- -
- 100%
- +
Глава 1
— Вы мне не подходите, до свидания! — бросает пренебрежительно Константин Миронович и упирает взгляд обратно в документы.
— Но почему? Я же прошла собеседование в отделе кадров! — тяну я, чувствуя злость от несправедливости.
— А у меня не прошли! — бросает тот. — Можете быть свободны!
Вздыхаю и шиплю себе под нос:
— Вот же индюк накрахмаленный!
— Что вы сказали? — поднимает брови мужчина, а я прикусываю язык.
Упс. Кажется, он услышал!
Вижу, как наливаются злостью его глаза, и вылетаю из кабинета, не дожидаясь взрыва. От беды подальше.
На выходе сталкиваюсь с девушкой, которая держит на руках младенца, и на секунду замираю.
Она бросает на меня удивленный взгляд и без стука заходит к боссу в кабинет.
Может, жена?
Не став фокусироваться на данной мысли, я несусь к лифту, но вдруг цепляюсь за угол ногой.
— Ай, да что такое? Что за день сегодня? — шиплю я.
Опускаю взгляд и понимаю, что порвала чулки. На мгновение задумываюсь: может, ну его? Пойти так? Лишь бы скорее отсюда убраться, но потом понимаю, что как только выйду — стану посмешищем для всех. А людей здесь много. Фирма-то ого-го! Целая империя, чтоб ее…
Разворачиваюсь и бегу к туалетам.
Быстро стянув с себя рваные капронки, я кидаю их в мусорку и поправляю расплывшийся макияж.
Да, я заплакала.
Пусть этот индюк не надеется увидеть мои слезы. Ни за что не показала бы ему свою слабость там, в кабинете, но тут-то можно.
Слезы будто по заказу катятся по лицу, а я все жалею себя и жалею.
Вот ведь неудачница. Мало того, что со съёмной квартиры выгнали из-за ненормальной соседки, так еще и с работы уволили. И все сразу!
И куда мне теперь идти?
Все немногочисленные вещи я оставила на вокзале, в камере хранения, и пошла по первой попавшейся вакансии. Кто ж знал, что это такая фирма! Думала – так, середнячок.
Вздыхаю и достаю салфетки с сумочки. Вытерев лицо, я намного припудриваюсь и выхожу из туалета.
Даже не знаю, что мне делать теперь…
Работы нет, жилья нет, образование мое никому не нужно… Не возвращаться же в город к тетке? Я и так еле уехала оттуда.
Вечно пьющая тетя заставляла меня работать чуть ли не с десяти лет, чтобы потом пропить все заработанное с дружками. Вырвавшись в столицу, я смогла поступить и получила высшее образование по специальности экономики, да вот незадача… Без опыта работы никуда не берут.
Работала то тут, то там, но везде либо платили копейки, на которые даже продуктов не купишь, либо вообще обманывали по полной.
Вот и сейчас, когда я ушла из очередной забегаловки, где работала бухгалтером на полставки, мне пришлось срочно искать работу. Так надеялась, что сюда возьмут, но…
Мои мысли прерывает громкий детский плач.
Жена Романова уходит?
Иду по коридору к лифту, но что-то меня смущает.
Крик не прекращается, а женского голоса, который успокаивал бы малыша, я совершенно не слышу.
Двери кабинки открываются, но я не захожу внутрь. Что-то внутри меня кричит, чтобы я пошла и проверила. Закусываю губу и вздыхаю.
Была не была! Как бы мне ни хотелось поскорее отсюда уйти, я не могу этого сделать, пока не убежусь, что с малышом все нормально.
Не то чтобы я любила детей, но тот малыш на руках незнакомки был такой милый! Глаза темные, практически черные, в обрамлении густых ресничек, а волосики кудрявые и светлые.
Впервые видела такое невероятное сочетание.
Иду на звук плача и дохожу до кабинета Романова. Оглядываюсь, но девушку не вижу. На столе помощницы босса, который сейчас пустует ввиду того, что последняя его сотрудница сбежала с этой должности, стоит большая коробка для документов, и из нее раздается крик.
Подбегаю, забывая обо всем на свете, и заглядываю внутрь.
О боже! Так и есть! Эта… мамаша оставила своего ребенка прямо тут! Одного!
Снова оглядываюсь по сторонам, но никого не вижу.
