От весны до зимы. Приключения двух сестёр

Весна пришла

В открытую форточку залетел мартовский ветер. Он принёс с собой пение птиц, запах талого снега и предвкушение приключений. Таня вскочила на подоконник и звонко крикнула: «Ура! Пришла весна!» Она помахала рукой солнцу, поцеловала прохладный воздух и громко позвала младшую сестру Сашу. Сёстры радовались каждому времени года, открываясь новым впечатлениям. И сегодня они встречали волшебную сказку!

В комнате было светло и свежо! Кружевные занавески танцевали в лучах солнца, рисуя на полу узорчатые тени. На кровати, свернувшись клубочком, мирно спал серый кот Васька. Он нежился под тёплыми волнами весеннего солнышка. Ему снились добрые сны.

В углу стояло деревянное причудливое кресло, целиком вырезанное из большого пня. Основание было украшено орнаментом из чьих-то сказочных лиц. Они переходили одно в другое, и нельзя было понять – где щека предыдущего, а где уже ухо следующего существа.

Дверь на кухню была приоткрыта. У плиты мама в красном фартуке пекла блинчики. На столике возле окна дымились кружки с только что сваренным какао и ароматная молочная каша с кусочком сливочного масла. Девочки побежали завтракать. Из окна было видно, как суетливые воробушки клюют пшено в маленьком деревянном домике-кормушке, который папа сделал для них зимой. Они весело подпрыгивали на тоненьких ножках и вертели маленькими головками во все стороны. Тоже чувствовали весну, радость и прилив энергии!

Допивая какао, Таня спросила у мамы разрешения погулять. Получив согласие, сёстры тут же надели куртки, шарфы, шапки и резиновые сапоги. Спрыгнув через несколько ступенек с крылечка, они помчались в конец двора. По дороге заглянули в будку к собаке Грозе, узнать, не появились ли ещё на свет щеночки. Каждое утро девочки навещали свою любимицу, приносили новое сено и вкусную тёплую еду. Гроза спала, положив мордочку на передние лапы. Всё было тихо и спокойно. Саша погладила собаку по голове, поправила сено, и девочки продолжили путь.

Преодолев скотный двор с сарайчиками для курочек, индюков и поросят, сёстры выскочили в заднюю калитку. Там среди высоких сосен стремительно бежал в неведомые края ручей. Берега его представляли собой ледяные глыбы, вода под которыми журчала и мурлыкала.

У ручья их встретили мальчишки и девчонки из соседних домов. Весной, когда начинал таять снег, они все собирались возле маленькой речушки. Мальчишки пускали в далёкое плавание свои кораблики, а девочки наблюдали за этим. На другой стороне речки была полянка, откуда снег уходил быстрее всего, поскольку солнечные лучи без преград на неё попадали. Сухая коричневая травка покрывала холмик. Так хотелось погреться там, на солнышке и потрогать долгожданную, пусть и прошлогоднюю травку.

– Давайте переберёмся на тот берег! – предложили мальчишки.

Идти по хрупкому льду, а кое-где и наступать прямо в ручей – было опасно. Ручей был неглубокий, но вода в нём – ледяная и быстрая, а дно усеяно ветками и камнями, покрытыми тиной. Но бесстрашный Миша одним махом перепрыгнул бурлящий поток и оказался на залитой солнцем поляне! Высокий парнишка тринадцати лет, в расстёгнутой лёгкой куртке, резиновых сапогах без шерстяных носков и даже без шапки! Он всегда носился по деревне то на велосипеде, то на мопеде. Казалось, что он живёт сам по себе и вообще всегда находится на улице.

Его примеру последовали ещё двое: Алёша и Серёжа. Не так удачно, но всё-таки благополучно они перебрались на другой берег и стали дразнить девчонок, прыгая на одной ноге и кривляясь. Сложив руки у носа, как это делал Буратино из сказки про золотой ключик, они пели глупые песенки и, как заводные пружинки, скакали по кочкам и камням. Саша, Таня и Надя (Танина одноклассница) обиделись и, конечно, захотели доказать вредным мальчишкам, что тоже могут перескочить через ручей!

