Клятва принца

Глава 1

Тэкео Миямото с самого рождения знал, кто он и кем станет. Единственный сын Императора Водоркана и прямой наследник. Его отец был уже в годах, и принц знал, что займет его место раньше, чем хотелось бы.

С самого рождения мальчик учился у лучших учителей и впитывал военную доктрину Водоркана. Их мир был подчинен четким правилам и особому понятию чести. Не существовало понятия «я», лишь «мы» и «Империя», а семья Миямото и была олицетворением Империи. Отец Тэкео был воином и генералом, заслужившим свой чин не по праву рождения, а циклами службы. Военное искусство Водоркана зиждилось на трех принципах: Преданность, Честность и Храбрость.

Преданность своему господину и Императору.

Честность в поступках и мыслях.

Храбрость на поле боя.

Тэкео учился с детства быть воином и лидером, впитывая уроки своих наставников с кровью и потом. Многочасовые тренировки на татами и в классе пестовали его до тридцати циклов. Ошибка, совершенная в детстве, дорого обошлась принцу. Он не подчинился отцу и Императору, когда тот приказал улететь с поля боя за Заповедник Кохилас. Тэкео не подчинился и был наказан.

В целом, он до сих пор нес наказание, но это тоже было опытом. Отец направил его наместником в отдаленную часть Империи. Провинция была неспокойной. Постоянные стычки с местным населением были неизбежны, так как эта местность была захвачена, но не покорена. В юном возрасте Тэкео прибыл на планету Эткарон переименованную в Нагато, и с тех пор Имперский стяг означал здесь закон и власть, но воины под началом принца были скорее карателями и никак не могли быть никем другим. От Принца Водоркана не ждали иного, кроме силы и жесткости. Тэкео был справедлив, но суров. Очень суров. Другому его не учили.

Императрица Водоркана, мать Тэкео, умерла задолго до рождения сына. Принц никогда не знал её, ни видел изображений, не знал даже имени. Единственное, что рассказывал отец, брак был политический, и его супруга всегда соответствовала своему высокому положению. Императрица умерла в родах, не дав жизни тринадцатому ребенку Императора. Её тело поместили в специальную криокапсулу, которая поддерживала функции организма, не считая умершего мозга. Отец потратил огромные деньги, чтобы зачать и родить наследника именно от этой женщины, хотя мог жениться повторно. На все вопросы Акира Миямото отвечал одинаково:

– Я поклялся супруге, что только она родит наследника Империи. Я слово сдержал.

С тех пор прошло много времени. Провинция Нагато под жестким управлением принца Тэкео смирилась и покорилась. Местные жители научились уважению перед Империей Водоркана, но и Тэкео не был скор на расправу, рассматривая каждый отдельный случай самостоятельно. Это стало его новым испытанием – учиться справедливости к слабым. В доктрину Водоркана не вписывались такие уроки, но Тэкео вновь шел против устоев. Слабых в Империи презирали. Тэкео не жалел их, но пытался понять мотивы и поступки. Принц хотел, чтобы его провинция процветала без военного надзора.

Однажды в Нагато прилетел императорский посланник. Принц Тэкео ожидал чего угодно, но только не весть о своей помолвке с Амритой Тхакур, принцессой Магаратхи. Вместе с посланником прилетели архитекторы с родной планеты невесты, которые должны были переделать хозяйскую часть дворца на манер интерьеров к которым привыкла принцесса, ибо после свадьбы госпожа Амрита не должна испытывать дискомфорта в новом для себя мире.

– Таковы традиции Магаратхи, – достаточно учтиво произнес главный архитектор. – Принцессы меняют свою жизнь полностью под реалии новых миров, поэтому отцы стараются сделать всё, чтобы дочери не испытывали ощущения, будто они вне стен родного дворца. Эта малая толика родного мира лишь успокоение для юной девушки, покидающей Магаратху навечно.

Тэкео молча выслушал архитектора и перевел взгляд на посланника, протянув руку за свитком с печатью отца. Прочитав о помолвке и официальном союзе с Магаратхой, принц коротко кивнул прибывшим мастерам и приказал оказать помощь архитекторам и рабочим.

