Писатель. Тьма и свет. Часть 1. Темная вода

Глава

Я, Артем Хороший – писатель,

являюсь посредником между

Богом и людьми

и несу полную ответственность

за то, что положу им в души.

Тьма и Свет - вечная борьба.

Свет и Тьма – вечный выбор.

Пролог

Пасмурный, серый день и холодный, мелкий осенний дождь. Среди руин частных домов пригорода кралась маленькая фигура человека, с капюшоном на голове, в мешковатой одежде, коричнево – бурого цвета, потемневшей от сырости, грязной и местами рваной.

Человек долго сидел за сожженным остовом машины, прислушивался. Медленно, очень медленно выглядывал - знал, что быстрое движение привлекает внимание. Никого. Осмотревшись, прополз три метра до остатков веранды и опять долго, очень долго сидел перед следующим рывком. Ему надо пройти до фундамента полностью разрушенного дома два метра и потом пять метров до капитального кирпичного гаража, с вырванными воротами, но с сохранившейся крышей.

Несмотря на все ухищрения, человека заметили и наблюдали за ним не менее часа, и когда он добрался до гаража, его ждали. Сзади, бесшумно появились две фигуры, хорошо экипированные, с автоматами в руках.

- Руки подними, только медленно, - прогудел низкий, как из бочки голос.

Человек дернулся от неожиданности, медленно повернулся и поднял руки. Широкие рукава съехали ниже локтей, обнажая тонкие, белые руки с маленькими детскими кистями.

Безобидный внешний вид не произвел на боевиков впечатление. Взгляды настороженные, пальцы на курке, готовые в любое мгновение резануть очередью – сразу видно опытные, обстрелянные. Хотя эта парочка, в другом месте и в другое время выглядела – бы комично. Один лет пятидесяти, высоченный, грузный, выпирающий, огромный живот не может скрыть туго затянутый бронежилет. Второй невысокий, едва достает до плеча напарника, щуплый, лицо скрыто под балаклавой.

- Красавчик, досмотри, - гудит здоровяк.

Маленький боец осторожно приблизился, упер дуло автомата в грудь, левой рукой быстро и сноровисто обыскал, скинул с головы капюшон. Черные волосы, заплетенные в две косички, бледное, миловидное лицо и большие карие испуганные глаза. Девушка лет пятнадцати.

- О, великая Луна сегодня благоволит нам, - расплылся в улыбке бородатый.

Второй стянул с головы балаклаву – совсем молоденький, лет двадцать. Он тоже хищно улыбнулся и обыскал девушку еще раз, теперь уже, гораздо, более тщательно.

- Красавчик, у нас сегодня пруха,- гудит толстяк.

Второй, и правда, красавчик - симпатичный, со светлыми кудрями и ярко – голубыми глазами. Хоть ангелочков с него рисуй, только плотоядная ухмылка не вписывается в образ. Он тонким тенорком спросил:

- Слон, а кто первый?

- Ты шо, охренел? – загудел великан.- Субординацию соблюдай. Кто старший по званию. А? Лучше рацию рубани.

- Если рацию выключим, нас искать пойдут.

- Тогда доложи, что мы тут позицию займем. На сутки не меньше.

Красавчик вышел из гаража. Слон, улыбаясь, подошел к девушке, та отступала, пока не уперлась спиной в стену. Он прижал ее своим животом, положил руки на плечи, она едва доставала ему до груди.

- А, что молчишь? Я люблю, когда кричат, - он наклонился к ее лицу, дохнул запахом давно не чищеных зубов, перегара и сигарет. – Кричи. Неужель не можешь?

- Конечно, могу,- спокойно ответила девушка и изо всех сил крикнула ему прямо в ухо.- Я ..а…а….

Великан шарахнулся назад.

- Ты шо, блин, совсем? – но быстро взял себя в руки. – А, ты мне нравишься. Только кричи тише. Будешь ласковой – отпустим живой.

Он обхватил ее руками и легко поднял, притянул к себе. Маленькие, острые зубки впились Слону в кончик носа, откусывая его.

- А- а-а, - низко взревел толстяк, ослабляя захват.