Да она сбежала!
Малыш все плачет, а я сомневаюсь, имею ли я право брать его на руки? Или лучше просто взять и свалить?
Смотрю в карие глазки, в которых стоят большие капли слез, и вздыхаю…
Ну кого ты обманываешь, Соня! Ты никогда не бросишь никого в беде! А этого чудного малыша так тем более. Да и ему явно не больше четырех месяцев.
Совсем еще кроха!
Аккуратно вынимаю ребеночка и прижимаю его к себе.
Теплый костюмчик, который надет на мальчика, распахнут, и я застегиваю молнию.
Замерз же! На улице не лето! Да и здесь довольно прохладно!
Укладываю его на руки и начинаю покачивать, тихонько приговаривая какие-то нелепые слова:
— Сей-час мы ма-мо-чку най-дем и до-мой с то-бой пой-дем. Бу-дем ка-шу до-ма есть, слад-ко спать и сно-ва есть…
У малыша прикрываются глазки, и он, причмокнув пухлыми губками, засыпает.
Я продолжаю его качать, а сама думаю, что мне с ним делать. Не класть же обратно в коробку! Значит, нужно отдать малыша Романову. Правда, для этого придется снова попасться ему на глаза, а я бы этого не хотела. Таких заносчивых снобов еще поискать нужно.
Покачивая ребенка, я бросаю взгляд в коробку и вижу на дне сложенный вдвое лист бумаги.
Ага, даже записка имеется. Ну что, все в лучших традициях жанра! Мальчик начинает похныкивать, и я снова баюкаю его:
— Чш-ш-ш… мой хороший. Подкидыш ты, подкидыш… Ну ничего, папочка у тебя вон какой богатый. Будешь жить как в шоколаде…
Вспомнив свое детство, я закусываю губу. Я точно такой же подкидыш. Правда, толком не знаю своих родителей. Говорили, что они погибли. А кто-то говорил, что я стала десятым ребенком в семье простых рабочих и они решили, что не смогут меня прокормить, некоторые даже сочиняли, что я дочка цыган. Правда, теория провалилась сразу. Ведь все знают, что цыгане воруют детей, а не подбрасывают.
В любом случае вышло как вышло. Я оказалась у совершенно чужой мне тетки и была вынуждена терпеть отношение, которое не пожелаешь никому.
— Вы еще здесь? Я же сказал, что не возьму вас на работу! Нечего мне тут обивать пороги! — рычит Романов за моей спиной, а я резко оборачиваюсь, прижимая малыша к себе.
— А я бы и ушла, да вот… — Приподнимаю ребенка, стараясь не разбудить его
Взгляд мужчины падает на личико спящего мальчика, и Романов застывает как статуя.
— А где его мать? — совершенно растерянно спрашивает он, глядя по сторонам.
— Так ушла! — пожимаю плечами.
Сейчас отдам ему его сына и убегу домой. Надоело мне это место и этот напыщенный босс.
— Как ушла? А он?! — громко спрашивает Романов, а я шикаю:
— Тише! Сейчас разбудите! Я и так еле успокоила его! — Покачиваю малыша и бросаю сердитый взгляд на недоделанного папашу. — Вон там, в ящике, записка. Видимо, она предназначается вам! Я не читала!
Романов хватает листок и быстро пробегается глазами по написанному. С каждой секундой его лицо все бледнее и бледнее.
— Ну что там? Ушла за хлебом? — подкалываю я, понимая, что к чему.
Девчонка принесла ребенка мужчине, который и знать не знал о его существовании, да и исчезла.
— Вы приняты! — выдыхает Романов.
— Что?!
— Вы еще и глухая? Я же сказал: я беру вас на работу! Только не на должность помощницы.
— А на какую? — шепчу я севшим голосом.
— Вы будете няней этому… моему сыну.
— Нет уж, спасибо! Я в этом ни бум-бум! Забирайте своего наследника, и все!
Передаю спящего мальчонку в руки шокированному папаше и добавляю:
— Поздравляю, у вас сын!
— Но что мне с ним делать? — шепчет Романов с таким выражением лица, что хочется засмеяться.
— Кормить молоком, укладывать колыбельными и возить только в автокресле. И самое главное — любить! Всего хорошего!
