Плоды безумия

«Тот, кто сражается с монстрами, не должен забывать – что и сам может стать одним из них»

От автора

Спасибо всем, кто каждый день поддерживал меня и не давал опустить руки – не позволял сдаться. Спасибо любимые, за ваше терпение, слова и верность.

Пролог

Россия. 27 Сентябрь 1993 года

С наступлением ночи разъяренная стихия бросилась наводить ужас на окрестности небольшого поселения, которое извилисто растянулось вдоль высокого песчаного обрыва неподалеку от широкой реки.

С каждой минутой ветер и дождь становились сильнее и обрушивали на дома и землю всю мощь суровой природы.

Обнаженные кроны деревьев со страшной силой бросало из стороны в сторону – их тонкие корни вырывало из-под земли и словно куски рваного тряпья болтало в воздухе. Мелкий мусор вперемешку с вымоченными в дождевой воде опавшими листьями, резкими порывами ветра швыряло вверх, и несло вдоль широкой улицы, в самом начале которой стоял обычный сельский дом, где после очередного раската грома загорелся жёлтый свет.

Через секунду свет погас, сквозь дикое грохотание бури прозвучали женские вопли – входная дверь распахнулась, и на улицу, которая за пару часов успела превратиться в сплошное грязевое месиво из листьев и мелких веток, в одном белье выбежала молодая девушка. Ее бледное тело и светлая ночная рубашка были забрызганы кровью. Её тёмные длинные волосы быстро намокли и тонкими прядями облепили залитое слезами покрасневшее лицо. В одной руке она крепко сжимала связку ключей, а другой прижимала к груди небольшой свёрток плотной белой ткани.

Она добежала до середины двора, где рос старый орех, поскользнулась и начала падать, но в последний момент успела пронзить рукой ворох черных листьев и приземлилась на четвереньки. Край белой ткани выскользнул наружу, повис над землёй и стал быстро обрастать каплями грязи, а в следующую секунду свёрток зашевелился и раздался громкий детский визг. Под ним находился бледный младенец.

Девушка громко рыдала, бубнила под нос что-то невнятное, поднималась и бежала дальше. Ветер становился сильнее, громоздкие ветки ореха ломало пополам и бросало вниз, прямо ей под ноги. Она вздрагивала, оббегала их стороной, оступалась и продолжала двигаться вперёд, к старым белым «Жигулям», которые стояли у железных ворот.

В следующую секунду весь двор озарила вспышка молнии, а по небу, словно пушечная канонада, прокатился оглушительный раскат грома, после которого в доме раздался пронзительный мужской крик. Девушка резко остановилась, обернулась назад и уставилась в темный дверной проем, откуда спустя мгновение показалась худая рука с окровавленным кухонным ножом, а следом за ней вынырнула голова мужчины: весь двор девушку и мужчину снова пронзил яркий свет, за которым последовал очередной раскат грома.

– Нет… не подходи, – заливаясь слезами, бормотала девушка. Худощавый мужчина вышел на порог и остановился. Его тело белая майка и белые семейные трусы были в крови – на перекошенном лице застыла жуткая гримаса из широкой улыбки и выпученных голубых глаз. Он поднес ко лбу кончик ножа и начал резать бледную кожу, медленно спускаясь по щеке до самого подбородка.

От увиденного лицо девушки задергалось, она нервно перекрестилась, прикрыла грязной рукой рот и, стараясь не закричать, поспешила к машине.

Мужчина слизал с холодного лезвия кровь, спустился по ступеням и бодрой походкой пошёл за девушкой, которая уже стояла возле автомобиля и судорожно водила по металлическому замку одним из ключей, в надежде отпереть дверь и оказаться внутри.

– Ну, давай, пожалуйста! – завопила девушка, и дверь открылась. Она прыгнула на водительское сидение и заперлась. Затем аккуратно положила ребёнка на соседнее кресло и начала заводить машину. В то же время к автомобилю подошел мужчина. Он закричал, и ударил ножом по боковому стеклу – девушка подпрыгнула и плотно закрыла лицо руками. Обезумевший мужчина снова размахнулся и со всей силы ударил по стеклу, а потом по крыше. После каждого удара девушка вздрагивала, и кричала – её маленький ребёнок ворочался и разрывался от дикого плача.

