Первый турнир

Первый турнир

Пролог.

Столица Великогартии встретила первую туманом и промозглой слякотью. Давно ей не доводилось бывать в этом городе. Да и в этот раз повод для возвращения не особо радостный. Но и сельская жизнь, а фактически ссылка «до прояснения обстоятельств», успела порядком утомить.

Кто столько лет ходит по лезвию ножа, танцует на острие, тот не сможет вести скучную жизнь землевладельца. Дни так похожи друг на друга, что ты теряешь счет времени. Слуги раздражают своей тупостью и медлительностью.

Нет, такая жизнь не для нее!

Путь ее лежал в центр города, к дверям небольшого здания из красного кирпича, примостившегося на самой окраине парламентского квартала. Потемневшая от времени вывеска гласила, что именно здесь располагается «Второй департамент мостов и туннелей». Но мало кто знал, кто на самом деле спрятался за этим скромным фасадом. А кто знал, держали язык за зубами.

Человек, встретивший ее в одном из кабинетов, официально числился всего лишь пятым секретарем короны. Но по власти и влиянию мог соперничать с премьер-министром и главой парламента. Но первые два всегда на виду, а ласс Абхор Маар предпочитал оставаться в тени.

– Итак, первая, – начал он, указав на одно из кресел. По настоящим именам агентов в этих стенах никогда не называли. Только по номерам. – Тайная комиссия рассмотрела обстоятельства провала в Тирбозе. И постановила – вашей вины в этом нет. Вся ответственность лежит на двенадцатом. Но с него уже не спросишь – погиб при попытке захвата.

– Это точная информация? – нахмурилась первая. Что-то не сходилось. – А как же варгары?

Если двенадцатый погиб, то откуда эданцы узнали о логове ночных когтей, с таким трудом проведенных в город?

Она позволила себе краткий миг гордости за проделанную работу. Послать авантюристов, чтобы добыть коготь варгаров, провести группу ночных когтей в Тирбоз. Сделать так, чтобы родовитая правящего рода Южной марки выбрала правильный подарок. Организовать похищение. Было потрачено много сил и времени, чтобы свести все ниточки воедино.

Она справилась, и все почти получилось.

На ее лицо набежала тень. «Почти получилось» – не лучшее оправдание для провала.

Эта операция должна была стать блистательным триумфом, а в результате едва все не погубила.

– Информация проверяется, но наш источник говорит о том, что местоположение логова узнал один из захваченных двенадцатым объектов. Паж Гарн Вельк.

Первая поморщилась. С некоторых пор это имя вызывало у нее приступы мигрени. Зря она сравнивала его с мелким камушком. Он оказался занозой! Но занозой в заднице! Но как он узнал? От двенадцатого? Глупость!

Нет, что-то тут нечисто. Но сейчас это неважно. Месть может и подождать.

– Так я могу вернуться в империю?

– В империю, да, – сказал Абхор Маар, заставив сердце первой биться чаще. – Но от Тирбоза вам какое-то время придется держаться подальше.

– Причина? – насторожилась она. Если двенадцатый погиб, то опасаться ей нечего. А Тирбоз, из-за близости к пограничью, подходил для многих операций в империи куда лучше столицы. Да и связь с альвами осуществляется через этот город.

– Мы потеряли восьмого, – вздохнул Маар. – Его убили на улице при неудачном ограблении.

– Неудачном ограблении?

– Это официальная версия охранителей империи. Кажется, они уже поймали какого-то беднягу, который во всем признался, и отправили его на виселицу. Но по нашим данным восьмой был убит зачарованной пулей. А обвиненный бедолага не был одаренным.

– Старый лев спустился с гор и решил показать клыки? – насторожилась первая.

Расформирование Корпуса Хранителей Престола и отстранение от власти Александра Ранка был одним из успехов ее предшественника. Впрочем, фольхстаг спал и видел, как провернуть что-то подобное и сковырнуть сына железного маркграфа с его неофициального трона. Стоило предоставить возможность, и они зубами в нее вцепились, позабыв про все обиды и внутренние дрязги.

Но неужели столько лет спустя, бывший глава Хранителей престола решил проявить себя? Что это? Случайное совпадение или брошенное в лицо перчатка вызова?

– Непохоже. Восьмой спал с момента внедрения. Или вы с двенадцатым все же выходили с ним на связь?

