Шаманской тропой. Введение в мифическую космографию

Нижняя часть звёздных орбит проходит через Океан118 Ворукаша – внешнюю окружность мироздания. Он находится внутри Окружающей горы, и в него опускаются звёзды, нисходя по её внутреннему склону:

И вот он приближаетсяСпитама-Заратуштра,Блестящий, славный Тиштрия (Сириус),Ко морю Ворукаша, Конём примчавшись белымПрекрасным, златоухим,И с золотой уздой.31. И море он вздымаетИ море он волнует,Он море проливает,Он море заливает,Он море изливает,Он море разливает,И все края волнуютсяУ моря ВорукашаИ середина вся.32. Восходит он оттудаСпитама-Заратуштра,Блестящий, славный ТиштрияИз моря Ворукаша;И вот взошёл оттудаБлестящий СатаваэсаИз моря ВорукашаИ облака вздымаютсяУсхинду над горою,Стоящей посрединеНа море Ворукаша(Авеста)

Ворукаша, таким образом, – это не океан-хаос, а сфера вод (причём, похоже, соотносящаяся только с Правым миром119). Воды мира, стекая с северных склонов Албурза (Тирака?), орошая земли и загрязняясь, впадают в южное море Путик (Аравийское). Между ним и океаном – море Садвес (управляемое одноимённой звездой), там воды очищаются ветрами и (уже пресными?) идут в Ворукашу на крайнем юге. Там очищение завершает трехногий осёл и чистые воды (испаряясь?) снова поднимаются на небо/Эльбурз.

В самом глубоком месте океана растёт Дерево всех семян и Древо Жизни (Гао-Керена, Гокирн, оно же древо Хаомы), изгоняющее старость и воскрешающее мёртвых. На нём обитает птица Симург (Сенмурв). Между этими деревьями гора с бесчисленными пещерами, откуда, видимо, берут исток подземные воды.

Южная сторона неба-горы особо благая, оттуда ниспадает в океан небесная река Ардвисура. Там же расположена резиденция Митры и жреца богов Хаомы (инд. Сома) – Хукарья. Это вершина Харати (Харбурз, Хара Березайти) – чистая, райская земля:

49. Мы почитаем Митру…50. Которому обительСоздал Ахура-МаздаНад Харою высокойМногоотрогойсветлойГде нет ни тьмыни ночиНи холодани знояБолезней смертоносныхНи сквернычто от дэвов —И мгла не подымаетсяНад Харати высокой.120

Эта гора известна, прежде всего, как источник небесной реки Ардви (возможно, Млечный Путь).

Берега небесной реки – это райский мир.

85. Он, благодетельный Ахура-Мазда, возгласил: «Снизойди, снова вернись к нам, О Ардвисура АнахитаСо звёзд на землю121, сотворённую Ахурой,<…>101. Её заливов тысячуИ притоков тысячу,И вдоль каждого из заливов,И вдоль каждого из притоковЛишь за четыре десятка днейПроскачет искусный наездник.У притока в каждый заливПостроен добротный дом,Стооконный, блестящий,Тысячеколонный, прекрасный статью,Могучий дом, он покоитсяНа десяти тысячах прочных опор.102. У каждого в домеГость может возлечь на ложеС покрывалом прекрасным, благоуханным,На мягких подушках.Ниспадает, о Заратуштра, Ардвисура АнахитаС высоты, равной росту тысячи мужей,Высотою равная всем водам,Здесь, по земле, текущим,И вперёд устремляется, полная силы

(Авеста, Гимн Ардвисуре)

Комментарий Бундахишн уточняет:

«На юге горы Албурз <там> построено сто тысяч золотых каналов, и эта вода, тёплая и свежая, поступает через канал на высокую (гору) Хугар122. На вершине этой горы есть озеро, и в это озеро (вода) втекает, очищается (в нём) и по другому золотому каналу течёт и вытекает. На высоте, (равной росту) тысячи человек, от этого канала отходит открытый золотой рукав к горе Хусандом, что в середине моря Фрахвкард (Ворукаша). Оттуда часть (воды) для очищения моря (течёт) в море, а часть разбрызгивается влагой по всей земле, и все создания Ормазда от неё получают исцеление, и она уничтожает (сухость) (воздуха)»123.

