- -
- 100%
- +
– Дело не в этом, – остановил его клиент, – он просто мне не подходит.
«Уж больно умен, – подумал мужчина про себя, – начнет копать, до сути доискиваться, проводить параллели…»
– Ну что ж. Тогда, пожалуйста, другая кандидатура. – Юрий Васильевич открыл следующую папку. – «Сотрудник ФСБ с большим стажем работы. Послужной список в ФСБ засекречен, но отзывы коллег самые хвалебные. Блестящий аналитический ум, отличные физические данные, свободно владеет тремя языками… впрочем, вам это, наверное, ни к чему. К нам попал в связи с сокращением. Замечательный работник, прекрасный психолог».
– Спасибо, этот человек мне тоже не подходит.
«Еще из ФСБ мне не хватало, – думал клиент, – покойный Черкасов был из ФСБ, небось знают уже о его смерти, свяжут мое дело с ним, выйдут на концерн, а там узнают про деньги. Нет, из ФСБ мне никого не нужно».
– Ну, я просто теряюсь… Ума не приложу, как вам угодить. Ну вот, еще один человек. – Перед хозяином кабинета появилась следующая папка. – Он значительно моложе первых двух, окончил факультет психологии. До того, как пришел к нам, работал консультантом в РУОП. Молод, энергичен, умен, у нас справляется с любой работой блестяще, прекрасно находит подход к женщинам, что в нашей профессии немаловажно…
– Нет-нет, этот мне тоже не подходит.
«Тоже больно молодой и шустрый. Как бы бабы ему лишнего не наболтали. Опять никакой секретности не выйдет».
Юрий Васильевич явно разозлился на привередливого клиента. Стараясь не проявлять эмоций, он с еле заметной усмешкой вытащил папку из нижнего ящика стола.
– Если вам не подошли те кандидатуры, то, возможно, этот человек вас устроит. Агентство у нас небольшое, персонала мало, кое-кто занят, так что не обессудьте. Мы, правда, собирались уже с этим сотрудником расстаться… В прошлом – журналист криминальной хроники, сменил несколько мест работы, не сойдясь характером с руководством. Сорок два года. Физическая форма… когда-то была неплохая, в молодости занимался борьбой, но бросил спорт и форму не поддерживает.
– А почему вы собирались его уволить? – Клиент явно насторожился. – Он что, с вами тоже не сошелся характером?
– Нет, конфликтов у нас не было, просто у меня к нему накопились претензии. Он… как бы вам сказать? Он профессиональный неудачник. Ни одного порученного дела не довел полностью до конца.
– Что, совсем дурак? – напрямик спросил клиент, усмехаясь.
– Нет, вы поймите меня правильно, совершенного дурака мы бы не взяли на работу, – спохватился Юрий Васильевич, – но у этого все время какие-то досадные срывы.
– Но он может выполнять простые, четко поставленные задачи?
– Разумеется, но именно простые, хотя он не глуп, и в людях разбирается, но… думаю, он просто не подходит для нашей работы.
– Ничего, у меня задание несложное, – усмехнулся заказчик, – этот человек меня устроит.
– Хорошо, – Юрий Васильевич пожал плечами, – как скажете. Я вас предупредил, а дальше – воля ваша. Будете ставить ему задачу через меня?
– Сделаем так. Вы проведете с ним беседу, ну… о том, что этот заказ будет для него решающим, испытательным, так сказать, а я уж сам с ним потом встречусь и поставлю задачу.
«До чего ж ты мне надоел!» – подумал Юрий Васильевич, любезно улыбаясь заказчику.
В мексиканском ресторане «Кукарача», что на набережной реки Фонтанки сразу за зданием бывшего Дворца пионеров, было малолюдно. Время было не то чтобы обеденное, но и не совсем для ужина – пять часов вечера. Ресторан, вернее, ресторанчик, потому что еда, а главное – цены были там ресторанные, а само помещение находилось в полуподвале и обставлено было просто; так вот, ресторан бывал полон только по вечерам. Причем ходила туда преимущественно молодежь, люди посолиднее предпочитали места иные.