С тех пор прошло почти четыре цикла. Покои принцессы были готовы и поражали своим убранством. Привыкшие к аскетичным интерьерам водорканцы лишь сдержанно рассматривали богато украшенные колонны, поддерживающие свод. Сотни богатых тканей наполняли комнаты будущей супруги Тэкео. Мягкие подушки, серебряные подносы, резная мебель и огромные масленые канделябры ждали свою хозяйку, которая уже официально прошла традиционную часть свадьбы Водоркана. Брак был заключен по всем законам Вселенной и кодексу судебных уставов. Амрита Тхакур теперь именовалась не принцессой Магаратхи, а супругой принца Водоркана. Вот только сам Тэкео свою нареченную еще ни разу не видел. Под разными предлогами девушка откладывала свой переезд к супругу.

Поначалу это было плохое самочувствие самой принцессы, потом её старших родственников, которые почили и траур вновь помешал воссоединению супругов. Теперь поводом стал священный праздник, который празднуют в течении цикла. Чем больше шло времени, тем больше Тэкео понимал, что его водят за нос. Оскорбление, нанесенное ему, означало оскорбление Империи Водоркана. А это уже фактически война, но воевать с домом супруги было недопустимо. Правила приличия предсказывали разрешить все миром, но Магаратха явно не желала идти на уступки.

Этот брак стал политической уловкой. Магаратха таким образом обеспечивала себе мирное сосуществование на период действия этого союза. Водоркан никогда не нападает на те миры, которые считается родственными Империи. Не имеющая сильного войска, способного противостоять воинам Миямото в бою, Магаратха была вынуждена оплачивать военный флот Корпорации Кохилас, но платить дань раз в два цикла было тяжелым бременем. Брак с принцем был выгоден Тхакурам на долгие циклы вперед.

Правящая семья Водоркана согласилась на брак по своим причинам. Главным образом это перемирие было выгодно и Империи. Потерпев поражение в последней битве, случившейся еще до рождения Тэкео, Водоркан все еще наращивал мощь. Тем более по условиям брачного контракта, принцесса в качестве приданного принесет с собой значительное количество банковского железа, которое было в распоряжении Магаратхи неограниченно, из-за особой руды, из которой по сути состояла вся родная планета Тхакуров. Перемирие и железо было тем, в чем также нуждались водорканцы.

Но пока время шло, принцесса все также не явилась к своему супругу, а железо не поступило на счета Водоркана. Это начинало становиться проблемой, ибо здоровье отца стало ухудшаться. Императору Миямото было уже почти триста циклов, а такая долгая жизнь не могла длиться вечно, даже с помощью передовых технологий. Выглядел отец молодо, но вот его разум устал. Он стал общаться с сыном по видеосвязи, предчувствуя свой закат.

– Я стар, Тэкео. Несмотря на все еще молодое лицо и силу в мышцах, я чувствую свой конец, – устало произнес Император, в приватной беседе. – Вскоре тебе надо будет прибыть в Кионару и взойти на престол.

– Отец…

– Не прямо сейчас, – продолжил Акира, успокаивая встревоженного сына. – Но через пять-шесть циклов обязательно. За это время надо решить вопрос с Магаратхой. Больше тянуть нет возможности. Я думаю, эта задержка намеренна.

– Они не хотят союза?

– Они хотят мести, – поджал губы отец. – Если супруга так и не прибудет к тебе – это угроза нашей династии. Отсутствие наследника – серьезная угроза трону Водоркана.

– Но ты долго был один, – осторожно напомнил Тэкео.

– У меня были братья, которые могли наследовать трон в случае моей смерти, а вот ты таких не имеешь, Тэкео, – возразил отец. – Мои братья давно мертвы, а их дети слишком многочисленны, чтобы следовать простому протоколу. Если у тебя нет жены, а значит и наследника, это угроза гражданской войны на Водоркане.

– И Магаратха это прекрасно знает, да? – сурово уточнил Тэкео. – Неужели это и есть их план? Брак с их принцессой закрывает для меня возможность получить официального наследника, и создает угрозу гражданской войны. Возможно они даже поддержат железом нескольких кузенов, что надолго устранит Империю с их орбиты?

– И этот вариант вполне жизнеспособен, – сдержанно кивнул отец. – Напасть мы не можем. Требовать в период траура тоже. Военная вылазка за принцессой Амритой не удастся, ибо они надежно защищены Корпорацией. Если ты найдешь выход из этой ситуации – буду только рад.

– Я решу эту дилемму, отец, – коротко кивнул Тэкео, заканчивая разговор.

