Корректировщик. Война глазами дроновода ЧВК «Вагнер»

IV

Перелом

Есть ещё одна запомнившаяся история из первых дней работы с нашего дотика.

Зачем-то понадобилось сходить на мёртвый перекрёсток, вроде опять дрон не дотянули. Или передать/забрать что-то у кого-то. В любом случае пошёл я, так как ходить мне очень понравилось. Что спустя столько-то лет ничегонеделания неудивительно. Вообще одна из немногих полезных приобретенных штук по итогу моего пребывания в мёртвом доме.

Сделал, что нужно было, и собирался уже возвращаться обратно, когда мне навстречу попалась эвакуация – четверо типов на носилках несли пятого. Передо мной остановились и попросили помочь: нужно было заменить одного в край задолбавшегося человека. Я сказал, что не могу, надо дальше на работу топать. Но после фразы «тут 100–150 метров осталось» согласился без колебаний.

Пацаны отдышались секунд пять, поменяли руки, мы все взялись за носилки и очень быстро пошли. Было тяжело, и прошли мы немного подальше. Но я на это внимания не обратил, ибо откровенно пялился на раненого. Потому что, ещё когда они остановились напротив меня, я сразу посмотрел на лежачего. Ибо глаза отвести было невозможно. Больше всего запомнил расколотую сверху кое-как перемотанную голову и вытекающую с неё розовую массу с комками чего-то липкого на матерчатую ткань носилок. По цвету оно всё было как упаковка от старой жвачки «Дирол кидз». Если б мне не сказали, что человек ещё жив, я бы в жизни не поверил.

Помог донести до очередного куста, где пацаны по команде остановились и опустили раненого на землю. После чего оставил группу эвакуации у посадки и поспешно потопал обратно, обрабатывая увиденную картину. И только когда удалился от них шагов на двадцать, понял, насколько тяжело нести неподвижного человека даже вчетвером. А точнее, вспомнил глубоко забытое, потому что разок на срочной службе тем же самым занимался. Только на учениях с ненастоящим раненым. И тогда меня вымотало физически. Сейчас же тяжесть в руках была далеко не на первом плане. Но в целом как-то нормально переварил, для первого раза очень даже неплохо. Тем не менее те носилки, пропитывающиеся розовой кашицей, я запомнил очень хорошо.

Не дойдя метров ста до перекрестка, мои размышления о человеческой жизни на войне прервал короткий свист и стремительный разрыв минометного прилёта впереди в посадке. Это был первый обстрел, который проходил непосредственно рядом со мной. Так что я, как обычно бывает в первые разы, между умным (чему учили) и тупым (по наитию) решением выбрал что-то посередине. А именно: идти вперед не прекратил и в посадку не свернул переждать, но подошёл к краю дороги, где между ней и посадкой тянулся неглубокий овражек.

В таких обстоятельствах мне крупно повезло в первый раз. Так сказать, вопрос решился парой шагов не туда или парой секунд заминки не там. Если следующий прилет упал без звона сверху куда-то в поле на расстоянии, то третий зазвучал совершенно по-другому. Резкий свист навалился концентрированно, приобретя какую-то тяжесть и плотность, возрастая с каждым мгновением. Я мгновенно понял, что эта мина – моя. Вряд ли сработали рефлексы – откуда им взяться в первые дни? Наверное, инстинкт какой, хотя я даже подумать что-то успел. Упал не просто в канаву между посадкой и дорогой, но прыгнул рыбкой чуть вперед, где под несколькими сухими ветками на дне была небольшая воронка от предыдущих обстрелов.

Броник и каска проломили ветки, вогнав меня в воронку и порядочно припечатав в тёплую землю. При этом я ещё и рефлекторно свернулся в позу эмбриона. Где-то в этот момент нарастающий тягучий свист оборвался близким, чуть оглушившим разрывом. Возможно, это была первая лёгкая контузия, но вряд ли. Не буду придумывать про то, чего не помню, но острое визжание просвистевших над головой осколков я услышал и запомнил чётко.

