- -
- 100%
- +
Пролог
— Я упала в тарелки с супом, перевернула на вас остатки чужой еды, наорала на управляющего, а вы предлагаете мне стать вашей невестой? — шмыгнув носом, тяну я.
— Именно! — кивает мужчина за водительским сиденьем, ухмыляясь, как Чеширский Кот.
— Но я же ходячая катастрофа! От меня одни пробле-е-емы… — снова начинаю всхлипывать я, а мужчина спокойно выдергивает из упаковки очередную салфетку.
— На, вытри сопли. Именно такая мне и нужна!
— Какая такая? Сопливая?
— Нет, настоящая! Без кучи силикона в зад… везде.
— Но зачем? — Поднимаю заплаканные глаза на красавчика.
Ну где он, а где я? У него одна пуговица костюма стоит больше всех моих вещей, включая даже те, что лежали дома.
— Это неважно! Мне нужна невеста — фиктивная, естественно, а тебе нужна работа. Так вот, считай, я принимаю тебя на работу. Согласна?
Глава 1
Катя
Столица встречает меня пасмурной, неприветливой погодой. Давно я здесь не была. Только однажды, когда приехали с бабушкой на обследование. Но тогда увидела лишь коридоры больниц, да и только, хотя уже на тот момент меня, десятилетнюю девочку, удивили масштабы города. По сравнению с нашей деревенькой это ж просто необъятная территория.
Я выхожу на многолюдном перроне, подгоняемая толпой спешащих людей. Они толкаются и отпускают недовольные комментарии в мою сторону, но мне все равно. Я с открытым ртом смотрю по сторонам и теснее прижимаю к себе потрепанную сумочку — единственную красивую вещь в моем гардеробе.
Мне немного страшно. Большие города меня пугают, и я бы никогда не уехала из своей деревни, но полгода назад моей бабушки не стало. Погоревав, я все же решила, что делать мне там нечего. Нужно получать образование, устраиваться на хорошую работу, а не сидеть за старым прилавком местного магазина. Мне-то всего девятнадцать, вся жизнь впереди. Да и видеть каждый день безмолвный дом и двор, где еще недавно ходила бабушка, просто нет сил.
Иду к остановке, подтягивая тяжелую спортивную сумку. По пути нахожу ларек, где покупаю газету, и, усевшись на лавочке, открываю ее. Бегло просмотрев варианты съёмного жилья, я вздыхаю. В моем кошельке сумма, едва покрывающая месячную плату. Если я вселюсь хоть в одну из предложенных комнат, мне просто не на что будет есть. Грустно смотрю на людей, которые куда-то спешат, и думаю, где найти хотя бы ночлег, а там уже устроилась бы на любую работу, может быть, даже с каморкой, где можно будет жить. Я согласна на все варианты, только бы не возвращаться домой ни с чем.
— Эй, красавицэ, подвезти? — обращается ко мне из окна машины представитель армянской наружности.
Мотаю головой и молча отворачиваюсь, но тот не сдаётся. Выходит из старенькой девятки и подсаживается ко мне.
— Чэго грустный такая? Потэрялась? Или мамка с папкой выгнали? Молодая-то совсем!
— Нет у меня ни мамки, ни папки. Не местная я! — бурчу в ответ.
— О, бэдный девочка. Так что, работу, можэт, ищэшь?
— Да, работа нужна! — оживляюсь я.
— Ох, молодая ты и красивый, словно пэрсик! Садись, у меня друг как раз ищет себе дэвочку на побэгушках!
Я настораживаюсь. Знаю я все эти истории про рабство. Сейчас завезет куда-то, паспорт отберет, а меня и искать никто не будет! Тем более я уже ляпнула, что у меня нет никого!
— Не поеду! — Мотаю головой и ищу взглядом того, к кому можно обратиться, если что, за помощью. Но, как назло, всех стоящих на той же остановке забрал отъезжающий автобус.
— Да ты не бойсэ, я же хороший! — улыбается мужик, а я киваю. Знаю я таких хороших.
— Так что, нэ хочешь? Гордый слишком для официантки, да? Ну с такой внэшностью грех подносы таскать. Всего лишь помочь хотэл. Рустем не обижает маленьких девочэк.
Он встает и уходит к машине, а я резко подрываюсь.
— Так вам официантка нужна? — восклицаю я.
