- -
- 100%
- +
© Александр Шебуров, 2025
© Издательский дом «BookBox», 2025
* * *Жизнь надо прожить так,
чтобы перед уходом можно было сказать:
«Всем спасибо, было интересно!»
1. Лена
Когда и с какой целью вы родились?
Лена родилась в городе трех революций и белых ночей.
О революциях напоминали памятники и мемориальные доски. На памятниках вождь мирового пролетариата рукой указывал путь в светлое будущее. Мемориальные доски сообщали, где именно вождь внушал народным массам мысль о необходимости свержения царского строя.
Он своего добился, строй свергли. Вождь посчитал миссию выполненной и ушел не прощаясь.
Белые ночи мешали спать старикам, а у молодежи будоражили воображение и заставляли до утра бродить по гранитным набережным.
Когда Лена появилась на свет, папа высказал свое мнение:
– Дочку назовем Клаудией.
– Почему? – удивилась мама.
– Так звали мою первую любовь, хочу сохранить о ней память.
У мамы на душе заскребли кошки.
– Зачем нам иностранное имя? – не согласилась она. – Девочка будет Леной.
Папа Лены был немецкого происхождения. Мама познакомилась с ним на берегу моря, под шум набегающих волн.
Мама в полуголом виде лежала на горячей гальке. В небе висел солнечный диск. Волны накатывались на берег, шурша камешками. Мама рассматривала лохматые облака и предавалась грезам. Грезы сбылись неожиданно быстро.
Прямо из набегающих волн появился мужчина. В плавках и с застенчивой улыбкой.
– Зер гут, – произнес незнакомец, вытряхивая воду из ушей.
У мамы екнуло в солнечном сплетении. Сердце затрепетало в груди пойманной канарейкой. Она эротично поерзала туловищем по гальке, привлекая к себе внимание. Это удалось. Незнакомец заинтересовался ерзающим полуголым телом. Тело было молодое и вызывало физиологический интерес.
– Рядом с вами свободно? – спросил мужчина с легким акцентом.
«Иностранец», – пронеслось в мозгу мамы. Она стала судорожно собирать в памяти обрывки фраз из школьной программы немецкого языка.
Курортный роман получился с продолжением. Иностранный товарищ на какое-то время потерял рассудок. Таким благоприятным моментом надо было воспользоваться.
– Это Гельмут! – поставила мама родственников перед фактом. – Он потомственный пролетарий и коммунист. И родители его такие же потомственные. Много лет назад они бежали из фашистской Германии в нашу страну. У нас с Гельмутом любовь и решение создать семью.
Родственники от такого сюрприза опешили. Бабушка с дедушкой были правильного воспитания. Держали ухо востро, регулярно проявляя бдительность. В эти сказки они не поверили. Какие немецкие коммунисты? Немецкие шпионы – это да! На это скорее похоже!
Первым опомнился дедушка. Он в войну был комиссаром партизанского отряда, и лютая ненависть к оккупантам бушевала в душе до сих пор. Он пошарил по бедру, с желанием достать из кобуры наган, чтобы сразу решить вопрос. Кобуры под рукой не оказалось. Дедушка вспомнил, что сдал оружие в музей, и сплюнул от огорчения.
– Света, – бабушка отвела маму в сторону, – зачем тебе в мужья немецкий гражданин? Что о нас подумают люди? Неужели не нашлось нормального советского человека?
– Мама, любовь не имеет границ. Между нами возвышенное чувство. И мы его оформим законным путем.
– Хорошо, – бабушка поняла, что у дочки временное помутнение. – Я не буду читать лекцию о вреде таких браков. Это будет на твоей совести. Но добром это не кончится!
Заведующая загсом поставила штампик в паспорта молодоженов. Покачала головой и пожелала счастливой жизни. Немецкий товарищ переехал к молодой жене. Но там его за человека не восприняли.
– У, тевтон недобитый! – говорил дедушка. – Попался бы он мне в брянских лесах! Я бы его вмиг в капусту порубал.
– Ешь, басурманин! – говорила бабушка, наливая зятю в тарелку суп без мяса. Она тоже не любила шпионов.
Иностранный папа долго терпел атмосферу глухой вражды. Потом выразил законное возмущение.
– Я не для того убежал из своей страны. Здесь меня угнетают сильнее и беспощаднее.
