- -
- 100%
- +
Предисловие ко 2-му изданию. 1991 г.
«Жива Москва – сильна Россия», – писал еще в середине XIX века поэт Аполлон Майков. С тех пор значение Москвы в политической и духовной жизни не только России, но и всего мира несравнимо возросло – в особенности за последние семь десятилетий, с момента, когда Москва стала столицей Советского государства.
Невиданно возросшая роль Москвы ко многому обязывает. И не в последнюю очередь – к бережному отношению ко всем рукотворным ее памятникам, накопленным за столетия. В наше переломное время мы все чаще обращаем свои взоры не только к будущему, но и к минувшему, ибо без сотворенного нашими предками нельзя себе представить ни сегодняшнего, ни завтрашнего дня великого города. С горечью отмечаем ничем не оправданные потери, что понес облик Москвы более всего в 1920–30-е годы, которые отняли у города многие исторические памятники, составлявшие его красу и славу. Печальные уроки прошлого заставляют глубже и внимательнее всматриваться в то, что уцелело и содержит неповторимые, только Москве присущие черты. Сохранение своеобразия исторически сложившегося архитектурного облика Москвы является нашим общим делом. Какие бы грандиозные преобразовательные задачи ни ставил социальный и экономический прогресс, Москва всегда должна оставаться Москвой.
Поистине беспрецедентен взлет интереса москвичей к своему городу за последние годы. Это не только любознательность к истории столицы, но и активное вмешательство в дело ее дальнейшего развития, добровольное участие в восстановлении ее памятников. Пристально изучается и то, что сохранилось, и то, что не так давно оказалось утраченным. К этому направлены усилия московских краеведов – движение, становящееся столь же массовым, сколь и плодотворным.
Теперь уже речь идет не только об общепризнанных достопримечательностях. В Москве нет мелочей, все важно. Специалисты-реставраторы и любители-краеведы открывают в подчас заурядном квартале или неказистом на вид домике следы истории прошлых эпох, и вот недавнее «белое пятно» на карте столицы начинает многое говорить нашему сердцу, как бы обретая голос: место ставится на охрану, прежде всего спасается от уничтожения, а там и становится в очередь на реставрацию. Так, постепенно, скопление разнородных улочек и зданий сливается в многоголосую и цельную симфонию Москвы.
Нынешний центр составляет лишь два процента всей территории безмерно разросшегося города. Однако именно он являет собой средоточие наиболее ценного, что накопила и сохранила Москва за бурные столетия своей истории. Без центра во главе с Кремлем и прилегающей к нему Красной площади представить себе Москву так же немыслимо, как живое тело без сердца и разума. Ныне понятие исторического центра расширяется, в него постепенно включаются и участки за пределами Садового кольца, вплоть до бывшего Камер-Коллежского вала. Все это нашло отражение в новой концепции развития города, одним из краеугольных камней которой является сохранение всего ценного в московской застройке и планировке, а частично и постепенное восстановление наиболее значительных, бездумно утраченных памятников.
Здесь следует коснуться субъективного подчас определения ценного и неценного, так же, как старого и нового. На мой взгляд, сохранять надо максимум архитектурного наследия, а не только шедевры. Далеко не каждый дом – достопримечательность. Но любой из них, старый или новый, красивый или некрасивый, – памятник материальной культуры своего времени и уже одним этим достоин внимания. Вовсе не интересных домов, как и людей, нет. Есть здания более и менее интересные, но каждое заслуживает уважительного изучения. Кроме того, «рядовые» здания служат исторической средой, составляют фоновую застройку, без которой шедевры, вписанные в нее, нередко теряют свою привлекательность.
Так или иначе, любой дом – памятник своего времени. Первенцы советского жилищного строительства – спартански скромные дома-коробки – не очень радуют глаз, но разве не памятники они сложной и героической эпохе, когда не хватало кирпича и цемента и, несмотря на это, решалась задача: обеспечить трудящихся жильем. Или неказистые подчас купеческие особняки Замоскворечья – как без них представить себе «темное царство», описанное великим Островским!
В старой Москве редко найдешь улицу со строго выдержанным ансамблем зданий. Но в этом тоже есть чарующее своеобразие нашей столицы, особая ее прелесть, замеченная еще Пушкиным: «Разнообразной и живой она пленяет пестротой».
