- -
- 100%
- +
Рабочий день закончился.
Радимир вышел из офиса на тротуар, опоясывающий здание. Время было вечернее, и по дорожкам и воздушным эстакадам сновало множество людей, идущих по своим делам или просто прогуливающихся среди многочисленных зеленых зон, разбитых как на земле, так и на зданиях.
«Пойти ли пешком или доехать на маглеве?», – подумал Радимир.
Несмотря на вечернее время, солнце все еще припекало почти в полную силу. Когда-то в это время осень вступила бы в свои права, но за последнее столетие климат сильно изменился, что продлило теперь лето и на осенние месяцы. Было весьма жарко, и Радимир сделал выбор в пользу маглева. Поднявшись по эстакаде на площадку маглева, он оказался у большой трубы. Рядом с ним начал скапливаться народ, ожидающий прихода капсулы. Долго ее, впрочем, ожидать не пришлось. Через пару минут Радимир услышал шум приближающегося транспорта. Прозвучал сигнал, и створки в стене трубы раскрылись. Пассажиры стали заходить в капсулу. Когда в нее зашли все пассажиры, створки автоматически закрылись, и маглев тут же отправился в путь. Стенки трубы и капсулы были прозрачными, и через них можно было отлично видеть ту часть Полиса, по которому проходила трасса маглева.
Улиц в центре Полиса уже давно не было. Старые дома были снесены, а взамен их были построены огромные здания-комплексы, нередко весьма причудливого вида, объединяющие в себе все необходимое и соединяющиеся между собой воздушными эстакадами и линиями маглева. На земле и на комплексах были разбиты зеленые зоны, которые превращали Полис в сплошной парк.
У горизонта ярко светило солнце, идущее к закату, но благодаря встроенным в окна светофильтрам, оно почти не беспокоило пассажиров. Через несколько остановок Радимир вышел из капсулы. Он собирался домой, а путь его был неблизким – надо было проехать на антиграве почти через все Побережье. Несмотря на все возможности работы на расстоянии с эффектом кажущегося присутствия, руководство компании нередко вызывало своих сотрудников в офис, из-за чего время от времени приходилось проделывать немалый путь до Полиса.
Радимир перешел дорогу и направился к противоположной части улицы. Солнце немилосердно пекло, и в воздухе стояла липкая духота. Рубашка прилипала от пота к спине, было очень жарко. Радимир поспешил войти в теневую полосу улицы, чтобы хоть как-то уберечься от палящего солнца, и направился к тоннелю антиграва. Войдя в него, он спустился по широкой лестнице вниз и оказался на узкой и длинной платформе. Несмотря на жару снаружи, на станции было прохладно и комфортно. Народу здесь было немного. Радимир рассеянно взглянул на огромные экраны, видные с любого края платформы, на которых был отображен маршрут поезда и обозначены названия станций. Сделал он это не по необходимости, а скорее по укоренившейся привычке, которая была приобретена за много лет поездок на антиграве. Он знал наизусть все названия станций и линий и уже не нуждался в информации о маршруте поезда. Радимир встал у края платформы со скучающим видом, ожидая подхода антиграва. Долго его ждать, однако, не пришлось. В тоннеле мягко загудело, и из него вынырнула длинная белая змея поезда. Пробежав мимо платформы, она затормозила точно посредине нее, слегка покачиваясь на подушке антиграва. Створки дверей гостеприимно распахнулись, приглашая пассажиров пройти вовнутрь. Хотя перед Радимиром остановился второй вагон поезда, он, предпочел сесть в головной. Поезда уже лет сто как были беспилотными, и теперь на том месте, где когда-то находился машинист, теперь располагался большой и удобный диван, с которого был отлично виден весь путь впереди поезда. Головной вагон был совершенно пуст, и Радимир в душе был рад тому, что сможет проехать в тишине и отдохнуть после суматошного дня. Как только он сел, двери закрылись, и поезд тронулся с места. Постепенно набирая скорость, он побежал по тоннелю все быстрее и быстрее. Благодаря тому, что поезд двигался на антиграве, его движение было практически бесшумным. Ехать было далеко – от Полиса надо было проехать через все Побережье и добраться до своего Города. Несмотря на то, что поезд ехал с огромной скоростью, дорога занимала достаточно много времени. Радимир сел поудобнее в глубокой ложке кресла и собрался заснуть – рабочий день сегодня был достаточно напряженным, и теперь на него накатывалась сонливость. Но что-то ему мешало заснуть. То засыпая, то просыпаясь, он видел, как перед поездом мелькали тоннели, которые, резко обрываясь, переходили в городскую застройку Полиса, после чего поезд вновь нырял в очередной тоннель. Тоннели были ярко освещены разнообразными