- -
- 100%
- +
— Хватит, — я резко оборвала ее.
Чувство, словно ножом по сердцу полоснули. Горюет по ней? Я вспомнила его улыбку в день свадьбы, то, как легко и беззаботно звучал его смех. А если это была любовь? Что тогда? Я так и останусь для лорда Азариона приложением к договору? Нельзя об этом думать. Не сейчас.
Я откашлялась и вздохнула.
— Вернемся к вопросам кухни. Как обедает и ужинает хозяин замка? Хочу знать о его распорядке и предпочтениях.
Кухарка посмотрела на меня с хитрым прищуром, сделала пару шагов вперед и встала, опершись на клюку, почти повиснув на ней.
— Извольте, госпожа. Лорд не завтракает, обедает у себя в кабинете чем-то, что не крошит, не пачкает, не оставляет жирных пятен на бумаге. Зато ужинает плотно в этом зале, строго в одиночестве. Обязательно много мяса, овощей, пироги, сладости, сладкий чай. Так-то он обычно пьет кофий с южных островов, по мешку в месяц уходит, но на ночь чай, а то спать будет плохо.
Что ж, пока информации достаточно. Я еще раз окинула взглядом столовую. Не очень-то уютно. Шторы пыльные, стекла помутнели, ковры на полу лежат как попало, их не чистили уже лет сто. Да и стулья не отличались особым удобством.
— А прошлая хозяйка что же?
Кухарка отмахнулась.
— Тоже работала с утра до ночи. Лорд Азарион в своем кабинете, она в своем. При ней свои слуги были и своя кухарка. Та еще неумеха, честно признаться.
Еще один укол в сердце. Она наверняка понимала что-то в делах мужа. Я представила, как вечерами они обсуждали какие-то дела, возможно, древние находки. А о чем же будем говорить мы? Я ничего в этом не смыслю.
— И что же хозяин замка? Неужели терпит этот беспорядок? — я обвела рукой столовую.
— Да ничего. Он весь в своих бумагах да заклинаниях, света белого не видит. Еда есть, кровать есть, тишина есть — того и достаточно. Коли слуга не провинился, так он его и знать не знает.
Картина начала складываться в моей голове. Мой дед такой же. Если бабуля не подсунет ему под руку чашку кофе да печенье, так он весь день останется голодным. Ходят слухи, что дедуля за все эти годы так и не узнал путь на кухню. Книги да свитки, свитки да книги.
Однако же матушка моя и ее братья как-то появились на свет. Да и на семейных вечерах бабушка с дедушкой всегда рядом, воркуют о чем-то своем, посмеиваются над нами.
Теплые воспоминания из дома грели не хуже камина.
— Вот что, подайте мне обед, пожалуйста, да чашку кофе.
Кухарка поклонилась и поковыляла к выходу. Она уже почти дошла до двери, когда та вдруг резко распахнулась, и в столовую буквально ворвалась запыхавшаяся Иса с платьем в руках. Она едва не сбила старушку с ног.
— Госпожа, госпожа! Нашла! — радостно воскликнула девушка, махая платьем, как знамением победы.
Я с интересом разглядела её находку. Платье оказалось очень простым — тёмно-серого цвета, с длинными рукавами, высоким воротником и аккуратной шнуровкой на груди. Без лишних украшений или отделки, но оно выглядело добротным, тёплым и удобным.
— Неплохо, — пробормотала я, чувствуя, как холод всё ещё пробирает до костей. У меня не было сил и желания ждать, пока принесут что-то лучше. Я решила переодеться прямо здесь, у камина.
— Иса, помоги, — велела я, протягивая руки к платью.
Иса тут же бросилась ко мне, помогая снять свадебное платье. Мокрый, тяжёлый шлейф наконец исчез, а с ним и чувство промозглого холода, который он тянул за собой.
Пока девушка возилась с мелкими пуговками на моей спине, она тараторила без умолку:
— Это платье пошили для новой служанки много лет назад, — начала она, возясь с последней пуговкой, — только она на работу так и не вышла. То ли медведь разорвал, то ли под лёд провалилась, то ли замёрзла насмерть…
Я вздрогнула, но Иса говорила об этом так легко, как другие рассказывают про поход в магазин или про новые шпильки.
— Похоже, нравы северян суровее, чем я думала, — заметила я, стараясь сохранить равнодушие в голосе.