Настоящий путеводитель ставит своей задачей раскрыть историю московских улиц в пределах Садового кольца. Автор намерен показать читателю старинный центр вплотную, по возможности дом за домом. Не только архитектура зданий, но и их история, менявшаяся функция, происходившие в них памятные события, выдающиеся владельцы, жильцы и посетители, будущее того или иного квартала – все это заслуживает нашего пристального внимания.
К сожалению, а может быть, к счастью, материал оказался столь обширным, что о многом пришлось сказать лишь бегло. Книга выходит вторым изданием, в нее вошло пять новых глав, а также много новых фактов, не говоря об уточнениях и поправках. Однако и в этом издании рассказано не все, так как даже увеличенный объем не позволил коснуться иных любопытных частностей.
Название «Москва в кольце Садовых» не следует понимать буквально. Нет описания некоторых второстепенных улиц, в частности интереснейших москворецких и яузских набережных, ждущих своего исследователя и заслуживающих особого путеводителя. О многих примечательных домах подробно рассказывается в брошюрах серии «Биография московского дома», насчитывающей уже десятки выпусков. Что же касается московских переулков, неотъемлемой части центра, то рекомендую читателю ознакомиться с посвященной этой увлекательной теме книгой С. К. Романюка «Из истории московских переулков», ставшей важным вкладом в изучение центра Москвы.
Автор постарался максимально учесть замечания и дополнения читателей по первому изданию путеводителя, за что приносит сердечную признательность всем, кто их прислал.
От редакции
Кремль.
Кремль
Если Москва – сердце России, то Кремль, бесспорно, – сердце Москвы.
Это короткое, звучное слово давно уже знакомо и понятно миллионам людей во всех частях света. И хотя кремли, т. е. крепости, сохранились во многих старинных русских городах, упоминание о Кремле вызывает у каждого представление прежде всего о Московском.
Кремль – тот росток, из которого выросло могучее древо Москвы, положившей начало централизованному Русскому государству.
Прошли века, росток превратился в сердцевину огромного города, но, как бы ни расширялась наша столица, Кремль всегда останется ее историческим средоточием. Отсюда излучают свой свет пять рубиновых звезд, отсюда льются мелодичные раскаты кремлевских курантов.
Современный Кремль – понятие многогранное: политическое, историческое, эстетическое. Это не только нетленная старина, не только собрание шедевров русского зодчества, но и резиденция высших органов государственной власти страны. Слово «Кремль» вошло во все языки мира как важное и общепонятное.
Нынешний Кремль занимает площадь 27,5 гектара, когда-то понятия Кремль и Москва были идентичны. Сегодня Москва в 370 раз больше древнего Кремля.
Но изначальный Кремль был еще меньше: он занимал юго-западную часть современного, что около теперешних Боровицких ворот, на площади около 1,5 гектара. Именно здесь, при впадении реки Неглинной в Москву-реку, в конце XI века стояла крохотная деревянная крепость. В 1156 году Юрий Долгорукий расширил крепость, построив «мал древян град», защищенный рвом и валом. В 1339 году владимирский князь Иван Калита строит новые стены и башни из дуба; к тому времени площадь Кремля составляла уже2/3 нынешней. При Дмитрии Донском, в 1367–1368 годах, возводится новый, на сей раз белокаменный Кремль, почти достигающий современных границ. Наконец, в конце XV века, когда Москва становится столицей Русского централизованного государства, великий князь Московский Иван III возводит кирпичные стены и башни Кремля, с поновлениями и перестройками дошедшие до наших дней. Итак, им уже полтысячелетия!
Кремлевская стена с 20 башнями, из которых 4 с воротами, общей длиной 2235 метров, служит величественной рамой и вместе с тем органической частью ансамбля, объединившего разнообразные постройки семи веков – от XIV до XX. Каждое столетие вписало в каменную летопись Кремля свои выразительные строки; соседствуя, они не звучат диссонансом, а складываются в гармоническую и впечатляющую поэму. Истинное чудо зодчества, согласная перекличка мастеров разных эпох и стилей.
Войдем же в Кремль через Боровицкие ворота – само название их сохранило древнее имя холма, на котором среди густого бора – «боровика» – был заложен Кремль. Дорога ведет по высокой бровке холма.