световыми полосами и украшены голограммами, что придавало каждому тоннелю свой особый, только ему присущий вид. Поезд несся вперед, временами мягко притормаживая у очередной станции в тоннелях и, забрав пассажиров, несся все дальше вперед. По-видимому, пассажиров в это время было немного – в головной вагон так никто и не зашел, благодаря чему Радимир продолжал сидеть в одиночестве. Постепенно поезд приближался к окраинам Полиса. Высокие здания и небоскребы, многочисленные дороги и развязки, прорезавшие Полис из конца в конец, стали, наконец, заканчиваться. Перед окнами потянулась малоэтажная застройка старого города, которую поезд проскочил без остановок и выбежал на простор Побережья. С одной стороны поезда раскинулось бескрайнее море, на котором сейчас играли блики солнца, а с другой стороны потянулся высокий берег, круто уходящий наверх. На нем тут и там расположились частные дома, отстоящие довольно далеко друг от друга. Пару раз промелькнули живописные древние развалины; на высоком мысу, вдающемся глубоко в море, можно было заметить остатки некогда мощной и неприступной крепости. Наконец, поезд затормозил возле одной из станций, расположенной неподалеку от крепости. Эта станция так и называлась – «Старая крепость». Постояв с минуту на станции, поезд отправился в дальнейший путь. Проезд промчался вперед и вбежал в длинный и узкий тоннель. Пробежав по тоннелю, он в конце концов остановился у платформы. Поезд прибыл на конечную остановку, пора было выходить. Переборов дрему, Радимир поднялся из кресла и вышел из поезда. Двери за ним тут же закрылись, и поезд, набирая скорость, исчез в тоннеле, оставив его одного на платформе. Оказавшись на перроне, Радимир привычно хотел пройти к центральному выходу, но вдруг увидел нечто такое, что заставило его в изумлении остановиться. Это была не его станция! Узкая платформа была почти не освещена, и только в дальнем углу светился мягким светом выход, как бы приглашая его пройти к лестнице наверх. На станции не было ни одного человека, что было весьма странно для часа пик. На этом странности не заканчивались. Необычным был и вид станции – на ней не было ни одного табло, ни одной надписи. Не было и столь привычных информационных голограмм. Лишь простая бетонная лента платформы уходила далеко вдаль, пропадая в глубине станции в темноте. Вместо обычного ярко освещенного туннеля виднелись голые, ничем не закрытые тюбинги. Радимир был немало озадачен. Куда это он попал? Похоже, что это была какая-то только что построенная станция, которую еще не успели до конца оформить. Судя по виду туннеля, поезд прошел по новой ветке пути и высадил его на новой станции. Но почему тогда не было никакой информации об изменении маршрута поезда? Ничего еще не понимая, Радимир прошел к выходу. Выход, освещенный световой аркой, открыл лестницу, уходящую куда-то вверх. Сверху было так же темно. Вдруг он понял, что за то время, пока он изучал станцию, уже давно должен был подойти следующий поезд. Но его все ещё не было. Радимир подождал еще минут двадцать, но в туннеле сохранялась полная тишина. Не появилось на станции и ни одного пассажира. Единственными звуками, которые нарушали тягучую тишину, были его собственные шаги, гулко отдававшиеся в пустом тоннеле. Делать было нечего. Было ясно, что поезд, привезший его сюда, зачем-то проехал по еще не законченной ветке пути, на которой еще нет регулярного движения. Станция еще не закончена, и, конечно же, еще не эксплуатируется. Оставалось единственное – подняться наверх и добираться до ближайшей действующей станции поезда. Радимир стал подниматься вверх по лестнице. Подсвечивая себе светодиодом, он прошел по темному пути. Голая бетонная лестница была узкой, совершенно непохожей на лестницы на других станциях. При этом на ней отсутствовали обязательные для всех станций антиграва электромагнитные подъемники. Возможно, что это всего лишь служебный ход, а главный вход пока еще не был введен в строй. Лестница повернула углом вверх, затем свернула еще раз. Поднявшись наверх, Радимир наконец-то увидел вестибюль и выход из станции. В нем было достаточно темно, но через неплотно закрытую входную дверь пробивались лучи солнца. Дверь для станции была весьма необычной – вместо привычных автоматических сдвигающихся створок здесь стояла старомодная массивная дверь, украшенная бронзовыми накладками. Радимир подошел к ней и, взявшись за кольцо в пасти бронзового льва, с усилием открыл дверь. В этот момент он был вынужден зажмуриться от яркого света, сменившего полутьму тоннеля. Только когда его глаза привыкли к свету, он смог осмотреться вокруг себя.