Молниеносное движение и большой палец правой руки девчонки утонул в левой глазнице великана. Опять вопль, только высокий, как поросячий визг. Слон попытался отпихнуть девушку от себя, но та намертво вцепилась ему в воротник бушлата. Голова ее нырнула под бороду, зубы вгрызлись в горло, ломая гортань, ища артерию.

Красавчик вбежал в гараж и сразу налетел на маленькую фигурку девчонки с окровавленным лицом. Он не успел испугаться или удивиться. Девчонка, отведя ствол автомата одной рукой в сторону, второй схватившись за разгрузку, рванула его на себя, с силой ломая головой переносицу. Легко вырвав из ослабевших рук автомат и держа его за ствол, как дубину, проломили парню голову. Добавила еще несколько раз, и, отбросив оружие в сторону, выскользнула из гаража.

Красавчик остался лежать у входа, тараща вверх единственный, не верящий, чудом уцелевший на разбитой в кашу голове, небесно – голубой глаз. Пальцы рук, сведенные судорогой в орлиные лапы, скребли шершавый бетон пола, ломая и отрывая ногти.

Тяжелое дыхание, стон, скрученные пальцы скребут кожу дивана. Артем открыл глаза, тяжело сел. Футболка и штаны пропитались потом, волосы на голове слиплись сосульками. Потер руками лицо встал, в голове одна мысль – надо скорее записать. Подошел к столу, открыл ноутбук, тот был включен и экран сразу загорелся. Сел в кресло, попытался печатать, скрюченные судорогой пальцы не слушались. Вздохнул, дрожащими руками взял со стола пачку сигарет, закурил. Отпустило, пальцы расслабились.

Мельком глянул на ноутбук, поднялся и пошел в ванну. С трудом стянул с себя прилипшую к телу одежду и с отвращением бросил в угол. Налил полную ванну горячей воды, добавил пену, лег и закрыл глаза. Не спал и не бодрствовал. Не думал – поймал состояние пустоты, между мыслями.

Очнулся, когда вода в ванне стала совсем холодная – долго он лежал. Вышел, завернувшись в полотенце, подрагивающий от холода и покрытый гусиной кожей. Открыл шкаф – вещи в нем валялись грудой, порывшись, нашел теплый халат, надел.

В дверь зазвонили и забарабанили и, только тут, Артем понял, что уже давно, кто – то звонит и стучится. Просто он еще не полностью вернулся в реальность, и внешние звуки воспринимались с трудом.

Открыл. В дверь влетел его агент – менеджер Дмитрий. Молодой, тридцатилетний парень, одетый по всем правилам бизнес стиля: дорогой костюм, галстук. Высокий, спортивный, черноволосый, загорелый и зеленоглазый с красивым энергичным лицом. Этакий типаж делового, преуспевающего человека. Только сейчас, немного, порастерявший свою не искреннею доброжелательность, степенность и невозмутимость - волосы разлохмачены, лицо раскраснелось. Похоже, давно сюда ломится.

- Артем Алексеевич, - возмущенно начал он, - звоню, звоню, пишу, пишу – нет ответа. Сюда приехал, в окнах свет горит, значит, Вы дома. Стучусь, стучусь – не открывайте. Я уже испугался, может, что случилось.

- Я работал, - лениво растягивая слова, ответил Артем.

- Я приехал Вас обрадовать, ваш сценарий купили в Голливуде. В Голливуде! Аванс прислали, полтора миллиона. Полтора миллиона! Не рублей! Понимайте? Кто молодец? Я молодец. И это еще не все. Уже есть устная договоренность, еще на два сценария, обсуждаем детали. А также, четыре издательства хотят купить права на Ваш последний роман. Все это миллионы. Понимайте миллионы.

- Сроки? – не выказывая радости и удивления, спросил Артем.

- Что? Сроки? Ну, сценарий ждут через месяц. А, следующие два до Рождества, их Рождества, в декабре. Артем Темный это, теперь, мировой бренд.

- Ты, что дурак? – Артем посмотрел на Дмитрия тяжелым, усталым взглядом.

- В смысле? – тот удивленно уставился на него.

- Сценарий написан, только, наполовину. Я физически не успею его сделать за месяц. А потом, за два с половиной месяца, должен написать еще два. Ты о чем договорился?

- Да ведь надо ковать железо пока горячо. Артем Алексеевич надо поднажать. Отдыхать будем потом.

- Куда поднажать? Я сплю по четыре часа. Живу на кофе и сигаретах.