Резко разворачиваюсь и шагаю к лифту, слыша, как малыш снова начинает громко плакать.
Сердце сжимается, но я заставляю себя не оборачиваться. Мне они никто. А Романов так вообще час назад наорал на меня и нахамил! Нет уж! Я не стану ему помогать…
— Я заплачу! — кричит мне вслед мужчина, и я притормаживаю.
— Очень хорошо заплачу! — добавляет Романов, и я оборачиваюсь.
— Хорошо – это сколько? — прищуриваюсь я.
— Хватит на большую машину или маленькую квартирку, — пожимает плечами мужчина, пытаясь удобно перехватить ребенка.
Вижу, что у него ничего не получается, и обреченно вздыхаю.
— Дайте сюда!
Забираю малыша и, прижав его к себе, слышу, как тот успокаивается.
— Вот и все! Ничего ведь сложного.
— Это для вас, женщин, несложно. А я вообще впервые так близко к младенцам. Не понимаю, откуда он вообще взялся!
— Вы не знаете, откуда берутся дети? — хихикаю я, а Романов закатывает глаза.
— Нет, я не об этом! Я просто не помню ни Дарью, ни того, что я с ней спал!
— Ничего себе у вас насыщенная половая жизнь, — подтруниваю я. — Не можете даже запомнить их всех!
— Ничего подобного! — рычит мужчина. — Я помню… всех. Но Дарью эту — нет! Может, это вообще не мой ребенок!
— Ну так сделайте тест на отцовство, проблем-то?
— Не все так просто, — отвечает Романов, разглядывая успокоившегося ребенка.
— Да что ж тут сложного? — фыркаю я.
— А что, если он и правда мой сын? — шепотом спрашивает мужчина, а я поднимаю брови.
— Тогда придется воспитывать! Но я вам и без теста скажу, господин Романов, что мальчишка – ваша копия. Так что берите уже себя в руки и принимайте ответственность за поступки. Даже те, которые вы не помните!
Мужчина сжимает губы и долго смотрит прямо мне в глаза. От его взгляда у меня бегут мурашки по спине. Вот уж точно властелин мира сего!
Темные, почти черные глаза заглядывают прямо в душу, а я только сейчас понимаю, что Романов очень красив. Слишком даже. Про таких говорят — демоническая красота. Она притягивает, манит, но я таких всегда боялась, потому что никогда не могла понять, что у них на уме.
— Ладно, как вас там…
— Малинкина София! — крякаю я, опомнившись.
— Да, Малинкина! Так что вы решили по поводу моего предложения?
Я прищуриваюсь и спрашиваю:
— Но почему я? Разве не проще взять няню из агентства?
— У меня на это не хватает времени! А тут вы, вся такая… добрая. Малыш сразу к вам проникся, — выдает аргументы Романов, а я хмыкаю.
— То есть на должность помощницы я не гожусь, слишком большая ответственность, а сидеть с вашим сыном — это пожалуйста! Мне кажется, господин Романов, у вас напрочь сбиты приоритеты!
— А у вас, Малинкина, напрочь отсутствует чувство такта! Не забывайте, с кем разговариваете! Я не ваш дружок со двора!
Я хмыкаю. Забудешь тут!
— Ладно, я согласна. Какие условия?
Романов улыбается, словно выиграл крупную сделку, и машет рукой в сторону кабинета.
— Пройдемте, я все вам расскажу.
Глава 2
Константин
— Костя, ты где? Ты обещал документы по слиянию еще во вторник! Уже четверг, осмелюсь напомнить! — рычит в трубку мой приятель по университету Юрий.
Спит и видит, как мы объединим наши фирмы. А шиш ему! Не для этого я вкалывал как проклятый, пока он загорал по морям. Его фирма не маленькая, но откровенно убыточная.
— Я не успел. У меня снова уволилась помощница, а новую я еще не нашел, — в тон другу отвечаю я, выруливая на дорогу.
— Ладно, — выдыхает Юра. — Но что ты с ними делаешь? Девчонки бегут от тебя как от огня! Ты не умеешь понежнее? — смеется тот, а я выдыхаю.
— Я всего лишь хочу ответственного, порядочного сотрудника, а не очередную прости… девушку легкого поведения!
— А мог бы и совместить приятное с полезным! — подначивает Юра, а я завожусь.