– Нет, – отрицательно дернула подбородком первая. – Мы ни разу не встречались. А двенадцатый ничего не знал о восьмом.

– То-то и оно, – задумчиво отозвался Маар. – То-то и оно… В Тирбозе происходит что-то непонятное. Принято решение, какое-то время не отправлять туда наших агентов. Будем наблюдать со стороны. А вы отправитесь в столицу империи, четвертой нужна помощь. Император совсем плох. Необходимо проследить, а то и поспособствовать, чтобы фольхи не смогли договориться насчет наследника. Ваша последняя удачная операция отличный тому пример, – решил добавить ложку меда пятый секретарь. – Вы свободны.

– Нас нет! Без славы к вечной славе! – Поняв, что инструктаж-аудиенция закончена, первая поднялась с кресла.

Прощайте унылые будни! Впереди ждала опасная, но такая интересная работа.

Глава 1 Длань правосудия

Приняли меня нежно, можно сказать ласково.

Конец декады, законный выходной день. Прощайте опостылевшие стены Академии Доблести! Здравствуй беспокойный Тирбоз!

Стоило мне сделать несколько шагов за ворота, как рядом материализовались, по другому не скажешь, два охранителя в темно-синих мундирах.

Из-под земли они вылезли что ли?

– Ласс Гарн Вельк? – грозно вопросил один из них, поднеся два пальца к козырьку кожаной каски. – Старший унтер-офицер Локас. Пройдемте с нами.

– А в чем дело? – Мысли метались, но я постарался, чтобы голос звучал ровно.

– Там вам все объяснят, – несколько резко отозвался унтер, нахмурив брови, и подал знак рукой.

Тут же подлетела коляска. Обычная, а не тюремная карета, что несколько сбивало с толку. Меня усадили по центру. Охранители сели по бокам. Стало как-то тесновато. Мне даже пришлось положить планшетную сумку на колени. Знали бы охранители, что в ней лежит, не были бы так спокойны.

Но обыскивать они меня не стали. Рунные кандалы не одели – странное задержание. Если это вообще задержание…

Отбросив мысли о побеге, вновь восстанавливаю по памяти события убийства наставника-предателя. Иной причины для действий охранителей просто нет. Мог ли я где-то проколоться, оставить значимые улики или следы? По всему выходит, что ничего подобного не было. Единственный значимый след – зачарованная пуля. Но она указывает на причастность одаренного, а не конкретно на меня. Да и охранители не сказали, что я задержан или арестован, а обязаны это сделать! Хотят взять на слабо? Кто я для них – шестнадцатилетний мальчишка.

Похоже на то! Охранители как-то позабыли про головорезов Патриарха. Те тоже меня недооценили. Кому повезло, те на каторгу отправились, а остальные легли в землю.

Что же, посмотрим, что будет дальше. Интересно, как они вообще сумели приплести меня к убийству Прарна Омра? Единственный вариант, что приходит мне в голову, недавние события с похищением, стрельбой и варгарами. Кто-то оказался достаточно умен или прозорлив, чтобы понять, что и убийство Прарна Омра стоит уложить в эту цепь. Тогда и с главным подозреваемым все становится очень просто – это один недавно награжденный паж.

Долго ехать не пришлось. Коляска довольно быстро домчала нас до Городского Управления Охраны Порядка.

– Ласс Гарн Вельк к младшему следователю Шохалу, – за меня сообщил на проходной унтер. И все это нарочито грозным голосом, словно меня ведут то ли расстреливать, то ли вешать. А может и то и другое разом.

– Вам сюда, – еще более строго добавил он, проводив до дверей кабинета с потускневшей медной девяткой. – Заходите, заходите. Вас ждут.

Стукнув для приличия, открываю дверь. Обычный рабочий кабинет, а не пыточные застенки – какое разочарование. Младший следователь Шохал оказался довольно молодым человеком, хрупкого телосложения. А большие голубые глаза придавали ему какой-то неуловимой детскости. Но смотрели они внимательно, подмечая каждую деталь.

А ведь я его знаю! Вернее видел! Именно он присутствовал на похоронах мастера-наставника Прарна Омра, распугивая мундиры своим гражданским костюмом. Настолько нелепая маскировка только привлекала к себе внимание, так что я сразу причислил его к числу охранителей. И оказался прав!

