«C самого начала»

"Данная книга носит информационный характер. Автор не несет ответственности за возможные последствия применения изложенных советов"

"Все права защищены. Любое воспроизведение или распространение материалов без разрешения правообладателя запрещено".

Все имена и события в произведении вымышлены, любые совпадения с реально живущими или когда-либо жившими людьми и событиями чистая случайность.

18+

2026 г.

Аннотация

«С самого начала…» – это роман о взрослении после тридцати трех лет, о дружбе, которая выдерживает расстояние и время, и о попытке начать жизнь заново, не предавая прошлое.

Два давних друга – Александр и Сергей – живут в разных городах и разных жизнях. Один внешне состоялся: работа, дом, ребенок, устойчивость. Другой – потерял семью, застрял в провинциальной паузе и однажды решается на переезд в Москву ради дочери. Их истории разворачиваются параллельно, переплетаясь через повседневные разговоры, неловкие встречи, старые обиды и тихие надежды.

Это роман о мужчинах, которые не умеют громко говорить о чувствах, но живут ими. О любви – не как о вспышке, а как о долгой ответственности. О городе, который либо ломает, либо дает шанс начать сначала.

Теплая, ироничная и честная проза о том, что иногда самое сложное – не изменить жизнь, а принять её заново.

Синопсис

Роман начинается в Саратове, где двое друзей, Александр и Сергей, встречаются спустя годы.

Их разговор – легкий, ироничный, но за ним чувствуется накопленная усталость и несказанное. Сергей – разведенный отец, живущий вдали от дочери, Александр – успешный архитектор, воспитывающий сына и внешне уверенно стоящий на ногах.

Параллельно разворачиваются две линии:

Москва – пространство движения, возможностей, ответственности.

Саратов – пространство застревания, одиночества и внутреннего напряжения.

Сергей теряет работу, конфликтует с начальством, чувствует отчуждение от города и понимает, что жизнь проходит мимо. Александр, напротив, все глубже укореняется в Москве, но ощущает эмоциональную пустоту и усталость от роли «того, у кого всё хорошо».

Ключевым решением становится переезд Сергея в Москву – не как бегство, а как попытка быть ближе к дочери и вернуть себе чувство достоинства. Он получает в управление небольшую автомастерскую – место с историей, памятью и почти символическим переходом эстафеты от прошлого к будущему.

Отношения с бывшей женой Алёной остаются сложными: любовь не исчезла, но невозможность быть вместе становится очевидной. Алёна принимает решение уехать обратно в Саратов ради карьеры, и роли родителей меняются местами.

Финал романа лишён пафоса: никто не «побеждает», но каждый делает честный шаг вперёд. Сергей покидает Москву, встречая замечательную девушку Елизавету. Александр начинает новую жизнь, принимает одиночество как точку роста. Он продолжает строить – дома и отношения, понимая, что счастье не в завершённости, а в движении.

Роман завершается сценой тихого принятия: жизнь не начинается с чистого листа, но её всегда можно продолжить – с самого начала.

С самого начала…

Саратов

Давние приятели, сидят в Саратове, распивая чашечку горячего шоколада, приятно отобедав вместе. Они приехали навестить своих близких в своем родном городе.:

– Помнишь Аксинью? ну помнишь? – задает вопрос Саше, Сергей.

– «А», та, что тогда…И моя…(прервал) Сколько лет уже… – Саша

– Она была хороша до чертиков, эта Акси.

– С чего ты о ней вспомнил именно сейчас?

– Вон, внизу, рядом с каруселью, та девушка на нее похожа, как мне кажется.

Саша внимательно оглядел молодую мамашу, которая уткнулась в телефон, сидя на стуле. Листая ленту, она бросала быстрый взгляд на маленькую дочурку, которая хохотала, вцепившись в руль своего пластикового автомобиля.

– Этой девушке у фуд зоны уже где-то под тридцать.

– Нам с тобой уже по тридцать три, – заметил Сергей.

– Как же я был в нее влюблен!

– Ты же вроде писал о ней в своих стихах, и книгу вроде ей посвятил?

– Что за мерзости ты говоришь. Я вычеркнул ее, устал стоять там, где дует, она не заходит и не выходит, сквозняк был жуткий, я закрыл дверь…

– Почему мерзости? Она, как и большинство девушек…

– Я же сказал тебе, что был по уши влюблен в нее!