Первой решилась Саша. Она была самая младшая, но самая храбрая. Подскочила к ручью, проверила палкой глубину воды, попробовала опустить сапог в воду. Но брызги от стремительного течения напугали её. Она отпрыгнула. Мальчишки продолжали дразниться и дурачиться. Чуть поодаль Саша увидела торчащую из воды корягу. По ней можно было перебежать на ту сторону. Девочка почти наступила на корягу, но поскользнулась и полетела в ручей. Ледяная обжигающая вода мгновенно залилась в сапоги.

На секунду все замерли от страха и неожиданности. Первой из оцепенения вышла Таня: она подбежала к Саше прямо по воде, и вместе они стали аккуратно, чтобы не споткнуться, выбираться из речки. Ребята перепрыгнули обратно, воспользовавшись примеченной корягой, и помогли девочкам вылезти на берег. И только когда вода из сапог была вылита, все начали смеяться.

Миша очень переживал, что из-за него получилась такая опасная история, но он и сам прилично зачерпнул холодной воды, когда бежал спасать сестёр. Ноги у всех были мокрые, и надо было отправляться домой. Надежды, что, переодевшись, все вернутся к ручью, не было – родители никого бы не отпустили после такого происшествия.

– Завтра мы сделаем мостик, хороший и крепкий! – пообещали мальчишки.

Надя поплелась провожать Таню и Сашу как единственная не пострадавшая в этой истории. А ребята уже спорили, кто и что принесёт для будущего моста: «Он должен быть надёжным! А то эти девчонки опять промокнут, а нам отвечай потом за них! Ничего без нас не могут сделать…»

Чук и Гек

На следующее утро Таня, Саша и Надя встретились у ручья. Мальчишек не было.

– Да они просто испугались! Сами ничего делать не умеют, вот и не пришли, – заметила Таня.

– Ну и пусть, нужен нам больно этот мостик! – обиженно сказала Надя, – пойдёмте лучше гулять по деревне!

И девочки отправились по тропинке, которую охраняли вековые сосны и ели. Солнечные лучи давно прогнали снег с макушек деревьев, и вершины темнели на фоне голубого неба. Стволы приобрели тёмно-коричневый, а не охристый оттенок. Стоял запах талого снега, влажной коры и хвои. Это запах марта! Его ни с чем не спутаешь! Каждый месяц в году пахнет по-особому.

Подруги обогнули участок леса с молоденькими ёлками и сосенками, осинами и берёзками, и вышли на просёлочную дорогу. Грязный снег на дороге стал тяжёлым. Колеи от колёс машин были наполнены ледяной талой водой с кусочками льда. Ночью лужи подмораживало, они покрывались голубой прозрачной корочкой, а утром, с первой машиной, стеклянные плёночки трескались и ломались, красиво рассыпаясь на льдинки.

У каждой лужи была своя история. Вот эта образовалась ещё зимой, когда здесь застрял большой грузовик и прорыл своими шинами снег до самой земли. Потом эта яма покрылась льдом, засыпалась порошей, подтаяла – и сейчас это было огромное глубокое море. А вот та, поменьше, долгое время накатывалась колёсами машин.

Лужи одинаковые и одновременно разные! Девочки решили исследовать их все. Для этого вооружились палками и прутиками, высокими резиновыми сапогами, прихватили любопытство и энтузиазм. Рассуждая о природе луж, они изучали глубину, цвет, форму, а также количество льдинок. Наклоняясь над лужицей, девочки палочкой проверяли, насколько она глубока. Это был первый показатель, его необходимо было запомнить.

– Я сейчас принесу из дома блокнотик, чтобы ничего не забыть! – сказала Надя.

Первая лужа, с которой начали свою научную деятельность подруги, находилась напротив дома, где жила Надя с мамой, папой и двумя братьями. Уютный домик всегда был готов принять гостей. Тётя Марина, Надина мама, была весёлой и энергичной женщиной. Таня и Саша с радостью принимали её приглашение пройти в дом, выпить горячего чая с бутербродами и посмеяться над шутками Надиного папы, добродушного работящего мужичка. Он всегда подтрунивал над подругами и говорил, что Саша, хоть и самая младшая, а самая сообразительная. Как-то раз они втроём забежали домой за хлебом для диких уточек, а дядя Валера сказал, что скоро они уезжают, и Надя должна остаться дома. Девочки долго уговаривали родителей Нади, и, наконец, им разрешили ещё поиграть на улице. Но к пяти часам надо было вернуться.

– Сколько сейчас времени? – спросил дядя Валера у девочек.

