Триста три спартанца

Вместо предисловия

О чём же эта книга на самом деле? С одной стороны книга она про приключения — про черепаху Сиф, ворона Монетку и ужа Ужастика, которые путешествуют по Древней Греции на чудо-скейтборде с хроноблоком. Но с другой стороны — про то, как авторам этой книжки удалось перестать спорить о том, что интересно, и они нашли общий язык. Оказалось, что древние греки — это не скучные дядьки в тогах, а такие же люди, как мы. Только у них не было интернета, и они вместо рилсов придумывали мифы. А ещё у них была куча проблем, которые они решали... ну, иногда не очень умело. Но зато эффектно.

Почему мы написали эту книгу именно так? Потому что нас всегда расстраивали сухие и скучные учебники. И мы решили: если уж рассказывать про мифы, то так, чтобы было забавно, фантастично и хотелось узнать продолжение.

Да, мы добавили скейт в древнегреческие мифы, потому что Сиф всегда мечтала промчаться на доске по Лабиринту или перепрыгнуть через Критского быка! Мы немного помогли ученому еноту Энштейнищу улучшить хроноблок, чтобы команда СМУФ смогла поточнее прыгать не только через пространство, но и через время. Мы сделали наших героев неидеальными, потому что идеальные — это скучно. Уж Ужастик боится высоты и паникует из-за шапки, Монетка ворчит и не может летать без приключений, а Сиф иногда лезет в драку там, где не надо. Но именно такие друзья и способны на многое.

Что мы хотим тебе сказать? Ничего глобального. Просто: ты — герой. Да-да! И даже если тебе кажется, что ты маленький, временами неуклюжий или слишком часто чего-то боишься. Наши персонажи — такие же. Но они не унывают, потому что они вместе. Потому что у них есть друзья. Потому что они не сдаются даже тогда, когда кажется, что всё — конец.

И ещё: история Древней Греции — это не про прошлое. Это про нас. Про наши чувства, сомнения, мечты. Греки были такими же живыми, как мы. Они плакали, смеялись, ссорились и мирились. Они тоже хотели быть понятыми. И они оставили свои истории про богов и легендарных героев, чтобы мы не забывали, что люди всегда были людьми.

А ещё мы хотим тебе сказать: не бойся быть смешным. Потому что без смеха даже самые любопытные вещи очень быстро становятся пыльными и скучными. А если ты решишь подробнее изучить мифы Древней Греции — значит, мы сделали всё правильно.

Что же там внутри? Там будет много всего: Зевс, который кидается молниями и не может помириться с женой. Одиссей, который десять лет плывёт домой и умудряется по пути посетить всех чудовищ. Геракл, который выполняет замысловатые задания, потому что ему скучно сидеть на месте. Медуза Горгона, у которой волосы — змеи, но она ни в чём не виновата. Персей, который не знает, как победить её, пока не догадывается посмотреть в зеркало. Орфей, который теряет свою девушку дважды — и второй раз по своей глупости. И, конечно, наши современные персонажи — Сиф, Монетка и Ужастик — которые помогают древнегреческим героям выпутаться из опасных передряг, несмотря на то, что сами боятся до дрожи. Ведь даже в самых тёмных мифах есть лучик света.

Как читать эту книгу? Только не как учебник! Как приключение. Можно прыгать по главам, если хочешь начать с самого интересного для тебя. Можно читать вслух с друзьями — и посмеиваться над выходками персонажей. Можно представить себя на их месте или… придумать свой трюк на скейте.

А если пока не знаешь какого-то имени или мифа — не страшно. В конце есть Путеводитель. Там всё просто: кто есть кто, что и где было, и почему это важно.

А теперь — труба зовёт вперёд!

С любовью,

Александр и Ясна

Глава 1. Невероятно дерзкий маршрут: «Забайкалье – Олимп»

Старый корпус Забайкальской лаборатории «Планетарных проблем» никогда не выглядел как обычный научный центр. Скорее он напоминал мастерскую безумного часовщика, скрещенную с музеем редкостей. Здесь, среди стеллажей, уставленных древними артефактами — обломками греческих амфор, египетскими скарабеями, скандинавскими руническими камнями, — десятки мониторов отображали графики хроно-флуктуаций, а по воздуху, словно живые, вились многоцветные лазерные лучи. В центре этого упорядоченного хаоса, на пьедестале из полированного чёрного обсидиана, покоился Футя — скейтборд, созданный гениальным енотом Энштейнищем. Его дека, покрытая слоем углеродного нановолокна, переливалась изумрудными и сапфировыми искрами, словно крыло жука-скарабея. Подвеска была не просто амортизатором — внутри неё мерцал новёхонький хроноблок — устройство, способное улавливать и фокусировать потоки времени.