Небо имеет четыре яруса, куда попадают в соответствии с заслугами:

«Дух разума ответил: «Первый рай – от стоянки звёзд до стоянки луны; второй – от стоянки луны до стоянки солнца; третий – от стоянки солнца до горнего рая, в котором пребывает творец Ормазд. Первый рай – (это) благие мысли, второй – благие слова, третий – благие дела. Праведные в раю – нестареющие, бессмертные, бесстрашные, неволнующиеся и неуязвимые, всегда преисполнены счастья, благоухания, веселья, радости и великодушия. И всегда (там) ощущается («встречается») благоухающий ветерок и аромат, подобный (аромату) цветов, который приятнее всего приятного и ароматнее всего ароматного, и у них нет пресыщения от пребывания в раю. И их сидение, хождение, видение и радость (связаны) с богами, амахраспандами и праведными навсегда и навечно. Относительно чистилища известно, что оно (располагается) между землёй и стоянкой звёзд, и кроме холода и жары никакого другого несчастья (там) для них нет»124.

Из Книги о праведном Виразе:

«Я достиг одного места и увидел там души нескольких человек, собравшихся вместе. Спросил у победоносного благочестивого Сроша и бога Адура: «Кто они и почему стоят здесь?» Говорят благочестивый Срош и бог Адур: «Это место именуют Чистилищем, а эти души будут стоять здесь до Последнего тела. Это души тех людей, добрые и злые дела которых уравновешиваются. Передай живущим на земле: «В алчности и печали не отвращайтесь от добрых дел, ибо всякий, чьи добрые деяния на три срош-чарнама125 больше его грехов, попадет в Рай, тот же, у кого грехов больше, чем добрых дел, – попадёт в Ад, а у кого добра и зла поровну, останется стоять в Чистилище до Последнего тела. Возмездие им определено сменой погоды – то холод, то тепло. Другого воздаяния им нет126».

Затем я делаю первый шаг – на звёздную ступень к хумат, туда, где пребывает Благая мысль, и вижу души праведников, от которых, как от сияющей звезды, постоянно изливается свет. Их обитель полна света, сияния и благодати. Я спросил у благочестивого Сроша и бога Адура: «Что это за место и кто эти люди?» Говорят благочестивый Срош и бог Адур: «Это – звёздная ступень, а души, обитающие на ней, принадлежат тем, кто в земной жизни не возносил молитв, не пел гимнов богам, не соблюдал обычая кровнородственных браков, не обременял себя ни царской властью, ни правлением, ни командованием. Они были праведниками в других добрых делах».

Я делаю второй шаг – на лунную ступень к хухт, где пребывает Благая речь, и вижу великое собрание праведников. Спросил у благочестивого Сроша и бога Адура: «Что это за место и чьи это души?» Говорят благочестивый Срош и бог Адур: «Здесь лунная ступень, и души на ней принадлежат тем, кто в земной жизни не молился, не пел гимнов, не заключал кровнородственных браков. Они поселились здесь за другие благие дела. Их сияние подобно свету луны».

Я делаю третий шаг – к хуваршт, туда, где пребывает Благое деяние. Там я достигаю снега, который считают величайшим из величаиших, и вижу души праведников на золотых сидениях и ложах. Свет, излучаемый ими, подобен сиянию солнца. Спросил у благочестивого Сроша и бога Адура: «Что это за место и чьи это души?» Говорят благочестивые Срош и бог Адур: «Это – солнечная ступень, и души на ней принадлежат тем, кто в земной жизни вершил доброе царствование, благое правление и благое командование».

Я делаю четвёртый шаг – в сверкающий, вечно благословенный Рай. Нас встречают души усопших. Они нас приветствуют, оказывают почести и восклицают: «Как ты, праведник, явился из того тревожного и злого мира в этот свободный от тревог и несчастий мир? Вкушай бессмертие, потому что долго здесь ты будешь наслаждаться миром!»».

Фактически речь идёт о раях для четырёх варн/сословий. Верхний (на вершине небесной горы) – рай ритуально чистых жрецов, солнечный – воинов и правителей, ниже – рай для простых людей. Звёзды здесь, как и в ранее описанных системах, ещё мыслятся находящимися ниже Луны и Солнца и отождествляются с праведными душами.