В уютном уголке сидели три женщины, чувствовалось, что пришли они сюда не столько поесть, сколько пообщаться.
В зал вошел новый посетитель, мужчина лет сорока. Он огляделся, выбрал уединенный столик, сказал официантке, что ждет приятеля и чтобы пока она принесла ему минеральной воды и кофе. Когда официантка отошла, он с любопытством огляделся, потому что был здесь впервые, как-то раньше не случалось. Стены в помещении ресторана были расписаны черепахами и толстыми мексиканцами, на стенах висели гитары и сомбреро. Рядом с его столиком в аквариуме плавала большая живая черепаха.
– Привет, старушка! – улыбнулся он черепахе.
Официантки все были латиноамериканского типа – очевидно, учатся здесь и подрабатывают в свободное от учебы время. Все они были ничего себе, смуглые, яркие и улыбчивые, но хорошенькая только одна, та, что подошла к его столику.
«Это хороший знак, она принесет мне удачу», – подумал посетитель.
Он неторопливо повернул голову и скользнул рассеянным взглядом по залу. Вон там в углу сидит его будущая работа. Он вспомнил известный анекдот про трех интеллигентных дам и усмехнулся. Действительно, три интеллигентные дамы, достаточно молодые и интересные. Через полчаса он узнает про них кое-что, а недели через две должен будет узнать все. А пока знает очень немногое: одна из них – юрист, вернее нотариус, преуспевающая деловая женщина, вторая – художник, но не живопись, а что-то прикладное, дамское, а третья – домохозяйка. Три подруги, такие разные. Интересно, что их связывает?
Мужчина передвинул вазу с цветами и пригляделся к дамам повнимательнее. Он напрасно беспокоился, дамы не смотрели по сторонам, они были поглощены разговором. Небось сплетничают или обсуждают новый способ похудеть. Пока у него есть время, можно попробовать определить, кто из них кто. Это не составит труда, он любит наблюдать и анализировать. Вон та пепельная блондинка в дорогом черном костюме, естественно, нотариус. Выглядит, правда, молодо для нотариуса, но бывает всякое. Очевидно, это ее новенький «фольксваген-гольф» стоит на парковке у ресторана. Машина абсолютно дамская, а больше деловых и обеспеченных женщин он в зале не видит. Издалека ему было не разглядеть, что дамы пили – коктейли или сок, но, надо полагать, насчет блондинки он прав. Яркая брюнетка, сильно накрашенная, в чем-то бордово-трикотажном, с огромными серебряными серьгами в ушах, – это, разумеется, художница. На шее блестящее ожерелье, волосы собраны в прическу – что-то немыслимое, но художники любят производить впечатление. И наконец, вон та рыжеватая веснушчатая толстушка с минимумом косметики и безвкусно одетая – это, разумеется, домохозяйка. Наверняка требовательный муж и дети-оболтусы, изредка выбирается пообщаться с подругами, чтобы чувствовать себя современной женщиной.
За дамским столиком шла чисто дамская беседа, когда участницы разговора непоследовательно перескакивают с предмета на предмет и ничуть этим не тяготятся.
– Ой, девочки, как я рада вас видеть! Такая жизнь суматошная, почти два месяца не встречались!
– А действительно, почему мы не перезванивались? Жанка, ты что усмехаешься? У тебя новый роман?
– Может, и так!
– Да уж, Жанночка у нас всегда при кавалере, не то что мы, растяпы.
– Не обобщай!
– А ты, Катерина, опять растолстела! Зря мы, Ирка, ее в «Ольгино» возили, столько сил на нее потратили. Она небось по приезде сразу в пышечную побежала.
– Ну люблю я мучное, что же делать! Конечно, некоторым можно по десять пирожных на ночь съедать, все равно они как жерди, не в коня, что называется, корм.
