Чужое сердце. В объятиях захватчика

– Бегите, дитя моё!

Старая кормилица ворвалась в покои, громко хлопнула дверь об стену.

Но я не шелохнулась, не в силах оторвать взгляд от горящей в холодном синим пламене дальней деревни. Не менее безжалостном, чем обычный огонь.

Это предупреждение. Для меня.

От про́клятого генерала драконов, чьи войска надвигались с северного иссушенного ветрами и засухами края. Исчерпал свои земли и теперь нацелился на мои плодородные.

Нас осталось горстка народов, кто ещё пытался сопротивляться жестокому захватчику.

– Что вы стоите, госпожа?! Бегите скорее, иначе ОН убьет вас! Не пощадит дочь врага!

– Наследников крови не оставляют в живых – это закон войны, – повторила я уроки дяди, как мантру.

И содрогнулась в ужасе, представив, что Вирканский Палач сделает со мной, когда доберется до стен замка. А он непременно доберётся, я не сомневалась.

Мы все обречены.

Но как я могу трусливо скрыться и бросить преданных мне людей? Мои воины сейчас сражаются насмерть за холмами и лесом с армией беспощадного дракона.

– Я… не могу, – голос сорвался на хрип, – не оставлю вас на растерзание этому зверю.

А кормилица напротив, развернула меня от окна, заставив отлепить взгляд от творящегося там хаоса. Впихнула в мои руки дорожный плащ

– Глупости не говорите! – Вцепилась в плечи, встряхивая меня от охватившего оцепенения. – Вам нужно бежать на запад, к герцогу Ритонии. Ваш союз позволит укрепить дух народа. Короли соседних стран поддержат, и вы сможете отбить наши земли у драконов.

– Что скажут люди? Они посчитают меня предательницей! – сомнения терзали, отчаяние и долг рвали душу на части.

– Они не осудят. Убегая сейчас, вы спасете многие жизни в будущем.

Разумом я понимала, что Глория права, но… Нянюшка порывисто меня обняла, тихо всхлипывая, будто чувствовала, что можем больше не увидеться. За каких-то несколько дней тревога серебристыми нитями пронизала большую часть волос женщины.

– Я желаю, госпожа, вам лучшей доли, чем участь, которая вас ожидает, если останетесь. – Отстранившись, она вытерла слёзы с морщинистых щёк и подтолкнула меня к двери.

– Смелее! Торопитесь, дорога каждая секунда! – Глория осенила меня молитвенным знаменем. – Вечерние сумерки послужат прикрытием.

Интуиция моя молчала. И я решила послушаться совета кормилицы. Прихватив фамильный мамин браслет, скрепя ноющее сердце, я бросилась в мрачные пустые коридоры, а затем по тайным ходам прочь из замка.

– Да поможет тебе Создатель, дитя, – донеслось мне в след.

…Судьба настигнет!

Эта мысль билась в голове загнанной птицей, пока я из последних сил старалась добраться до заветной границы леса позади крепостной стены, с противоположной стороны от наступления армии дракона.

Когда я оказалась за заднем дворе, слуги сунули мне узелок с припасами. Верно, им сказала старая кормилица, которая заменила мне однажды родную мать. Воины покойного отца открыли мне вторые ворота, выпуская за пока ещё безопасные пределы замка. Усадили в лотку и переправили через глубокий ров на берег.

– Берегите себя, госпожа!

Я смогла лишь благодарно кивнуть в ответ, в горле застрял комок слёз.

Стиснув пальцами узел с крохами провизии, не задерживаясь более, побежала что есть мочи от родного дома. Надеюсь, мой жених сможет дать достойный отпор генералу драконов.

Только бы дойти до его земель живой. Это всё, что я могла сделать для своих людей. Доберусь до окраин гор, дальше в путь по перевалу, а за ним начинаются луга Ритании.

Небеса медленно мрачнели. Я почти преодолела неглубокий овраг, поросший густыми кустами и полынью. Вбежала по склону, ухватилась за ветви, подтягиваясь, как надо мной пронеслась огромная крылатая тень.

Замерла и съёжилась, страшась оглянуться. Сзади послышались крики. Моих людей. Полыхнуло голубым светом.

Гидеон. Вирканский Палач добрался до крепости полётом.

