Циани III. Тёмный Агнец

Глава 4. Голова, что мешает всем.

Голова Алрика фон Хайда покатилась по белому мрамору, оставляя густые кровавые следы. Кто-то истерично закричал. Белую рясу Верховного Жреца широкими брызгами залило алым.

Кайл медленно отступил назад. Присел на краешек трона.

— Ташево дерьмо — озадаченно прошептал он.

Он едва не вздрогнул, когда Стоунфилд вдруг сорвался с места. Эдвард рывком схватил золотую корону и одним движением опустил её на голову Блэквуда.

— Волей Единого я благословляю короля Империи Кайла Блэквуда на защиту нашего государства! — ожесточённо выкрикнул Верховный Жрец. Толпа взревела. Даже женщины, корчившиеся от боли, поднимали руки в молитвенном жесте. Эдвард вскинул меч, и Кайл почувствовал, как капля крови попала на губы. — А я наведу порядок внутри страны.

Собственно, а чего Кайл вообще ждал от этого дня? С самого утра всё пошло кое-как.

Точнее, утро даже не наступило — бесконечная ночь просто плавно перетекла в новый кошмар. Едва рассвет коснулся макушек деревьев, герцогу пришлось под пристальным взглядом Элайзы отнести Анну в ванную. Служанка теперь не позволяла остаться наедине с больной. Видела, как он провёл мори-сессию?

— Я не съем её.

Девочка только крепче сжала полотенце в руках, но даже шага назад не сделала. Это одновременно раздражало и забавляло. Нужно было бы предупредить, что если проболтается, ноги её в этом доме больше не будет. Но Блэквуд устал настолько, что сил на угрозы не осталось.

Нужно было возвращаться в кабинет. До церемонии похорон оставалось не больше пяти часов, а герцог так и не решил, что делать в первую очередь.

Ночью пришлось разнести половину стен круглой комнаты, пытаясь уложить события на крыше в общую картину Империи. Записки, портреты, старые улики летели на пол. Кайл срывал листы, прикалывал новые, делал пометки прямо поверх старых отчётов, соединял имена линиями, расставлял вопросы.

Чем дальше, тем хуже складывалась картина. В центре новой паутины стояло одно имя: «Эдвард Стоунфилд».

Рядом — десятки вопросов. Древний артефакт? Собрат из бутылки? Лекарство — дело Церкви?

Чуть ниже — другое имя: «Саэль Асмори». От него тянулась толстая нить к старому делу с пометкой: «Трагедия двадцать первого». Единственный выживший — Алрик фон Хайд. Что бы ни готовил против Кайла старый дурак, у герцога давно готов компромат посильнее.

— Это для вас, с женьшенем. А то неважно выглядите, — Варди протянул дымящуюся кружку. Кайл усмехнулся, верзила никогда не забывал о внешности.

— Что там Стоунфилд?

— Как сыч сидит в соборе, не выходит. — пожал плечами Варди, — Девчонка какая-то за ним мотается везде. Переодетая в Брата-Хранителя.

— Вот тебе и любовь, — довольно скривился Кайл, отпивая варево. Это был не просто настой — что-то с травками, которыми воин с севера управлялся мастерски. Варди не ответил, только снисходительно хмыкнул.

— А вот с этим Алрику конец! — он стукнул кулаком по увесистой папке, приколотой к надписи «Пропавшие магини». — От улик не отвертеться.

Кайл медленно покачал головой.

— Нет. Предъявим ему вот это. — герцог ткнул пальцем в «Трагедия двадцать первого». — И посмотрим, как отреагирует.

Великан пожал плечами и уселся в кресло за круглым столом.

— Письма для вдовы-королевы и генералов я составил. Доставлю их сам прямо сейчас.

Уокер появился в дверях почти бесшумно. Бинтов на нём осталось куда меньше, чем вчера, только под воротом ещё белела тугая повязка. В руках он держал стопку пергаментов.

— Как Анна?

Кайл удивлённо вскинул брови.

— Ничего не ест, не просыпается, едва дышит, — охотно ответил Варди. Забота Уокера его совершенно не смутила.

— Конечно, не ест. Она при смерти, — раздражённо бросил Блэквуд и отвернулся к стеклянным дверям сада. — Есть темы поважнее.

Уокер едва заметно склонил голову.

— В столице заканчивается женское лекарство. Думаю, фон Хайд специально создаёт истерию. Чтобы надавить на Жреца.

