Единственная для черного дракона

Единственная для черного дракона.

Пролог.

Сизый туман распустил свои щупальца по вечерним улицам древнего города. Тавир стоял на этом самом месте пересечения пяти дорог уже не один век. Глубоко корнями врос он в сухую, неплодородную землю, превратившись в оазис для многочисленных торговцев, что рано или поздно стекались в него, чтобы продолжить путь дальше.

Говорят, если ты чего-то желаешь, то ты найдешь это в городе пяти дорог. Неважно, что это будет: масла или шелка, драгоценности или диковинные сласти, лекарство от неизлечимой хвори или женщину, что способна дать могущество величайшего мага всего за одну ночь…

Квисэн.

Казалось, именно в день, когда был заложен первый камень в стены древнего города, сюда пришли и они. Женщины, дарующие тем, кого выбирают необыкновенное могущество. Таинственные, прекрасные для каждого своей особенной красотой, вечно меняющиеся для одного избранного здесь и сейчас в одну единственную ночь. Говорят, услуги их дороги, но ещё говорят, что никакие деньги мира не помогут тебе получить желаемое, если сама квисэн не пожелает тебя. Приходя в Квисэн-е, богатейшую из резиденций Тавир, помни, ты можешь оставить здесь своё сердце, проведя ночь с женщиной своей мечты, но помни и ещё кое-что – для квисэн ты ничего не будешь значить уже на утро. Сколько бы денег ты не предлагал, чего бы именно не сулил, помни, путник, ты уже в прошлом для этого дома и вряд ли сможешь попасть в него вновь…

– Тебе не кажется, что это уж слишком драматично? – фыркнул мужчина, легко соскочив со своего вороного жеребца. – Я прекрасно знаю, зачем мне нужно в этот бордель, Бравэн, перестань нагнетать, – изогнув темно-рыжую бровь, усмехнулся он, на ходу отдавая поводья подбежавшему мальчику. – Всё, что меня интересует – это сила, которую я смогу получить, – с сжав кулаки, мужчина сурово посмотрел в глаза своему слуге.

– Зря вот вы так, – покачал головой его спутник. – Вы, господин, никогда не думали, что не просто так все эти слухи в мире о квисэн бродят?

Эйто провел рукой по гриве непослушных темно-рыжих волос и в его взгляде появилась ледяная стужа, от которой даже привычному Бравэну стало не по себе.

– Это ровным счетом не имеет никакого значения. Моя семья уничтожена и, если для того чтобы стать сильнее и отомстить родному дядюшке мне всего-то и нужно переспать с женщиной – это не повод для беспокойства. Хотя, я всё ещё и переживаю, что это звучит слишком хорошо, чтобы быть правдой.

– Вы бы и без этого одержали победу…вы как ни как сильнейший феникс пустоши…

Эйто улыбнулся как-то странно, от чего у Бравэна зародилось странное волнение где-

то в глубине души. Было неспокойно. Словно он чего-то не мог взять в толк, хотя ему всё вполне доходчиво объяснили.

– Если бы это было так, я бы никогда не покинул родные земли, ради встречи с проституткой… Бездна разорви эту судьбу, – прошипел он сквозь зубы.

Что ж, разве может что-то случиться за одну ночь в Тавире? Тем более, когда дело не такое уж хитрое…

Они покинули постоялый двор вечером следующего дня. До квисэн-е было рукой подать. Эта роскошная резиденция, обособленная от остальной части города глухими стенами, стояла в самом его центре. Аккурат рядом с городской управой и Эйто как ни старался не мог понять, как власти могли допустить такой позор. Несмотря на все те слухи, что окружали самый закрытый демонический род их мира; удивительные истории, описанные в книгах о демонах-похоти, как их называли одни, или демонах-желаний, как с глубоким придыханием величали другие, Эйто продолжал думать, что это всего лишь магический бордель – не больше и не меньше. Он сжимал в руках небольшую шкатулку из янтарного дерева готовясь преподнести свой баснословно-дорогой дар за ночь и возможность расширить свой магический потенциал и обрести полную власть над родной стихией. Если всё получится, то он сожжёт своих врагов дотла. Он твердо вышагивал в сторону квисэн-е, думая лишь о том, как получит желаемое и вовсе не пытаясь вообразить, что ждет его впереди.