Оглушающий рокот дракона сотряс дремлющую долину, прошёлся вибрацией по телу, он подстегнул меня наконец подтянуться и засесть в укрытии. Кусты надёжно укутали меня тенью от зоркого ока генерала. Сквозь ветви, забыв как дышать, я со священным ужасом взирала на громаду ящера, что разместился на крыше башен крепости Боурус.

И как стены замка не обрушились под такой тушей?..

Чешуя дракона имела окрас цвета стали. Такое же сердце и у этого жестокого мужчины. Если то вообще у него есть.

Гидеон разинул пасть и синяя струя огня прошлась по берегу рва, отрезая путь к бегству тем, кто был внутри. В замке остались старики, женщины и дети, и с десяток стражников на их защиту. А моих воинов взяли в кольцо.

Я глазам своим не верила – вода горела! Языки пламени лизали стены, опаляли траву у берега. Его жар долетал до места, где я сидела. С силой сдавила кулаки, понимая, что Боурус пал.

Враги напали слишком неожиданно.

– Простите меня… все. Вы дали мне время уйти, и я не подведу.

Дождавшись пока Седой генерал покинет крышу и сменит облик, я выбралась из укрытия и рванула в пролесок.

Игнорировала боль в гудящих от напряжения ногах, пыталась не обращать внимания на разгорающийся позади пожар, дыхание которого обжигало спину. Позади слышалось обезумевшее ржание лошадей. Крики и стоны людей, лязганье мечей, снова крики, треск сгораемых домов.

Дракон искал меня. Чтобы лично казнить.

…Фора моя закончилась, когда я услышала конский топот преследования. Генерал не нашёл меня в замке и организовал погоню. Шустрый какой!

Кожа на ногах местами содрана до крови, упала несколько раз об выступающие корни деревьев. Мышцы сводило от усталости, а грудь беспощадными тисками сдавливал удушающий страх. Шумно вздохнула, пытаясь наполнить воздухом легкие, но вместо этого тяжело закашлялась.

Паника подкатывала со всех сторон. До окраины леса и подножья гор рукой подать, деревья росли все реже, а там затеряюсь в пещерах. Я не знала, что мне делать… с горьким отчаянием продолжала петлять меж стволов разлапистых елей, не желая сдаваться.

Поймают – я дорого продам свою жизнь. Оружие у меня имелось, отец покуда был жив, научил меня с ним управляться.

Всадник налетел подобно ветру сзади. Откуда только взялся?! Секунду назад я оборачивалась и не было никого.

Крепкие руки подхватили подмышки и рывком подняли вверх, словно я и не весила ничего. Крик застрял в горле, когда вражеский воин ловко усадил меня на коня, перед собой. Я проглотила испуганный вздох.

В спину врезалось твёрдое тело в доспехах.

Неестественно ровно выгнулась, пытаясь увеличить дистанцию, но конь, повернув обратно к замку, ускорил шаг, перешедший в галоп, отбросил меня назад, прямо на грудь мужчины. Больно ударилась затылком обо что-то жёсткое.

– Ум-м, – в глазах потемнело на секунду. Затем я снова попыталась отдалиться, но твёрдая рука в кожаной латной перчатке, обхватив за плечи, не позволила осуществить желаемое.

– Пустите! Нет… – страх заполнил грудь, мешая сделать полноценный вдох.

– Сиди смирно! Или поедешь поперёк седла вниз головой, – послышался жёсткий приказ. В грубом рокочущем голосе я уловила нотки раздражения и едва сдерживаемого гнева.

Я вовремя прикусила язык, чтобы не послать воина в бездну, как совсем не подобает воспитанной леди. Заставила я шакалов генерала рыскать в ночи по лесу. И мне ведь почти удалось улизнуть! Укрылась бы в пещерах, и искать им иголку в стоге сена. А я спокойно прошмыгнула бы под шумок на ту сторону.

Нырнула рукой под плащ к левому бедру, где на креплении кожаных штанов в ножнах покоился кинжал, подаренный мне отцом. Однако всадник перехватил запястье и сжал до боли.

– Ох!

– Не делай того, о чём потом пожалеешь, – низкий голос пробрал до костей, вздыбив волосы на шее. Терять мне было нечего, поэтому слушаться я не собиралась. Повезёт и будет мне лошадь.

– Я рискну.