Сразу за воротами, слева, – здание Оружейной палаты, старейшего музея нашей страны, сокровища которого стали накапливаться еще с XIV века. Сперва это было хранилище оружия (отсюда и название), затем – разнообразных драгоценностей, предметов дворцового обихода и иных выдающихся произведений искусства и памятников истории. Официальная дата создания музея – 1806 год, но здание построено позднее, в 1844–1851 годах, по проекту видного русского архитектора К. А. Тона. Зодчий понимал необходимость увязать новое здание, весомый компонент Кремля, с древним окружением; фасады его пышно украшены резными колоннами из белого камня, фигурные окна обрамлены затейливыми наличниками в стиле русской архитектуры XVII века.
Миновав небольшой дворик с садом, огражденный чугунной решеткой работы 1840-х годов, подходим к фасаду Большого Кремлевского дворца, который вблизи кажется сооружением особо внушительным и монументальным. В архитектурном отношении его многое роднит с Оружейной палатой: построен дворец примерно в те же годы (1838–1849) и по проекту того же К. А. Тона. Сходны арочные окна с висячими «гирьками», резные наличники, характер обработки стен, но само расположение здания на видном и ответственном месте, а главное – его назначение московской императорской резиденцией обусловили особую парадность и торжественность решения. Центр строго симметричного фасада выделен массивным куполом с часами. Внутри сохранены старинные парадные залы – Георгиевский, Владимирский и Екатерининский, анфилада бывших императорских комнат. В 1933–1934 годах Андреевский и Александровский залы объединили в огромный зал заседаний.
К правому углу Большого Кремлевского дворца примыкает жемчужина древнерусского зодчества – Благовещенский собор, построенный псковскими мастерами в 1484–1489 годах как домовая церковь московских государей; достроен в 1562–1564 годах. Подклет (нижняя часть) собора сохранился еще от конца XIV века. Интерьер украшен росписями и иконами древних русских живописцев – Феодосия, Андрея Рублева, Феофана Грека, Прохора с Городца. На фоне строгого, официального Большого Кремлевского дворца Благовещенский собор с его оригинальными формами и изящной отделкой кажется затейливой игрушкой.
Мы вступили на главную площадь Кремля – Соборную. Это подлинное созвездие исторических и архитектурных памятников, которых хватило бы на целый город. Рядом с Благовещенским собором – одно из древнейших гражданских сооружений Москвы – Грановитая палата, названная так по отделке восточного фасада гранеными плитками. Она построена в 1487–1491 годах итальянскими мастерами Марком Фрязином и Пьетро Антонио Солари как парадное приемное помещение дворца. Любопытно, что эту функцию палата – ее обширный, богато расписанный зал на втором этаже, соединенный в XIX веке с Большим Кремлевским дворцом, – сохраняла все пять веков, вплоть до наших дней.
Господствующее место на Соборной площади занимает Успенский собор – творение знаменитого итальянского архитектора Аристотеля Фиораванти. В 1979 году собор отметил свое 500-летие. Суровой, гордой красотой веет от стен этого великолепного сооружения. Опытный болонский мастер, приглашенный в Москву уже на склоне своих лет, сумел глубоко проникнуть в дух самобытной русской архитектуры – собор, построенный им с помощью наших отечественных мастеров, напоминает лучшие произведения владимирской и новгородской школ. Особо поражает интерьер собора с его изумительным иконостасом, фресками и паникадилом (люстрой). Успенский собор служил усыпальницей московских митрополитов и патриархов. Здесь отмечались воинские победы, венчались на царство российские самодержцы.
Слева от собора – гораздо более скромная одноглавая церковь Ризположения, построенная псковскими мастерами в 1484–1486 годах как домовая церковь патриарха. Позади нее, над восточной стеной Теремного дворца, высятся одиннадцать изящных куполов, венчающих внутренние церкви этого дворца. Зрительное сопоставление мощных глав Успенского собора с этими куполами рождает звуковой образ: на глухие басовые удары соборных куполов маленькие куполки как бы откликаются тонкими, звончатыми переливами.
