Богатство и Порок: Как превратить красоту в наличку

Глава 2: Макияж – оружие соблазнения: Научу рисовать лицо, от которого парни теряют голову и кошелек.

Запах маминых духов всегда казался мне чем-то волшебным – сладкий, запретный, как обещание, что я могу стать кем угодно. Когда мне исполнилось семнадцать, я впервые украла из ее шкатулки тени для век – голубые, с блеском, – и нарисовала их на глазах перед зеркалом в ванной. Бабушка спала, мама была на работе, а я стояла голая, с полотенцем, обмотанным вокруг талии, и смотрела, как мои карие глаза стали ярче, глубже, с этой искрой, что заставляет мужчин забыть обо всем. "Черт, я выгляжу как шлюха," – подумала я тогда, но улыбка возникла сама собой. Потому что именно шлюхи правят миром. Пусть добрые девочки мечтают о маленьких уютных домиках – я хотела блеска, денег, власти. И макияж стал моим первым оружием.

Я начала экспериментировать потихоньку. Сначала купила дешевое зеркальце с подсветкой в магазине косметики за деньги от того самого парня в парке. Учила интернет: ролики с длинноволосыми китаянками, что показывали, как наносить подводку, чтобы глаза казались больше, губы – пухлее. Но интернет не даст того, что дает опыт. Моя первая настоящая "школа" была вечером в клубе, куда я проскочила с поддельной ксивой. Мне было восемнадцать всего, тело расцвело: грудь D-cup, бедра полные, талия тонкая, как стебелек. Я нацепила короткое платье – красное, облегающее, с вырезом до пупка, – и нарисовала лицо так, будто шла на войну соблазнения. Основной тон – персиковый, чтобы кожа светилась. Тени – дымчатые, серо-черные, с градиентом от век к бровям, чтобы глаза выглядели загадочными, как у кошки перед прыжком. Брови – аккуратные, идеальные арки, подчеркнутые карандашом. Румяна на скулах – розовые, как след от пощечины страсти. А губы… о, губы. Я нарисовала их ярко-красными, влажными, с контуром, что делал их полнее, соблазнительнее. Два слоя помады, блеск сверху – и вот, они зовут на поцелуи.

В клубе бас пульсировал, как сердце после оргазма. Я сидела у бара, свисая с высокого стула, ноги скрещены, так что платье задралось, обнажая бедра чуть выше колен. Пила коктейль, дуя на соломинку, как будто это что-то другое. И вот он подошел – высокий брюнет, с стильным пиджаком и часами, что стоили дороже моей квартиры. "Девушка одна?" – спросил он, его взгляд скользнул по моему декольте, где блеск помады отражался в свете неона. Я улыбнулась, губы раздвинулись, показывая белые зубы, – это быстрый удар, типа удара хлыстом. "Одна? Пока ты не здесь," – ответила я, наклоняясь ближе, чтобы он увидел тени на глазах, этот дымчатый туман, что туманит разум. Мы болтали, его рука коснулась моей кисти, и я не отстранилась. Наоборот, перевернула ладонь, проводя пальчиком по его запястью, чувствуя, как пульс ускорился.

Он предложил танцевать. На танцполе я прижалась к нему, мои бедра терлись о его, чувствуя, как что-то твердое растет под его штанами. Моя грудь прижималась к его груди, соски затвердели от трения через ткань. Его дыхание участилось, когда я прошептала на ухо: "Ты такой крутой… а я такая одна сегодня." Его рука скользнула под мое платье, пальцы нашлись мою попку, сжали, отделяя щеки, и я застонала тихо, позволяя ему чувствовать меня. Мы вышли в переулок за клубом – темный, влажный от недавнего дождя. Он прижал меня к стене, его рот нашел мои губы – красные, нарисованные, липкие от блеска. Поцелуй был голодным, его язык проникал глубоко, пробуя вкус помады. Моя рука опустилась вниз, расстегивая его ремень, вытаскивая член – толстый, горячий, с венками, что пульсировали в кулаке. Я опустилась на колени, асфальт холодный под ногами, платье задрано до талии. Взяла его в рот, губы растянулись вокруг головки, язык кружил по уздечке, а другая рука гладила яйца, тянула нежно. Он схватил меня за волосы, двигая бедрами, трахая мой рот, сперма накопилась на языке, соленая, густая. "Боже, твои губы… идеальны," – прохрипел он, кончая мне в рот, сперма залила горло, стекая по подбородку, смешиваясь с помадой.

