Из пепла

Пролог

Я смотрела на него.

Он почти не изменился. Всё тот же выверенный, безупречный образ: тёмный плащ, идеально сидящий на плечах, холодное, выразительное лицо. Только в густых, чуть вьющихся волосах стало больше серебра.

Он всё ещё молод. Но, видно, когда несёшь столько на себе – время стирает тебя иначе.

Он был по-прежнему красив. Властен. Отточен до последней черты. Иногда мне казалось: никто не может быть настолько безупречным. В нём обязательно должна быть трещина.

Мне захотелось отвернуться. Казалось, если он посмотрит – я перестану дышать.

Я натянула капюшон и спряталась за спину ближайшего человека. Не сейчас. Не так. Он не должен меня видеть. Пока что.

Он говорил. Голос – уверенный, чёткий, без размаха.

– Как вы знаете, год назад мои люди исчезли в этих местах. Без следа. Ваша задача – найти остатки. И сундук, что они везли.

Перед ним стояли около пятнадцати человек. Кто-то держался прямо, сжимая оружие, другие переглядывались. Он собрал их – но поедут не все.

Я стояла позади. Но слышала их шёпот:

– Сбрендил, точно…

– Опять на смерть шлёт.

– Пусть сам идёт, к чёрту!

– Там давно всё растащили мародёры.

– Золото, золото… думает, воскресит кого-то?..

Я взглянула на Рея. Он слушал молча, хмыкая, словно уже знал, чем всё закончится.

– Конечный пункт нашего похода – Лунное ущелье, – продолжил Лорд Блэк.

Тишина.

А затем – взрыв возмущения.

– Лунное ущелье?! Это же самоубийство!

– Нас там разорвут в клочья!

Я застыла. Что он надеется там найти?

– За согласие каждый из вас получит двести золотых по возвращении в деревню.

Один из людей Лорда Блэка потряс мешочком, и в гробовой тишине раздался звон монет.

Двести.

Это было целое состояние.

Я почувствовала, как Рей взглянул на меня. Уголки его губ дрогнули в усмешке.

Я знала, о чём он думает. Эти деньги могли спасти его мать. Перевезти Марту ближе к столице. Хватило бы и на лекаря.

– Выступаем послезавтра, – отрезал Лорд. – Говорят, в вашей деревне есть ведьма.

Тишина стала вязкой.

– Если ведьма пойдёт с нами – она получит четыреста.

К первому мешочку присоединились ещё два.

Я едва сдержала тяжёлый вздох.

Шаги.

Рей подошёл ближе, склоняясь к моему уху. Его голос был тихим, но вкрадчивым, как у хищника.

– Ну что, принцесса? Пора заработать?

Глава 1

– Не слушай его, милая. За это время ты помогла едва ли не половине деревни!

– Ага. И притащила за собой целый конвой солдат, – усмехнулся Рей, крутя нож в пальцах. Голос звучал лениво, но в глазах читалась настороженность.

Пахло свежей выпечкой, но даже этот уют не мог заглушить тревогу, скребущуюся где-то под рёбрами.

Марта, его мать, хлопотала по кухне, помогая нам собраться. В её движениях сквозила тревога – и, надо признать, вполне обоснованная.

– Что ты прицепился к девочке? Не видишь, как она переживает? – строго заметила она, похлопав меня по плечу. – Совсем бледная. Лунное ущелье… Совсем милорд не бережёт своих людей. – Она перекрестилась и продолжила укладывать еду. – Сколько слухов про него ходит в последнее время!

Рей лишь фыркнул.

– Ущелье как ущелье. Туда посылали дилетантов. Я бывал – и ничего. Живой, вот сижу, – развёл руки в стороны.

– Проблема может быть не в самом ущелье, – тихо сказала я, штопая старый походный плащ. Руки дрожали. Я уколола палец и сжала кулак. Плащ достался мне от Клары – почти всё, что на мне было, когда-либо принадлежало ей.

– Неудивительно, что милорд притащил воинов аж из столицы. Говорят, после той истории он сам не свой. Якобы невеста у него там исчезла, – прошептала Марта заговорщицки, заполняя сумки припасами.

Подпись

Я нервно усмехнулась. Невеста, ага. Слово встало поперёк горла, оставив неприятное послевкусие.