В комнате повисла тяжёлая тишина. И вдруг Кайл резко замер. В замешательстве уставился на Варди.

— А где Эдди?

Великан даже вскочил с кресла. Растерянно огляделся, словно кот мог обнаружиться прямо под столом.

— Я его с утра не видел

Кайл задумчиво цокнул языком.

— Дом говорит, что нужно найти его. Что он в ловушке.

— Так это он, наверное, у соседей. Уж неделю как повадился к ним в сад через трубу лазать. За мышами. Может, застрял?

Варди уже двинулся к выходу, но герцог остановил его жестом.

— Возвращайся к Стоунфилду. Следи за каждым шагом. И выясни, что за девчонка рядом с ним крутится.

Потом повернулся к Уокеру:

— Поторопитесь с письмами. И жду вас на церемонии. Сядьте рядом со Стоунфилдами. На случай, если Хайд решит ударить по семье Жреца.

— А кот? — запротестовал Варди.

— Котом займусь я.

Кайл поставил пустую кружку прямо на пергамент на рабочем столе и вышел в сад.

Яркий весенний свет слепил даже в такой ранний час. Сквозь мощёные дорожки пробивались тонкие прутики зелёной травы. Но в остальном небольшой сад больше напоминал тюремный дворик, окружённый высокой каменной стеной. Даже затейливый фонтан в центре выглядел уныло: серые сколы, ржавчина, ни капли воды.

— Надо бы заняться — привычно пробормотал хозяин дома. Трубу, ведущую к соседям, Кайл нашёл быстро. Кота внутри не оказалось. Несколько минут корячился на четвереньках, разглядывая просвет, затем выдернул из земли старую, покорёженную лавку и приставил к стене. Пара ловких движений — и вот Блэквуд уже стоял в саду доктора Вебера, который, к счастью, редко появлялся в этом доме.

Здесь всё выглядело иначе. Подстриженные туи, ровные дорожки, аккуратные кусты можжевельника, обнимавшие изящную беседку. Кайл замер. Внутри кто-то был.

— Быть не может — шипел скрюченный юноша с плешивой головой и болезненно-жёлтой кожей. — Он должен быть химерой

Теперь Кайл уже не пытался ступать тихо. Перед уродцем на полу лежал Эдди. Кота потрясывало, но он ещё дышал. На чёрной шерсти выделялись опалённые пятна — следы неумелой магии.

Герцог не стал предупреждать — просто пнул живодёра ногой. Удар получился слабее, чем хотелось бы: Блэквуд всё ещё был в домашних тапочках. Тогда он добавил, на этот раз — в плечо.

Пришлый вылетел из беседки, но неожиданно ловко приземлился на четвереньки. Ещё раз взглянув на измученного кота, герцог вышел следом. Слух резанул резкий шёпот. Но Блэквуд не стал уворачиваться от заклинания — просто принял удар, едва поморщившись.

Ответил без магии. Кулаком прямо в лицо.

— Я всё расскажу! — залепетало существо в руках герцога. Кайл схватил уродца за грудки, с омерзением разглядывая разбитый нос.

— Расскажешь, что ты от лорда Рунни? — новый удар повалил противника на землю. — Что вы, идиоты, пытаетесь понять магию «Увядающей розы»?

Юноша схватил лежавший рядом камень и ловко прыгнул на герцога, но тот легко перехватил его руку. С холодным удовлетворением вывернул её — кости хрустнули.

— Пощаадиии... — взвыл уродец.

Кайл уже не слушал. Теперь он просто бил ногами. Со всей яростью. Со всей ненавистью, что скопилась внутри за последние сутки.

— Никто не смеет нападать на мой дом.

Удар.

— Никто.

Ещё удар.

Лицо Блэквуда раскраснелось, вены вздулись на висках. Он не остановился, когда тело под ногами обмякло. Герцога заставило обернуться движение позади.

— Герцог Блэквуд? — полная садовница Вебера в ужасе прикрыла рот рукой и попятилась назад. — Я ничего не видела, сэр.

Женщина встретилась взглядом с темными глазами герцога. В секунду развернулась, бросилась прочь, но путь ей преградил Варди.

— Я волновался за Эдди — виновато пробурчал он. Воин вопросительно покосился на женщину.

Кайл холодно мотнул головой. Нет. Оставлять свидетелей было нельзя.