— … А я говорю тебе, Моня, это теперь не просто доска на колёсиках! — восклицала Сиф, стоя на Футе и балансируя с лёгкостью, доступной лишь черепахе с большим стажем скейтбординга. Она ловко двигала своими лапками, грациозно перекатывалась с пятки на носок, и колёса — с встроенными микро-гироскопами — издавали тихое, ровное жужжание. — Он не просто ездит. Он дышит. В прямом смысле! Видишь, как пульсирует индикатор? Это он синхронизируется с моим пульсом.

— Ох, Сиф! — Вздохнул в ответ ворон Монетка, сидя на краю лабораторного стола и критически разглядывая свои перья. — Ты говоришь о скейте так, будто он живой. А он просто технически совершенный гаджет. Как тот мой старый будильник, который показывал не только время, но и уровень загрязнения воздуха. Полезно, но совершенно неодушевлённо. И вообще, хватит уже летать на Футе по всей лаборатории. Вчера ты чуть не сбила колбу с ферментированным соком Гесперид. Алиса была в ярости.

— Ах, Моня, Монеточка, — возразила Сиф, лихо разворачиваясь на задних колёсах скейта, — ты просто завидуешь, что у тебя нет колёс. И не ворчи, лучше посмотри, что придумала Урсула!

В углу лаборатории, за огромным микроскопом, сидела младшая сестра Алисы, Урсула. Её тонкие пальцы, испачканные чернилами и сияющим гелем, держали древнегреческую вазу. На ней был изображён Геракл, душащий немейского льва. Урсула осторожно поднесла вазу к датчику хроноблока, который Алиса недавно подключила к Футе.

— Смотрите, — прошептала она, её глаза расширились от волнения. — Артефакт древней Греции. Ваза не простая — она хранит в себе энергию мифа. Когда я подношу её к хроноблоку, он… он чувствует её!

И действительно, изумрудные волны энергии поползли от глиняной поверхности к деке Фути. Подшипники засветились, и скейт издал довольный, глубокий гул.

— Ага! — воскликнула Сиф. — Вот это да! Энштейнище не зря говорил, что мифы — это не сказки, а закодированные свидетельства о технологиях древности. Эта ваза работает как батарейка! Хроноблок заряжается от самого времени!

— Какой ужас, — простонал Ужастик, который до этого мирно дремал, свернувшись кольцом на полке с книгами по квантовой механике. Его голова в фирменной шапочке с помпоном высунулась из-за тома «Теория струн для чайников». — Опять ваши эксперименты! Сейчас что-нибудь взорвётся, и все мы превратимся в пыль. Или в древних героев. Я лично не хочу быть ни тем, ни другим.

— Тише, Ужастик, — шикнула Сиф. — Ты, конечно, наш главный специалист по шипению и панике при малейшей опасности. Но в этот раз, кажется, всё под контролем. — Она спрыгнула с Фути и подошла к вазе, рассматривая рисунок. — Смотри, Геракл душит льва. Интересно, сколько энергии в этом подвиге?

— Достаточно, чтобы отправить вас всех в гости к Зевсу, — раздался голос с порога. Это была Алиса, молодая учёная и руководитель лаборатории на время отпуска высшего начальства. Она выглядела уставшей — под глазами залегли тени, а волосы торчали в разные стороны, но в руках она держала какой-то странный прибор, похожий на смесь паяльника и детектора лжи. — Я только что закончила калибровку. Новая приставка к навигатору готова к активным испытаниям. Енот Энштейнище прислал обновлённую прошивку. Говорит, она позволяет не только считывать энергию артефактов, но и создавать локальные временны́е аномалии.

— В смысле — порталы? — спросила Сиф, и её глаза загорелись азартом.

— Именно, — подтвердила Алиса. — Но только очень короткие и нестабильные. Тестовая активация. Нужно просто поднести к вазе мощный источник энергии. Я приготовила хроно-конденсатор. — Она показала на маленький, но ярко светящийся шар на своём столе. — Сейчас мы это проверим.

Все затаили дыхание. Урсула отодвинулась от вазы. Монетка перестал чистить перья. Даже Ужастик высунул голову полностью из-под шапки, не в силах сдержать любопытство.