Или в этом и был его замысел? Он ждал, что убийца обязательно заявится на похороны? Что же, тогда он оказался частично прав – я там был. Но не по своей воле, а на добровольно-принудительной основе, отправленный приказом ректора в группе прочих «скорбящих» пажей.

Проблема в том, что в охранку вызвали только меня…

– Проходите, садитесь, – предложил следователь.

Хотелось съязвить, что сесть я всегда успею. Но сдержался. Прошел, присел на стул.

– Ласс Вельк, – начал Шохал строгим тоном, словно не следователь, а судья, зачитывающий приговор, – вы понимаете причины, по которым вы находитесь в этих стенах.

Именно его строгий, обвиняющий тон подтвердил мои подозрения. Возможно, ласс Шохал хороший следователь – на меня же он как-то вышел – но актер из него никудышный. Будь у охранителей доказательства, меня бы арестовали или хотя бы вызвали на допрос. А сейчас, несмотря на грозные лица и слова, меня просто пригласили на беседу. Так что это не более чем спектакль в надежде на то, что я запаникую и как-то себя выдам. А может и вовсе упаду на колени и начну раскаиваться, только и успевай записывать.

– Честно говоря, нет. И хотелось бы прояснить, я арестован? – Следует сразу расставить акценты.

Младший следователь помедлил. Отвечать ему не хотелось. Ответ разрушал всю мизансцену, выводя на чистую воду его убогую игру. Но скрывать правду он не мог. Времена нынче не те, что прежде. Все обзавелись какими-то там правами. А я еще и дворянин, хоть и весьма условный.

– Ну что вы, я всего лишь пригласил вас на беседу. Так сказать, прояснить некоторые вопросы. Я думал мои подчиненные вам все объяснили? – он скупо улыбнулся. И куда только пропал обвиняющий апломб? Строгость?

– Не объяснили, – вставил я.

– Вот бездельники! Я их обязательно накажу, будьте уверены!

Как играет! Почти верю. Роль строгого судьи не для него… в отличие от роли шута.

– Не стоит, – милостиво разрешил я, отлично понимая, что никакого наказания не будет. А мое мнение интересует младшего следователя меньше всего.

– Так значит, вы не понимаете, почему я вас пригласил? – без былого напора вернулся к предыдущему вопросу Шохал, суетливо переложив несколько толстых папок.

А ведь он немногим моложе меня. Не теперешнего, а того – старого. Лет двадцать пять, двадцать семь. Не больше. Очередной молодой карьерист? Или въедливый и умный мастер своего дела?

Что же, надо признать – хватка у него есть. Как-то сумел связать одного странного пажа и убийство мастера-наставника. Но случайность это или здравый расчет на основе каких-то упущенных мной деталей и косвенных улик?

– Не имею ни малейшего понятия, – пожимаю плечами. – И хотелось бы закончить побыстрее. Выходной день, сами понимаете.

Мы похожи на опытных бойцов, скрестивших шпаги. Выпад, блок, контрвыпад.

– Надолго я вас не задержу… Дело касается убийства мастера-наставника Прарна Омра. – Он вперил в меня внимательный взгляд. Молча и равнодушно смотрю прямо в глаза, жду продолжения. – Понимаете, ласс. – Не выдержав дуэль взглядов, ласс Шохал открыл одну из папок и сделал вид, что читает бумаги. – Не так давно вы стали участником громких событий. Вас даже заслуженно наградили. А затем внезапно произошло это странное убийство мастера-наставника академии. Вот я и подумал, нет ли тут какой-то связи? Возможно, мастер-наставник был как-то замешан в вашем похищении, а когда оно не удалось, подельники решили ему отомстить?

Так себе версия. Явная импровизация, составленная на коленке. Не может же он обвинить меня, не имея ни малейших доказательств? Вот и изобретает на ходу, городя нелепицы. А сознаваться я не собираюсь. Как говорил мой техник. Тот самый, что научил носить в карманах заточенные монеты: «Чистосердечное признание облегчает душу, но увеличивает срок».

– Вы думаете, что я был главной целью похищения? А почтенная Ланилла Загим – случайная жертва? – мне даже не пришлось разыгрывать удивление. Шохал – так и хочется обозвать его шакалом, больно фамилия созвучная – почти угадал.