Ад и обитель дэвов (демонов), то есть инфернальный Нижний мир, по горизонтали соотносится с севером127 и горой Арезур Мирового хребта.

Он представляет собой воронку к центру земли:

«Первый ад – (это) злые мысли, второй – злые речи, третий – злые дела, с четвёртым шагом грешник попадает в самый тёмный ад и его приводят к лживому Ахриману. И Ахриман и дэвы насмехаются и издеваются над ним, мол: „Каковы были твое неудовольствие и неудовлетворённость Ормаздом, амахраспандами, благоуханным блаженным раем, что ты надумал увидеть нас и тёмный ад, где мы учиним тебе зло, не пощадим (тебя) и ты в течение долгого времени будешь видеть зло?“ И затем они наказывали его и причиняли ему разное зло. А (это) место, которое в отношении холода – (с) самым холодным снегом, в отношении жары – самое жаркое и с самым пылающим огнём, и (это) место, в котором вредные твари грызут (грешников) (так), как собака кость, и (это) место с таким зловонием, что (там от него) дрожат и падают, и тьма у них всегда такая, что её можно схватить рукой»128.

Земля, разделённая хребтом Тирак, состоит из нескольких континентов-кешваров.

Хванирас – центральный (наш) континент-кешвар, делится Тираком пополам, на «левую» и «правую» половины. Шесть других, меньших, континентов-кешваров129 окружают его – три в Левом мире, три в Правом:

«От того места, откуда солнце восходит в самый длинный день, до (места, где) оно восходит в самый короткий день, – восточный кешвар Савах. От того места, откуда оно восходит в самый короткий день, до (места, где) оно заходит в самый короткий день, – южная область, кешвары Фрададафш и Видадафш. От того места, где (солнце) заходы в самый короткий день, до (места, где) оно заходит в самый длинный день, – западный кешвар, Арзах. От того места, где оно (восходит) в самый длинный день, (до места, где) оно заходит (в самый короткий день), – северные кешвары Ворубаршт и Ворузаршт. Когда солнце поднимается, (его свет) достигает кешваров Савах. Фрададафш, Видадафш и половину Хванираса, а когда заходит по ту сторону Тирака, то освещает кешвары Арзах, Ворубаршт, Ворузаршт и половину Хванираса. Когда здесь день, там ночь»130.

«Из кешвара в кешвар можно пройти только с разрешения богов или с разрешения дэвов, иначе невозможно»131.

Внешняя окружность на схеме соответствует окружающему хребту Харбурза (Альбурза), секущая – Тираку Харбурза, через тоннели в котором солнца и луна восходят и заходят в нашей половине мира. Центральный круг – континент Хванирас. Пространство между окружностями занимает океан – Воурукаша. Нижняя часть круга будет считаться южной, верхняя – северной, хотя центр Тирака, видимо, соответствует полюсу…

Понятно, что в строго бинарной модели зороастризма нет места «третьему миру», равноценному небу и аду. Но вариантом Вечной страны в иранской мифологии, возможно, является Вар (Йимкард) – убежище – последний осколок Золотого века, или Кагдиз132 – счастливая страна на востоке за металлическими стенами. Они находятся в Эранвеже (Арианам-Вайджа)133, и, судя по всему, это северная часть нашего каршвара (относящаяся уже к Левому миру – во всяком случае, такой вывод можно сделать на основании индийских аналогий).

Описание его противоречиво:

«Сказал Ахура-Мазда Спитаме-Заратуштре: «О Спитама-Заратуштра, я сделал места обитания, дарующие покой, как бы мало радости [там] ни было. Если бы я, о Спитама-Заратуштра, не сделал места обитания дарующими покой, как бы мало радости [там] ни было, весь телесный мир устремился бы в Арианам-Вайджа. Во-первых, наилучшую из стран и мест обитания я, Ахура-Мазда, сотворил: Арианам-Вайджа с [рекой] Вахви-Датией. Десять месяцев там зимние, два – летние, и в эти [зимние месяцы] воды холодные, земли холодны, растения холодны там в середине зимы, там в сердцевине зимы; там зима [когда] идёт к концу, там большое половодье». (Видевдат)