Не выдержав младенческих криков и грохота металла, девушка дернула ключами, и машина завелась – вместе с ней включилась магнитола, откуда на весь салон загремела музыка. Девушка закричала, выключила магнитолу, бросила жалобный взгляд на лобовое стекло и замерла: мужчина, который минуту назад находился за дверью, уже стоял перед машиной и освещался оранжевым светом фар. Он улыбался, крутил в руке окровавленный нож и смотрел прямо на девушку, а спустя мгновение его лицо перекосило от ярости. Он закричал, разбежался и прыгнул на капот, после чего замахнулся и ударил ножом по лобовому стеклу. Девушка заорала, подскочила на месте и намертво прилипла к сиденью.

– Зачем?! – она смотрела на мужчину, плакала и била руками по рулю. – Зачем ты это делаешь?!

После непродолжительной атаки нож сломался – мужчина бросил металлический обрубок в сторону, сжал кисть в кулак и начал бить им по стеклу.

С каждым новым ударом его тонкие костяшки превращались в кровавое месиво из ошметков кожи и мяса, а на стекле появлялись бурые разводы.

После очередного удара раздался хруст – мужчина замер и посмотрел на свою руку. Его кисть болталась на сухожилии, а сломанные пальцы безвольно качались в воздухе. Он не стонал от боли и даже не пытался что-нибудь сделать. Он стоял на капоте и спокойно смотрел на сломанную конечность, потом повернулся к девушке и с еще большей силой продолжил наносить удары по стеклу.

Лицо девушки окончательно лишилось симметрии. Она дернула ручку сцепления, включила заднюю передачу и надавила на педаль газа – холодная резина заскользила по земле, и автомобиль резко тронулся с места. Он проехал пару метров, снес железные ворота и вылетел на обочину, где тут же остановился – мужчина слетел с капота и распластался вдоль широкой грунтовой дороги.

От сильной встряски девушка ударилась головой об руль, откинулась назад и застонала от легкой контузии. Придя в себя, она включила дворники и посмотрела на дорогу, где в свете фар неподвижно лежало тело мужчины.

Девушка небрежно вытерла руками лицо, повернулась к ребёнку и начала его успокаивать.

Спустя минуту она снова посмотрела на дорогу – мужчины на ней уже не было. Она стала лихорадочно крутить головой по сторонам в поисках мужчины. В следующую секунду раздался грохот. Она дернулась и повернулась в сторону шума. На лобовом стекле была огромная паутинообразная трещина, а на капоте лежал камень. Девушка прищурилась и увидела на дороге того самого мужчину, который подтягивал за собой вывернутую в обратную сторону ногу и медленно приближался к машине с крупным камнем в руке.

Девушка закричала и надавила на педаль газа. С диким визгом машина дернулась с места, и наехала на мужчину. От сильного удара его забросило на капот, он пролетел по крыше и свалился на дорогу. Автомобиль проехал дальше и остановился. Девушка положила голову на руль и заплакала, а затем и вовсе забилась в истерике.

Спустя время она успокоилась, вытерла заляпанный соплями рот и посмотрела в зеркало заднего вида: мужчина по-прежнему лежал на другой стороне дороги, в лужи собственной крови, которая вытекала из-под его головы.

После очередного раската грома автомобиль выехал на дорогу и, петляя по ней, скрылся за водной стеной.

Глава 1

Таганрог. 27 Сентября 2017 года

Среди голых деревьев и утопающих в ночи колоритных улиц, кварталов и кривых переулков, вымощенных брусчаткой из натурального камня, простирался обычный городской район, в котором мирно уживались панельные высотки, частные дома и десяток разбросанных по округе двухэтажных жутковатых особняков девятнадцатого века.

На первый взгляд, район ничем не отличался от остального города. Разве что вместо сверкающих в ночи супермаркетов, парков и площадей, где часто собирались горожане, он был заполнен круглосуточными, пивнушками, рюмочными и потрепанными баннерами с назойливой рекламой, от чего эти места уже давно облюбовала разного рода четвероногая живность и бездомные, которые холодными ночами часто грелись в старых особняках. Один из них уже многие годы ютился в самом конце улицы, в паре метров от трамвайных путей.

Его высокие стены были разрисованы всевозможными граффити, сатанинскими символами, невнятными узорами и надписями. Выгоревший кирпич уже долгие годы крошился и кусками валялся под резными дверьми и пустыми оконными проемами, которые были небрежно заколочены широкими досками. Сквозь узкие зазоры между ними внутрь дома легко проникали лучи фонарных столбов. В их тусклом лимонном свете медленно летала пыль, которая годами скапливалась в доме на деревянной мебели, что на протяжении десятилетий неподвижно поедалась термитами под грудой ветоши и грязных клеенчатых полотен. В первозданном виде внутри этого ветхого особняка сохранилась только тишина, но и она была вскоре нарушена.