Но стоило выйти на центральную улицу, как он сбился с шага и едва и вовсе не остановился. Широкая улица была забита демонами всех родов и племён. Мужчины в шикарных одеждах с какими-то коробками, мешками, сундуками и даже животными толпились у входа в заветную резиденцию. Кроме тех, кто желал войти, улица была заполнена городскими стражниками по одному взгляду на которых, можно было понять, что это профессиональные войны. Такого ажиотажа Эйто уж никак не ожидал. И волей-неволей его нутро с интересом начало прислушиваться к происходящему.

– Когда начнётся…

– Когда…

– Как только солнце зайдёт…

– Да, да, квисэн не переносят света дня…

– Может, стоило в порядке очереди встать…

– Я раньше вас всех прибыл…

– Дурни, не имеет значения это!

Шепотки и вскрики сливались в единый гвалт, который тут же стих, стоило последнему солнечному лучу утонуть за горизонтом. В тот же миг крепко сколоченные ворота отворились и по улице, словно расплеснулась странная волна благоговения и тишины. Эйто будто кожей ощутил этот странный трепет, как из резиденции высыпало несколько женских фигур укутанных во всё черное с головы до ног, а следом за ними вышла ещё одна женщина. Невозможно было разглядеть ни её лица, ни особенностей фигуры. Она вся была сокрыта под непроницаемым покрывалом, расшитым мириадами черных искр. Да и стоило ей сделать шаг, чтобы Эйто понял, что это вовсе не покрывало… сама тьма ластилась точно домашняя кошка вокруг женщины.

Если бы Эйто читал чуть внимательнее то, что он когда-то посчитал простыми выдумками для заманивания клиентов, он бы понял, что выбор всегда за квисэн. Всё, что остаётся мужчинам это принести самый ценный дар и ждать, надеяться, мечтать.

Тем временем, женщина твердо ступала по дороге, вдоль которой, замерев и затаив дыхание, стояло несколько десятков мужчин. Она шла, не останавливаясь ни на долю секунды, словно точно знала к кому именно идёт. И, пожалуй, Эйто впервые испытывал такое странное волнение и замешательство. В какой-то момент, он понял, что не замечает никого и ничего вокруг. Всё, что он может видеть перед собой, это этот неясный силуэт. Ему стало казаться, что она идёт именно к нему, а уже через мгновение, он знал это наверняка. И, желание, предвкушение, волнами электрических искр окутывали его тело. Он и сам не понял, как шагнул вперёд, а она оказалась прямо пред ним.

– Дай мне свой дар, незнакомец, – протянула она руку, укутанную в черную перчатку, сотканную из самой ночи. – Я выбираю тебя, – тихо сказала она, и площадь вокруг накрыл разочарованный вдох.

Стоило бы ждать возмущений, криков, но не было ничего. А Эйто вдруг почувствовал, как его сердце забилось чаще наполняясь доселе невиданным восторгом. Сколько бы женщин не было в его жизни, но никогда ни одна из них не вызывала в нем столько эмоций и это при том, что он даже не видел её лица. Она всего лишь взяла его за руку и направилась в обратную сторону, а он уже забыл, как дышать оглушенный собственным пульсом и эрекцией, что болезненно чувствовалась в его штанах. И, конечно же, он даже не заметил рядом с собой мужчины с бледно-голубыми глазами, что с такой яростью смотрел ему в след.

Спроси его кто потом, на что похожа резиденция квисэн-е он бы не знал, что ответить. Он не видел ничего! Ничего, кроме женщины, что вела его вперёд. Кроме запаха, который окутывал её. Он делал вдох, и ему казалось, что именно так должна пахнуть его женщина. Был в этом аромате запах родного леса и смесь разгорячённых на солнце полевых трав; прохладный ветер осени и последнее солнце перед зимой; так пахла его свобода, его счастье.

Он не заметил, как они оказались в комнате, что утопала во тьме и свете сотен свечей. В центре была широкая кровать. Вдруг женщина, что всё это время была перед ним, отпустила его руку и одним небрежным движением, рассеяла свой наряд.