Собрал заграничный чемодан, Лену оставил маме на память. Мама растерялась от неожиданности, потеряла аппетит и рыдала целую неделю.
– Вот, – сказала довольная бабушка, – что я говорила! Что в итоге имеем? Одинокая мамаша с грудным младенцем.
– Лена уже не грудная.
– Что сиськой не кормишь, это ничего не меняет. Как дальше жить будешь? Костя, – позвала бабушка деда для консультаций, – знаешь, где надо искать нового мужа брошенной женщине?
И подвела итог разрушенному семейному счастью:
– Сама виновата, нечего приводить в дом кого ни попадя!
Нового мужа нашли в доме культуры, на концерте художественной самодеятельности.
Мама смотрела, как подруга отплясывала на сцене. Громко стуча каблуками по деревянному полу и повизгивая от счастья. Среди таких же любительниц народного творчества. В середине танцующих сидел неказистый товарищ и растягивал меха баяна.
После концерта подруга появилась в сопровождении баяниста.
– Наш музыкальный руководитель, – представила она коллегу.
– Аркадий, – застенчиво произнес баянист.
Мама удивилась несовпадению внешности пролетария с рабочих окраин и благородного имени дворянских кровей. Подумала, если поженятся, у дочки будет красивое сочетание – Елена Аркадьевна.
– Света, – поинтересовалась бабушка, – зачем нам баянист? Мы что, в деревне живем? А он первый парень на селе? Когда плясать захотим, можем патефон завести.
– Он еще слесарь, – упиралась мама. – В доме может что-нибудь починить, если сломается.
– Если что сломается, у дедушки руки растут откуда надо.
– Ты все время недовольна! Никакой личной жизни! – мама приготовилась рыдать и рвать на себе волосы.
Лена, стоя рядом, дергала за подол бабушку и мешала наставлять маму на путь истины.
– Тьфу на тебя, – высказала бабушка свое мнение и повела внучку на горшок.
Мама с новым мужем зажила отдельной жизнью. Лену, чтоб не болталась под ногами, оставили на воспитание бабушке и деду.
2. Саня
Что, если вся твоя жизнь была предопределена картинкой на шкафчике в детском саду?
Саня был поздним ребенком. При рождении громким криком поздоровался с окружающим миром.
– Мальчик, живой, – сказала доктор и показала маме ее произведение.
После трех лет домашнего воспитания родители осознали, что сына надо приобщать к реалиям жизни, и определили в детский сад.
– Хочу с вами посоветоваться, – произнесла заведующая через месяц, глядя мимо мамы. – Мне неудобно говорить, но надо что-то делать…
– По поводу чего?
– По поводу вашего сына.
– Он что-то натворил? – мама проявила законное беспокойство.
– Гораздо хуже. У него роман с моей дочерью. Хочет на ней жениться.
– В три года? – у мамы ослабли ноги, а сердце застучало, как юный барабанщик в пионерский барабан. – Не может быть!
– Может, – подтвердила заведующая. – Ухаживает как настоящий кавалер. Шнурки завязывает ей на ботинках. А в раздевалке за шкафчиками целуются. Сама видела.
– В щечку?
– В губы.
– А она?
– Она не против. Говорит – любовь на всю жизнь. Надо, чтобы он ее бросил.
Маме стало обидно за сына. Мальчик растет любвеобильным. У него пробудились чувства. И в этот момент возникают суровые родительские препоны. Как потом он будет верить людям?
– Мне кажется, это будет удар по неокрепшим детским душам. Может быть, травма на всю жизнь. Особенно для девочки. Мы, женщины, более ранимые.
– Вы думаете? – заведующая стала сомневаться.
– Может, надо подождать, тактично поговорить.
– Хорошо, – согласилась заведующая, – давайте попробуем.
Мама вышла из кабинета под впечатлением. Повела Саню домой, шурша резиновыми ботами по опавшим листьям осени. По дороге учинила допрос с пристрастием.
– Сынок, говорят, ты жениться хочешь? – как бы между прочим поинтересовалась мама.
– Хочу, – насупился Саня.
– У вас любовь?
– Любовь, – Саня отвечал односложно, как партизан на допросе.
