Хрупкий Дрезден

Два выстрела последовали один за другим. Белая дымка поднялась над раскаленными стволом, распространив терпкий аромат пороха между стен тесного помещения. Вязкий, тяжелый воздух пропитался резким запахом человеческого пота. Тонкие, даже слишком пальцы юной Зельмы, ласково коснулись золотистых волос новорожденного Аццо. Его ангельское личико напоминало девушке о Бернхарде, муже от которого почти год она не получала не единого известия. Большой, желтоволосый Бернхард в свое время, учился с ней на одном факультете истории германии. Первое время он не решался подойти к Зельме, о чем позже сильно жалел. Только когда государство затеяло наступательную операцию на восток, Бернхард познакомился с Зельмой. Он хорошо понимал, придет время, и его заберут на фронт. Зельме неуклюжий, здоровяк Бернхард, что по величине не много уступал шкафу в ее спальне, понравился. Она искренне улыбалась, слушая забавные истории от него. Германия успешно продвигалась вперед, и тогда казалось, ничто не могло остановить непобедимую машину, созданную всемогущим Гитлером. Вся страна алеманов уверовала в священную миссию нации. От малого до большого, каждый немец, желал видеть, рождение новой империи арийцев. С присущей только им жаждой порядка, они не смотря ни на какие сложности отдавались труду ради победы. Женщины, прививали малышам от рождения главные идеи, двигающие целые народы и сметающие государства. В такой атмосфере единого порыва за светлое будущее, родилась новая семья Шульц. Бернхард по распределению оказался во внутренней службе, расположенной в десяти километрах от дома, где они с Зельмой поселились. Ежедневно зеленые, военные грузовики, забирали Бернхарда и еще порядка ста парней, от входа на машиностроительный завод. Зельма трудилась в госпитале, чему Бернхард был не очень рад, заочно ревнуя к незнакомым пациентам. Делать нечего. В условиях, когда граждане страны дышат в унисон, боевым барабанам, нельзя думать только о личных предпочтениях. И потихоньку Бернхард совладал со своими чувствами. Единственное обстоятельство, тревожащее молодого Бернхарда, было отсутствие ребенка. Зельма как и он, хотела малыша, но беременность не как не наступала. Вилберт Кёлер, областной врач гинеколог только развел руками, на просьбу найти причину, советуя запастись терпением. Военная обстановка на фронте медленно, но верно менялась. Могучая армия Гитлера, спотыкалась, теряя преимущество день за днем. В феврале сорок четвертого года Бернхарда, вызвали в штаб, сообщив о скорой отправке на восток. Он уже успел привыкнуть к мысли, что это должно случиться, но все равно было тяжело. Его маленькая, хрупкая Зельма, останется совсем одна. Между ним и ей пролягут тысячи полей, сотни городов и тысячи человеческих судеб. Разве мог кто-то быть изобретательнее и несчастнее жизни. Она создала человека, существо способное уничтожить её саму. Так рассуждал перед отправкой на фронт, опечаленный Бернхард. В ночь перед утром, когда его должны были забрать, Зельма почти не спала. Она разбудила Бернхарда в полночь.

Среди бесстрастных, сонных лиц солдат, было одно довольное. Это улыбался радостный Бернхард. Теперь его жизнь, не казалась напрасной. Пусть его сразит вражеская пуля, но вместо него появиться новая жизнь. Яркая, горячая дрожь вибрировала в груди при одной только мысли о сыне. Да. Услышав от Зельмы счастливую новость, он убедил себя, что у них будет мальчик. Так они расстались, обнявшись на прощание. Зельма держалась, как могла, пока Бернхард не уехал. Слезы хлынули из неё, смывая остатки мужества и уверенности.

Двенадцатого февраля сорок пятого года Зельма, вместе с малышом Аццо в составе группы состоящей из тридцати человек спустилась в бомбоубежище. Следующей ночью Дрезден, в котором они жили, начали бомбить. Стаи разрисованных, железных птиц сбрасывали несметное количество тяжелых снарядов испепеляющих все вокруг. Мощные взрывы мгновенно сжигали воздух, создавая огненный шторм, перед которым не могло выстоять ни одно живое существо. Груды камней и железа, точно деревянные щепки разлетались, в стороны сметая любые препятствия на своем пути. Вход в бомбоубежище где пряталась Зельма оказался засыпан, а кислород перестал поступать внутрь. Генрих Вольф, пожилой сосед Зельмы, с лучшими намерениями помог ей спрятаться в этом укрытии. Теперь он беспомощно смотрел на умирающих людей, не зная как им помочь. Он устало вынул пистолет, который носил на всякий случай за пазухой. Всего два патрона остались в его руке. Зельма видела как его губы беззвучно, шептали одному ему известные слова. Зажмурив глаза, старый Генрих, выпусти пулю в лоб своей жене, а затем отправился за ней. Сонные, измученные люди смотрели на друг друга в последний раз. Так могущественная жажда, превратилась в великое поражение. Мечты и надежды этих людей медленно умирали вместе с ними.

Только через полтора года, при расчистке завалов было найдено последнее убежище Зельмы и малыша Аццо. Без кислорода и влаги, тела тридцати человек превратились в мумии, запечатлев на их лицах последние страдания. Большой, желтоволосый Бернхард так и не узнал судьбы жены и сына, оставшись лежать безвестным солдатом, в затянутом жирной тиной болоте.