– Не была она его невестой, – отрезал Рей. – Разве что зазнобой. – Он убрал нож в ножны и стал складывать покрывала. – Ты только слухи и распускаешь.

Он замолчал, задумался.

– Вот что действительно интересно – что именно тот отряд вёз через ущелье, – поднял палец, словно преподавал. – Это уже пятая вылазка за год. И четыре предыдущих не вернулись.

Я напряглась. Его слова резанули по живому.

– Что приводит нас к ещё одному вопросу: зачем ему ведьма? – Рей многозначительно глянул на меня.

Спина невольно напряглась.

Марта вздохнула, остановившись на секунду.

– Не нужны нам эти деньги, сынок. Не иди. Мы и так справимся. Урожай вон какой. А что крыша течёт – это ж не беда. Мирон помощь предлагал.

– Крыша? Нам не крышу чинить надо, а тебя спасать, – Рей коснулся её плеча. – Надо перебраться в столицу.

– Да мне уже лучше! К чему мне эти столицы! Ещё и Марию с собой тащишь? Ей бы самой туда – мужа искать. А как подлечится – и деток можно! – всплеснув руками, воскликнула Марта.

Я аккуратно отложила иглу, подошла ближе и обняла её.

– Я сама хочу пойти. Надоело сидеть у вас на шее. Эти деньги… помогут, – сказала я тихо, поглаживая её по руке.

– Глупое дитя… И не сидишь ты на шее, вовсе нет. Ты только и держишь нас на плаву. Храброй хочешь казаться, но я вижу – страшно тебе. И нога твоя ещё не зажила, – Марта прижалась ко мне щекой.

– Всё будет в порядке, – твёрдо сказала я.

Где-то за окном тревожно пропела птица. Мне показалось, воздух в комнате стал гуще.

***

Выходили с рассветом.

Марта так разволновалась, что ей стало плохо. Рею пришлось уложить её в постель и позвать соседку Клару – та согласилась приглядеть за ней. Здоровье у Марты было хрупкое, и Рей переживал всерьёз. Всё мечтал перевезти её ближе к столице, найти хорошего лекаря.

Я стояла во дворе, укладывая пайки в седельную сумку. Вокруг пахло травами и скотом, солнце мягко пригревало, но в воздухе ещё держалась утренняя прохлада. Мне, на удивление, нравилось жить в деревне: никакой суеты, никто не строит козни, не плетёт интриг, не носит масок. Всё открыто. Всё на виду.

Позади скрипнула калитка. Я обернулась.

Рей вышел за ворота и неторопливо подошёл ко мне.

– Как она? – спросила я, застёгивая ремень сумки.

– Заснула, – ответил он, проверяя сёдла.

– Не тревожься. Клара за ней присмотрит, – сказала я, заметив, как он хмурит брови. Клара действительно заботилась о Марте… и, похоже, не только о ней. На Рея она смотрела с особым вниманием.

Он кивнул, но пальцы сжались на ремне. Резко выдохнул – будто прогнал тяжёлую мысль – и бросил взгляд в сторону дороги.

– Лорд Блэк уже всех собирает. Пора. – Он закончил проверку и подал мне руку.

Я всё ещё не могла сесть в седло без помощи. Когда он поднял меня, боль вспыхнула в ноге, как раскалённое жало. Я стиснула зубы, но резкий вдох выдал меня. Иногда боль становилась невыносимой.

Знахарка предупреждала: такие травмы редко проходят бесследно. Я до сих пор удивлялась, что вообще выжила – пролежав два дня без сознания, истекая кровью в лесу, среди корней и ветвей.

***

Лорд Блэк двигался в середине колонны. Мы с Реем и охотниками шли впереди, замыкали – воины лорда и пара добровольцев из деревни.

Под стук копыт я плотнее завернулась в плащ, пытаясь раствориться в людском потоке. Если он заметит меня – что тогда?

"Привет. Я жива. Нет, я не предавала тебя. А ты? Это ты устроил всё?"

Смешно. Он просто пожмёт плечами и отпустит меня? Или, может, мы вместе уйдём в закат, как в сказке?

Путь лежал через болота, потом лес, и только после – к ущелью. Местные охотники, включая Рея, вели нас по безопасным тропам. До цели – три дня. Прошло лишь полдня, а я уже тысячу раз пожалела, что согласилась.