«…дэв зимы дольше правит в Эранвеже, и из Авесты известно, что в Эранвеже – десять месяцев зима, а два – лето. Но даже (в) те два летних месяца (там) холодная вода, холодная земля и холодные растения, и зима – их враг. В (Эранвеже) много змей, а других врагов – мало. Известно, что Ормазд сотворил Эранвеж лучше, чем все остальные места и области, и достоинства (Эранвежа) в том, что жизнь людей (там) 300 лет, а коров и овец – 150 лет. Боли и болезней у них мало, они не лгут, не плачут и не стонут, и власть дэва жадности над ними мала. И если они вдесятером едят один хлеб, они насыщаются, и каждые 40 лет у мужчины и женщины рождается ребёнок134. Закон их – добро, а вера – главное учение маздаяснийское. И когда они умирают, они праведны, и их рат – Гопат, а господин и царь – Срош»135. (Суждение Духа разума)

Возможно, такое противоречивое описание Эранвежа (почему лучшая на земле страна такая холодная?) связано с тем, что здесь также идёт об убежище Вар (Йимкард), сооружённом Йимой136 – царём золотого века, чтобы укрыть самое ценное, когда Ахриман наслал на прекрасный Эранвеж оледенение137.

«Убежище Йимкард построено в Эранвеже под землёй, и всякое семя каждого творения и создания господа Ормазда, людей, скота, овец, птиц, всё лучшее и („более“) избранное отнесено туда. Каждые 40 лет от женщины и мужчины, что находятся там, рождается ребенок, и жизнь их (равна) 300 годам, а болезней и несчастий у них мало»138.

Такое описание счастливого, не подвластного времени убежища в ледяной северной стране даёт достаточно непротиворечивое описание зороастрийской Гипербореи.

Ещё одна интересная подробность в «Бундахишн»: «…подобно водам, омывающим землю Вар горы Харбурз, обходит солнце вкруг горы Таэра». Таким образом оказывается, что Вар со всех сторон окружён водами и относится к системе небесной горы Харбурз.

Иранская мифология имеет много общего как с Ближневосточной, так и с Индо-буддийской, каждая из которых представляет целую вселенную.

Приложение к главе 2

1. Сказание о Гильгамеше. (Путешествие к Устью Рек)