Теремной дворец построен русскими зодчими А. Константиновым, Т. Шарутиным, Л. Ушаковым, В. Огурцовым в 1635–1636 годах как парадные покои царя Михаила Федоровича. Дворец украшен живописной шатровой крышей с коньком. Своими нарядными, причудливыми формами, щедростью и пестротой декора дворец напоминает сказочный терем из русского фольклора. В середине XIX века К. А. Тон включил Теремной дворец в комплекс нового, Большого Кремлевского дворца. К левой части старинного сооружения примыкает белокаменная церковь Воскрешения Лазаря – самая древняя кремлевская постройка. Частично она сохранилась с конца XIV века.
Обойдя Успенский собор с алтарной части, мы увидим оригинальное здание, прорезанное снизу двумя крупными арками, которым своими изгибами вторят полукружия закомар и абрисы шлемовидных куполов. Это собор Двенадцати апостолов, соединенный с бывшими Патриаршими палатами. Он построен русскими мастерами в середине XVII века, при патриархе Никоне. Собор и палаты дошли до нас с перестройками. Сейчас в них помещается Музей прикладного искусства и быта XVII века.
Около собора Двенадцати апостолов на специальном каменном постаменте – знаменитая Царь-пушка, отлитая в 1586 году из бронзы московским мастером Андреем Чоховым. Масса ее ствола составляет 40 тонн, калибр – около метра. Установлена она на декоративном лафете, изготовленном в 1835 году. Стоит на теперешнем месте с февраля 1960 года, куда была передвинута при строительстве Дворца съездов. В 1980 году Царь-пушку полностью отреставрировали.
Восточную часть Соборной площади заполняет высокий и сложный ступенчатый ансамбль, в котором выделяется колокольня «Иван Великий», несколько веков являвшаяся самым высоким сооружением Москвы, одной из ее важнейших примет. Строилась она в две очереди: нижние три яруса – в 1505–1508 годах, верхняя надстройка с куполом – в 1600 году при царе Борисе Годунове, когда высота всего сооружения достигла 81 метра. Надпись вязью под куполом читается так: «Изволнением Святыя Троицы повелением Великого Государя Царя и Великого князя Бориса Федоровича всея Русии самодержца и сына благоверного Великого Государя царевича Великого князя Федора Борисовича всея Русии храм совершен и позлащен во второе лето государства их».
Своей высотой и стройностью колокольня покоряет каждого, это давняя любимица москвичей. Даже в современной многоэтажной Москве она видна издали из самых разных мест. М. Горькому она напоминала вонзившийся в небо палец с золотым ногтем.
Название «Иван Великий» связано с тем, что колокольня была построена для церкви Иоанна Лествичника; служила она также сторожевой дозорной башней. В 1532–1543 годах с северной стороны к ней пристроили четырехэтажную звонницу, увенчанную столпом со шлемовидным куполом, а в 1624 году здесь появилась новая пристройка с шатровым верхом, так называемая Филаретова звонница. Колокола этих сооружений обслуживали главные кремлевские соборы, прежде всего Успенский. При уходе из Москвы войска Наполеона взорвали обе звонницы, но уже в 1814–1815 годах их восстановили.
Близ колокольни «Иван Великий» установлен Царь-колокол, уникальный памятник древнерусского литейного искусства массой 200 тонн и высотой 6,14 метра. Он был отлит из бронзы в 1735 году мастерами И. Ф. и М. И. Моториными, но во время пожара 1737 года, находясь в отливочной яме, получил серьезные повреждения, дал трещины, от него откололся большой кусок. Так колокол и оставался в яме, пока в 1836 году его не подняли, установив на каменный пьедестал. В 1980 году он тщательно отреставрирован.
Ближе к Москве-реке – собор Архангела Михаила, или Архангельский, построенный в 1505–1508 годах венецианским архитектором Алоизием; москвичи называли его Алевизом Фрязином, или Алевизом Новым. Так же как при строительстве Успенского собора, здесь широко и умело использованы приемы и особенности русской архитектуры. Однако традиционное русское пятиглавие обогащено пышным оформлением фасадов в стиле итальянского ренессанса. С восточной стороны к собору на рубеже XVI–XVII веков пристроены два миниатюрных придела. Очень нарядно внутреннее убранство собора. Многие века, вплоть до XVIII века, он служил усыпальницей московских великих князей и русских царей. Здесь, под богатыми надгробиями, хранятся останки Ивана Калиты, Дмитрия Донского, Ивана III, Ивана Грозного и других.
