Книга первая: БЕЗУМИЕ!

Светанов ежедневно выполнял комплекс специальных упражнений, которые расширяли восприятие и делали волю непоколебимой, тем самым раскрывая в нем новые способности. Он лег на спину и заложил руки за голову. Сначала сконцентрировался на виртуальной точке на расстоянии тридцати сантиметров перед собой, игнорируя любые мысли. Через пятнадцать секунд мысленный диалог прекратился. Мышление — это как программа: его можно запустить, а можно остановить. Светанов прекрасно осознавал свою сущность и не отождествлял себя с процессом генерирования мыслей. Алекс перенес точку концентрации в центр головы и расширил ее объем до размеров шара. Теперь для него стало абсолютно неважно, открыты глаза или закрыты. Включилось новое восприятие. В этом состоянии он чувствовал местонахождение каждого заключенного в радиусе охвата, мог оценить их душевное состояние. И самое интересное — он слышал их мысли. Уровень собственного восприятия Светанова изменился. Остановка мысленного диалога была необходима для полного контроля над разумом. Перейдя в новое состояние, он снова запустил процесс обдумывания: «Люди часто полагают, что когда начнут слышать других, это будет похоже на нескончаемую болтовню чужих голосов в их собственной голове. Конечно! Просто они не могут провести простую аналогию. Если провести обычный эксперимент, станет понятно, что это вовсе не так. Если вокруг меня поставить пять человек и каждый будет говорить на свою тему, я, разумеется, буду слышать всех одновременно. Но стоит мне сосредоточить внимание на ком-то одном по собственному желанию — и я буду воспринимать только его речь. Остальные превратятся в фоновый шум. Так же работает и телепатия».

Пробежавшись по сознанию сокамерников, Алекс, как всегда, отметил, что сдвига в их развитии не произошло. Один думал о женщинах, второй — о том, как заживет на свободе, и так далее. Немного послушав их, Светанов еще больше расширил сферу своего восприятия. Дотянувшись мысленно до охранника, дремавшего на посту, прочел и его мысли. Тот думал о зарплате и о том, что ему мало платят за столь опасную работу. За границами сферы концентрации мысли оставались нечитаемыми. Светанов постоянно изучал свои возможности. Оказалось, что такая ментальная локация позволяла определять местоположение животных — он легко нащупывал крыс и собак. Немного потренировавшись, он понял, что их поведением можно с легкостью управлять. Так он установил прямую связь духовной воли с материей. Однажды он заставил тюремного пса укусить охранника за мягкое место. Когда собака выполнила приказ, зеки от души посмеялись. Такие тренировки продолжались примерно по полчаса каждый день. Усилием воли Светанов пытался расширить радиус действия. Закончив, он погрузился в транс полного расслабления.

В обычном понимании простых людей он не спал уже целый месяц. Остановка внутреннего диалога и расширенное осознание позволяли ему глубоко отдыхать без сна. В таком состоянии он лежал до утра, а с рассветом запускал разум, как мотор в автомобиле, и весь день решал поставленные задачи. Светанова часто веселили люди, искренне верившие, что бесконечно болтающий в их головах голос и есть они сами.

Наутро, проникнув в базу данных тюрьмы, Светанов выяснил, что крупных бизнесменов среди заключенных нет. Зато нашелся один директор, недавно осужденный за мошенничество в особо крупных размерах. Посмотрев его фотографию, Светанов решил, что нужно обязательно познакомиться. И он знал, где его найти. Войдя в столовую, он осмотрел заключенных. Его целью был мужчина лет сорока пяти с черными волосами. Такие же черные с проседью были и усы. Среднего роста, немного полноватый, с круглым лицом. Он сидел за столом один. Было видно, что знакомых у него нет, а окружающие относятся к нему с безразличием. Получив свою порцию, Алекс подошел, сел напротив бывшего директора и сказал: — Мое имя Александр. Объект поднял глаза, оценивающе посмотрел на Светанова и, не узрев ничего особенного, ответил: — Федор. — Чего ты, Федор, сидишь такой вялый? — Извините, молодой человек. Я не склонен к разговору. — Это ты зря. На зоне одиночек не сильно жалуют. Да и невежливо ты как-то со мной. Я к тебе с подходом, а ты меня с плеча отмахнул. — Судя по вашему виду и возрасту, у нас не может быть общих интересов. Светанов улыбнулся: — Сомневаюсь, что вы правильно оценили мои качества. Алекс без труда ощущал мысли собеседника. Прочитав в базе данных его биографию, было легко понять причины такого поведения. — То, что я похож на быка, еще не значит, что я бык. И возраст — не преграда для общения. Я читаю по твоим глазам, что ты не считаешь себя виновным. Наверняка на воле остались жена и дети, но никто не принял этого во внимание. В общем, ситуация у тебя, Федор, скверная.

