Лунгу. О любви

Глава 11

Эти тёплые вечерние прогулки в самом конце мая никогда не повторяются. Каждый раз закатное небо поражает своей глубиной, а запахи, витающие в воздухе, неповторимы. Сегодня небо было окрашено в персиково-розовые оттенки и одновременно удивляло сияющей голубизной. Воздух был пропитан ароматом пряных ромашек и нагретой за жаркий день земли.

– ПОДОЖДИ МЕНЯ-А-А-А-А! – стрекот насекомых был нагло перебит громким возгласом девочки, летевшей на всех парах на велосипеде. – Меня подожди!

Девочка постарше громко хохотала. Её яркие волосы развевались на ветру, она периодически оглядывалась и задорно подмигивала сестрёнке, отчего та начинала широко улыбаться.

Амелия совершенно внезапно затормозила у обочины.

Розалия, отчаянно запыхавшаяся, наконец догнала сестру и, недовольно выпятив нижнюю губу, обиженно произнесла:

– А я бы тебя перегнала! Зачем поддалась? – Она в отчаянии топнула ногой.

Ами стояла и смотрела вниз, в одну точку, словно затаив дыхание.

– Смотри, – прошептала она. – Это же ёжик.

В её голосе не было привычной радости – скорее, звучали тоска и жалость. Словно слёзы уже подступали к горлу.

Роза бросила велосипед, встала за спиной сестры и аккуратно заглянула из-за её плеча.

– А почему он не шевелится, Ами? – удивлённо и немного испуганно спросила Роза. – Может, он болеет?

Амелия вздохнула и, немного помолчав, ответила:

– Нет, Роза, он мёртв, – она присела и посмотрела на ёжика поближе. – Мы ему уже ничем не поможем.

Роза удивлённо посмотрела на сестру. Та поднялась и уже была готова ехать как можно дальше от этого места.

– Мы что, бросим его тут? – всё так же удивлённо спросила она. – Бросим? Нужно же попрощаться с ним! Как же он тут будет ночью? Один? Его же съедят!

Роза уже не обижалась. В её голосе звучало возмущение.

– А что ты предлагаешь, Роз? – устало и поникше спросила Амелия. – Забрать его домой?

– Попрощаться с ним и похоронить! – В её голосе не было ни капли сомнения.

Девочки переглянулись. Амелия коротко кивнула сестрёнке, и они направились к дому за всем необходимым.

Лунгу всё это время наблюдал. А теперь оказался вплотную к ёжику.

– Привет, друг, – тихо прошептал лягушонок. – Давно не виделись.

Ярий был напуган и не совсем понимал, кто и что ему говорит.

– Кто ты? – Он по привычке почти свернулся в клубок, но услышал знакомый смешок. – Лунгу?..

Друзья шли прямо в закат – по макушкам деревьев, вперёд или в никуда. Лунгу был серьёзен. Он старался объяснить другу всё как можно скорее – ему казалось, что так будет проще.

Но Ярий всё пытался разглядеть свои крошечные лапки и почувствовать тело. Увидеть мир по-прежнему не получалось – всё словно заволокло дымкой.

– Друг, скажи, чего бы тебе хотелось больше всего на свете? – Лунгу остановился и с любовью посмотрел на ёжика. – Какое твоё самое заветное желание?

Они сидели на макушке самого высокого дерева в лесу и наблюдали за тем, как солнце утопает за горизонтом. Было тихо и спокойно, а сон, словно туман, надвигался от самого края земли, постепенно окутывая весь мир.

– Как же я хочу ощутить это невероятное спокойствие! Я так устал защищаться, Лунгу… – И ёжик, возможно, впервые в жизни позволил себе расслабиться настолько, что шубка с колючками безвольно обмякла. – Как хорошо, друг…

Лягушонок посмотрел на него с огромным уважением. Он знал, что примет любой выбор, главное – чтобы тот был сделан от чистого сердца. Разве не в этом смысл любви?