Он не дал мне вытереться. Стянул меня вверх, повернул спиной, приподнял платье и вошел резко – без подготовки, но я была мокрой, как река, мой сок тек по бедрам от возбуждения. Его член растянул меня, скользнул глубоко, яйца шлепали о попку на каждом толчке. Я стонала, прикусывая губу, чтобы не кричать, но красная помада все равно размазалась. Он держал меня за бедра, ногтями впиваясь в кожу, трахая жестко, как будто наказывал за мою наглость. Волна оргазма накрыла меня, киску сжало, выжимая его, он кончил следом, горячие струи наполнили меня, переливаясь, капающими каплями на землю. После он достал кошелек, протянул тысячу рублей – "На косметику," – сказал он, улыбаясь. Я взяла, понимая: макияж не просто краска, а маска, что превращает меня в богиню, а мужчин – в слуг.

С того раза я совершенствовалась. Купила профессиональный набор: карандаши, пудры, кисти. Научилась делать smoky eyes – тенями в несколько слоев, от светлого на внутренней стороне века до темного на внешней, чтобы лицо выглядело дольше, загадочнее. Добавила хайлайтер – на скулы, нос, над губами, – чтобы свет отражался, делая меня неземной. Губы безупречные: контур, полная заполненность, чтобы они казались сочными, зовущими на минет. Я тестировала на знакомых парнях из университета. Один из них – студент, худой, но с родительскими деньгами – пригласил на вечеринку. Я нарисовала лицо как для фотоshoot: полумрак, но с акцентом на глаза – синие тени, смешанные с золотым блеском, чтобы они блестели, как звезды. Вечером он подъехал на машине отца, мы поехали в лес, на пикник под луной. Он постелил плед, открыл шампанское, и я легла на спину, глядя на звезды, платье с распахнутым лифом. Его рука ласкала мою грудь, пальцы теребили соски, до тех пор пока я не застонала, обхватывая его голову, прижимая к себе. Он снял мои трусики, рот нашел мою киску – язык ласкал губки, проникая внутрь, его зубы нежно прикусили клитор, пока я не кончила ему на лицо, брызжа соком, крича от удовольствия.

Потом я села верхом, оседлав его, моя рука взяла член, натертый моей слизью, и направила внутрь. Он был стройным, но его член вошел глубоко, растягивая, наполняя. Я качалась бедрами, грудь подпрыгивала, срезы цепляли его волосы, макияж размазался от пота – тени потекли, но это только сделало меня сексуальнее, дикой. Он сжал мои бедра, поднимая меня, трахая сверху размеренно, кончая внутри, сперма залила утробу, горячая, пульсирующая. Он подарил мне серьги – золотые, с камнями, – сказав, что я будто из порнофильма. Я лишь улыбнулась, зная, что макияж сделал меня такой: губы как для поцелуев, глаза как для обольщения.