Пока Таня с Надей внимательно изучали циферблат, Саша определила, что на часах было четыре часа и пятнадцать минут.

– Молодец, Шурик! – похвалил её дядя Валера, – а эти двоечницы в третий класс ходят, а который час, разобрать не могут, – смеялся он.

– Да мы не успели просто сообразить, – возражали старшие девочки.

– Ну вот! Я и говорю – Шурик у вас голова! – потрепал Сашу по голове дядя Валера, – ты у них за главную, правда?

Сейчас девчонкам нельзя было задерживаться, поэтому Надя побежала домой одна.

– И карандаши захвати, для всех! – крикнула вслед Таня.

– Линейку ещё притащи! – добавила Саша. – Мы же мерить будем в сантиметрах глубину и ширину, да? – уже тише спросила Таню сестра.

– Точно, точно! И впрямь ты у нас самая умная! – засмеялась Таня.

Через десять минут вернулась запыхавшаяся Надя.

– Вот, всё принесла! – она выложила на просушенный бугорок возле дороги тетрадку, авторучку, два карандаша, наспех заточенных ножиком, и линейку.

Для научной работы всё приготовили, теперь можно начинать. Длину лужи мерили шагами, линейка была всего на тридцать сантиметров, поэтому решили записывать, сколько шагов, а не сантиметров. В тетрадке поставили цифру 1 и стали записывать размеры первой лужи. Длина составила два с половиной Таниного шага. Глубину померили палочкой, опустив её в самом центре в воду до дна. Зажав место, где вода остановилась, пальцами, палку вытащили, положили на дорогу и стали измерять линейкой. Всего шестнадцать сантиметров! В тетрадку отправилась ещё одна характеристика. Затем линейку положили по ширине.

– Восемнадцать, – заключила Саша.

– Теперь надо сосчитать, сколько здесь льдинок, – предложила Надя.

Рукой доставать из ледяной воды колючие льдинки было неприятно: их было очень много, так замёрзнут пальцы. Следовало придумать другой способ. В лесу рядом с дорогой, там, где уже не было снега, на открытых для солнца местах валялись сломанные еловые ветки. При помощи одной из таких пушистых веточек девочки вылавливали льдинки и складывали на всё тот же бугорок, где расположили тетрадку и остальные принадлежности для работы. Некоторые льдинки мгновенно таяли, но те, что оставались целыми от прикосновений тёплых рук, подруги стали подсчитывать. «Одна, вторая, третья…» Так дошли до ста тридцати двух! Даша внесла данные в тетрадь наблюдений.

– Надо дать названия лужам, – сказала Таня.

Первую обследованную назвали «Канавка». Длинная, узкая и не глубокая. Девочки отправились дальше по дороге. Маленькие и непримечательные лужицы они не изучали, интерес вызывали большие, обрамлённые кривыми льдинами «водоёмы». Непонятно как, но девочкам удавалось определять по их виду, добрые они или злые. Во всю дорогу разлилось целое озеро, пересечённое двумя лыжнями, по которым можно было бы пройти, но ноги соскальзывали с неровного ледяного нароста. Из этого мини-озера вытекали маленькие ручейки. Оно было настолько угрюмым и мрачным, что девочки назвали эту лужу Злой королевой: в ней можно было утонуть, твёрдый лёд по краям нависал над водой и казалось, что под ним живут вредные существа, способные столкнуть в снежную жижу человека или даже машину!

– Гек! – вдруг выпалила Надя, – эту страшилищу мы назовём «Гек».

– А добрые лужи пусть будут «Чук!» – подхватила Саша.

– Да, да! Чук и Гек, – захохотали девочки.

Герои книги Гайдара «Чук и Гек» нравились нашим исследователям. Все знали эту зимнюю сказку про двух братьев, оказавшихся на далёком севере вместе с мамой под Новый год. Эту историю морозными вечерами читали детям, когда последние огоньки в печке уже догорали, отдавая тепло и сонные, умиротворяющие отблески голубого пламени. И при чём здесь лужи? Добрые и злые? От этой нелепости подругам стало так смешно, что они схватились за животы.

– Ты тоже будешь Гек! – сказала Надя Саше.

– Почему я-то? Это же злая лужа, – смеясь, возразила Саша.

– Ну не знаю, просто ты больше на Гека похожа! – прыснула Надя.

– Тем более он младше был, – задыхаясь от хохота, добавила Таня.