ТАБЛИЦА 9<…>Он слыхал о горах, чьё имя – Машу,Как только к этим горам подошёл он,Что восход и закат стерегут ежедневно,Наверху металла небес достигают,Внизу – преисподней их грудь достигает, —Люди-скорпионы стерегут их ворота: Грозен их вид, их взоры – гибель, Их мерцающий блеск повергает горы — При восходе и закате Солнца они охраняют Солнце, — Как только их Гильгамеш увидел — Ужас и страх его лицо помрачили. С духом собрался, направился к ним он; Человек-скорпион жене своей крикнул«Тот, кто подходит к нам, – плоть богов – его тело!»Человеку-скорпиону жена отвечает:«На две трети он бог, на одну – человек он!»Человек-скорпион Гильгамешу крикнул, Потомку богов вещает слово: «Почему идёшь ты путём далёким, Какою дорогой меня достиг ты, Реки переплыл, где трудна переправа?Зачем ты пришёл, хочу узнать я, Куда путь твой лежит, хочу узнать я!»Гильгамеш ему вещает, человеку-скорпиону…К Утнапишти, отцу моему, иду я поспешно, К тому, кто, выжив, в собранье богов был приняти жизнь обрёл в нём!Я спрошу у него о жизни и смерти!“Человек-скорпион уста открыл и молвит, вещает он Гильгамешу: „Никогда, Гильгамеш, не бывало дороги, Не ходил никто ещё ходом горным: На двенадцать поприщ простирается внутрь он: Темнота густа, не видно света — При восходе Солнца закрывают ворота, При заходе Солнца открывают ворота, При заходе Солнца опять закрывают ворота. Выводят оттуда только Шамаша боги, Опаляет живущих он сияньем — Ты же – как ты сможешь пройти тем ходом?Ты войдешь и больше оттуда не выйдешь!“Гильгамеш ему вещает, человеку-скорпиону: „В тоске моей плоти, в печали сердцаИ в жар и в стужу, в темноте и во мраке,Во вздохах и плаче, – вперёд пойду я!Теперь открой мне ворота в горы!»Человек-скорпион уста открыл и молвит, вещает он Гильгамешу: «Иди, Гильгамеш, путём своим трудным, Горы Машу ты да минуешь, Леса и горы да пройдёшь отважно, Да вернёшься обратно благополучно!Ворота гор для тебя открыты». Гильгамеш, когда услышал это, Человеку-скорпиону был послушен, По дороге Шамаша стопы он направил. Первое поприще уже прошёл он — Темнота густа, не видно света, Ни вперёд, ни назад нельзя ему видеть. Второе поприще уже прошёл он — Темнота густа, не видно света, Ни вперёд, ни назад нельзя ему видеть. Третье поприще пройдя, он вспять обратился. С духом собрался, вперёд зашагал он. Четвёртое поприще уже прошёл он — Темнота густа, не видно света, Ни вперёд, ни назад нельзя ему видеть. Пятое поприще уже прошёл он — Темнота густа, не видно света, Ни вперёд, ни назад нельзя ему видеть. Шестое поприще уже прошёл он — Темнота густа, не видно света, Ни вперёд, ни назад нельзя ему видеть, Седьмое поприще пройдя – он прислушался к мраку: Темнота густа, не видно света, Ни вперёд, ни назад нельзя ему видеть. Восьмое поприще пройдя, – в темноту он крикнул: Темнота густа, не видно света, Ни вперёд, ни назад нельзя ему видеть. На девятом поприще холодок он почуял, — Дыхание ветра его лица коснулось, — Темнота густа, не видно света, Ни вперёд, ни назад нельзя ему видеть, На десятом поприще стал выход близок, — Но, как десять поприщ, поприще это. На одиннадцатом поприще пред рассветом брезжит, На двенадцатом поприще свет появился, Поспешил он, рощу из каменьев увидев: Сердолик плоды приноситГроздьями увешан, на вид приятен.Лазурит растёт листвою —Плодоносит тоже, на вид забавен.Гильгамеш, проходя по саду каменьев,Очи поднял на это чудо.ТАБЛИЦА 10Сидури – хозяйка богов, что живёт на обрыве у моря,Живёт она и брагой их угощает:Ей дали кувшин, ей дали золотую чашу, —Покрывалом покрыта, незрима людям.Гильгамеш приближается к её жилищу,<…>Гильгамеш ей вещает, хозяйке: «Теперь, хозяйка, – где путь к Утнапишти?Каков его признак, – дай его мне ты, Дай же ты мне пути того признак: Если возможно – переправлюсь морем, Если нельзя – побегу пустыней!»Хозяйка ему вещает, Гильгамешу: «Никогда, Гильгамеш, не бывало переправыИ не мог переправиться морем никто, здесь бывавший издревле, —Шамаш-герой переправится морем, — Кроме Шамаша, кто это может?Трудна переправа, тяжела дорога, Глубоки воды смерти, что её преграждают. А что, Гильгамеш, переправившись морем, — Вод смерти достигнув, – ты будешь делать?Есть, Гильгамеш, Уршанаби, корабельщик Утнапишти, У него есть идолы, в лесу он ловит змея; Найди его и с ним повидайся, Если возможно – с ним переправься, Если нельзя, то вспять обратися»<…>Гильгамеш и Уршанаби шагнули в лодку,Столкнули лодку на волны и на ней поплыли.Путь шести недель за три дня совершили,И вступил Уршанаби в воды смерти.139