Сейчас кремлевские соборы открыты как музеи.
Над крутым склоном Кремлевского холма разбит тщательно ухоженный, засаженный хвойными и фруктовыми деревьями Тайницкий сад. В советское время в редкие часы отдыха здесь любил гулять В. И. Ленин. В 1967 году в этом саду ему установлен памятник (скульптор В. Б. Пинчук, архитектор С. Б. Сперанский).
Далее фасадом к Москве-реке выходит здание, построенное в 1932–1934 годах для Школы красных командиров имени ВЦИК. Архитектор И. И. Рерберг придал ему черты, характерные для русского классицизма, дабы оно гармонировало с соседним зданием бывшего Сената. После Великой Отечественной войны в нем располагался Кремлевский театр. На этом месте до 1932 года стояли ценнейшие ансамбли Чудова и Вознесенского монастырей, основанных в XIV веке.
Прекрасный памятник эпохи русского классицизма – здание бывшего Сената. Оно воздвигнуто в 1776–1787 годах замечательным русским зодчим М. Ф. Казаковым. Мерный ритм оконных проемов и пилястр, строго продуманные пропорции придают этому крупномасштабному сооружению спокойный и величественный вид. Оно никак не претендует на соперничество с инородными по характеру древними памятниками Кремля, вписавшись в его ансамбль свободно и гармонично. Центр его обозначен массивным зеленым куполом, над которым ныне постоянно реет красный флаг. Под куполом – чудесный Екатерининский зал, круглый в плане, украшенный барельефами.
Северную часть Кремля занимает здание Арсенала, трапециевидное в плане. Воздвигнутое в начале XVIII века, оно неоднократно перестраивалось, но сохранило суровые, строгие формы. Вдоль стены Арсенала выставлены трофейные пушки, отбитые в 1812 году у армии Наполеона. Здесь же можно увидеть старинные русские орудия XVI–XVII веков. В 1918–1922 годах в здании Сената располагались кабинет и квартира В. И. Ленина, а затем, вплоть до 1953 г., – И. В. Сталина.
С первых же лет советской власти Кремль стал постоянным предметом внимания и заботы нового государства. По личному распоряжению В. И. Ленина от 17 мая 1918 года в Кремле начались не прекращающиеся по сей день научные исследования и реставрационные работы, в ходе которых были сделаны многие важные открытия, касающиеся истории и культуры нашего народа.
Напротив Арсенала – главный вход в самое молодое здание Кремля, Государственный Кремлевский дворец. Оно построено в 1959–1961 годах по проекту архитекторов М. В. Посохина, Л. А. Мндоянца, Е. Н. Стамо, П. П. Штеллера, инженеров Г. Н. Львова, А. Н. Кондратьева, И. И. Кочетова, которым была присуждена за него Ленинская премия. Достоинство здания: оно ненавязчиво, весьма умело вписано в ансамбль Кремля, не нарушив его гармонию. Достаточно напомнить: дабы вместить во дворец все необходимые помещения, не повышая при этом этажности, авторы проекта заглубили его в землю на целые 15 метров, иными словами – одна треть здания по высоте находится под землей! Внешний облик дворца выдержан в скромных и благородных формах. Внутренние помещения дворца, прежде всего зрительный зал почти на 6 тысяч мест, построены с учетом достижений современной строительной и акустической техники. В КДС, как его сокращенно называли, проходили важнейшие внутрисоюзные и международные форумы, начиная с XXII съезда КПСС (1961 г.); с 1989 года проходили Съезды народных депутатов СССР, а также оперные и балетные представления, концерты. Ныне Государственный Кремлевский дворец выполняет функции театра и общественного здания. Расположение Дворца съездов тоже очень удобно – рядом Троицкие ворота, выходящие в самый центр города со станцией метро.
О Кремле и отдельных его сооружениях написаны десятки интересных книг и брошюр. Наш краткий очерк преследует цель дать лишь общее, первичное представление об этой главной московской святыне. Об отдельных участках кремлевской стены, ее башнях, некоторых примыкающих к ней улицах, площадях и зданиях будет подробнее рассказано в следующих главах книги.
