Наследник для империи. Женюсь на первой встречной
- -
- 100%
- +
Как же они меня раздражают своей надменностью. Тоже мне, хозяева жизней и повелители судеб! И меня в оборот взяли!
Вот только Агнесс немного отличается. Даже странно, что такая скромная, хорошая девушка родилась у таких напыщенных родителей.
Дохожу до беседки и вдруг слышу чей-то тихий плач. Замираю, не зная, что делать дальше. Но возвращаться назад дико не хочется.
Ступаю внутрь и рассматриваю в темноте Агнесс.
— Привет… — шепчу я, и она вскидывает на меня испуганные глаза.
— Ой… — пискнув, она быстро вытирает слезы и вскакивает.
— Сиди, не уходи, — шепчу я ей тихо.
— Тоже не хочешь идти туда? — спрашивает Агнесс, и я молча киваю, присаживаясь рядом.
— Что ж, понимаю… Мой отец – он просто изверг. Сначала притащил меня сюда, заставил унижаться перед Соболевыми, а потом еще и добил…
— Да, он у тебя тот еще индюк!
Ожидаю, что девушка вспылит, но она лишь тихонько хохочет.
— Ты классная!
— Я? Потому что обозвала твоего отца? — удивляюсь я, улыбаясь.
— Да, и поэтому тоже! Обычно люди на задних лапках перед ним ходят, чуть ли не задницу ему целуют, но всем видно, как они на самом деле к нему относятся, — выдыхает Агнесс. — А ты другая. Завидую тебе по-хорошему!
— Агнесс, ты сейчас пошутила? Завидуешь мне, продавщице из парка, выглядящей как прости… господи? — выдаю я.
— Да, ты свободная. Можешь делать все, что хочешь! Мне бы так… да и на прости господи ты не похожа. У тебя глаза другие. Я сразу поняла, что это все спектакль, — поражает меня девушка своей наблюдательностью.
Вот те на!
— Ты права. Но меня тоже угнетают такие, как Соболев! — фыркаю я.
— Богдан? — шепчет Агнесс, и я киваю.
— Да, он надменный, самовлюбленный, напыщенный … — замолкаю, чтобы подобрать красноречивее словцо, но Агнесс тихонько смеется.
— О, все понятно! Татьяна, да ты влюбилась!
— Кто – я? – фыркаю. — Не смеши!
— Да, я же вижу! Да и Богдан… То, как он на тебя смотрит, ни с чем не спутаешь!
— Ну нет! Между нами все что угодно, но явно не влюбленность, — качаю я головой и решаю перевести тему. — Ну а ты?
— Что я?
— Ты и Макар? — заговорщицки шепчу я, но теперь очередь девушки фыркать.
— Нет, я же вижу, что он на меня даже не смотрит. Да оно и понятно, ведь я такая… некрасивая. А он просто невероятно привлекателен! – мечтательно вздыхает Агнесс.
Замолкаю, не зная, что сказать. Я действительно не понимаю ни Соболева-старшего, ни тем более младшего, но Агнесс не совсем права.
— Знаешь, зря ты так о себе! Ты очень милая, симпатичная, порядочная девушка! Да и, как оказалось, чудесный собеседник! Наблюдательна как никто, интересная… Зря, конечно, твой отец так с тобой…
— Это точно! Он совершенно не понимает женщин. Ему все кажется проектом. И выдать меня замуж — тоже. Все уже привыкли к его выходкам и прямолинейности, но сегодня я не выдержала. Впервые он сделал это при Макаре, а ведь я его просила…
Девушка снова всхлипывает, а я подсаживаюсь ближе.
— Хочешь, я ему в лицо скажу, что он индюк? Мне уже терять нечего, — усмехаюсь я, и Агнесс смеется сквозь слезы.
— Таня, ты чудо!
Мы еще немного говорим, но вдруг слышим шаги по дорожке.
Кто-то идет прямо к нам. Не успеваем мы встать, как в беседке появляется Макар.
— О, девочки! А вы здесь вдвоем?
