Между правдой и ложью

Глава 4. Учитель информатики

«Судить легко, понимать трудно» –

Леонардо да Винчи.

Мы с Анжеликой, как и планировалось, поступили в университет, она в медицинский на стоматолога, я в родной государственный на факультет рекламы и связи с общественностью. Так как университеты были разными, в будни мы виделись редко, но как только наступала пятницу, мы сразу собирались у меня, чтобы обсудить прошедшую неделю и поделиться сплетнями.

В эту пятницу мы решили посетить новое заведение города – клуб «Облако». Реклама клуба гласила: «Здесь царит атмосфера праздника, стиля и вдохновения – место, где каждый может найти единомышленников и провести незабываемый вечер». Достать пригласительные не составило труда, тетку в городе знали хорошо, поэтому через ее рекламщика я выпросила два пригласительных для себя и подруги.

Про «Облако» говорили, как о пространстве, объединяющем самых разных людей – от политиков и бизнесменов до художников и музыкантов. Клуб задумывался как площадка для общения творческих и амбициозных личностей, где можно провести вечер в приятной компании и открыть для себя что‑то новое.

Здание клуба возвышалось над городом, словно настоящее облако, освещенное мягким светом многочисленных прожекторов. Интерьер был выполнен в лучших традициях современного дизайна: мягкие цвета стен, элегантная мебель, стеклянные люстры, отражающие свет сотен лампочек. Музыка звучала мягко и приятно, создавая ощущение легкости и беззаботности. По залу плавно скользили официанты с изысканными напитками и закусками.

Заняв наш столик, мы стали осматривать прохожих мимо людей. Некоторые лица были знакомы, видели их по телевизору или в газетах, некоторые совершенно не вписывались в атмосферу клуба. Было как-то комфортно и беззаботно, мы заказали коктейли и различную закуску и принялись обсуждать прошедшую неделею.

– Боже, эта неделя длилась как вечность! Ну, рассказывай, что у тебя? – Лика первой нарушила молчание.

– Да так, ничего особенного. Как там твоя учеба вообще? Еще не пожалела, что пошла в мед?

– Ой, если честно, эта учеба меня иногда просто убивает. Экзамены –как квест на выживание: читаешь конспекты и думаешь – ну, когда же это закончится? А лекции… иногда сижу и ловлю себя на мысли: «Я вообще все это запомню?!» Но вот что круто: когда видишь, как преподы работают с пациентами – сразу забываешь про усталость. Они такие профи, что хочется сказать: «Научите меня так же!» И да, я все еще мечтаю о своей клинике. С топовым оборудованием. И с кофемашиной для персонала – потому что без кофе тут никак!

– Наверняка родители помогут с обустройством, будет шикарно.

– Ты только представь меня в собственном кабинете: стильная, в белоснежном халате, с элегантными украшениями… Прямо звезда стоматологического Олимпа! – сказала Лика со сверкающим глазами и засмеялась.

– Ага, стильная и скромная – классика жанра! – с улыбкой на лице сказала я. – А у меня ничего особо интересного не произошло. Помнишь нашего преподавателя по истории рекламы Василия Ивановича, я тебе про него на первом курсе рассказывала? Ну, такого пожилого дяденьку, всегда в очках, голос тихий-тихий… Так вот, представляешь, он вчера на лекции уснул прям посреди занятия! Мы тихо переглядывались с одногруппниками, пока старичок дремал, еле дыша. Странно и смешно было видеть такое.

– Хаха, вот это дед дает!

– Ага, мы все сидели, улыбались, кто-то старался держать лицо серьезным. Потом одна девушка решила аккуратно позвать его по имени, тот проснулся мгновенно и начал дальше рассказывать про первые рекламные плакаты эпохи Возрождения. Видимо, сознание отключилось ненадолго…

Здесь нам принесли новые коктейли, мы выпили и продолжили болтать не о чем.

– Кстати, Лика, ты помнишь Максима с нашей группы? Такой парень высокий, крепкий, с темными волосами и маленькими при маленькими глазами? – спросила я.