Броник и каска проломили ветки, вогнав меня в воронку и порядочно припечатав в тёплую землю. При этом я ещё и рефлекторно свернулся в позу эмбриона

Мина упала в нескольких метрах дальше по центру дороги, обдав меня упругой волной тёплого воздуха и комьями падающей сверху земли. Я достал радейку, поедая нахлынувший адреналин вёдрами. Заметил, что таки поцарапал шею, пока летел сквозь ветки, и вышел на напарника:

– Шалом, я тут подзадержусь немного.

– Да я слышу, понял уже. Нормально всё?

– Да, отдохну чуток, полежу.

Первый обстрел я переварил. Тем страннее окажется моё поведение через пару недель, когда я уже буду немного научен войной. Тогда напарник буквально спасёт нас обоих из-за того, что я никак не среагировал на опасность.

Полежал я минут десять, вслушиваясь в накатившую тишину с ниоткуда взявшимся интересом. Убедился, что обстрел закончился, поднялся, отряхнулся от веток. Покрутил головой, увидел чёрно-серый блин разрыва на дороге в нескольких шагах от меня. Достал здоровенный сук сзади из-под бронежилета, настырно давящий в спину, и пошёл дальше. Показалось, будто едкий запах пороха почуял мимолётом. Но это уже воображение скорее.

Обратно добрался без происшествий, изредка пригибая голову от свистящих поверху пуль крупнокалиберного вэсэушного пулемёта, стоявшего на окраине Зайцева и периодически гвоздящего посадку навесом. Кстати, ни разу не слышал, чтобы этот пулемётчик кого-то действительно задел, но в тонусе держал всех изрядно, конечно.

– Ну что, с почином! – встретил меня Шалом, не отрываясь от пульта.

– Ага, зашибись, блин, почин.

Навряд ли такой диалог был, но что-то похожее на обсуждение обстрела и переноски раненого мы точно пережёвывали. А вообще, отпустило меня ещё на дне воронки. Адреналин как-то быстро переварился, да и страшно особо не было по итогу. Так я на деле выяснил, что могу спокойно пережидать близкие разрывы без панички и спонтанной беготни. В дальнейшем это подтвердилось.

Остаток дня прошёл спокойно, и под вечер мы собрались и тронулись в обратный путь. Как я уже говорил, на тот момент аккумуляторов у нас в сумке лежало кот наплакал. А ночных дронов в те времена ещё не то что у нас – у противника почти не было. Я сейчас про малые коммерческие коптеры. По большим «птицам» ничего сказать не могу, потому что в нашем отряде первая «зала»[33] с возможностью ночных полетов появится зимой 22–23-го. Ночные «мавики» начнут массово попадать в загребущие руки вагнеровских корректировщиков примерно тогда же.

Ну а пока мы шли на восток, согреваемые прощальными лучами уставшего солнца. Помнится, очень хотелось помыться, хоть я и не вымок особо тогда. Скорее всего, нервное, не уверен. Всё-таки в один день и под обстрел попасть, и на содержимое черепушки человека глянуть – впечатлений достаточно для появления чего-то нервного. Потому по приходе я взял две бутылки воды и попробовал как-то нелепо вымыться у входа в бункер. На что был сразу же отчитан, что страдаю фигней и вообще палюсь, стоя на открытке. Да и воду бутилированную выливать – почти преступление.

И это все было абсолютной правдой. Но также и правдой являлось то, что мне необходимо было помыться. Я бы тут мог сказать что-нибудь литературно-художественно-пафосное, например: «Смыть с себя переживания этого долгого дня». Но нет, я просто очень хотел помыться. И тогда я полноценно открыл для себя влажные салфетки. Вообще на данную тему не высказывался только ленивый. Что влажные салфетки стали лучшим изобретением человечества с точки зрения солдата на войне. И это полностью оправданное утверждение. Они совмещают столько полезных функций, связанных с гигиеной, что сейчас на фронте распространены повсеместно. Вообще, я подозреваю, что производители салфеток знатно так озолотились после начала СВО. Как и заводы, выпускающие энергетики, к слову.