Это ж мой шанс, а я уж подумала, что он ищет прости…
— Ну конэшно, я ж так и сказал: дэвушка на побегушках!
— Я согласна! — Подбегаю к нему и, запинаясь, лечу прямо к ногам мужчины.
— О, да с такой походкой ты там всю посуду перебьешь!
— Не перебью! Возьмите! — кряхчу я, быстро поднимаясь.
Да, я вечно попадаю в какие-то неприятности из-за своей неуклюжести, но что уж поделать. Бабушка часто говорила, что мне нужно меньше мечтать, а больше смотреть под ноги. Но мне этот совет мало помогал.
— Ну что жэ, поехали, красавицэ!
Я сажусь в машину к Рустаму, закинув сумку на заднее сиденье, и мы выезжаем на дорогу. Вокруг проносятся машины, огромные высотки и красивые здания. Открыв рот, я наблюдаю за этим великолепием, даже забыв о присутствии мужчины.
— Ты откуда, красавицэ?
— Из Сороково. Деревня такая на юге страны.
— А, Сороково! — оживляется Рустем и тут же добавляет: — Никогда не слышал.
Дальше мы едем в тишине, но я уже не могу сосредоточиться на городе. Мне немного волнительно, куда же везет меня мужчина.
— А где я буду работать? Это какое-то кафе?
Я представила себе шашлычную на окраине города, но, к моему удивлению, мы едем все ближе и ближе к центру.
— Кафэ? Ох, ну ты и скажешь! Мой братэльник работает в шикарном заведении. Такие ты, наверное, видэль только на картинках. Ресторан «Консуэлло» — слышала о таком?
— Нет, никогда, — мотаю головой, — но разве туда берут с улицы? — удивляюсь я.
— Нэт, но я добрый, говорил же, перетру это все с брательником. Он там не последний человэк.
— Владелец? — поднимаю брови, а мужчина заходится хохотом.
— Нэт, красавица! Управляющий главный залом! — Рустем поднимает указательный палец вверх, словно доказывая мне высокое рабочее положение его брата.
Дальше мы снова едем в тишине, пока не выезжаем на огромную площадку, по кругу которой растут небольшие ели, а в центре возвышается настоящий замок.
— Это что? Театр? — восхищенно тяну я, выходя из машины.
— О, красавицэ, ты совершенно дикая. Это рэсторан, о котором я тебе говорил. Ну?
— Не может быть! — шепчу я, оглядывая здание. Но вдруг вижу огромные буквы «Консуэлло» под самой крышей и киваю сама себе. Надо же!
Высотой в три этажа и шириной в сотню метров, оно напоминает восьмое чудо, шедевр архитектуры. Прав Рустем: я такие видела только на картинках или в журналах нашей старенькой парикмахерской, где работала моя подруга Светка.
— Ты проходи, не стой на пороге, — подгоняет меня мужчина, и я тороплюсь схватить свою сумку и пройти за ним.
Мы поднимаемся на второй этаж по широкой мраморной лестнице, не снимая верхней одежды. Н я все же стягиваю курточку под косым взглядом Рустема. Может, я что-то не так делаю, но пусть скажет спасибо, что я не стала снимать обувь, а ведь мне невообразимо сильно хочется разуться, чтобы, не дай бог, не запачкать полы.
Завернув за угол сразу после лестницы, мы попадаем в затемненный коридор с кучей дверей по обе руки и спустя несколько метров — в один из кабинетов.
Рустем заходит первый, а я семеню за ним, тихо прикрыв дверь. Мужчина распахивает объятия и идет к другому мужчине за широким письменным столом.
— Абрам, как дэла?
— Какие люди, Рустем! Все хорошо! Сам как?
— Все так же, таксую потэхоньку. Вот, слышал, тибэ нужна новая официантка.
— Нужна, но ты ж знаешь, возраст, внешность… все должно быть на уровне. Нинка твоя не подойдет.
— Да какая Нинка, да? Я свой цвэточек тибэ не отдам. Вот, привез тебе девочку!
Рустем подпихивает меня вперед, а я спотыкаюсь о край ковра и тут же заваливаюсь на пол.
— Ты не переживай, она так и со мной здоровалась! — смеется Рустем, а я краснею.
— Здравствуйте. Я Катя, — говорю я тихо, поднявшись с пола.
— Катя, значит, — хмыкает в широкую бороду Абрам. — И ты, Катя, хочешь быть официанткой?