— Я заберу Эдди. Сделай всё быстро.

Герцог развернулся и вернулся в беседку.

Теперь, оглядывая зал, где вот-вот должно было начаться экстренное заседание правительства, Кайл подумал, что утро у него выдалось ещё вполне терпимым.

— Ваше Преосвященство

Чиновники и лорды склонились, ожидая, когда Верховный Жрец, шедший перед королем, займет место во главе длинного стола совета. Но Блэквуд спокойно прошёл мимо мрачного юнца и первым уселся на троноподобное кресло короля. Небрежно снял корону и поставил её рядом на стол. Золото тихо звякнуло о чёрное дерево.

По залу тут же прокатился тревожный шёпот. Некоторые министры покосились на мечи, украшающие стены зала.

Но Стоунфилд даже бровью не повёл. Молча занял место по правую руку от короля и сразу заговорил:

— Теперь за производство лекарств отвечает мисс Элени.

Двери вновь распахнулись. В зал лёгкой походкой вошла хрупкая блондинка. Болезненно бледная, словно недавно перенесла тяжёлую болезнь, но державшаяся с безупречным достоинством. Ни дрожи в руках. Ни страха во взгляде.

— Король Кайл Блэквуд лично назначил её министром по делам здоровья.

Кайл в удивлении вскинул бровь. Повернулся к Стоунфилду и едва заметно поморщился. Мог бы хотя бы переодеться. Белая ряса Верховного Жреца всё ещё оставалась влажной от крови Алрика.

Потом Блэквуд обратился к мужчине, что уселся слева от него.

— Лорд Рунни, будьте добры, пересядьте. Здесь сядет госпожа Элени.

Рунни дёрнулся так, будто его ударили. Метнул быстрый взгляд на Стоунфилда — и мгновенно побледнел ещё сильнее. Ему пришлось уступить место главе Восточного дома гетер.

— Спасибо, Ваше Величество. Ситуация теперь под контролем. Лекарства уже развозят по столице. Через час они будут у каждой женщины, что в них нуждается.

Кайл сощурился. Фиона Элени выглядела вовсе не победительницей. Скорее человеком, которого только что заставили взвалить на плечи что-то чудовищно тяжёлое. Бледная, напряжённая, с красными глазами. Не похоже на ликование первой в правительстве Империи женщины.

— Как ваша семья, Ваше Преосвященство? — с невинной заботой поинтересовался Блэквуд. — Им лекарства хватило?

Серые глаза Стоунфилда мгновенно потемнели. За длинным столом кто-то нервно кашлянул.

— А ваша жена, Ваше Величество? — прошипел голос из середины ряда. — Говорят, вы тайно обручились. Такая женщина должна быть

— Я обвенчал их.

Стоунфилд оборвал фразу резко и холодно. В зале тут же воцарилась тишина. Кайл мысленно довольно кивнул. Отлично. Одной проблемой меньше.

— Простите! Опоздал!

Тишину разрезал неожиданно бодрый голос. На этот раз в дверях стоял граф Мэлфой. Он широко улыбался, чуть рассеянно разглядывая людей за столом, словно только сейчас понял, куда именно попал. Но Кайл заметил другое: Генри старательно избегал смотреть на Стоунфилда. Тогда король даже привстал в приветствии.

— Наконец-то. Наш председатель судейской коллегии.

Генри выразительно выпучил глаза.

— Я?.. Председатель?

— Он даже Академию не окончил, — донеслось с дальнего конца стола.

Кайл проигнорировал шёпот.

— Конечно. Само Его Преосвященство одобрило вашу кандидатуру, — Блэквуд одобрительно кивнул под тяжёлым взглядом Стоунфилда. — Садитесь рядом с ним. Пенелби, подвиньтесь.

— Хорошо, что вы этого не видели. Вы бы пришли в ужас.

Варди сидел у кровати Анны и расставлял по комнате лазурные камни для очистки воздуха. Мягкое голубоватое сияние ложилось на бледное лицо девушки. — Эдди я отправил к Веберу. Он спрашивал о Марте. Печально вышло.

— Да замолчи уже. Голова раскалывается, — скривился Кайл. Он сидел в кресле у ног Анны, всё ещё в парадном камзоле. Корону Блэквуд держал под мышкой так небрежно, будто это была папка с бумагами, а не символ власти Империи.