Он узнает. Это лишь вопрос времени. Что тогда? Как объясниться? А если он знал с самого начала? Почему тогда идёт сам? Где Бейлок? Почему никто его не остановил?

Я украдкой осмотрела его свиту. Ни одного знакомого лица.

Плотнее натянула капюшон, прикрывая волосы от ветра. Плащ пропах выпечкой Марты, и этот запах неожиданно успокаивал. Осень только начиналась, но в воздухе уже чувствовалась сырость и предвкушение холода. Вдалеке, над болотами, кружили чёрные птицы.

– Знаешь, если ты хочешь остаться незамеченной, у меня для тебя плохие новости, – Рей поравнялся со мной, сидя в седле как ни в чём не бывало. Будто не мы ехали туда, где исчезли четыре отряда. – Три дня пути, и ты в отряде единственная девушка, да ещё и ведьма. К тому же рыжая. Шансов – ноль.

Он усмехнулся, бросая на меня озорные взгляды, явно наслаждаясь моим напряжением.

– Спасибо, Рей. Поддержал, – буркнула я, покосившись на него. Иногда он был невыносим. И всё же его любили: помогал всем, никому не отказывал. Такой деревенский герой с острым языком.

Да и выглядел хорошо: пшеничные волосы, яркие голубые глаза. Разве что ростом не вышел, но это с лихвой компенсировалось крепким телосложением. Женским вниманием он не был обделен.

– На твоём месте я бы сразу пошёл к Лорду. Проще будет, – добавил он, будто невзначай. Но в голосе проскользнула настойчивость.

Я сжала поводья, чувствуя, как по спине пробежал холодок.

– Ты не на моём месте, – отрезала я и украдкой взглянула на Лорда Блэка.

Он ехал чуть позади. Неподвижный, как статуя. Плащ скрывал дорожный мундир, но даже под ним угадывалась военная выправка.

Рей усмехнулся.

– Знаешь, это даже интересно. Очевидно же, что ты из благородных. Благородная ведьма, которую нашли в глуши, едва живую, – в тот самый момент, когда пропали воины милорда вместе с той девицей. Вот совпадение, а? – Он рассмеялся. – Не помню, правда, говорили ли про ту девицу, что она ведьма… но рыжей она была точно.

Догадливый какой. Смотрите-ка, ещё и умный. Завидный жених.

– Так раз ты всё понял, почему к Лорду не идёшь? – усмехнулась я, пытаясь скрыть, как бешено колотится сердце.

– А зачем? Куда интереснее просто смотреть. Да и золотишко получу. В нашей глуши ты – самое захватывающее, что случалось за последние лет тридцать, – он подмигнул и поскакал вперёд.

Я смотрела ему вслед, ощущая, как внутри всё сжимается.

В одном он прав: деревня была крошечной. Потерянной среди лесов и болот, в пяти днях пути от столицы. До того дня, как я очнулась в доме Рея и Марты, я и не знала, что она существует.

Впереди уже темнели трясины.

***

Болота встретили нас тишиной – вязкой, тягучей, такой же, как стоячая вода по обе стороны узкой тропы.

Лошади ступали осторожно, с каждым шагом вязнув в рыхлой земле. Под копытами тихо чавкало, будто сама трясина недовольно бормотала.

– Держитесь ближе, – негромко сказал один из охотников, оглядываясь по сторонам. – Тут не только топи. Зверьё тоже бывает.

Я поёжилась и поправила капюшон.

Воздух был тяжёлым, влажным. Он заполнял лёгкие запахом гнили и приторной сладости – будто где-то поблизости разлагались ягоды. Слева, за переплетёнными ветвями чахлых деревьев, всплеснула вода.

Я натянула поводья.

– Всего лишь зверь, – бросил Рей, заметив мой жест. Он был насторожен, но внешне спокоен. Для него болота были домом. Для меня – ловушкой.

Тропа сужалась. Грязь всё глубже засасывала копыта, и мы то ехали, то спешивались, чтобы провести лошадей по особенно зыбким участкам. Воины лорда Блэка молчали, переговариваясь лишь коротко и шёпотом. Я всё ещё избегала смотреть на Лорда, но чувствовала его присутствие – где-то за спиной, плотное и неотвратимое.

– Чудесное местечко, – буркнул один из его людей. – Идеальное для засады.

– Или для того, чтобы исчезнуть навсегда, – добавил другой.

Я сглотнула. Воздух становился всё плотнее.

