- -
- 100%
- +
– Два миллиона восемьсот тысяч – раз! – провозгласил аукционер, высокий представительный мужчина с густыми темными бровями и выразительным взглядом заслуженного иллюзиониста, оглядывая участников торгов. – Два миллиона восемьсот тысяч – два…
Он медленно поднял молоток, выдерживая драматическую паузу и чувствуя, что торги еще не кончены. Хорошо развитое профессиональное чутье подсказывало ему, что цена еще поднимется.
И чутье его не обмануло.
Маленький худощавый японец с прилизанными седоватыми волосами поднял сложенную пополам программку.
Аукционер церемонно поклонился японцу и произнес своим бархатным, хорошо поставленным баритоном:
– Благодарю вас, я был уверен, что мы приблизимся к настоящей цене… три миллиона триста тысяч – раз…
В этот момент ему почудилось за спиной едва ощутимое дуновение сквозняка и какое-то непонятное движение, но он был поглощен аукционом и не обратил на это внимания, тем более что вопросами безопасности на торгах занимались другие люди.
– Три миллиона триста – два…
Мрачный мужчина в первом ряду, в мятом дорогом костюме, с могучей бычьей шеей, небритыми по предпоследней моде толстыми щеками и выбритой наголо головой, махнул рукой, и аукционер, уловив его жест, склонил голову и объявил:
– Четыре миллиона триста тысяч! Благодарю! Четыре миллиона триста тысяч – раз…
Маленький японец вытянул вверх худую руку с двумя растопыренными пальцами.
– Четыре с половиной миллиона! – радостно сообщил аукционер.
Поскольку он получал процент от окончательной цены, активность покупателей его очень радовала.
– Четыре миллиона пятьсот тысяч…
На лучшее предложение он уже не рассчитывал, но во втором ряду вскинулась женская рука.
Густые брови аукционера поползли вверх, и он, скрывая удивление, воскликнул:
– Дама во втором ряду – пять миллионов долларов! Прекрасная цена! Кто больше, господа?
Господа растерянно молчали.
– Пять миллионов – раз… пять миллионов – два…
Резной молоток поднялся над столом, аукционер снова выдержал паузу и торжественно провозгласил:
– Пять миллионов – три! Продано! – И резной молоток опустился, знаменуя окончание торгов.
Но когда молоток аукционера ударил по столу, вместо короткого сухого стука неожиданно раздался оглушительный грохот, и сцену заволокло густым темным дымом.
Участники аукциона вскочили со своих мест, бритоголовый в первом ряду вытащил пистолет, охранники, неторопливо прохаживавшиеся возле дверей, бросились к сцене.
Однако дым через полминуты рассеялся, аукционер стоял на своем месте растерянный, но совершенно невредимый, и массивный бронированный сейф с единственным продававшимся на сегодняшних торгах предметом находился на прежнем месте.
– Это что за фейерверк? – хрипло проговорил бритоголовый здоровяк, пряча оружие и подозрительно оглядываясь. – Говорили, блин, – конкретно надежная фирма, а тут такие заморочки…
– Не волнуйтесь, господа, – проговорил аукционер, слегка оглохший от взрыва, – мы непременно выясним причину этого инцидента… Все в порядке, господа, все в порядке…
По его безмолвному знаку в зал вбежали официантки с подносами, на которых стояли бокалы шампанского, призванные сгладить впечатление от загадочного происшествия.
– Все в порядке? – нервным звенящим голосом проговорила женщина из второго ряда, победительница аукциона. – Я в этом не уверена… будьте любезны, продемонстрируйте наш сегодняшний лот, я хочу убедиться, что с ним ничего не произошло!
– Разумеется! – Аукционист повернулся к сейфу, неторопливо достал связку ключей и попытался вставить один из них в замочную скважину. Ключ явно не подходил.
– Вы по-прежнему считаете, что все в порядке? – ядовитым тоном осведомилась дама.
Аукционер, не дрогнув ни одним мускулом на своем невозмутимом лице, потянул за ручку… и сейф распахнулся.
Из него выскочил крупный белый кролик, в два прыжка перелетел сцену и скрылся в боковом проходе.
– Это что – шутка? – надменно проговорила дама. – В таком случае у вас скверное чувство юмора!