— Я сказал — нет! И хватит об этом! Документы подготовлю позже! Все, пока, мне некогда! — рычу я и разъединяю звонок.
Надоел! Все ему развлекаться бы! А работать кто будет?
Нет, в чем-то он прав. Помощница мне очень нужна. Но где сейчас найдешь ее…
Тех, кого присылает агентство, можно только в архив посылать работать. Соображают так долго, будто процессор дискетного компьютера. Да и зануды те еще. А по объявлению приходят одни искательницы богатого кошелька.
Нет уж! Мне нужен специалист!
Приезжаю в офис и, припарковавшись, поднимаюсь к себе.
Мой кабинет на последнем этаже небоскреба. Там же стол помощницы и больше ничего. Не люблю толкучку и шум. Это очень отвлекает от работы.
Захожу в кабинет и, скинув пальто, сажусь за стол. Работы валом. Когда только все успевать?
Нет, все же нужно быстрее находить помощницу. Или хотя бы секретаршу…
Не успеваю я подумать об этом, как в дверь стучатся.
— Да! — рявкаю я, недовольный тем, что меня отвлекают.
— Здравствуйте, Константин Миронович. Я к вам по поводу должности помощницы.
Надо же, как вовремя! Правда, только взглянув на девушку, я понимаю, что она мне не подходит.
Слишком молодая. И слишком… красивая.
— Заходите, — все же приглашаю я девушку, сам не зная почему. Я обычно не трачу свое время, если решение принято, но тут меня что-то останавливает.
— Меня зовут Малинкина София. Я прочитала, что у вас в компании освободилась вакансия помощницы…
— Да, мне нужна помощница, — резко отвечаю я, заглядывая прямо в голубые глаза девушки.
Да, красивая. Именно такая мне и не нужна. Может, Юра и отхватил бы такую сразу, но мне нужен работник, а не какая-то профурсетка. Хотя София не похожа на такую. Слишком серьезный взгляд.
— Я принесла свое резюме…
— Давайте сюда! — слишком резко рявкаю я, понимая, что девушка этого не заслуживает. Но если бы я был добрый со всеми и расшаркивался перед каждым, то у меня ничего бы не было из того, что я имею сейчас.
Пролистываю папку с документами, внутренне удивляясь количеству рабочих мест.
— Вы часто меняли работы! Это говорит о том, что вы, Малинкина, человек крайне ненадежный!
Поднимаю взгляд на девушку и вижу, как та закипает.
— Это говорит лишь о том, что девушке без опыта работы трудно найти место, где ее не будут оскорблять, обманывать и приставать!
Вот как! Значит, уже столкнулась с поведением директоров вроде Юрия.
— Неважно! Вы мне не подходите, до свидания, — бросаю равнодушно я и утыкаюсь в документы.
Работы валом. Не знаю, как успею. Вообще, зря я ее пустил, нужно было отправить домой сразу же.
— Но почему? Я же прошла собеседование в отделе кадров! — возмущенно говорит Малинкина.
— А у меня не прошли! — добавляю я. — Можете быть свободны!
Девушка вздыхает и шагает к двери, что-то бубня под нос. Слышу только одну фразу:
— Вот же индюк накрахмаленный!
Серьезно? Она посмела меня обозвать? Смелая, мне нравится! Вот теперь бы я ее взял, не каждый может так открыто бросить вызов самому директору, но, увы, решение уже принято.
— Что вы сказали? — переспрашиваю я.
Малинкина не отвечает и быстро вылетает за дверь, сталкиваясь там с какой-то девушкой.
Снова ко мне? Неужели еще одна «работница»?
Но как только незнакомка появляется в дверях, я замечаю на ее руках ребенка.
Вот те на! Еще детей мне тут не хватало!
— Привет, Костя! — тихо говорит девчонка, а я поднимаю брови.
— Здравствуй…
— Я Даша, ты меня не помнишь?
— Если честно, то нет, — тяну я осторожно.
— Мы встречались на вечеринке у Стеллы. Ты предложил мне выпить, а потом мы поехали к тебе и…
О боже! Помню вечеринку, но Дарью совершенно не помню!
— Извини, но…
— Не помнишь, значит… — кивает Дарья и проходит к диванчику, покачивая маленького мальчика, удивительно похожего на меня. — А я тебя помню. Да и как тут забыть, если после той ночи я узнала, что беременна от тебя.