– Неправда, Ирка на диете сидит, я знаю.
– Ничего не на диете, только не ем столько мучного и сладкого, как Катька! Но авокадо, девочки, я просто обожаю, ничего с собой сделать не могу. И еще креветки, какое же все калорийное!
– Катерина, не ешь столько картошки, скоро не в одну дверь не пролезешь! С тобой в автобусе в проходе небось не разминуться!
– Своими секретаршами командуй, – огрызнулась Катерина, – весь аппетит сбила! И потом, меня теперь на машине возят, общественным транспортом почти не пользуюсь.
– Интересно, кто же это?
– Хахаля завела? – Последние реплики подруги произнесли хором.
– Ой, девочки, я, кажется, влюбилась!
– Ну начинается, – вздохнула Жанна.
Разговору помешала официантка, она убрала тарелки из-под закуски и принесла горячее. Из солидарности с подругой за рулем остальные двое тоже отказались от спиртного и пили сок.
Мужчина за дальним столиком неохотно перевел взгляд на черепаху в аквариуме.
– Сергей Анатольевич? – негромко окликнули его. – Мы с вами уговаривались по телефону о встрече.
– Да, это я.
Вошедший присел за стол, кивнул официантке.
– Вот, рекомендую «Буритас», очень вкусно, а впрочем, это не важно, заказывайте что хотите. Итак, вот вам задание. Те три женщины за угловым столиком, мне нужно знать о них все. Где они бывают, с кем живут, с кем просто встречаются, как проводят свободное время – друзья, любовники. Сведения эти мне нужны как можно быстрее и должны быть как можно подробнее. Необходимое условие – полная конфиденциальность, ну и, разумеется, они не должны почувствовать слежку. Надеюсь на ваш профессионализм, мне вас рекомендовали с самой лучшей стороны. – Мужчина любезно улыбнулся. – Теперь вот вам кое-какие первичные данные. – Он протянул через стол листок бумаги, на котором было напечатано всего несколько строк: Ташьян Жанна Георгиевна, домашний адрес и телефон. Кроме этого, там был еще номер машины. – Как вы, наверное, догадались, – продолжал заказчик, – Ташьян – та яркая брюнетка. Она нотариус, ее контора находится на улице Восстания, почти на углу с Невским проспектом, напротив метро.
При этих словах Сергей Анатольевич опустил глаза на листок. Надо же так ошибиться! Но ведь она совершенно не похожа на деловую женщину, с этакими-то монистами.
– Далее, номер второй: Дронова Екатерина Михайловна – художник, вон та, рыженькая. Тоже адрес и телефон, она работает дома.
Сергей Анатольевич почувствовал сильнейшее желание полюбоваться черепахой. Если рыжая толстуха – художник, то та интересная блондинка в черном костюме – домохозяйка. Умеют же эти бабы морочить людям головы! Хорошо, что он сдержался и не стал распространяться заказчику о своих наблюдениях, ведь он был уверен, что правильно вычислил, кто есть кто. Тогда не видать бы ему этой работы как своих ушей.
Дамы в углу продолжали оживленно беседовать.
– Катерина, немедленно расскажи, кто у тебя есть, откуда он взялся и где вы познакомились.
– Душа моя, это несущественно, – самодовольно заговорила было Катерина, но потом счастливо рассмеялась: – Ой, девочки, он такой хороший, просто прелесть! Обещал летом взять меня с собой в Италию!
– Кто же он по профессии?
– Он… – задумалась было Катерина, – у него своя фирма, что-то торговое, но очень интеллигентный человек!
– Я себе представляю, – тихонько проговорила Жанна. – И где же он тебя подцепил?
– У Лили, у нее была презентация ее работ в казино Конти. Там все так шикарно, нас с Машкой тоже пригласили. Машка – керамист, вы ее видели. Мы с ней и с Лилей вместе начинали, а теперь…
– А теперь у Лили презентация в казино «Конти», а ты сидишь в захламленной квартире и нашиваешь свои тряпочки! – резко сказала Жанна.