– Цирк, блин! – хрипло выкрикнул бритоголовый. – Ты что, в натуре, за лохов нас держишь? Нет, ты, конкретно, ответь! Мы, между прочим, время свое тратили, большими, блин, деньгами рисковали, а ты тут фокусы вздумал показывать? Доиграешься, реально!
На этот раз невозмутимое лицо аукционера заметно побледнело.
– Господа, господа, – проговорил он, обегая взглядом зал, – уверяю вас, наша фирма не имеет к происшедшему никакого отношения…
– Сомневаюсь! – воскликнула дама, поднялась, гордо вскинув голову, и направилась к выходу, бросив напоследок: – Вряд ли я еще когда-нибудь приму участие в ваших торгах!
Следом за ней торопливо вышагивал широкоплечий телохранитель (или кем он там был) с объемистым кожаным чемоданом – наличностью для участия в аукционе.
– Правильно, в натуре, женщина говорит! – злобно рявкнул бритоголовый и зашагал по ряду, наступая на ноги соседей. – В натуре, чтобы я еще когда-то к вам подался…
Дама вышла на улицу, и к ней немедленно подкатил огромный, сверкающий черным лаком «Мерседес». Шофер, мужчина лет тридцати с небольшим, привлекательной, но незапоминающейся наружности, выскочил из машины и предупредительно распахнул дверь. Дама села не на заднее сиденье, как это принято, а на переднее, рядом с водителем. На заднем устроился телохранитель, положив рядом с собой чемодан.
«Мерседес» плавно сорвался с места и покатил по вечерней улице.
Водитель время от времени посматривал в зеркало заднего вида, часто менял направление. Наконец, убедившись, что их никто не преследует, он остановил машину, повернулся к «телохранителю» и протянул ему плотно набитый конверт. Парень взял конверт и улыбнулся:
– Спасибо, Маркиз! Ты знаешь, как меня найти, если будет работа!
Он выбрался из машины и поспешил к ближайшей станции метро.
Дождавшись, когда «третий лишний» скроется из виду, дама фыркнула:
– Ну, Ленечка, с кроликом ты, по-моему, переборщил!
– Ты считаешь? – Водитель состроил уморительную физиономию. – А по-моему, было очень весело! Во всяком случае, все участники аукциона следили только за кроликом и прочими отвлекающими моментами. Первый закон всякого иллюзиониста – как можно больше отвлекающих эффектов, чтобы зрители не заметили, как их надувают!
Леня Марков, широко известный в узком кругу мошенник и авантюрист, начинал свою блестящую карьеру как цирковой артист. Впоследствии ему очень пригодились навыки, полученные в цирковом училище, – ловкость рук, умение мгновенно перевоплощаться, точный расчет, осторожность в выполнении головокружительных трюков… По прошествии некоторого времени, поняв, что от трудов праведных не наживешь палат каменных, Леня покинул цирк и сосредоточил свою деятельность на тонком мошенничестве.
Маркиз был человеком идейным в том смысле, что никогда не обирал бедных и убогих, вдов, сирот и малоимущих пенсионеров. Отобрать у домохозяйки, идущей на рынок, деньги на еду с помощью какой-нибудь дутой лотереи либо же ограбить несчастную бюджетницу в день ее скромной и долгожданной зарплаты Маркиз считал делом нестоящим и позорным. Нет, он разрабатывал свои сложные и остроумные операции долго и тщательно, и жертвами его были люди состоятельные и даже богатые, причем даже их Леня никогда не обирал до нитки. Исключение составил один случай, когда Маркиз в своей операции руководствовался местью. Он поставил себе целью разорить своего врага Артема Зарудного, который убил его старого друга и учителя Аскольда. Леня был привязан к старому мошеннику, от которого получил в свое время множество навыков, так необходимых в его работе. Кроме того, он ненавидел насилие во всех его проявлениях, оттого и выбрал такую бескровную профессию.
Итак, Леня Маркиз достиг в своей профессии большого успеха и стал широко известен в узких криминальных кругах. Его уважали и иногда обращались за советом или содействием. В основном же Леня работал один, сам планировал операции, сам их выполнял.
Потом он совершенно случайно встретил Лолу, которая стала его партнершей, соратницей и подругой. То есть подругой в самом прямом смысле этого слова.