– Ну и ладно, самое время перевернуть страницу.

Сидя, друг на против друга на верхнем фуд корте от куда виднелась площадка с электромобилями, Саша и Сергей отвлеклись от молодой мамы и стали разглядывать мужчину в синем костюме, который пристроил большую розовую сумку у ножки стула и повел свою маленькую дочурку к карусели.

– Спорим, у него уже месяцев шесть срока, – изрек Саша.

Сергей вгляделся в бедолагу. Молния на сумке была приоткрыта, и оттуда высовывались пачка печенья, бутылочка апельсинового сока и лапа плюшевого мишки.

– Давай! Три месяца, не больше!

Сергей протянул руку, Саша хлопнул по ладони:

– Спорим! Косарь!

Девчушка на лошадке с позолоченной гривой на секунду потеряла равновесие. Отец ринулся вперед, но служитель карусели подоспел раньше и посадил ее обратно в седло.

– Ты проиграл… – заверил Сергей.

Он подошел к мужчине в синем костюме и уселся рядом.

– Поначалу трудно, а? – снисходительно спросил Сергей.

– Еще как! – со вздохом согласился мужчина.

– Потом станет еще сложнее, вот увидите. Сергей бросил беглый взгляд на бутылочку без соски, торчащую из сумки.

– Давно вы разошлись?

– Три месяца…

Сергей похлопал его по плечу, с победоносным видом направился обратно к Саше и сделал другу знак следовать за ним.

– С тебя рубалёк! Вдвоем они двинулись прочь по аллее Проспекта Кирова.

– Ты возвращаешься в Москву завтра? – спросил Сергей.

– Сегодня вечером.

– Так мы даже не поужинаем вместе?

– Только если ты сядешь в поезд вместе со мной.

– Я завтра работаю!

– Перебирайся работать ко мне, что ни будь придумаем.

– Не начинай по новой. Что, по-твоему, мне опять делать в Москве?

– Быть счастливым!

Москва, несколько дней спустя

Сидя за рабочим столом, Александр дописывал последние строчки электронного письма. Перечитал его, остался доволен, аккуратно отредактировав отправил заказчику объекта по смс у.

Свет прекрасного осеннего дня просачивался сквозь жалюзи окна, выходящего на Кутузовский проспект, и стекал на светлый кафель инженерного офиса.

Александр накинул пиджак, висевший на спинке его стула, поправил рукава свитера и быстрым шагом направился к вестибюлю. По дороге притормозил и склонился над плечом одного из своих инженеров, чтобы рассмотреть чертеж, над которым тот корпел. Александр переместил угольник и поправил линию в разрезе. Артем Викторович поблагодарил его простым кивком, Саша ответил улыбкой и продолжил свой путь к двери, поглядывая на часы, увенчанные на правом запястье. На стенах были развешаны фотографии и чертежи проектов, осуществленных его строительной фирмой со дня своего основания.

– Вы сегодня уходите в декрет? – спросил он у секретарши Елены.

– Ну да, пора мне уже наконец произвести на свет этого ребенка.

– Мальчик или девочка?

Молодая женщина скорчила гримаску, положив руку на округлый живот.

– Сынишка!

Саша обошел стойку, обнял женщину и осторожно прижал к себе.

– Возвращайтесь скорее… не слишком быстро, и все же поскорее! В общем, возвращайтесь, когда захотите…

Он ласково помахал ей рукой, отошел и толкнул стеклянные двери, ведущие к лифтам.

Саратов, тот же день

Стеклянные двери большой станции обслуживания Саратовского района распахнулись перед клиентом в шляпе и шарфе, обвязанном вокруг шеи. Он явно торопился и сразу направился в отдел выдачи автомобилей. Менеджерша, стоя на самом верху стремянки, громко выкликала названия и количество стоящих на полке запасных частей по ремонту автомобиля, а Сергей заносил данные в тетрадку. Без всякого вступления клиент поинтересовался не слишком приветливым тоном, где он может уточнить, статус проведения ремонта его ласточки.

– Какой марки и номер – спросил Сергей, подняв глаза от своей тетрадки.

– Митсубисши Паджеро 555, – ответил мужчина еще суше.