Перед глазами снова покатилась по белому мрамору голова фон Хайда.

Ташево дерьмо.

Впервые за много лет Блэквуд поймал себя на мысли, что совершенно не понимает человека напротив. Эдвард будто за одну ночь вывернулся наизнанку. С одной стороны — спасал Анну, помогал самому Кайлу. С другой — хладнокровно убил единственного свидетеля Трагедии двадцать первого...

Само заседание прошло отвратительно. Министры не спорили. Только переглядывались время от времени, словно дворовые псы под хозяйским столом, пытаясь угадать, кому сейчас бросят кость, а кого ударят сапогом. А ещё этот бесконечный пинг-понг со Стоунфилдом.

Верховный Жрец отдавал приказ. Король тут же выпускал встречный. Снова приказ — снова ответ. И всё же Кайл проиграл. Потому что на границы уезжать именно ему, без возможности спрятаться за церковью.

Королей ведь для этого и придумали — сдохнуть первыми, когда начинается война.

— Тогда идите поспите, Ваше Величество, — обиженно буркнул Варди, поправляя одеяло вокруг Анны. — Я сам отнесу её в ванную.

— Ну уж нет.

Стоунфилд дал ему неделю на сборы. Всего неделю. И совершенно недвусмысленно намекнул: пока Анна жива, короля ждут только светлые победы. Кайл раздражённо швырнул корону на пол. Металл звонко ударился о камень, и Варди вздрогнул, но не обернулся.

Блэквуд всегда видел именно Стоунфилда в кресле Верховного Жреца. Но не так. Совсем не так. Малец должен был нести порядок и свет. А вместо этого сам шагнул во тьму и теперь тащил за собой всю Империю.

А ещё эта Элени подошла к нему после заседания и открыто просила о встрече с Анной, пока Стоунфилд не увёл её прочь. Он явно был против. Если Анна проснётся, нужно было эту встречу устроить.

— А ну отойди. Время принимать ванну.

Кайл поднялся из кресла и закатал рукава.

— Вы только донесите. Я сама её омою, — пискнула Элайза. Девочка сидела, вжавшись в угол дивана посреди комнаты, и только теперь рискнула подать голос. — Ваше Величество.

Глава 5. В доме, но не дома.

Анна медленно открыла глаза и попыталась приподняться — тело не слушалось. Осмотрелась. Она была в своей спальне в Увядающей Розе. Почему? Она же должна была отправиться домой. Последние воспоминания тонули в странном тумане. У ног в кресле дремал Блэквуд. Он выглядел иначе: похудевший, с тяжёлыми тенями под глазами.

Стоило Анне пошевелить рукой, как герцог тут же открыл глаза.

— Наконец-то — хрипло произнёс он, часто моргая. — Я уже думал, уеду, так и не поговорив с вами.

Анна вспыхнула, и сама не поняла почему. Кайл напряжённо сузил глаза.

— Что случилось? Почему я здесь?

— Вы потеряли сознание, — осторожно пояснил герцог. — Что вы помните?

Девушка отвела взгляд. Щёки предательски горели.

— Мы стояли на крыше вы

— Поцеловал вас, не удержался. — усмехнулся Кайл и неопределённо взмахнул рукой. — Что ещё?

Анна сердито взглянула на него. Она прекрасно помнила, как сама притянула герцога к себе в каком-то безумном пьяном порыве. Но об этом думать сейчас совсем не хотелось. Она помнила сильные руки у себя на талии. Помнила знак змеи. Помнила шёпот у самого уха.

— Вы сказали представить свой мир, а потом ничего...

Анна удивлённо моргнула. Внутри вдруг что-то неприятно сжалось. По коже пробежали мурашки.

— Тогда вы и упали, — Кайл ободряюще улыбнулся и поднялся с кресла. — Вам сильно досталось.

Герцог присел на край кровати, протянул руку к её ладони. Анна отдернула руку, прежде чем подумала.

— А где Эдвард? — тихо прошептала она и заметила, как изменилось выражение глаз Кайла. Ответил он холодно, с ноткой раздражения.

— У себя в резиденции, где ещё.

Анна сглотнула, опустив глаза.

— А Варди? Он упал!

— Всё с ним в порядке.

Кайл на секунду замолчал.

— Вы спали неделю, Анна.

Герцог хотел что-то ещё сказать, но двери распахнулись. В комнату вошёл Варди — с подносом-столиком, как с трофеем.