– Просто рассматриваю все версии. В этом и заключается моя работа. Похитители ничего не говорили вам о своих сообщниках в академии?

Я наморщил лоб.

– Нет. Не было такого. Только варгаров вскользь упомянули, – не стоит плодить новые детали, буду придерживаться изначальной версии.

– Да… варгары… Понимаете в чем дело, ласс Вельк, ни один из захваченных головорезов ничего про них не знает. Но это к делу не относится, – поспешно продолжил он. – Значит, таких разговоров не было?

– Жаль, но ничем не могу вам помочь.

– Ничего страшного, ласс Вельк. Ничего страшного, – улыбнулся Шохал. – Более я вас не задерживаю. Приятного отдыха.

– Спасибо. Успехов в поисках.

– Благодарю, – закончил обмен любезностями младший следователь и проникновенно добавил: – Мы обязательно! Обязательно поймаем убийцу, кем бы он не был!

Поймаешь ты меня – держи карман шире. Но от всех мест, связанных с убийством предателя стоит держаться как можно дальше. Не было меня там! Не было! Я мирный, законопослушный паж. Правда, убил с десяток головорезов, но они первые начали!

***

Когда вызванный колокольчиком дежурный сопроводил ласса Велька на улицу, младший следователь Шохал некоторое время бездумно перелистывал папку с каким-то старым делом, даже не глядя на страницы.

Тупик! Очередной тупик!

Без сомнений, паж Гарн Вельк тип странный и какой-то мутный – слишком много вокруг него всякого происходит. Да и его поведение… Не похож он на подростка. Интуиция подсказывала младшему следователю, что дело тут нечисто. Что он на правильном пути – паж как-то связан с убийством! Но интуицию к делу не пришьешь, в суд не потащишь. А других зацепок нет.

Это дело изначально выглядело каким-то темным, непонятным. Убийство совершил мастер своего дела – не оставив значимых улик или подозреваемых. Но кому мог помешать простой и ничем не примечательный мастер-наставник Академии Доблести? Вся жизнь Прарна Омра уместилась в одну тонкую папку. Шохал заучил ее наизусть, но так и не сумел отыскать хоть что-то примечательное. Не человек – серая тень.

Единственная странность – служба чуть ли не во всех маркграфствах. Но если Прарн Омр изначально планировал связать свою жизнь с преподаванием в академии, то нежелание надолго связывать себя службой какому-либо роду объяснимо.

Первые подозрения, что дело будет тем еще геморроем, возникли у Шохала, когда оно досталось именно ему. Такое громкое дело – все газеты о нем трубят, а назначили его, простого младшего следователя. Жди подвоха!

Он вздохнул. Все привычно и знакомо. Если дело дрянь – свали его на подчиненных. Завалят – ты хоть и виноват, но косвенно. Справятся – часть славы твоя, как мудрого руководителя.

Дверь без стука распахнулась, и в его кабинет заглянул именно такой вот начальник – старший следователь Макт.

– Как прошло? – спросил Макт и усмехнулся, тут же ответив на свой вопрос: – Раз паж еще не в кандалах, значит неважно.

– Но я уверен, что с ним что-то не так! – горячо заметил Шохал.

– В суде будут рассматривать не твою уверенность, а доказательства, – наставительно отметил старший следователь. – Они у тебя есть? То-то и оно. А паж у нас городской герой, наградами осыпан, связи имеет. Что мы можем ему предъявить кроме твоих неясных подозрений, которые непонятно на чем основаны? Скажут – личная неприязнь. У пажа орден есть, а у младшего следователя Шохала – нет.

Шохал почувствовал, как его щеки заливает легкий румянец. Он всегда был амбициозен, и слова старшего следователя били точно в цель. Получить награду, а может и продвижение по службе – кто же от такого откажется? Может о раскрытом преступлении в газетах напишут?

Ему скоро тридцать лет, а он все еще младший следователь. Правда, на хорошем счету у начальства. Но счет у начальства, не счет в банке. А на жалование младшего следователя в крупном городе жить трудно. Особенно если не брать подношения от подследственных, как некоторые, не будем показывать пальцем на присутствующих.

Не то чтобы старший следователь Макт этим злоупотреблял. Да и от откровенных головорезов деньги не брал. А если торгаш какой хочет смазать машину правосудия, чтобы честно дела вела, а не формально – по закону. То кто же станет отказываться? Только принципиальный дурак, вроде младшего следователя Шохала.