У меня натурально пропадает дар речи.
Ребенок. Мой. О боги…
— Ты не переживай, мы бы и не появились в твоей жизни, просто мне нужно…
— Деньги? Сколько? — перебиваю я.
— Нет, деньги не нужны. Просто мне понадобилось уехать, а малыша оставить не с кем.
— А я-то тут при чем? — выдаю резко. — Давай я дам денег на няню.
— Нет, я не могу доверить своего сына никому чужому. Понимаешь?
Если честно, то нет! Не предлагает же она мне, чтобы я взял на воспитание малыша, которого она назвала моим сыном?
Нет, это невозможно! Ну какой из меня отец?! Да я детей только по телевизору видел! И то каждый раз переключал канал.
***
— Нет, я не понимаю, при чем тут я. Я не возьму его, даже не проси! — встаю я из-за стола и складываю руки на груди.
— Но почему? — восклицает Даша, чем немало пугает малыша.
— Да потому что я вообще не помню, чтобы мы с тобой спали!
— Ты в тот вечер здорово набрался! — кривится она.
— Это неважно. Еще неизвестно, мой ли это сын! — парирую я, приподнимая одну бровь.
— Ах ты… Да как ты смеешь? — шипит девушка. — Ну посмотришь, Романов! Я тебе устрою!
Я фыркаю от такого нелепого заявления и сажусь обратно, а девушка еще раз бросает на меня сердитый взгляд и уходит, хлопая дверью.
Снова погружаюсь с головой в работу, выкидывая из мыслей нелепое заявление Даши.
Отец. Ага, как же!
Сквозь шум работающего принтера слышу плач за дверью, но не выхожу. Видимо, Дарья решила взять меня измором. Ну что ж, не охрану же мне вызывать…
Все же плач становится все громче, и я уже затыкаю уши, чтобы не отвлекаться. Но вдруг все замолкает.
Неужели ушла?
Хорошо, хоть выйду на обед…
Бросаю бумаги на стол и иду к двери. Тут же возле стола помощницы вижу ту самую девушку, которая хотела устроиться на работу.
Что она здесь делает до сих пор?
Не день, а цирк какой-то!..
***
У меня нет выбора. Прочитав записку от Дарьи, в которой она сообщает, что уезжает и сына оставляет мне, я понимаю, что должен срочно что-то придумать.
В записке говорится о том, что мальчика зовут Никита и ему четыре месяца. Дарья пишет, что уезжает, но на какой срок – не сказано. Да и вернется ли вообще — тоже.
Мне сейчас абсолютно некогда заниматься поиском няни, а сам я к детям не имею никакого отношения. Да и времени, чтобы выяснить, мой ли это сын, тоже нет. Тем более я должен как-то выкрутиться от этого чертового слияния фирм без лишнего ущерба. Юра вцепился в меня мертвой хваткой, не понимая, что и я не в дровах найден.
Да, он старше, у него больше опыта в ведении дел, но и больше лени и самодовольства. Я же вечно собой недоволен. Мне кажется, я всегда могу лучше! В этом и кроется причина моего успеха. Невозможно достичь идеала, но я стремлюсь.
Вот и сейчас на меня свалилась проблема в виде друга, который хочет за мой счет выкарабкаться наверх, но мне нужно суметь его красиво отшить.
А тут Малинкина… Совершенно кстати!
— Ну так что, согласна стать няней моему сыну?
Мы пилим друг друга взглядами, но девушка сдается первая.
— Ладно, я согласна. Какие условия?
Я улыбаюсь, понимая, что по-другому и быть не могло. Никто не осмелится мне перечить. А те, кто осмелится, быстро попадают в немилость.
— Пройдемте, я все вам расскажу.
Девушка кивает и, прижимая к себе ребенка, идет за мной в кабинет.
— Садись, сейчас все решим.
Малинкина присаживается на диван и смотрит на меня из-подо лба.
— Значит, так, сейчас я позвоню в отдел кадров и оформлю тебя няней, чтобы все было официально, – заявляю я и вижу, как лицо девушки расслабляется.
— А мне что делать? — выдыхает София.