— Как видишь, — пожимаю я плечами, пока Агнесс замирает в немом шоке, разглядывая своего возлюбленного.
— Таня, тебя там братец обыскался. Извелся весь, — с улыбкой произносит Макар, а я фыркаю.
— Ему полезно!
Макар бесцеремонно садится между нами с Агнесс, а я отодвигаюсь, быстро поправляя задравшееся платье.
— О чем беседовали, девчонки?
— Рассказывала Агнесс, как правильно крутить сигареты. У тебя, кстати, нет одной?
— Обижаешь!
Макар достает пачку и вытягивает одну мне, а другую достает себе. На секунду задумавшись, он протягивает пачку Агнесс.
— Будешь?
— Н-нет… — заикаясь, произносит она.
Мужчина пожимает плечами и достает зажигалку.
— Ну, Татьяна, удивили вы всех нас сегодня! Хоть раз в жизни мне не хотелось уснуть на званом ужине у мамы.
— Я рада, если смогла развлечь зажиточных дворян! — фыркаю я и подношу сигарету к губам.
Тут же из темноты появляется Богдан и вырывает ее у меня из рук. Бросает ее на землю и гасит подошвой ботинка.
— Таня! Вот ты где! — рычит он, и я понимаю, что ничего хорошего меня не ждет.
***
— Да, я тут, — бурчу я недовольно, хотя сама радуюсь, что мне не пришлось курить. Все бы быстро поняли, что я это делаю впервые. Абсолютно не умею и кашляла бы, поди, как больная.
— Пошли за стол, уже подали чай, — говорит Богдан, оглядывая нашу странную компанию. — И ты тоже иди, мама тебя икала, — добавляет он Макару.
— Пренепременно! — кивает тот и встает ко мне. — Таня, ты, кажется замерзла. Возьми мой пиджак!
Мужчина снимает его и накидывает на мои плечи. Сразу становится теплее и уютнее. А я даже не заметила, как успела замерзнуть.
Ныряю в длинные рукава и жмурюсь от удовольствия.
Моя реакция нравится Макару, а вот Богдан чуть не огнем дышит.
— Как долго вы здесь… втроем?
— Это что, допрос? — спрашиваю я строго.
— Да, учитывая, что ты МОЯ невеста! — рычит Богдан.
— Ну, судя по всему, Танечка еще не определилась, так ведь?
Открываю рот от удивления. Чего это они устроили? Хотя тут не надо быть провидицей, как Агнесс, чтобы понять, что Макар просто дразнит брата, а тот все принимает за чистую монету. Ну прямо как ребенок.
— Таня? — поворачивается ко мне Богдан, ожидая ответа, а я фыркаю.
— Пошли уже!
— Макар, тебя тоже ждут! — строго приказывает Соболев-старший брату, но тот лишь хмыкает и поворачивается к Агнесс:
— Вот только поговорим с этой милой крошкой…
— О боги… — закатывает глаза Богдан и хватает меня за руку. — Цирк какой-то!
Я оборачиваюсь и посылаю ободряющую улыбку девушке. За все время нашей перепалки она не проронила ни звука.
Агнесс несмело улыбается в ответ, но Богдан не дает мне задержаться и тянет за собой к дому.
Шлепаю босыми ногами за мужчиной, но, не дойдя до дома, останавливаюсь, чтобы обуться.
— Да можешь не стараться! Никто уже и не заметит, что ты босая. После сегодняшнего спектакля…
— Да? Тебе понравилось? — рычу я. — Я старалась!
Не знаю почему, но я злюсь на Богдана.
— Понравилось! — хмыкает тот. — Могла бы сразу прийти в своих обносках, не пришлось бы тратиться на это платье!
— Ах так? — шиплю я. — Это ты зря!
— Что зря? Или ты хочешь остаться, чтобы поразвлекаться с моим братом? Так давай, вперед! Ему как раз такие и нравятся!
— Какие такие? — шепчу я, все больше сомневаясь, хочу ли я слышать ответ.
— Не обремененные моралью!
