Удивительная Беларусь. К 600-летнему юбилею Беловежской пущи

Страна тысячи замков и дворцов

Белорусские земли еще в Средневековье получили название – Белая Русь. Историки считают, что это название происходит от цвета волос и одежды белорусского народа, оно подчеркивает древнюю свободу и независимость этих земель, длительное время не зависевших ни от татаро‑монголов, ни от Литвы, ни от Москвы, что «сие имя от преизящества земли и довольства в предпочтение прочим дано».

О Белой Руси упоминается в позднем добавлении к Ипатьевской летописи начала XIV века, в «Хронике Польши» второй половины XIV века, во многих источниках XV–XVI веков. Выдающийся белорусский историк М. В. Довнар‑Запольский писал в начале ХХ века:

«Нелегко определить, когда появилось название Белоруссии и белорусского народа. В самом деле, польские и немецкие писатели уже с половины XIV века называют этим именем нашу страну. Великие князья литовские называют эти земли Белой Русью, а народ этой страны белорусами. С половины XV века и в Москве называют уже жителей Смоленска, Полоцка и окрестных местностей Белоруссией и белорусами. Даже итальянцы в половине XV века знают также это название. Наименование Белоруссия и белорусы никогда не забывалось с конца XIII века и всегда имело реальное значение. Этот термин не искусственно придуманный, но исторически сложившийся и национальный».

В VI–VIII веках на белорусских землях жили племенные союзы кривичей, дреговичей и радимичей. Кривичи расселились на севере Беларуси и на Псковщине и Смоленщине. Дреговичи жили между Припятью и Западной Двиной. Радимичи занимали территорию между Днепром и Десной.

К началу IX века восточнославянские союзы племен – поляне, словены, северяне, древляне, кривичи, дреговичи, радимичи, вятичи, волыняне, дуляне, бужане, тиверцы, уличи – имели три государственных образования с центрами: у полян Киев, у ильменских словен – Новгород, у полоцких кривичей – Полоцк. Эти города упоминаются в «Повести временных лет» под 862 годом. Кроме Полоцка на белорусских землях существовали и другие укрепленные центры – Витебск, Лукомль у полочан, Слуцк и Клецк у дреговичей. В летописях и хрониках IX–XII веков перечислено более тридцати городов, уже существовавших на белоруской земле – Полоцк, Туров, Берестье‑Брест, Витебск, Орша, Слоним, Минск, Друцк, Пинск, Заславль, Браслав, Копысь, Борисов, Слуцк, Новгород, Гродно, Гомель, Мстиславль, Мозырь.

«Повесть временных лет» упоминает под 862 годом о том, что часть восточно‑славянских племен с участием кривичей пригласили варяга Рюрика править в Новгороде. Преемник родоначальника династии Рюриковичей князь Олег (882–912) захватил Киев и объединил Новгородское и Киевское княжества. Великий киевский князь Владимир (980–1015 годы) захватил Полоцкое княжество, убил полоцкого князя Рогволда и его сыновей и женился на его дочери Рогнеде. Автор первой белорусской истории И. В. Турчинович писал в середине XIX века в «Обозрении истории Белоруссии с древнейших времен»:

«Брак Владимира с Рогнедой имел великие последствия. Как супруга Владимира она была матерью Изяслава, Мстислава, Ярослава, Всеволода и двух дочерей».

Владимир Святославович передал Полоцкое княжество сыну Изяславу, основавшему династию полоцких князей. Его сын Брячеслав Изяславич начал борьбу восточных славян за главенство между Полоцком и Киевом. Киевский князь Ярослав Мудрый и Брячеслав распределили сферы влияния между собой. И. Турчинович писал: «Князья Полоцкие, Изяславичи, основываясь на своем происхождении от первой супруги Владимировой и его старшего сына, как старшие в роде, считали себя законными наследниками Великокняжеского престола. Зато Ярославичи всеми силами души ненавидели их, Изяславичей».