Но настоящий прорыв случился с мужчиной постарше – бизнесменом, лет тридцати пяти, которого я встретила в баре аэропорта. Он летел в Москву, а я "случайно" сидела рядом, с лицом, нарисованным для охоты: брови в стиле "фаза луны" – тонкие, острые, как будто я готова царапаться. Тени – нюдовые, естественные, но с акцентом на нижнее веко, чтобы глаза выглядели усталыми, как после ночи страсти. Губы – nude, но полные, с блеском. "Что вы будете пить?" – спросил он, заказывая винок. Мы болтали о пустяках, но его нога коснулась моей под столом, и я ответила тем же. В его номере отеля – роскошном, с видом на город – он раздевал меня медленно, целуя шею, где я нарисовала мускусный аромат. Его рот спустился к груди, сосал соски, пока я не застонала, обхватывая его голову. Я взяла инициативу: опустилась на колени, взяла его член в рот – огромный, венчерный, – ласкала языком, глотая глубоко, пока он не запыхтел, держа меня за уши. Кончил он на мое лицо, сперма покрыла губы, мешаясь с помадой, слезая по подбородку.

Потом он бросил меня на кровать, раздвинул ноги и вошел – мощно, одной длинной пристройкой, его яйца шлепали, тело отдавало ароматом пота и желания. Я свернулась вокруг него, ногти в спину, царапая, пока он не ускорился, кончая внутрь – переполняя, его сперма стекала по бедрам. Наутро он улетел, но оставил конверт с десятью тысячами – "На салон красоты," – написал он на записке. Я поняла: макияж – это искусство превращать лицо в приманку. Дымчатые глаза рассеивают внимание, румяна создают румянец оргазма, губы – обещание сосать до безумия. Это не просто косметика – это ключ к сердцам и кошелькам, инструмент соблазнения, что делает мужчин слабыми, зависимыми.

Теперь, в девятнадцать, я знаю каждый трюк. Утром я рисую дневной look – легкий, невинный, чтобы соблазнять в кафе. Вечером – вечерний, с глиттером на веках, чтобы блестеть под огнями. И каждый раз, когда парень подходит, я вижу, как его глаза фокусируются на моих губах, тенях, ожидая поцелуя, секса, денег. Макияж – мой щит и меч. Он делает меня неуязвимой, превращает меня в королеву ночи, где мужчины – мои вассалы, а их подарки – дань уважения. Пусть другие девочки тупеют в социальных сетях – я живу реальностью, где макияж открывает двери, окна, сердца. И это только начало моей империи соблазнения.

Глава 3: Одежда, которая кричит "Купи мне это!": Выбираю платья, что облегают мою грудь и бедра, заставляя мужчин судорожно тянуться за кредиткой.

Одежда – это мой второй заряд в арсенале соблазнения. Если макияж рисует лицо, то платье лепит тело, подчеркивает то, что мужчины жаждут трогать. Мне девятнадцать, и я уже экспертка в этом: знаю, как ткань облегает изгибы, как декольте обещает доступ к моим D-cup сиськам, как подол, задранный выше колен, показывает бедра, по которым хочется проводить руками. Это не просто шмотки – это ловушки, что превращают парней в слуг, готовых вывернуть кошельки.

Я помню свой первый набег на бутик на Тверской, когда только-только начала зарабатывать на клубных ночевках. Пришла туда в джинсах и топике, но с лицом, нарисованным для войны: дымчатые глаза, красные губы, хайлайтер на выступающих скулах. Девушка за прилавком улыбнулась фальшиво, но я сказала: "Показывайте вечерние платья, облегающие, с вырезом." Она принесла черное, шедевое, тонкое как паутинка, с глубоким декольте, что открывало половину груди, и подолом до середины бедра. Я надела его в примерочной – зеркало отразило богиню: ткань облепила попку, подчеркнула талию, соски просвечивали чуть-чуть через кружево. "Беру его," – сказала я, хотя цена кусалась в две мои зарплаты. На выходе заломили скидку – я наклонилась над прилавком, позволяя ей увидеть подол, задравшийся, демонстрируя трусики-стринги. Она сдалась, шепотом: "Ладно, за три тысячи."