– Это несущественно! – вызывающе взглянула на нее Катерина. – А потом, эти, как ты называешь, тряпочки, то есть панно, я продала недавно за пятьсот долларов.
– Раз в жизни повезло, – не унималась Жанна, – а сколько ты над ним работала!
– Это несущественно, – грустно ответила Катя, – ну, почти год. Что ты от меня хочешь, – воскликнула она со слезами в голосе, – не всем же быть деловыми и богатыми! Вот, сейчас тушь потечет. – Она схватила сумку и побежала через весь зал в дамскую комнату.
Дамы немного помолчали, потом Ирина спокойно спросила:
– Зачем ты ее мучаешь? Она все равно не изменится.
– Неужели ты думаешь, что мне это доставляет удовольствие? – вспыхнула Жанна. – Просто сил нет смотреть на эту тетеху! Как можно так жить в наше время! Влюбилась неизвестно в кого, знакома с ним всего ничего, а уже искренне считает, что лучше его нет никого на свете!
– Может быть, действительно приличный человек, – произнесла Ирина с ноткой сомнения.
– Ты прекрасно знаешь, что приличный на Катьку не посмотрит! В таком виде и в таких дешевых тряпках! – безапелляционным тоном высказалась Жанна.
– Однако раньше тебе не была свойственна такая резкость в суждениях, – недовольным тоном произнесла Ирина.
Жанна опомнилась – что это ее вдруг понесло, ведь Ирка тоже живет небогато.
– Прости, у меня сегодня был трудный день.
– Ты лучше перед Катей извинись, – сухо ответила Ирина.
Несколько минут они смотрели молча каждая в свою тарелку. Потом появилась Катерина, веселая и свежеумытая.
– Ну ее к черту, эту косметику. Я ее вообще смыла! – Она махнула рукой.
Жанна с Ириной изумленно переглянулись: появиться в общественном месте без косметики еще хуже, чем расхаживать дома средь бела дня в халате и ночной рубашке. Но Катьке этого не объяснишь – она вылупит глаза, взмахнет коровьими ресницами и скажет: «А что такого?»
– Жанка, ты на меня не сердись, – миролюбиво продолжала Катя, – я сейчас и правда очень счастливая. Все остальное, душа моя, несущественно. Давайте, девочки, выпьем за наше здоровье. Куда это официантка запропастилась? – Катька сорвалась с места и побежала искать официантку.
– Ты заметила, у нее даже манера речи изменилась, – с улыбкой сказала Ирина. – Вставляет в разговор обороты, раньше для нее совершенно нехарактерные.
– Вот и я о том же! – подхватила Жанна. – Она совершенно теряет голову от первого попавшегося мужика. А что она от них видела, кроме неприятностей? Муж при разводе разменял квартиру, запихнул ее в коммуналку. Любовник, которого она искренне считала вторым мужем, оказался женатым, ушел со скандалом и напоследок еще обобрал.
Ирина рассеянно кивала, обводя взглядом зал. Спорить с Жанной ей не хотелось, Жанна во всем всегда права. Она имеет право осуждать их с Катериной, тем более что делает это не из зависти и не со зла, а хочет их в чем-то убедить. Катьку-то нужно воспитывать, ее вечно заносит, но ее, Ирину, ни в чем убеждать не надо, она и так понимает, что живет неправильно. Но что можно сделать? Кое-какие меры она в последнее время предпринимает, но пока рано признаваться подругам и вообще кому бы то ни было.
Какое приятное местечко! Спасибо Жанке, не дает им с Катькой заплесневеть. В последний раз она вытащила их на неделю в оздоровительный центр «Ольгино». Катерине срочно нужно было худеть, и они с Жанной за компанию провели оздоровительный курс – очищение организма. Неизвестно, прибавляется ли от этого здоровья, но само сознание того, что целую неделю занимаешься только собой, прибавляет бодрости и морального удовлетворения.