С 1044 по 1101 год полоцким князем стал правнук Владимира Святославича и Рогнеды – Всеслав Брячиславич, прозванный Вещим, Чародеем. До середины 60‑х годов XI века Всеслав Вещий, хорошо понимавший, что ему предстоит борьба не на жизнь, а на смерть за суверенитет своего государства с киевскими князьями, занимался строительством и укреплением своих земель. Полоцкое княжество стало основным конкурентом Киевского. Началась вооруженная борьба с переменным успехом. Полоцк воевал с Новгородом и Киевом. Полоцкое княжество достигло своего высшего расцвета, сам Всеслав Вещий стал во главе великого киевского княжения и добровольно оставил его, вернувшись в Полоцк. Вся его жизнь была окутана легендами – о нем писал и автор «Слова о полку Игореве»:

«Князь Всеслав народу суд давал

И рядил князьям города,

А сам волком рыскал в ночи,

Кидался из Киева к Тмутаракани

И перерыскивал волком дорогу великому Хорсу».

После сына великого киевского князя Владимира Мономаха Мстислава в 1132 году Киевская Русь распалась на десяток княжеств. Полоцкая земля распалась на княжества Полоцкое, Минское, Изяславское, Несвижское, Друцкое, Витебское, Слуцкое, Логойское, Клецкое, Свислоцкое, Лукомльское. Белорусские княжества управлялись местными династиями.

Со второй половины Х до середины XI века крупную роль играло Туровское княжество, главными городами его были Туров и Пинск. Туровская земля дала Беларуси святого Кирилла Туровского, выдающегося церковного оратора и проповедника, белорусского Златоуста.

В начале XIII века на белорусские и литовские земли вторглись крестоносцы, через несколько лет закрывшие полоцким князьям выход к Балтийскому морю и вытеснили их из Прибалтики. В 1237 году произошли два исторических события, определившие судьбу белорусских земель, – объединение Ордена Меченосцев с Тевтонский в Ливонский орден, и нашествие татаро‑монголов во главе с ханом Бату на Владимиро‑Суздальское княжество. Именно к этому периоду относится деятельность князя Миндовга, начавшего создание Великого княжества Литовского со столицей в Новогрудке. Для отражения внешней агрессии – крестоносцев и монголо‑татар – началось объединение белорусских и литовских земель.

К середине XIII века около двадцати белорусских княжеств стали частью Великого княжества Литовского. Современный белорусский историк А. И. Котов писал:

«Существуют разные теоретически‑концептуальные подходы к проблеме образования Великого княжества Литовского.

Первый из них – традиционный, или литовский подход. Согласно этой концепции, Великое княжество Литовское есть результат завоевания литовцами западнорусских земель и присоединение их к литовскому государству.

Другой подход – новая («белорусская») концепция. Согласно ей Великое княжество Литовское есть исключительно белорусское государство, основой которого является белорусское Понеманье с центром в городе Новогрудке, решающую роль в его создании сыграли белорусские феодалы, господствующими были белорусский язык и культура.

Третий подход (компромиссный по сравнению с другими предыдущими) или «центристская» концепция. Согласно этой концепции Великое княжество Литовское формировалось на протяжении целого исторического периода (XIII век – 70‑е годы XIV века), а не в середине XIII века. В XIII веке при Миндовге и Войшелке сложилось Новогрудское княжество (или государство Миндовга, Литовское государство). До середины XV века Великое княжество Литовское – это литовско‑белорусское государство, а в другой половине XV–XVII века Великое княжество Литовское существовало как белорусско‑литовское государство.

Четвертый подход высказан современными белорусскими историками в учебном издании «История Беларуси» (под ред. Я. К. Новика и Г. С. Марцуля, Минск, 1998). Сущность его заключается в том, что Великое княжество Литовское было образовано не только предками современных белорусов и литовцев, поэтому оно не является ни белорусско‑литовским, ни литовско‑белорусским государством.

Великое княжество Литовское – это полиэтническое государство четырех основных народов: белорусского, русского, украинского и литовского. Славяне занимали в этом государстве 11/12 территории и составляли около 80 % населения. Поэтому Великое княжество Литовское можно назвать русско‑литовским государством и литовско‑русским («Русь Литовская»), как об этом говорилось в дореволюционной российской и советской историографии. Именно западные земли бывшей Киевской Руси, земли современной Беларуси являлись основой социально‑экономического и политического могущества Великого княжества Литовского. Укрепление государства и расширение его территории происходило в одних случаях с помощью военной силы, в других – на основе соглашений между русскими и литовскими князьями, в-третьих – путем династических браков».