И невдомек младшему, что потому-то он и младший. Не чувствует дух времени, выгоды не ищет. Продвигать такого опасно, может зарыться туда, куда не просят, нарыть что ненужно и задеть людей, которых задевать не стоит.

– Есть вариант, – внезапно заметил старший следователь Макт. – В третьей камере сидит человечек один из мастеровых. Делишек, в том числе и кровавых, на нем висит столько, что никакой каторгой там и не пахнет. Тут и суд не нужен, чтобы приговор понять.

– И? – непонимающе заморгал Шохал.

– Так на него убийство наставника и повесим! – пояснил Макт, покачав головой. Умен Шохал, но туповат – бывают такие странные сочетания. – Этому висельнику трупом больше – трупом меньше.

– Доказательств нет, – замялся Шохал. Он давно лишился розовых очков относительно службы охранителей, но в таких делах старался не участвовать. Вешать убийство пусть и на явного преступника, чтобы закрыть дело – это оставить истинного виновника безнаказанным. А с другой стороны, попробуй этого виновника найти при таких-то вводных.

– Сам признается, – отмахнулся Макт, почесав кулак. – Особенно если мы ему пообещаем походатайствовать о замене петли вечной каторгой. Для таких, как он, Мертвые острова – дом родной. Кругом одни сплошные «братья по борьбе» и сочувствующие из лихих людишек.

– Ходатайствовать за террориста? Сам говоришь, что на нем клейма ставить некуда?

– Да полно тебе! Смертник он. Наше ходатайство судья и смотреть не станет. Ну так что? Как тебе мой план? Вместе закроем это мутное дело – начальство порадуем. А радостное начальство – доброе и щедрое начальство! – важно изрек Макт, словно излагая какую-то неведомую истину.

– Согласен! – внезапно даже для себя решился Шохал. Сколько можно биться головой об эту стену?

«Никто ведь не помешает мне разрабатывать ласса Велька в свободное от службы время. Так сказать, в частном порядке», – подумал он, успокаивая возмущенную таким циничным подходом совесть, которая не вовремя напомнила ему о припрятанной в столе пуле с явными следами зачарования.

***

Из застенок охранки… Кровавых, как любят говорить многочисленные борцы за всеобщее счастье, я выбрался со странным чувством. С одной стороны – радость, что все обошлось. Мои предположения оказались верны – ничего охранители не накопали.

А с другой…

Младший следователь производил впечатление ревностного и умного служаки, желающего сделать карьеру – худшее сочетание из возможных.

А ведь он пошел на немалый риск, пытаясь взять меня «на слабо». Рассчитывал, что безусый юнец запаникует и сам себя выдаст, но почему-то позабыл, что на счету этого юнца с десяток убитых бандитов. Про пистолет, спрятанный в планшетной сумке, и вовсе умолчим.

Тонкий расчет или он не так умен, как мне показалось?

При дурном раскладе, послушной овечкой я бы на каторгу не пошел. Попытался бы прорваться. Пусть и с боем. Стран в мире много, деньги есть.

Кстати, насчет денег… Счет в банке – это хорошо, но весьма ненадежно в таких вот обстоятельствах.

Он не анонимный, а потому его могут арестовать, как и ячейку хранения. И тогда плакали мои денежки.

Следует обустроить тайник где-нибудь в городе. И лучше несколько! Спрятать в разных местах небольшие суммы. В случае нужды, я легко смогу их забрать. А если потеряю, то невелика беда. Да и количество носимой с собой наличности следует увеличить. Несколько красненьких кредитных билетов мешать не будут. Кому и когда мешали деньги?

Пожалуй, со второй части и начну. С тайниками пока что возиться не буду. С этого Шакала… Тьфу ты, привязалось! Шохала станется устроить за мной слежку.

Настороженно оглядываюсь, ничего необычного, чутье молчит. Но народу на улице полно. Центр города, как-никак. Так что доверять одним только ощущениям не стоит.

Несмотря на произошедшее, об убийстве наставника-предателя я не жалел. Не было у меня иного выхода. А расследование охранителей – меньший риск по сравнению с постоянной угрозой внезапного нападения ликанов на академию. Теперь я хотя бы в академии чувствую себя в относительной безопасности, не боюсь проснуться от дикого воя атакующих зверо-людей.