– Что‑то не припоминаю.

– Ну, Максим, который весь семестр ходил в спортивной форме и постоянно возле меня ошивался. Недавно заметил меня одну в коридоре и снова весь день возле меня терся, все довезти до дома хотел.

– Ух ты, а что он тебе прям вообще не нравится? Смотри какой хороший вариант вырисовывается, спортивный, крепкий, всегда рядом. Может быть, попробуешь с ним пообщаться немного ближе, тебе уже давно пора, а то так в девках и просидишь? – лукаво заговорила подружка.

– Не-не-не, ни в коем случае! Абсолютно не мой типаж, абсолютно не привлекает внешне и внутренне. Ты бы слышала, как он на парах отвечает… И ты же знаешь, что я жду принца на белом мерседесе, а не скомороха в спортивном одеянии.

Если бы тогда я знала, что совсем скоро вместо принца на белом мерседесе встречу парня в белых кроссовках, так бы не зарекалась.

– Ясно, ну тогда ты жди своего принца, а я пойду танцевать, может тоже подцеплю какого-нибудь принца. Ты пойдешь?

– Да, конечно. Давай еще по коктейлю и вперед.

В ту ночь мы танцевали до упаду, даже не верится, что сил хватило доползти до дома и лечь спать. Подружка все-таки смогла подцепить парня, правда, как мне показалось, вдвое старшее ее, но домой она решила ехать ночевать не ко мне, а к тому «принцу».

***

Понедельник выдался скверным, мало того, что я не услышала будильник, за окном лил сильный дождь, и я опаздывала на пары. Первой парой стоял новый предмет в этом семестре: информационные технологии в рекламе и связях с общественностью, опаздывать на него совершенно не хотелось. Поэтому быстро приняв душ, я нацепила любимые джинсы скинни глубокого синего оттенка. После быстро натянула футболку и на плечи светло-серый кардиган крупной вязки. Завершили образ удобные черные кроссовки и рюкзак, внутри которого были собраны необходимые вещи для учебного дня: планшет, блокнот, ручка и косметичка с минимумом косметики.

Практически моментально собравшись, я вышла из дома, уверенно направляясь к автомобилю. Дорога как ни странно заняла пятнадцать минут, в запасе у меня оставалось минут пять-семь – не больше.

Дождь не прекращался, шел сплошной стеной, будто пытаясь затянуть город в свое серое одеяло. Из-за быстрых сборов я, естественно, забыла про зонт, выругавшись, подхватила рюкзак, служивший единственной защитой от ливня, и бросилась бежать навстречу потокам воды, отчаянно надеясь поскорее добраться до корпуса родного университета.

Видимость почти пропала – дождь бил струями прямо в глаза, слепя сильнее ярчайшего света фар, а порывистый ветер швырялся мокрыми каплями, заставляя моргать чаще обычного. Я бежала с почти закрытыми глазами, как внезапно нога натолкнулась на нечто твердое, а тело само собой столкнулось с мягкой поверхностью.

Только спустя мгновение я осознала, что врезалась в незнакомца – высокий мужчина в темных брюках и водолазке стоял напротив меня. Оказалось, что мой неуместный маневр закончился приземлением моего ботинка на белые кроссовки мужчины. Хотя сам он находился под зонтом, капли дождя щедро покрыли его одежду моими брызгами, окончательно превратив обувь в грязно-серую массу.

Мужчина нахмурился, резко взглянув сверху вниз:

– Девушка, вас вообще учили смотреть под ноги?

Я так смутилась, почувствовав неловкость ситуации, и, пытаясь придумать оправдание.

– Пр… простите, пожалуйста, я совсем не заметила, бежала, потому что опаздываю на занятие…

Голос мой дрожал от волнения. Мужчина, однако, продолжал хмуриться, явно раздраженный ситуацией больше моего.

– Почему вы несетесь сломя голову, даже не глядя, куда идете? Разве сложно сначала оглядеться, а уж потом нестись вперед?