Иса пожала плечами, словно соглашаясь, и продолжила, уже помогая натянуть платье.
Оно село почти идеально, будто было пошито по моим меркам. Простое, но удобное, плотная ткань приятно грела кожу. С пышной нижней юбкой из-под свадебного наряда платье стало выглядеть еще лучше. Я разгладила складки на юбке и посмотрела на своё отражение в оконном стекле.
— Это форма прислуги? — переспросила я у Исы, поворачиваясь к ней.
— Да, госпожа, — кивнула она. — Но другого платья нет, вы меня простите. Может, послать за портным и…
— Я не об этом, — перебила я, отмахнувшись от её слов. — Почему все остальные не в форме?
Иса замялась, опустив глаза. Её щёки слегка порозовели, а голос стал тише.
— Ну, это… не прижилась форма, госпожа. Да и… дорого она. Если её продать, то три неплохих платья можно купить взамен.
— Не прижилась? — переспросила я, прищурившись.
— Э-э… ну… просто… никто и не настаивал, госпожа, — пробормотала Иса, теребя подол своего фартука.
Как я и думала. Никакой формы, никакого порядка…
— А что делать со свадебным платьем, госпожа?
— Постирать, отпороть подол и перешить его кружево мне на манжеты, воротник и жабо.
Иса поклонилась, взяла платье и поволокла его к выходу. Только сейчас, чувствуя необычайную легкость в теле, я осознала, каким тяжелым оно было. Над столом мелодично прозвенел колокольчик, железные тарелки скрылись под столешницей, а уже через минуту появились снова. На одной из них стояла чашка с кофе и тарелка с сандвичами. Значит вот как обедает мой муж?
Я села за стол, сделала глоток, второй и улыбнулась сама себе. Не знала, за что браться? Начинать надо с кофе. Если лорд Азарион каждый день пьет вот эту гадость, то откуда взяться хорошему настроению?
После обеда я познакомлюсь с маленьким лордом Рейстеном и буду знать, как действовать дальше.
Я наскоро пообедала, вспоминая, что мне напоминает это блюдо. Пикник? Нет… Скорее дорожный перекус. Чтобы дожить до нормального ужина.
Холодный прием перестал казаться мне такой уж неожиданностью. Похоже нравы замка были суровы даже к самому хозяину.
Что ж, будем это менять. Он женился не на ком-нибудь, а на Миарель де Вильон. На гербе моей семьи недаром изображают солнце. Мы несем свет, порядок и уют.
Вытерев рот салфеткой, я дотянулась до шнура и дёрнула его с заметным усилием. На этот раз мелодичный звон послышался громче.
Через минуту в столовой появился запыхавшийся Ульрик, он в последний момент заложил руки за спину и вошел с деланным достоинством.
— Помилуйте, госпожа, — начал он, нервно сглотнув, и его кадык дёрнулся так резко, что кружевное жабо пошевелилось. — Разгар рабочего дня… лорд Азарион будет гневаться.
— Тогда позаботьтесь о том, чтобы у меня было все необходимое и ко времени. Принесите в мою комнату перо, чернила и бумагу, составим расписание. Также я отправлю к вечеру несколько писем.
С каждым моим словом Ульрик все больше сникал.
— Также распорядитесь, чтобы столовую привели в надлежащий вид! Мы с лордом Азарионом будем ужинать.
Ульрик метнул взгляд на шторы, ковры и пыль, покрывающую подоконники. Его глаза округлились от осознания масштаба работы, и он снова сглотнул. Спорить, впрочем, он не решился.
— И проводите меня в комнату лорда Рейстена, — добавила я, решительно поднявшись со стула.
Мажордом, казалось, собирался возразить, но увидел моё выражение лица и молча кивнул, делая приглашающий жест.
Простое платье оказалось неожиданно удобным, но в пылу стараний Иса, похоже, забыла про обувь. Ничего так и не принесла. Ну и ладно. Высокие каблуки свадебных туфель решительно стучали по полу.
Мы шли по коридорам в жилое крыло. Пыли становилось все меньше, местами даже были видны следы ремонта.
Наконец мы остановились у дверей, где нас встретила уже знакомая мне тучная дама.
Её круглое лицо выглядело усталым, но главное — в глазах читался страх. Будто я какой-то монстр, который пришёл отнять у неё всё, что дорого. Это раздражало, но я заставила себя говорить мягче.
— Я пришла познакомиться с Рейстеном.