Алиса подключила хроно-конденсатор к навигатору хроноблока, и скейт вздрогнул, словно живое существо. Дека засветилась ярче. Затем по ней побежали электрические разряды. Сиф, не раздумывая, вскочила на Футю, чтобы проверить всё ли в порядке.

— Три, два, один… — произнесла Алиса и нажала кнопку.

Мир взорвался белизной. Не просто яркий свет — это была вспышка, которая, казалось, проникла в каждую клетку тела. Запах озона, смешанный с ароматом лаванды, ударил в нос. Через мгновение СМУФ — Сиф, Монетка, Ужастик и Футя — вся команда СМУФ в полном составе исчезла из лаборатории, оставив лишь лёгкий дымок и сосредоточенное лицо Алисы над лабораторным столом.

***

Воздух, который они вдохнули, был совсем не таким, как в Забайкалье. Он пах кипарисами, горячим камнем, диким тимьяном и, кажется, жареной рыбой. Солнце припекало ласково, но не обжигало — оно было крупнее и ярче, чем раньше. Вокруг, насколько хватало глаз, простирались холмы, покрытые серебристыми оливами и яркими коврами цветущих нарциссов. Горы походили на спинки гигантских спящих драконов — их вершины терялись в лёгкой дымке.

— Где это мы? — пискнул Ужастик, приходя в себя и поправляя хвостом помпон своей шапки, который, к его ужасу, слегка обгорел. — Моя шапочка! Она… теперь она пахнет грозой!

— Похоже, мы в Греции, — медленно проговорил Монетка, озираясь по сторонам. Его клюв был приоткрыт от изумления. — Только не в современной, а в той, что из учебников. Смотрите: вон там, на холме, что-то похожее на храм. А в воздухе — никакого смога, только пыльца и аромат амброзии.

— Это Аркадия, — сообщила Сиф, сверяясь с информацией на дисплее навигатора. Она стояла на Футе, и доска под её лапами гудела ровно, наполняясь энергией этого места. — Центральная часть Пелопоннеса. Земля пастухов, нимф и… богов.

— Шшш-амих богов? — Ужастик съёжился. — Надеюсь, они не обидятся на вторжение.

Но его опасения подтвердились почти мгновенно. Западный край неба вдруг потемнел. Тучи, густые и чёрные, как вороньи крылья, начали клубиться и быстро превратились в гигантскую гриву. В центре этого вихря, на троне из вспыхивающих молний, сидел седобородый великан. Его пальцы сжимали пучок электрических искр. Гнев был написан на его величественном лице — глубокие морщины на лбу, горящие глаза, которые метали разряды, словно росчерки лазерных указок.

— Клянусь подшипником, — прошептала Сиф и просияла. — Это же Зевс! Может, он пригласит нашего Футю в свою Небесную конюшню в качестве продвинутой колесницы… И нас пригласит заодно?

— О, нет! Зевс, кажется, совсем не в духе! — вскрикнул Монетка, прячась за спину Сиф. — Друзья, слышите? Он кричит: «Ге-ра! Ге-ра! Ты опять затеяла свои интриги!!!» Ах, боги Олимпа, похоже, это семейная ссора. Нам лучше убраться отсюда и поскорее!

Но было поздно. Зевс, не заметив маленькую группу внизу, метнул молнию в сторону соседней горы, где, видимо, скрывалась его строптивая супруга. Фиолетовая дуга рассекла небо, оставляя за собой шлейф озона и пламени. Удар был настолько мощным, что земля содрогнулась. Футя, чей хроноблок мгновенно отреагировал на выброс чистой энергии, рванул с места… и прямо навстречу молнии!

— Нет! — завопила Сиф, но скейт не слушался. Он нёсся к источнику разряда, его колёса впитывали энергию с треском, похожим на лопающуюся в микроволновке кукурузу. Подвеска светилась всё ярче, а блок управления перегревался, показывая зашкаливающие цифры.

Зевс, заметивший дерзкое движение, замер с поднятой рукой. Его гнев сменился искренним изумлением:

— Что за мелкий демон крадёт мой гнев?

Молния, достигнув Фути, не уничтожила его — она впитывалась в деку, как вода в сухую губку. Скейт, переполненный энергией, рухнул в оливковую рощу, прочертив в траве глубокую борозду и остановившись у подножия огромного мраморного изваяния.