- Артем Алексеевич вы сильно вкладывайтесь. Сценарий это не роман, их можно писать за две – три недели.

- Можно, только качество сильно упадет. Ты потом сможешь продать такую хрень.

- Артем Алексеевич, я могу раздобыть стимуляторы. Нам полгода продержатся, и мы будем в шоколаде.

- Мы будем? Нам продержатся? Это я один тут херачу до потери пульса, ты просто ездишь, договариваешься.

- Ну, Артем Алексеевич, у каждого своя работа. У меня своя, у Вас своя.

- Дима, я тебе еще раз говорю – ты дурак. Надо увеличивать сроки.

- Мы не можем. Придется платить неустойку. Мы попадем на бабки.

- Ну и что? Я больше не могу работать в таком темпе. Надо увеличить сроки.

Глаза у Дмитрия налились кровью, лицо, из доброжелательно – лакейского стало злым, хищным. Он снял маску, перешел с делового языка, на тот, на котором говорил с детских лет, когда рос на окраине Москвы.

- Слышь Тема,- он ухватил Артема за плечо сильной рукой. – Ты чо тут буровишь? Я свою работу сделал, теперь ты делай свою. Мне не улыбается терять бабки из – за твоих капризов. Ты помнишь, кому обязан всем. Это я тебя сделал. Ты был ни кем. Деревенщиной. А теперь тебя знает весь мир и бабло течет рекой.

Он схватил Артема и потащил его к большому зеркалу в прихожей.

- Смотри кто ты сейчас,- он встряхнул его, - и вспомни, кем ты был.

Дмитрий отпустил его.

- Подумай, - сказал он, успокаиваясь, - и принимайся за работу. Доктора я тебе пришлю, он знает, что тебе выписать.

Не прощаясь вышел и с силой захлопнул дверь.

- Смотри, кто ты сейчас,- передразнил его Артем и еще раз глянул в зеркало.

А действительно, кто он сейчас. Из зеркала на него смотрело землисто – серое лицо, с запавшими глазами и щуплая фигура, в мешковатом с красными полосками халате.

- Да ну их к черту. Надо, куда – нибудь, на природу съездить. Развеется. Сейчас август, а я за все лето на улицу почти не выходил.

Он оделся, взял ключи от машины, водительские права. Права выпали из рук, когда он запихивал их в карман, открылись. Артем подобрал права, глянул на фотографию: веселый, счастливый, улыбающийся мужчина среднего возраста. Это он пять лет назад.

- Тьфу ты, - выругался он и опять глянул в зеркало.

- Кем ты был, а кем стал? – опять передразнил он Дмитрия. – Пять лет назад, я выглядел на много лучше.

Теплый, летний вечер в Москве. Артем сел в свой черный Land Cruiser, поехал из города. «Доеду до леса и лягу спать у костра, на берегу речки, как в детстве. Мне нужен воздух свободы».

Артем не сразу сообразил, что едет в том направлении, откуда приехал в Москву, пять лет назад. Где прожил практически всю сознательную жизнь, кроме последних пяти лет. А ведь у него там семья: жена, сын. Он почти забыл о них. А они помнят его? Ждут? Примут обратно? Он ведь раньше очень сильно любил их. Как он мог забыть про них на пять лет? Почему ни разу не приехал домой за это время? Как выглядит сейчас сын? Ему уже пятнадцать. А жена?

Перед глазами внезапно зажглись красные огни стоп – сигналов. Уходя от столкновения, Артем крутанул руль, выскочил на встречку, прямо под летящую фуру….

Пришел в себя, сразу осознав, где он и, что произошло. Смятая машина выброшена на обочину, он зажат искореженным металлом на водительском месте. Тело не слушалось. Так сильно зажало или парализовало?

Артем хотел сделать вздох и с ужасом понял, что не может. Несколько панических попыток глотнуть кислорода – без результата, он задыхался. Жизнь уходила их него.

Вдруг он успокоился, что толку дергаться, может так даже лучше. О чем он думал перед столкновением. О чем – то важном. Семья. Почему он бросил их, пять лет назад? Почему не забрал с собой? Такого не могло быть, но это случилось.

Умирая, Артем жалел только о семье. Ему не выносимо хотелось домой, больше жизни, которой у него больше нет.