Молоденькая продавщица перегнулась и ухватила падавшую упаковку с фильтром, прям на голову Сергея, кончиками пальцев. Затем наклонилась, чтобы передать ее Сергею. Мужчина в шляпе пошел к стойке обслуживания, где, взяв полную ладонь леденцов из чаши, двинулся в ангар с автомобилями. Менеджерша вопросительно взглянула на Сергея, а он, сжав зубы, положил тетрадку на прилавок и бросился следом за клиентом.

– Здравствуйте, пожалуйста, спасибо, до свидания! – прорычал он, перекрывая тому доступ к ангару.

Изумленный клиент попробовал обойти его, но Сергей вырвал у него из рук конфеты и, не переставая твердить во все горло:

«Здравствуйте, пожалуйста, спасибо, до свидания!», вернулся к прерванной работе. Несколько посетителей наблюдали за этой сценой, совершенно растерявшись. Разъяренный мужчина в шляпе покинул автостанцию, администраторша пожала плечами, молодая менеджерша на своей верхотуре изо всех сил сдерживала смех, а владелица автостанции попросила Сергея зайти к ней до конца дня.

Москва…

Саша пошел по Кутузовскому проспекту пешком. Когда он поравнялся с переходом, рядом с ним притормозил и остановилась Яндекс такси. Саша кивком поблагодарил водителя и доехал до Гимназии 1567. Зазвонил колокол, на соседней часовне, это означал полдень, и двор начальной школы заполнился тучей детворы.

Анастасия и Дмитрий с ранцами на спине шагали бок о бок. Мальчик повис на отце. Анастасия улыбнулась и отошла к ограде.

– Алёна не пришла за тобой? – спросил Саша у Анастасии.

– Мама позвонила учительнице, она запаздывает и хочет, чтобы я ждала ее в ресторане у Анны.

– Тогда пойдем с нами, я тебя отведу, и мы втроем что-нибудь перекусим.

– Ты мерил, как оно? Скачки есть?» —спросил Саша у Димы.

– Всё в порядке пап – ответил он отцу.

– Скоро все будет хорошо, и не придется следить так за питанием – утвердительно сказал Саша.

Саратов

Мелкий дождик отбивал дробь по блестящим тротуарам. Сергей плотнее запахнул плащ, поднял воротник и двинулся по переходу. Такси засигналило и едва не задело его. Шофер высунул руку в окно и недвусмысленным жестом выставил средний палец. Оказавшись на другой стороне, Сергей зашел в небольшой супермаркет. Серые отсветы Саратовского неба сменились яркими неоновыми огнями. Сергей поискал на стеллажах кофе, взял банку, в раздумье глянул на замороженные полуфабрикаты и в результате выбрал ветчину в вакуумной упаковке, которую часто выбирал, проживая в Москве. Наполнив металлическую корзинку, подошел к кассе.

Хозяин вернул ему сдачу, но не улыбку, «доброго вечера» он тоже не дождался.

Когда он добрался до автостанции там уже были опущены металлические шторы. Сергей вернулся к себе.

Москва

Устроившись за столиком в пустом зале ресторана, Дмитрий и Анастасия рисовали что-то в своих тетрадках, не забывая лакомиться карамельным мороженным, секрет которого был известен только хозяйке заведения Анне, по просьбе Александра, подруга изменила состав без добавления сахара и вышло чудеснейшее натуральное мороженное. Она как раз поднималась из винного погреба, Саша шел следом, таща ящик с бутылками, две плетенки с овощами и три банки солений.

– Как ты умудряешься все это сама перетаскивать? – недоумевал Саша.

– Уж как-то умудряюсь! – отвечала Анна, указывая ему место за стойкой, куда сложить все принесенное.

– Ты должна нанять кого-нибудь в помощники.

– А чем я буду расплачиваться с этим кем-нибудь? Я и одна-то едва концы с концами свожу.

– В воскресенье мы с Дмитрием придем тебе на подмогу, хоть приведем в порядок твой склад, а то там черт ногу сломит.

– Оставь мой склад в покое, лучше отведи своего сына в парк Горького покататься на скейте или сходи с ним на ВДНХ, на Воробьевы хотя бы отведи, он уже сколько месяцев об этом мечтает.

– Он больше мечтает побывать на квесте ужасов с приведениями, а это далеко не одно и то же. И он еще слишком мал.