Мама поняла, что у сына все серьезно, и, пока шли домой, прочла лекцию. Про высокое чувство, которое приходит внезапно. Но если его не берегут, так же внезапно уходит. А на его месте остаются дымящиеся руины.
А Саня осознал, что взрослые вторгаются во внутренний мир ребенка с раннего детства. Хотят вызнать все подробности, а потом начинают учить жизни.
Любви на всю жизнь не получилось. Обстоятельства развели влюбленную пару. Родители Сани получили квартиру на другом конце города.
– Мама, – поинтересовался удрученный Саня, – я ее больше никогда не увижу?
– Сынок, – мама постаралась сгладить удар судьбы, – с первой любовью всегда так. Заканчивается неожиданно, как и приходит.
3. Лена
Если не строить свою жизнь самому, то кто-нибудь обязательно построит ее за тебя.
Лена росла кумиром в отдельно взятой квартире. Бабушка души в ней не чаяла. Лелеяла и целовала в темечко.
На бабушкины нежности Лене было наплевать. Она росла диким цветком. Вместе с мальчишками пинала мяч во дворе. Зимой стояла вратарем в хоккейных воротах.
– Я думала, вырастет девочка-дюймовочка, вся в косичках и бантиках, – причитала бабуся. – А получился хулиган из подворотни. Наверное, гены передались от папаши. Фашист испортил породу.
– Да, непонятно, – дедушка тоже был удивлен. – Надо мне было его все-таки при первой встрече порубать в капусту.
– Тебя тогда бы посадили, – вздыхала бабуся.
– Мне бы орден дали.
Свобода Лены закончилась, когда ей попали шайбой в лицо. Она появилась дома в слезах и с фонарем под глазом.
Бабуся от горя всплеснула руками и не смогла сдержаться в выражениях.
– Какая сволочь тебя обидела? Кто испортил красоту неописуемую?
Внучка, в промежутках между всхлипываниями, поведала грустную спортивную историю. Бабушка поняла, что с дикими нравами улицы пора заканчивать, и по горячим следам собрала расширенный семейный совет.
– Вот, полюбуйтесь! – она жестом опытного лектора показала на пострадавшую. – До чего доводят беспорядочные игры!
Лена в качестве дорогого музейного экспоната сидела в центре комнаты на стуле.
Мама, ее муж Аркадий и дедушка рассматривали Лену, словно туристы в музее портрет Джоконды. Делились впечатлениями и цокали языками.
– Есть такая картина «Девочка с персиками», – муж мамы решил блеснуть познанием в живописи, – сейчас я наблюдаю девочку с синяком.
– Что? – вспыхнула бабуся. Поджала губы, и на ее скуле заиграл желвак.
– Что? – повторила мама, сверкнув очами.
Дедушка нехорошо ухмыльнулся.
«Язык мой – враг мой», – осознал любитель живописи. За такой юмор можно получить. Прямо сейчас и прямо по лицу.
– Был не прав! – покаялся отчим, отодвигаясь в сторону. – Учту на будущее.
После длительного обсуждения семья согласилась, что надо чем-то занять Лену в свободное от уроков время.
– Чтобы выросла умной девочкой! – высказала пожелание мама.
– Чтобы людям было не стыдно в глаза смотреть! – добавила бабушка.
– Надо ее направить в искусство, – поведал дедушка. – Там внутренне облагораживают.
В углу комнаты громоздким монстром пылился рояль, оставшийся от прежних жильцов. Взгляды семьи сосредоточились на нем.
– Его надо использовать.
– Да. Выбрасывать жалко.
Лену оторвали от улицы и определили в музыкальную школу.
4. Саня
День пропал… не зря.
В семь лет беззаботное детство Сани закончилось.
– Скоро для тебя будет праздник, – предупредила мама.
– Новый год?
– Первое сентября.
– Что за праздник?
– В школу пойдешь, – мама открыла Сане новую страницу в его биографии.
– Зачем?
– Там из тебя сделают культурного человека, – мама постаралась примитивно объяснить ситуацию.
– А сейчас я некультурный? – Саня хотел знать горькую правду.
– Не совсем, – не стала до конца разочаровывать мама. – Сначала будешь октябренком. Тебе прикрепят звездочку с дедушкой Лениным в юном возрасте.
– Юный дедушка?
– Совсем юный.
– А потом?
– Потом станешь пионером, тебе повесят красный галстук.