Еще немного побродив по улицам, но так и не заметив слежки, я поймал извозчика и поехал в банк, реализовывать свою идею с увлечением носимой наличности.

Не знаю, что там насчет расследования охранителей, но будущее понемногу начинает меняться. К лучшему или к худшему, не знаю. А значит, и рассчитывать на мое послезнание можно весьма условно. А еще лучше, рассчитывать только на себя. Рассчитывать и готовиться.

Знать бы еще к чему.

Глава 2 Новые горизонты

Когда Раншил Толдокар, мастер-наставник третьей группы, первого года обучения Академии Доблести Тирбоза вошел в учебный класс, все замерли в нетерпеливом ожидании.

Наконец-то этот день настал!

– Итак, внимательно изучив все заявки, я принял решение… – он прошелся вдоль рядов притихших пажей. Выдержал драматическую паузу и продолжил, пошевелив седыми усами: – От вашей группы в команду академии приглашаются паж Вельк и паж Гонар.

Два человека от группы простаков? Да аристо из первой просто разорвет, особенно если еще одно место ушло второй группе. Какие-то вчерашние простолюдины оказались лучше аристократов. Недопустимо!

Машинально смотрю в окно, словно ожидая увидеть там зарево. Но Раншил Толдокар настороже. Бдит словно сторожевой пес.

– Нашли что-то интересное, паж Вельк? – В его голосе столько доброты и тепла, что становиться зябко – Или вам неинтересно слушать своего мастера-наставника?

Любит он меня. Пусть иногда и весьма извращенной любовью. Следит, чтобы я от учебы не отвлекался и не зазнавался. А то дуэль, похищение, а затем еще и награда. Пусть гражданская, и не особо почетная. Но много ли в Академии Доблести Тирбоза пажей с императорским орденом на груди? Я знаю только одного – часто его вижу в зеркале.

Слишком много странного со мной происходит и это не нравится старому паладину.

Встаю. Вытягиваюсь. Мне нетрудно, а Толдокару приятно.

– Никак нет, мастер-наставник. Поражен и счастлив, что прошел отбор в команду под мудрым руководством любимого мастера-наставника.

По рядам прошлись тихие, еле сдерживаемые смешки и фырканье. Константин незаметно покрутил пальцем у виска и спрятался за учебником. А ничего, что он у него вверх ногами?

– Шутим, паж Вельк? – наставник Толдокар растянул губы в улыбке, больше похожей на злой оскал. – Это хорошо! Это значит, что в вас много лишней энергии. Негативной энергии! Жду вас после обеда на полигоне на дополнительных занятиях.

По рядам разочарованный вздох. Наказание из разряда «я тоже хочу». Нас наконец-то посадили в нормальных оруженосцев. А синхронизация достигла того уровня, когда ты не падаешь после одного круга по ипподрому. Скоро начнется серьезная практика с использованием оружия паро-магических големов, но это уже за стенами города. Никто не позволит нам разносить ипподром.

– Слушаюсь, мастер-наставник.

Толдокар повернулся к Амите. Староста выглядела радостной, смущенной и пораженной одновременно. Я знал, что она пройдет. В прошлом именно так и произошло. Правда блеснуть на ристалище Амите не удалось – все три турнира она просидела в запасном составе. Но и это статус. Лучше сидеть на скамейке запасных, чем на зрительских трибунах. Одна только принадлежность к команде может серьезно толкнуть твою карьеру в гору.

– Паж Гонар, вы согласны выступать за команду академии?

– Да, мастер-наставник. Спасибо за доверие!

А девочка растет. Не вскакивает восторженно, как это было раньше. В ней появилась степенность, уверенность в себе. Тот случай с дуэлью если и не забыт, то прощен. И Амиту больше не подвергают остракизму.

– Не благодари за доверие – оправдай!

– Я не подведу! Разрешите вопрос, мастер-наставник, – продолжила Амита. – Кто еще из первого курса прошел в команду.

– Хороший вопрос, – согласился Толдокар. – От первой группы в команду войдет виконт Сагар Ганик-Вегейр. – Внимательный взгляд не меня. Ждет реакции? Какой? – Как вам такая новость паж Вельк? У нас ведь не будет с этим проблем.