Какие огромные аквариумы там у дальней стенки. В двух какие-то экзотические рыбы, а в одном – да это же черепаха! Огромная, прямо Тортилла! Ужасно хочется рассмотреть ее поближе, но неудобно подходить, там совсем рядом столик, он занят двумя мужчинами. Судя по всему, они ведут деловой разговор. Ирина отчетливо видела только одного мужчину – лысоватого, достаточно плотного, хорошо одетого, но не сомневалась, что его визави, скрытый вазой с цветами и бутылкой минеральной воды, тоже мужчина. Разумеется, деловой разговор можно вести и с дамой, но скорее всего тогда не в ресторане, а во-вторых, у мужчины, беседующего с дамой, обычно иное выражение лица. Более мягкое, что ли. То же самое можно сказать и о мужчине, разговаривающем с дамой по телефону. Разумеется, речь идет об интеллигентных, достаточно образованных мужчинах. Этот за столиком на первый взгляд производит неплохое впечатление. Хотя… судя по дорогой одежде и уверенной манере держаться, он принадлежит к так называемым хозяевам жизни, а эти почему-то скрывают интеллигентность, даже если она у них есть, что само по себе встречается достаточно редко.
Хорошо одетый мужчина вынул плотный конверт и положил его на стол. Ирина с удовлетворением отметила, что рука, забравшая конверт со стола, была мужской. Она любила наблюдать, а потом делать выводы; эта привычка появилась у нее в последние годы. Иногда в транспорте она, глядя на какого-нибудь человека, придумывала мысленно, как бы она построила с ним разговор. И как может себя вести тот или иной индивидуум в различных условиях. Когда-то, еще давно, она поделилась своими наблюдениями с мужем.
«Делать тебе нечего!» – усмехнулся он.
Это было не совсем верно – забот-то у нее было предостаточно: дом, дети. Но вот голова была свободна, поэтому она часто размышляла на отвлеченные темы.
Человек за столиком возле черепахи вдруг резко обернулся и встал. Ирина еле-еле успела опустить глаза в тарелку – нехорошо пялиться на незнакомых мужчин.
– Девочки, что будем пить? – Катя отыскала официантку.
Жанна поморщилась и заказала себе слабенькую «Пинаколаду» – очень сладко, но мало градусов. А Ирина с Катькой решились на «Маргариту», причем Катька не утерпела и, несмотря на укоризненные взгляды подруг, взяла сладкую, с клубникой. А Ирина – обычную, соленую.
– Девочки, давайте мириться! – Катька умильно заглядывала им в глаза.
Жанна рассмеялась:
– Не морочь нам голову, рассказывай, что у тебя за хахаль!
– Я же и говорю, приходим мы в казино «Конти», опоздали, конечно, пока к Лиле протолкались, надо же было хоть пару слов ей сказать, потом хватились, а нам и шампанского не досталось. Машка так разозлилась: из-за тебя, говорит, опоздали…
– Естественно! – вставила Жанна.
– Я говорю, уж если тебе невтерпеж, то вон иди и сама шампанское купи, в баре есть. Она сунулась было, а как узнала, сколько там шампанское стоит, так сразу назад бежит. И тут вдруг идет он и говорит: «Милые дамы, не хотите ли выпить?» – и протягивает нам два бокала. Вот так и познакомились. Машка сначала хотела было на него глаз положить, но он сразу дал понять, что только мной интересуется.
«Не может быть!» – Жанна под столом пихнула Ирину ногой и глазами выразила сомнение.
«Может, – Ирина успокаивающе кивнула, – видела я эту Машку».
– А потом он меня оттуда увез в кафе! – восторженно рассказывала Катерина. – А потом…
– Неужели с первого раза ты потащила его в дом? – ужаснулась Жанна.