Белорусские земли занимали разное положение в составе Великого княжества Литовского, в соответствии с разным уровнем их политико‑экономического развития. Относительную автономию в XIV–XV веке сохраняли Несвижское, Мстиславское, Новогрудское, Слуцкое, Пинское, Кобринское, Кревское княжества, Полоцк и Витебск. Позднее, в середине XVI века белорусские земли входили в воеводства – Брестское (Брестский и Пинский поветы), Витебское (Витебский и Оршанский поветы), Виленское (Браславский, Виленский, Лидский, Ошмянский поветы), Мстиславское, Новогрудское (Волковысский, Новогрудский, Слонимский поветы), Полоцкое, Тронское (Гродненский повет).

В Великом княжестве Литовском номинальным верховным собственником всех земель и фактическим владельцем господарских земель был великий князь. Князья, паны и часть бояр‑шляхтичей были его вассалами. Большинство шляхтичей владело небольшими имениями. Привилеи 1387, 1413, 1447 годов, статуты Великого княжества Литовского 1529, 1566, 1588 годов оформили права шляхты на землю. Права были неограниченны, что усилило политическую роль шляхты.

Шляхта появилась в XIII веке в Польше из состава рыцарей – воинов‑профессионалов. Польские короли постоянно ссорились с магнатами и привлекали на свою сторону рыцарство, давая им льготы, привилегии, расширяли права. Шляхта, как боевая сила, играла важную роль в стране. Уже в XIV–XV веках шляхта стала боевым и привилегированным сословием в Польше, Литве, Беларуси, Украине, Чехии и пробыла им до начала ХХ века. Из девизов рыцарских гербов в XIV веке был создан Кодекс шляхетской чести:

Верой и правдой.

Служу Отечеству, отвечаю – Богу.

Добру – награда, злу – возмездие.

Должен – значит можешь.

Достойно и благородно.

Честь дороже жизни.

Ударом на удар.

Победа или смерть.

Великодушие и справедливость.

Соперничаю, но не завидую.

Слово крепче камня.

У шляхты была феодальная собственность на землю, а между собой шляхтичи взаимодействовали на принципах иерархии. В Статуте Великого княжества Литовского 1529 года изложены взаимоотношения шляхты и Великого князя:

«Великий князь обязуется государство его милости Великое княжество Литовское и панов рад ни в чем не принижать.

Также если Господь Бог соблаговолит даровать нам иное государство или королевство, то мы не только ни в чем не принизим государство наше, Великое княжество Литовское, и наших радных, но будем охранять его от всякого поношения и унижения, как это делал славной памяти отец наш во время своего счастливого царствования.

Также, касающихся сохранения земских привилеев и обычаев, которые в тех привилеях описаны, подтверждены и установлены, или постановления новых и увеличения их числа, что содействовало бы нашей и государства пользе, будем решать и выполнять только в духе старого времени, а также с ведома и согласия наших рад Великого княжества Литовского.

Обязуемся своим великокняжеским именем сохранить за всей шляхтой, княжатами, панами хоруговными и всеми простыми боярами мещанами и их людьми свободы и вольности, данные им как нашими предками, так и нами.

По смерти отцов дети, сыновья и дочери, не должны быть лишены имений, полученных в наследство от отца и деда, но эти имения в соответствии с законом они сами со своими потомками получают в полное владение и как княжата и паны хоруговные, шляхтичи и мещане Великого княжества Литовского ими владеют и извлекают из них пользу.

Также мы не должны нешляхтичей возвышать над шляхтичами, а сохранять всех шляхтичей в их достоинстве».

Рисунок сгенерирован нейросетью

По привилеям – указам – кодексам XIV и XVI веков и постановлениям сеймов шляхта была освобождена от государственных повинностей. Единственной ее обязанностью была воинская служба. Шляхта также платила маленький налог на землю. Шляхтичи получили имущественную и личную неприкосновенность, освобождались от юрисдикции королевских судей, занимали государственные должности, через сейм участвовали в решении государственных проблем, избирали короля, даже получили право свободного запрета на сейме любых обсуждаемых и принимаемых законов и постановлений. Шляхта состояла из магнатов, среднего слоя, имевшего поместье, и заградовой шляхты, не имевшей крестьян, шляхты, не имевшей своей земли и служившей магнатам. Стать шляхтичем не по рождению было практически невозможно, необходимы были исключительные заслуги перед государством или усыновление нешляхтича шляхтичем. Безземельная и малоземельная шляхта полностью зависела от магнатов.