— Да, — киваю.
— Ну что ж, разговаривайтэ, а я работать, — прощается Рустем и уходит, оставляя меня один на один с Абрамом.
Тот медленно приближается и обходит меня по кругу, хмыкая в усы.
— Что ж, молодая, красивая. Отмыть, приодеть — и можно выпускать, но вот что делать с тем, что ты не умеешь ходить? Наши девочки лавируют между столиками, аки бабочки. Порхают, понимаешь? А не заваливаются гостям в ноги.
— Я понимаю, я умею ходить, просто случайно как-то вышло…
— Случайно, говоришь… Я отвечаю за укомплектованность штата, и если ты что-то натворишь, то отвечать придётся мне.
— Я понимаю…
— А у нас простых посетителей не бывает, как понимаешь. Тут одно неверное слово, перевернутый стакан или нерасправленная салфетка — и все, репутация ресторана под ударом, ясно?
— Да! Но, господин Абрам…
— Викентьевич.
— Да, Абрам Викентьевич. Я очень старательна и исполнительна. Я все смогу! Только не выгоняйте! Мне негде жить, некуда пойти. Я все сделаю, как вы скажете!
— Прям все? — поднимает брови мужчина, а я киваю.
— Да, я на все готова, только возьмите на работу!
Я понимаю, что такой шанс выпадает раз на миллион. Мне нужно хвататься за эту работу любыми способами! Иначе придется возвращаться домой в деревню, где каждый обсудит и обсмеется неудачницу Катьку.
— На все готова? — хитро и как-то неприятно усмехается Абрам, а я тут же жалею о сказанном. Вдруг подумает, что я согласна прям совсем на все?
— Что ж, посмотрим, на что ты способна, Екатерина. Завтра приступаешь к работе. На третьем этаже есть гостевые комнаты, можешь одну оборудовать себе как спальню. На первое время, конечно, потом придётся подыскать себе что-то другое. У нас тут не приют всех нищих и обездоленных.
— Да, хорошо, — киваю.
— Ну а вообще, если будешь хорошо трудиться, то рассмотрим варианты и получше. Я много в чем могу помочь, не последний человек. Понимаешь, о чем я?
Мужчина кладет руку на мою талию, а я отскакиваю как ужаленная.
— Спасибо! Я вам очень благодарна!
Вижу, что Абраму не понравилась моя реакция, но он постарался не подать виду.
— Пошли, Катя. Расскажу, как тут все происходит.
Абрам проводит меня в обещанную комнату, где я нахожу старую кровать и стул, на который бросаю свои вещи. Я получаю ключ от своего нового жилища, и мы спускаемся в зал и проходим на кухню. По пути я слышу кучу наставлений и советов. От вида одежды, ногтей и прически до манеры разговаривать и вести себя.
На кухне Абрам знакомит меня с остальным персоналом и, поручив им мое дальнейшее обучение, уходит к себе.
— Значит, ты новенькая? — неприятно ухмыляется незнакомая девушка, тоже официантка.
— Да, — коротко киваю я.
— Где тебя вообще откопали? Абрам совершенно обезумел, что ли? Да тебя же выпускать в зал нельзя.
— Почему? — вспыхиваю я от такой откровенной наглости.
— Ты себя в зеркало видела? — поднимает брови вторая.
Да, они обе очень красивые и аккуратные. Даже униформа официанток их не портит. Хоть сейчас на подиум выпускай. Ну а я что? Пока у меня нет возможности тоже так выглядеть.
— Видела! Но раз взяли, значит, все хорошо, — гордо отвечаю я.
— Да уж, после того, как Вика сбежала, Абрам готов был взять хоть черта!
— Я бы попросила! — гневно сверкаю на них глазами, и тут появляется еще одна женщина.
Одета она в строгий деловой костюм, а выражение лица не уступает по серьезности внешнему виду.
— Хватит! Что вы тут устроили? У нас ресторан или придорожное кафе? Ну-ка, быстро к работе!
Девушки вскакивают и уносятся в неизвестном направлении, напоследок окинув меня ледяными взглядами. Неизвестная делает вид, что не заметила этого, и поворачивается ко мне.
— Кто такая?
— Новенькая. Меня Абрам Викентьевич нанял сегодня.
— Ясно, — коротко кивает она. — Что ж, новенькая, меня зовут Алиса Сергеевна, я старший администратор и твой непосредственный начальник. Как тебя зовут?