Хоть его ссылка длилась больше двадцати циклов, подобные семейные беседы они не прекращали никогда. Даже пока Тэкео летел на Нагато, отец разговаривал с ним, желая узнать понравился ли его наследнику Заповедник Кохилас. Щедрое приглашение семьи Аткери Акира оценил, но не воспользовался им, сказав, что когда-нибудь Тэкео этот отпуск пригодится.

Поразмышляв над сложившейся ситуации, принц вылетел на своем корабле в сторону Центральной станции Кохилас. Со дня вторжения на Заповедник прошло восемнадцать циклов, но его добрые отношения с семьей Кохилас и Аткери продолжались и переросли в дружбу.

Выслав официальное приветствие, принц Водоркана был встречен Михаилом, сыном главы Корпорации.

– Тэкео, – улыбался молодой вулкан, глядя на спускающегося с трапа водорканца.

– Михаил, – коротко поклонился Тэкео. – Надеюсь, мой визит не помешал вам?

– Наоборот, – отмахнулся Михаил. – Ты же знаешь, родители всегда рады тебе.

– Как они поживают? Твоя сестра в добром здравии? – спокойно спросил принц, вспоминая старшую дочь могущественных родителей вулкана.

– Рэги на Салкиносе, – хмыкнул Михаил и удивленно добавил. – Ты к ней прилетел?

– Я к господину Кохиласу, – покачал головой Тэкео. – Он может меня принять?

– Меня послали за тобой, – вскинув брови, произнес Мишка, давая понять, что водорканцу всегда рады на Станции. – Как твой отец?

– Держится еще, – пространно ответил Тэкео, пока вулкан вел его по Станции. – Как у тебя дела?

– Заведую Ремистасом, – кисло ответил деятельный парень, показывая, что не совсем доволен своим местом. – Но все надо изучить, от этого никуда не деться.

– Поверь мне, я все знаю о долге перед семьёй, – хмыкнул по-доброму Тэкео.

Михаил был не таким как привык принц. Этот молодой вулкан был порывист, резок и весел, но он нравился Тэкео. Возможно, водорканец даже завидовал вулкану именно за эту свободу, которой владел Михаил. В свои сорок циклов молодой мужчина все еще сохранял детскую непосредственность. Сам Тэкео не был таким ни в сорок циклов, ни в даже двадцать. Когда он гостил на Заповеднике, во время памятного вторжения, ему пришлось принять важное решение, последствие которого до сих пор сказывались на нем, хотя уже не так как в первые циклы. Все же лишиться родительского дома в столь юном возрасте, став наместников удаленной и нестабильной провинции для Тэкео было суровым наказанием. Но принц с достоинством его выдержал, и отец гордился им, а это было важным.

Родители Михаила были очень влиятельными. Принц Тэкео осознавал, что удостоился дружбы не с простой семьей. Зейнавункан Кохилас был вулканом и владел одной из могущественных Корпораций во Вселенной. Военная промышленность, передовые разработки, транспортный флот, огромная частная армия и прочие отрасли конгломерата обеспечивали неприкосновенность семьи и делали их важной частью любых сделок во всех известных мирах. Обнаруженная ими жемчужина, Заповедник, была столь ценна, что многие шли на преступления, лишь бы хоть глазком взглянуть на чудесный мир, который посетил Тэкео еще в детстве.

Эту поездку он никогда не забудет. Даже если зрение откажет ему, он навсегда запомнил сочную зелень Заповедника, его сладкий аромат и невообразимость прекрасных цветов, словно ковер украшавшие поля планеты. А драгоценную воду, почитаемую на Водоркане, и её количество до сих пор невозможно было оценить по достоинству. Заповедник управлялся второй частью большой семьи Михаила – дядей и тетей Аткери. Именно им пришел на помощь маленький и манёвренный корабль Тэкео во время вторжения. Хоть они вернулись позже, чем могли бы, помощь планете все же оценили. Принц смог оказаться полезным и даже удостоился дружбы с обеими половинами семьи Кохилас-Аткери. Это было важно и для Тэкео, и для Водоркана в целом. Эта дружба носила неформальный характер, но и несла в себе большую стратегическую силу.

Зайдя, наконец-то, в просторный кабинет господина Зейнавункана Кохиласа, который тот делил со своей супругой госпожой Анастасией, Тэкео поклонился в знак приветствия и тут же смущенно улыбнулся приветственным возгласам женщин. В гостях у родителей Михаила были родственники с Заповедника.

– Сюрприз, – тихо добавил улыбаясь Михаил.