Сквозь пустые комнаты и коридоры второго этажа на весь дом прозвучали глухие выстрелы. В одном из дверных проёмов замерцал бледно-голубой свет, а следом за ним из темноты выбежала молодая девушка. Она крепко удерживала в руке компактный черный пистолет «Glock 19» калибра девять миллиметров с тактическим фонарём на подствольной планке.

На девушке плотно сидела черная облегающая шапка, из-под которой выглядывали острые кончики черных мокрых волос. А также забрызганная красными пятнами серая водолазка с высоким воротником, поверх которой находился черный облегченный бронежилет. Руки и ноги защищали черные наколенники, налокотники велосипедные перчатки с вырезами под пальцы и облегченные черные берцы, в которые были заправлены черные брюки от армейского спец костюма. Обувь, как и вся одежда, была в пыли и потертостях. В районе талии размещался широкий пояс, на котором располагались два малых подсумка с запасными магазинами. На бёдрах толстыми ремнями были закреплены две кобуры под пистолеты, и чехол, в котором находился короткий нож.

Следом за девушкой неслись глухие, нечеловеческие вопли. Она быстро пробежала большой зал, ловко маневрируя между ворохом из деревянной мебели, резко обернулась назад, оскалилась и побежала дальше.

Из проёма выскочили низкорослые человекоподобные твари бледного цвета. Они были полностью обнажены и лишены волос, а сквозь их гладкую тонкую кожу легко просматривалась розовая мышечная ткань. Их тела были гибкими и жилистыми, что позволяло им легко передвигаться по заставленной мебелью комнате.

Их тонкие длинные конечности оканчивались кистями и ступнями с пятью продолговатыми пальцами и острыми когтями. На лицах была пара крупных выпуклых черных глаз, между которыми располагались четыре мелких отверстия, похожих на вывернутые человеческие ноздри. Вместо ушей было два слипшихся с головой у основания черепа нароста. Общий портрет мерзких тварей завершала широкая пасть, из которой временами вырывался тёплый пар и мутная слюна.

Твари ныряли между собой и втаптывали друг друга в деревянный пол, сметали на пути всю мебель и продолжали преследовать свою добычу.

Девушка забежала в длинную комнату, которая была исполосована лучами жёлтого света, обернулась и несколько раз выстрелила по двум оторвавшимся от стаи существам. Они завопили и рухнули на пол, после чего в динамике беспроводной гарнитуры, которая находилась в ушах у девушки, раздался скрежет.

– Крис, ты меня слышишь? – прозвучал мужской голос. – Кристина?

Девушка промолчала, а через секунду в комнату выскочили еще твари. Они настолько хотели полакомиться своей жертвой, что не могли все разом миновать узкий проём. Они застревали, махали конечностями и продолжали вопить, потом прогрызали дверную коробку и снова пускались в погоню за девушкой, которая на ходу пыталась от них отстреливаться.

Один за другим твари падали на пол с простреленными телами и конечностями, но этого было мало. Мерзкие существа продолжали проникать в коридор, а их количество только увеличивалось.

Кристина выбежала на лестницу и почувствовала сильный удар сбоку, после которого влетела в гнилую перегородку и со второго этажа рухнула на массивный деревянный стол. Кашляя от пыли и падения с высоты, она несколько раз ударила себя в грудь, чтобы восстановить дыхание, скатилась со стола и побежала в сторону широкого проёма.

Спустя несколько комнат, она забежала в широкий длинный коридор, который заканчивался высоким заколоченным окном, резко остановилась и попыталась отдышаться. В ту же секунду весь дом буквально ожил: отовсюду начал доноситься скрежет и неприятный визг, который с каждой секундой становился громче.

Кристина стиснула зубы и начала разбегаться по коридору. Хрупкие стены по обе стороны от неё моментально покрылись глубокими трещинами, откуда спустя секунду вырвались тощие конечности тварей. Они хаотично болтались в воздухе и пытались схватить девушку за ноги, но она ловко уворачивалась и продолжала бежать дальше. Остальные существа врывались в коридор через проем и с открытой пастью бросались в погоню за убегающим от них куском мяса.

Кристина добежала до конца коридора, выстрелила по окну, прикрыла голову руками и прыгнула в него. Пробив собой простреленные доски, она вылетела на улицу, скатилась по пригорку вниз и ударилась спиной об трамвайную остановку, после чего резко достала из второй кобуры ещё один пистолет и направила оба ствола в сторону окна, откуда спустя пару секунд показались твари.