– Нет, что ты, – смутилась Катя, – на второй раз… да какая разница, – рассердилась она, – я же не девочка!
– Это верно, – со вздохом согласилась Жанна, – далеко не девочка, а ума… Ну как можно приводить в дом незнакомого человека? Ты хоть спросила, кто он и откуда взялся в казино «Конти»?
– Конечно, его привел приятель, он знает Лилю.
– Как зовут приятеля? – немедленно поинтересовалась Жанна.
– Слушай, ты не на работе, – вступилась за Катю Ирина.
– Вот именно! – радостно завопила Катька. – И вообще, ты мне просто завидуешь, – по-детски добавила она.
Жанна совершенно не обиделась, а Ирина рассмеялась:
– А что ей завидовать, когда у нее самой на личном фронте все в порядке. Верно, подруга?
– Как ты догадалась… – пробурчала та.
– У тебя всегда вид по-деловому уверенный. А когда есть любовник, то в глазах еще и чувство явного превосходства, – поддразнила Ирина.
Она сделала это нарочно, чтобы Жанна немного рассердилась, начала пикировку и не задавала ей, Ирине, лишних вопросов. А то вон как внимательно Жанна на нее смотрит, так и хочет спросить, как у самой Ирины личные дела и почему это она так хорошо выглядит. Катька, святая простота, ничего не замечает, а у Жанны глаз острый, профессиональный. Именно по этой причине Ирина не хотела касаться личной темы: если она соврет, то Жанна поймет и обидится, а правду говорить преждевременно, ведь Ирина и сама еще не поняла, что с ней творится…
Пока они болтали, мужчина за столиком рядом с черепахой ушел, но его собеседник, по-прежнему не видный, остался.
– Десерт будете? – неслышно подошла официантка.
– Я буду, – оживилась Катерина. – А вы?
– Нет, пожалуй, – протянула Ирина, – вот разве что кофе…
– Два кофе, и покрепче! – распорядилась Жанна и повернулась к Катьке, улыбаясь: – Так что, выходит, что у твоего любовника нет никаких недостатков?
– Он замечательный, такой… – Катя не нашла слов, – но один недостаток у него есть, он женат!
– Разве это недостаток? – удивилась Жанна. – По-моему, девочки, это достоинство. Ну сами посудите, приходит он раза два в неделю, весь чистый. Пуговицы все аккуратно женой пришиты, взгляд не голодный, сам спокойный, все у него хорошо. С таким человеком и время приятно провести. И нужно нам друг от друга только одно.
«Да уж, невозможно представить себе Жанну, пришивающую пуговицы», – усмехнулась про себя Ирина.
Но возможно, так и надо? Жанна давно в разводе, сначала жила с мамой и сыном, потом купила себе квартиру, обставила по своему вкусу и ночует там, когда хочет, приводит, кого хочет.
– Значит, твой тоже женатый? – с любопытством спросила Катя.
– Естественно! – Жанна взглянула на часы. – Катерина, доедай десерт, и пошли, мне еще на работу заехать нужно.
Сергей Анатольевич увидел, как дамы встают из-за столика. Костюм на блондинке был недорогой, он просто очень хорошо сидел. У нее вообще была отличная фигура. Она оглянулась в его сторону, как бы почувствовав мужской взгляд. Он сделал вид, что уронил счет и скрылся под столом – совершенно ни к чему, чтобы его запомнили. На самом деле Ирина просто захотела еще раз взглянуть на черепаху.
Сергей подозвал официантку, расплатился и не спеша пошел к выходу. Пока три женщины оденутся и накрасят губы, можно горы свернуть. Когда они показались на ступеньках, он уже сидел в машине. Он думал, что они все вместе сядут в «фольксваген», но дамы решили пройтись – очевидно, чтобы выгулять килокалории, съеденные в мексиканском ресторане. Был конец апреля, солнце светило, как летом.