Лола – такова была ее кличка, или, если употребить более изысканное выражение, творческий псевдоним, – по образованию была актрисой и до встречи с Маркизом мошенничала по мелочи, чтобы заработать себе на еду и тряпки, поскольку работа в маленьком театре не приносила ей никаких доходов и девушка едва не голодала. Леня увидел ее в деле и поразился ее природному артистизму и умению перевоплощаться. Он уговорил Лолу работать вместе и никогда об этом не жалел, хотя девчонка оказалась своенравной, взбалмошной и скандальной. Но как только дело касалось работы, Лола становилась спокойной, исполнительной и послушной, в делах она никогда его не подводила. Прошло время, они съели вместе не один пуд соли и так привязались друг к другу, что для удобства решили жить вместе. Тем более что как-то случайно обзавелись тремя домашними любимцами. Крошечной собачкой чихуа-хуа, которую – точнее, которого – Лола назвала экзотическим именем Пу И в честь последнего китайского императора и в которого она вложила всю нежность бездетной женщины. Пушистым и представительным котом Аскольдом, названным так в честь Лениного покойного друга и учителя. И говорящим попугаем по кличке Перришон, который в одно прекрасное зимнее утро просто влетел в опрометчиво открытую Лолой форточку да так и прижился в квартире. Конечно, заботиться о трех питомцах удобнее всего было, содержа их в одной квартире, и компаньоны заключили соглашение: они живут вместе, общим хозяйством, но на личную жизнь друг друга никак не посягают. Это было непременным условием Лени Маркиза: не смешивать их трудовую деятельность с удовольствием. Словом, никакого секса, так гораздо удобнее. Лола согласилась с негодованием – не больно-то и хотелось, однако Ленькины многочисленные интрижки переживала болезненно, хотя и сама не страдала от недостатка мужского внимания.
Так они и жили – в общем-то, вполне довольные друг другом, прекрасно зная, что друг без друга им будет скучно.
Вместе они провернули довольно много тонких и сложных операций и всегда могли положиться друг на друга.
«Мерседес» выехал на Обводный канал, свернул во двор и остановился. Леня посигналил фарами, как будто подмигивая жителям пустого пыльного двора. Впрочем, из местных жителей в данный момент присутствовали только два здоровенных кота, которые сближались, угрожающе подвывая и прижимая рваные уши, – должно быть, выясняли спорный территориальный вопрос или боролись за благосклонность какой-нибудь привлекательной кошечки.
«Мерседес» подмигнул еще раз, и в ответ на это поднялись металлические ворота, закрывавшие вход в большой благоустроенный гараж.
Маркиз въехал внутрь, и к машине подошел худощавый молодой парень, старинный Ленин приятель, большой специалист по всевозможным транспортным средствам, имеющий странную кличку Ухо. Обменявшись с Леней коротким приветствием, он быстро принялся за работу – сменил номера «Мерседеса». Маркиз со своей боевой подругой пересели в неприметную бежевую «девятку» и выехали из гаража.
Свернув на Московский проспект, Леня достал из кармана мобильный телефон и набрал номер. Дождавшись ответа, он проговорил:
– Дело сделано, посылка у меня.
– Встреча с племянником состоится завтра, в условленное время, – ответил его собеседник, – магазин «Аквариум», секция одежды. Приметы племянника вы знаете, кроме цвета волос и значка на лацкане, он покажет вам календарик с попугаем.
В трубке раздались гудки отбоя. Леня притормозил возле мусорного бака и выбросил туда «засвеченный» телефон. Он старался соблюдать предельную осторожность.
– Ну что? – озабоченно спросила своего напарника Лола. – Дело приближается к концу?
– Не сглазь! – Маркиз огляделся в поисках чего-нибудь деревянного и, ничего не найдя, постучал себя по лбу. – Вот когда избавимся от посылки и получим деньги – тогда можно будет что-то сказать!
Эта история началась приблизительно за две недели до сегодняшнего аукциона.