Я хмыкаю, не сказав ни слова. Они все застряли в груди, и если я что-либо скажу, то только вместе с потоком слез.
Мне хватило за сегодня унижений! Я на такое не подписывалась! Думает, что купил мне платье и я должна валяться у него в ногах? Что может обзывать меня и унижать как хочет? Нет уж!
Не снимая пиджак, я стягиваю через низ узкое платье и швыряю его под ноги шокированному мужчине.
— На, подаришь кому-то еще! Думаю, на чай меня уже не пригласят?
Не дожидаясь ответа, я гордо шагаю к воротам и плотнее запахиваю пиджак.
— Таня, подожди! — тянет меня за руку Богдан, но я чувствую, как близка истерика.
— Не трогай меня! Пусти! — кричу я и, вырвав руку из захвата, уношусь за ворота. Вынимаю телефон и дрожащими пальцами набираю номер такси.
Богдан вышел за мной, но я прячусь в темноте леса.
Пока жду машину, иду потихоньку по дорожке вдоль деревьев, стараясь держаться в тени. Выпитое вино не дает окоченеть от холода и страха, а обида застилает глаза слезами.
Вот и выяснили все! Не зря был этот спектакль! Рано или поздно Богдан бы сказал, за кого меня принимает. А вот Агнесс ошиблась. Если я чуть не влюбилась, то Соболеву абсолютно наплевать на меня, и это ранит куда сильнее, чем пренебрежение его матери и унизительные взгляды гостей.
Через полчаса приезжает такси, и я ныряю в салон, прячась в пиджак Макара. Нужно будет как-то вернуть ему его.
— Куда вам? — спрашивает мужчина, а я замираю.
Если б я сама знала куда…
— На Павловскую девятнадцать! — называю я адрес своей прежней квартиры.
Машина выезжает на дорогу, а я поворачиваюсь к окну и вытираю быстро текущие слезы.
Вот и закончилась сказка, не успев начаться! Ну а что я хотела? Такие, как Соболев, напрочь забыли, что такое человечность. Их все громкие дела и большие поступки – только пыль в глаза простому народу. И им верят…
Да что говорить, я сама чуть было не поверила.
Дверь мне открывает заспанная Лиля.
— Таня? Боже, что с тобой произошло?
— Пусти – и расскажу! — невесело хмыкаю я, и подруга быстро отходит, давая мне пройти.
— Ты что, голая?!
— Да, не кричи только. Сейчас все расскажу!
Мы проходим на кухоньку, Лиля быстро ставит чайник и убегает в комнату. Возвращается уже с теплыми штанами от спортивного костюма и кофточкой.
— Оденься, а то вся синяя, — выдыхает Лиля и вручает мне еще и носки.
Я натягиваю на себя одежду и залезаю с ногами на стул.
— Ну что произошло? Это Соболев? Что он сделал? Рассказывай!
Чувствую, как слезы начинают щипать глаза, но, шмыгнув носом, начинаю рассказ. С самого начала нашего знакомства с Богданом.
Пока я плачусь подруге, она заваривает чай и пододвигает чашку ко мне. Теплая жидкость немного отогревает меня изнутри, и я чувствую, как начинаю клевать носом.
— Вот это история, — выдыхает Лиля. — Но ты такая смелая! Не каждая решится такое устроить!
— Думаешь, я зря это сделала?
Подруга задумывается, а потом качает головой.
— Знаешь, сколько я видела в нашем ресторане таких, как Соболев? Они думают, что хозяева жизни! Приходят, очаровывают наивных девчонок и после одной ночи бросают! Знаешь, сколько слез я уже видела? И нет, мне его не жалко! Только вот отца твоего жалко!
— И мне тоже, но неужели я должна была дать себя растоптать?
— Не думаю… — тянет Лиля. — Слушай, а вы спали?
Я чуть не давлюсь чаем от такого личного вопроса.
— Нет…
— И он даже не приставал?
— Нет… — снова отвечаю я.
— Тогда я думаю, что ты еще легко отделалась! Ему что-то нужно от тебя, и это явно не интим. И знаешь, очень все подозрительно выглядит!