В тот вечер я надела это платье в клуб, где музыка грохотала, как оргазм. Сидела у бара, скрестив ноги, так что ткань чуть не лопнула на бедрах. Пиво холодило губы, я проводила языком по ободку стакана, как будто давала минет. Подошел парень – спортивный, с бицепсами под рубашкой, глаза как у голодного волка. "Ты одна?" – спросил он, его взгляд нырнул в мое декольте, где груди вываливались, готовые к тому, чтобы он их сжал. "Одна, но ты можешь исправить это," – ответила я, улыбаясь красными губами, и приподняла подол чуть выше, показывая внутреннюю сторону бедра, гладкую, зовущую. Он купил мне коктейль, потом потянул на танцполе. Там я прижалась, мои сиськи вдавились в его грудь, бедра терлись о его джинсы, чувствуя, как член набухает, упирается в живот. Его руки сжали мою попку через ткань, пальцы прошлись по щели между ягодиц, я застонала в его ухо: "Трахни меня прямо здесь, но купи мне ещё одно платье после."

Мы не дошли до его авто – в темном углу зала я присела на колени, платье задрано до талии, трусики отодвинуты в сторону. Его член – длинный, прямой, с уздечкой, что я ласкала губами, – вошел в рот, он держал меня за волосы, трахая медленно, глубоко, пока не кончил, сперма залила горло, текла по подбородку на декольте. Потом он выел меня там же: поднял к стенке, раздвинул ноги, язык ласкал губки киси, проникая внутрь, зубы прикусили клитор, я кончила ему на лицо, сок брызнул на его щеки, смешиваясь с потом. В машине он заплатил тысячу рублей – "На новое платье," – пробормотал он, и я взяла, зная, что это всего лишь дань моей одежде, что сделала меня неудержимой.

Но я не остановилась на черном. Училась в онлайн-магазинах, где искала "bodycon dresses" – те, что облегают как вторая кожа, подчеркивая каждую кривизну. Мое любимое стало красное, латексное почти, с пуговицами спереди, от шеи до пупка, соблазнительными, чтобы он мог расстегнуть одной рукой. Купила его за бабки от того студента из университета – он был щедрым после лесного пикника. Надела под него лифчик push-up, что делал сиськи как два апельсина, готовых лопнуть, и сеть чулок, чтобы бедра блестели. Вечером мы пошли на "встречу" – я вела его в парк, платье шуршало при каждом шаге, облегая попку, показывая её форму. Он не выдержал на bench: рука влезла под подол, пальцы нашли мою киску – мокрую, горячую, без трусиков. "Ты шлюха," – шепнул он, но с восхищением, расстегивая пуговицы, освобождая груди, сосал соски, пока я теребила его член с трусах. Мы трахнулись там – я оседлала его верхом, платье задрано, член вошел глубоко, растягивая стенки, я качалась, грудь подпрыгивала у его лица, соски тёрлись о губы. Он сжал бедра, толкаясь снизу, кончая внутрь – сперма переполнила, капала на землю. Потом достал две тысячи – "Купи ещё одно, красивая." Я согласилась, целуя его на прощание красными губами.

Реальный улов случился с тем бизнесменом в отеле – тем самым, что оставил десять тысяч после ночи. Но на второй раз я пришла подготовленная: платье комбинированное – верх из фетра, облегающий грудь, низ юбка-сетка, почти полупрозрачная, с разрезом сбоку до бедра. Надела его в его номере, он открыл дверь, глаза расширились, увидев, как моя попка просвечивает, сиськи торчат вперед, готовые к жеванию. "Ты выглядишь как порно-звезда," – сказал он, закрывая дверь, руки уже на мне. Я оттолкнула его: "Сначала сюрприз." Расстегнула липучку сверху, лифчик сорвался, грудь обнажилась, соски затвердели в холодном воздухе. Он бросился, целовал шею, спустился к сиськам, трахал ртом, ласкал языком, пока я не застонала, обхватывая голову: "Да, соси меня, как младенец." Потом я сняла юбку – голая под ней, киска бритвая, готовая. Он опустил меня на колени перед собой, его член – жилый, толстый – вошел в рот, я глотала глубоко, язык кружил по головке, яйца гладила рукой. Кончил он быстро, сперма залила лицо и шею, стекая на грудь. "Теперь моя очередь," – сказал я, ложась на кровать ногами вверх, раздвигая бедра, показывая мокрую дырочку. Он вошел – медленно, сантиметр за сантиметром, наполняя, его яйца шлепали, пока он не ускорился, трахая жестко, грудь колыхалась, оргазм накрыл меня, киска сжала его. Он кончил в меня, горячие струи залили утробу, переливаясь на простыни. Наутро конверт с пятью тысячами: "На гардероб, принцесса." Я взяла, уходя с грудью все ещё ноющей от укусов.