Саша не хотела быть злой, но звание королевы её вполне устроило, и она приняла своё прозвище. От смеха девочки даже не могли перешагивать через лужи и черпали сапогами ледяную воду, сгибаясь почти до земли. И тут в конце улицы они увидели старшего брата Нади. Он показывал ей кулак и кричал, что родители давным-давно ждут её дома!

– Беги домой, Чук! А-ха-ха-ха-ха, – изнемогая от смеха, еле выговорили сёстры.

– Так, сегодня мы уже не встретимся, скоро будет темно, – успокоившись, сказала Надя. – Продолжим завтра. А вечером надо нарисовать карту королевств. Вы рисуете от вашего дома до вон того поворота на лесную просеку, а я от своей калитки до ручья! По карте завтра будем искать, где пересекаются злое и доброе владение.

– До завтра, Чук! – крикнули вслед убегающей подруге Таня и Саша.

– До завтра, Гек! – отозвалась Надя, прищурив хитренько голубые глазки, при этом её носик стал как гармошка: она всегда так смеялась, своим видом ещё больше разжигая смех.

Брат покрутил у виска пальцем, покачал головой и зашагал к дому. От этого всем девочкам стало даже веселее. Надя плелась в мокрых сапогах за братом, оглядываясь на девочек, и со смехом повторяла: «Чук и Гек, Чук и Гек», а сёстры провожали её взглядом, переживая в душе, что ей сейчас, наверное, попадёт от папы.

ФЭри

Таня и Саша выбежали на улицу. Тёплые лучи весеннего солнца растопили снег на крыше сарайчика, и капли весело и звонко шлёпались в образовавшуюся ложбинку. Вдруг сёстры услышали слабый писк. Прислушавшись, они обнаружили, что он исходит из собачьей будки. Неужели у Грозы родились щеночки? Похоже, это они! Наконец-то!

– Это щенятки! – с восторгом вскрикнула Таня.

Девочки сели на корточки и заглянули в будку. Да, это действительно оказались маленькие щенята, целых четыре!

– Какие же они хорошенькие! Маленькие, жирненькие, пушистенькие! – тараторили девочки.

– Их надо отнести домой, а то они замёрзнут здесь, они же только что родились! – предположила восприимчивая Таня.

Гроза засуетилась, встала с подушки сена, которую папа девочек аккуратно принёс как раз для такого случая, и, как будто понимая слова сестёр, стала облизывать своих детёнышей, толкая их носом в дальний угол, чтобы их сложно было достать. Попытки дотянуться до щенят были тщетны, к тому же Гроза рычала и фыркала, а один раз даже клацнула зубами совсем рядом с Сашиной рукой. Доставать щенят, конечно, выпало именно ей, так как она славилась своим бесстрашием и способностью решать подобные задачи, хотя была на четыре года младше своей одиннадцатилетней сестры. Саша не боялась собак, вообще животных, даже лошадей! Она прекрасно каталась в седле на Орлике, молодом жеребёнке, которого недавно привезли и поселили на скотном дворе их участка.

Девочки полетели домой, и с порога, перебивая друг друга, сообщили родителям долгожданную новость.

– Можно принести их домой? Можно? Они замёрзнут там! – кричала Таня.

Конечно, в такую тёплую весеннюю погоду, греясь у мамкиного живота, щенята нисколько бы не пострадали, однако родители разрешили. Наверное, им самим было интересно на них посмотреть. Папа пошёл вместе с дочерьми. Аккуратно отодвинув настороженную собаку-маму, папа пробрался к одному из щеночков, взял его за брюшко и вытащил из будки. Малыш заёрзал, стараясь лапками найти опору. Глазки у него были закрыты, а носик, чёрненький и мокрый, постоянно находился в движении, как у ёжика! Щенок кряхтел, фыркал, пищал и брыкался, пока его не занесли в дом.

Щенка поставили на пол в центре большой комнаты. Он неуверенно встал на лапы, но на скользком крашеном полу лапки разъехались в разные стороны, и щенок неуклюже упал, недовольно фыркнув. В форточку залетел ветерок, озорной и весёлый, и стал играть со щенком. Но тот только чихнул. Ему налили молока в блюдце, подвинули к самому носу, чтобы он попробовал, однако он не стал пить, а только лапкой наступил в тарелку и пролил молоко. Все засмеялись. Мама принесла тряпку, протёрла лужицу молока с пола, и сказала, что нельзя надолго забирать щенков от мамы, собака может потом не признать малыша, и он погибнет.