Светанов все это прекрасно знал, но сейчас просто играл роль проницательного психолога. Федор по-новому взглянул на собеседника. Будучи опытным руководителем, он за многие годы научился разбираться в людях. Теперь он видел, что перед ним сидит не просто качок: если присмотреться, в глазах парня читался немалый жизненный опыт. — Итак, Александр! Что заставило вас обратиться ко мне? — Ты мне понравился. — Ну, я ничем особо не отличаюсь от основной массы. И замечу: я не гомик. — Я тоже. Повисла секундная пауза. Светанов дал возможность Федору продолжить диалог, а сам принялся за обед, интенсивно работая ложкой. Федор усмехнулся и отложил свою: — Ну, раз не то, что я перечислил, значит, что-то еще. Что? — Ладно, не буду тянуть кота за хвост. Мне не хватает общения с людьми, которые разбираются в экономике. Я имею доступ к информации в базе данных тюрьмы и знаю, что вы работали директором. А я когда-то не окончил экономический факультет, получая второе высшее. Вот и подумал, что у нас могут найтись общие темы. — И что именно тебя интересует? — Меня интересует твой опыт в организации и управлении фирмами. Именно практический опыт. — Что ж, я немного знаком с этой темой. Но, с твоего позволения, продолжим в следующий раз. Мне нужно отлучиться. — Без вопросов. Федор встал и направился к выходу. Алекс посмотрел ему вслед: первый шаг сделан.

После инцидента с машиной Светанов приобрел определенный вес в глазах начальства. Иногда руководство даже выполняло его просьбы. На этот раз он попросился в камеру к Федору (истинную цель, конечно, не озвучивая). Так у него появилось больше времени для общения с новым знакомым. Они быстро сдружились. Федор даже не ожидал встретить в таком месте столь эрудированного молодого человека. К тому же он получил негласное покровительство Светанова, который занимал далеко не последнее место в неформальной иерархии зоны: его знания и силу успели оценить местные авторитеты. Светанов впитывал информацию как губка. Рассказы нового друга в основном подтверждали его собственные теоретические выводы. Он задавал много вопросов. Теперь у него была возможность свободно копаться в мыслях Федора, осторожно наводя его на нужные темы. Алекс выяснил, что этот человек действительно невиновен: обстоятельства сложились не в его пользу, и хозяева фирмы просто подставили его. Федор очень любил свою семью и был честным человеком. Ему дали два года, но и этот срок казался вечностью. Вскоре Федор перестал замечать разницу в возрасте. Так в беседах пролетали месяцы.

Как-то раз Светанов немного задержался перед тем, как пойти в душевую. Федор ушел в числе первых. Всегда внимательный Алекс заметил, что многие зеки быстро вернулись в камеры; в их мыслях читалась тревога. Светанов быстрым шагом направился в душевую. Резко, как электромагнитный импульс, на уровне ментальной энергии пронесся сигнал ужаса. Вбежав, Светанов увидел обнаженного Федора, лежащего на полу со свернутой шеей. Сверху на него падали струи воды. Рядом стояли трое зеков и смеялись. — И что здесь случилось? — в голосе Александра зазвучали ледяные нотки. — Валил бы ты по-хорошему отсюда, пацан, — сказал тот, что был постарше остальных. Другие угрожающе повернулись. — Во-первых, этот человек на полу был моим другом. Во-вторых, я всегда сам решаю, что мне делать, а не выполняю чужие приказы. — Ты, молокосос, на кого батон крошишь?! — взорвался зек. — Ты что, хочешь занять место рядом с ним, урод?! — И вся троица двинулась в сторону Светанова. Один из них сжимал в руке заточенную ложку.