Ночь прошла спокойно, если не считать дождя на улице. Но нас это никак не коснулось, к счастью. Спал я как убитый (вообще это очень быстро войдет в полезную привычку), так что о ночной непогоде узнал уже на следующее утро, когда мы вышли из блиндажа на работу после утреннего ритуала распития чая/кофе.

Так пройдут следующие три недели моей жизни. Пожалуй, самые значимые для нынешнего мировоззрения три недели: вечером попытки помыться, с утра чего-нибудь попить или пожевать да порция утреннего воздуха, охлаждающего лёгкие. И ежедневная работа. Слишком серое слово для того, что порой происходило. Но другого не будет. Три недели перелома, взросления, привыкания, акклиматизации, вхождения в новую жизнь. Назовите, как хотите. И окажетесь правы.

Третий рабочий день не принес ничего принципиального нового в мои впечатления. Очередные жирные порции адреналина и другой биохимии я хапану позднее. А вот знакомства и интересные разговоры случились и тогда.

Вообще, сейчас, вспоминая задним числом, выходит очень интересно: первые именно рабочие дни у меня получились весьма концентрированными на персональные события и новые впечатления. То есть вы понимаете, даже ничего выдумывать для красного словца не нужно и вспоминать того, чего не было. Вот «свезло» же.

В этот день к обеду, когда мы отлетали три или четыре аккумулятора, я присел на уши напарнику с давно оформившейся в моей голове настырной мыслью: на хрена нам ходить за четыре километра по посадкам и полям, если южнее нас по карте, в полутора километрах по относительно целому асфальту, расположилась Кодема. А в ней – наши миномётчики, у которых по-любому есть работающий генератор, где можно зарядить аккумуляторы, а то и вообще ночевать. Эту тему я поднимал потихоньку и раньше, плавно прощупывая почву. Но именно тогда решил, что нужно предпринимать деятельные усилия для упрощения процесса работы. И повышения личного комфорта, конечно, куда же без этого. Ведь я всерьёз рассчитывал на то, что миномётчики разрешат ночевать у них.

Не в бетонном бункере в земле, а в деревне доме. Эта идея затесалась в моей голове после того, как я убедился в разговоре с Шаломом, что нам ни у кого спрашивать разрешения на своё перемещение не нужно. Если работе не помешает – пожалуйста, хоть в голом поле ночуйте. А тут не то что не помешает, но и эффективность свою повысим. Ведь ходить от деревни гораздо меньше и быстрее. Дорога-то – асфальтовая, и всего полтора километра. А значит, можно ходить заряжать аккумуляторы посреди дня, увеличивая общее время работы в целом.

Более того, когда Шалом по радейке начал выходить на миномётчиков, оказалось, что одним из расчётов командовал его знакомый. Правда, не помню почему, может, не было на месте этого знакомого, но в гости нас позвал соседний расчёт. А конкретно в тот момент на радейке сидел товарищ с позывным Роллтон, например. Который подтвердил догадку насчёт работающего дырчика[34] и пригласил заходить в любое время. Я уже обрадованный собрался было топать заряжать часть аккумуляторов, когда мы поняли, что зарядки-то с собой не брали за ненадобностью. Расстроившись по поводу того, что разведку деревенских удобств провести сейчас не удастся, я вышел по радейке на Роллтона и спросил, нет ли у них, случайно, базы для подзарядки аккумуляторов от второго «мавика», особо не рассчитывая на чудо. Потому что ну откуда у миномётного расчёта могла быть база для зарядки аккумуляторов?

