Наследник для империи. Женюсь на первой встречной

Мы уже подъезжаем к дому родителей Соболева. Он заезжает в ворота и останавливает машину, а я будто прирастаю к месту.

— Пошли, не бойся! Или тебе принести еще вина для храбрости? — усмехается Богдан, а я толкаю его локтем в бок.

— Ха-ха! Как смешно!

Выхожу из машины, и мужчина тут же берет меня под руку.

Мы шагаем к дому, и я все больше чувствую накатывающий страх.

— Добрый день, Богдан Андреевич и… Татьяна! — приветствует нас домработница.

— И тебе здравствуй, Варвара, — кивает Богдан. — Мама дома?

— Да, только недавно спустилась.

— А чего так?

— Нехорошо себя чувствовала после… вчерашнего. Голова болела, — отвечает Варвара, бросая косой взгляд в мою сторону.

Еле сдерживаюсь, чтобы не показать ей язык. Вместо этого широко улыбаюсь и сжимаю крепче руку Богдана.

— Тогда мы к ней!

Мужчина ведет в меня в гостиную, где на изящном диванчике сидит его мама. Элегантная и собранная, как всегда. Прямо настоящая леди.

Быстро оглядываю свой простенький сарафан, но уже не стесняюсь. Гордо вскидываю подбородок, всем своим видом показывая, что я тоже человек. Да, бедная, без должного образования и манер, но живой человек!

— Привет, мама! — громко говорит Богдан. — Мы в гости. Нужно поговорить, так сказать, неофициально.

— Здравствуйте, Анна Валерьевна, — тихо говорю я, и женщина кивает в ответ.

— Доброе утро, дети. Рада вас видеть. Садитесь. Сейчас Варвара подаст чай.

Судя по ее лицу, не так-то и рада она нас видеть, но что поделать, манеры берут верх над недовольством.

Богдан садится на диван и откидывается на спинку, приобнимая меня за талию.

— Мама, я хотел сказать, что Таня приняла мое предложение сегодня утром. И мы заехали сказать тебе об этом. Хотел, чтобы ты первая узнала.

— Что ж, ты уверен? — спрашивает она, даже не глядя в мою сторону. Словно меня совершенно нет в комнате.

— Да, я уверен. И поверь, ты тоже будешь рада.

— Я в этом сомневаюсь… — тихо роняет Анна Валерьевна, но Богдан тут же становится серьезным.

— Мама, я сказал, что Таня – моя невеста, и все! Если мы тебя поставили в известность, это еще не значит, что от тебя зависит мое решение!

В голосе Соболева звучит такая сталь, что у меня по коже бегут мурашки.

— Хорошо, я тебя услышала, сын. Я постараюсь принять ситуацию. Но вот Миланка подходила тебе гораздо больше… — тянет женщина, и Богдан вскипает.

— Мама, если я еще раз услышу что-то подобное, я расценю это как неуважение к моему выбору, и ты меня здесь больше не увидишь. Хочешь, чтобы я уехал, как Макар?

По лицу Анны Валерьевны пробегает судорога, и я понимаю, что Соболев сейчас задел ее болевую точку.

— Нет, сынок, не хочу. Конечно, я принимаю твой выбор! И Таню… Добро пожаловать в семью!

Она несмело улыбается и кивает, а мне становится ее даже немного жаль.

Богдан только с виду добрый. Оказывается, он умеет быть очень жестким.

***

Мы уезжаем домой уже под вечер. Поговорив с мамой Богдана в нормальной, спокойной обстановке, я замечаю, что она не так уж ненавидит меня.

— Ну что, все не так страшно, как казалось? — спрашивает Богдан, открывая дверь квартиры.

— Да, ты был прав. Вот только мне все равно кажется, что она меня не примет…

— Не переживай об этом! — успокаивающе тянет мужчина. — Любая мать ревностно бережет сыновей. Моя еще довольно спокойно тебя приняла.

Я киваю и скидываю обувь. Зайдя внутрь, решаю долго не задерживаться и пойти спать. Я так и не встретилась с отцом. А завтра нужно будет на работу…

— Спокойной ночи, Богдан! — говорю я мужчине и иду наверх, но тот хватает меня за руку.

— Ты куда?

— Так спать… — хмыкаю я, не понимая, к чему клонит Богдан.

— А как же я? Мы не отметим наше примирение? — спрашивает он, с грустью глядя мне в глаза.

Я закусываю губу, замирая на месте.

— Вообще-то мне завтра рано вставать…

— Мне тоже! — бодро сообщает мужчина.

— Но…

Смотрю в глаза Богдану и сомневаюсь. Он так много сделал для меня, разве я не могу провести с ним вечер? Мы же вроде как пара.