Алекс стоял спокойно. Его невозмутимость насторожила зеков, но старший все же решил нанести удар кулаком первым. Светанов сделал шаг в сторону, резко обхватил его голову руками и дернул по часовой стрелке. Шейные позвонки звонко хрустнули. Нападавший рухнул, изо рта потекла слюна; он умер мгновенно. Второй зек ударил ногой. Светанов поймал его за ногу и с силой дернул вверх — нападавший плашмя упал спиной на кафель. Не отпуская ноги, Алекс резко вывернул ее так, что противник перевернулся на живот. Одним неуловимым движением он придавил спину зека коленом и сломал ему шею. Оставшийся бандит, увидев, как за пару секунд расправились с его товарищами, истошно заорал: — Помогите! Алекс одним скачком оказался рядом и мощно пробил ему рукой в живот. Крик оборвался, заключенный сложился пополам. Резким движением Светанов свернул и ему шею. Тот рухнул как мешок с песком.

Алекс подбежал к Федору и приподнял его голову. Тот был уже мертв. Глаза закатились — смерть наступила мгновенно. В душевую ворвались охранники. Увидев усыпанный трупами пол, они замерли. Старший спросил у Светанова: — Что тут случилось? Алекс ответил совершенно спокойным голосом: — Да пол скользкий. Попадали все, да, вроде, шеи себе и поломали. — Прямо четверо и одновременно? А чего это кто-то здесь на помощь звал?! — Охранник знал Светанова лично (недавно тот чинил ему видеомагнитофон) и смотрел на заключенного с явным подозрением. — Да падать стал, вот и закричал. Я хотел ему помочь, но пока добежал, он упал и шею сломал.

Вызвали директора тюрьмы. Тот влетел в помещение взъерошенный: — Светанов, черт тебя возьми! Признавайся, что натворил! — Начальник, провалиться мне на этом месте! Вошел я, смотрю: друг мой Федор лежит, шея сломана. А рядом эта троица — тоже на ногах еле стоят. И тут как начали они падать! И, шеф, я смотрю в шоке, а они падают и шеи себе ломают. Я даже очумел! Вот этот орать стал, мол: «Помогите!», я к нему, а он — бац! — упал, да шею себе и свернул. Чудеса! — Вот я тебе сейчас пришью четыре убийства, тогда ты быстро из сказочника превратишься! Лапшу он нам вешать будет... Завалил троицу, когда увидел, что они твоего друга Федора замочили? — Нет, шеф, не солидно. Во-первых, это доказать еще нужно. А во-вторых, такой большой человек, как вы, такого маленького, как я, под монастырь подвести хочет! Да откуда у меня силы троих бугаев положить? — Ой, трепло, трепло... Вот если бы ты не был мне нужен, я бы тебя в три счета по статье провел. Но за такие фокусы тебя и перевести могут. Ладно, поверим на слово. Но неделю в карцере отсидишь для порядка. — И, обращаясь к охране, директор скомандовал: — Давайте, убирайте этих жмуриков! И чтобы к вечеру отчеты с описанием несчастного случая лежали у меня на столе. А этого — в одиночку, раз он пол чем-то намазал и не признается. Да построже с ним, а то скоро вообще зеки на шею сядут. Никакого покоя! Начальник удалился по своим делам, а охранники принялись выносить трупы.

Неделя пролетела быстро. Светанов был без настроения. «Друга ни за что завалили. Кому он мешал? Наверное, сказал что-то не так, вот с ним и разобрались. Эх, Федор, Федор... Говорил же я тебе: на зоне правила соблюдать надо, знать, с кем и какой базар вести. Нарвался, и вот результат». Светанова перевели в общую камеру. Зеки сочувственно на него поглядывали. Вскоре его подозвал смотрящий: — Влип ты, Светанов. Быков нашего пахана завалил. Нехорошо. Разборка с тобой будет. Готовься. — Когда? — Когда пахан скажет. — Смотрящий отвернулся. Светанов лишь пожал плечами и направился к своей койке.

Прошла еще неделя, и вот, без предупреждения, Светанова повели в новую камеру. Охранник открыл дверь, втолкнул заключенного и запер замок. Александр огляделся: с виду помещение ничем не отличалось от остальных. У противоположной стены сидел пожилой зек, на вид лет шестидесяти, среднего роста, худощавый. Голова была обрита наголо. Остальные сидели на нарах. Когда Светанов вошел, все, кроме пожилого, поднялись. Всего их было пятеро. Пожилой, который явно был здесь паханом, спокойно смотрел на вошедшего. Движением руки он приказал своим сесть. Алекс остался стоять. Рядом со стулом авторитета стоял стол, а на нем — поднос с яблоками. В камере повисло напряженное молчание.