– Для чего?
От этого вопроса мама задумалась. Для чего, она и сама не знала. А углубляться в политику коммунистической партии ей не хотелось. Она там ничего не смыслила.
– Это такая игра. Чтоб было интересно.
– И долго я буду учиться?
– Десять лет.
– Десять лет я буду ходить в школу?
Вопрос ввел маму в уныние. «А ведь верно, – она мысленно прикинула срок. – Десять лет, как заключенному в тюрьме. И мне десять лет, как надзирателю».
– Первого сентября ты должен быть красивым, – мама сделала паузу. – И я тоже. Ты же хочешь, чтобы твоя мама была лучше всех? – был приведен неотразимый аргумент.
Школьную форму купили за двадцать минут. Потом три часа мама подбирала одежду себе. Платье, туфли, сумочку.
Первого сентября Саня затерялся среди нарядных первоклассников. С букетами цветов и ошарашенными взглядами. Родители застенчиво переминались в стороне.
– Дорогие дети, – сказала первая учительница на первом уроке, – вы узнаете много нового и интересного.
И перечислила изменения, которые произойдут в их головах.
– А сейчас рисуем кружочки и квадратики.
Класс взял в руки карандаши. Послышалось трудолюбивое сопение.
5. Лена
Что ни делается, все к лучшему, а что к лучшему, то не делается.
Лену стали водить на музыку. Эту почетную обязанность возложили на дедушку. Чтоб не скучал на пенсии, его нагрузили общественно полезным трудом.
С внучкой сразу возник конфликт.
– Что я там забыла? – воспротивилась Лена приобщению к прекрасному.
Дедушка внучку агитировать не стал. Нащупал человеческие слабости и заинтересовал ценностями, близкими ее молодому организму.
– По дороге в музыкальную школу булочная. А там такие пирожные! Могу перед школой купить.
Лена сглотнула слюну.
– После школы еще одно.
«У нас в роду евреев не было», – подумал дедушка, глядя на юное созданье.
– Договорились. Это будет нашей маленькой тайной.
Начался тернистый путь в мир музыки.
Упитанный ребенок – радость для родителей. Но когда девичья попа перестает умещаться на стуле, это наводит на размышления. Бабушка провела следствие. Дедушка сознался в содеянном, Лена оказалась на голодном пайке.
– Извини, – стал оправдываться он перед внучкой, – нам выкрутили руки.
Вскоре дедушку остановили в вестибюле музыкальной школы.
– Вы меня простите, но я обязана сказать! – педагог по музыке нервно теребила пуговицу на блузке.
Дедушке эта фраза не понравилась.
Он приготовился дать достойный отпор. Педагог раздражать дедушкину психику не стала. Сказала коротко и доходчиво.
– Раньше ваша внучка училась лучше. У меня возник вопрос. Что случилось? Надо найти причину.
Дедушка вопрос услышал. Обещал посоветоваться с товарищами и попросил время на размышление.
Дома он повторил вопрос бабушке. В такой же тактичной форме.
– Меня сегодня в школе озадачили.
– Рассказывай! – разрешила бабуся.
Она, как добропорядочная хозяйка, занималась домашними трудами. Шаркая тапочками по кухне, гремела кастрюлями и сковородками.
– Успехи нашей внучки скатились к нулю, – дедушка раскрыл сюжет. – Педагог не понимает почему. Хочет услышать твое мнение.
Бабушка оторвалась от плиты, присела на стул. Прокрутила в мозгу полученную информацию. Посовещалась сама с собой.
«Вот сучка драная! Интриганка мелкая!» – Бабуся снова мысленно помянула недобрым словом иностранного зятя. От него любимая внучка набралась хитростей.
– Хорошо. – После активного размышления компромисс был найден. – Будешь покупать одно пирожное. Если педагог будет довольна.
На втором году занятий дедушку остановили снова.
– Вы меня снова извините. Но вынуждена сказать горькую правду.
Дедушка посуровел лицом.
– Как пианистка ваша внучка не может или не хочет.
Из глаз дедушки скатилась слеза. Педагог поняла, что ранила в самое сердце.
– Давайте попробуем другой инструмент, например скрипку.
Дедушка кивнул головой и вытер кулаком мокрую щеку. Армия дала добро.
