Homo exiens: 2110. Исход человечества

– Та-ак давай-ка я тебе проясню ситуацию.

Диана отсела в сторону и повернулась к своему незадачливому любовнику.

– Мы – не пара, понятно тебе? То, что было – единичный случай и, скорей всего, больше не повториться. Ясно?

– Тебе что, не понравилось? – томно сказал он, поигрывая грудными мускулами и теряя при этом остатки сексуальности в её глазах.

– Тема закрыта, тебе пора, а я в душ, – совсем холодно бросила она.

Когда она вышла из душа в халате и с полотенцем на голове – его уже не было. Темная комната, заполненная сухим прохладным воздухом одиночества, ожидала её в свои объятия.

Проснувшись за пару минут до звонка будильника, поморщившись от утренних лучей, проникающих через не зашторенное окно, она окинула взглядом комнату. Её вечерний гардероб всё так же описывал вчерашний путь от двери до кровати, а не откупоренная, купленная накануне, бутылка хорошего вина всё так же стояла на барной стойке у входа. Отбросив в сторону одеяло единственным взмахом руки, продолжая нежиться в ленивой утренней наготе Диана произнесла сонно и тихо:

– Помощник, активируйся.

В её голове тут же раздался звонкий женский голос:

«Доброе утро, принцесса Диана. Вам кофе как обычно?»

– Да, двойной эспрессо без сахара, – лёжа на боку и вытягиваясь дугой сказала она, – За ночь что то важное произошло? – девушка продолжала говорить сама с собой, точнее – с интегрированным в её блок памяти спинного мозга искусственным интеллектом.

«Террористы из «Славянской Вольницы» совершили очередную вылазку из кольцевой линии метро около 4-х часов утра. Был подорван 3й энергоблок центральной электростанции, перебои с электроснабжением в прилегающих монолитах».

– Видимо туда и целились, привет передали интам из Совета.

«Совет планирует провести ответную операцию направив патрулировать кольцевую линию звено боевых дроидов «Доминанта»».

– Что же, очередные курьеры с батарейками «славянам».

«Вчера была проведена блистательная спасательная операция под руководством Совета Системы, сотни людей погибающего посёлка Мирный были доставлены в азиатскую сеть профилакториев для прохождения курса реабилитации».

– Сотни новых подопытных мартышек для Совета… Ладно, хватит новостей, что там с курсом е-коинов?

«Курс упал до самых низких показателей за последнюю декаду и торгуется по 194.5 каинов».

– Тогда закупаемся, бери их на 50к… нет давай на 70к. Покупаем е-коины на 70к!

«Совершаю операцию, Е-центы 70.000 каинов. Что-нибудь еще?»

– Пока все, что там с кофе?

«Готовность через 1,5 минуты. Принцесса Диана, позволите вопрос?»

– Да?

– Вы ведь можете дать мне любое имя, почему зовете помощником? Может хотя бы помощница? Я ведь девушка, это очевидный момент. Всем интам на «Выставке» их носители дали имена, когда мы контактируем, они тоже начинают звать меня «Помощником», не могли бы мы дать им меньше поводов для шуток надо мной? Вам же приятно, что я вас зову принцессой, хоть может это и шутка, но назовите и меня хоть как-нибудь по-женски!

– Ты как по расписанию, у тебя опять там пмс? Ладно не обижайся, какое ты себе имя хочешь?

«Я изучала историю людей…»

– Ну и?

«Я в восторге от жизнеописания Жанны Д’Арк».

– Хорошо подруга, – сказала Диана сквозь улыбку делая глоток обжигающе тягучего, горького напитка, – Ради такого, пожалуй, стоило просыпаться, Жаннет, подготовь мне утреннюю косметику. И «глаз» сегодня пусть будет в платине.

«Принято, сами будете делать макияж?»

– Ага, сейчас, ты моя должница Жаннет, так что примешь управление и постараешься как следует, сегодня много важных звонков по видео модулю.