На правом бедре у меня тоже висел кинжал. Обе руки воина были заняты, поэтому я без труда выхватила оружие и воткнула мужчине в бок. Лезвие легко вошло между пластин доспеха, как учил отец. Враг глухо рыкнул, но хватка его и не думала ослабевать. Склонившись к моему уху незнакомец зло прошипел:

– Похоже, я придушу тебя раньше времени, Руа-ана.

Краем глаза я заметила мелькнувшую у лица седую прядь, и меня парализовало страхом. Сердце зашлось оглушающим стуком и ухнуло в пятки, когда я осознала в чьих жёстких объятиях сейчас нахожусь.

Сам Гидеон, Вирканский Палач поймал меня!..

– Н..нет.

Не помня себя, рванулась из капкана рук, рискуя свалиться с коня и переломать себе кости. Локтями задела рукоять кинжала, мужчина простонал сквозь зубы. Вот же увалень! И ранение его не сломило. Бессмертный он что ли?..

– Прекрати ёрзать, – генералу возиться со мной надоело, он сдавил шею, и сознание меня покинуло…

…Пришла в себя я от неудобного положения, тело затекло, ноги начало неприятно покалывать. Хотела пошевелиться и сесть удобнее, но почему-то не получилось. Разлепила веки – темно. Мимо проносились стволы высоких деревьев, а я ехала на лошади, прижатая к телу мужчины…

Память услужливо подкинула картинки событий, что произошли со мной ранее, и напомнила с кем я сейчас нахожусь.

Гидеон нагнал меня. Побег не удался.

Холодная дрожь сотрясла тело, дышать было тяжело от чужой руки, удерживая меня, дракон сдавливал плечи и грудь. Я тихо застонала, чем привлекла внимание мужчины. Давление он ослабил и усадил меня в седле перед собой ровнее. Мои руки связывала грубая веревка на запястьях.

– Успокоилась?

Я хранила молчание, не зная, что ответить пленителю. Как никогда я ощутила, что жизнь моя висит на волоске, зависит от воли этого страшного человека. Нет, Гидеон не был человеком. Он беспощадный зверь.

Я сетовала на судьбу, удручаясь, почему мне так не везёт. В чём я провинилась перед тобой, Создатель, раз ты допустил, чтобы мои и пути генерала драконов пересеклись?!

Лес сменился пролеском, Гидеон пустил коня галопом, возвращаясь к крепости Боурус. Но направился он к главным воротам, где у стен замка по обеим сторонам от дороги расположилась его армия.

Здание крепости в некоторых местах ещё полыхало в синим огне, но постройки не рушились. Присмотревшись, с удивлением поняла, что гореть-то дерево и камни горели, но оставались целыми и невредимыми…

Магическое пламя стального дракона.

Слухи не врут. Про́клятый Бездной генерал способен управлять холодным огнём. Захочет – и всё чего коснется его пламя за мгновение истлеет. А может гореть на протяжении недель и не тронуть.

До неудавшегося побега мне доложили, что дома дальней деревни сожжены дотла. Реки крови павших защитников народа нёрианков, моего народа, устилали луга и холмы. Вирканский Палач не щадил тех, кто оказывает ему сопротивление и идёт против.

Боурус он берег для себя. А огнем эффектно запугивал народ.

Боевой тёмной масти конь стал замедлять свой ход. Я вздрогнула, пробудившись от своих невеселых мыслей. Мы подъехали к центру лагеря, повсюду были расставлены палатки, кругом сновали рослые воины, заключенные в доспехи с устрашающими шлемами животных и разных тварей.

Мост замка был опущен, в распахнутых воротах я увидела своих людей, всех слуг с детьми вывели на площадь и окружили вражеские воины. Моих уцелевших воинов связали и поставили в шеренги на поляне перед замком.

Что с ними сделают? Пощадит ли их генерал, или скорее отыграется на них за то, что не нашёл хозяйку в стенах замка.

– Что вы… собираетесь делать с жителями замка? – спросила, страшась услышать плохой ответ. Голос мой сел. Сердце разрывалось от беспокойства, ветер доносил сюда детский жалобный плач.

– Зависит от тебя, госпожа этих земель. Мне нужны люди, чтобы обрабатывать поля и вести быт. А всех, кто не присягнет мне на верность – ждёт смерть.

Гидеон предлагал мне убедить мой народ склонить перед ним головы. Вот почему я всё ещё дышу и жива.