Вы не поверите, да и я сначала не поверил и офигел, но база была. Оставив напарника в одиночестве в нашем дотике на случай поступления команды на взлёт, я чуть ли не бегом бросился в Кодему, взяв с собой разряженные аккумуляторы. Полтора километра по асфальту я прошел весьма бодро, чуть ли не подпрыгивая от предвкушения, минут за десять. Это был один из тех моментов, когда чувствуешь, что будто бы управляешь реальностью и тебя прёт неимоверно. Отчего всё даётся очень легко и физически, и морально.

Посадка уходила на юг вдоль старой дороги, которую в паре мест перегораживали одиночные поваленные деревья. Занесенная посечёнными ветками и листьями и изредка разбитая прямыми попаданиями, дорога постепенно спускалась вниз. Сбоку сплошной стеной тянулись почти целые деревья и кустарник. Ярчайший контраст с облысевшей, выжженной мертвечиной перекрестка на севере. Спустя минуты две приятной прогулки ощущение нахождения на войне куда-то делось. Солнце, почти тишина, лёгкий ветер и редкие птицы в листве. Казалось бы, разница в полкилометра, а дорога ощущалась уже совсем по-другому.

По пути попалась вертикальная стела, приветствующая путников. Постсоветская разруха, пожирающая всё, до чего дотягивались её жадные руки, не пощадила и этот одинокий рукотворный объект. Что странно, потому что сама деревня была достаточно богатой. Уж чего-чего, а приветственные инфраструктурные штуки, даже сугубо декоративные, администрация могла бы и в порядке поддерживать.

Спустя несколько минут тихой дороги меж двумя посадками я вышел к деревне. Кодема предстала передо мной побитым войной немаленьким населённым пунктом. Большое количество крепких домов из кирпича или камня предопределили судьбу этого населённика как места жестоких боёв с применением большого количества артиллерии и тяжёлого вооружения. Потому что автоматами и гранатами людей из прочных домов выкуривать тяжело. Почти все здания были отмечены следами прошедшего сражения. Но именно разрушенных хозяйств встречалось не так много. Как я уже сказал, большинство построек были очень крепкими.

Дорога спускалась к Кодеме плавно, по некрутому склону. Нужный двор нашел сразу, так как мне скинули точку в альпине[35]. По ней ходить, даже по ориентирам, сфотографированным спутниками сверху, – одно удовольствие. Не буду лукавить – мне нужен был первый двор по правой стороне на въезде в деревню. Так что даже при большом желании заблудиться было бы проблематично. Да и как-то быстро выяснилось, что с ориентацией на местности у меня не так уж и плохо. Особенно с альпиной на телефоне.

Конец ознакомительного фрагмента.

Текст предоставлен ООО «Литрес».

Прочитайте эту книгу целиком, купив полную легальную версию на Литрес.

Безопасно оплатить книгу можно банковской картой Visa, MasterCard, Maestro, со счета мобильного телефона, с платежного терминала, в салоне МТС или Связной, через PayPal, WebMoney, Яндекс.Деньги, QIWI Кошелек, бонусными картами или другим удобным Вам способом.

1

В данном случае имеется вполне себе определённая модель самолётов семейства Ту. Пусть будут 22-е, но могут быть и 95-е и 160-е, дабы не возбуждать товарища майора.

2

Один из самых удачных военных транспортных самолётов за всю историю мирового авиастроения.

3

Штурмовик Су-25 и вертолёт Ка-52 соответственно.

4

Военно-исторический журнал.

5

Специальные коврики, на которых спят в полевых условиях. Как я понял, существовали задолго до войны (в частности, для туристов), но массово населению стали известны после начала СВО.

6

Пулемёт Калашникова. Серьёзно? Нужно объяснять, что это такое?

7

Ручной противотанковый гранатомёт. Такое же известное и узнаваемое оружие, как и ПК.

8

СБ – (служба) собственной безопасности. Гэбня, короче.

9

РЛС – радиолокационная станция.

10

Трёхсотый, «груз 300» – раненый.