В крупной солидной канадской корпорации, занимающейся разработкой и производством современной электроники, уволили сотрудника. Уволили его по целому ряду причин, не имеющих отношения к происходящим событиям. Но этот уволенный сотрудник, прежде чем покинуть свое рабочее место, решил отомстить хозяевам и одновременно обеспечить себе безбедное будущее. Со своего компьютера он «взломал» секретную базу данных корпорации, скачал информацию об одной из новейших разработок, записал эту информацию на крошечную микросхему и вынес из стен фирмы.
Незавидная судьба уволенного сотрудника усугублялась тем, что был он русским, не имел канадского гражданства и мог находиться на территории Канады только до тех пор, пока у него была работа. Как только его уволили, иммиграционные власти отправили его домой, в Санкт-Петербург.
Он летел в Россию в прекрасном настроении: микросхема, спрятанная под подкладкой кепки-бейсболки, обещала ему светлое будущее.
Прибыв домой, жизнерадостный программист нашел одного старинного знакомого, по всей видимости, процветавшего и, по слухам, связанного с очень влиятельными людьми. Знакомый заинтересовался микросхемой, но сказал, что не сможет продать ее, прежде чем установит ее истинную стоимость. Программист, который три года прожил в благополучной Канаде и совершенно расслабился, посчитал такое условие вполне разумным. Больше он не видел ни микросхемы, ни старинного знакомого.
А драгоценная микросхема была выставлена на аукцион.
Алексей Иванович Матренин, или Матрена, как называли его знакомые, занимался необычным бизнесом – организацией подпольных аукционов. Если кто-нибудь хотел продать картину или драгоценность сомнительного происхождения – достаточно было обратиться к Лехе Матренину. Его фирма была достаточно солидной и известной. Леха арендовал под свои аукционы роскошные виллы в окрестностях Петербурга или залы в центре города. Он обеспечивал участникам торгов безопасность и комфорт, следил за точностью расчетов, с помощью умелой политики продаж поднимал цены. За услуги он брал десять процентов от стоимости проданных лотов, и все считали такие условия справедливыми.
Пожелавший остаться неизвестным продавец выставил на торги драгоценную канадскую микросхему. Леха Матренин постарался известить об этом потенциальных покупателей, с разрешения продавца частично ознакомил их с содержащейся на схеме информацией. Первым проявил интерес некий важный господин из Японии, а следом за ним появились и другие покупатели. К началу торгов стартовая цена за микросхему определилась в миллион долларов. Исходя из своего опыта, Матренин не сомневался, что в итоге она будет продана за три с половиной – четыре миллиона.
Именно в это время Леня Маркиз получил интересное предложение.
Через старинного знакомого, верного человека, к нему обратился один из участников будущего аукциона с просьбой похитить для него микросхему за вознаграждение в полмиллиона долларов.
Леня не нуждался в деньгах, но он давно сидел без дела и заскучал.
Лола пыталась его отговорить, но дело показалось ему настолько интересным, что он не стал слушать ее доводы и взялся за работу, а поскольку они давно уже работали только вместе, Лоле тоже пришлось включиться в операцию.
Они тщательно проработали все детали, Леня придумал трюк с взорвавшимся молотком и проворачивающимся сейфом, теперь оставалось только передать капсулу с микросхемой заказчику и получить деньги.
Встреча была назначена в гипермаркете «Аквариум». Человек, которому нужно было передать капсулу, был огненно-рыжим. Это немного насторожило Леню – рыжие приметные, но зато обмануться нельзя – рыжего сразу узнаешь. Проверив содержимое капсулы, заказчик должен был перевести деньги в один из банков Люксембурга. Маркиз не боялся, что его кинут, – не того уровня был заказчик. То есть его рекомендовали Лене с наилучшей стороны как честного человека, если можно так выразиться об индивидууме, который нанимает мошенника, чтобы украсть ценную микросхему, вместо того чтобы приобрести ее на аукционе. Кроме того, у Маркиза была такая репутация, что его не стали бы обманывать – потом это могло принести обманщику большие неприятности.
На следующее утро компаньоны встали пораньше. Собрались быстро. Лола, обычно нежащаяся в горячей ароматной ванне по полтора часа, в этот раз приняла душ за рекордные восемнадцать с половиной минут, наложила самый легкий макияж и оделась просто – в джинсы и курточку, чтобы чувствовать себя легко и мобильно.