Теперь мой шкаф – это сокровищница соблазнения: мини-платья, что кричат "Возьми меня на стол", корсеты, что сдавливают талию, делая бедра шире, юбки с разрезами, что открывают все, стоит наклониться. Я знаю: одежда – это маскировка, что прячет девчонку-подростка и показывает женщину-охотницу. Она заставляет мужчин терять голову, тянуться за бумажниками, платить за комплименты, за прикосновения, за еблю. Пусть другие девки ходят в мешковатых свитерах – я в платьях, что шепчут "Раздень меня, трахни, заплати." Это мой путь к богатству, к власти, где каждый наряд – шаг к империи, где я королева, а мужчины – мои рабы, полные спермы и пустых карманов. И это только цветочки – впереди белье, аксессуары, всё, что доведёт их до безумия.

Глава 4: Парадный вид – мой магнит: Фотографии красотки, что приводят в восторг подписчиков и реальных кавалеров с подарками.

Фотографии – это мой третий заряд энергии, который работает круглосуточно, даже когда я сплю с подушкой между ног. В нашем мире, где каждый скроллит ленту в поисках богов и богинь, я стала своей собственной моделью, камерой, диджитал-доминатриксой. Мне девятнадцать, и мой Инст профи – это ловушка для глаз и кошельков. Там нет скучных селфи: только я в платьях, что облегают сиськи до вываливания, в белье, что просвечивает сквозь ткань, позы, где мои бедра раздвинуты чуть-чуть, обещая оргазм одним взглядом. Подписчики прибавляются как сперма после минета – сотни за день, и каждый комментарий от них, как "Богиня, я бы трахнул тебя на столе", добавляет топлива моему эго и счету в банке.

Я помню, как начала: сидя в своей комнатке, однокомнатной норе на окраине Москвы, где стены слышат мои стоны по ночам. Купила дешевую камеру, но тело – мой истинный инструмент. Первая фотка: я в черном боди от того бутика, сиськи выпирают, как два шара, готовых лопнуть, ноги скрещены, но одна чуть опущена, показывая внутреннюю сторону бедра, гладкую, зовущую. Загрузила в соцсети, добавила подпись: "Этот вид стоит денег, готовы платить?" Лайки посыпались, словно зерно из рога изобилия, комменты – предложения секса онлайн, деньги на счет. Тот же вечер, парень из чата – студент, с лицом как у маньяка из порно, – пришел с бутылкой вина и тысячей рублей. Я открыла дверь в кружевных трусиках и майке на размер меньше, дыры вместо рукавов, сиськи торчали как ракеты. Он уставился, член в штанах дернулся, как живой. "Ты та девушка с фото," – пробормотал он, сглатывая слюну. Я улыбнулась красными губами, прижалась, позволяя его рукам обхватить мою попку: "Да, и теперь я твоя." Мы не дошли до дивана – он повалил меня на пол, тянул за волосы, пока я стонала от боли-сладости, стягивая майку, соски его зубами щипал, кусал, пока не розовели, набухали. Его пальцы влезли в трусики, нашли киску – мокрую, раздвинутую, пальцы скользнули внутрь, трахая ритмично, большой палец на клитор надавливал, кружа. "Ты шлюха, но моя шлюха," – рычал он, расстегивая ширинку, член вылез – толстый, венами набухший, головка блестела предэякулятом. Я оседлала его на коленях, платье задрано, трусики в сторону, член вошел резко, растягивая стены, я качалась, сиськи прыгали у его лица, он лакал соски, кусая, пока не кончил – горячая сперма залила pussy, переливаясь, смешиваясь с моим соком. Наутро он ушел, оставив две тысячи: "На новые фото," – сказал он, и я знала, что это только начало.

