного оружия и баллистических ракет, были затронуты потрясениями в меньшей степени, другие направления научно-технологического развития ОПК были значительно ослаблены.

Международная обстановка, сложившаяся в начале 1960-х годов, заставила военно-политическое руководство Китая вернуться к идеям перенесения оборонной промышленности вглубь территории страны.

Эти идеи зародились еще в период после поражения в Опиумных войнах в середине XIX века, когда основным идеологическим стимулом технологического развития стала идеология «самоусиления». Тогда же стала очевидной необходимость перенесения значительной части оборонной промышленности из уязвимой для иностранного вторжения прибрежной зоны вглубь территории страны. Эта необходимость вновь была подтверждена в период китайско-японской войны 1937 года, когда основные промышленные районы Китая были оккупированы японcкой армией, а спешно эвакуируемая вглубь страны оборонная промышленность подвергалась разрушительным налетам японской авиации.

Проект перенесения оборонной промышленности вглубь территории страны получил название «Третьей линии», по аналогии с «Первой линией» – прибрежными экономически развитыми районами и «Второй линией» – оборонными предприятиями, хотя и удаленными от береговой линии, но находящимися в зоне доступности для авиации потенциального противника. Создание «Третьей линии» стало самым масштабным проектом в истории технологического развития Китая. Оно включало создание сотен новых производственных предприятий и научно-исследовательских институтов в труднодоступных горных районах и потребовало крупномасштабных инвестиций в национальную оборону, основные отрасли промышленности, технологии и создание инфраструктуры.

В 1976 году, после смерти Мао Цзедуна, фактическим лидером Китая стал Дэн Сяопин, считавший экономическое развитие Китая основным приоритетом. Доминирование идеологии осталось в прошлом.

С конца 1970-х годов Дэн Сяопин инициировал реформу плановой экономики Китая, объявив основанную на принципах рыночной экономики политику «четырёх модернизаций». Экономика была поделена на 4 сектора – сельское хозяйство, промышленное производство, науку и технику, и оборонную промышленность. Была провозглашена «политика открытых дверей», согласно которой КНР разрешила международную торговлю и прямые иностранные инвестиции.

Военная модернизация и оборонно-промышленное производство стали последним приоритетом в политике «четырех модернизаций».

В соответствии с этой политикой важнейшим критерием деятельности предприятий становилась их экономическая эффективность.

В отличие от периода «холодной войны», когда оборонный сектор находился в привилегированном положении и развивался практически автономно и пользовался значительными привилегиями, постепенно утвердилась новая концепция, согласно которой главной гарантией национальной безопасности страны является ее совокупная национальная мощь, основанная на взаимодополняющем развитии оборонной и гражданской сфер. В широком смысле предполагалась не только зависимость военного сектора от экономического развития в целом, но и обратная связь – использование возможностей военно-промышленного комплекса, включая созданный научно-технический задел и избыточные производственные мощности, в интересах развития всей экономики.

Выдвинутая Дэн Сяопином идея реформирования военно-промышленного комплекса получила выражение в виде так называемого курса 16-ти иероглифов: «сочетание военного и гражданского, мирного и немирного факторов, приоритет военного производства и его развитие с опорой на выпуск гражданской продукции».

В начале 90-х годов, в результате принятых мер ситуация в оборонной промышленности Китая начала изменяться.

Правительство последовательно выделяло больше средств на закупку вооружения. С 1990 по 2003 год официальные ассигнования на вооружение и военную технику выросли с 5 млрд юаней до 64,8 млрд юаней.

В этот период большое влияние на технологическое развитие оборонной промышленности оказала возможность доступа к передовой иностранной военной технике и ноу-хау, особенно из России и Израиля. Этот доступ помог некоторым секторам обороной промышленности скопировать технологии производства вооружения и интегрировать эти технологии в производственные линии Китая.

В целом, рассматривая результаты реформирования китайского оборонно-промышленного комплекса в начале 2000-х годов, можно отметить, что его технологическое развитие осуществлялось в направлении создания инновационной системы в сфере науки и технологий, интегрирующей военные и гражданские научно-технологические ресурсы, включая фундаментальные научные исследования, НИОКР, проектирование и производство военной и гражданской продукции. Конечной целью реформирования было создание эффективной структуры, позволяющей свободно использовать высокие технологии военного и гражданского назначения в интересах как оборонного, так и гражданского секторов.

Оценивая современное состояние технологического развития китайской оборонной промышленности Китай можно отметить, что его уровень заметно повысился на протяжении последних лет и если пролонгировать существующие тенденции, то можно с высокой долей вероятности утверждать, что в среднесрочной перспективе Китай станет одной из ведущих в технологическом отношении держав.

Китай имеет политическую волю и финансовые возможности для устойчивого роста расходов на оборону, поддержки продолжающейся модернизации НОАК, развития военно-гражданской кооперации в интересах оборонной промышленности и создания новых технологий для применения в оборонной сфере. Китай использует все возможности для обеспечения технологической модернизации НОАК, в том числе: инвестиции в национальную оборону, развитие оборонной промышленности, растущую базу исследований, разработок и технологий, технологии двойного назначения, частично связанные с совместным военно-гражданским использованием, а также приобретение зарубежных технологий и ноу-хау.

В качестве приоритетов научно-технологического развития определены «качественно новые» направления и технологии, обладающие потенциалом для обеспечения технологических прорывов и устранения критических технологических препятствий в различных отраслях промышленности и повышения международной конкурентоспособности.