Но бабушка думала иначе. И на дедушкино мнение ей было наплевать.
– Не отдам. На эту самую скрипку. Нечего ей там делать. Будет учиться на пианино. Я сказала!
Временами бабуся напоминала упрямое животное с длинными ушами. Дедушка спорить не стал.
На следующий день бабушка поменяла свое мнение. На противоположное. Лена зажила скрипичной жизнью.
6. Саня
В действительности все не так просто, как есть на самом деле.
– Ваш первый учебный год закончился. Мы расстаемся до осени, – объявила учительница классу и мысленно перекрестилась.
– Теперь тебе надо отдохнуть, – поведала мама сыну о его дальнейшей жизни. – Уедешь на целое лето в деревню. На природу. Мы с папой тоже отдохнем. От тебя и твоих уроков.
– Вы отдаете меня чужим людям? – неприятно удивился Саня.
– Они не чужие. Это наша родня. Дядя Миша, тетя Маша и твой брат Женя.
Папа остался зарабатывать деньги, в деревню Саню повезла мама.
В его жизни сразу появилось много нового. Ночной стучащий колесами поезд. Плацкартный вагон с храпящими соседями. Запахи портянок.
Дядя Миша встречал утром на станции. В мятом пиджаке, кирзовых сапогах и с папиросой в зубах.
– Ух ты, живая лошадь! – восхитился Саня, когда вышли на привокзальную площадь.
– Это конь, – начал учить деревенским премудростям дядя Миша, – зовут Мальчик. Садись на телегу.
По лесу ехали долго. Телега скрипела и подпрыгивала на ухабах. Мальчик временами громко фыркал, выражая лошадиное неудовольствие.
При въезде в деревню открылся сельский пейзаж. Вдоль дороги лежали коровьи лепешки. Разной свежести и размеров. Перед избами расхаживала пернатая живность. Мальчик, не останавливаясь, задрал хвост, из него посыпались коричневые плюшки.
– Фу, – выразила мама свое мнение.
– Не обращай внимания, – отозвался дядя Миша, – здесь так принято.
Остановил коня у крайней избы и сообщил: приехали!
– Батюшки, – на крыльце развела руками в стороны тетя Маша, – племянник уже какой большой! – И, не меняя радостной интонации, крикнула вглубь избы сыну: – Женя, иди зарежь курицу, гости приехали!
В доме появился повод для застолья. Из чрева русской печки и погреба достали деревенские разносолы.
– Может, не надо так торжественно? – мама Сани засмущалась от такой суеты.
– Скромненько посидим, – отозвался дядя Миша. – Будут только свои.
Финальной точкой стало появление на столе бутылок с мутной жидкостью. Мама окинула их критическим взглядом. Сделала пренебрежительную гримасу городского жителя.
– Надо было нормальной водки купить. В магазине.
– Магазин далеко, – отозвался дядя Миша. – А самогон бухает в голову быстро и надежно. Как обухом топора.
Своих набралось больше, чем обещали. И каждый приносил что-то на общий стол.
Скоро народ дошел до нужной кондиции. Появилась гармонь. Тетки заголосили деревенские песни с лирическим уклоном. Мужская половина приступила к обсуждению планов партии в текущей пятилетке. Совсем не литературным языком.
– Пошли на рыбалку, – брат Женя вытащил Саню из-за стола.
В огороде воткнул лопату в землю. Вывернул наизнанку ком земли. В разные стороны поползли жирные червяки.
– Червяки зачем? – удивился Саня.
– Их рыбы будут кушать.
– А мы будем кушать рыб?
– А что делать? В жизни все кого-то кушают.
Спать Сане постелили на сеновале. Внизу, на скотном дворе, вцепившись лапами в жердочки, засыпали куры. В стойле, уткнувшись мордой в солому, посапывал боров. Печально вздыхая, жевала жвачку и думала о чем-то своем корова. Наверное, как все женщины, мечтала о большой и чистой любви.
Под коровьи вздохи Саня заснул безмятежным сном.
7. Лена
Если ты хочешь, но не можешь, значит, не очень-то и хотелось.
Скрипку Лена невзлюбила. Для нее это был кусок фанеры с натянутыми струнами.
Играть на пианино было просто. Сидишь на табуретке и нажимаешь на клавиши. Со скрипкой все оказалось сложнее.