В руках магнатов находились все важнейшие должности Великого княжества Литовского: гетман был командующим войсками и военным судьей, канцлер хранил королевскую печать и вел государственные дела, маршалок представлял служилое сословие, подскрабий ведал доходами, воеводы управляли регионами и имели военную, судебную и административную власть, каштеляны были заместителями воевод, старосты руководили районами‑поветами.

Основная масса элиты Великого княжества Литовского в XIII–XVI веках называлась боярами. Литовские и белорусские бояре впервые были названы шляхтой в Городельском привилее 1413 года, и это название окончательно закрепилось к началу XVI века. Права шляхты Великого княжества Литовского были увеличены привилеями 1387, 1413, 1432, 1434, 1447, 1492, 1529, 1566, 1580 годов. Права польской и литовско‑белорусской шляхты были уравнены на сейме 1696 года.

В состав Великого княжества Литовского кроме непосредственно литовских земель входили белорусские земли (в XIII–XVIII веках), Украина (до 1569 года), части России (до 30‑х годов XVI века). Усиление Московского княжества после Куликовской битвы, постоянная агрессия крестоносцев, обострение внутренних противоречий, политическая борьба подготовили почву для союза Великого княжества Литовского с Польшей.

Летом 1385 года в замке Крево была заключена династическая уния Литвы и Польши, по которой литовский князь Ягайло Ольгердович женился на польской королеве Ядвиге и стал польским королем. За это он был обязан присоединить Великое княжество Литовское к Польше, окатоличить литовцев и белорусов, дав им привилегии по отношению к православным и язычникам. Тогда же на съезде в Волковыске было решено, что Польско‑Литовским государством должен управлять Ягайло, а затем сын его и Ядвиги.

В феврале 1386 года Кревская уния была ратифицирована Польшей, Ягайло стал королем Владиславом. Независимость Великого княжества была фактически потеряна. Началась длительная междоусобная война Ягайло‑Владислава и великого князя Литовского Витовта, сына знаменитого князя Кейстута. Война закончилась Островским соглашением 1392 года, по которому Великое княжество Литовское во главе с Витовтом стало автономией Польши под верховной властью польского короля.

Великий князь Витовт, правивший с 1392 по 1430 год значительно укрепил свою власть в княжестве, сажая в уделах наместников, усилил фактическую независимость Литвы от Польши, расширил территория княжества, отбил у крестоносцев Жмудь, захватил Смоленск и Вязьму. Захват этих земель положил начало вековой войны Литвы и Москвы, несмотря на то, что дочь Витовта Софья вышла замуж за московского князя Василия, сына Дмитрия Донского.

В 1410 году произошло выдающееся событие в Польско‑Литовском государстве – Грюнвальдская битва. 200 лет немецкий Тевтонский орден вел постоянную войну с соседними государствами, войну без правил, показав себя организацией без чести и достоинства. Заключенные договора тут же нарушались «орденскими братьями», не было преступления, которое бы не совершили крестоносцы. Орден давно планировал захватить всю территорию Литвы, Латвии, Эстонии, Псковские и Новгродские земли, Полоцк, Минск, Слуцк, Гродно, – Витовт и Ягайло об этом хорошо знали.

15 июля 1410 года в орденских землях у деревень Грюнвальд и Танеберг войско крестоносцев встретило и остановило объединенное войско Ягайло и Витовта.

Войско крестоносцев имело около 30 000 воинов в составе 50 хоругвей – конных воинских полков, – немецких и французских рыцарей, а также швейцарских наемников. Армия конных крестоносцев построилась в две линии фронтом около трех километров между Грюнвальдом и Таненбергом.