— Екатерина, — совсем скисаю я под ее строгим видом.
— Значит, так, Екатерина. Девочки правы, такую тебя выпускать в зал нельзя. Пошли, найдем тебе одежду. Я лично проинструктирую тебя насчет прически и правил поведения, а потом посмотрим, что из этого получится, если вообще что-то получится.
Глава 2
Рома
— Роман Данилович, к вам дедуш… — раздается из динамика голос секретарши, но ее тут же ее перебивает знакомое мужское бурчание:
— Какой я тебе дедушка? Я Сергей Анатольевич, акционер данной фирмы и ее основатель! Понабрали… — Звонок разрывается, а я откидываюсь на спинку кресла в ожидании своего венценосного родственника — любимого дедушки.
Тот вносится в кабинет, словно не ему скоро стукнет восемьдесят. Вечно собранный и с недовольным лицом, он родитель и основатель строительной фирмы «ЛаншСтрой», директором и вторым акционером которой являюсь я — его внук.
— Я думал, ты греешь косточки в Испании, — поднимаю брови я, а тот пренебрежительно машет мне рукой и плюхается в кресло напротив.
— Если бы я отдыхал, ты бы тут не сидел.
Ну да, никогда не забывает напомнить мне о моем положении. Но я вот уже десять лет успешно руковожу целой фирмой со штатом людей в три тысячи, а он никак не может отпустить свое детище.
— Что привело? Или погода была плохая? — Усмехаюсь я.
— Ты давай не ерничай. Я пришел проверить, как тут все, — бурчит тот явно не в настроении. Что за муха его укусила?
Дед осматривает кабинет, словно ищет, до чего докопаться, потом переводит взгляд на меня и кривится, будто съел лимон.
— Ромка, ну ты бы хоть в зеркало смотрел! — Мужчина встает и подходит ко мне. Стряхнув невидимую пылинку с моего пиджака, он удовлетворенно садится обратно. — Неаккуратность — это потеря клиентов. Я тебе сколько раз говорил. Как ты можешь владеть фирмой, если даже за одеждой не следишь?
— Дед, что с тобой? Суставы ноют? — добродушно спрашиваю я, но тот отмахивается.
— Сердце болит! Жениться тебе надо, Рома!
Я закатываю глаза:
— Ну началось!
— Не началось, а продолжается! Жену тебе нужно, чтобы следила за твоими рубашками, любила тебя, ждала дома, готовила обед и рожала детей.
— Готовила детей и рожала обед? — передразниваю я со смешком, но потом серьезно добавляю: — У меня есть девушка, ты же знаешь.
— Эта блондинка с ногами от ушей? — восклицает дед. — Да у нее же на уме одни тряпки. Такая точно тебе не будет верным помощником. Она же насквозь фальшивая!
— Не выдумывай. Милана — отличный человек. Она приятный собеседник и…
— Прияфный собесефник… — передразнивает меня дедушка.
Вот что за человек?
— Прекращай, меня все устраивает. Не всем везет встретить такую любовь, как была у вас с бабушкой.
— Именно! Я же тебе добра хочу!
— Меня все устраивает, — устало отвечаю я. — Сколько можно перетирать эту тему? Ну нет сейчас тех, кому нужна душа, а не деньги. А с Миланой у нас много общих интересов.
— Знаю я ваши общие интересы. Горизонтальной плоскости! — крякает дед.
— Ну и что теперь?
— Пойми, внучок, я же хочу спокойно умереть. Зная, что рядом с тобой достойная пассия, которая умеет любить и ценить именно тебя, а не твой достаток.
— Погоди умирать еще! — смеюсь я, хоть самому не смешно. Я люблю своего дедушку больше всех на свете. Он, именно он поднял меня на ноги. Дал образование, воспитывал. Родители погибли в автокатастрофе, когда мне было всего три, а сестре годик. С тех пор мы жили у бабушки с дедушкой.
Он был строг, но в меру, а бабушка умела сглаживать все острые углы между нами, особенно когда я стал подростком. Сестра меньше бунтовала, и, соответственно, ей меньше доставалось. Сейчас она учится в Испании, откуда, собственно, дедушка и приехал на днях.
— Значит, вот что, Рома, — серьезно заявляет дед, а я подбираюсь. Не люблю такой тон, обычно ничего хорошего я им не слышал. — Через месяц мне восемьдесят, и я планировал отдать все акции фирмы тебе. Пора и отдохнуть старику.