Но дело не в том, что я не хочу, просто рядом с Соболевым мне страшно. Его присутствие будоражит. А я даже не понимаю, что со мной происходит.

Такое впечатление, что он мне… Нравится?

— Таня, соглашайся! — нежно шепчет мужчина, поглаживая мою руку.

— Ладно, только недолго, — киваю я, слегка улыбнувшись.

— Отлично! Иди пока переоденься, прими душ, если хочешь, а потом спускайся, покажу тебе кое-что.

Я прищуриваюсь, раздумывая, что же такое хочет показать мне мужчина, и быстро иду наверх.

Приняв душ, я переодеваюсь в простые шорты и футболку.

Да, не сильно нарядно, но зато удобно. Вроде мы никуда не собираемся, а дома и так сойдет.

Заглянув в зеркало, я вижу Таню, которую не совсем узнаю: глаза горят, щеки разрумянились. Такое впечатление, что я иду на свидание с любимым. Даже с Ваней я так не выглядела.

Неужели мне и правда нравится Богдан?

Тихонько спускаюсь на первый этаж и вижу его.

Мужчина сидит спиной ко мне и что-то нарезает на кухонном столе.

— Я готова! — звонко сообщаю я ему, а у самой все колотится в груди.

Богдан оборачивается, хитро поглядывая на меня, а потом встает.

— Держи! Я возьму вино.

Он дает мне деревянное блюдо с нарезкой, а сам подхватывает бутылку вина и два бокала.

— Куда мы? — интересуюсь я, не отводя взгляда от прекрасных глаз.

Боже, какой же он красивый. Особенно сейчас. Одетый в простую футболку и льняные свободные штаны.

— Посмотришь! — хитро улыбается Богдан и ведет меня наверх, в свою спальню.

— Э, нет! Мы так не договаривались! — хмыкаю я и останавливаюсь прямо перед дверью.

— Погоди, не делай поспешных выводов, Таня! — закатывает глаза мужчина и толкает ногой дверь комнаты.

Я захожу внутрь и удивляюсь размерам. Очень большая, уютная, в выдержанных серо-коричневых оттенках.

Посреди большая кровать с темным постельным бельем, аккуратно заправленным под бархатное покрывало, по бокам от кровати маленькие тумбочки. Картины, огромный телевизор во всю стену, и, собственно, все.

Минималистично, однако.

— Мы будем смотреть фильм? — предполагаю я уныло, но Богдан только качает головой и подходит к окну.

Перехватив вино и бокалы в одну руку, мужчина толкает дверь балкона и тянет меня следом.

Я выхожу и просто млею от красоты вокруг.

Мы так высоко, а под нами весь город. Немного страшно, но захватывает дух.

Тут же стоят небольшой столик и два плетеных кресла с разноцветными подушками на них.

— Присаживайся! — предлагает Богдан.

Я киваю и, поставив нарезку на стол, усаживаюсь в кресло.

Лицо обдувает приятным свежим ветерком летнего вечера, а в душе рождается что-то похожее на безграничное счастье.

Как хорошо!

Богдан наливает мне вино и дает бокал.

Когда я беру его, наши пальцы соприкасаются, и по коже тут же бегут электрические разряды.

Может, и не очень хорошая идея была пойти с Богданом. Если у меня на него такая реакция, что я буквально не могу с ней совладать, то что будет, выпей я немного вина в такой романтической обстановке?

Оглянувшись назад, я понимаю, что до кровати Богдана всего ничего. От этой мысли по коже бегут мурашки, а внизу живота становится жарко и немного щекотно.

— Давай за то, что ты меня простила и дала еще один шанс! — отвлекает меня от мыслей тихий голос Богдана.

Я киваю и приподнимаю бокал, а сама поглядываю на мужчину. Он тоже не отводит от меня взгляда.

Такой расслабленный, невероятно красивый, притягательный, что я не удерживаюсь от вопроса:

— Богдан, скажи, только честно, зачем тебе я?

— В каком смысле? — хмурится мужчина.

— Ты можешь заполучить любую! Самую красивую и умную! С богатыми родителями и без проблем, но здесь сижу я. Почему?

Богдан прищуривается и отводит взгляд. Он задумчиво смотрит вдаль, а потом кивает.

— Я скажу, Таня.

Поддаюсь вперед, чтобы лучше слышать. Даже ставлю бокал на столик, чтобы не мешал. Мне кажется, что сейчас Богдан скажет всю правду…

— Таня, только обещай не сердиться и по возможности дослушать до конца? — Он берет мою руку в свою и с нежностью поглаживает пальцы.

— Да, я постараюсь… — вздыхаю я.

Ну что ж, кажется, пришло время признания…