— Это точно…
— Если только… — хмыкает подруга, а я вскидываю на нее взгляд.
— Что?
— Если только он действительно не влюбился! А что? Не все мужчины умеют правильно показывать свои чувства!
Глава 12
Я задумываюсь над словами Лили, но потом качаю головой. Как бы мне ни хотелось поверить в то, что я небезразлична Богдану, все же нужно уметь видеть правду.
Ему все равно!
— Нет, Лиль, это не так… Да и если я ему хоть немного нравилась, этот вечер явно поставил точку
— Ну а как же отец? — спрашивает подруга, и я пожимаю плечами.
— Нужно будет все ему сказать. Да и к тому же вернуть деньги Богдана назад!
— Не будь дурой! Твоему папе нужна операция! А если деньги уже у него, то я вообще не вижу смысла их отдавать. Что за нелепый приступ гордости? Считай это моральной компенсацией! — выдает подруга, громко фыркнув.
Я все так же качаю головой.
— Не знаю…
— Таня! — строго заявляет Лиля. — Выучи железное правило: дают — бери, бьют — беги! Ты, как и я, из бедной семьи. Нам никогда ничего не давалось легко. Так если тебе выпал такой шанс, разве не будет глупостью им не воспользоваться?
— Возможно, ты и права… — тяну я.
— Конечно, права! К тому же твой отец уже здесь! Так что взяла себя в руки и пошла ему помогать! Но завтра! А сейчас пошли спать!
Я слабо улыбаюсь, завидуя энтузиазму подруги, и иду в душ.
Быстро смыв с себя боевой раскрас, я ныряю в теплую постель и вздыхаю.
Да, завтра нужно будет встретиться с папой и все обсудить. А еще пора начинать искать работу.
Лиля убегает на работу слишком рано. Я же, разбуженная ее сборами, уже не могу уснуть. Еще полчаса проворочавшись в кровати, я встаю и иду на кухню.
Сделав себе кофе, достаю из сумочки мобильный, чтобы набрать папу, но вижу, что тот разряжен.
Быстро ищу зарядку у Лили и, пока телефон не включился, неспешно пью кофе. Наконец экран загорается, и тут же начинают сыпаться смс-ки.
Вам звонил… Богдан. Шестьдесят восемь раз.
О боги…
Приходит еще одно смс, оповещающее, что звонил мне не только Соболев, но и еще какой-то неизвестный номер. Не успеваю набрать папу, как на экране вновь высвечивается тот самый неизвестный номер.
— Алло?
— Таня, привет! — слышу я голос своего бывшего парня.
— Ваня?
— Да, это я. Как дела? Как ты?
Я поднимаю брови, явно не ожидая такого вопроса.
Это что за явление такое?
— Нормально… — тяну я. А потом, вспомнив наше с ним прощание, добавляю: — А ты чего звонишь? Светка бросила?
— Да нет, то есть да, но я не поэтому звоню.
Ой, да неужели?
— Ну, говори, только быстрее, у меня дела.
— Тут такое дело. Я устроился в одну кофейню, и мне нужен напарник, вот я и подумал о тебе.
— Вообще-то у меня есть работа! — выдаю я гордо, но потом закусываю губу. Ну да, работа в фирме Богдана. Меня еще туда даже не оформили и теперь вряд ли вообще оформят.
— А, ну ладно…
— Хорошо, я приду посмотрю. Говори адрес!
Ваня, обрадованный моим согласием, диктует место нахождения кофейни и кладет трубку. Я же оглядываю себя и чуть не плачу.
И в чем же мне ехать? Все мои вещи остались в квартире Богдана…
— Лиль, можно одолжить твой сарафан? Я верну! — звоню я подруге, и та смеется:
— Нет, иди в трусах! Конечно, можно, что за вопросы! А куда ты, кстати?
— Ваня предложил встретиться, — тяну я неуверенно.
— Таня, никакого сарафана, слышишь? Я не дам тебе к этому идиоту даже драный носок! — заявляет Лиля, а улыбаюсь.