— Услышал, что вы проснулись. Вам нужно поесть.

На нём был тёмно-синий халат и знакомая розовая шапочка для сна. Он без церемоний сел на кровать — прямо перед герцогом, отделяя его от Анны. Кайлу пришлось отстраниться.

— У вас новый халат? — Аня широко улыбнулась. Сил вдруг хватило даже приподняться.

— Тот бродячий пёс обоссал

Кайл за его спиной скривился. Анна замерла, с подозрением взглянув на герцога.

— Простите, госпожа, не к столу. Начнём с каши.

Варди подложил ей под спину подушки и ловко поднёс ложку.

— За меня

Анна послушно глотнула. Каша была идеальная и аппетит проснулся мгновенно. Активно жуя, девушка даже не заметила, как Кайл вышел.

— Варди там, в храме ты упал

Верзила смущённо улыбнулся.

— Волновались, госпожа? Угодил в зеркальную ловушку. И герцога с собой прихватил.

Он вдруг помрачнел. Ложка дрогнула и смачная порция каши оказалась у неё в волосах.

— Да чтоб

Варди схватил полотенце и начал вытирать. Получалось только хуже. Каша расползлась по виску, по шее, под ворот. Верзила, не думая, полез туда же.

Анна не успела отреагировать. Только выдохнула — и вдруг рассмеялась. Хрипло, тихо, но взахлёб.

Именно в этот момент в комнату вернулся Кайл. Теперь он был в военном пальто — с эполетами, с золотой имперской вышивкой.

Герцог остановился в дверях. Холодно посмотрел на руку Варди в вороте девушки.

— Оставляю вас в надёжных руках.

И вышел.

— Куда вы? — позвала Анна. Кайл не обернулся. Девушка растерянно посмотрела на Варди — и неожиданно вынырнула из-под одеяла.

— Госпожа — только и успел он.

Аня, шатаясь, вышла в коридор. Пол под ногами будто плыл, колени подкашивались, но девушка упорно шагала, держалась за стены, чтобы не упасть. Догнала герцога у самой двери к телепорту.

— Куда вы?

Кайл всё-таки остановился. Медленно обернулся и окинул Анну тяжелым взглядом. Попятился от неё назад. Анна нахмурилась, но подошла ближе. Ещё шаг. Пошатнулась и схватилась за рукав пальто мужчины. Всего несколько шагов — а дыхание уже сбилось.

Кайл внимательно посмотрел на её пальцы, вцепившиеся в ткань. Затем — на лицо.

— Вы вся в каше.

— Я знаю, — она улыбнулась одними губами. — Но я ничего не понимаю Ваше Сиятельство

— Величество, — перебил он спокойно. — Я теперь король.

Ни радости, ни гордости в голосе. Анна моргнула. В глазах мелькнуло понимание. Взрывы. Горизонт. Его брат. Воспоминания прорвались сквозь дурманящую дымку.

— А Эдвард?

— Верховный Жрец.

Кайл чуть склонился в неряшливом поклоне. Взгляд на секунду повеселел.

— Он просто оставил меня здесь?

Кайл резко высвободил рукав. Анна едва удержалась на ногах.

— А что ему оставалось? — холодно бросил король. — Вы моя жена. С ритуалом не спорят.

Анна побледнела. Сделала шаг назад. Ещё. Опустилась на край небольшого дивана.

— Но это было чтобы победить чтобы спасти его

Кайл уже отвернулся.

— Верховный Жрец будет рад, если я не вернусь с границ, — почти лениво сказал он. — Тогда сможете сбежать к нему моя королева.

Анна подняла растерянный взгляд. Сделала движение навстречу, но слишком медленно, Кайл шагнул в портал. Уже исчезая, небрежно бросил:

— Но я вернусь, Анна. И мы поговорим.

Свет в телепорте погас, оставив девушку в полутьме коридора одну.

На ватных ногах Аня вернулась к Варди. Ему будто передалось её состояние — великан сгорбился, притих. Спрашивать о Кайле не имело смысла. Верный повар всегда отмахивался одним и тем же: «Говорите с ним лично». Теперь — с королём.

Анна забралась обратно в постель, и Варди тут же помог ей устроиться. Поправил подушки, подал влажное полотенце. А когда она вытерла остатки каши, снова накрыл её одеялом и продолжил кормить.