Его слова прозвучали строго и обвиняюще. Я ощутила стыд и виновато опустила взгляд.

– Я действительно очень прошу прощения, это моя вина. Просто погода такая отвратительная, а я совсем растерялась…

Несмотря на искреннее раскаяние, мужчина остался холоден.

– Ах, погодка плохая, значит, это оправдывает вашу невнимательность? Ваши проблемы – ваши заботы, только следите за дорогой внимательней.

Теперь я начала чувствовать раздражение от такого отношения. Я подняла взгляд и ответила тверже, сдерживая эмоции.

– Если честно, мне неприятно ваше отношение. Я извинилась, признала ошибку. Можно было обойтись без грубостей.

Молчание повисло между нами. Мужчина внимательно смотрел на меня, своими темными глазами, возможно, замечая мое смущение и решительность одновременно. Затем вздохнул и смягчил тон.

– Ладно, извиняйте. Сегодня у всех нервы на пределе. Давайте считать инцидент исчерпанным.

Я облегченно выдохнула, чувствуя благодарность за понимание.

– Благодарю. Правда, спасибо вам огромное. Впредь постараюсь быть осторожнее.

И мы наконец пошли каждый своим путем, оставив позади небольшую размолвку. Но раздражение к этому мужчине у меня не пропало, а наоборот росло.

***

Опоздав на пару на 10 минут из-за зануды у корпуса, я влетела в аудиторию как ошпаренная, хорошо хоть аудитория была на первом этаже. Одногруппники все смотрели на меня с удивлением, но мне было не до них, я готовила уже тысячные извинения за сегодняшнее утро, но так не обнаружив преподавателя, для которого и были мои заготовки извинений, меня несказанно это порадовало. Найдя свободное место с девчонками, я села, достала планшет и начала ждать, когда появится преподаватель. Через пять минут в кабинет вошел тот самый зануда, увидев его, моя челюсть опустилась почти что до пола. Утро не выдалось вовсе.

Преподавателем информационных технологий оказался тот самый высокий мужчина в темных брюках и водолазке, уже не в грязных, а снова в безупречных белых кроссовках, с гладко зачесанными назад волосами и стильными очками. Его внешность производила впечатление строгости и уверенности в себе. Взгляд спокойный, глубокий, выразительный – совсем не тот, что был на улице.

Золотарев Владимир Алексеевич представлял собой воплощение профессионализма и элегантности. Говорил четко, медленно, каждое слово взвешивал, словно оно имело особую ценность. Его манера держаться была столь величественной, что некоторые студенты боялись поднимать руку, опасаясь показаться недостаточно подготовленными.

Однако я обратила внимание, что в отличие от первой нашей случайной встречи, он вел себя спокойно и дружелюбно. Когда увидел меня среди студентов, едва заметно кивнул головой, будто вспомнил ситуацию возле здания, улыбнулся уголком губ. Возможно, наша первая встреча оставила определенное неизгладимое впечатление, но теперь в нем не ощущалось раздражения, только профессионализм учителя.

Как же сильно я ошибалась. На практических занятиях по информационным технологиям или после своих лекций он все равно старался привлечь мое внимание и задать дополнительные вопросы. Казалось, будто он испытывает особое удовольствие, наблюдая, как я теряюсь в поисках правильного ответа. Он критиковал мои выступления жестко, неизменно выражая недовольство моим знанием материала. Постоянно повторял, что на экзамене с такими поверхностными знаниями мне придется нелегко.

Со временем я поняла причину его поведения. Моя первоначальная ошибка при встрече стала своего рода отправной точкой для дальнейшего восприятия мной дисциплины. Возможно, сама того не подозревая, я дала повод воспринимать себя менее серьезно, восприниматься проще, чем остальные студенты.

Это стало своеобразным испытанием моей выдержки и силы воли. Несмотря на постоянные сомнения в собственных силах, я приняла решение доказать, что заслуживаю большего доверия. Вместо страха перед очередным вопросом профессора я начала готовиться усерднее, читая дополнительную литературу, консультируясь с однокурсниками и задавая вопросы преподавателю вне аудиторий.