– Жанночка, спасибо тебе, ты поезжай. А мы пройдемся, погода – прелесть.
– Не пропадайте, девочки, обязательно звоните! – И машина Жанны скрылась за углом.
Ирина подхватила Катю под руку, и они пошли к Невскому. Сергей Анатольевич на своей «пятерке» болотного цвета поехал за новеньким «фольксвагеном», но недолго, потому что Жанна остановила машину у нотариальной конторы.
На улице было так хорошо, что подруг слегка разморило после сытной еды. Даже Катерина перестала болтать. Ирине не хотелось возвращаться домой, дома все было плохо, то есть не то чтобы плохо, но как-то противно, не по-людски. Она была рада, что они остались с Катей вдвоем, с Жанной приходилось все время держаться настороже. Но Катерина вдруг сама начала трудный разговор:
– Мы все о себе. А как у тебя дела?
– Все так же, – вздохнула Ирина и отвела глаза.
Катя не стала расспрашивать, только сжала ее руку и сказала убежденно:
– Держись, подруга, все еще изменится к лучшему! Вон какая ты хорошая, тебе обязательно в жизни повезет.
– У тебя все хорошие, – засмеялась Ирина, – и вообще ты, Катька, оптимист.
– Это несущественно! – тоже засмеялась Катя.
– Ты со своей любовью небось и работу забросила?
– Что ты! Наоборот, столько идей появилось. А панно я правда продала, только не за пятьсот долларов, а за триста.
– Купи себе что-нибудь из одежды, – осторожно сказала Ирина, боясь обидеть подругу.
– Прямо не знаю, уже все деньги распределены. Ремонт хочу сделать. А то неудобно. – Она застенчиво улыбнулась.
Комната у Катерины была большая, с красивым стрельчатым окном. Но страшно запущенная.
– Слушай, пойдем завтра по магазинам, поможешь мне обои купить. И найдешь мастера?
– Найду, – улыбнулась Ирина, – и купить помогу. Заодно посмотрю на последние твои работы.
– Чудно! – Катя чуть не захлопала в ладоши.
Ирина задумалась. Завтра ей трудновато будет выбраться из дому, а вечером у нее другие планы, но Катерина при своем несомненном художественном таланте была в быту не только абсолютно непрактична, но и вкус ее куда-то пропадал. Она могла купить какие-нибудь аляповатые обои, про одежду лучше вообще не вспоминать – ходила в каких-то непонятных свободных сарафанах, как будто вечно беременная, как однажды ехидно заметила Жанна.
Следовало Катьке помочь и не откладывать в долгий ящик, потому что Катька забудет или передумает, потом деньги кончатся, и благие намерения пропадут даром.
– Хорошо, встречаемся завтра в три часа в метро у Гостиного, не опаздывай.
Они расцеловались и разошлись.
В метро у Ирины настроение немного испортилось, но она постаралась отогнать дурные мысли – что толку. В метро нельзя поддаваться плохому настроению: уходишь в себя, начинаешь перебирать все прошлые обиды, выражение лица становится скорбно-недовольным, выглядишь лет на десять старше. В другом общественном транспорте можно смотреть в окно, а в метро люди от нечего делать присматриваются друг к другу. И вот едет человек до нужной станции, например, минут сорок и всю дорогу смотрит на твою недовольную физиономию. И постепенно сам заражается твоим плохим настроением, а на него тоже кто-нибудь в это время смотрит. В результате на конечную станцию приезжает полный вагон расстроенных, озлобленных людей. Они пойдут домой к мужьям и женам, постараются им также испортить настроение, так постепенно злоба и ненависть расходятся как круги по воде. Нет уж, путь лучше люди, глядя на нее в метро, думают: вот едет привлекательная, со вкусом одетая женщина, достаточно молодая (а что, тридцать семь лет вполне еще приличный возраст, да и выглядит она лет на пять моложе), все у нее в жизни хорошо и смотреть на нее приятно.