2. Манъёсю140. Легенда о Вечной стране

…В старину в Мидзуноэ

Раз Урасима-рыбак,Ловлей рыбы увлечён —Кацуо и тай, —Семь ночей не возвращалсяНа село домой,Переплыв границу моряНа челне своём.Дочь морского божестваВодяных долинНеожиданно он вдругВстретил на пути.Все поведали друг другуИ судьбу своюКлятвой навсегда скрепили,В вечную страну уйдя…Во дворец владыки днаВодяных долин,В ослепительный чертог,В глубину глубинПарой юною вошли,За руки держась,И остались жить, забывГоре, старость, смерть.И могли бы вечно житьВ светлой стороне,Но из мира суетыСтранен человек!Раз, беседуя с любимой,Так промолвил он:«Ненадолго бы вернутьсяМне в мой дом родной!Матери, отцу поведатьО своей судьбе,А назавтра я пришёл быВновь к тебе сюда».Слыша эту речь его,Молвила в ответ она:«Только в вечную страну141Ты вернись ко мне!Если хочешь, как теперьВечно жить со мной,Этот ларчик мой возьми,Но не открывай».Так внушала рыбаку,Поглядела вслед…И вот прибыл в край роднойЮноша-рыбак.Он взглянул на дом, а дома —Смотрит, – нет как нет,Поглядел он на селенье —И селенья нет.И так странно показалосьВсё это ему, —Ведь всего назад три годаОн покинул дом!Нет ни кровли, ни оградыНету ничего, —Не открыть ли этот ларчик,Может, в нём секрет?Может, всё ещё вернётся,Дом увидит он?И свой ларчик драгоценныйПриоткрыл слегка.Струйкой облачко тотчас жеВышло из негоИ поплыло белой дымкойВ вечную страну.Он бежал и звал обратно,Рукавом махал…Повалился, застонал он,Корчась на земле!И внезапно стала гаснутьЮная душа,И легли морщины вдругНа его чело,Чёрный волос вдруг покрылаСразу седина,Все движенья постепенноСтали замирать…Наконец и эту жизньСмерть взяла себе!Так погиб УрасимаИз Мидзуноэ, И лишь местоГде родился,Видно вдалеке…

Для сравнения – из ирландской саги

3.«Плавание Брана, сына Фебала»

«На другой день Бран пустился в море. Трижды девять мужей было с ним. Во главе каждых девяти был один его молочный брат и сверстник. После того как он пробыл в море два дня и две ночи, он завидел мужа, едущего навстречу ему по морю на колеснице. Этот муж спел ему двадцать два четверостишия, он назвал ему себя – сказал, что он Мананнан, сын Лера. [т. е. сын Моря. — М. А.]

Он спел ему:

Чудно, прекрасно Брану В ладье на светлом море. Для меня же, едущего на колеснице издалека, Цветущая долина – то море, где плывёт он. То, что светлое море для Брана, Плывущего в ладье с кормою, – Радостная равнина с множеством цветов Для меня, с моей двухколесной колесницы. Бран видит множество волн, Плещущих среди светлого моря, – Я вижу на Равнине Забав Цветы с красными головками, без изъяна. Кони Лера блистают летом Всюду, сколько хватает взора Брана. Реки струят свой медвяный поток В стране Мананнана, сына Лера. Блеск зыбей, средь которых ты находишься, Белизна моря, по которому плывёшь ты, Это – расцвеченная жёлтым и голубым Земля, она не сурова. Пёстрые лососи прыгают из недр Белого моря, на которое глядишь ты: Это – телята, разных цветов телята, Ласковые, не бьющие друг друга. Хоть видна тебе лишь одна колесница В Счастливой Стране, обильной цветами, – Много коней на её пространствах, Хоть для тебя они и незримы. Велика равнина, много в ней мужей, Краски блистают светлым торжеством. Серебряный поток, золотые одежды – Всё приветствует своим обилием. В прекрасную игру, самую радостную, Они играют, вином опьяняясь, Мужи и милые женщины, под листвою, Без греха, без преступления. Вдоль вершин леса проплыла Твоя ладья через рифы. Лес с прекрасными плодами Под кормой твоего кораблика. Лес дерев цветущих плодовых, Среди них лоза виноградная, Лес невянущий, без изъяна, С листьями цвета золота.<…>

Вскоре после этого они достигли Страны Женщин и увидели царицу женщин в гавани.

– Сойди на землю, о Бран, сын Фебала! – сказала царица женщин. – Добро пожаловать!

Бран не решался сойти на берег. Женщина бросила клубок нитей прямо в него. Бран схватил клубок рукою, и он пристал к его ладони. Конец нити был в руке женщины, и таким образом она притянула ладью в гавань. Они вошли в большой дом. Там было по ложу на каждых двоих – трижды девять лож. Яства, предложенные им, не иссякали на блюдах, и каждый находил в них вкус того кушанья, какого желал. Им казалось, что они пробыли там один год, а прошло уже много-много лет.