Но чтобы стать магнитом, я пошла дальше. Купила гелевый лайт и таймер на камеру, снимала в ванне: вода текла по D-cup сиськам, мыло скользило между ног, я раздвигала бедра, показывая розовую киску, пальцы внутри, мастурбируя перед объективом. Пост в сторис – "Кто хочет продолжение?" – и реакция взорвала сеть: дики, комментарии с сердечками и деньгами. Один поклонник, тот бизнес тип, что оставлял тысячи в отеле, прислал пять сотен долларов на кошелек: "Сделай видео, как ты приходишь от моих просмотров." Я сделала – в красном белье, соски торчали через кружав, легла на кровать, ноги вверх, пальцы в киске, другой рукой щипала клитор, стоны эхом от стен, оргазм накрыл, сок брызнул на простыни. Он приехал лично: с букетом и сумкой с подарками – парфюм, белье, пять тысяч наличными. Встретила его у двери голой под халатом, открыла, халат соскользнул, обнаженная, грудь тяжело дышала. Он бросился, целовал дико, язык в рот, костюм сорвал, член – толстый, пульсирующий – вставил в меня стоя, прижав к стене, трахал гробовой лопатой, сиськи сжимал, пальцы в попку, мой крик смешался с его рычанием. Кончил он в рот после – заставил на колени, член в горло, сперма хлестала струями, заливая лицо, шею, стекала на грудь. "Твои фото стоят миллионы," – вздохнул он, и я взяла подарки, зная, что его деньги – мой трофей.

Теперь мой профиль – страница похоти: позы в подлезге, где моя попка выпирает, щель просвечивает сквозь скру-пантсы; селфи с улыбкой куклы, губы обведенные, взгляд "трахни меня"; видео, где я танцую в мини-юбке, разрез открывает всё, бедра крутятся, как в стриптизе. Подписчики платят за премиум – живое шоу онлайн, где я мастурбирую, стоня от вибратора в киске, кончая на камеру, их сообщения как вино: "Я кончил на твои фото!" Реальные встречи – подарки громоздятся: телефон от того ITшника, после ночи, где я сидела на его лице, его язык лизал кисочку часами, пока я не брызнула ему в рот, потом оседлала член, скача галопом, сырды подпрыгивали; колье от старикана, что нашел меня в сети, взял в ресторане, потом в туалете трахнул, ставя против стены, руку на рот, чтобы не кричала, пока он заполнял меня спермой.

Фотки – это мой мост к богатству, где пиксели превращаются в плоть, лайки в эйфорию, деньги в власть. Я сижу вечером, просматривая комментарии, возбуждаясь от слов, что мужчины пишут – обещаний ебли, сулящим хуй, растягивающий меня. И каждый следующий снимок – шаг ближе к цели, где я купаю в деньгах, а они в моей паутине, трахе по фотографиям, плате за взгляд. Впереди коллаборации, съемки, но пока я наслаждаюсь: тело – мой холст, камера – кисть, а сверхъестественные мужчины – мои жертвы, оплодотворяющие мою империю спермой и бумагами. К черту скромность – я фотомодель-шлюха, королева сети, где каждый клик ведет к клатору власти.

Глава 5: Язык тела – искусство завлечения: Учусь изгибаться так, чтобы парень прижал меня в постели, а потом осыпал презентами.