Эйто забыл, как дышать. Его взгляд с жадностью блуждал по обнажённой женской фигуре. Казалось, её облик был соткан из того, о чем он всегда мечтал. Всё. Начиная от аккуратных лодыжек, длинных стройных ног и аппетитной попки. Кроме того, он обожал женщин, чья кожа была похожа на сливки в свете луны, с длинными светлыми волосами… Более не сдерживаясь, он решительно шагнул вперед, обнимая незнакомку за тонкую талию, и ощущая, как податливо она прогибается в ответ, задевая его эрекцию и чуть надавливая, словно говоря, что знает и ждёт его не меньше. Его пальцы заскользили вниз по её животу, желая прикоснуться к её лону. Почувствовать, насколько всё происходящее правда, и она действительно его хочет и ждёт. Стоило его пальцам раздвинуть нежные складки, как они ту же оказались в горячей влаге. Запах её желания остро ударил по его звериному обонянию, обнажая инстинкты и заставляя его пальцы немного грубо массировать её лоно, чувствуя её возбуждение. То, насколько податлива она в его руках. С какой силой стучит её сердце в груди. Это не было подделкой. Такое не сыграешь.

Он резко повернул её к себе лицом, тут же теряясь в самых невероятных васильковых глазах на свете, с жадностью впиваясь в припухшие алые губы и растворяясь в поцелуе полном страсти. Он легко подсадил её, заставляя обнять его ногами, и в несколько шагов преодолел расстояние до постели. Тут же избавляясь от вмиг ставшей слишком тесной одежды. Он не ждал. Не мог ждать ни секундой более, яростно врываясь, точно животное. Ни с кем и никогда, не мог себе позволить настолько потерять контроль. Слиться со своей звериной сущностью, чтобы полностью насладиться женщиной, впитать её аромат, слизать каждую капельку пота с её кожи, почувствовать вкус её лона так, что позабыв обо всем раствориться в сокрушающем экстазе.

Эта ночь длилась бесконечно или пролетела за один краткий миг, но Эйто уже знал, чувствуя, насколько его тело переполнено магией, настолько же, его сердце было пусто и болело в груди. Он получил свой дар. Он вернёт свой дом. Он отомстит.

Его идеальная женщина лежала у него на груди, выводя узоры на его коже крошечными пальчиками. Лёгкий румянец расцвёл на её бледной коже, делая её образ самым волшебным, родным.

– Может быть, – чувствуя себя полным дураком, заговорил он, и указательный палец девушки вдруг оказался на его губах.

– Ничего не говори, солнце встало, и твоё время истекло, – чуть улыбнулась она, легко касаясь губами его груди и тут же исчезнув.

Комната растворилась в золотом сиянии утреннего солнца, и Эйто на миг показалось, будто образ женщины растаял мириадами золотых искр. Пустота, что вдруг поселилась в сердце, не шла ни в какое сравнение с той силой, что он получил. Он уже знал, как ошибся. Как глубоко его ранили в эту ночь. Такие раны не заживают, и не одна сила не стоит тех сожалений по несбывшейся мечте! Неужели, всё, что ему теперь останется это вспоминать эту ночь с женщиной из его снов?! Даже месть теперь казалась пресной и не несущей никакого удовлетворения. Зачем она ему, если он больше никогда не увидит её?!

– Почему выбрала его? – немного старческий, дребезжащий голос, разрезал тишину на открытой террасе, где сейчас стояла женщина в простом темном платье. Она выглядела немного уставшей, но не менее умиротворённой. Её взгляд, казалось, просто смотрел вдаль, но они обе знали, что смотрят вслед стремительно удаляющимся двум всадникам.

– Нэн, – усмехнулась женщина, – явно не из-за этой побрякушки, – кивнула она в сторону шкатулки, внутри которой лежал великолепной работы браслет с изумрудами. – Сегодня была лучшая ночь для зачатия, – через какое-то время продолжила она. – Он высший демон и я хочу дочь от него. Представь, какая квисэн родится от демона, чья природа столь сильна и неукротима, – предвкушающее улыбнулась хозяйка квисэн-е. – Она сможет получить всё, чего только захочет. А, самое главное, она выживет несмотря ни на что.

– Это может быть опасно для нас. Ты же знаешь, нельзя брать в отцы детям сильных демонов…

– А, – раздраженно отмахнулась она. – Это опасно для них. Это поможет устоять нам. Ты же знаешь, предсказания Аиль никогда не ошибаются… и времени слишком мало. Судьба настигнет нас так или иначе.

– Мы могли бы уйти… – несмело заговорила женщина.