— Да я не к нему. Он нашел мне работу. Пойду посмотрю, что там…
— Точно? — подозрительно переспрашивает Лиля.
— Ну конечно!
— Тогда ладно. Расскажешь потом, как прошло.
— Обязательно. Спасибо!
Я кладу трубку и бегу к шкафу.
Немного порывшись, нахожу голубой сарафан до колен и быстренько надеваю его на себя.
Накидываю сверху пиджак Макара, который удивительно хорошо сочетается с образом, и хмыкаю.
Вот уж магия дорогих вещей. С чем ни наденешь — все выглядит шикарно.
Хватаю сумочку и выхожу на улицу. Спускаюсь в метро и еду до нужной станции. В дороге мне несколько раз звонит Богдан, но я решаю не брать трубку.
Не хочется выслушивать от него гадости. А другого он ничего мне не скажет.
— О, привет! Не верил, что ты приедешь! — приветствует меня Ваня, выходя из-за барной стойки.
На нем темно-зеленый передник и черная футболка поло. Немного замученный вид, но в целом ничего нового.
— А я вот взяла и пришла. Привет, — говорю я, оглядываясь по сторонам.
Ну ничего так. Маленькая кофейня на пять столиков, но все же уютная.
— Нравится? — спрашивает Ваня, а я неопределённо пожимаю плечами.
— Ну, неплохо. Только не понимаю, зачем тебе помощник? Тут ведь и тебе работы нет.
Учитывая всего одного посетителя, скромно потягивающего эспрессо за угловым столиком, Ване тут самому нечего делать.
Парень хитро щурится, а потом задирает нос.
— Потому что хозяин не может сам подавать кофе!
— Хозяин?! — крякаю я, не веря словам парня. — Ты как это? Так это твоя кофейня?!
— Ну да! — кивает он, а я от шока сажусь на стул.
— Не могу поверить! И как? Как идут дела?
— Ты знаешь, пока неплохо. Но мне нужна помощница. Я вот сразу подумал о тебе, — пожимает плечами он.
— Хм… Даже не знаю… — тяну я, а Ваня быстро добавляет:
— Зарплата будет на уровне, не переживай. Да и работа, знакомая тебе. Буду отпускать на пары.
— Звучит и правда заманчиво, — улыбаюсь я, и парень расплывается в ответной улыбке.
— Так ты согласна? — с надеждой спрашивает Ваня.
Я уже открываю рот, чтобы ответить, но меня перебивает хлопок двери и до боли знакомый голос:
— Нет, она не согласна!
***
— Богдан? — выдыхаю я. — Что ты здесь делаешь?
Мужчина лишь на мгновение задерживает на мне взгляд, а потом сосредотачивается на побледневшем Ване.
— Вы к-кто? — спрашивает тот.
— Я ее жених! — строго отвечает Соболев и добавляет: — И я говорю, что Таня не будет здесь работать!
— А это я сама решу, буду ли я тут работать! Да и не жених ты мне! Я не давала согласия. И кольца на пальце у меня нет! — выкрикиваю я, складывая руки на груди.
Богдан хитро щурится, а потом медленно опускается на одно колено.
— Таня, выходи за меня замуж?
Он достает маленькую коробочку из кармана и открывает ее. С испугом рассматриваю невероятно красивое кольцо и прикрываю рот рукой.
Ваня же издает какой-то странный писк, но я не могу посмотреть на него. Все мое внимание сосредоточено на Соболеве.
— Таня? — переспрашивает он, а я все не могу обрести дар речи.
Это какой-то прикол? Сначала он мне говорит все те обидные вещи, которые прозвучали вчера, а сегодня уже стоит на одном колене?
В жизни не поверю, что Богдан влюбился. А вот в то, что ему что-то от меня надо, — запросто.
Вот только что нужно такому, как Соболев, от меня, простой студентки с больным отцом?
— Богдан, прекращай цирк, – шиплю я, замечая, как в кофейню заходят посетители.
— Я не встану, пока ты не ответишь!