— Уф, — выдохнула Сиф, слезая с доски. — Футя, ты — ненормальный! Но я тебя люблю!

— Мы живы? — донёсся дрожащий голос Ужастика, который чудом удержался, обвившись вокруг лапки Сиф. Его помпон был теперь не просто обгоревшим — он потерял половину объёма. — Моя шапочка! Помпон теперь похож на ощипанного цыплёнка!

— Оставь ты эту шапку, — фыркнул Монетка, отряхиваясь от пыли. — Мы только что перехватили молнию Зевса! Это же… это же чистое безумие!

И тут над ними нависла тень. Та самая мраморная ступня, возле которой они остановились, оказалась частью огромной статуи женщины в шлеме. Она спустилась с постамента легко, словно танцовщица, и её глаза, мерцающие холодным интеллектом, уставились на маленькую компанию. На её плече сидела сова, которая тоже смотрела на них с неподдельным интересом.

— Зверушки? — удивилась гигантская женщина. — Зачем вы укротили молнию отца? Это было дерзко, даже для богов.

— Мы не зверушки! — гордо выпалила Сиф, вставая в полный рост и указывая на Футю. — Мы — команда СМУФ! А это… это энергонакопитель! Он просто взял и… э-э-э… бесплатно зарядился. Как в общественном транспорте...

— Доска со зверятами, и ещё с колёсиками? — богиня приподняла идеальную бровь. — Похоже, Гефест перебрал нектара. — Она рассмеялась, и её смех зазвенел, как струны кифары. — Я Афина. Богиня мудрости, стратегии и… — она бросила взгляд на Футю, — …инноваций, видимо. Вы явно не из нашего мира. Но раз вы смогли поймать молнию Зевса и не сгореть, значит, вы достойны внимания.

— Шшш-ударыня, мы ничего не ловили, — зашипел Ужастик. — Честно! Это Футя сам! Мы просто тут катались!

— Катались? — Афина улыбнулась. — Оригинальное времяпрепровождение. Но сейчас не до шуток. Гера разгневана, и Олимп закрыт для посторонних. Однако, если вы хотите выжить, вам нужен гид. Моя сова проведёт вас через долину к Фермопилам… или к Лабиринту? — она задумчиво постучала пальцем по шлему. — Хотя, судя по вашей доске, вам больше пригодится Крит. Там есть кое-что, что может помочь вашему остроумному механизму.

— Спасибо, — сказала Сиф. — Но нам просто нужно вернуться домой. Мы не собирались тут задерживаться.

— Домой? — Афина сделала паузу. — Ваш дом далеко. И чтобы туда попасть, вам нужно набраться дополнительных сил. В Лабиринте Минотавра есть батарейки, созданные Гефестом. Они могут зарядить вашу доску так, что она прыгнет сквозь время дальше, чем вы можете представить. Но учтите: Лабиринт опасен. Следуйте за совой.

Сова взмахнула крыльями и полетела к перевалу, где между скал виднелись золотые ворота, за которыми мерцали вершины Олимпа.

— Футя, держись, — шепнула Сиф, вставая на скейт. — Похоже, мы ввязались в новое приключение.

***

Путь к Лабиринту преградила река, вздувшаяся от гнева Зевса. Вода несла не только ветки и камни, но и… кресла-качалки, кувшины с вином и несколько запутанных в сети нимф, которые отчаянно барахтались в волнах.

— Алфей! — пояснила сова, паря над ними. — После ссоры Зевса с Герой реки выходят из берегов. Но вы же смельчаки. Ничего не бойтесь.

— Пф-ф! — Сиф разогналась и прыгнула на пену. Её скейт завис над водоворотом, как осенний листочек. — Лови волну, команда!

Они ныряли меж брызг, объезжали валуны, пока Ужастик не завизжал:

— Справа риф! Нет, слева! Нет, это не риф... гиппокамп!

Морской конь с гривой из пены рванулся за Футей, но Сиф выполнила «олли» через его спину и приземлилась на сухой берег.

— Ай да мы! — крикнула она. — Ай да СМУФ!

Но их триумф был недолгим. Из тумана, клубившегося над рощей, выступили семь девушек в одеждах из тумана. Их волосы были сплетены с живыми лозами, а глаза мерцали, как роса.

— Орестиады! — прошипел Монетка. — Нимфы гор! Они превращают людей в деревья!