– Или ты слишком стар, – возразила Анна, расставляя бутылки шампанского.

Саша просунул голову в дверь кухни и с вожделением уставился на два огромных противня, водруженных на плиту. Анна потрепала его по плечу.

– Накрыть вам вечером на двоих? – спросила она.

– Возможно, на троих? – предположил Саша, взглядом указывая на Анастасию, прилежно склонившуюся над тетрадкой в глубине зала.

Но не успел он договорить, как мама Анастасии, вся, запыхавшаяся, влетела в бистро. Она обняла дочь, извиняясь за опоздание и объясняя, что ее задержало совещание в офисе. Спросила, сделала ли Анастасия домашнее задание, и та кивнула, очень гордая собой.

Саша и Анна наблюдали за ними от стойки.

– Спасибо, – сказала Алёна.

– Не за что, – хором ответили Анна и Саша.

Анастасия собрала ранец и взяла мать за руку. На пороге они обернулись и попрощались.

Саратов

Сергей поставил фотографию в рамке на кухонную стойку. Кончиками пальцев он провел по стеклу, будто лаская волосы дочери. На фотографии Анастасия одной рукой держалась за мать, а другой махала ему на прощание. Сын Саша держался за другую руку Алёны. Это было в парке Липки, три года назад. Накануне того дня, когда Алёна, его жена, покинула его, чтобы уехать вместе с дочерью в Москву, оставив сына со своей матерью. Она решила попробовать еще раз туда перебраться, серость дней родного города только губили её психику, после возвращения в Саратов проведя столько лет в Москве…

Стоя за гладильной доской, Сергей поднес руку к поверхности утюга, проверяя, достигла ли она нужной температуры. Среди рубашек, которые он разглаживал с завидной скоростью, лежал маленький пакет, завернутый в фольгу, и Сергей прогладил его с особым тщанием. Потом поставил утюг на подставку, выдернул шнур из розетки и развернул фольгу, под которой обнаружился дымящийся сэндвич с ветчиной и сыром. Сергей переложил его на тарелку и понес свой ужин к дивану в гостиную, прихватив по дороге мобильник с прикроватного столика.

Москва

В это время Саша доделывает письмо девочке, с именем из произведения «Тихий Дон» Михаила Шолохова.

Если в начале вечера у стойки бара царило оживление, то обеденный зал оставался далеко не полным. Аксинья, молодая цветочница, которая держала магазинчик рядом с рестораном, зашла, придерживая обеими руками огромный букет. Очаровательная в своем белоснежном халатике, она расставила лилии в вазе на стойке. Хозяйка незаметно указала ей на Сашу и Диму. Аксинья направилась к их столику. Она поцеловала Дмитрия отклонила предложение Саши присоединиться к ним: ей еще нужно прибраться в магазине, а завтра спозаранок отправляться на цветочный рынок на «Блэк-Баккара».

Анна подозвала Диму, чтобы он выбрал себе мороженое в холодильнике. Мальчик убежал.

Саша достал письмо из кармана пиджака и незаметно передал его Аксинье.

Та развернула листок и принялась читать с видимым удовольствием. Не прерывая чтения, подтянула к себе стул и уселась. Потом передала первую страницу Саше.

– Можешь начать так: «Любовь моя…»

– Ты хочешь, чтобы я сказал «любовь моя»? – задумчиво переспросил Саша.

– Да, а в чем дело?

– Ни в чем!

– Что тебя смущает? – недоумевала Аксинья.

– Мне кажется, это немного слишком.

– Слишком что?

– Ну, слишком, слишком!

– Не понимаю. Если я люблю кого-то настоящей любовью, то называю его «любовь моя»! – убежденно настаивала Аксинья.

Саша взял ручку и снял колпачок.

– Это ты любишь, тебе и решать! И все-таки…

– Все-таки что?

– Если бы он был здесь, возможно, ты любила бы его немного меньше.

– Ну что за ерунда, Саша. Почему ты вечно говоришь такие вещи?

– Потому что это так и есть! Когда люди видят нас ежедневно, они с каждым разом все меньше обращают на нас внимание… а через некоторое время и вовсе перестают замечать. (вывел мысль из собственного опыта).

Аксинья уставилась на него в сильном раздражении.