Генерал остановил коня у большого костра, где стояли мои поверженные раненные воины. Среди них дяди Лео, кузена отца, что помогал мне с управлением замка, не было. Значит пал. Мне стало жаль этих храбрых сломленных духом мужчин, что готовы защищать меня и нашу землю до последней капли крови и своего последнего вздоха. Теперь, когда я увидела на что способна армия северян, поняла, что у нас не было и шанса устоять перед натиском врага.

Мои люди с печалью смотрели на меня, заметив, с кем я приехала. Опустила голову. Я их подвела. Не смогла убежать и вернуться потом с подмогой.

Но… я смогу хотя бы спасти их жизни. Пусть в неволе, но они будут рядом со своими семьями. Дети и жёны не должны лишаться отцов и опоры мужей.

Гидеон ловко спрыгнул со своего коня и повернулся ко мне. От вида его устрашающего шлема я дёрнулась, из горла вырвался испуганный вздох: лик твари Бездны был сотворён из сплава черной стали умелым кузнецом. Из прорезей на меня взирали холодные синие, как грозовое небо, глаза дракона.

Белые волосы мужчины спадали на широкий разворот плеч и спину. Генерал был высок. И силен. Его мощная аура давила могильной плитой, рядом с ним невыносимо дышать.

Руками в латных перчатках он подхватил меня за талию и легко, как пёрышко, спустил на землю. Плащ слетел с моих плеч, оставшись на лошади, и я предстала перед всеми в одной тонкой льняной рубахе и плотных штанах, заправленных в голенища сапог.

Женщинам полагалось носить платья, я надевала их редко, по праздникам. В юбке тренироваться и охотиться неудобно, поэтому после смерти отца я стала чаще носить штаны. Дядя Лео поощрял моё рвение владеть клинками и луком. Воин в юбке так он меня и назвал, шутя.

Ноги мои подкосились после долгого изнурительного скитания по лесу и верховой езды, палач придержал за локоть, не позволив позорно осесть на землю. К нам тут же подбежал оруженосец и поймал брошенные ему поводья. Боевой конь генерала недовольно всхрапнул, зафыркал и попытался укусить молодого парнишку, тот вовремя отвёл ладонь от морды.

– Тише, Ярк, – Гидеон похлопал коня по густой гриве, он успокоился и послушно пошёл за оруженосцем. – Идём.

Последнее генерал бросил уже мне и потянул за собой в сторону кострища. На ватных ногах поплелась, куда потащили. Мужчины армии заулюлюкали трофею своего предводителя, их откровенные взгляды впились в меня клешнями, раздевали и ощупывали так, словно на мне не было одежды.

– Какая прелестная пташка попалась в сети!

– Наш генерал обрежет тебе крылышки-то и научит послушанию. Или мы научим! – шуточки и наподобие посыпались со всех сторон.

Я горела от стыда, ощущая себя такой грязной, словно меня уже попользовали. Я знала, как поступали мужчины с захваченными женщинами… насиловали по кругу, истязали, не слушая криков мольбы. Этой участи я боялась больше чем смерти.

Кому я потом буду нужна такая, если выживу?..

Перед глазами потемнело, я споткнулась. Дракон раздражённо дёрнул меня вверх за связанные руки и выставил впереди себя, я оказалась перед пленными. От его властного взгляда воины позакрывали рты. По звуку за спиной я поняла, что он снял шлем.

– Отныне у Боуруса новый хозяин. Меня зовут Гидеон Дэссон. Эта земля войдёт в состав империи Виркансия, – мощный раскатистый голос прокатился по воздуху, словно удар грома.

Уверена его слышали и внутри стен замка.

– Если не принесете мне клятву верности, ваша госпожа умрёт.

Воцарилась звенящая тишина. Ее нарушали лишь треск огня, жадно пожирающего сухие поленья, и далёкое детское хныканье. Мои люди смотрели на меня.

Отец мой был слишком горд и предан короне. Элибру II он приходился младшим сводным братом. Он бы принял смерть, чем склонил перед завоевателями голову. Прошлой весной так и случилось. Отец возглавил объеденное войско Элибра против армии дракона, что прошлась огнем и мечом по северной части королевства, прорвалась к лету к центру и сравняла с землёй дворец короля. Теперь генерал добрался до окраин.

Я бы велела людям следовать воле отца, но… я не хотела их бессмысленных смертей. Их семьям придется тяжело под гнетом нового правителя. А так на нашей земле останется хоть немного коренных жителей. И я кивнула, опуская покорно голову, подавая пример.