Пахан взял одно яблоко и начал медленно его есть. Потом взял второе и тоже съел. В процессе еды он полностью игнорировал присутствующих. Но способности Светанова уже стали постоянными: мысли окружающих не были для него секретом. Быки ждали лишь команды, чтобы порвать вошедшего, их мысли были примитивны и неинтересны — каждый думал лишь о том, как начнет избиение. А вот размышления пахана оказались куда занимательнее. Будучи волком старой закалки, он привык сначала думать, а потом делать. И хотя решение замочить выскочку было принято, он не спешил отдавать приказ. В его натуре было извлекать выгоду из любой ситуации. Сейчас он размышлял, как увеличить общак и поднять собственный авторитет. Ему оставалось мотать срок еще полтора года, а на воле он мечтал о небольшом домике где-нибудь на окраине и спокойной жизни.

Когда на подносе не осталось яблок, пахан посмотрел Светанову прямо в глаза и вслух сказал: — Можно по яблоку. Сидящий рядом зек достал мешок, высыпал фрукты на поднос и разнес каждому из присутствующих. Те взяли, но есть не начинали, внимательно следя за старшим. — Ешьте, — не сводя глаз со Светанова, скомандовал пахан. Все стали жевать. Светанов взгляда не отводил, не собирался отступать и авторитет. Зрительный контакт не прерывался, никто не моргал. Когда зеки съели яблоки и отложили огрызки, в воздухе вновь повисла тяжелая тишина. Слово было за старшим. Светанов, получив «коня» — тюремную почту, точно знал, что его жизнь сейчас не стоит и ломаного гроша. Но выказывать неуважение к авторитету он не стал. Пахан всем своим видом и этой паузой с яблоками давал понять: все здесь происходит только по его воле.

— Ну что, падла. Знаешь, зачем тебя привели? — Догадываюсь. — За каким чертом моих быков завалил? — Они сами начали. Друга моего порешили. — Твой кореш мне до фонаря. Они действовали с моего ведома. Мы твоего дружка в карты проиграли, — пахан усмехнулся. Светанов промолчал. — Что хочешь сказать перед кончиной? — Хочу сказать, что этой шушере, — Светанов обвел взглядом напружиненных зеков, — меня не завалить.

Ближе всех сидел здоровенный зек, размером с лося и ростом под два метра. Его глаза давно налились кровью, и по всему было видно: он сначала бьет, а потом с трудом думает. Он вскочил и, прошипев «Сдохни, сука!», кинулся на Светанова. Алекс даже не сдвинулся с места. Лишь его правая рука молниеносно взметнулась к горлу нападавшего. В то же мгновение глаза быка расширились от удивления; он споткнулся и рухнул лицом вниз. Из-под него растеклась лужа крови. Дергаясь в конвульсиях, он перевернулся на спину, и все увидели разорванное горло. Пахан поднял руку вверх, приказывая остальным сидеть на местах. В его глазах не было страха, чего нельзя было сказать о подчиненных. Напротив, произошедшее его даже развеселило. В голове авторитета начал созревать новый план использования этого ненормального выскочки.

— И что дальше? — спросил пахан. — Он дернулся, я ответил, — абсолютно спокойно произнес Светанов. — Да, видно, что ты парень не хилый. Порадовал старика сюрпризом. Но дурак, если не понимаешь: зона будет слушать меня, и ты от нас никуда не свалишь. — Я заинтересован провести дело путем. — Уже не выйдет. Я за свой люд всегда отвечаю. Но! — Пахан почесал лысую макушку. — Если ты отработаешь за моих людей, включая этого, я подумаю о том, чтобы снять с тебя приговор.

Его мысли были для Светанова как открытая книга. Он знал, что авторитет скажет, еще до того, как тот открывал рот. — Я подумал: почему бы не использовать тебя в наших делах? Собираюсь организовать турнир. Выставлю против тебя быков и посмотрим, чем все кончится. — Произнеся это, пахан мысленно добавил: «С тремя у тебя есть шанс справиться, ты это уже доказал. А вот с пятью... Заодно и деньжат срублю». Он прямо-таки засиял от собственной гениальности. — Ладно, сделаем так! Устроим бой. Биться будешь с пятью моими быками. Сражаться будете насмерть. Если выживешь, я свой приговор отменю. — Немного подумав и обведя взглядом зеков, добавил: — И дадим тебе новое погоняло — Бешеный. Все зеки хором повторили: — Бешеный.