– Тэкео! Добро пожаловать на Станцию, – звонко произнесла супруга хозяина.

– Благодарю, госпожа Анастасия, – с благодарностью произнес принц.

– Кто такая «госпожа Анастасия»? – строго произнесла землянка.

– Мы давно просили тебя оставлять формальности за дверьми, – пожурила госпожа Аткери, подходя вслед за хозяйкой Станции.

– Я очень рад встретить и вас тут, – смущенно улыбнулся Тэкео.

– Добро пожаловать, – громко произнес Драгос Аткери, также приветствуя гостя.

Именно с ним первым познакомился Тэкео, когда шла оборона Заповедника. Покровительство этого дракона позволило принцу Водоркана сблизиться с этой могущественной семьей.

– Мы рады тебя видеть, – мягко произнес тот, к кому прилетел Тэкео на встречу.

– Господин Кохилас, я тоже рад, что вы смогли найти для меня время, – поклонился в приветствии принц.

Разговор шел на отвлеченные темы, затрагивая семьи и общие дела. Тэкео ждал, пока аудиенция станет носить приватный характер, но Зейнавункан Кохилас, как обычно не имел секретов от супруги и семьи дракона.

– Тэкео, можешь смело говорить зачем пожаловал к нам, – мягко произнес глава Корпорации, заметив пристальный взгляд принца. – Я секретов от присутствующих не держу. Ты знаешь, что Настя летает и участвует во всех моих переговорах. А Драгос брат и соратник, как и его супруга.

– Водоркан заключил брачный союз с Магаратхой, – начал со вздохом Тэкео, поняв, что время для оглашения визита настало. С этими людьми лучше играть в открытую.

– Мы это знаем, – мягко произнесла госпожа Анастасия. – Прими наши поздравления, дорогой.

– И наши, – в унисон произнесли супруги Аткери.

– В целом поздравлять меня не с чем, – хмыкнул Тэкео. – Супруги я так и не видел, хотя прошел приличный срок. Точно так, как и Водоркан не получил причитающегося к заключенному браку железа.

– Как такое возможно? – нахмурился господин Зейнавункан. – Магаратха не исполняет обязательств?

– Магаратха тянет изо всех сил, – так же нахмурился Тэкео. – Сначала болезнь принцессы Амриты. Затем болезнь пожилых родственников, потом траур по их утрате, а теперь какой-то священный период, который моя супруга обязана провести на родной планете.

– Вот жулики, – тихо произнесла госпожа Елизавета, которая всегда говорила, что думала. Хоть Тэкео этого не произнес, но думал аналогично.

– Твой отец недоволен, – тихо закивал господин Аткери, давая понять, что понимает позицию Императора Акиры.

– Мой отец обеспокоен, что такое положение затянется, а его здоровье ухудшается, – поджав губы, произнес принц. Никому другому он никогда бы не признался в истинном состоянии отца, но эти две семьи не были врагами. – Если я взойду на престол без наследника, может начаться смута, а потом и гражданская война.

– И Водоркан перестанет угрожать Магаратхе на долгие времена, – тихо произнес задумчивый Михаил, который также присутствовал при разговоре.

– Да, – кивнул Тэкео. – Мои родственники могут решить, что у них есть основания считать себя более сильными наследниками и претендентами на трон Водоркана.

– Что ты намерен делать? – прямо спросил глава корпорации, сразу поняв, что принц прибыл с просьбой.

– Выкрасть свою супругу с Магаратхи, – коротко произнес Тэкео и с улыбкой добавил. – Знаю, что ваши корабли охраняют планету. Я не прошу помощи в проникновении, просто хочу предупредить, что буду лететь в первом шаттле. Так что когда ваши лазеры будут целиться в них, знайте – я там.

Госпожа Аткери сразу нахмурилась, так же как и госпожа Кохилас. Драгос Аткери задумчиво стал расчесывать свою бороду, а Зейнавункан Кохилас пристально смотрел на принца и размышлял о сказанном.

– Я полечу с тобой, – неожиданно произнес Михаил.

– Михаил, – тут уж нахмурился Тэкео. – Это будет опасно.

– В меня отец не станет стрелять, – хмыкнул молодой вулкан. – А у тебя будет прикрытие. Стырим твою женушку и назад. Шмыг-шмыг и разбежимся. Пока все очухаются, вы уже скроетесь с радаров.