– На колени! – прозвучал приказ нового господина.

Мою волю приняли. Воины рода нёрианков опустились на колени и хором произнесли, что присягают Гидеону Дэссону на верность.

Я осталась стоять. Конец май близок.

– Прекрасно, – хмыкнули за спиной. – Мужчин развязать и увести в казармы. Лекарей к ним позвать. Слуг с площади разогнать, пусть займутся привычными обязанностями.

Меня отпустили. Дракон направился к палаткам, а насчёт меня ничего не сказал. Наследников крови господ в живых не оставляют…

Не выдержав неизвестности, я обернулась и выкрикнула в широкую спину уходящего предводителя армии захватчиков:

– Я вызываю вас на бой. Сразитесь со мной, генерал!

А внутри всё обмерло от страха. Умирать мне не хотелось. Но я не допущу, чтобы меня отдали на потеху воинам. Лучше дорого продам свою жизнь!

Руки ныли от сдавливающих запястье верёвок, те натёрли нежную кожу до крови. Я стояла в окружении гогочущего войска врага. Кто-то из них разводил костры, собираясь жарить мясо. Из запасов моих погребов. Другие были заняты лошадьми и ставили платки. В крепости не поместится вся многочисленная армия дракона.

– Место женщины в постели мужчины, госпожа! Там и будете воевать! – глумливо выкрикнул кто-то из толпы.

Я со скрежетом сжала зубы, не реагируя на реплику одного остроумца. А сама задыхалась от стыда и ярости.

– Или боитесь проиграть женщине? – подлила масла в огонь в отчаянной надежде.

Вирканский Палач остановился. Медленно стал оборачиваться, и я наконец увидела его лицо.

Красивый мужчина. Высокий, широкоплечий. И холодный, как бесстрастная скала.

Волосы длинные седые спадали на спину. Твёрдый взгляд синих глаз, под разлетом светлых бровей пригвождал к месту. Ровный правильной формы нос, четко очерченные скулы, тонкая линия губ, волевой подбородок без щетины. И шрам от меча у левого виска, переходящий на щёку, но он совсем не уродовал его.

Красота дракона суровая, почти дикая. Великая сила виднелась в его глазах, сквозила в гибком сильном теле, во властном прикосновении, которое я успела испытать на себе при сопротивлении. Чувствовала, как кожа саднила, и наливались синяки.

Правый бок генерала был окровавлен. Мой кинжал он вытащил, и второй отобрал, в обоих ножнах было пусто. Уверена, рана его глубокая, но он стоял на ногах твёрдо и даже не морщился, словно и не получал лезвием в живот.

– Нет, – отрезал Гидеон, смотрел на меня, изучал. – Я не собираюсь сражаться с изнеможенной женщиной. И лишать тебя жизни не буду.

Пытаясь выглядеть смелой, застыла в растерянности статуей, но глаз своих не отводила. Не нравился мне этот его заинтересованный взгляд.

Какая-то обречённость сковала сердце. Оно то замирало, то ускоряло свой бег, разрывая тревогой грудную клетку.

– Тогда… что?

Гидеон в одно смазанное движение оказался рядом, его грубая мозолистая ладонь от постоянных сражений спустилась на моё плечо, он ощутимо сжал пальцы, но боли не причинял. В синих глазах прорезался вертикальный зрачок, и я поняла, что на меня смотрит его дракон.

– Ты станешь согревать мне ночи и родишь сына.

Внутри всё оборвалось. Только не это. Мне было до ужаса страшно, но я гордо вздёрнула подбородок и прохрипела генералу в бесстрастное лицо:

– Лучше убей. Моё сердце отдано жениху. Порочить его имя, разделив постель с врагом, я не стану.

Мои четко произнесенные слова потонули в звенящей тишине. Смех и шепотки мужчин стихли. Воины ожидали реакции предводителя. По сути я только что отвергла генерала и оскорбила.

– Смелые слова для изнеженной леди, – свёл росчерки бровей. – И где же вас жених сейчас? Что-то я не наблюдаю его около стен замка. Не спешит он выручать свою драгоценную невесту.

Я сцепила зубы, достойного ответа у меня не было. А седой генерал склонился к моему лицу.