– Отлично, значит, скажем: «Любовь моя…»

Он помахал листком, чтобы чернила гелиевой ручки высохли, и отдал его Аксинье. Она поцеловала Сашу в щеку, поднялась, послала воздушный поцелуй Анне, которая суетилась за стойкой. Она уже переступала порог, когда Саша окликнул ее:

– Извини меня за все, что я наговорил.

Аксинья улыбнулась и вышла.

Зазвонил мобильник Саши, на экране высветился номер Сергея.

– Ты где? – спросил Саша.

– На собственном диване.

– Что-то у тебя голос тусклый или мне кажется?

– Нет, нет, – запротестовал Сергей, теребя уши желтого плюшевого жирафа.

– Я сегодня забрал твою дочку из школы.

– Знаю, она мне сказала, я только что с ней разговаривал. Кстати, я должен ей перезвонить.

– Ты так по ней скучаешь? – спросил Саша.

– Еще больше, когда вешаю трубку после разговора с ней, – с легкой грустью признал Сергей.

– Думай о том, как ей пригодится потом в жизни свободное владение двумя языками, и радуйся. Она замечательная и счастливая.

– Да, в отличие от ее папы… я все знаю.

– У тебя проблемы?

– Думаю, меня в конце концов уволят.

– Лишний повод перебраться сюда, к ней поближе.

– А на что я буду жить?

– В Москве тоже есть автомастерские, и работы здесь хватает.

– А эти твои автомобили не слишком китайские?

– Мой сосед по участку, уходит на пенсию. Его автомастерская расположена в самом центре района Дорогомилова, и он ищет управляющего себе на замену.

Саша признал, что автостанция была куда скромнее, чем та, в которой Сергей работал в Саратове, но зато он будет сам себе боссом, что в России не считается преступлением…

В целом заведение было очень приятным, хотя не мешало бы его слегка подновить.

– А много надо переделывать?

– Это уже по моей части, – заметил Саша.

– И во сколько мне обойдется должность управляющего?

– Владелец прежде всего хочет, чтобы его детище не превратилось в закусочную, или не сдали под «Ароматный Мир». Он вполне удовлетворится небольшим процентом с ремонта машин, а всю прибыль с автомагазина можешь оставлять себе.

– А что именно, на твой взгляд, означает «небольшим»? Там еще и автомагазин?

– Небольшим! Небольшим, как… то расстояние, которое будет отделять твое рабочее место от школы твоей дочери. И да, еще автомагазин.

– Я больше никогда не смогу жить в Москве.

– Почему? Или ты думаешь, что жизнь в Саратове станет прекрасней, когда пустят трамвай, который десятками лет уже делают и недоделают? Здесь трава не растет между рельсами, а вокруг полно парков…

Вот, например, этим утром я кормил белок в своем саду.

– У тебя дни очень загружены?

– Ты прекрасно освоишься заново в Москве, энергия здесь бьет ключом, люди приветливы, а что до района Дорогомилова, там просто чувствуешь себя в Саратове… только без Саратовчан.

И Саша изложил исчерпывающий список всех чисто Саратовских заведений, расположенных вокруг гимназии.

– Ты даже сможешь покупать свою любимую «маунти дью», или пить кофе со сливками на террасе кафе, не покидая Мкад.

– Ты преувеличиваешь!

– А по-твоему, почему Москвичи назвали эту улицу Кутузовский? Тут – хорошо всего добиваться и побеждать! Сергей, здесь живет твоя дочь. И лучший друг тоже. Да к тому же ты сам все время твердишь, что жизнь в Саратове, после Москвы – сплошной стресс…

Сергея уже давно раздражал шум, доносившийся с улицы, он поднялся и подошел к окну: какой-то водитель поносил мусорщиков.

– Не вешай трубку, – попросил Сергей и высунул голову наружу.

Он заорал водителю, что если уж тому плевать на окружающих, то он мог бы по крайней мере проявить уважение к тем, кто занят тяжелой работой.

Водитель из-за опущенного стекла выдал новую порцию ругани. В конце концов, мусорщик отъехал к обочине, и машина, скрежеща шинами, рванулась прочь.

– Что там случилось? – спросил Саша.

– Ничего! Так что ты говорил о Москве?