– Не каркайте, – протянул Рей с ленивой ухмылкой. – В этих краях не любят лишних слов.

Будто в ответ – вдалеке раздался крик. Ни рык, ни птица. Что-то среднее между всхлипом и воем. Лошади занервничали, зафыркали.

Я вцепилась в поводья. Внутри зашевелилось что-то первобытное – чувство, что мы пересекли невидимую черту. Вошли туда, где нас быть не должно.

Тропа впереди терялась в тумане.

Мы ускорились насколько позволяли условия. Земля становилась всё мягче, каждый шаг требовал сосредоточенности. Лошади мотали головами, фыркали, будто воздух сам пытался их задушить. Нога от долгой езды затекла и ныла.

– Долго нам ещё плестись? – недовольно бросил один из добровольцев.

– Скоро выйдем, – отозвался Рей, не оборачиваясь. – Главное – не сворачивать.

Но туман сгущался. Он лип к коже, забирался в лёгкие, мешал разглядеть что-либо дальше нескольких шагов. И хотя тропа пока угадывалась, ощущение чужого взгляда не отпускало.

Я пыталась не думать о крике. Может, это была болотная птица?

Солнце, пригревавшее нас утром, скрылось. Ветер подул холодом. Я сосредоточилась и пустила по телу волну магии – стало чуть теплее.

Внезапно лошадь впереди резко дёрнулась в сторону, всхрапнула. Рей едва не свалился.

– Тише, тише… – он натянул поводья, гладя животное по шее.

– Что там? – шепнула я, глядя в стену тумана.

– Не знаю… показалось, будто… – он осёкся.

Но я уже видела.

Чуть в стороне, между деревьями, в тумане что-то покачивалось. Тёмное, вытянутое, как… рука?

Я моргнула – и оно исчезло.

– Уходим, – впервые за весь путь заговорил Лорд Блэк. Его голос был сухим и безапелляционным.

Никто не стал спорить.

Мы ускорились. Лошади чувствовали наше напряжение, стараясь вырваться из липкой хватки трясины. Впереди, сквозь туман, начали проступать силуэты деревьев.

Но одно из них не было деревом.

У самой границы болота стояла фигура. Высокая, закутанная в бесформенный плащ. Лица не разглядеть.

Я моргнула – и её не стало.

Сердце пропустило удар.

– Быстро! – рявкнул Рей и пришпорил коня.

Мы вырвались из болот, не оборачиваясь. Впереди начинался лес. Здесь воздух был чище, но тревога осталась. Осела под рёбрами – как грязь на сапогах.

Я знала: они видели то же, что и я.

Но никто ничего не сказал.

***

К сумеркам мы выбрались на небольшую поляну у самого края леса. Впереди деревья смыкались в густую чащу, откуда тянуло сыростью и прохладой. Именно туда предстояло идти утром.

– Здесь и остановимся, – сказал старший охотник Брэдли. – В лес лучше входить с рассветом. Ночью там делать нечего.

Он был чем-то вроде местного старосты. Знал окрестности, как свои пять пальцев – точнее, четыре. Один он потерял на охоте.

– Сколько займёт путь до ущелья? – спросил кто-то из свиты Лорда Блэка.

– Пару дней, если повезёт. Всё зависит от погоды. Ветер усиливается, может пойти дождь, – ответил Брэдли.

Лорд Блэк спешился. Он выглядел усталым, почти не говорил в пути. Он не был похож на себя. Словно от него осталась оболочка. Что с ним произошло за этот год? Можно ли ему ещё доверять?

Я вгляделась в его лицо. Тёмные волосы поблёскивали серебром. Он говорил, что в их роду все рано седеют – но не в тридцать два. Осунувшееся лицо, заострившиеся скулы… он похудел? Или он болен?

Рей отвлёк меня от мыслей – протянул руки и буквально снял меня с седла. Нога тут же подогнулась, и я едва не рухнула. А точнее – рухнула. Прямо в его объятия.

Я замерла. Онемение в ноге сменилось жгучей болью. Рей не отпускал, поддерживая, прижимая чуть крепче.

– Мать была права. Рано тебе ещё путешествовать, – сказал он, глядя в глаза.

– Я в порядке. Это было ожидаемо, – я отвернулась, разминая ногу, стараясь скрыть смущение.

Он помог мне дойти до камня.