Примеры таких направлений и технологий включают в себя радары, системы противокосмической обороны, надежные системы управления, контроля, связи, сбора и компьютерной обработки информации, наблюдения и разведки (Command, Control, Communications, Computers, Intelligence, Surveillance and Reconnaissance, C4ISR), интеллектуальные материалы и технологии малозаметности. Основное внимание уделяется таким направлениям, как информационные технологии, искусственный интеллект, новые материалы, новые производственные и энергетические технологии.

Появление новых высоких технологий способно кардинальным образом изменить соотношение сил на международной арене, придав потенциальным вооруженным конфликтам совершенно новый характер. Проводимая Китаем военно-технологическая модернизация Китайской Народно-освободительной армии (НОАК) позволит добиться быстрых успехов и стать ближайшим конкурентом военному могуществу Соединенных Штатов. НОАК стремится не только догнать США, но и конкурировать в сфере использования новых технологий для усиления собственной военной мощи. Китайский лидер Си Цзиньпин в своей речи па открытии 19-го съезда Коммунистической партии Китая в октябре 2017 года призвал к развитию военных технологий, заявив, что наука и техника являются основой боевой мощи и что НОАК должна стать армией мирового класса. Си Цзиньпин подчеркнул стремление превратить Китай в военно-технологическую сверхдержаву, на основе стремления к передовым рубежам науки и техники, укрепления фундаментальных исследований и крупных прорывов в новаторских фундаментальных исследованиях. По его мнению, необходимо укреплять исследования в области прикладных наук, запускать крупные национальные научно-технические проекты и уделять приоритетное внимание инновациям в базовые и прорывные технологии. Эти усилия должны обеспечить мощный фундамент для укрепления возможностей Китая в области оборонной науки и техники, особенно в сфере аэрокосмической промышленности, киберпространства, искусственного интеллекта и квантовых технологий.

Традиционная для Китая модель «догоняющего развития» ранее часто опиралась на использование иностранных технологий, но теперь появляется новая парадигма китайского технологического развития.

При продолжении параллельные усилий, направленных на использование международных научно-технологических ресурсов посредством привлечения целевых зарубежных инвестиций, покупки технологий, создания совместных предприятий и открытия исследовательских центров за рубежом, а также стремления привлечь обратно в Китай работающих за рубежом талантливых китайских ученых и инженеров, можно отметить, что все чаще собственно китайские ученые и предприятия находятся на переднем крае последних научно-технологических достижений: от биотехнологии до искусственного интеллекта и квантовых технологий. Признавая критичность этих технологий, Китай мобилизует государственную поддержку, в том числе огромные объемы финансирования и наращивает усилия по привлечению ведущих специалистов, способных обеспечить в перспективе лидирующие позиции в этих стратегических технологиях двойного назначения.

Критическое значение для достижения будущих конкурентных преимуществ имеют технологии искусственного интеллекта, больших данных и квантовые технологии.

Китай стремится превзойти США в области искусственного интеллекта, стараясь воспользоваться уникальными возможностями, которые эта важнейшая новая технология может предоставить экономической конкурентоспособности и военному потенциалу. На сегодняшний день масштабы китайских исследований в области искусственного интеллекта, отраженные в количестве опубликованных и цитированных работ, уже превысили масштабы США. Китай также занимает второе место в патентных заявках в сфере искусственного интеллекта.

Квантовые технологии в течение последних нескольких лет, как и технологии искусственного интеллекта, стали, одним из главных приоритетов для китайского руководства.

Китай позиционирует себя как лидера в квантовой науке. В течение последних нескольких лет китайские исследователи добились успехов в фундаментальных исследованиях и в развитии квантовых технологий, включая квантовую криптографию, связь и вычисления, а также в области квантовой радиолокации, зондирования, метрологии и навигации. Эти достижения демонстрируют эффективность долгосрочной исследовательской программы, которая имеет мощное финансирование и активно привлекает к работе талантливых ученых.

Стремление Китая к достижению успеха в области квантовых технологий может значительно усилить его военно-экономический потенциал. Усилия по развитию квантовых технологий переплетаются с национальной стратегической целью стать научной и технологической сверхдержавой.

Современное китайское научно-технологическое развитие в сфере обороны и безопасности осуществляется по трем основным направлениям: развитие вооружения и военной техники, проведение научных исследований и разработок и развитие промышленных технологий, в т.ч. технологий двойного назначения.

Планирование технологического развития в этой сфере можно достаточно условно, в соответствии с временными рамками и масштабом, разделить на три составляющие.

Одной такой составляющей являются общегосударственные Пятилетние планы, в рамках которых финансируются и проекты, связанные с оборонным технологическим развитием. В настоящее время действующим является 13-й Пятилетний план на 2016—2020 гг. В рамках этого Пятилетнего плана, как и предыдущих пятилетних планов, разрабатываются конкретизированные программы и планы технологического развития по приоритетным направлениям на период действия данного пятилетнего плана.

В качестве второй составляющей можно выделить целевые средне- и долгосрочные Планы развития науки и техники, и Планы промышленного развития, которые всегда тесно связаны с развитием оборонных технологий и технологий двойного назначения. В соответствии с этими планами выделяется финансирование конкретных программ при утверждении соответствующих Пятилетних планов.

Примером таких планов в прошлом является Долгосрочный план развития науки и техники (1956—1967 годы) – «12-летний план», который содержал большой раздел, посвященный, в частности, развитию боевых ракетных технологий. Или План высокотехнологичных исследований и разработок «План 863», который, несмотря на его принятие в 1986 году, является действующим и в настоящее время и в рамках которого осуществляется финансирование развития многих военных технологий и технологий двойного назначения. Также действующей является Национальная программа ключевых фундаментальных исследований. В сфере развития промышленных технологий, имеющих военные аспекты применения, можно отметить Программу «Сделано в Китае – 2025» и План действий «Интернет плюс».