– Запомни, Руана. Мне нет дела кому принадлежит твоё сердце, – прошипел змеем. – Пусть ты отдала его хоть самому Создателю. Мне достаточно твоего тела. И я получу его…

Взгляд холодных синих глаз оценивающе прошёлся по моему трепещущему перед драконом телу. Выжигал волю, требуя повиновения, заставлял задыхаться от ползущего по коже жара.

– Сегодня же.

Он отпустил из тисков моё плечо, едва устояла на подкашивающихся ногах. Остатки растоптанной гордости не позволяли пасть ниц перед захватчиком.

А генерал лёгким движением расстегнул на груди серебряную фибулу с мордой волка, сорвал с себя дорогой плащ, подбитый мехом горностая. И укрыл им мою замёрзшую фигуру в одной тонкой, местами прорванной рубахе и штанах, пряча от жадных глаз своих воинов.

– Увести в мои покои! – прозвучал сталью его голос, разрезая густой воздух хлыстом.

Я закусила изнутри щёку. Мне хотелось заорать во всю мощь лёгких, что ничего здесь не принадлежит тебе, ящер про́клятый!

Ни одного камня и куска земли. И я не твоя собственность!

Но пришлось благоразумно проглотить возмущения и проследовать за вражеским солдатом, что схватил меня повыше локтя.

Наша война только начинается Седой генерал!

Глава 2

Темноволосый, короткостриженый стражник средних лет вёл меня на второй этаж в западное крыло, где располагались мужские покои. Из окон я видела, как угасало магическое синее пламя. Генерал драконов наконец прекратил устрашать народ.

По пути нам попадались сновавшие туда-сюда воины генерала и мои люди, работы им предстояло немеренно. Сочувствующие взгляды слуг ложились розгами на спину. В самом деле, лучше бы дракон велел высечь и забыл о моём существовании, чем... мне предстоит лечь под него. Ну это мы ещё посмотрим!

Мы остановились перед знакомой дверью. Кто бы сомневался. Гидеон занял комнату прежнего хозяина, моего покойного отца. Стражник открыл дверь и втолкнул меня внутрь.

Слуги зажгли свечи в канделябрах. Я осмотрелась, всё как и прежде было на своих местах, лишь пыль исправно убирали слуги. Скинув с плеч драконий плащ, повесила его на дверцу шкафа, а сама присела на подлокотник кресла.

В груди кольнуло болью. Горечь потери по родителю до сих пор полосовала сердце. Когда четыре месяца назад в замок прибыл сокол со скорбным известием о его гибели, я прорыдала в подушку четыре дня, есть не могла. А потом в комнату ворвался дядя Леон, хорошенько встряхнул меня и вывел на крепостную стену. Вспомнились его напутствующие слова:

– «Смотри, – сказал он, кивая вниз на тренирующихся защитников Боуруса. – Ты наследница своего отца, поэтому прекращай хандрить. Кто если не ты укрепит их воинский дух? А я помогу и буду рядом».

Тогда мне пришлось взять в себя в руки. Леон научил меня отдавать чёткие выверенные приказы; обучил стратегии, просчитывать ходы наперёд, ведь вскоре нам предстояло отстаивать родовой замок самим, если войско короля не сдержит натиск врага. Бежать нам некуда.

Что до моего любимого…

Итану не позволит прийти сюда на верную смерть его отец, герцог Моубре. Государство Ритания вдвое меньше чем было наше, на троне сидит король Шен. Старший герцог Моубре его признанный бастард, но он лишён права наследования по определённым причинам. После смерти деда, трон перейдет Итану. Других законных наследников у короля наплодить не получилось.

Наша помолвка с Итаном состоялась два года назад, свадьбу назначили в конце этого лета по достижению мной совершеннолетия. Однако из-за войны с драконами пришлось её отложить. Ритания не вошла в объединенное войско против Гидеона Дэссона, заявив в послании, что они придержутся нейтралитета.

Король Шен трус! Понадеялся, что дракон пресытится нашей землёй и на этом остановится. Мир с Гидеоном заключить планировал, сволочь подлая.

Итан звал меня месяц назад к себе. Предлагал убежище и уверял, что уладит вопросы с отцом, но я не согласилась оставить своих людей. Если б только у меня получилось сегодня убежать…

Звякнул засов, со скрипом отворили дверь. Я подскочила с кресла, наблюдала, как в покои двое незнакомых мужчин, уже снявших доспехи, вносят лохань с горячей водой, а затем несколько сундуков – вещи генерала.