Свет в глазах тускнел, наступала тьма….

Артем пошевелился, открыл глаза. Он снова чувствует свое тело. Он жив? Его спасли?

Он лежал на спине, над ним серое пасмурное небо. Его вытащили из машины, но в больницу еще не отвезли? Отвезут, вылечат, спасут – тогда он вернется домой к семье, к сыну. Судьба дала ему второй шанс.

Резкие хлопки совсем рядом, пауза, потом еще хлопки.

- Гаси их гранатами, - закричал осипший голос, - давай быстрей. Они в подвале.

Два раза мощно ухнуло.

Артем просто охренел. Что за ерунда? Забыв про свое переломанное тело, сел и огляделся. Слева от него, у разрушенного до второго этажа многоквартирного дома, группа из пяти мужиков в камуфляже, обвешанных оружием. Двое из них кинули что – то в темный проем окна подвала, опять раздались взрывы, остальные стреляли в подвал длинными очередями.

Да, что это такое? Фильм снимают? Галлюцинации? Он должно быть сильно головой приложился. А где он вообще? Артем огляделся. На Москву не похоже, вокруг полуразрушенные, обгорелые остовы пятиэтажек.

- Все, спеклись. Смотрим, - сиплый голос оторвал Артема от наблюдений.

Он посмотрел в сторону бойцов, трое из них спрыгнули в подвал, двое страховали. Один из страховавших нервно оглянулся.

- Сзади, - крикнул он.

Развернувшись, боец полоснул очередью по Артему. Тот взвыл, пули рвали тело, упал, корчась от боли.

- Завалил его? – услышал Артем голос второго.

- Вроде.

- Сходи, проконтролируй. Я крою.

Артем замер, сцепив зубы, что – бы не стонать, попытался затихнуть, закрыл глаза. Может, примут за убитого. Изображая мертвеца, Артем даже забыл про рвущую тело боль. Шуршание шагов совсем рядом. Горячее дуло уперлось в лоб. Вспышка. Голова, казалось, разлетелась на куски.

- Готов,- голос над головой.

Грубые руки обыскали его.

- Нет, не хрена.

Пинок в бок. Шаги удалились.

Чудовищная боль в голове. Что произошло? Его убили или нет? Постепенно боль ушла, но Артем все лежал и лежал. Очень долго лежал, готовился умереть, но не умирал.

- Долго еще валяться будешь? Они уже давно ушли.

Артем сел. Перед ним маленькая черноволосая девчушка с двумя косичками, в грязном, темно – коричневом худи, в черных джинсах, на ногах тяжелые берцы, которые на тонких худеньких ножках кажутся инородными.

- Кто ушел? - Артем вообще ничего не понимал.

- Ну, ты…. Те, кто тебя тут расстреливал. Свои дела сделали и свалили. Нам тоже пора.

- Нам?

- А ты хочешь здесь ночевать? Или вообще жить остаться.

- Я, наверное, не смогу идти.

- Почему это? Встал, да пошел.

- Но в меня стреляли.

- И еще раз расстреляют, если будешь здесь торчать. Пошли.

Артем попытался встать и к своему удивлению, ему легко это удалось.

- Давай за мной, - сказала девушка и направилась в сторону дома, который штурмовали боевики.

Артем бездумно последовал за ней. Девушка спрыгнула в подвал через проем окна, Артем полез за ней. Оказалось довольно высоко, зацепившись за край окна руками и вытянувшись во весь рост, Артем спрыгнул. Отбил пятки о бетон пола.

Девушка достала из кармана фонарик, осветила помещение. Большое пространство, с высоким потолком и переплетением труб и толстых кабелей, на полу лежат четыре тела.

- Они мертвые? – тихо спросил Артем.

- Тебе лучше знать, - непонятно ответила девушка и принялась обыскивать трупы.

-Все обобрали гады, - разочарованно протянула она, осмотрев все тела. - Хотя вон, берцы с того мелкого не сняли, наверное размер маловат оказался. Кстати, ты бы надел, а то в твоих тапочках далеко не убежишь.

- Я не буду надевать ботинки с покойника.

- Как хочешь, дело твое. Блин, жаль, что воды не оставили и пожрать. Опять дохлятиной придется питаться.