Красная площадь
Нет человека, который, впервые приехав в Москву хотя бы на один день, не устремился бы прежде всего на Красную площадь. Наряду с Кремлем эта площадь была, есть и, несомненно, навеки останется своего рода эмблемой столицы, главной ее святыней, знакомой хотя бы по упоминаниям и изображениям людям во всех частях света.
История Красной площади неотделима от истории не только Москвы, но и всей Родины. Едва ли не все главные события нашего государства за последнее полтысячелетие находили здесь свое отражение, а многие происходили непосредственно на ней. Поэтому Красную площадь закономерно называют главной площадью не только Москвы, но и всей страны.
Рождение площади совпадает с началом образования вокруг Москвы Русского централизованного государства. Великий князь Московский Иван III (1440–1505), свергнувший монголо-татарское иго, повелел заменить белокаменные стены и башни Московского Кремля нынешними кирпичными (1485–1495). Для предохранения от пожаров и в оборонительных целях князь приказал освободить землю, прилегающую к новым кремлевским стенам, от деревянных построек на расстояние 109 саженей и впредь никаких строений из дерева здесь не ставить. Таким образом перед восточной стеной Кремля образовалась обширная площадь. На ней разрешили мелкую торговлю с рук, со скамей, из легких шалашей, откуда и первоначальное название площади – Торг.
В 1508–1516 годах вдоль кремлевской стены в качестве оборонительной водной преграды по площади прорыли длинный ров, по которому пустили часть воды из реки Неглинной. Через ров к воротам Кремля перебросили мосты.
В 1535–1538 годах, с постройкой Китайгородской стены, площадь, именовавшаяся к тому времени Троицкой (по стоявшей на ней церкви Троицы), стала главной площадью торгово-ремесленного посада – Китай-города. В 1571 году огромный пожар уничтожил весь Китай-город, и выгоревшую площадь стали называть Пожаром; в те времена слово это имело то же значение, что и современное «пожарище».
Древнейшее сооружение площади – Кремлевская стена, завершенная двурогими зубцами, с двумя проездными башнями, построена по проекту итальянских архитекторов пять веков назад; ныне она образует грандиозный фон площади. Слева возвышается главная надвратная башня Кремля – Спасская (первоначально Фроловская), воздвигнутая в 1491 году миланским зодчим Пьетро Антонио Солари; об этом свидетельствуют латинские и русские надписи на каменной доске, помещенной на ее внутренней стороне. Однако поначалу башня не была столь высокой и красивой: венчающий ее шатер появился лишь в 1625 году (архитекторы Важен Огурцов и Христофор Головей). Тогда же английский мастер Головей установил на башне часы, механизм и циферблат которых неоднократно менялись и подновлялись. Нынешние главные часы государства, знаменитые кремлевские куранты, отбивающие время каждые 15 минут, были смонтированы механиками братьями Бутеноп в 1851 году. Далеко не всякий москвич замечает, что верх башни украшен белокаменными фигурами фантастических зверей, напоминающих химеры на соборе Парижской Богоматери. В старину башня почиталась как святыня, и мужчины, проходя под ней, обнажали голову. «Шляпы кто, гордец, не снимет у святых в Кремле ворот», – писал поэт Федор Глинка. Спасские ворота доныне остаются главными, парадными воротами Кремля.
Менее нарядна и величественна Никольская башня (справа от Мавзолея), названная так по стоявшему поблизости Никольскому греческому монастырю. Она воздвигнута одновременно со Спасской и тем же Пьетро Антонио Солари, но шатром была увенчана позднее – в конце XVIII века, а в 1806 году ее перестроил в готическом стиле знаменитый Карло Росси. Эта суховатая готичность, далекая от принципов древнерусской архитектуры, обусловила малую популярность башни. Башня дважды разрушалась и восстанавливалась. Первый раз верх ее был взорван французами перед уходом из Москвы в 1812 году, второй раз она сильно пострадала от артиллерийского огня в дни Октябрьского вооруженного восстания. В 1816 году башню восстановил О. И. Бове, в 1918 году по личному распоряжению В. И. Ленина – архитектор Н. В. Марковников.