– Взяла с собой свою чудо-мазь? – уточнил он. Ту самую, что дала деревенская знахарка. Она чуть снимала боль, но не лечила по-настоящему.

– Да. Воспользуюсь на ночь, – подумала вслух. Надеюсь, найду укромное место.

Рей кивнул и ушёл помогать остальным с лагерем.

Я устало опустилась на камень, наблюдая, как остальные хлопочут: кто-то уже разводил костёр, кто-то расстилал покрывала, другие вытаскивали припасы. В воздухе пахло сыростью, приближалась гроза. Вечер опустился на лагерь, унося с собой последние отсветы солнца. Вскоре, когда над лесом поднимется луна, начнёт казаться, что тени между деревьями сгущаются.

Или не казаться.

Я наклонилась, сбивая грязь с ботинок и плаща. Нога ныла. Год прошёл, а она всё ещё не зажила. Я помню тот лес. Помню, как, израненная, почти без сознания, увидела собственную кость, торчащую из бедра. Это было даже хуже, чем нож в спине.

Мне нужно поговорить с Дэймоном. Нужно знать, что произошло в ту ночь. Он был причастен?

Рей прав – надо просто подойти и всё сказать. Но страх парализует. Ноги будто вросли в землю. А что, если я ошиблась? Что, если тогда я надумала, додумала, исказила? Что, если он…

Я зажмурилась. В груди заныло.

– Вы ранены?

Я вздрогнула. Чёрт. Передо мной стояли чьи-то сапоги.

– Что?.. – выдохнула я, резко опустив голову.

– Я спросил, вы ранены? Ваши способности важны для нашей вылазки. Не хотелось бы проблем, – голос был ровный. Бесстрастный.

Он меня не узнал.

– Старая травма, милорд, – хрипло ответила я. – Болит, но не мешает колдовать. Да и, насколько я знаю, то, что вы ищете, бегать не умеет… не умеет ведь?

Что за идиотская привычка – шутить, когда страшно?..

Лорд Блэк прищурился. Молча. Сердце глухо ударилось в рёбра.

– В глаза лорду не смотрите?

Голос стал ледяным.

Я осела, опустив голову. Дышать стало трудно.

– Как смею я…

– Милорд! Нам нужна ваша помощь! – вмешался кто-то из свиты. – Охотники меняют маршрут из-за погоды.

Слава богам.

Блэк кивнул, задержал на мне взгляд. Дольше, внимательнее. Сердце сжалось. Но он развернулся и ушёл.

Я выдохнула – и почти свалилась в грязь.

Трусиха. Почти попалась. И ведь это был шанс. Самой бы не пришлось решаться. Но нет. Опять дрожишь, как дитя.

Посидев ещё какое-то время, я медленно поднялась и поплелась к почти готовому лагерю. Мысли роились в голове, словно рой ос, и каждый шаг казался тяжелее предыдущего. Боль в ноге давно стала привычной, но вот ту, что внутри, заглушить было невозможно. Всё смешалось – воспоминания, страхи, сомнения, принятые решения и те, которых я боялась.

Я машинально втянулась в рутину: разложить еду, подкинуть дров, накрыть на ужин. С тех пор как встала на ноги, старалась помогать. Хотела хоть как-то отблагодарить Марту. В детстве за мной ухаживали слуги. Бесшумные тени.

А Марта – была человеком. Она заботилась, потому что хотела. Это было ново.

– Ну и дрянное место, – пробормотал один из охотников, когда мы наконец расселись ужинать. Он передёрнул плечами, словно хотел сбросить с себя липкое чувство тревоги. – Не зря про эти болота столько всего рассказывают.

– Только не начинай, – поморщился Рей. – Люди в последнее время много фантазируют.

Но охотник, молодой парень по имени Оллар, явно не собирался умолкать. Он смахнул пот со лба, огляделся и заговорил тихим, но уверенным голосом:

– Говорят, раньше там деревня была. Большая, богатая. Да только однажды туда заехал странник… высокий, в чёрном плаще, лица не разглядеть. Остановился в доме старосты, пил вино, слушал разговоры. А наутро его нашли мёртвым.

– И что с того? – буркнул один из воинов лорда.

– А то, что деревня после этого пропала. – Оллар наклонился вперёд, и пламя костра осветило его лицо, придавая ему зловещий оттенок. – Люди говорят, что странник был не простым, а проклятым. Он и мёртвым не ушёл. Вскоре в деревне начали исчезать люди. Сначала по одному, потом целыми семьями.