Все это так сильно выматывало, что, дождавшись пятницы, я была так рада видеть свою подругу дома, казалось, мы не виделись вечность. Лика приехала ровно к восьми вечера, вся сияющая и радостная. После быстрого чаепития мы долго выбирали фильм, какой посмотреть, но до самого просмотра дело так и не дошло. Нас захватила оживленная беседа.

Подруга увлеченно рассказывала, как она счастлива в отношениях с мужчиной по имени Олег. Ведь прошло уже несколько месяцев с того знакомства в ночном клубе, и Лика откровенно призналась, что нашла свою судьбу.

– Он просто идеальный, понимаешь? – восторженно восклицала она, поправляя волосы. – Сначала я подумала, что это просто очередной ухажер, но вскоре поняла, что он настоящий принц. Дарит шикарные подарки, водит в рестораны, кино, театры, приглашает в путешествие летом.

Я слушала, удивленно раскрыв рот. Ведь Олег был значительно старше подруги, почти вдвое. Но Лику это ничуть не беспокоило.

– Чем старше мужчина, тем мудрее и опытнее, – убежденно заявила она. – Видишь, он успешный предприниматель, обеспеченный, умный. Совсем не такой, как мальчишки-студенты, которым лишь бы пиво пить и гулять целыми днями.

Глаза подруги блестели мечтательным блеском.

– А теперь представь, он предложил снять мне квартиру, где мы сможем чаще видеться. Закончу вуз, выйду за него замуж – и вместо пеленок и бессонных ночей у нас будут билеты на самолет и список из сотни мест, которые надо увидеть. Он обеспечит финансовую независимость, а мы будем жить как в кино: сегодня – на Бали, завтра – в Париже, послезавтра – в горах Непала. Жизнь станет легкой, яркой и полной открытий!

От восторга подруги я непроизвольно улыбнулась, радуясь за нее, но внутри у меня шевельнулись тревожные нотки. Любовь прекрасна, но разве правильно ставить все надежды на одного человека?

Тем временем я поведала Лике свою проблему: ненавистный экзамен, назначенный на ближайший понедельник, у Владимира Алексеевича, молодого преподавателя-зануды. Вспомнила, как случайно испачкала его белые кроссовки, и, похоже, он никак не мог простить мне этот случай.

– Что делать? – сокрушалась я. – Экзамен скоро, как бы я не учила, боюсь провалиться и остаться на пересдачу.

Лика рассмеялась звонко и лукаво посмотрела на меня.

– Послушай, – сказала она хитрым голосом, наклонившись вперед. – Может, воспользуешься моментом? Он же молодой, симпатичный, вполне вероятно, одинок… Почему бы не сыграть роль очаровательной ученицы?

– О чем ты? – насторожилась я.

– Ну послушай, – продолжила подруга, сверкая глазами. – Оденься как положено, подобрав красивую блузочку с глубоким декольте, короткую юбочку, туфли-шпильки. Придешь на экзамен, будешь часто вздыхать, мило покусывая губу, жалобно сообщишь, что думаешь исключительно о нем, вспоминая тот знаменательный день, когда нечаянно наступила на его кроссовки. Скажи, что каждую ночь видишь его во сне и страдаешь безответной любовью…

Я изумленно уставилась на Лику, широко открыв глаза.

– Перестань немедленно! – возмутилась я. – Какой ужас! Нельзя же так!

– Ха-ха-ха! – заливисто захохотала подруга, хлопая руками по коленям. – Девочка моя, учитель влюбленным барышням двойки не ставит. Поверь моему опыту, это беспроигрышный вариант!

Я вспыхнула от возмущения и покраснела, услышав предложение Лики.

– Ни за что на свете! – решительно отрезала я. – Лучше пойду на пересдачу!