Пахан махнул в сторону трупа и скомандовал: — Убрать. Зеки засуетились, подняли мертвое тело и уложили на кровать. Один из них принялся затирать кровь, натекшую лужей на пол. Когда камера была более-менее приведена в порядок, пахан сказал: — Теперь иди, готовься. С проблемой жмурика мы сами разберемся. Светанов три раза ударил кулаком в дверь, не поворачиваясь к аудитории спиной. Охранник не заставил себя ждать. Когда Александр вернулся в свою камеру, его уже величали новым прозвищем — Бешеный. Тюремные «кони» летали быстро, зеки умели организовывать связь.

Глава 5. Перемены неизбежны.

Пахан начал раскрутку намеченного мероприятия в манере мастера. Он даже снял клип, в котором Светанов участвовал против троих бойцов. Сцена была построена так, будто Светанов мочил всех троих до потери сознания. Но при этом победа давалась ему нелегко. Бой Светанова должен был стать вишенкой на торте на этом мероприятии. Запустив эту запись по своим каналам участникам, старший собирал ставки. И всем рекомендовал ставить на Бешеного, но он хорошо знал своих оппонентов. Знал, что они его не послушают. Все делали ставки, процедура их сбора длилась почти неделю. Когда наступил день битвы, казалось, что вся тюрьма об этом знала. В этом мероприятии участвовали все, даже начальник тюрьмы. Для боя было выбрано пространство, расположенное внизу подвала, сверху были установлены кресла для гостей. Пахан хорошо знал соотношение ставок. Счет составлял семь к одному в пользу быков. Пахан был рисковым человеком и всегда промышлял воровством. Он чувствовал ситуацию, словно носом. И что-то подсказывало ему, что он должен поставить на Бешеного. Откуда ему было знать, что Светанов целенаправленно внушал ему эту мысль.

Состязание было назначено на шесть вечера. Поэтому полдня тюрьма жила обычной жизнью. Алекс попросил, чтобы его закрыли в одиночку за три дня до схватки, и, сидя в позе лотоса, наслаждался безмолвием, которое было не только снаружи, но и внутри его головы. Он абсолютно не волновался. Его спокойствие можно было сравнить с каменной глыбой. Пройдя определенную фазу тренировки, он оперся пальцами рук о пол и поднял свое тело. В такой позе он находился еще довольно долго. Старый и так любимый Светановым цигун — один из методов тренировки восточных единоборств — он часто называл тренингом воли.

В день состязания все заняли свои места. Ставки принимались до последней минуты. Сначала на ринг вышел Светанов. Его тело, казалось, было свито из канатов. Майка с оторванными рукавами и простые полотняные штаны служили ему одеждой. Обувь Алекс принципиально не надел. Встав по центру, Бешеный закрыл глаза, ни один мускул на его лице не шевельнулся. Казалось, что ему абсолютно безразлично происходящее вокруг. Через минуту на арену вышли быки. Это были парни как на подбор, все ростом выше метра девяноста и весом не меньше ста десяти килограммов. Хорошо сложенные. Их движения выдавали частые тренировки. Когда они вошли, Светанов даже не открыл глаза. Ему это не было нужно. Их мысли были как на ладони. Но не только это. Светанов обрел новую способность — объемное чувствозрение. Он мог с точностью до миллиметра сказать, где находятся его оппоненты, даже не открывая глаз. Мог оценить их физическое состояние вплоть до работы каждого органа. Мысли вошедших говорили о бесконечной самоуверенности с их стороны. Они еще не встречали человека, который бы мог победить пятерых чемпионов, до предела накачанных допингом. Единственное, что их удивляло, так это уверенность Светанова и то, что он даже не открыл глаза. Все пятеро были пострижены коротко и одеты в штаны и обувь без маек. Тела были намазаны маслом. Противники стояли друг напротив друга. В динамиках послышался голос комментатора: — Итак, приступим. Сначала о правилах! — Он выдержал паузу. — Нет никаких правил, кроме одного. С арены выйдет живой либо одна сторона, либо другая. Понятно?! — И он засмеялся. — Битва до смерти, и никакой ничьей, никакой сдачи. Если сдался, считай себя трупом.

Конец ознакомительного фрагмента.

Текст предоставлен ООО «Литрес».

Прочитайте эту книгу целиком, купив полную легальную версию на Литрес.

Безопасно оплатить книгу можно банковской картой Visa, MasterCard, Maestro, со счета мобильного телефона, с платежного терминала, в салоне МТС или Связной, через PayPal, WebMoney, Яндекс.Деньги, QIWI Кошелек, бонусными картами или другим удобным Вам способом.