– И никто не пытался сбежать? – спросил кто-то другой воин.

– О, пытались, – усмехнулся Оллар, понижая голос. – Да только всех беглецов находили в топях. Лица искажены страхом, кожа – белее тумана. Вскоре деревня опустела, крыши осели, и она ушла под землю, прямо в болото. Теперь, если хорошо прислушаться, можно услышать, как ночью по трясине бродят тени и зовут путников по имени…

– Брехня, – отмахнулся Рей.

Я украдкой посмотрела на Лорда Блэка. Он молча смотрел в огонь, но мне показалось, что пальцы его перчатки сжались чуть крепче. Его волосы отрасли и теперь доходили до подбородка. Ему шло.

Я закрыла лицо ладонями.

В прошлый раз в болотах было тихо… до той ночи. Что-то изменилось. Очень сильно.

Я отодвинулась подальше от костра, в тень. Магией согревалась почти инстинктивно.

Рей сел рядом, наклонился:

– Ты сегодня особенно молчалива, принцесса.

В голосе – дежурная насмешка, но глаза… беспокойные.

– Всё хорошо. Можешь помочь? Перенеси таз подальше. Нужно мазь нанести.

– Конечно.

Вставая, я почувствовала на себе чей-то взгляд. Оглянувшись, столкнулась с холодными глазами Лорда Блэка. Запнувшись на секунду, я резко развернулась и пошла в сторону леса. Чувствуя как ускорился пульс.

Становилось холодно. Пока я мазала шрам, руки дрожали от ледяной влаги, Рей все это время стоял на страже, привалившись к дереву. Насвистывал какую-то мелодию. Будто всё это – просто прогулка.

Я не знаю, что бы делала без него. И без Марты.

Они вытащили меня с того света.

Рей – со своей неизменной стойкостью и юмором. Марта – с её мудрыми словами и добротой.

За этот год я, наверное, впервые поняла, что такое семья. Они никогда не требовали ответов – кто я, откуда, что со мной случилось. Просто приняли меня.

Марта рано овдовела. Отца Рея унесла лихорадка – в тот год была эпидемия. Она тоже переболела, но выжила, правда, здоровье стало совсем хрупким. Рею тогда было восемь лет, и ему пришлось слишком рано повзрослеть. Каким-то чудом он не заболел. Ухаживал за матерью, держал дом на своих детских плечах.

Я не могу их подвести. Более стойких и тёплых людей я в жизни не встречала.

Поправляя одежду, я бросила взгляд в сторону палатки Лорда Блэка.

Он когда-то сказал мне, что страх не должен управлять нами. Не должен мешать нам выбирать путь – он должен лишь направлять.

Надеюсь, я пересилю свой страх, Дэймон.

Глава 2

Мой отец – набожный человек.

Люциан де Валуа яро верит в Бога и считает себя Его последователем на земле. Кто-то видит в нём достойного мужчину и прекрасного отца, но я всегда знала – он самый настоящий безумец. Пока остальные дети беззаботно играли в своих огромных домах, я вынуждена была часами читать священные писания и молиться.

Мать не могла защитить меня – она умерла при родах. Он никогда её не вспоминал. Всё, что я о ней знала, – имя: Морвенна Нокс.

Однажды я попыталась расспросить его о матери. Спросила, какой она была. Какие у неё были глаза. Любила ли она читать.

На мгновение его взгляд затуманился, будто он увидел перед собой не меня, а кого-то другого. Но затем в его глазах вспыхнул огонь ярости, и в следующий момент он ударил меня по губам.

– Она была грешницей, родившей ведьму, – прошипел он.

В пять лет я впервые столкнулась со своими силами. Случайно подожгла гостевой домик, когда пряталась там от отца. Он был в ужасе. В его мире всё, что касалось ведовства, не имело к Богу никакого отношения. С тех пор я молилась о прощении, стоя на коленях… За свою греховность. Он требовал от меня покорности и смирения, а сам после проповедей напивался до беспамятства и швырял тарелки в слуг, если они подавали ему еду не той температуры.

– Я инструмент Господа, и мне позволено больше, чем тебе, – однажды заявил он, когда я впервые осмелилась спросить, почему он может грешить, а я – нет.