— Не хочу… Ой, поздно! — вскрикнул Ужастик, когда одна из нимф махнула рукой, и его хвостик начал превращаться в корни. — Теперь и шапочку нечем будет поправить! За что мне эти страдания!

Сиф рванула к друзьям, но её лапы тоже вросли в землю. Футя, оставшись без водителя, закрутился на месте, пытаясь найти новый источник энергии.

— Нужен разряд! — завопил Монетка. — Где Зевс? Или молния?

— У нас есть помпон! — пискнул Ужастик, который, несмотря на корни, ухитрился дернуть за длинные завязки своей шапки. Помпон оторвался и угодил прямо в амфору с водой, которую держала ближайшая нимфа.

Вода, смешанная с искрами хроноблока, брызнула на Сиф. Корни исчезли, и её лапы приняли прежний вид. Она подхватила Футю и рванула к выходу.

— Мы, кажись, спасены! — крикнула она, подхватывая на деку Ужастика и Монетку.

Но помпон остался в амфоре. Ужастик посмотрел на свою облысевшую шапочку с неподдельной тоской.

— Конец стиля, — прошептал он.

Афина, наблюдавшая за ними с холма, кивнула и улыбнулась:

— Без жертв не обошлось. Но хитрость сильнее волшебства. Олимп всё ещё закрыт, а Лабиринт ждёт вас. Идите!

И они мчались дальше, оставляя за спиной долину Аркадии, в которой только что едва не превратились в садовые растения. Впереди их ждал Лабиринт — тёмный, бесконечный и полный загадок. А на хроноблоке Фути загорелись новые координаты: «Крит. Лабиринт Минотавра. Источник энергии: батарейки Гефеста».

Глава 2. Лабиринт, где нет выхода, но возможны скейт-трюки

Тьма Лабиринта была субстанцией, плотной и липкой, как смола. Она проникала в поры, давила на глаза, заставляла кожу покрываться мурашками. Воздух пах сыростью, грибами и чем-то металлическим — словно здесь тысячу лет назад плавили бронзу.

— Я вижу только три вещи, — ныл Ужастик, примотав остатками завязок к шапке свой повреждённый помпон. — Ничего, ничего и опять ничего! И моя любимая шапочка превратилась в тряпку!

— Экономь энергию, — сипло каркнул Монетка, сидя на панцире Сиф. — Футя, наверное, светит теперь лишь три часа в день. Как на кухне в коммуналке у бережливых жильцов. Если мы его перегрузим, мы останемся здесь навсегда.

Сиф щёлкнула пальцами, и луч фонаря вырвался из хроноблока, выхватив стены, покрытые фресками с прыгающими быками. Каждая фреска была очень странной — быки не просто прыгали, они вращались в воздухе, как будто участвовали в сложном акробатическом трюке. Надписи на древнегреческом извивались вокруг изображений, словно змеи.

— Это не обычные стены, — задумчиво протянула Сиф. — Они… живые? Смотрите, краски движутся!

Действительно, цвета на фресках переливались, меняли оттенки, реагируя на свет фонаря. Как будто лабиринт сам пытался общаться с ними.

— Смотрите внимательно! — Раздался голос Урсулы по громкой связи. — Я выяснила, что лабиринт Минотавра был не просто подземельем. Это ещё и хроно-ловушка. Дедал, его строитель, использовал технологии, которые мы сейчас называем «квантовыми». Каждый коридор — это вероятностный путь. Должно быть решение…

— Слова, слова! — буркнул Монетка. — Как мы выберемся?

Футя, внезапно замолчавший, загудел и на его экране появилась карта, составленная из звуковых импульсов. Колеса скейта мягко стучали по полу, отсылая эхо, и программа преобразовывала отражённые волны в изображение.

— Это же сонар! — обрадовалась Сиф. — Спасибо, Урсула! Умница, Футя. И этот сонар рисует нам лабиринт!

— Налево? — спросила она.

— Нет, смотри внимательнее. Похоже, что нам направо! — уверенно заявил Монетка.

Через десять шагов они упёрлись в тупик.

— Я же говорил — налево! — закаркал Монетка.

— Ты указывал клювом направо и говорил…

— У меня вестибулярный аппарат сбит! Видимо, меня протрясло в портале, как монету в автомате!

— Тише! — Сиф подняла лапу. — Кто-то идёт.

Из тени выступил юноша в плаще, перепачканном красной глиной. Его лицо было усталым, но глаза — живыми, с искоркой авантюризма. В одной руке он сжимал меч, а в другой — клубок ниток, который, судя по запутанному состоянию, явно доставлял ему хлопоты.