— Да ладно? — Поднимаю брови.
— Не перебивай! — резко отвечает дед. — Так вот, до празднования я хочу, чтобы ты женился.
— Что за бред? — возмущённо восклицаю я.
— Это не бред! — серьезно говорит мужчина. — Женись на Милане, раз считаешь ее достойной парой себе.
— Но если я не хочу?!
— Значит, я прав и Милана тебе вовсе не нужна. Когда мужчина встречает ту самую женщину, у него и в мыслях нет сомнений, и в действиях. Он просто берет и добивается ее любой ценой.
— Как ты бабушку? — хитро спрашиваю я.
Да, история моих стариков всегда приводила меня в восторг. Дед встретил бабушку на улице, когда та шла с другим молодым человеком за ручку. Но он сразу понял, что это та самая. Его даже не волновало наличие парня у той самой девушки. Он приходил к ней под окна, пел песни, задаривал букетами полевых цветов и сирени, но она неизменно отказывала. Тогда он стал ей настоящим другом, зная, что готов быть рядом хоть на каких-то правах. Бабушка же вечно попадала в неприятности. Ее привычка летать в облаках, мечтать и наивно смотреть на мир не только приводила в восторг дедушку, но и доставляла немало хлопот самой бабушке. И вот однажды она поскользнулась и вывихнула ногу, тогда только мой дед позаботился о ней, отдав последние деньги на лечение, но после этого случая бабушка посмотрела на него по-другому. Вот так вот бывает. Не было счастья, да несчастье помогло.
— Да, ты помнишь, как я ее любил… — грустно протянул дед, как и я, выныривая из воспоминаний.
— Помню. И знаю, что такой, как она, я не найду. К чему женитьба? Я не хочу связывать себя узами брака.
Взгляд дедушки тут же становится суровым.
— Если не хочешь, то не видать тебе фирмы как собственных ушей! Я предвидел твой ответ и составил документы, в которых русским по белому написано, что если в течение месяца ты не женишься, то я продам фирму, а деньги отдам в «Гринпис»!
Отчеканив это, он бросает бумаги мне на стол, круто разворачивается на пятках и гордо удаляется из кабинета, оставляя меня в полном замешательстве.
***
Откидываюсь на спинку кресла и вздыхаю.
Вот же влип! Ну что ему эта женитьба? Будто без нее мужчина не полноценный какой-то. Вспоминаю Милану и понимаю, что это не тот человек, с которым я бы хотел провести всю жизнь. Да, с ней интересно. Она смешная и легкая на подъем. Поддержит любую мою идею, если это касается веселья, но жить с ней? Рожать детей?
Даже не знаю…
Взгляд падает на те самые документы, и я понимаю, что дед не шутил. Что ж, нужно жениться. Ведь, как ни крути, фирма — это и мое детище. Я не могу позволить из-за своего нежелания чего-то делать потерять все, чем я жил. У деда уже, может, мозги не соображают, он готов все потерять ради какой-то бредовой идеи, но я не дурак.
Беру мобильный и набираю Милане.
— Привет! — звучит сонный голос в трубке.
Разбудил, что ли? Быстро кидаю взгляд на часы и вижу, что уже три дня.
— Привет, Милан. Как ты? Чем занята? — начинаю разговор я.
— Ох, до утра гуляли с подружками, не могу проснуться вот.
— Надеюсь, до восьми вечера сможешь? — улыбаюсь я в трубку.
— А что такое? Ты что-то запланировал? — оживляется девушка.
«Да, сделать тебе предложение», — мысленно бурчу я, но сам мотаю головой:
— Нет, просто заказал ресторан. Хотел посидеть с тобой, поговорить.
— А, это я всегда за! В восемь буду готова.
— Я заеду, — говорю ей и отключаю звонок.
Что ж, нужно успеть выбрать кольцо и переодеться.
Оглядываю свой костюм и не нахожу на нем ни пылинки. И что деду не нравится? Мои домработницы справляются лучше любой жены, а то, что без любви это делают, так это еще поспорить можно. Они все делают исключительно из любви. К деньгам, которые я им плачу. Нас всех это вполне устраивает.
— Марина, я уезжаю. Отмени все встречи на сегодня. По важным вопросам звони, но только в крайнем случае! — бросаю я секретарше, выходя из кабинета.