Педагогом была тетя почтенного возраста. Старомодная и доброжелательная. Разговаривала ласково, используя уменьшительные суффиксы.
– Деточка, скрипочку кладешь на плечико, пальчиками прижимаешь струны, а смычком туда-сюда. Как будто ножиком булочку режешь. Любишь булочку с маслом?
– Я пирожные люблю, – не согласилась с ней Лена.
– Вижу по тебе. Личико как луна.
– Почему как луна?
– Такое же круглое.
От нового музыкального направления Лена начала страдать морально и физически.
– Не буду играть на скрипке! – высказала она через неделю.
Бабушка по-семейному положению была генеральным секретарем. Полностью контролировала ситуацию в доме.
– Что? – удивилась она с угрозой в голосе.
– А вот то! – Лене было наплевать на угрозы.
В этот момент бабушка испытала чувство настоящей гордости. Внучка такая же вредная, как она сама.
Лену воспитывали по старым добрым традициям. Когда знания надо вдалбливать ремнем или заманивать пряником. Жесткие меры убеждения бабушка решила оставить на потом.
– Надо учиться, будешь музыкально образованным человеком.
– Зачем мне это надо?
– Чтобы не росла шалопайкой.
– Кем?
– Плохой девочкой, которая насилует нервную систему своей бабушки.
– Никто из моих друзей этой ерундой не занимается.
– Твои друзья – отсталые люди.
– Леночка, – осторожно встрял дедушка, – музыка тебе в жизни пригодится.
Дедушка временами уходил в пике. Становился задумчивым и шел в магазин. Возвращался домой, бренча в авоське бутылками.
– Костя! – осторожно вопрошала бабушка, с неудовольствием поджимая губы.
– А? Что? – дедушка делал удивленное лицо, проходил на кухню, доставал граненый стакан, наливал до краев и в несколько глотков выпивал содержимое. После чего устремлял взгляд в прошлое, вспоминая дела давно минувших дней. Партизанский отряд, тревожные будни, песни у костра, расстрел предателей. Дедушка наливал второй стакан, и воспоминания становились ярче.
Бабушка надевала маску великомученицы и, чтобы не попадаться под горячую руку боевому комиссару, уходила хорониться в дальнюю комнату. Лену увозила к себе мама. Для нее наступали каникулы. Музыкальные занятия были заброшены. Она целыми днями смотрела телевизор, ковыряя в носу.
Несколько дней, между тревожными минутами сна, дедушка бродил по квартире, вызывая на честный бой ворогов.
– Ау, – вопрошал он, – есть кто живой? Кто еще не познал русскую удаль? Выходи силами меряться!
Потом наступало затишье. Комиссар утомлялся и выполнял ритуал раскаяния. Слезно прося у всех обиженных прощения.
Очередной загул закончился недавно. И дедушка, испытывая чувство вины, был тих и задумчив.
– Леночка, – он начал уговаривать внучку, – не гневи бабушку, сделай ей приятное.
Внучка осознала, чем может окончиться словесная дуэль. Если бабушку довести до точки кипения, она запустит в любимую внучку предметом кухонной утвари. Какая попадется под руку.
Переговоры завершились с разногласиями. Лена, как опытная подпольщица, стала саботировать свое музыкальное развитие.
– Бабуля, у меня скрипочка расстроилась, – вещала она, свинчивая колки на грифе. – Наверное, от сырости.
– Мерзавка? Что из этого?
– Если струнки спустились, звук будет фальшивый, – внучка с непроницаемым лицом объясняла бабусе, словно умственно отсталой. – Надо ждать дедушку, он придет и настроит.
Дедушка в молодости играл на балалайке, и музыкальные навыки у него сохранились.
8. Саня
В поисках приключений главную роль играет совсем не голова.
На следующий день мама засобиралась домой.
– Веди себя прилично. Не заставляй меня краснеть перед родными.
– Прилично – это как? – не понял Саня.
– Это значит быть послушным и не мотать им нервы.
Поцеловала сына в щеку и уехала в город помогать папе зарабатывать деньги. Саня остался один на один под надзором деревенских родственников.
– Гулять можешь до вечера, – дядя Миша обозначил распорядок дня, – только про обед не забывай. Если с голоду помрешь, мне потом голову оторвут.