— Тебе не понравится мой ответ! Вставай!
Я тяну мужчину за локоть, и тот нехотя встает.
— Таня, мне нужно знать твой ответ! Прямо сейчас!
— А ничего больше тебе не нужно? — прищуриваюсь я, отводя Соболева в сторону.
— Например?
Мы оба смотрим в сторону Вани, который принимает заказ, и я понижаю голос то шепота:
— Например, извиниться! Не хочешь?
— А кольцо не выглядит как извинение? — поднимает одну бровь Богдан.
— Оно выглядит как издевательство, — шиплю я.
— Ладно, поехали, поговорим!
Я смотрю на мужчину, сомневаясь, что мне оно надо.
— Пожалуйста, Таня, я всю ночь не спал, думал о том, как тебя обидел! Дай мне шанс исправиться!
Наконец я вижу в глазах мужчины подобие раскаяния.
— Ладно, пошли, — вздыхаю я и топаю к выходу.
Ваня ставит свежесваренный кофе перед посетителем и оглядывается на меня.
— Ты уходишь?
— Ну… — тяну я.
— То есть мое предложение не подходит? — грустно спрашивает парень, а я закусываю губу и отвечаю:
— Извини!
Вижу ухмылку на лице Богдана и толкаю его в бок локтем.
— А ты не радуйся! Твое предложение я тоже пока не приняла!
Мы выходим на улицу и садимся в машину к Богдану.
— Таня, извини меня! Но ты должна понять, я просто не ожидал того, что ты вычудила! — начинает мужчина, а я хмыкаю.
Ну да, не ожидал. Я сама не ожидала!
— Скажи, зачем ты это сделала?
Я поворачиваюсь к Соболеву и хмурюсь.
— Если бы ты сказал, зачем я тебе нужна, то, возможно, и я бы вела себя нормально, а так…
— Я же ответил!
— Что? Влюблен в меня? Не смеши!
Богдан становится совершенно серьезным.
— Да! Стал бы я все это делать для той, которая мне не нужна!
Я снова хмыкаю и отворачиваюсь к окну.
— Так я ж и не говорю, что не нужна! Еще как нужна, вот только не потому, что ты влюблен!
— Ладно, что ты хочешь? Я все сделаю, но докажу, что ты не права!
Резко поворачиваю голову к мужчине и киваю.
— Хорошо! Расскажи про бывшую!
Вижу, как мрачнеет лицо Богдана, но он кивает.
— Ладно, но там нечего рассказывать. Она ушла…
— Почему? — тихо спрашиваю я.
Я вижу, что эта тема неприятна Богдану, но если он так закрывается от меня, то как я могу ему верить?
— Я же рассказывал тебе, что постоянно в работе. Мне нужно было соответствовать ожиданиям родителей. Да и выбрал я ее не сам, а по совету матери. Вся моя жизнь была распланирована родителями. Отец решал все о моей карьере, начиная со школьной скамьи, а мать устраивала личную жизнь.
— Но у тебя была только одна девушка?
— Да, как видишь, если отца я еще кое-как слушал, но личную жизнь решил пока оставить… Макар вовремя уехал. Правда, его отъезд повлек для меня еще большую ответственность.
— Понимаю… — тяну я задумчиво.
— Родители с удвоенной силой насели на меня! А когда от меня ушла девушка, мама вообще не разговаривала со мной месяц, говоря, что я профукал отличную партию!
Хмыкаю, вспоминая то, как на меня вчера смотрела Анна Валерьевна.
— Теперь ты понимаешь, что сделала?
— Извини… — тяну я. — Нужно было рассказать об этом до встречи с семьей…
— Да нет же! Я не сержусь! Наоборот!
Богдан берет мои ладони в свои и с жаром шепчет:
— Вчера я, наконец, понял, что свободен! Ты показала мне эту свободу! Я боялся не оправдать надежд семьи, носился с этим доверием как с хрустальной вазой, но вчера ты разбила все вдребезги, и я понял, что не хочу больше бороться за первенство! Меня либо принимают таким, какой я есть, и мой выбор, соответственно, тоже, либо я ухожу! И поверь, мама примет теперь тебя даже голую и с гнездом на голове!