Он стоял во дворе какого-то старинного особняка, а дверь, из которой он вышел, несомненно, была его парадным входом. Особняк, судя по всему, был уже давно заброшен. Это было красивое, богато украшенное здание, выстроенное в форме подковы. Крылья здания образовывали внутренний двор, в котором он сейчас находился. Когда-то здесь был разбит большой парк, который ныне заглох и зарос зарослями чертополоха и дикого кустарника. Лишь широкая дорога, вымощенная плотно подогнанными каменными плитами, все еще находилась в отличном состоянии.
– «Откуда здесь особняк? Как тут могла оказаться станция антиграва?», – подумал Радимир, удивленный до крайности увиденным.
Недоумевая, он вернулся к двери парадного входа и открыл ее. Дверь подалась с большим усилием и заскрипела так, как будто ей не пользовались уже много лет. Радимир шагнул вовнутрь, ожидая увидеть все тот же вестибюль и лестницу, ведущую вниз. Но ничего подобного здесь не оказалось. Он стоял в огромном холле, стен которого были обшиты темным дубом. С его середины наверх вела широкая каменная лестница с коваными перилами, которые образовывали сложный узор, представлявший собой какой-то растительный орнамент. На стенах висели потемневшие от времени портреты и пейзажи, покрытые толстым слоем пыли. Холл ярко освещался окном, прорезанным в стене напротив лестницы. Стрельчатое окно было столь большим, что занимало почти всю стену холла.
Ничего не понимая, Радимир вышел обратно во двор и осмотрелся. Может быть, он ошибся дверью? Нет, этого не могло быть – во всем внутреннем фасаде особняка была всего лишь одна дверь парадного входа. Другие же входы, если они были, очевидно, находились с противоположной стороны здания. Радимир вернулся в здание и пошел по его помещениям, пытаясь понять, как он мог попасть сюда из вестибюля антиграва. Но особняк был пуст, заброшен, а толстый слой пыли на полу, нетронутой уже много лет, красноречиво свидетельствовал о том, что здесь давно уже никого не было. Однако обращало на себя внимание то обстоятельство, что мебель и вещи в особняке были оставлены в полном порядке, как будто его хозяева покинули его на короткое время, собираясь вскоре вернуться обратно.
Так ничего не поняв, Радимир вышел из особняка. Снаружи виднелась железная ограда, которая окружала усадьбу. Ее ворота были распахнуты настежь. К ним он и направился, намереваясь осмотреть здание снаружи. Но не успел он пройти и несколько шагов, как его нога наткнулась на какой-то твердый предмет. Из-под слоя листьев, покрывавших толстым ковром землю, выглядывал блестящий стержень. Радимир, нагнувшись, разбросал листья в стороны и поднял находку. Это был старинный ключ, с весьма сложным ажурным узором на головке и фигурной бородкой. Филигранно выполненный узор на ключе изображал бегущего во весь опор коня. Работа выглядела весьма старинной, ручной работы. Рассмотрев ключ, он сунул его в карман и пошел к воротам.
Выйдя за ограду, он остановился в удивлении. Перед ним открылась необычная картина – вместо привычных ему городских пейзажей перед ним простиралось широкое поле. И ничего более. Впрочем, оглядевшись вокруг, он увидел позади массивное сооружение. Судя по всему, это был какой-то старый форт, склоны которого были превращены в парк. В окрестностях Города находилось немало старинных оборонительных сооружений – город когда-то был пограничным, и не один раз был вынужден выдерживать осады, но такого форта ему еще никогда не приходилось видеть.