Девушка вынула нож из ножен на поясе и принялась отрезать ногу одного убитого.

- Ты, что делаешь? – завопил Артем.

- Как что? Ужин готовить буду.

- Ты что? Это каннибализм. Не смей.

- Да ладно тебе, надо есть пока свежак.

Артем попытался отобрать у нее нож, но девушка, смеясь, неуловимо вывернулась.

- Слушай,- сказала она, - это ты можешь не есть, а я могу умереть с голоду.

- Да лучше умереть, чем людей есть.

- Какие слова. Тебе легко говорить, ты умереть не можешь.

- Почему?

- Потому. В тебя стреляли – ты живой и даже не раненый.

Артем ошарашено ощупал себя, правда не единой раны и голова, в которую стреляли, на месте.

- А….почему?

Девушка белозубо рассмеялась.

- И, где я нахожусь?

Девушка захохотала в полный голос. От этого смеха у Артема по коже пошли мурашки и сердце сжалось в нехорошем предчувствии.

- А ты сама кто?

У девчонки началась истерика: она хохотала, из глаз ее текли слезы, попыталась, что – то сказать, но глянув на Артема, ее опять скрутила судорога смеха.

- Ух….ну, ты…., - попыталась выдавить она. – Где я? Ты кто? Дочь твоя. Понял.

- Нет. Как дочь? Шутишь или сумасшедшая? Конечно сумасшедшая, ты же человека съесть хотела.

- Ну, ты и дурак, - она опять рассмеялась. – До смерти уморишь меня своей тупостью.

Артем, вдруг понял, что находится не понятно где и пытается всерьез разговаривать с сумасшедшей девкой, которая отрезала ногу у трупа. Валить надо отсюда.

Он развернулся и пошел к окну, через которое забрался в подвал. Подпрыгнул, уцепился руками за его край, попытался подтянуться, елозя ногами по стене. Сил не хватало. Голос сзади:

- А ты куда собрался?

Артем не ответил, задергался, как червяк, пальцы соскользнули, и он шлепнулся задом на пол. Больно.

- А ты смешной. Я думала, что ты поумней. Разочаровываешь меня папаша.

- Я тебе не папаша.

- Ну ладно, ладно. Отец, Создатель, Демиург, Творец, Высшая сила. Сам выбери, как себя называть, хотя поклонения ты не заслужил.

Артем промолчал и повторил попытку покинуть подвал, впрочем, с тем же успехом, под издевательский смех девчонки.

Артем зло обернулся. Девушка сидела на одном из трупов и с любопытством смотрела на его потуги. Злость поборола страх, и Артем жестко выговаривая слова, сказал:

- Отпусти меня.

- Я? Отпустить тебя? Это уже не смешно. Это ты отпусти меня. Зачем меня сюда затащил?

- Это ты меня в этот подвал привела.

- Ох, ну ты и….

- Так, все понятно. Сам уйду.

Артем повернулся и посмотрел на неприступное окно. Высоко. Поискать, что ни будь под ноги. Позади голос:

- У всех подвалов двери есть. В этом их две, справа и слева.

Точно, как он сам не подумал. Артем пошел на право.

- Лучше завтра, с утра. Ночью их больше бегает, у всех приборы ночного видения или тепловизоры. Поймают тебя. Убить, конечно, не убьют, но покуражиться могут на славу. Днем их в разы меньше - отсыпаются.

Не смотря, на тщедушное телосложение, Артем не был трусом. Развернулся, подошел к ней.

- Почему я должен слушать советы людоедки? Чем ты лучше их?

- Я человечинку редко ем. Только, когда совсем голяк. И не тебе меня попрекать, я здесь и - за тебя.

- Что? Совсем чокнулась? Да, что с тобой разговаривать. Ты псих.

- Да ладно. Хватит придуриваться, папаня. Хочешь сказать, что не понимаешь куда попал?

- В задницу.

- Это точно. Ты попал в задницу, которую сам создал.

- Чего?

- Не узнаешь меня? Папаня.

Артем вгляделся в полумрак помещения, а ведь и правда, он это уже видел. И ее видел.

- О, Боже.

- Ага, наконец, сообразил.

- Ты…. Да, как я…

- Ну, давай, давай. Соберись. Тебе еще все исправлять.

- Как исправлять?