Лика продолжала смеяться, а я смотрела на нее с недоумением и легкой обидой. Вероятно, любовь сделала ее смелой и находчивой, но лично я предпочитала справедливую сдачу экзамена. Разговор незаметно перешел на обсуждение последних фильмов и сериалов, и мы забыли о разногласиях. Время пролетело незаметно, вечер завершился поздно ночью. Провожая подругу домой, я задумчиво размышляла о ее словах.

Глава 5. В ожидании вердикта

«То, что тебя не убивает, делает тебя сильнее» –

Фридрих Ницше.

Все выходные я провела за зубрежкой материалов, билетов было шестьдесят, если первые сорок уселись в моей голове, то последние двадцать тяжело мною воспринимались. Я пыталась понять суть, то ли предмет вовсе был не моим и никак не усваивался, то ли воспоминания о преподавателе-зануде не давали знаниям укрепиться в моей голове.

Экзамен стоял первой парой в понедельник, да бы не проспать, я поставила будильник на час раньше обычного, чтобы спокойно собраться и отправиться на «казнь». Я проснулась за пару минут до будильника, приняла душ и долго стояла в гардеробной, выбирая, что же надеть на экзамен. Слова подруги все не выходили из моей головы. В итоге, вспомнив советы подруги, я остановилась на черном платье длиной чуть выше колен, украшенным тонким белым воротничком. Чтобы очертания талии выглядели изящнее, я надела узкий кожаный ремешок. Его тонкая полоска оттеняла мягкость моего силуэта и создавала гармоничный переход от верхней части платья к нижней. Обутые туфли-шпильки добавили ногам длину и легкости походке.

Укладку решила оставить естественной: слегка подкрученные локоны спадали свободными волнами, подчеркивая нежность лица. А завершили мой облик светлые тени и едва заметный блеск на губах.

Наконец, небольшая сумочка-клатч собрала все необходимое: смартфон и ручку – пожалуй, единственные вещи, способные спасти мою нервную систему сегодня. Остальное осталось дома: ни украшений, ни косметики сверх меры – пусть ничто не отвлекает от главного события дня.

Вышла я вовремя, даже чуть раньше обычного, но какое-то злое проклятье витало над моим маршрутом этим утром. Вместо привычных двадцати минут поездка затянулась на сорок. Почему, когда ты по-настоящему спешишь, дорога словно нарочно удлиняется? Пробки будто чувствуют твою срочность и выстраиваются в очередь, чтобы отнять время и нервы.

В итоге, все мои одногруппники уже толпились возле аудитории, хоть я и не опоздала, но в очереди была последняя. Прочитав, все молитвы, которые я знала, я подошла к столу Владимира Алексеевича, чтобы вытянуть свой билет. Не знаю, показалось мне или нет, но я точно видела, как его глаза сверкнули демонически, а губы растянулись в гадкой улыбке. По коже сразу пробежал холодок.

Заняв свободное место, я достала ручку и принялась изучать вопросы. Если на первый вопрос про роль информационных технологий в современной рекламной практике я знала точный ответ, то второй вопрос вызывал у меня смятение: «Расскажите о значении A/B-тестирования и методах его реализации». Я точно учила и знала ответ, но почему-то не могла вспомнить ответ на него. Как вдруг голос преподавателя-зануды вывел меня из моих размышлений:

– Все, кто согласен на тройку в зачетной книжке, могут подойти прямо сейчас ко мне.

Сразу больше половины группы понеслись к столу преподавателя со своими зачетками. Я же все думала, что одна тройка не испортит картину и можно тоже подойти, но почему-то не пошла, таки осталась сидеть и рассуждать. Спереди меня сидела староста и пару мальчишек слева, пока я осматривала своих одногруппников, даже не заметила, как повернула голову в сторону Владимира Алексеевича, который точно смотрел пристально на меня. Он точно дьявольски улыбался. От его взгляда мне стало не по себе, по коже побежали мурашки, и я даже вспотела. Прошло еще какое-то время, как в аудитории не осталось никого, кроме нас двоих.