— У ребёнка послеобеденный сон, — твердо сказала няня, сложив руки на животе, словно защищаясь.
Вздохнув, я потерла лицо. Похоже я не с того начала наше знакомство.
— Да, конечно, — я понизила голос, — меня зовут Миарель, а вас?
— Бонни, — няня смягчилась и изобразила что-то вроде реверанса, — я за мальчиком присматриваю с самого его рождения. Он если не поспит хорошенько днем, будет хмурым ходить до вечера.
Хоть Бонни и пыталась казаться строгой и неприступной, но в ее голосе отчетливо слышались нотки нежности. И я вдруг поняла, чего именно она боится.
— Я не собираюсь разлучать вас с мальчиком или с порога устанавливать свои порядки. Мне просто хотелось нормально познакомиться. Где вы обычно обедаете?
Кажется, мои слова попали в цель. Бонни выдохнула, растеряла свой боевой настрой, вытерла вспотевшие ладони о передник и вздохнула.
— Обедаем где-нибудь в комнатах, госпожа. Чтобы не шуметь при лорде Азарионе. С аппетитом у маленького лорда беда, каждую ложку впихиваю с боем.
Я понимающе кивнула.
— Может мы могли бы встретиться утром и позавтракать вместе в столовой?
Бонни неуверенно кивнула. Я улыбнулась ей, затем обернулась к Ульрику, который переминался с ноги на ногу, не зная оставаться ему или уходить.
— А пока проводите меня в комнату бывшей супруги.
Кажется, вместе с Ульриком и Бонни охнул весь замок. Ясное дело, что им неловко, но представили бы они и мои чувства. Только перед ужином с лордом Азартном мне нужно как можно больше понять обо всем.
Кем она была? Чем занималась?
Как же глупо было не узнать об этом заранее. Мне было больно даже думать о ее существовании, но иногда нужно посмотреть боли в глаза.
Я уперла руки в бока.
Ульрик молча повёл меня к лестнице, и мы поднялись на этаж выше. Он заметно отличался от простого и лаконичного интерьера внизу. Резные деревянные колонны подпирали высокие своды потолка. Из литых бронзовых ламп лился теплый магический свет. По полу тянулся длинный ковер с пушистым ворсом.— Вы меня отведете?
— Хозяйский этаж, — зачем-то пояснил Ульрик.
В этом крыле было всего три двери, зато какие. Высокие дубовые распашные створки были инкрустированы камнями, в самом верху, чтобы облегчить конструкцию, были вставлены витражи.
Две двери стояли друг напротив друга. Одна с растительными мотивами, другая с цветочными. А по центру — с классическим северным орнаментом. Через прозрачные вставки стекла виднелась вечерняя вьюга.
— Это балкон? — спросила я, уже шагнув к двери и открывая её.
В лицо ударил резкий холодный ветер, и я невольно прищурилась. Вид с балкона захватывал дух: снежная долина раскинулась внизу, белоснежная гладь уходила к горизонту. Где-то вдали виднелся небольшой городок, его крыши окутывали тонкие вьющиеся дымки от печных труб. Всё выглядело даже уютно…
Умиротворяюще.
Легкие обожгло холодом, и я закашлялась. Ульрик быстро закрыл створки, качая головой.
— Значит, это комната лорда, — я указала на двери слева, а это…
— Госпожи… бывшей госпожи, — поправился Ульрик и нервно сглотнул.
— А меня поселили…
— В гостевой, — Ульрик поежился от моего взгляда, видимо сейчас он был холоднее уличной стужи.
Еще бы, внутри меня все замерзло, замерло. Нельзя позволить эмоциям мной завладеть. Не сейчас.
— А в замке бывают гости?
— Ну, как сказать… Соседи заезжают. Или путники, которых застала вьюга, — пробормотал он.
Уже что-то. Сколько продлился брак лорда Азариона? Два года? Чуть меньше…
Наверняка кто-то из соседей навещал молодоженов. Вот бы услышать их рассказ о бывшей. Слуги запуганы, лорд скорбит, я ревную. Нужен свежий взгляд, независимый.
— Госпожа? — робко позвал меня Ульрик.
Я же продолжила задумчиво стоять между двумя дверьми. Раз уж я здесь, почему бы не заглянуть и в комнату супруга? Скоро наш первый ужин, а я так мало знаю о нем.
Лорд Азарион не был со мной особенно галантен, что ж, и мне церемониться не к чему. Я решительно распахнула двери в его комнату.