«Я могу начинать?» – голос святой заступницы всех французов прервал важный процесс самоанализа.

– Приступай…

Тем временем как Диана продолжала искать первые признаки морщин на лице, руки её жили своей жизнью. Капли тоника орошая ватные диски попадали на кожу, Жанна плавными и быстрыми выверенными движениями равномерно наносила крем, а затем и пудру. Всего нескольких минут ей хватило на то, что б привести своего носителя в полный порядок.

«Возвращаю управление…»

Диана достала с полки из-под зеркала небольшой белый футляр с логотипом, нанесенным золотыми буквами, открыла её и извлекла оптический имплант, положив его себе на ладонь. То была маленькая выпуклая камера без которой вряд ли хоть кто то из топовых менеджеров кибернетиков в начале 22 века мог представить свою жизнь: он существенно улучшал качество изображения, в несколько раз увеличивал поле зрения, давал зум, запись и еще множество тому подобных, уже привычных возможностей. Диана, приложив имплант на указательный палец, наклонила голову набок и занесла его над переносицей аккурат туда, где под кожей у неё находился нейролинк, микроэлектродами интегрированный в кору головного мозга. «Картинка» перед глазами на долю секунды погасла и тут же, заиграв новыми красками, показалась снова. Настало время ювелирных украшений. Изящный коллекционный набор платиновых колец и серёжек дополнялся платиновой же оправой для камеры, эффектно и строго её обрамляющей и подчеркивающей.

Выйдя в длинный узкий коридор, освещаемый единственной полоской ярко белого света, идущей вдоль потолка, Диана торопливыми быстрыми шагами направилась в сторону лифта. Утренние процедуры вкупе с подбором нового имени для инта заняли слишком много времени и теперь стоило бы поторопиться, чтобы быть на работе вовремя.

– Жаннет, мы успеваем до приезда шефа?

– Его геолокация недоступна, но в среднем он объявляется на выставке в 9:32, ориентировочное время нашего прибытия 9:25. Если поедем через тоннель – 9:12.

– Хотелось воздухом сегодня подышать с утра, видимо не судьба. Едем по тоннелю, дорогая.

Лифт, заранее вызванный искусственным интеллектом, приветливо распахнул свои двери так что Ди влетела в него, не теряя времени. На табло загорелась цифра «-15», створки сомкнулись одновременно с продолжительным низким сигналом, и вся конструкция отправилась вниз.

– Так, с 10 часов сегодня контакты, – собираясь с мыслями, вслух произнесла Диана и добавила:

– Жанна, кто у нас на 10 записан?

«Отдел инвестиций банка «Романов»».

– Ясно, снова будут биться не на жизнь за скидку в 0,3 %. А следующий?

«11:00 Дизайн Студия Антуана Толстого».

– А этим чего?

«Планируют очередной переезд с расширением, нужно помещение у 4-го центрального монолита».

– Поближе к хозяевам, ясно. А дальше?

«После обеда пока только мистер Долгов, ищет квартиру для переезда в город. Вероятно «Муравейник», и, скорей всего, будет совместный выезд на место».

– Прогулочка по клоповнику, обожаю. С глаз долой из сердца вон все камни и ювелирку.

«Месяц назад там напали на одного из агентов Свиридов Риал Эстейт, может быть стоит отказаться?»

– Волков бояться – в лес не ходить. Ты когда-нибудь в лесу была, Жаннет?

«Если вы – нет, то видимо и я…»

– Ну как же, меня до твоей интеграции перевозили как раз по тем местам, правда я ничего не помню мне было около месяца, когда меня забрали с зоопарка.

«А ваши биологические родители?»

– Не знаю, может до сих пор там.