Дальше жизнь пошла своим чередом. Малыши подрастали, превращаясь в маленьких собачек, и очень скоро родители раздали всех, кроме одного – самого смешного, который первым посетил дом. Это была девочка, получившая кличку Фэри.

Баран

Когда солнце совсем прогнало снег с полей, и стало видно блёклую прошлогоднюю травку, папа предложил отправиться в небольшой поход за деревню. Оставив маленькие деревянные домики позади, папа, мама и сёстры вышли в поле. Высоко в небе сияло солнце. Кое-где плавали белые мягкие облака. Высокий тополь, возле которого и устроили привал, уже открыл свои ярко-зелёные листочки. Под тополем стояла заброшенная серая баня. Крыша её провалилась, и оттуда выглядывала маленькая берёзка. Как она туда попала? Наверное, ветер принёс семена из той берёзовой рощи.

Там начиналась новая жизнь. Птички вили свои гнёзда, собирая в полях прутики и травинки. Даже муравьишки начали свою деятельность. Они выползали из домиков, оглядывали свои норки, укрепляли входы и выходы, искали новые соломинки для своего муравейника. Ведь зимой снег полностью укрыл его белой подушкой. Она хоть и защищала их дом от ветра и холода, но была такая тяжёлая, что нанесла ущерб. А весной, когда снег начал таять, некоторые перекрытия и вовсе смыло водой. В общем, работы много!

Папа присел на деревянный настил и пригласил маму и девочек.

– Знаете, тут недалеко обитает баран, – загадочно произнёс он.

– Какой баран? – спросили девочки.

Мама улыбнулась.

– А вот слушайте сами. Сейчас будет кричать.

Девочки прислушались. Вдали в роще слышался оживлённый гомон, птички собирались в стайки, обсуждали новую весну. Воздух был пропитан влагой. Запах земли, жухлой травы, свежих листьев окутывал со всех сторон. На душе было спокойно и легко. Не хотелось разговаривать, смеяться. Все молчали. И вдруг где-то в небе, прямо над местом привала раздался непонятный крик. Он точь-в-точь был похож на блеянье барана. Настоящего обычного барана, который живёт в сарае вместе с овечками. Резкое «Бэ-э-э-э» отчётливо звучало над головой. Ветер разносил этот звук по полю.

– Что это? – испугались девочки.

– Я же сказал вам, это баран, – засмеялся папа.

– Это птица! Вон она летает! – вскочили сёстры.

Да, действительно, в небе летала маленькая птичка, с длинным, очень длинным клювом, и она издавала этот странный звук. Это было удивительно! Так забавно, летающий баран!

– Её так и прозвали в народе: «Летающий барашек», – объяснил папа. – Эта птица издаёт такой звук перьями, точнее сказать, своим хвостом. Весной прилетает из тёплых стран, гнездится на заболоченных местах, выводит птенчиков. Научное название этой птицы – «бекас». Но как удивительно он блеет!

– Вот это – да! – не переставали удивляться Таня и Саша. – Как это смешно!

Барашек кружил над головами, высоко взлетал, что почти пропадал из вида, потом опять опускался со смешным «Бэ-э-э-бэ-э».

Девочки никогда раньше не слышали и не видели такой птицы. Это было настоящее открытие! Как же здорово узнавать что-то новое и необыкновенное! А впереди ещё май, три месяца лета, золотая осень и уютная зима. Как хорошо!

Ёжик

Собираясь на пикник, девочки уложили в рюкзаки провизию, которая состояла из бутылки воды для Фэри, – та совсем подросла и сопровождала их на прогулки, – а также двух бутылок маминого компота, бутербродов, яблок и конфет. Таня была ужасной сластёной, без конфет она не представляла себе ни одного приятного приключения. Саша, наоборот, любила что-то более сытное, вроде бутербродов. Также сёстры запихнули в рюкзак маленькую пластмассовую мисочку для щенка, небольшое покрывало, пакет и маленький кухонный нож, тщательно обёрнутый в вафельное полотенце, чтобы он не проткнул рюкзак и никого не поранил.