Бедняга Ульрик аж подпрыгнул от испуга.
Спальня оказалась удивительно аскетичной. Простая мебель, добротные, но строгие стол и кресло. Кровать с высоким изголовьем, покрытая плотным серым покрывалом. Но больше всего поражало количество книг. Полки вдоль стен были забиты томами, некоторые из которых выглядели настолько древними, что прикоснуться страшно.
Моё внимание привлекли ещё одни двери, ведущие на большой балкон. Видимо, он был общим для обеих комнат.
— Нельзя без разрешения, госпожа, — нервно пробормотал Ульрик, переминаясь с ноги на ногу.
— А я и не захожу, — ответила я, не скрывая усмешки. — Давай считать, что я дверью ошиблась.
Я обернулась, чтобы выйти, и краем глаза заметила светящийся прямоугольник на стене. Он выглядел как дыра в другое пространство.
— Портал, — прошептала я, — куда он ведет?
Ульрик испуганно промычал, что не знает, и, наплевав на субординацию, за юбку оттащил меня от дверей и захлопнул их, тяжело дыша.
— Нельзя! Госпожа… нельзя!
— Мы супруги. В обычной семье это была бы наша с ним спальня.
Лорд Азарион стоял в дверях, как грозовое облако, готовое вот-вот разразиться бурей. Его взгляд был холоден, золотистые глаза будто впились в меня насквозь, оставляя за собой след ледяного жара.— Этого не будет, — услышала я за спиной строгий голос лорда Азариона.
— Полезла в мою комнату, — начал он тихо, но от этого его голос звучал ещё страшнее. — Думала, я не узнаю? Тебе крупно повезло, что осталась жива!
— Вы смеете мне угрожать? Напоминаю, я ваша жена!
Азарион усмехнулся, но в его усмешке не было ни капли веселья.
— Как ты сама сказала, брак ещё не консумирован, — произнёс он с едва скрываемой яростью.
Где-то сбоку раздалось жалобный стон Ульрика.
— Не хочу этого слышать… можно я пойду?
— Нет! — рявкнули мы с Азарионом одновременно.
Мажордом замер на месте, его кадык отплясывал нервную чечетку.
— Мне нужно подчинение! И тишина! Весь день только и слышу динь-динь-динь!
И словно в ответ на его слова, в замке снова раздался мелодичный перезвон.
— Тихо! — рявкнул Азарион, но звук не оборвался.
Дракон замер, пытаясь понять, что происходит.
— Гости! — догадался Ульрик.
— Кого еще принесло, — буркнул дракон и за локоть потащил меня к лестнице.
Мы спускались по лестнице, и, хотя Азарион держал меня за локоть, его шаги были уверенными, лёгкими.
— Ты будешь молчать, — сказал он, не поворачивая головы. — Вежливо улыбаться и не говорить лишнего.
— Я не кукла! — возмутилась я, попыталась вырваться, но он только крепче сжал мою руку.
— Мы не знаем, с каким намерением люди входят в замок, — тихо, но жёстко произнёс он.
Слово мыотозвалось у меня в сердце. Оно согрело меня, хотя в замке было холодно. Неужели он действительно считает меня частью команды, частью своего «мы»? Как же сказочно это звучит. Возможно, он прав, и мне действительно стоит немного сбавить обороты.
Я умолкла, поддавшись его решительности.
На первом этаже было почти так же холодно, как и на улице. Ветер завывал, затягивая в дом снег, который оседал прямо на коврах. Двойные двери, призванные защищать от непогоды, были распахнуты настежь, их створки подперты деревянными ящиками.
Снаружи вьюга мела так, что невозможно было разглядеть больше, чем на пару метров. Снег заполнял всё вокруг, его крупные хлопья оседали на фигуре, стоящей в дверях.
Молодой человек в чёрном пальто из дублёной кожи, с плотно намотанным вокруг лица шарфом и большими защитными очками на глазах, казался частью этого ледяного пейзажа. Он стянул с головы шапку, стряхивая с неё снег, затем размотал шарф, обнажив знакомое лицо.
Эрик Локвуд.
Его лицо было раскрасневшимся от холода, но я без труда узнала его. На мгновение моё сердце ёкнуло, будто воспоминания о нашем танце на балу вдруг ожили.
— Что вы здесь делаете?! — рявкнул Азарион, предвосхищая мой вопрос.