Объединенное войской Ягайло‑Владислава и Витовта также состояло из 30 000 воинов в составе 90 хоругвей. Поляки, в составе которых было 5 украинских полков, имели 50 хоругвей, литовцы и белорусы – 40 хоругвей. В составе войска союзников были чешско‑моравские, валашские, венгерские отряды, татарская конница. Пришел и отряд из Великого Новгорода. Из белорусских земель пришли хоругви – Полоцкая, Витебская, Лидская, Волковысская, Дрогичинская, Оршанская, Туровская, Слуцкая, большой Слонимский отряд из трех хоругвей. Были и три Смоленских полка, Мстиславская, Брестская, Гродненская, Минская, Трокская, Виленская хоругви.

Железный строй хоругвей Тевтонского ордена прямым ударом пробить и потом разгромить было практически невозможно. Многие историки, в том числе и авторы настоящей работы, считают, что Витовт с литовскими и белорусскими рыцарями решили провести имитацию отступления, согласовав этот маневр с польскими хоругвами. Мнимое запланированное бегство части войск Витовта нарушило боевые порядки тяжеловооруженных рыцарей, разорвало их, что и принесло победу героям Грюнвальда.

Не стало для Витовта секретом и наличие резерва у крестоносцев – засады великого магистра – при объезде линии тевтонов было заметно отсутствие некоторых немецких хоругвей, включая и большую орденскую.

Битва началась залпом бомбард ордена, не причинивших вреда союзным войскам. Немецкие арбалетчики открыли огонь, и конница Великого княжества Литовского первой атаковала левый фланг крестоносцев. Бой начался по всей линии фронта.

Поляки бились стойко, как центр литовско‑белорусского войска. Крестоносцы ударили на литовский фланг и Витовт начал мнимое отступление. Остальные литовско‑белорусские хоругви во главе с героем Грюнвальдской битвы князем Семеном Ольгердовичем, не выходили из боя, особенно напряженного в центре войск Витовта. Белорусы и смоляне выдержали фронтальную атаку крестоносцев, потеряв половину воинов. Войска стояли насмерть – «дорога жизнь, но честь дороже!»

Дуга литовских, белорусских и смоленских героев держалась, и, наконец, крестоносцы совершили ту ошибку, которую так ждал Витовт. Разбив полоцкий и виленский заслон, тевтоны пошли в погоню за хоругвями, отходившими к обозу. Рубить в спину всегда легче, чем стоять насмерть. Не сумев разбить центр войск Витовта, рыцари бросились грабить обоз, посчитав, что победили.

Немцы разорвали свои железные ряды, завязли в истребительном бою. Началось окружение крестоносцев. Не отступившие польские хоругви, отбившие атаку рыцарей, обошли их у Грюнвальда и ударили во фланг тевтонов. С другой стороны их били литовцы, белорусы, смоляне, новгородцы, чехи, татары. Запоздавший резерв, который повел в бой великий магистр Тевтонского ордена, был встречен резервом Ягайло и Витовта и уничтожен. Польско‑литовско‑белорусское войско полностью окружило армию Тевтонского ордена, прорвав их оборону во многих местах. Выдающийся современный белорусский писатель К. Тарасов писал в своей работе «Погоня на Грюнвальд»:

«На глазах вершилась заветная мечта, исполнялись дедовские наказы. Поглядывая на небо, Витовт был уверен, что и Кейстут, и Гедимин и Миндовг сейчас собрались сюда и парят над полем битвы, и неземной своей силой гасят дух немцев, крепят сердца своих. Не могут в такой славный день не явиться, пропустить торжество, которое ожидалось веками, не увидеть отмщение за крестовые походы, за костры, кровь, муки своих народов. Тут дзяды, тут они все до единого, помогают ему, у каждого есть злая память к крыжакам, вот они носятся, мелькают среди знамен, мечей, стрел, чеканов, кордов, среди криков, гула, лязга, грома сражения. Витовт был счастлив – шла битва, какой не знала земля – Орден становился на колени, здесь сейчас ему ставили препону, отбивали охоту рваться на восток».

На Грюнвальдских холмах крестоносцы были загнаны в котел, окружены непробиваемой стеной хоругвей Витовта и Ягайло (сам Владислав не участвовал в битве). Начался разгром Тевтонского ордена, тонувшего в собственной крови. Никто из крестоносцев не просил пощады, умирал молча, залитый и славянской кровью. Погибло все руководство Тевтонского ордена, из трех крестоносцев погибло двое.