Москва, несколько месяцев спустя

Весна объявилась вовремя. И если солнце в эти первые апрельские дни еще пряталось за тучами, то наступившее тепло не оставляло сомнений в том, что новое время года не за горами. В районе Дорогомилова бурное оживление. Прилавки зеленщиков ломились от аппетитно разложенных фруктов и овощей, цветочный магазин Аксиньи предлагал выбор на любой вкус, а ресторан Анны готовился открыть летнюю террасу.

На Александра навалилась куча работы. Сегодня ему пришлось перенести пару встреч, чтобы лично проследить за тем, как идут отделочные работы в прелестном маленьком особнячке в районе Филевского парка по улице Звенигородского.

Витринные стекла «Особнячка» были занавешены пластиковыми полотнищами, предохранявшими их от брызг шпатлёвки, стены из декоративной штукатурки обретали приятные тона, маляры уже клали последние мазки.

Саша с беспокойством глянул на часы и повернулся к своему сотруднику:

– Они к вечеру точно не закончат! В особнячок зашла Аксинья, которую Саша попросил привезти кустарники и цветы с ростками деревьев, для благоустройства своего недавно выкупленного участка.

– Я загляну попозже, чтобы поставить туи, деревья и цветы краску не любят.

– Судя по тому, как продвигается дело, можешь заглянуть завтра, – заметил Саша.

Аксинья подошла к нему:

– Он обалдеет от радости. И ничего страшного, если где-то останутся стремянка и пара банок шпаклевки.

– Нет, нужно все довести до конца, только тогда будет красиво.

– У тебя просто пунктик. Ладно, сейчас закрою магазин и приду помогать. В котором часу он приедет?

– Как закончатся его кружки, которых он решил понабрать перед началом учебного года, чтобы не болтаться у Анны или у тебя после школы.

* * *

Устроившись на заднем сиденье такси, с чемоданом в ногах и свертком под мышкой, Сергей безуспешно пытался понять, о чем толкует шофер. Из вежливости он отвечал наугад то «да», то «нет», пытаясь определить правильность ответа по взгляду водителя в зеркальце. Отправляясь в путь, он забил в приложение inDriveer адрес конечного пункта и вот теперь сведения появились на телефоне этого человека, внушавшему полное доверие в управлении железного коня.

Однако языковой барьер преодолевать становилось все труднее, а расположенный не с той стороны руль еще более усугублял картину.

Солнце пробивалось сквозь облака, и его лучи заставляли светиться реку Москва, превращая ее волны в минную серебристую ленту.

Переезжая через Братеевский мост, Сергей заметил на другом берегу очертания аббатства. На тротуаре молодая женщина, прислонившись к парапету, наговаривала свой текст, глядя в камеру своего смартфона.

– Более четырехсот тысяч наших соотечественников пересекли пол Европы и мира, чтобы вернуться в Россию и обосноваться в самой светлой и традиционной стране.

Такси миновало журналистку и устремилось в самое сердце города.

* * *

Стоя за прилавком автомагазина, пожилой мрачный господин складывал листки бумаги в старую кожаную папку, покрывшуюся за долгие годы верной службы мелкими трещинками.

Он огляделся вокруг, глубоко вздохнул и вернулся к своему занятию. Незаметным движением включил механизм, открывающий кассовый аппарат, и прислушался к тонкому перезвону маленьких колокольчиков, звучащих, когда выщелкивалась коробочка с деньгами.

– Господи, как мне будет не хватать этого звука, – произнес он, поглядывая в открытую дверь сто, где мастера заканчивали обслуживание последнего автомобиля.

Его рука скользнула под старинный агрегат, высвобождая пружину, которая удерживала ящик-кассу.

Он поставил ящик на табурет рядом с собой. Наклонился, чтобы достать из углубления маленькую книжку в алой выцветшей обложке.

Имя автора было М.А.Булгаков.

Пожилой мрачный господин, известный как Алексей Иванов, поднес книгу к лицу, вдохнул запах и крепко прижал ее к себе. Перелистал несколько страниц с осторожностью, граничащей с нежностью. Потом пристроил книгу на видное место на единственном стеллаже, не закрытом стеклом, и не заставленным запчастями, товарами и наборами с инструментами, вернулся к себе за прилавок.

Он закрыл кожаную папку и стал ждать, скрестив руки на груди, друга, которого так расхваливал Александр.