Радимир все еще не мог понять, куда он попал. Он знал, что поезд приехал в Город, и даже если он проехал по какому-то новому пути, поезд никак не мог покинуть его пределы. Его остановка была конечной. Свой родной город он знал вдоль и поперек, и понимал, что ничего подобного тому, что он видел перед собой, никак не могло быть в его Городе. Объяснение этому могло быть одним-единственным – он случайно крепко заснул, во время которого поезд доехал до его станции, после чего проследовал по новому пути, ведущему куда-то в сторону от Города, и привез его вот на эту, еще явно недостроенную станцию. Высадив всех пассажиров, скорее всего, он следовал в депо.
Движение на это линии явно пока еще не открыто. Понимая, что с этой станции вряд ли удастся уехать, Радимир решил для себя еще немного походить здесь, чтобы ознакомиться с незнакомой местностью, а уже потом вызвать воздушное такси. Пройдя через все поле и поднявшись на довольно крутой склон вала форта, он увидел разбитый на нем обширный парк. Впрочем, парк был довольно запущенным. Сильно разросшиеся деревья заслоняли солнце и мешали друг другу, а на земле скопилось немало сухой листвы. В глубине парка виднелась какая-то бронзовая статуя, изображавшая человека в длинном кафтане и высокой шапке, стоящего в задумчивости с длинным свитком бумаги. Он остановился у памятника. Статуя, судя по всему, была достаточно старой – бронза памятника была покрыта многолетней патиной, постамент кое-где раскрошился и пошел трещинами. На постаменте была закреплена бронзовая табличка, на которой было глубоко вырезана лаконическая надпись: "Командор". Пройдя вперед по аллее, которая опоясывала форт по склону вала, Радимир остановился в недоумении: с высоты форта перед ним открылся какой-то город. Но это был вовсе не его Город! В городе, который он видел перед собой, виднелось немало старинных зданий с высокими крышами, среди которых поднимались шпили, украшенные причудливыми флюгерами. Радимир не верил своим глазам – ничего подобного рядом с его Городом не существовало. Куда же он попал? Нажав на браслет на руке, он вызывал голографический экран, в главном меню которого выбрал навигатор. Навигатор задумался на несколько секунд, после которых выдал: «Вы находитесь в неизвестном месте. Навигатор не может определить ваше месторасположение». Раздосадованный, Радимир хотел уже было выключить экран, как вдруг заметил, что здесь нет и сигнала квантовой связи. Оставалось только одно – дойти до неведомого города, чтобы выяснить, как можно добраться до своего дома. В этот момент он вдруг понял, что в погоде тоже произошли неожиданные изменения. Час назад, когда он садился в поезд, на улице стояла жара, да и во время поездки на антиграве солнце достаточно сильно припекало даже сквозь светофильтры на окнах, но сейчас было пасмурно и прохладно. Небо полностью было затянуто облаками – казалось, что вот-вот пойдет дождь. Погода изменилась буквально за какие-то пятнадцать минут, которые он провел на неведомой станции.
Радимир направился по направлению к городу. Местность здесь шла под уклон, и здесь ему пришлось пересекать обширные заливные луга. Справа от него вытянулся большой мыс, огибаемый прозрачным серпом широкой реки. За рекой начинался густой хвойный лес. Оказавшись на мысу, Радимир увидел, что на берегу у самого уреза воды стоит двухэтажный белый дом. Судя по его архитектуре, дом был построен не менее ста лет тому назад. По всей видимости, это была какая-то мыза. Луг перед ней порос ровной мелкой травой, а сам дом стоял в окружении густых куп деревьев и кустарника. Когда он приблизился к дому, от него к нему с громким лаем бросились две собаки. Это была небольшая лайка рыжего окраса и крупный пес сторожевой породы. Но не успели они пробежать и половину луга, как их кто-то окликнул:
Назад, Бангс! Назад, Герцог! Вернитесь назад!
Собаки послушались приказа, и остановились. Взмахнув хвостами, они помчались обратно.
От дома по направлению к Радимиру быстрым шагом шел какой-то пожилой человек. Невысокого роста, сухопарый, он был жилистым и энергичным на вид. Одет он был как-то странно – его одежда была довольно старомодной, такую Радимир видел лишь в исторических обзорах.