— Меня вытащил господин Стоунфилд — поделился Варди, понемногу оживляясь. — Точнее, его шаманка. Ох, и досталось ей от Боа. Пусть ненастоящая, а всё равно милая — повыдёргивала бедняжке все волосы. Он довольно улыбнулся.

Анна кивнула почти машинально, слушая вполуха. Слова «шаманка», «зеркала», «Боа» скользнули мимо, будто речь шла о чём-то из чужой жизни. Но главное Анна всё-таки поняла: и Варди, и герцог попали в какую-то зеркальную ловушку. Поэтому Кайл тогда напал на неё. Поэтому Варди отвёз их с Эдвардом прямо в лапы Саэля.

— Господин Стоунфилд — вдруг Анна зацепилась за сказанное. — Значит, он в порядке? Где он?

Варди опустил взгляд.

— Верховный Жрец обитает в своей резиденции и почти не выходит

— Отвезите меня к нему.

Пауза повисла в комнате. Варди положил ложку в тарелку и отставил весь столик.

— Не думаю, что это хорошая идея. Вы так слабы...

Аня хотела было откинуть одеяло, вскочить на пол и доказать Варди, что она ого-го как сильна. Но едва попыталась подняться, как поняла: сил не хватит даже встать с кровати. Она обречённо выдохнула.

— Завтра, Варди. Непременно завтра поедем к Эдварду.

Великан заботливо поправил одеяло и, прихватив поднос, тихонечко вышел из спальни. Анна уже провалилась в глубокий сон.

Утром Анна проснулась вместе с первыми лучами солнца. Голова раскалывалась, а слабость, казалось, только усилилась. Элайза спала на небольшом диванчике, завернувшись в одеяло словно в кокон.

Аня не стала будить девочку. Медленно села на кровати и уставилась в окно. Оказывается, серые стены внутреннего садика покрывал плющ. Сейчас среди тёмных ветвей только-только пробивались маленькие зелёные листья. Это почему-то показалось трогательным. Робкая зелень среди камня и серости. Анна безмятежно улыбнулась и сама не заметила, как снова задремала.

Через час проснулась уже Элайза. Заелозила на диване, сбросила одеяло — и Анна открыла глаза. Девочка тут же бросилась к ней с радостной улыбкой. Мягкий солнечный свет заливал комнату и почти убеждал, что всё будет хорошо. Анна в безопасности. Рядом подруга. Эдвард жив. Кайл тоже.

Не хватало только

— А где шатается Эдди? — хрипло спросила Аня, но с привычной смешинкой в голосе.

Элайза опустила взгляд и сердце Анны неприятно сжалось.

— Что-то случилось?

— Он угодил в ловушку — тихо ответила девочка. — Он у лекаря.

Анна не стала расспрашивать. Только тяжело откинулась на подушки и прикрыла глаза. Нет, сегодня до Эдварда она в таком состоянии точно не доберётся. Девушка горько усмехнулась.

Элайза уже выскользнула из комнаты, буркнув что-то про завтрак.

Весь день Анна почти не вставала с постели. Пыталась читать старую книгу, найденную на тумбочке, но буквы расплывались перед глазами. Сон снова и снова утаскивал её обратно в вязкую темноту. Под вечер она всё же совершила настоящий подвиг: добралась до ванной комнаты и даже сумела забраться в огромную купель, полную горячей воды. С наслаждением откинулась на бортик. Тепло медленно растекалось по телу, вытесняя ломоту из мышц. Элайза тем временем возилась у этажерки с банками и полотенцами.

— Прости, — тихо произнесла Анна. — Я доставила тебе столько проблем. Ты меня всё это время мыла

Девочка вдруг замерла. Закусила губу, так и не развернув полотенце до конца.

— На самом деле мне помогал его Си — она тут же осеклась. — Его Величество.

Девочка совершенно некстати хихикнула:

— Вот я и увидела короля.

Анна мгновенно покраснела до самых кончиков ушей. Огненные волосы почти слились с пылающей кожей. Элайза откашлялась, вспыхнула не меньше неё и поспешно затараторила:

— Он только купал вас в ванной! Я бы сама не справилась... Врач сказал, что горячая вода ускорит восстановление. А Его Величество не позволил это делать Варди

Девочка окончательно смутилась, заломила руки и зачем-то торопливо добавила:

— Вы всё время были в рубашке! Кроме лестницы