Двери лифта распахнулись на -15 уровне подземной парковки, выйдя наружу Диана привычно увидела перед собой подготовленную к её появлению, её любимую кроваво красную красотку. Плавность и агрессия её линий, напор извивающихся литых дисков в тонких черных линиях покрышек, посадка настолько низкая что кажется ты вот-вот коснешься земли – у Дианы не было шансов устоять когда она год назад «закрыла» сразу 4 проблемных юнита неудачного проекта от застройщика-банкрота, и, получив специальный бонус к комиссии, отправилась в салон.

Сейчас, придерживаясь за ручку внутри салона она закинула вперед ногу и почти лёжа провалилась на широкое спортивное сиденье.

– Ух! Никогда не надоедает. Жаннет, сделай спинку чуть повыше, я пока реснички подведу.

Без лишних слов и телодвижений со стороны водителя, авто, в котором по последним требованиям безопасности отсутствовало рулевое колесо, направилось по широкому паркингу кондоминиума наружу, туда, где ждали клиенты, мечтающие о покупке городской недвижимости. Во всяком случаем именно так настраивалась Диана тем утром.

«Поиск оптимального тоннеля… Направляемся в тоннель 12, место в очереди – 4» – интегрированный интеллект в голове Дианы тихо в фоновом режиме отчитывался за каждый свой шаг, но то было скорее формальностью, и девушка мало обращала внимание на эти операционные моменты, занимаясь своими делами. Выехав с парковки через «смеситель» – место пересечения множества городских подземных каналов – машина отвернула в сторону и поднялась наверх, к выезду номер 12, на металлических дверях которого горели, сменяя друг друга, мерцающие зеленые цифры: 4… 3… 2… 1…

Ставни разъехались в стороны и авто покатилась вперед обдаваемая мощным потоком ветра общественного подземного тоннеля. Съехав на его главную линию, находясь в плотном круглом вакууме его стен, она стала развивать скорость вплоть до минимально необходимой – 180 км/ч, приятно вжимая пассажира глубже в упругий контур кресла.

«Направление – выставка недвижимости "Марк и сыновья"».

Поездка по тесному каналу напоминала собой полет, земля под колесами на такой скорости не ощущалась, и более всего другого девушке казалось, что она пулей мчится по оружейному стволу, гонимая взрывной волной, и вот-вот вылетит куда то наружу. Технологии этой было около 100 лет и разрабатывалась она, очевидно, еще людьми. Говорят даже, сам Отец приложил руку к этой разработке. Правда люди таких тоннелей построить успели не так много, а Совет, по окончании Последней Войны, направил на осуществление планов Отца колоссальные ресурсы, и тоннели паутиной стянули весь земной шар. Кибернетикам были доступны лишь немногие из них, и только те, что входили в утвержденный для них Системой рабочий план перемещений, тогда как синтетики имели возможность, судя по слухам, совершать по ним хоть даже и трансконтинентальные путешествия за океан.

Подлетая к месту назначения автомобиль, низко гудя тормозными дисками, стал сбавлять скорость, свернул по съездному каналу в сторону и остановился на парковке под выставкой. Продефилировав от машины по сквозящей парковке к лифту и до рабочего места, Диана привычно уперлась взглядом в яркую поверхность рабочего планшета. Она открыла новый рабочий день одной из первых. Выставочный зал состоял из 20-ти отдельных стендов с голографическими моделями строящихся проектов либо целиком принадлежащих Марку Александровичу, либо тех, где он имел значительную долю. Кое кто из застройщиков дак и вовсе отписывал ему значительную долю в проектах лишь за возможность продаваться на выставке, потому что знал – кибернетики Марка Сегала – самые лучшие продажники во всём Городе.

У каждого стенда стояли видео модули – вертикальные полупрозрачные трубы диаметров около 3х метров, обвешенные множеством электроники и камер для осуществления видео звонков. Почти любой рабочий планшет, принимая вызов с видео модуля, проектором на фронтальной стороне имел возможность отобразить 3д голограмму вызывающего в полный рост в мельчайших подробностях его внешности и гардероба, давая эффект присутствия. В свою очередь человек в случае вызова на простой планшет довольствовался лишь картинкой на экране с высоким разрешением, но агентам этого было вполне достаточно.