– Ох, простите за беспокойство! – сказал он извиняющимся тоном, приближаясь к Радимиру. – Собаки молодые, и слишком уж ревностно относятся к своим обязанностям, поэтому не пропускают всех прохожих. Но на самом деле они не столь злые.
Я видел, что вы спускались от старого форта. Как я понимаю, вы не из Хемгарда?
– Нет, я в этом месте оказался впервые, и даже не знаю, как сюда попал, – ответил Радимир.
– Вероятно, вы уже ходите здесь достаточно долгое время. Время уже позднее; вы, наверное, не откажетесь от ужина или хотя бы чашки кофе? За ним мы и поговорим. Думаю, за кофе будет о чем побеседовать.
Радимир принял любезное приглашение хозяина. Тот провел его на открытую веранду дома, где под широким навесом стоял круглый столик, а вокруг него были расставлены легкие плетеные стулья. На нем стояла фарфоровая ваза и подстелены чистые льняные салфетки. Все это было, как и сам дом, белого цвета. Очевидно, хозяин дома предпочитал в интерьере этот цвет.
– Садитесь же в кресло, – предложил Радимиру хозяин, показывая ему на одно из кресел и садясь сам в противоположное. – Вы хотите ужинать? Нет? Тогда, может быть, предпочтете кофе?
Радимир согласился, и хозяин тут же кого-то окликнул. Уже через минуту на террасе появилась горничная, неся на блестящем подносе фарфоровый кофейник и чашки.
Расставив все это на столе, она удалилась.
– Угощайтесь, пожалуйста, – сказал хозяин дома, показывая на стоящие на столе чашки.
Радимир не заставил себя долго ждать, и, взяв свою чашку, отпил из нее кофе. Напиток оказался весьма крепким и ароматным.
– Я Герман Васильевич, профессор колледжа, – представился хозяин дома.
– Радимир, – ответил ему в ответ Радимир.
– Очень хорошо, – сказал Герман Васильевич. – Как я вижу, вы попали сюда из через туннель? Вы ведь сюда прошли через дверь особняка?
– Да, я ехал на антиграве. До моей станции оставался лишь один перегон, после которого поезд оказался в странном туннеле, где он остановился на неизвестной мне станции. Я сошел на ней, и поднявшись наверх, вышел через дверь какого-то особняка.
– Вы попали сюда через станцию? Очень интересно! Видите ли, вы далеко не первый, кто попадает сюда похожим образом. Но многие прошли сюда другими путями.
– Простите, не совсем вас понимаю, – пожал плечами Радимир. – что это за пути? И что это за город вот там, вдалеке?
Радимир показал на шпили города, которые были видны в излучине реки.
– Знаете ли, на первый ваш вопрос я и сам толком не знаю ответа. Время от времени люди попадают в наш город, причем разными путями. Вы, например, оказались здесь, выйдя со станции, а кто-то оказался здесь, пройдя через подземный ход. Но все они пришли через дверь особняка.
– Тут есть какая-то сеть подземных ходов?
– Вполне возможно. Сто лет тому назад здесь случилась сильное землетрясение. Город несколько пострадал, но повреждения были минимальными. К счастью, эпицентр землетрясения был довольно далеко. Но здесь проходила ветка метро, и она была разрушена. Туннель метро был завален, поэтому люди, оказавшиеся в нем на момент землетрясения, были заживо похоронены под землей. Но часть из них, поплутав по уцелевшей части туннеля, смогла найти выход наружу, через который они вышли к Хемгарду.
После этого и другие люди попадали сюда разными путями, но одним способом – через подземный переход. Так что, вероятно, здесь и на самом деле существует разветвленная система туннелей. Раньше здесь было множество оборонительных укреплений с проведенными между ними подземными ходами, затем появилось метро, подземные дороги… Поэтому ничего невозможного в этом нет. Но, знаете, при этом есть одна странная закономерность – через этот переход можно пройти только в определенные дни и часы. В другое время вы не сможете попасть в переход, при всем желании. Причем время это весьма редкое – не более нескольких часов в тот день, когда ход бывает открыт. Сегодня как раз такое время – недавно закончился час, в который дверь может открыться в туннель, а вечером будет еще один час, не более. Поэтому если вы захотите вернуться обратно, вам следует успеть обратно к особняку к этому времени.