Язык тела – это не просто язык, это полный разговор без слов, где каждая кривая, каждый изгиб моего девятнадцатилетнего тела кричит "трахни меня", а мужчина, как пес на запах течки, бросается, чтобы удовлетворить голод. Я начала изучать это искусство, когда поняла, что просто красивые фото недостаточно – нужно уметь двигаться, как змея, соблазняя корпоративных китов и студентов с полными кошельками. Мое тело – мой инструмент, и я научилась им владеть: ходить на каблуках так, чтобы бедра покачивались, ягодицы тугой линией притягивали взгляды, грудь – D-cup – колыхалась под тонкой футболкой, соски просвечивали, щекоча ткань. А в постели? Изгибы – мой способ завлечь, прижать его тело к моему, заставить пульсирующий член войти глубже, а потом собирать презенты, как трофеи.

Помню свою первую "лекцию" по языку тела. Это был парень из Tinder – менеджер среднего звена, с видом имитирующий успешного alfa, но с эректилем, что выдавал настоящую жажду. Мы встретились в баре: я пришла в коротком платье, черном, как моя душа, с разрезом сбоку, что открывал бедро до трусиков. Села напротив, скрестила ноги медленно, позволяя барабанщику взглянуть на внутреннюю сторону бедра – гладкую, надушенную, зовущую. Он уставился, слюна в уголке рта, и я знала – он пойман. Подошел ближе: "Ты выглядишь так, будто хочешь приключений." Я улыбнулась, изогнулась в кресле, фасон платья натянулся на груди, вырезы подмышки выставили полукруги сисечек, коричневые ареолы едва прятались под кружевом бра. "Приключений? Или тебя интересует, как я изгибаюсь в постели?" – прошептала я, протягивая руку, коснувшись его бедра под столом. Член в штанах дернулся, я почувствовала это пальцами – твердый, ждущий.

Мы не доехали до моей квартиры – арендованная квартира, где я принимаю кавалеров, была близко, но возбуждение взяло верх. Еле дошли до номера в отеле рядом – я шла впереди, изгибая попку, платье скользило вверх, показывая кружевные трусики, щелкающаяся щель между ягодицами. В лифте он прижался сзади, руки на бедра, дыхание на шее: "Ты дразнишь меня." Я повернулась, прижалась, грудь к его груди, ноги раздвинула чуть-чуть, позволяя колену коснуться его паха. "Не дразню, а обещаю," – сказала, куснув губу, язык вылизнул ее, как клитор. Двери открылись, и мы ворвались в комнату.

Он бросил меня на кровать, но я перевернулась, встала на четвереньки, изгибая спину дугой, попка вверх – идеальная поза для соблазнения. Платье задралось само, обнажая влажные трусики. "Приди и возьми," – простонала я, раздвигая ноги шире, бедра тряслись от ожидания Он сорвал штаны, член вылез – длинный, с венами, головка капала предэякулятом. Подполз сзади, руки на попку, раздвинул щечки, трусики в сторону, язык лизнул кисочку – розовую, мокрую, текущую от желания. "Ты сладкая шлюшка," – прорычал он, пальцы в меня, два сразу, трахая, большой палец на анус надавил, проникая чуть-чуть. Я стонала, изгибаясь назад, насаживаясь на пальцы, соки текли по его руке.

Потом он перевернул меня на спину, раздвинул ноги до предела, я подтянула колени к груди – классический bridge, но мой – сексуальный: живот подтянулся, показывая все складочки, грудь встала торчком, соски твердыми буграми. Член вошел резко, заполняя vaginu до конца, головка ударяла в матку, я кричала, извиваясь, бедра крутились, как мельничка, сжимая его внутри. Он рычал, трахал глубже, руки на шею – не сильно, но навязчиво, член входил-выходил со звуком чавканья, соки разлетались. "Тебе нравится, когда тебя берут?" – спросил он, лбом в лоб. "Да, сильнее," – простонала я, изгибаясь дугой, спина оторвалась от кровати, только попка и плечи на матрасе, член в меня как винт.