- Выведи меня отсюда, я не хочу жить в этом мире. Я домой хочу, к маме.

- У тебя нет мамы.

- Дай мне ее. Ты сотворил этот мир, здесь ты можешь все.

Часть 1 Темная вода

Глава 1

Артем закончил университет, по специальности русский язык и литература. Ну и что? Оставаться в городе или ехать на село. Дилемма. В городе надо покупать квартиру – брать ипотеку на многие годы, а в деревне с жильем проще, плюс еще и подъемные.

- Вы любите природу? – спрашивала его пожилая женщина из областного министерства образования, - а там лес, пруд, речка, поля. Красота. Дом хороший дадим.

Решено. Деревня, так деревня. Там тоже детей учить надо. Кто если не он.

Июль. Красиво – зелень кругом. Правильно сделал, что поехал сюда, тут благодать. Село Черноводное.

Директор школы встретила молодого педагога с радостью, а после десяти минутного разговора Артем сам проникся к ней уважением – человек советской закалки, посвятивший всю жизнь своей профессии, детям.

Дом ему тоже понравился – большой, добротный, не далеко от пруда, который огибала узкая асфальтовая дорожка, вдоль нее стояли лавочки, свежевыкрашенные в зеленый цвет. В доме было прохладно – проветривали, полы чисто вымыты, в середине зала стояла русская печь, в которую был вделан железный водяной бак, по всем четырем комнатам разведены трубы отопления. Застекленная веранда, баня, гараж. Только получил диплом, а тут такие хоромы, в городе дали бы комнату в общаге и все. А ведь обещали еще и подъемные, а также машину. Пусть простую семерку, но все же, свой транспорт. Надо теперь на права учиться.

Разложив свой не хитрый скарб и заправив кровать, Артем пошел гулять по селу. Увидел деревянный, одноэтажный дом синего цвета с вывеской «Сельпо». О, магазин, надо зайти, продуктов купить.

Продавщица – рыжая, высокая и крепкая девушка лет двадцати, увидев его, приветливо улыбнулась.

- Что хотите?

- Здравствуйте. Мне полбуханки ржаного хлеба, пельмени один килограмм, майонез, макароны, сардельки, печенье.

- У вас холостяцкий ужин? Я Вас раньше не видела, Вы в гости приехали?

Артем засмотрелся на высокую, в веснушках, упругую молодую грудь под тонкой футболкой и не сразу ответил. Продавщица поймала его взгляд и лукаво улыбнувшись, повторила свой вопрос.

- Вы в гости приехали?

- Нет, работать. Учителем в школе.

- О, какой молодой и красивый учитель. А Вы один или с женой?

Артем смутился и покраснел.

- Один.

- Ой, беда. Девчонки узнают, не отмашитесь.

Артем пробурчал, что – то невнятное, попрощался и вышел.

Лето в школе – время отпусков и неспешной подготовки к учебному году. Все остальные учителя, а их всего пять – женщины. Четыре из них на пенсии, а пятая - Марина, двадцати восьмилетняя учительница физики, а по совместительству биологии и географии. В разводе, живет с дочерью.

В пятнадцать ноль, ноль все собрались домой, в сельской местности, с советских времен, рабочий день у женщин короче на час. Марина спросила Артема:

- Артем Алексеевич, а когда Ваша жена с детьми приедет?

- Моя жена? Я не женат.

- Таня сказала, что женаты и у вас трое детей.

- Кто такая Таня?

- Продавщица из магазина.

Артем решительно вошел в магазин. Татьяна выкладывала товар на верхние полки. Сегодня она была в светлом, легком платье, когда Таня тянулось вверх, юбка приподнималась, обнажая аппетитные, загорелые ноги до середины бедра. Артем засмотрелся и забыл для чего пришел. Таня обернулась.

- Здравствуйте Артем Алексеевич.

- Э… Вы знайте, как меня зовут?

- Конечно. Все знают. Вы, что – то хотели?

- Да. Почему Вы сказали, что я женат и у меня много детей?

Таня улыбнулась.

- Я Вас спасала от наших девчонок.

- Зачем меня спасать?

- Для себя.

Через три месяца они поженились. Таня ходила гордая. Смотрите все кто мой муж: учитель, интеллигентный человек, не пьет, не курит, слово матом не скажет. Так и пошла семейная жизнь.