– То есть здесь есть какой-то еще один город? До недавнего времени я думал, что здесь есть только один Город. Я сейчас в нем и живу.
– Нет, здесь, в долине реки, расположен один только Хемгард и довольно обширная местность на несколько десятков километров вокруг. Кроме Хемгарда и окрестных ферм здесь вы ничего не встретите. Местность, как видите, со всех сторон окружена неприступными горами, поэтому она ограничена этой долиной.
– Мне никогда не приходилось слышать о Хемгарде. Насколько я понимаю, это очень далеко от Города. Вероятно, я уснул, и антиграв завез меня по тоннелю далеко за пределы Города.
– Что ж, и это не исключено.
Герман Васильевич взглянул на часы.
– Сейчас время уже позднее. Вы можете сейчас решить – остаться ли вам здесь, в Хемгарде, или вернуться обратно. Дверь в обратную сторону скоро закроется, поэтому вам надо принять решение уже прямо сейчас.
Радимир вскочил на ноги.
– Я все-таки вернусь обратно. Слишком уж неожиданно я здесь оказался. Спасибо вам за гостеприимство.
Герман Васильевич склонил голову в знак прощания:
– Всего хорошего вам, Радимир. Тогда у вас в распоряжении не больше часа, чтобы пройти обратно.
Радимир попрощался и быстро пошел по направлению к форту. Солнце уже почти скрылось за горизонтом, и красное зарево осветило окрестные луга. Закатным светом был залит и форт, на вершине которого в последних лучах солнца блестела статуя Командора. Командор все так же непоколебимо стоял на своем каменном постаменте, сжимая в руках свиток и глядя куда-то вдаль. Начали сгущаться сумерки, и Радимир поспешил к особняку. Но как он не спешил, он смог добраться до особняка лишь тогда, когда стало почти темно. Подойдя к двери особняка быстрым шагом, он с замирающим сердцем дернул ее за кольцо. Дверь подалась.
Все было здесь по-прежнему – все та же массивная дверь и вход, украшенный старинными бронзовыми накладками, и темное жерло тоннеля, ведущее вниз, к платформе. Спустившись по лестнице, Радимир оказался на уже знакомой станции. Оказавшись на ней, он тут же увидел дальний свет в тоннеле, и уже через несколько секунд на станцию бесшумно влетел антиграв. Перед глазами промелькнул номер рейса на головном вагоне – А215. Поезд остановился. Двери одного из вагонов распахнулись перед ним, приглашая его пройти вовнутрь. Радимир вошел в вагон, и поезд тут же тронулся с места. Вагон, в котором он оказался, был по-прежнему пуст. Едва он успел сесть, на экране, который, висел перед ним, неожиданно для него высветилось название следующей станции – «Главная площадь». Это была его станция. И правда, когда через несколько минут поезд вылетел из тоннеля, за окном замелькали уже знакомые ему городские пейзажи. Через некоторое время антиграв замедлил свой стремительный бег и остановился перед станцией.
– Станция «Главная площадь» – продублировал информационный экран мягкий голос.
Радимир был дома. Он взглянул на часы – на них было 17 часов с небольшим. А ведь рейс А215 выходит из Полиса в 16.30. Путь из Полиса до города, как он знал, занимает полчаса. Радимир ничего не понимал. Получается, что всего того времени, которое он провел в неведомой местности, как будто не было вовсе. Как такое может быть? При этом странности на этом не заканчивались. Там, в каком-то Хемгарде, было прохладно и пасмурно, а здесь его снова встретила жара и всепроникающее слепящее солнце. Он зашел в крытую галерею и нашел свободное место на скамье. Сев и включив голографический экран, он стал искать информацию по новым станциям антиграва. Сеть с готовностью выдала ему список строящихся и недавно введенных строй станций, но станции, расположенной на отрезке между станциями «Старая крепость» и «Главная площадь», не существовало. Не было на этом участке и каких-либо других направлений.
Он решил связаться со знакомым, работающим в информационном отделе антиграва. Набрав его код, он нажал вызов. После нескольких долгих гудков на голографическом экране появилось улыбающееся лицо Веселина. Имя его было весьма созвучно с его характером – его невозможно было увидеть унывающим.