– Мы поступим иначе, – вдруг сказал глава Корпорации. – Михаил полетит с инспекцией на защитный купол Магаратхи, пока там будут идти обновления, Тэкео успеет проскользнуть на планету и вылететь незамеченным. Только вот как ты найдешь свою супругу, если ни разу её не видел?

– Брачный подарок Водоркана должен быть на её попечении, – кисло признался Тэкео. – Я надеюсь, что она будет по близости.

– Сколько тебе понадобится времени для поисков? – обеспокоенно спросил Михаил.

– Не больше суток, – напряженно произнес принц и с сомнением добавил. – Надеюсь.

– Если купол сомкнется, ты окажешься в ловушке, – тихо произнес господин Аткери.

– Вот поэтому Михаил останется на орбите и будет руководить переустановкой купола, – сдержанно произнес господин Кохилас. – Если Тэкео не успеет, Мишка запустит переустановку вновь, чтобы у тебя был шанс улететь с добычей.

Тэкео посмотрел на присутствующих людей и почувствовал благодарность за поддержку. Они шли на преступление ради него. Корпорация может потерять свою репутацию, если кто-нибудь узнает, что они помогли ему проникнуть на защищаемую Корпорацией планету.

– Я благодарю вас, – сдержанно произнес принц, обращаясь ко всем сразу.

– Тэкео, будь осторожен, прошу, – тихо произнесла госпожа Анастасия.

– Конечно, – смущенно произнес водорканец, до сих пор не зная, как реагировать на женскую половину семейства.

– Пошли, надо подготовиться, – весело сказал Михаил, поднимаясь из кресла, в котором сидел до этого.

Когда Тэкео встал вслед за вулканом, Елизавета Аткери подошла к нему и обняла.

– Не рискуй понапрасну, Тэкки, – тихо прошептала она, назвав его так, как его называл в детстве её младший сын. – И возвращайся победителем. Нам всем интересно, что же за женщина досталась тебе в супруги.

– Хорошо, госпож…

– Я тебе дам, старой теткой меня звать, – быстро пригрозила ему госпожа Аткери.

– Лиза, – тут же исправился Тэкео.

– Так-то лучше, Тэкки, – озорно произнесла землянка.

Принц тепло простился со всеми старшими и смущенно вышел из кабинета. Он никогда не знал, как правильно реагировать на действия этой семьи. Они были добры, но порой переходили черту. Водорканцы не лезли обниматься и целоваться, как это делали госпожи Кохилас и Аткери. Даже Регина, дочь Кохиласов, всегда норовила прикоснуться к нему. Тэкео редко такое позволял, кому бы то ни было. Но подумав хорошенько, он вдруг вспомнил, что они так вели себя не только с ним, но и между собой. Грозный глава Корпорации Зейнавункан Кохилас часто сидел за своим столом, посадив супругу к себе на колени, при этом вулкан мог обсуждать с ней самые разнообразные вопросы. Первое время он видел подобное только по отношению к детям, Рэги даже будучи подростком легко забиралась к отцу на колени и могла спать у него на руках. Михаил тоже легко переносил родительскую ласку, порой не обращая внимания на то, что госпожа Кохилас относилась к нему как к ребенку. Лишь, когда Тэкео стал частым гостем на Станции, он увидел такое общение между супругами. Казалось, что старший вулкан чувствовал себя лучше, когда Анастасия рядом. Тэкео не раз замечал, что господин Кохилас ищет взглядом жену и, найдя её, может спокойно продолжать беседу.

Семья Аткери в этом плане никогда не стеснялась перед Тэкео. Принц видел, как госпожа Аткери могла отчитать и сыновей, и мужа, не стесняясь его присутствия. Господин Аткери никогда не осаждал её, лишь сурово произносил имя супруги. Арьял, с которым хорошо общался Тэкео, был больше схож с ним по нраву, и они с драконом часто пересекались на Станции, а вот самый младший из драконов до сих пор был озорным ребенком, хотя и пересек черту в сорок циклов. Эти две семьи были такими другими, что порой Тэкео ловил себя на мысли, что не понимает их, но все же они были преданы друг другу и не раз подтверждали свою сплоченность и верность семье. Эти качества были очень знакомы принцу Водоркана. И Тэкео видел, что можно соблюдая все законы его Империи, ценить еще и что-то больше холодного одиночества, которое иногда грызло принца.