Пу И смотрел на нее удивленно. Песик был настроен с утра поиграть с хозяйкой в какую-нибудь подвижную игру, например в перетягивание ее новых колготок, но она явно была в неподходящем настроении. Леня, правда, успел выгулять его на скорую руку, во избежание лужицы в передней, но от этой поспешной прогулки чихуа-хуа не получил никакого удовольствия.
Выехали Лола и Маркиз точно по расписанию, так чтобы успеть в «Аквариум» вовремя, невзирая на пробки. Однако по мере продвижения по городу Леня начал исподволь вертеть головой и все больше хмурился.
– Леня! – испуганно прошептала Лола, схватив Маркиза за локоть. – Вон та черная машина нас преследует!
– Вижу, – Маркиз осторожно высвободил руку, – я уже давно пытаюсь от нее оторваться. Только, ради бога, не хватай меня за руки, когда я за рулем, не создавай аварийную ситуацию!
– Ну извини! – Лола не отрываясь смотрела в зеркало заднего вида. – Я не хотела, это нервное.
Леня резко свернул в переулок, прибавил скорость, еще раз свернул на полном ходу, едва не перевернув машину. На какое-то время два левых колеса оторвались от земли, и машина ехала на двух правых, как мотоцикл. Однако преследовавший их черный автомобиль повторил маневр и уже снова маячил позади как приклеенный.
– Кто-то, кажется, говорил об аварийной ситуации, – испуганно проговорила Лола, сжавшись на сиденье, – а сам проделывает смертельные трюки, как заправский каскадер!
Леня не удостоил ее ответом, ему было не до того. Он вырулил на встречную полосу, едва избежал столкновения с темно-зеленым «Мерседесом». Навстречу мчалась огромная грузовая фура. Маркиз вцепился в руль, как идущий на таран пилот-камикадзе, и не поменял направления. Водитель грузовика крутанул руль и перегородил дорогу своей огромной машиной. Ленина машина выскочила на тротуар, едва не перевернувшись, объехала фуру и свернула за угол.
Они оказались в коротком проулке, заканчивающемся тупиком и узким проходом между двумя домами – слишком узким для машины, достаточным только для человека.
– Лолка, беги! – приказал Леня. – Я уведу преследование. У нас слишком мало времени, встреча с покупателем в «Аквариуме» через пятнадцать минут!
Лола мешкала, и Леня прикрикнул на нее:
– Быстро! Времени нет! Помнишь – он рыжий, на лацкане значок яхт-клуба… и пароль… точнее, опознавательный знак…
Лола кивнула, выскочила из машины и бросилась в проход между домами.
Маркиз проследил за ней, развернулся и выехал из тупика.
Черная машина ждала его за углом, как терпеливый кот поджидает возле норки перепуганную мышь.
– Черт, как некстати! – тихонько буркнул Леня себе под нос. – Вот навязались на мою голову!
Пришлось срочно корректировать план и посылать Лолку к покупателю одну. Это было плохо – не в правилах Маркиза выполнять такой сложный трюк без страховки. Однако Леня решил пока не думать о том, кто сидит у него на «хвосте» и где же они прокололись, а сосредоточиться на том, как уйти от преследования.
Лола проскользнула между домами и оказалась на оживленной улице.
Напротив красовалось прозрачными стенами голубоватого стекла здание гипермаркета «Аквариум».
Лола огляделась по сторонам, перебежала дорогу и вошла в двери «Аквариума», предупредительно распахнувшиеся перед ней.
Отдельные покупатели и целые семьи катили тележки, наполненные продуктами, утварью, всевозможными хозяйственными покупками. Служащие гипермаркета в голубых форменных костюмах расторопно и ловко расставляли на полках товары.
Лола миновала отдел игрушек, оставила в стороне кондитерский отдел с грудами конфет и пирожных, проскочила длинные стойки с винами и коньяками и оказалась в отделе готовой одежды.
Именно здесь у них была назначена встреча с покупателем.
Лола взглянула на часы. Она опоздала примерно на полминуты.
В отделе готовой одежды не было ни души.
Лола огляделась по сторонам. Ее охватила непонятная тревога, она хотела уйти отсюда, вернуться в торговый зал, наполненный людьми, среди которых она чувствовала себя гораздо увереннее, как вдруг из примерочной кабинки появился высокий узкоплечий мужчина с огненно-рыжими волосами, одетый в синий джинсовый костюм.