11

Д-30. Очередной плод военной мысли, рождённый в СССР пытливыми советскими людьми. Получилось настолько шикарное и удачное орудие в самом широком смысле, что участвует в каждой второй локальной войне до сих пор. В СВО активно применяется обеими сторонами конфликта. Гениальная в своей простоте и общей эффективности вещь. Единственный крупный минус – максимальная дальность стрельбы 15 км. Для современной войны – ощутимо недостаточно.

12

AlpenQuest – до сих пор самое ходовое приложение для работы с заранее загруженными картами. В том числе и у противника. Что в дальнейшем при осмотре трофейных телефонов окажется весьма удобным обстоятельством.

13

120-мм миномёт. Палочка выручалочка пехотного подразделения на поле боя. Универсальное огневое средство «под рукой» практически в любых условиях при статичной линии фронта.

14

DJI Mavic – одни из самых распространённых коммерческих дронов на современной войне. Получил широчайшее распространение в силу общей технологичности и в то же время простоты в использовании.

15

«Начарт» в данном случае имеет несколько иное значение, чем в армии. Впрочем, как почти все армейские обозначения, применяемые в конторе и её внутренней кухне.

16

Добровольческий батальон.

17

КП – командный пункт, штаб. Цифра – обозначение номера отряда.

18

Линия боевого соприкосновения. Она же линия фронта, передок, передовая. Некая средняя точка между передовыми окопами враждующих сторон. Вроде как научный, умно-военный термин. В интернете наверняка есть объяснение получше, но по мне – и так тоже верно.

19

Share It – он же «шарик», «шарит». Приложение для быстрой передачи данных между устройствами. Крайне удобная штука в условиях отсутствия интернета.

20

Очередное условное армейское обозначение. Фактически – второй человек в отряде.

21

Пункт временной дислокации. Место, где фактически находился тыл и проходили ротации взвода.

22

Стоять на посту на сленге. Либо не спать ночью в окопах и смотреть на поле, если речь идёт о передовой. Короче – бдеть и охранять.

23

Радиоэлектронная борьба. Всякие установки для подавления средств связи, наведения и управления противника. На современной войне – обязательное условие технического и технологического превосходства над противоположной стороной.

24

РД – рюкзак десантника (малый). Стандартный элемент снаряжения, выдававшийся всем без исключения. Крайне удобная вещь на выходах. Тот случай, когда мал, да удал. Напихать в него можно было много всего, что не раз проверялось на практике. Короче, чудо советской инженерной мысли людей, отвечавших за снаряжение в армии.

25

Здесь и далее – боекомплект. В широком смысле – боеприпасы в необходимом объёме.

26

Формально – заместитель командира взвода. Фактически радист с чуть большими полномочиями.

27

Сленговое обозначение человека, занимающего должность заместителя командира взвода.

28

Интересное слово; обозначает в широком смысле всё имущество военного на войне. По идее только ненужное, но фактически – любое.

29

Ф-1. Оборонительная ручная граната с осколочной рубашкой. Внешне обычная овальная граната с квадратиками на корпусе.

30

Сотрудники компании, чей жетон начинался с буквы «К».

31

Автоматический гранатомёт станковый. Отличная штука для усиления огневой мощи пехотного соединения на тактическом уровне. Малая мощность выпускаемого боеприпаса компенсируется скорострельностью и накрываемой площадью. Подходит для решения множества прикладных задач как в обороне, так и в атаке. Посему в конторе был распространён повсеместно. В каждом взводе было минимум по одному АГСу в работе, но зачастую их количество переваливало за три расчёта, развёрнутых на ЛБС.

32

ТМ-62 – противотанковая (ПТ) советская мина с огромным (по сравнению с натовскими ПТ-минами) количеством взрывчатки.

33

ZALA чё-то там. Большой БПЛА на электрической тяге с офигенной камерой. Частый поставщик весёлых видосов с фабификацией укрепов ВСУ в околовоенные ТГ-каналы.

34

Дизельный/бензиновый генератор на военно-разговорном.

35

Сленговое сокращение AlpenQuest’а, повсеместно используемое армейским людом.