— Правда? — спрашиваю я тихо. — Если честно, я не хотела портить тебе все…
— Ты и не испортила, Таня! Ты дала мне понять за один вечер то, что я не могу сообразить за всю свою жизнь!
— Но она теперь и видеть меня не захочет! — тяну я.
— Глупости!
Богдан достает кольцо и аккуратно надевает его мне на палец.
— Поехали к ней – и сама убедишься!
— Что? Прямо сейчас? — взвизгиваю я, а Соболев довольно усмехается.
— Неужели Татьяна боится? Куда же делась та вчерашняя смелая девушка, которая пила коллекционное вино как компот?
Мужчина усмехается, а я вздыхаю.
— Ладно, поехали…
Глава 13
Сама не знаю, зачем я согласилась ехать с Богданом. Неужели мне было мало унижений вчера? Нужно закрепить?
Но что-то в глазах мужчины не дало мне усомниться в том, что я ему небезразлична. Он так смотрел, словно я и правда ему интересна. Раньше я такого в его взгляде не замечала.
Опускаю взгляд на кольцо, которое идеально село на безымянный пальчик, и поглаживаю холодный металл. Камень, отливающий голубоватым, кажется мне невероятно прекрасным.
— Нравится? — спрашивает Богдан, заметив мой интерес, а я пожимаю плечами.
Не говорить же ему, что я просто в восторге.
— Откуда ты узнал мой размер?
— Таня, я у меня глазомер хороший, только и всего, — усмехается мужчина, а я прищуриваюсь.
— А откуда знал, где я сегодняшним утром? Как нашел меня? — интересуюсь я, подозревая неладное.
Богдан хмыкает, но молчит, а я не выдерживаю:
— Соболев, мы же договорились! Говори правду, иначе я выйду прямо здесь!
Мужчина бросает взгляд на спидометр, сомневаясь в сказанном, а потом переводит его на меня.
— Зная тебя, уверен, ты и вправду выйдешь! Поэтому лучше сказать, — хмыкает он, а я киваю.
— Я следил!
— Ну приплыли! — выдаю я. — Так ты теперь в сталкеры заделался?
— Таня, не начинай! Я сказал правду! Тем более я тебе звонил, а ты не брала! Что я, по-твоему, должен был делать?
— Оставить меня в покое? — предлагаю я, а мужчина качает головой.
— Ты бы сама этого хотела? — спрашивает вдруг Богдан, сверкнув на меня серьезным взглядом.
И столько в его глазах тоски проблеснуло, что я даже растерялась.
Неужели я правда ему нужна?
— Нет, не хотела бы…
Кажется, мужчина все это время даже не дышал. Он шумно выдыхает и сверкает в мою сторону белозубой улыбкой.
— Ну вот видишь! Так что все не зря!
— Только мне неудобно перед твоей мамой, я такое устроила, вдруг она меня даже на порог не пустит? — спрашиваю я, закусив губу.
Нет, я не то чтобы жалею, что так сделала, но все же второй раз ехать туда нет никакого желания.
— Если она не пустит тебя, то и я уйду. И можешь мне поверить, мама так не поступит.
— Ну ладно… — вздыхаю я, хотя до конца не верю в слова Богдана. — Кстати, как там Агнесс?
— Ну, как только ты ушла, все остальные тоже потеряли интерес к происходящему и отчалили домой. Агнесс, кстати, спрашивала о тебе. Это же она надоумила меня бежать за тобой! Правда, я тебя так и не нашел. Куда ты пропала?
— Такси вызвала, а до тех пор пряталась в кустах, — отвечаю я беззаботно.
— Бог мой, вот это девушка! — присвистывает Богдан. — Практически обнаженная, красивая, немного пьяная, пряталась в кустах в ожидании такси! Таня, какие еще сюрпризы ты в себе скрываешь?
Я качаю головой, понимая, что вопрос риторический, и отворачиваюсь к окну.