— А мы с тобой сейчас едем в магазин. Набираем всего, что может понадобиться на первое время для этого… — Бросаю взгляд на сына, который уже проснулся и играет с волосами Малинкиной. — Этого карапуза!
— А ты знаешь, что нужно? — спрашивает она, а я пожимаю плечами:
— Это уже не моя забота. Оклад будет вот такой!
Я пишу на бумажке внушительную сумму и показываю ее девушке. При виде цифр глаза Малинкиной смешно округляются.
— Надеюсь, этого хватит, чтобы ты впредь не задавала подобных вопросов. Если чего-то не знаешь, позвони маме! — выдаю я, а девушка мрачнеет.
— У меня нет родителей.
Тут мой пыл немного гаснет. Малинкина так поникла, что я уже жалею, что так налетел на нее. Явно же не от легкой жизни она согласилась быть няней…
— Извини… Ладно, тогда посмотри в интернете. — Встаю из-за стола и подгоняю девушку: — Поехали? Еще работы куча! Чувствую, сегодня я ничего не успею!
— Да, — кивает та и выходит за мной.
Мы идем к лифтам, а я кошусь на девушку с младенцем. Он все так же смотрит в глаза Малинкиной и играет с ее волосами. Девушка время от времени что-то ему говорит и лепечет, а я удивляюсь.
Подозрительно тихо он себя ведет. Обычно дети, которые упускают из виду родителя, впадают в истерику, и успокоить их практически невозможно, а этот молчит…
Может, конечно, так делают дети постарше, а этот же еще совсем малыш, но все равно все это очень странно!
Дарья появилась именно в тот момент, когда София все еще была в офисе. И кстати, почему она была все еще возле моего кабинета? Ведь прошел как минимум час…
Мы заходим в лифт, и я нажимаю кнопку подземной парковки, а сам поворачиваюсь к девушке.
— А расскажите мне, София, что вас так задержало в офисе? И как вы оказались возле коробки?
Я выбью из нее правду. И если она хоть как-то в этом всем завязана, прибью обеих. Никиту только оставлю. Ну не виноват же пацан, что его подставили и кинули…
— Я… — мнется та, пряча лицо. — Я колготки порвала, зашла в туалет, а вышла и услышала крик, пошла на звук и увидела малыша. Одинокого и кричащего в той холодной коробке…
— Колготки порвала, значит… — тяну я, делая шаг к Софии.
Та вжимается в угол, но теснота кабинки играет мне на руку. Я буквально нависаю над ней, не давая возможности соврать.
— Это правда, Малинкина?!
— А вы в чем-то меня подозреваете? — выдает она, задрав нос.
Надо же! Не боится! Может, и правду говорит. Человек, который врет, так яростно не смотрит.
— Нет, просто спрашиваю, – отвечаю я спокойно и отхожу в противоположный угол.
Девушка немного расслабляется, но все равно смотрит на меня волком.
— Никита.
— Что? — выдыхает она.
— Мальчика зовут Никита, — повторяю я.
— Не мальчика, а вашего сына! — парирует Малинкина, чем доводит меня до злости. Вот ведь зараза. Такой палец в рот не клади.
— Это еще нужно доказать, — бурчу я, и тут же двери лифта открываются. — Я вас нанял не говорить, а ребенком заниматься. Вот и занимайтесь!
— Как прикажете, — ерничает та.
Мы подходим к автомобилю, и София с Никитой садятся назад. Я же сажусь за руль и завожу мотор, услышав сзади:
— Первым делом нужно купить автокресло.
— Сделаем, — киваю я и выезжаю с парковки.
Нужно быстрее разобраться со всем и возвращаться на работу. Иначе Юрчик здесь натворит делов…
Глава 3
София
Константин везет нас в большой торговый центр. Там мы заходим в детский магазин и набираем все необходимое, включая коляску, кроватку, автокресло и переноску, в которую тут же помещаю Никитку.
Руки уже отваливаются от таскания карапуза, и я с облегчением выдыхаю, когда малыш оказывается в удобной переноске, а та, в свою очередь, в руках Константина.
— Ты точно все взяла? — переспрашивает мужчина, а я киваю, уткнувшись в телефон.
Там открыт список необходимых покупок, по которому я сверяюсь.
— Да, осталось только взять питание, и все.
— Отлично! Тогда я погружу все в машину, а ты беги за питанием.