– Если бы это было возможно, – немного грустно улыбнулась женщина. – Но, всё, что нам остаётся – это встретить закат нашего дома достойно. Это не так-то и плохо, тебе так не кажется? Тем ценнее каждый прожитый день, – горько усмехнулась она. – Аиль сказала, что спасение рода придет с востока вместе с возрождением… Феникс пришел к нашему порогу сегодня… и он поможет возродиться нашей дочери. Она сможет сгореть и воскреснуть однажды…

Хозяйка квисэн-е ещё долго стояла на открытой террасе своей резиденции. След чужестранцев давно растаял вдали, а она продолжала улыбаться, празднуя зарождение новой жизни внутри себя. Её дочь – Лилэй, пришла в этот мир в эту ночь. Рука квисэн с нежностью укрывала живот, жалея лишь об одном – она сможет защищать её так недолго.

10 лет спустя

Стоя посреди огромного шатра, что раскинулся в самом сердце степи, мужчина смотрел на хана нагов не скрывая собственного превосходства. И, хотя, казалось, что для этого нет ни малейшего повода, он так не считал.

– Зачем ты пришёл ко мне? – всё же не выдержав, спросил Айкса Эр, хан нагов южных земель. Он возлежал на огромном множестве шелковых подушек и шкур и, казалось, его тело наполнено леностью, что дарил дневной зной в степи. В конце концов, его гость прибыл днём, время, когда наги предпочитали проводить в постелях. Их время – это ночь.

– Небесный император желает передать тебе дар дабы заключить мирный союз на долгие годы, – заговорил мужчина, чуть склонив голову, но продолжая смотреть на него бледно-голубыми глазами и протянув в сторону повелителя небольшой свиток.

И, хотя он кланялся, но всё в нём говорило, что это просто позиция его тела, но уж никак не знак уважения. Он не привык кланяться, тем более не перед жалким демоном пусть и повелителем своего народа.

– Дар? – изогнув бровь, скучающе поинтересовался мужчина. – Что же решил подарить хозяин небес кому-то вроде меня? Думаешь, поверю в это?

– Выбор за вами, – улыбнулся нежданный гость, и дождавшись дозволения говорить, продолжил. – Наги веками царствуют в степях, сражаются с кьярдами, джинами и сурами, но всегда побеждают. Хотя, порой, победа дорого стоит… не так ли?

– Мой народ не боится жертвовать во имя своих побед, – сжав губы в тонкую нить, бросил великий хан степей.

Казалось всё его тело – это груда мускулов под лоснящейся бронзовой кожей. И, даже, одежда не в силах спрятать всю мощь, скрытую под ней.

– Но император всё же хочет облегчить ношу твоего народа и подсказать тебе, как это можно сделать…

– И? Что он хочет взамен? Что ты хочешь, раз до сих пор не сказал мне?

– Что ж, всё чего желает император – это заверения в мирных отношениях.

Айкса Эр не сводил своих змеиных желтых глаз с пришельца. Он не верил ни единому слову чужака. Но, ещё он знал, что если не примет дар Императора Небес, то неизвестно чем это всё может закончиться. Чего он хочет от него?

– Хорошо, скажи же, что за подарок он приготовил для меня?

Мужчина напротив слегка улыбнулся и спросил:

– Слышал ли ты о Квисэн-е в городе Тавир?

– Бордель? – нахмурился Айкса, никак не ожидая, что разговор свернёт в такое русло.

– Хм, не совсем…

Глава 1.

– Квисэн изменчивы, словно вода. Каждая из нас может измениться в долю секунды просто потому, что нам так хочется. Демоны нашей природы, пожалуй, как никто иной близок к стихийным проявлениям своих способностей, – пожилая Нэн шла вдоль комнаты, но при этом с каждым её шагом перед нами представала совершенно иная женщина.

Её внешность перетекала из одного состояния в другое, и лишь энергетическая структура оставалась неизменной. Собственно, только благодаря этому, мы порой и узнавали друг друга. – С возрастом вы научитесь управлять спонтанными изменениями вашего тела. Возможно, даже решите выбрать один постоянный облик, в котором вам будет комфортнее, чем в других. Такое тоже возможно. Порой, квисэн может даже на несколько лет застрять в одном обличие…

– Как это? – не сдержалась Шанэ.