Из войск Витовта погиб каждый второй воин, большинство из них были белорусы и смоляне. Поляки тоже потеряли много воинов.

Политическое значение Грюнвальдской победы было огромно – в Центральной и Восточной Европе соотношение сил изменилось в пользу славянских государств. Великое княжество Литовское получило много лет мира и стало вровень с другими европейскими государствами.

Результаты Грюнвальдской битвы закрепил Торуньский мир 1411 года. Тевтонский орден полностью уничтожить не удалось, но мощь его была уничтожена. Возможно, Витовт, не стал добивать крестоносцев, чтобы не остаться один на один с конкурентом – Московским княжеством.

Столетия через белорусские земли шли войска чужих и своих держав, велись боевые действия Великим княжеством Литовским, Польшей, Московским царством, позднее Шведским королевством.

К началу Ливонской войны началось постепенное привлечение белорусской элиты к руководству княжеством. В высшем государственном органе Великого княжества Литовского – Раде – работали белорусские магнаты и шляхтичи – Сапеги, Друцкие, Глебовичи, Вяжевичи, Зеновьевичи. В Передней Раде заседали православные К. Острожский, Ходкевич, Глебович. Белорусская православная шляхта становилась равноправной с литовской католической. Все начало меняться с началом Ливонской войны.

Московский царь Иван Грозный стал добиваться гавани в Балтийском море. Ливонский орден был уничтожен и великий магистр ордена Г. Кеттлер обратился к королю польскому и Великому князю Литовскому Сигизмунду II Августу с просьбой принять Ливонию в состав союзного государства. Часть Ливонии стала литовско‑польской землей Инфлянты, а образованное из другой части Ливонии Курляндское герцогство признало себя вассалом Великого княжества Литовского.

Вмешательство Польши и Литвы в Ливонскую войну привело их к войне с Московским царством. Военные действия переместились в Беларусь. Московская армия в 1563 году взяла Полоцк, стояла у стен Витебска, Орши, Шклова. С другой стороны литовско‑белорусские земли постоянно атаковали крымские татары – они с начала XVI века около пятидесяти раз нападали на Литву, десять раз разоряли белорусские земли. Великое княжество Литовское оказалось на грани военно‑политической катастрофы. Польша напомнила Литве об унии. Польское королевство предложило Великому княжеству Литовскому войти в состав Польши. Литва предлагала союз двух государств и династическую унию.

Общий сейм открылся в январе 1569 года в Люблине и продолжался почти полгода. Не договорившись, в марте после Великого княжества Литовского покинули Люблин. В ответ поляки заняли половину литовско‑белорусских земель.

В Великом княжестве практически остались земли, на которых находилось московское войско, строившие свои крепости – Козьяны, Туровля, Ула, Ситно, Красная. Литовцы попытались вести переговоры с Иваном Грозным, их, по его привычке, унизили, и литовские послы вернулись в Люблин. За это время все отторгнутые Польшей у Великого княжества Литовского земли присягнули польской короне.

1 июля 1569 года Люблинская уния была подписана. Было создано полуфедеративное государство – Речь Посполитая с одним выборным королем (он же и Великий князь Литовский), с общим сеймом и единой внешней политикой, однако единого правительства не было. Предусматривалась единая денежная система. Подтверждалось присоединение к Польше Подляшья, Волыни, Подолии, Киевщины. Великое княжество Литовское сохраняло свое правительство, войско, казну, законодательство, суд. Полякам запрещалось занимать государственные должности в княжестве. До конца XVII века официальным государственным языком в княжестве оставался белорусский.

Новый глава государства избирался на общем сейме с титулом – король Польский, Великий князь Литовский, Русский, Прусский, Мазовецкий, Жемайтский, Киевский, Волынский, Подляшский и Инфляндский. Великий князь Литовский отдельно больше не избирался. Права поляков, литовцев и белорусов уравнивались. Сохранялся титул княжества, его печать, княжеству оставлялись некоторые суверенные права. Однако на практике все было не совсем так. Например, в сейме Речи Посполитой из 180 депутатов на литовцев приходилось 46 мест, на белорусов – 34. Католики формально имели намного больше прав, чем православные.