И лягушонок впервые не почувствовал гнетущего одиночества, несмотря на прощание…

Девочки вернулись скоро – в резиновых сапожках, с коробкой, в которой было сложено небольшое полотенце, и с двумя наскоро нарисованными цветными мелками рисунками ёжиков.

Они не спеша подошли к маленькому хрупкому тельцу, накрыли его полотенцем, аккуратно взяли с двух сторон и мягко уложили в коробку.

– Он как будто просто спит… – прошептала Роза и стёрла со щеки слезу.

Они спустились с мостика по мокрой от тумана траве, осторожно придерживая коробку, рисунки и друг дружку. Под этим мостиком ребята часто сидели жаркими днями: иногда рыбачили, а иногда просто обменивались идеями. Глубина здесь была небольшой, всё дно – илистым, но течение – довольно быстрым.

Девочки сорвали цветок кувшинки, прибившийся к самому берегу, и положили его в коробку вместе с рисунками.

– Я думаю, он был достойным ежом, – тихо произнесла Амелия. – Наверное, судьба решила, что больше ничего его тут не держит, и сейчас ему хорошо там, где он есть. Покойся с миром, милый друг. А мы всегда будем помнить о тебе.

Амелия покрепче взялась за коробочку и провела ладошкой по крышке.

Роза внимательно слушала старшую сестру, а слёзы тихонечко скатывались по её румяным щекам. Она тоже погладила коробку вслед за сестрой, и они, не сговариваясь, вместе опустили её в воду.

Течение понесло коробку далеко-далеко, а девочки так и стояли рядом, глядя вдаль, на окутанную ночным туманом реку.

Глава 12

Они сидели за широким столом и громко смеялись. Тишины не существует вовсе – ни когда растёшь в пруду маленьким лягушонком, ни когда растёшь в большой семье, где постоянно происходят какие-то забавные истории. Впервые за долгие годы им удалось собраться всем вместе, и родители с большой теплотой смотрели на выросших детей.

В тёплом доме витали запахи живой ёлки и запекающейся курицы с картошкой. Окна нещадно запотели от уютного тепла.

– О, ты невыносим! – воскликнула Амелия, раскрывая подарок, и все вокруг дружно захохотали.

Она достала из коробки огромную плюшевую лягушку.

– Чтобы ты знал, я их давно уже не боюсь!

– Да-а? – шутливо усомнился брат. – Тогда это тебе точно понравится!

Он приоткрыл перед ней небольшую коробочку, и прямо оттуда выскочила очень реалистичная фигурка лягушонка, важно квакнув в полёте.

– А-А-А! РОЗА, УБЕРИ! ОН У МЕНЯ В ВОЛОСАХ?!

Сестра, вся раскрасневшаяся от хохота, уже валялась на полу и держалась за живот.

Как же здорово было выйти на морозный воздух после горячей бани! От разгорячённых тел поднимался густой белый пар. Сёстры сидели на скамье и смотрели на бескрайнее тёмное небо с россыпью звёзд, которые сияли, казалось, ярче обычного, стоит только поймать их взгляд.

– Как же здорово вот так сидеть здесь – и в десять, и в двадцать лет, да, Ами? – Розалия сверкнула карими глазами, глядя на сестру.

Её красивое лицо с годами приобрело более чёткие, резкие черты, и теперь можно было с уверенностью сказать, как сильно она похожа на отца. Забавные веснушки немного посветлели, но не исчезли, а изгиб бровей лишь подчеркивал выразительность взгляда.

– Да, Роза, это правда здорово, – ответила Амелия спустя мгновение.

С годами она становилась всё больше похожа на маму: те же прямые брови, россыпь веснушек по лицу и плечам, тонкие запястья и высокий, чистый лоб.

Они сидели в тишине и смотрели в тёмную высь.

Внезапно одна из звёзд сорвалась с места, засияла ярче остальных и устремилась вниз, прочертив светлый след.

– Благодарю, – одними губами, с улыбкой, произнесли сёстры в унисон.

И где-то в прохладной воде пруда важно заквакал маленький лягушонок и улыбнулся сквозь тёмную толщу воды.