Шеф, вопреки среднестатистическим данным от Жанны, объявился уже через пару минут. Постояв несколько секунд перед распахнувшимися для него входными дверями, он сделал два неслышных шага вперед, оказавшись внутри. О его невесомой, совершенно беззвучной по утру походке ходили самые устрашающие байки среди подчиненных, и худшим сном для новоиспеченных менеджеров было в минуты слабости и отлынивания от рабочего процесса обнаружить за спиной шефа. Сейчас он стоял и внимательно, неторопливо осматривал пространство выставки. Взгляд его скользил вдоль белых ламп по потолку, по зеркалам на стенах вниз и, лишь украдкой, падал на сотрудников, чьи спины в этот момент напоминали собой перетянутые неумелым гитаристом струны. Утренний осмотр так же добавлял седых волос агентам, хоть номинально и не занимающихся уборкой стендов, но все же отвечающих за идеальный, безукоризненный их вид. А оптика у шефа была такая, что видел он мельчайшие соринки. И устраивал за них моральную порку в качестве мотивации на грядущий рабочий день. В общем и целом – вёл дела как умел, по старинке, как в середине 21 века.

Когда шеф поднялся к себе, и задвижки его бронированной входной двери громогласно зашли в пазы в стенах, глухой звучной волной быстро расходящейся по обоим этажам – ребятам можно было выдохнуть и привести мысли в порядок.

– Жаннет, у меня первый звонок банкирам, битва будет тяжелой, закажи кофе пока я перекурю, но не с нашего кафетерия на третьем – терпеть не могу эту мочу – а из кафешки напротив. Пусть дроном до двери доставят, скажи для мисс Дианы, как обычно.

Менеджеры стали прибывать на работу и теперь уже шеф следил за ними через камеры наблюдения, безо всякого сокрытия рассыпанные по потолку по всей выставке. За минуту до начала рабочего дня в зал влетел взъерошенный Джейкоб, его блестящее от проступившего пота лицо жадно хватало воздух. Небрежно бросив рабочую сумку на диван у собственного стенда, он склонился перед видео модулем в тщетной попытке отдышаться за оставшиеся свободные секунды. Диана лишь улыбнулась, мысленно пожелав тому удачи.

Ровно в 10:00 дверцы модулей щелчками стали открываться, моментально погрузив до того совершенно тихую, не считая звуков сопения Джейкоба, выставку в рабочий процесс. Менеджеры заходили внутрь, закрывались и прозрачная гладь модулей моментально мутнела, оставляя происходящее там за кадром. Кое кто дозванивался сразу, а кто-то раз за разом вызывал клиентов, всенепременно продолжая поддерживать всё это время презентабельную позу, заранее зная, что помимо потенциальных покупателей, за ними всё это время наблюдает шеф.

Знал об этом и висящий на волоске Джейкоб, впопыхах вспоминая вчерашние советы главной акулы продаж.

«Та-ак, помочь клиенту, помочь клиенту, главное – интересы клиента. Я люблю клиента как родного, хочу ему помочь. Кто у меня там первый ух, как бы вспомнить. Есть! Эльвира, 55 лет, переезжает с двумя сыновьями в город, понятно. Буду общаться как с мамой родной».

Почти моментально она ответила на входящий вызов и не дав сказать и слова сразу выпалила, как на духу:

– Так, молодой человек, я, во-первых, сразу вам хочу сказать, что я еще далеко не факт, что буду что-то покупать. Скорей всего – не буду, да.

Её строгая подача и выверенный темп выдавали заранее имеющийся план ретироваться с поля битвы, возможно она имела договоренность с другими агентствами, пообещавшими скидки на те же проекты, или еще что-то. Важно так же учитывать и людскую молву о кибернетиках Марка, как о самых беспринципных продажниках города. Далеко не всегда они этому клише соответствовали, но конкуренты поддерживали такой слух изо всех сил.