Именно поэтому он любил общаться с этими двумя семьями больше всего. Не из-за выгоды, хотя и она как выяснилось пригодилась, не из-за могущества семьи Кохилас и Аткери, а из-за того, что Тэкео переставал чувствовать себя одиноким рядом с ними. Иногда он мечтал, что его семья тоже может быть похожа на них, но потом понимал, что такое счастье выпадает раз на миллион миров и звезд. Ему просто повезло видеть, как это бывает, когда ты любишь и любим без оглядки и условий. Просто потому, что ты есть.

– Ты чего такой? – вытянул из раздумий голос шедшего рядом молодого вулкана.

– Честно? Никак не могу привыкнуть к твоей тете Елизавете, – хмыкнул Тэкео. – Она все еще зовет меня Тэкки.

– Смирись, – отмахнулся Михаил, идя рядом с ним по направлению к своим апартаментам. – Мы для них всегда будем детьми.

– Но это не так, – нахмурился принц. – Отец всегда относился ко мне как к взрослому.

– Отцы – да, но матери – нет, – хмыкнул вулкан. – Будь мне хоть триста циклов, мама всегда видит во мне ребенка. Тебе в каком-то смысле повезло. У тебя один родитель, и ты знаешь, чего он от тебя ожидает. Папа хочет, чтобы я стал сильным, а мама чтобы остался её хорошим мальчиком, но угодить им обоим нереально, так что порой я предпочитаю огрести от мамы, чем от папы.

– Я не выбирал, – печально произнес Тэкео.

– Знаю, прости, – поморщился Михаил, открывая для него дверь в свою часть семейного отсека. – Не хотел тебя расстроить.

– Принц Тэкео, – вдруг произнесла, стоящая в кабинете вулкана заракинянка.

Водорканец коротко кивнул, приветствуя телохранительницу вулкана, хотя искренне не понимал зачем она Михаилу. Девушка была высокой и гибкой, обладала хорошей реакцией, но сын Кохиласов был вулканом, а это означает неуязвимость при нападении. Кто бы не захотел причинить вред Михаилу, он просто не выдерживал огня, которым тот мог опалить противника. Выжить после такого практически невозможно, только если ты сам не огнеупорный. Взгляд телохранительницы друга на минуту задержался на Тэкео, и голос вулкана тут же изменил тональность.

– Мирит выйди, пожалуйста.

Усмехнувшись, девушка подчинилась, а вулкан недовольно повалился в свое кресло. Тэкео тут же понял, зачем Михаилу эта заракинянка.

– Проблемы? – тихо спросил принц, кивнув на входную дверь, за которой только что скрылась Мирит.

– Ты сегодня получил больше внимания, чем я за весь прошлый цикл, – кисло признался вулкан, фыркая от негодования.

– Что тебе мешает быть более заметным? – вскинув одну бровь, уточнил Тэкео.

– Возраст, – недовольно буркнул Михаил. – Меня считают слишком юным.

– Тогда жди, пока этот пункт перестанет иметь значение, – пожал плечами принц. – Или заставь её видеть в тебе мужчину, а не мальчика.

– У Мирит особое умение не замечать моих достоинств, – хмыкнул вулкан.

– Тогда предъяви недостатки, – усмехнулся водорканец.

Михаил занялся приготовлениями к кампании по захвату супруги принца. Тэкео взял с собой двоих верных ему воинов, чтобы не привлекать много внимания. Мужчины были личной охраной принца и были преданны своему господину до последней капли крови. Вулкан послал на Магаратху сообщение, что Корпорация планирует провести тестирование их купола и обновить защиту. Представители Королевского двора планеты уточнили за чей счет пройдет обновление купола и, получив ответ, что данная процедура входит в оплаченный пакет услуг, быстро дали согласие на посещение их орбиты.

Тэкео активировал маячок, который нес в себе подарок для супруги и надеялся, что найдет рядом с ним и Амриту Тхакур. Вулкан вылетел с Центральной станции, на огромном крейсере Аватан, неся на своем борту мобильный диверсионный шаттл на пять человек, в котором расположился принц Тэкео и два его преданных воина.

Шаттл трясло и швыряло, пока он летел к поверхности планеты. Тэкео решил, что прятаться будет совсем бесчестно и решил облачиться в военные доспехи Водоркана. Пусть он крадет свою суженую, но Магаратха должна знать, что их действия расценены как уловка, а на подобную вольность они не заслужили честного и открытого урегулирования. Они хитрят, и Водоркан отвечает тем же.