Кристина закричала, нажала на спусковые крючки и открыла по ним огонь. Мерзкие существа завопили и забились в конвульсиях. Тяжелые пули дырявили их тощие тела и вырывали из них мелкие куски мяса, после чего обезумевшие твари замертво влетали обратно в дом.

Всё стихло, и существа пропали. Девушка сбросила пустые магазины, быстро перезарядила оружие и направила его на дом. Все это время она пристально смотрела в разбитое окно. Её зрачки увеличились, а пульс ускорился. Она знала, что в доме еще оставались твари.

– Гронская отвечай! – мужской голос прозвучал снова.

Кристина молчала. Она судорожно водила светло-карими глазами по окнам и ждала появление кровожадных монстров. Через минуту вдалеке послышался звук трамвая, а в окне показались две твари. Девушка мгновенно среагировала и выпустила в них все два магазина. Одна из тварей влетела обратно в дом, а другая замертво упала на подоконник. Часть её тела осталась в доме, а голова и руки перевалились через оконный проем и повисли над землей.

Кристина глубоко вздохнула и, несмотря на достаточно высокий болевой порог, тут же почувствовала тупую боль по всему телу. Она выпустила оружие из рук, схватилась за грудь и начала сильно кашлять. Из её рта вылетели полупрозрачные клубы теплого пара, после чего она захрипела и выплюнула сгусток крови.

Убрав со рта остатки крови, она запрокинула голову назад, а спустя минуту, в наушнике снова послышался мужской голос:

– Гронская не молчи!

Девушка дёрнулась, зажмурилась и ответила сквозь зубы:

– Не надо орать, я слышу.

– Тогда почему не отвечаешь? Где ты?

Девушка облизнула губы и покрутила головой по сторонам.

– Не знаю… кажется, с другой стороны дома.

– Мы слышали выстрелы, что у тебя происходит?

Кристина вздохнула, посмотрела на мёртвое существо в оконном проеме, провела рукой под расцарапанным вздернутым носом и, ожидая эмоциональную реакцию на свой ответ заговорила.

– Я напоролась на тварей.

В наушнике прозвучал тяжелый мужской вздох.

– Повтори.

Кристина вздохнула и сдавила холодные губы.

– Я вошла в дом и случайно напоролась на тварей.

– Я же сказал: только наблюдать и всё. Сложно запомнить мои слова? – мужчина начал говорить громче. – Зачем ты туда полезла?

– Мне показалось, что в доме были человеческие голоса.

– И что дальше? Ты должна была сообщить нам и ждать.

– Вы были на другом конце улицы, что мне оставалось делать?

– Ждать… просто ждать и всё!

– Может хватит на меня орать?!

– По-другому ты не понимаешь!

В эфире наступила внезапная тишина. Кристина спрятала оружие в кобуру, стянула с головы шапку и тщательно вытерла ею испачканное лицо.

– Что с тварями? – спросил мужчина.

Девушка нахмурила черные изогнутые брови и надула ноздри.

– Мертвы.

– Уверена?

Девушка хмуро посмотрела по сторонам и провела рукой под мокрым носом. Ей не нравился командный тон, которым с ней разговаривали, но молчать нельзя, нужно было ответить.

– Да, я уверена.

– Проверь и возвращайся.

– Я же сказала…

– Давай ты не будешь со мной спорить.

В эфире снова образовалась пауза.

– Хорошо, я проверю, – скрипя зубами, ответила девушка. Затем скривила от злости смуглое лицо, отключила гарнитуру, схватила с земли камень и бросила его в стену дома.

***

Кристина успокоилась, глубоко вздохнула и повернула голову в сторону пожелтевших плакатов с рекламой, которыми полностью была обклеена задняя часть остановки.

На одном из них были изображены четверо улыбающихся молодых людей в красивой одежде: две девушки и два парня. Их руки были вытянуты вперед, а большие пальцы подняты вверх. На всём постере большими буквами красовалась надпись: «Почувствуй нашу любовь».

Кристина лениво цокнула, скривила лицо и отвернулась. В следующий момент прозвучал дикий скрежет и к остановке подъехал старый трамвай. Его корпус был выкрашен в тусклые цвета российского флага и расписан разными граффити. Местами краска отсутствовала и оголяла ржавый металл.