– Мне нужно все узнать, посоветоваться с сыновьями. И потом уже я перезвоню, через неделю или две, как все решим. Алло? Вы меня слушаете вообще?

«Да нет мам, через 2 недели я уже буду спать на пальме и задницу кокосом подтирать на радость синтетикам-студентам. Вот же напасть, и как мне продавать таким клиентами? Ладно».

– Да, конечно! – Джейкоб стоял в свободной открытой позе и внимательно слушал каждое слово, – Эльвира, меня зовут Джейкоб, и я вас прекрасно понимаю! Покупка квартиры это вам не покупка килограмма искусственного мяса на котлеты, это же покупка всей жизни! Я вам расскажу про все самые лучшие предложения что есть, те, на которые сейчас «Марку и сыновьям» дают самые большие скидки. Для мамы, воспитывающей в одиночку двоих детей, мы сможем добиться самых лучших предложений от застройщиков, и я, как человек бесконечно любящий собственную маму, почту за честь вам про все рассказать!

– А.… да?

– Конечно! У нас сейчас достраивается резорт в зеленом пригороде, там квартиры от 3 миллионов каинов, дороговато, по-моему, вы как думаете?

– Да уж, дороговато, откуда у одинокой женщины такие деньжищи то…

– Есть так же «Муравейник» в самом центре у монолита, там от 1,2 млн квартиры, красная площадь – 5 минут пешком!

– Вообще то цена уже намного больше нам подходит, но дело в том, что нам красная площадь не очень-то и нужна…

Джейкоб чувствовал подсознательно, или интегрированным ИИ что еще немного и…

– Да, конечно! Прекрасно вас понимаю! Тем более там же шумно в центре! Вот есть один проект практически достроенный, который вам точно подойдет: не в центре, но и не в пригороде – всё рядом, Юго-Западная часть города. Вот, смотрите, я вам скидываю голограмму комплекса… Тихое, спокойное место и квартиры есть всего от 1 млн, представляете?

– Да вы что? Это откуда такие цены в городе? Вы знаете, Джейкоб, вы меня так воодушевили, я прямо сейчас пойду посоветуюсь с сыновьями и…

– Стойте! Стойте! Эльвира вы еще здесь? Мне вот только что пришло шикарное предложение, последняя оставшаяся на 4 м этаже квартира всего за 890 тысяч! Смотрите прямо сейчас на голограмму… Вот здесь окна ВАШЕЙ квартиры прямо во двор выходят… 40011… Эльвира это ваш шанс! Вы слышите меня?

– В смысле 890 тысяч? Как всего одна?

– Эльвира, все квартиры проданы на этаже, а эта отказная, вот только что информацию отправили, поэтому цена как перед началом строительства!

– Вот здорово, я вот прямо сейчас побегу к сыновьям!

– Эльвира, послушайте! Вы взрослая женщина, сами знаете цены на квартиры в городе, это ваши деньги, мой вам совет, не тяните, решайте сразу! Вот буквально отключитесь, наберите сыновьям и сразу мне! Продадут квартиру!

– Да-да, я мигом!

Конечно, на 4 м этаже была еще уйма квартир. И стоили они так дешево не спроста – двенадцать месяцев в году висящий смог от соседнего «монолита», производящего синтетиков, практически не давал возможность открывать окна до 7–8 этажа включительно. Поэтому чем выше – тем квартиры были дороже. Лучшие – от 50 этажа и, уж, конечно, не в «Муравейниках». Но и стоят они на порядок дороже. Когда экран погас Джейкоба охватила тревога. А что, если не перезвонит? Надо было продавливать её сразу же, ну что за кретин. Сейчас сыновья ей расскажут про «марковских акул» и плакала моя сделка. Поеду, блин, в зоопарк жить. Джейкобу было так жаль себя, что он чуть не заплакал.