– Так случается, в основном, если это необходимо в целях безопасности и не всегда зависит от самой квисэн. Просто одна из особенностей организма. Например, ваше подсознание в опасной ситуации решит, что безопаснее всего быть старухой или ребёнком, то ваш организм сработает на такую защиту от проявления интереса противоположного пола. Такой механизм есть только у детей, когда вы ещё не можете постоять сами за себя. Но, да оставим это, – махнула Нэн рукой, – самое главное, в будущем вы научитесь становиться той самой женщиной, о которой будет мечтать мужчина перед вами. Даже он сам может не знать, как выглядит его идеал, но вы уже считаете и воплотите это в реальность. Всё в вас изменится в этот момент: ваша внешность, запах, манера поведения и речи, даже голос…всё будет таким, как мечтает тот, кто будет рядом с вами. В этот момент квисэн не только меняется внешне, всё в нас начинает считывать объект перед нами. Поскольку квисэн питаются энергией, что лучше всего вырабатывается при сексуальном желании, то мы в совершенстве овладели теми навыками, что могут нас прокормить и усилить. Кстати, об энергии, – подняла она палец вверх, – конечно, подойдёт любое сильное чувство, которое вы сможете поглотить, но лучше ведь любовь и страсть, чем ненависть, – слегка улыбнулась она. – Мужчины, которые проводят ночь с квисэн, получают временный толчок для своих магических способностей. Их потенциал увеличивается. На самом деле, когда квисэн извлекает ту или иную составляющую глубинных чувств, то образовавшийся карман заполняет сила, которая, как мы знаем, витает вокруг нас, – хитро улыбнулась Нэн. – Мы ничего не даём мужчинам, если уж так разобраться. Мы всего лишь удовлетворяем свои потребности и дарим им временное расширение магического потенциала. К слову сказать, если не тратить всё сразу же, а заниматься культивированием полученного объёма для силы, то магический потенциал может увеличиться навсегда. Но, – хмыкнула Нэн, – на то они и мужчины, что хотят всего и сразу.

Нэн была самой старой из всех обитательниц квисэн-е, но конечно это никак не угадывалось ни в её внешности, ни в движениях, хотя мы все это просто чувствовали. Некогда глава квисэн-е она давно отошла от дел, сосредоточившись на обучении подрастающего поколения.

– Скоро вы сможете выходить за пределы квисэн-е и многие слухи будут доходить до вас о нашем доме. Простые бесы и слабые демоны говорят о том, что мы демоны разврата и похоти, демоны высшего порядка верят, что мы исполняем желания. Но никто и никогда не скажет вам, что такой способ ведения дел залог не только нашего выживания, но и безопасности окружающих нас существ. По достижению вами совершеннолетия такой образ жизни станет вашей потребностью, пищей, и только так вы сможете жить и процветать. Помимо того, что заложено в вас природой, пришедшей от матерей, в некоторых из вас могут проснуться и силы отцов. Хотя, это, конечно, редкость, поскольку для квисэн важно сохранить наши родовые способности, мы стараемся не рожать детей от демонов, которые могут быть сильнее нас самих. Запомните, если квисэн-е процветает, то с ним процветаем и мы.

Собственно, на этой фразе заканчивался каждый урок пожилой Нэн.

– Уважаемая сестра, – писклявый голос Джерайи дал нам ясно понять, что урок ещё продлится какое-то время. Мы с Шанэ синхронно закатили глаза.

– Да, Джерайя, говори, – милостиво кивнула ей Нэн, которая внешне сейчас была похожа если не на нашу ровесницу, то может на девочку на пару лет старше.

– Разве не может быть у квисэн лишь один мужчина? Как пишут в романах…

Нэн усмехнулась, замолчала на какое-то время, и села за свой стол, прежде, чем начать говорить.

– Вряд ли найдётся такой мужчина, моя дорогая, который сможет унять всю страсть, живущую в душе квисэн.

– Но… – попыталась продолжить разговор Джерайя, когда Нэн подняла указательный палец вверх и заговорила вновь.

– Вам всего двадцать лет и по меркам квисэн совсем ещё дети. Лишь через пять лет начнётся ваше формирование, как взрослых демониц. Вы почувствуете первый голод и первую страсть. Тогда же вы пройдёте через аукцион на благо квисэн-е. За право первой ночи с вами будут делать ставки лишь наиболее подходящие демоны нашего континента, знаете, почему так? Думаете, потому что в квисэн-е живут лишь жадные старухи? – вновь усмехнулась она. – Просто ваша страсть, – подняла она правую руку, – и голод, – подняла она левую руку и резко хлопнула в ладоши, – одно и то же. Если тщательно не выбрать партнёра, то всё может закончиться трагедией. Когда квисэн голодны – они питаются слабыми…в прямом смысле слова. Очень важно подобрать правильного, в энергетическом смысле, партнёра, чтобы научиться контролировать себя. Но, всё это будет не так и скоро, а сейчас вам следует заняться тренировками. Сестра Виан сказала, что разрешит вам поработать с настоящими мечами, – усмехнулась Нэн, видя наше воодушевление. – Надеюсь, вы воздержитесь от кровопускания, но запомните кое-что другое: если в вашей жизни случится так, что вы будете испытывать вынужденный голод, один из способов удержать равновесие и восполнить энергетической резерв – это усилить физическую активность. Никаких «переждать» и «потерпеть» в вашей жизни быть не должно!