Эрик едва заметно поклонился, смахнув снег с плеч.
— Простите за вторжение, лорд Азарион, — сказал он, его голос был ровным, хотя взгляд задержался на мне чуть дольше, чем нужно. — Мы застряли в этой ужасной вьюге.
Азарион нахмурился, его глаза сверкнули золотом.
— Мы? — спросил он, оглядывая пустую улицу за порогом.
Эрик обернулся через плечо и махнул рукой.
Что из вьюги появился необъятных размеров зад, а следом уже спина и шапка незнакомца. Зад с трудом пролез в дверной проем, ящик, который тащил толстяк, скользнул по мокрому ковру, и незваный гость опрокинулся на спину. Практически покатившись к ногам Азариона.
Вторым ярким впечатлением о незнакомце была улыбка. Совершенно очаровательная, искренняя и полная радости.
— Дружище! Как я рад, что застал тебя дома! А что это за обворожительное создание рядом с тобой?
Лорд Азарион неожиданно улыбнулся. Его лицо, суровое и холодное, стало мягче, а золотые глаза потеплели.
И мое сердце мгновенно согрелось. Все же я оказалась права, никакой он не человеконенавистник, просто случилось что-то плохое, отчего дракон вдруг замкнулся.
Тем временем Эрик с Ульриком втащили в дом тяжелые сундуки и, отдышавшись, с трудом запахнули двери. Ветер сопротивлялся, словно хотел замести замок изнутри.
Ульрик опустил засов, запирая мороз снаружи. О буране напоминало лишь завывание вьюги, доносящееся из окон.
Азарион склонился над пухлым гостем, который, кажется, вполне уютно чувствовал себя, и лежа на ковре, протянул ему руку.
— Я вас представлю, но сначала горячий чай, я полагаю, — сказал он, помогая гостю подняться на ноги. — Что вы здесь делаете, Жак? В такую-то погоду. И как граф оказался с вами?
— Как вы и сказали, дорогой друг, за чаем, — бодро ответил гость, хлопнув Азариона по плечу, — за чаем.
Я обернулась к Ульрику, который всё ещё тяжело дышал после борьбы с дверями.
— Прикажите растопить камин в гостиной, — велела я. — Пусть с кухни подадут бульон в кружках, что-нибудь мучное, а следом травяной чай с ягодами, мёдом. Живо!
Мажордом икнул, глядя на меня так, будто я только что отправила его на войну, но молча поклонился и поспешил исчезнуть в глубине замка.
Азарион бросил на меня сердитый взгляд, но ничего не сказал, вероятно решив не устраивать сцену перед гостями.
— О, так вы и есть будущая супруга Азариона! — воскликнул пухлый мужчина, обернувшись ко мне с широкой улыбкой.
— Жена, — поправила я его, спокойно выдерживая его взгляд. — Со вчерашнего дня.
Мужчина театрально всплеснул руками.
— О, это уже меняет дело! Поздравляю вас обоих, хотя, признаться, не ожидал…
— Жак, оставь свои любезности для столичных балов, — простонал Азарион, оборачиваясь к двери, ведущей в гостиную. — Идёмте.
Гостиная встретила нас прохладой и заметной заброшенностью, но оживлённая возня слуг делала своё дело. Девушка с ожогом на лице, разводила огонь в камине, подбрасывая в него щепки. Две другие служанки торопливо стягивали с кресел и диванов покрывала, стараясь не поднимать пыли.
Старичок в потертом сюртуке зажигал восковые свечи на стенах, освещая углы комнаты мягким, тёплым светом. Ещё немного работы и гостиная начнёт казаться почти уютной.
— Да уж, замку нужна хорошая хозяйка, — весело заметил Жак.
— Прошу тебя, сменим тему, — простонал Азарион, опускаясь в одно из кресел с видом человека, чьи нервы вот-вот сдадут.
Жак тихо рассмеялся и принялся стягивать с себя верхнюю одежду, слой за слоем. Шуба, стёганая куртка, свитер, телогрейка, меховые брюки, вязаная шапка, шапка меховая, варежки, под ними перчатки.
Постепенно друг Азариона уменьшался в размерах, луковица, с которой счищали слой за слоем. Под конец Жак остался в рубахе и брюках. Я заметила, что сейчас он вовсе не выглядел таким уж толстым. Тучный, невысокий, но при этом держался он уверенно и спокойно.