— Поняла, — кивает женщина.
— И закажи столик в ресторане сегодня к девяти вечера.
— В каком именно? — переспрашивает Марина.
— Без разницы. Но чтобы презентабельно, ты поняла. Скинь мне координаты смс-кой.
— Будет сделано, — кивает она.
Я спускаюсь на лифте на подземную парковку и, сев в автомобиль, выруливаю на дорогу. Нужно найти ювелирный и купить кольцо.
Ох, не люблю я все эти цацки. Но для Миланы нужно подобрать что-то особенное.
По дороге вижу один из популярных ювелирных магазинов и, не задумываясь, сворачиваю к нему. Припарковавшись, я захожу в большое помещение, выполненное словно из зеркал или хрусталя. Не успеваю проморгаться от изобилия света, как ко мне тут же подбегает консультант.
— Здравствуйте, мистер. Чем я могу вам быть полезен? Серьги, ожерелья, платиновые подвески из новой коллекции…
— Мне нужно кольцо, — перебиваю я его и, хмыкнув, добавляю: — Помолвочное.
— Ах, я понял! Это такое событие! Сейчас подберем! — сверкает, словно начищенный ботинок, консультант и ведет меня к большой витрине с подсветкой. — Посмотрите! Здесь есть варианты на любой вкус: розовое золото, белое, платина…
— Мне нужно самое дорогое, — спокойно отвечаю я. — Дорогое и кричащее. Чтобы видно было на пальце за километр.
Да, именно в этом вся Милана. Скромность и изящность не для нее. Она сама имеет яркую внешность, и аксессуары у нее соответствующие. Простенькое кольцо с россыпью камней, которое сразу же понравилось мне, она бы ни за что не приняла. Поэтому я рассматриваю варианты, показываемые мне консультантом.
— Вот это посмотрите. Какой чудесный цвет бриллианта! Очень редкий, кстати. Второго такого нет на всей Земле.
Смотрю на предложенное кольцо и понимаю, что это то, что нужно.
— Я беру его, — киваю я, и тут же у меня звонит телефон.
— Вам упаковать в коробочку? Или футляр? Может, предпочитаете какой-то цвет?
— Мне без разницы, — отвечаю я и беру трубку.
Звонят с работы, и, пока я решал дела фирмы, мне упаковали украшение. Я расплатился и вышел.
Так, теперь только домой бы успеть!
Вечер наступает слишком быстро. Секретарша скинула адрес ресторана, столик в котором она зарезервировала, и я мчусь к Милане, чтобы успеть к назначенному времени. Терпеть не могу опаздывать. Но девушка вечно с этим перебарщивает.
Я забираю ее, и мы едем в назначенное место, перебросившись парой дежурных фраз. Милана сегодня какая-то растерянная. Или же я вижу то, чего нет, потому что сам на нервах?
Мы подъезжаем к зданию в виде замка. Огромная надпись гласит, что перед нами ресторан «Консуэлло».Что ж, вроде неплохой выбор.
— Проходи, — киваю я Милане и помогаю раздеться в широком вестибюле.
Девушка сегодня надела короткое алое платье и зачесала волосы наверх. Красиво, но слишком… вызывающе, что ли?
Не знаю, временами мне нравится, как она выглядит, но иногда хочется настоящего. Что ж, придется привыкать, раз дед решил устроить мою жизнь.
Мы усаживаемся за столик, и услужливый официант приносит шампанское, пока мы делаем выбор заказа. Играет приятная музыка, и я немного расслабляюсь.
— Мне нужно с тобой поговорить, — вдруг говорит Милана, и я поднимаю брови.
— Ты знаешь, мне тоже.
— Хорошо, тогда ты первый, — кивает она, потупив взгляд.
Что ж, я так и хотел. По правде сказать, мне все равно, что она может сказать. Ничего не изменит моего решения сделать ей предложение. Ведь выбора-то у меня, по сути, и нет.
— Милана, мы с тобой уже давно знакомы, поэтому я хотел узнать… — Я достаю коробочку и ставлю ее перед девушкой, глаза которой округлились, словно два больших блюдца. — Ты станешь моей женой?
Глава 3
Катя
Мне удивительно быстро нашли униформу, подходящую по размеру, и другие аксессуары, чтобы соответствовать дресс-коду. В первое время все шло нормально, но вскоре моя неловкость дала о себе знать.