– А, если сыграть Песнь жизни, например, это не поможет? – поинтересовалась Фаис.

В квисен-е не просто так ценились все виды искусства, будь то танцы или лепка, музыка или рисование, всё это было прежде всего направлено на работу с энергиями.

– Как видно Фаис забыла основы, кто знает почему? Лилэй, расскажи сестре, почему песнь не поможет, – выразительно посмотрела на меня Нэн не просто так. Именно я практиковалась на музыкальных инструментах больше всего. Шанэ любила рисовать, Джерайя и Фаис более всего предпочитали танцы. Моей же страстью была музыка.

– Любое искусство квисэн – это прежде всего касание материи вокруг нас. Данный вид трансформации энергии не может быть направлен внутрь нас самих, так заведено.

На самом деле, любая нота, извлеченная мной из столь любимой флейты, могла, как исцелить, так и навредить. Мелодии сперва разучивались в строгом соответствии с канонами, но чем старше я становилась, тем лучше чувствовала, как нужно сыграть, чтобы сказать и получить то, что я хочу. Шанэ даже хотела попробовать призвать духов и погадать при помощи флейты…Но, как мне кажется, это было слишком опасной и тонкой материей, чтобы так просто в это лезть. Да, чего уж там, я жуть как этого боялась! Но всё же я была не вполне согласна с истинами о том, что искусство можно использовать только на окружающих, а не на нас самих и даже пробовала создать мелодию, которая могла бы увеличить энергетический потенциал. Правда, пока получалось не очень.

– Именно, – кивнула Нэн. – Запомните, даже если магия в вас не проснётся, у вас всегда будет искусство, как способ достижения цели! Каждая из вас уже выбрала инструмент и средство, а дальше лишь жизнь покажет насколько вы будете умелы. В любом случае, никогда не пренебрегайте физическими тренировками. Порой, в шаге от пропасти может спасти лишний взмах меча…

Нас всех синхронно передёрнуло от ужаса. Конечно, мы все читали истории о ракшасах – демоницах, что не совладав с собственной природой квисэн превращались в пьющих кровь чудовищ. Поэтому было так важно уметь повлиять на свое состояние даже при помощи таких нехитрых средств.

– Мы не привязываем себя к мужчинам. Мы не рожаем детей от сильных демонов. Мы берём и даём столько, сколько нужно, чтобы никогда не испытывать голод. Мы не демоны похоти, и не демоны желаний, всё, что делает квисэн – она делает для себя и своего квисэн-е. Запомните это раз и навсегда.

– Запомните это раз и навсегда, – явно передразнивая интонации Нэн, хихикала Шанэ, пока мы шли сквозь сад в сторону общей столовой.

– Лично мне после её уроков совсем не хочется взрослеть, – пробормотала я, не сдержав улыбки. – Что не спроси, всё сводится к долгу перед квисэн-е и питанию, – тяжело вздохнув, я провела рукой по своему невзрачному ученическому платью.

На настоящий момент в квисэн-е было всего четыре девочки, готовящихся к вхождению во взрослую жизнь. Это я, Шанэ, Джерайя и её прихвостень Фаис. Несмотря на то, что нам следовало бы дружить, но я и Шанэ с трудом могли выносить замашки Джерайи и то, как ей всегда подпевает Фаис.

– Как подумаю о том, что мы навсегда привязаны к этому месту, то такая тоска распирает! – воскликнула Шанэ. – Подумать только, сколько всего интересного есть за пределами квисэн-е, а нам этого ни в жизнь не увидеть. Да, ещё всю жизнь провести, точно мы и есть эти самые ракшаси! Неужели, всё в итоге сводится к тому, чтобы питаться? Есть ли в мире квисэн живущие сами по себе? Независимые и свободные?