Ножик был нужен для сбора грибов, если они попадутся. На просеке, в ближайшем лесу часто встречались маслята – грибы, шляпка которых напоминает подушечку, покрытую тонкой кожицей-плёнкой, клейкой и блестящей. Когда Саша была совсем маленькая, она вместе с мамой пела песенку про мышонка, который сел на маслёнок и прилип. Это было очень забавное воспоминание! Саша никогда не пропускала эти грибочки. При встрече с ними она весело напевала:

«Сел мышонок на маслёнок,

А масленок – липкий гриб.

Посидел на нём мышонок —

И прилип…

«Ой-ой- ой, ай-яй-яй!

Мама, мама,

Выручай!»»1

Когда все приготовления были окончены, Таня пристегнула поводок к ошейнику Фэри, и они отправились в путь. Выйдя за калитку, сёстры остановились. Через дорогу начиналась просека, с одной стороны которой был густой хвойный лес, а с другой – берёзовая роща. Лес манил своей глухой, неизведанной чащей, где обязательно должны были встретиться загадочные существа, таящиеся под стволами сломанных и уже полусгнивших деревьев, в корнях могучих, вековых сосен, даже в ручье, берега которого были сплошь затянуты тиной и кувшинками. Дикие утки, как в сказке Сельмы Лагерлёф «Чудесное путешествие Нильса с дикими гусями», покрякивали в зарослях травы, не пугаясь своих наблюдателей. За камышами был целый птичий мир. Может, среди этих диких уток действительно прячется маленький мальчик, который хочет победить колдовство гнома и вернуться домой?

Берёзовая роща тоже жила своей интересной, скрытой от посторонних глаз, жизнью. Там росли огромные яркие мухоморы. Шляпки алого цвета были усыпаны белыми махровыми точками, а белоснежные ножки одеты в волнистые юбочки. Сразу представлялась Баба-Яга или кикимора, что охотилась за детьми и собирала мухоморы для колдовского зелья.

Пока сестрички раздумывали, куда же им всё-таки направиться, Фэри обследовала клумбы возле калитки. Мама всегда сажала много разных цветов, больше всего пионов. Их яркие многослойные цветки притягивали взор, невозможно было оторваться от их очаровывающего наряда и нежного волшебного запаха. Фэри, конечно, не понимала красоты и запаха цветов, но их листочки, колышущиеся на ветру, очень даже привлекали её внимание! Она стала рыть лапками под разросшимся кустом пионов и практически успела свалить его на землю, чтобы добраться до крота, который высунул свою смешную мордашку и тут же спрятался в норку, почуяв опасность. Но Саша вовремя это заметила и оттащила щенка, слегка дёргая поводком. Фэри мгновенно забыла крота и побежала рядом с хозяйками к просеке.

Свернув направо, к хвойному лесу, сёстры пошли по едва заметной тропочке. Вокруг была тишина. Ведь ели и сосны умеют удерживать звуки в своих огромных мохнатых лапах. Ветер тоже не мог пробраться сквозь такую защиту и только где-то в верхушках сосен пытался страшно скрипеть и свистеть.

Тут и там тропинку пересекали древесные корни, так что Фэри часто приходилось брать на руки и распутывать её поводок. Так Саша и Таня добрели до поляны, в середине которой лежала большая сосна.

– Вот здесь мы и устроим пикник! – объявила Таня.

Полянка оказалась очень уютной и сказочной. Кроны деревьев пропускали солнечные лучи, потоками падавшие на траву. В этих световых полосах мелькали пылинки, догоняющие друг друга. Играя, они вылетали за пределы потока света и становились незаметными, но потом снова, гонимые лёгким ветерком, попадали в поле боя и начинали свою чехарду.

Сёстры присели на тёплый древесный ствол и стали разбирать свои рюкзаки. Фэри бегала вокруг и тыкалась мокрым носиком в сумки, пытаясь поскорее отыскать лакомства. Саша достала покрывало и расстелила его рядом на траве. Таня покормила неуёмного щенка колбасой, которая за считанные секунды с великим удовольствием была поглощена собачкой.

Вдруг Фэри насторожилась и стала тянуть поводок к зарослям дикого шиповника, откуда раздавалось шуршание и фырканье. Девочки последовали за щенком. Что это за шорохи? Раздвинуть колючие ветки, усыпанные мелкими шипами, было не так-то просто. Саша опустилась на колени, нагнулась и вгляделась в самую глубину сплетённых ветвей. Гора листьев, мелких прутиков и еловых иголок поднималась и опускалась.