– Ну что, Рудова, пора сдаваться.

И я на дрожащих ногах пошла к столу преподавателя. – Будь, что будет, подумала я. Вывалю все что учила, а он пусть сам решит, ждет ли меня пересдача или нет.

Если на первый вопрос я смогла ответить верно, что-то там протараторив, то со вторым было сложнее. Я помнила, что читала, но его пристальный взгляд не давал мне покоя, я не знаю, что со мной случилось после, может это была белая горячка, но именно она спасла меня от пересдачи. Я не заметила, как из моих глаз полились слезы, а я все тараторила и тараторила. Лицо Владимира Алексеевича нужно было видеть, злые глаза и ухмылка сменились на непонятное выражение лица. То ли он понимал, что довел девушку своим поведением, то ли и вовсе думал, что перед ним сумасшедшая.

Я же не останавливалась, как вдруг мой рот выпалил полную чушь: – Владимир Алексеевич, я правда все учила, вот честное слово, но после того дня, как мы столкнулись, я не могла не думать о вас, кажется я влюбилась. Вы ведь такой недосягаемый, всегда строги и критичны, я боялась к вам подойти и признаться, я…я не знаю, что делать.

Вдруг, Владимир Алексеевич встал, обошел свой стол и сел напротив меня. Его лицо уже не было пугающим, наоборот, в нем читалась растерянность и доброта. Он одной рукой смахнул слезы с моего лица, а другой сжал мои трясущиеся руки. Его рука оказалась такой теплой, что на мгновение мне стало легче. Я не понимала, что происходит, и зачем я ляпнула такое.

– Полина, вы… вы тоже мне нравитесь, сильно нравитесь, вы начали мне нравится еще задолго, как врезались в меня. Вы, наверное, уже не помните, но первого сентября мы с вами уже сталкивались, там в буфете, но тогда я врезался в вас.

Я начала вспоминать тот момент, действительно, первого сентября меня просили помочь волонтерам в буфете, я неслась с выпечкой, как вдруг из-за угла внезапно вышел молодой человек, и мы столкнулись, благо поднос не упал и все было целым. Я так торопилась, что не разглядела мужчину. Слова Владимира Алексеевича вернули меня в реальность: – Полина, пожалуйста, хватит плакать, я не хотел вас заваливать, вы отлично отвечали на парах, я уверен, что и к экзамену отлично подготовились, я бы хоть как поставил вам отлично.

– Да? – Все еще не веря в происходящее спросила я. После его слов, я стала приходить в себя и разглядывать своего преподавателя, если раньше злость и раздражение мешали мне его разглядеть, то сейчас я вполне могла это сделать.

Передо мной сидел красивый мужчина примерно тридцати лет. Его короткие темно‑каштановые волосы, уложенные с безупречной аккуратностью, отливали глубоким каштановым блеском. Эти густые пряди четко обозначали контуры головы, заставляя обратить внимание на удивительно красивые черты лица. Его большие зеленые глаза, казалось, излучали тепло и спокойствие. Они поражали глубиной своего цвета – ярко-зеленые, почти болотного оттенка, окруженные густыми ресницами. Взгляд казался приветливым и располагающим, уже не демоническим. Правильный, прямой нос служил центральной точкой композиции лица, выделяя мужественность. Губы мужчины были небольшими, аккуратными, с ровной линией контура. Когда он улыбнулся, улыбка становилась настоящим украшением.

Что касается одежды, то здесь тоже царило совершенство стиля. Владимир Алексеевич носил безупречно сидевший черный костюм, дополненный белоснежной рубашкой. Костюм подчеркивал подтянутую фигуру и добавлял шарма всей его персоне. Сейчас от короткого взгляда на этого мужчину у меня не возникало чувство страха, даже, наоборот – чувство спокойствия.

Вылетев из аудитории, я все еще мало соображала, глупые советы подруги круто поменяли сегодняшний день. Вечером мы с Владимиром Алексеевичем договорились поужинать в одном из ресторанов.