— Ну вот, другое дело! — бодро сказал он, усаживаясь в кресло ближе к камину. — Теперь можно и поговорить.
Эрик, стоящий чуть поодаль, выглядел куда менее подготовленным к вьюге. Его одежда хоть и была теплой, но явно не предназначенной для таких суровых условий. Очевидно, он продрог до костей.
Когда служанки внесли дымящиеся кружки с бульоном, Эрик взял одну и осторожно поднёс к губам. Его пальцы, сжимающие кружку, чуть заметно дрожали, и я не смогла сдержаться. Поднявшись с кресла, я подошла к полке, где лежали пледы, и взяла один из них.
— Позвольте, — мягко сказала я, накидывая плед ему на плечи.
Эрик поднял на меня взгляд — внимательный, чуть шутливый, точно такой же, каким он смотрел на меня на балу. На мгновение я почувствовала, как щёки вспыхнули от смущения. Я быстро отвела взгляд и вернулась на своё место рядом с Азарионом.
Муж хмуро проводил меня взглядом, но ничего не сказал. Лишь сжал ладонь на подлокотнике кресла, едва заметно напрягая пальцы.
Жак отхлебнул бульон и оживился, начав говорить почему-то сразу с середины рассказа. Будто продолжая разговор, который в еще не начинался.
— В общем, нашли мы этот ледяной предел, конечно! Но дорога туда, скажу я, мой друг, кошмарная. Жалею, что тебя не было…
Я, сидевшая рядом с Азарионом, непонимающе посмотрела на гостя. Жак заметил это и слегка сбавил темп.
— Ах, простите, мадам. Вы же знаете, каким важным проектом занимается ваш муж?
— Нет, — с улыбкой ответила я, переводя взгляд на Азариона, который лишь тяжело вздохнул. — Но мне очень интересно.
Азарион попытался возразить, но Жак лишь махнул рукой, как будто это было совершенно неважно. Он набрал в лёгкие побольше воздуха и затараторил.
Жак, размахивая кружкой с бульоном, продолжал рассказывать с таким энтузиазмом, что мне казалось, будто он сейчас опрокинет содержимое прямо на себя.
— Лорд Азарион — величайший специалист по древней магии, мадам! — с важностью заявил он, отхлёбывая бульон и причмокивая от удовольствия. — Наш уважаемый директор Магической Академии Севера каждый год умоляет его преподавать. Ну хоть бы мини-курс, хоть бы семинар! Но нет, этот упрямый дракон и слушать не хочет. — Он выразительно покачал головой и прищурился, глядя на друга. — Представляете, каково это бедным студентам? Они мечтают, грезят увидеть живую легенду в деле, а он... — Жак драматично махнул рукой.
— Так вы из магической Академии? — переспросила я, приподняв бровь.
— Ох, конечно! — Жак вдруг замер, хлопнул себя по лбу и поспешно вскочил с кресла, чуть не расплескав бульон. — Ах, мадам, простите мою бестактность! Я, кажется, не представился. — Он отвесил мне низкий поклон, столь театральный, что я с трудом сдержала улыбку.
— Профессор Жак де Монревель, доктор магических наук, ведущий эксперт по артефактам и, если позволите, давний друг вашего супруга. — Его пухлое лицо расплылось в широкой улыбке, он уселся обратно, довольный собой.
Азарион устало прикрыл глаза. Я же не могла заставить себя отвести взгляд от кружки. Жак буквально жонглировал ей по ходу рассказа, и я боялась, что на очередном эмоциональном взмахе, бульон окажется на обоях, мебели или на хозяине дома.
Жак рухнул в кресло и вытянул ноги к огню.
— К чему же я, ах! К тому, что каждые каникулы мы собираем студенческую экспедицию, а на обратном пути я навещаю моего дорого друга и его славную семью.
Лорд Азарион резко выпрямился, распахнул янтарные глаза и сухо произнес:
— К делу, Жак. Что вы делаете здесь, да еще в компании графа Локвуда?
— Мы нашли еще один ледяной предел! Ты обязан это видеть, друг мой.
Я заметила, как Эрик с интересом наблюдал за диалогом. Его внимательные серо-голубые глаза не упустил ни одной детали. В прошлую нашу встречу я не успела его разглядеть, к тому же был маскарад. Но сейчас, пользуясь минутой, я пришла к выводу, что он довольно красив. Лет тридцати на вид, не больше.