Плавной, скользящей походкой мужчина двинулся к ней, улыбаясь и протягивая в правой руке маленький календарик с изображением ярко-красного попугая.
Лола перевела дыхание: это был опознавательный знак, который должен был предъявить ей покупатель.
Все совпадало: рыжие волосы, календарик с попугаем… что еще говорил Леня? Ах да – значок яхт-клуба на лацкане!
На кармане джинсовой куртки действительно блестел маленький значок с изображением яхты. Но этот значок был приколот как-то неловко, неровно, будто наспех.
Лолу кольнуло какое-то неосознанное подозрение.
Рыжий в несколько скользящих шагов приблизился к ней и слегка обошел, отсекая ее от огромного зала гипермаркета с его шумом и сутолокой, протянул руку и выжидающе взглянул.
При этом на губах его по-прежнему играла улыбка, но в глазах сверкнул странный, недобрый огонек.
Лола замешкалась, опустила глаза на нетерпеливо протянутую к ней руку рыжеволосого.
С рукой что-то было не так.
Сосредоточившись, девушка поняла, что именно ее насторожило.
У рыжих обыкновенно розоватая веснушчатая кожа и волоски на руках такие же рыжие, как на голове. А у этого человека рука была смуглой и из-за манжета выглядывали жесткие темные волоски.
Он не был рыжим от природы, он был брюнетом в рыжем парике.
Волком в овечьей шкуре.
Лола оторвала взгляд от протянутой к ней руки и снова подняла его к лицу мужчины. В этом лице было нетерпение, раздражение и угроза.
– Скорее, – проговорил мужчина, – у нас очень мало времени. За мной, кажется, следят.
– За нами тоже следили, – ответила Лола, стараясь оттянуть время, и отступила назад, оказавшись рядом с примерочной кабинкой.
– Скорее! – повторил мужчина с откровенной злостью, хотя губы его все еще кривились в фальшивой, искусственной улыбке.
Лола скосила глаза назад, высматривая путь к отступлению, и вдруг заметила что-то, от чего ее кинуло в жар.
Из-под занавески, закрывавшей примерочную кабинку, выглядывал носок мужского ботинка.
Она попятилась и чуть заметно отодвинула краешек занавески.
Этого оказалось достаточно, чтобы увидеть: внутри кабинки полулежал рыжий мужчина с широко открытыми, выпученными глазами. Этот человек был действительно рыжим – красноватая веснушчатая кожа, рыжеватые волосы на руках не оставляли никаких сомнений.
И он был мертв, в этом тоже не было сомнений.
Слишком широко были открыты его глаза, в которых отражались яркие галогеновые светильники. Слишком неестественной была его поза. И если кому-нибудь этого показалось бы недостаточно – на шее рыжего отчетливо вырисовывалась ярко-красная полоса. Кажется, эксперты-криминалисты и патологоанатомы называют такую полосу странгуляционной бороздой.
Этот человек был задушен.
– Зря ты туда заглянула, – прошипел фальшивый рыжий, приближаясь к Лоле своей скользящей походкой, – теперь мне придется и тебя…
– У тебя парик сбился! – вскрикнула Лола, отступив еще больше.
Мужчина инстинктивно схватился за свои волосы, потеряв на этом долю секунды. Лола нырнула в кабинку, отдернула занавеску, отделявшую соседние кабинки одна от другой, еще одну занавеску, еще одну…
Мужчина бросился следом за ней, споткнулся о вытянутые ноги мертвеца, громко чертыхнулся, запутался в занавесках и немного отстал от Лолы. Лола торопливо протискивалась из одной кабинки в другую. В одной из них она налетела на толстуху в розовом атласном лифчике немыслимого размера, с натужным пыхтением старавшуюся втиснуться в явно тесное ей шелковое бирюзовое платье.
– Дама, вы куда претесь! – возмущенно воскликнула толстуха. – Что ли, не видите – здесь занято!
– Все равно не натянешь его на свои телеса! – мстительно прошипела Лола и выскочила из кабинки.
Она оказалась теперь в другом отделе, где толкалось несколько женщин, перебиравших развешанную на стойках одежду. Лола проскочила между ними и вылетела в отдел игрушек.