— Тесей! — ахнула Сиф. — Тот самый! Крутой!

— Усталый, — поправил он. — Третий день ищу выход из Лабиринта. Ариадна дала нить, но она вечно путается, как волосы Медузы Горгоны. — Он спохватился. — Эй, а кто вы такие? Посланники богов? Или очередные жертвы Минотавра?

— Мы — команда миролюбивых путешественников СМУФ, — представилась Сиф. — Мы ищем батарейки Гефеста, чтобы зарядить нашу колесницу. Может, знаешь, где они?

— Батарейки? — Тесей нахмурился. — Я видел что-то в центральном зале. Там стоит саркофаг, вокруг которого светятся странные штуки. Но охраняет их сам Минотавр. А он, поверьте, не любит гостей. Особенно с досками. — Он скептически оглядел Футю. — Эта колёсная повозка… она не слишком громкая? Чудовище слышит всё.

— Не волнуйся, — усмехнулся Монетка. — Наша повозка тише мыши, если мы включим режим «стелс». Сейчас.

Скейт приглушил гул, и колёса стали двигаться почти бесшумно, только лёгкое шипение выдавало их движение.

— Хитроумно, — кивнул Тесей. — Тогда за мной. Держитесь нити. Если она порвётся… ну, тогда мы все станем частью экспозиции.

Они двинулись вглубь лабиринта. Коридоры становились всё уже, стены — всё выше. В воздухе повис запах шерсти и сена. Где-то вдалеке раздавался глухой, ритмичный топот — кто-то огромный ходил туда-сюда в ожидании ужина.

— Он уже чует нас, — прошептал Тесей. — Минотавр — не просто зверь. Он чувствует страх. И движение.

— А мы ничего не боимся! — лихо заявила Сиф, но её тихий голосок предательски дрогнул.

Внезапно коридор расширился в огромный зал, освещённый десятками факелов, которые горели тусклым пламенем. В центре зала возвышался золотой саркофаг, покрытый рунами. Рядом с ним, на каменных подставках, лежали несколько блестящих цилиндров — они светились мягким голубым светом и пульсировали, как живые сердца.

— Батарейки! — воскликнул Ужастик, забыв про осторожность.

Но едва они сделали еще один шаг, как из тени вынырнула гигантская фигура. Минотавр был не просто большим — он был огромным, как внушительный холм. Его бычья голова с острыми рогами была покрыта шрамами, а глаза горели алым огнём. Он взревел, и этот рев, казалось, сотряс стены лабиринта.

— Бегите! — крикнул Тесей, занося меч.

Но Сиф уже мчалась навстречу чудовищу. Она разогналась и, в прыжке, сделала «кикфлип», перевернувшись над рогами Минотавра. Чудовище рявкнуло, пытаясь схватить её, но она приземлилась на его спину и, удерживая равновесие, крикнула:

— Эй, рогатый! А ну, давай, поймай меня!

Минотавр метнулся к стене, пытаясь сбросить её, но Сиф держалась как клещ. Она направила Футю прямо по холке чудовища.

— Моня, забирай! — крикнула она.

Монетка, с риском для жизни, подлетел к подставке и ухватил один цилиндр. Но Минотавр, почувствовав неладное, развернулся и с рёвом ринулся на птицу.

— Ой-ой, помогите! — завопил Монетка, бросая батарейку Ужастику. — Лови!

Ужастик, дрожа от ужаса, схватил цилиндр и кинул его Тесею. Тот ловко поймал его и вставил в паз на саркофаге. Золотая крышка засветилась, и из неё вырвался луч света, который ударил в потолок, открывая портал к выходу.

— Ага, работает! — закричал Тесей. — Бежим!

Минотавр, ослеплённый ярим светом, заревел ещё громче, но в этот момент Ужастик, не теряя времени, оторвал свои завязки от шапки и швырнул их под ноги чудовища. Длинные завязки, видимо, под влиянием энергии батарейки, крепко обвили копыта Минотавра, и он рухнул, с грохотом проламывая каменный пол Лабиринта.

— Команда. вперёд! — скомандовала Сиф, ловко управляя Футей.

Вцепившись в деку Фути, они выскочили из зала и помчались по освещённому коридору, ведущему к выходу. Тесей бежал следом, его меч был наготове, а Минотавр, освободившись, уже вставал, рыча от ярости.