Железные двери с грохотом открылись, на улицу, прижимаясь друг к другу и освещаемые желтым потоком света, который струился из трамвая, вышли три подвыпившие девушки в легкой осенней одежде. Они что-то промямлили и засмеялись, а после попытались забросить пустые пивные банки в небольшую железную урну, которая стояла на остановке, но банки пролетали мимо и бились об прикрученную к остановке лавочку. Девушки, скривили молодые рожицы, лениво махнули на это рукой, обошли трамвай, и под игривый пьяный смех исчезли в темном переулке.

Двери трамвая закрылись, он медленно двинулся с места и постепенно стал набирать скорость, пока полностью не скрылся за ближайшим поворотом.

***

Кристина сидела на мокром куске картона в окружении другого мусора, который валялся около остановки, и поправляла высокий воротник водолазки, что плотно облегал её горло. С голых веток, которые словно когти возвышались над её головой, падали капли воды, что остались там от недавно прошедшего дождя. В воздухе пахло сыростью и выхлопными газами, которые долетали до остановки с проезжей части.

Девушка глубоко вздохнула, опустила голову и плюнула на тротуар, затем подобрала с мокрого асфальта пустые магазины, встала на ноги и поднялась по склону к окну, где лежала мертвая тварь. Она достала миниатюрную камеру из металлического кожуха, который был закреплён на её жилете включила нагрудный фонарик и пару минут водила камерой над телом неизвестного существа после чего спрятала камеру обратно и осмотрелась по сторонам. Убедившись, что поблизости никого нет она взялась руками за края оконного проёма, уперлась ногой в голову существа и затолкала его тело обратно в дом, куда следом залезла сама.

Обойдя весь дом и не найдя ни одной живой твари, Кристина поспешила покинуть особняк: она вылезла через разбитое окно спустилась вниз и быстро перешла трамвайные пути, следом миновала пустырь и оказалась среди гаражей, где под темным брезентом стоял её подержанный, тюнингованный, чёрный трёхдверный внедорожник «Wrangler» 1993 года выпуска.

Подобный выбор транспортного средства был сделан неслучайно. Чаще всего девушке приходилось бывать как на окраине города, так и далеко за его приделами, где зачастую царило привычное российское бездорожье.

Конечно же, она могла приобрести отечественный УАЗ, который и стоил дешевле, и среди российских автолюбителей славился своей проходимостью. Но все его плюсы перебивали многочисленные минусы, которые попросту делали его некомфортным и слишком заметным.

***

Кристина стянула с машины плотный брезент, достала из кармана брюк брелок с ключами и нажала на кнопку. В дверях автомобиля прозвучал щелчок. Девушка открыла багажник, который был отделен от салона толстой сеткой с крупными ромбовидными отверстиями, сняла всю экипировку и вместе с оружием спрятала ее в тайник под полом, после чего скомкала брезент и бросила его сверху. На ней осталась водолазка брюки и берцы.

Спустя минуту Кристина уже находилась в машине с включенным двигателем. В салоне стоял запах искусственной кожи вперемешку с резиной и слабым ароматом сосны, который источал висевший на зеркале заднего вида освежитель «Ёлочка». На приборной панели была закреплена красная фигурка дьявола с вилами, голова которого при каждом покачивании болталась из стороны в сторону. На пассажирском сидении лежал пластиковый запечатанный стакан кофе и полупустая банка энергетика, которую девушка купила по пути к особняку.

Кристина дождалась пока разогреться двигатель, взяла жестяную банку и залпом допила напиток, после чего открыла боковое стекло и бросила её в ближайшую кучу мусора. Спустя несколько минут девушка покинула район под раскаты грома и проливной дождь.

Глава 2

Внедорожник Кристины скользил по мокрой дороге, изредка цепляя колесами широкую расквашенную обочину. Фонарные столбы, которые тянулись вдоль дороги, не горели, а света фар едва хватало, чтобы освещать безлюдную, покрытую мраком местность. По правую сторону от машины стояли недостроенные здания из белого кирпича, а слева простиралась заросшая густым сухостоем пустошь, которая уходила прямиком в темноту.

Кристина проехала дальше и свернула на грунтовую дорогу, которая проходила через небольшой пустырь, где обитала стая бездомных собак. Они гавкали, бросались под колёса, какое-то время преследовали автомобиль, затем встречали на своем пути ржавые мусорные баки и оставляли машину в покое.

Внедорожник объехал голые деревья и оказался на узкой разбитой дождём дороге, вдоль которой стояли переплетенные между собой проводами деревянные столбы. Неподалёку от столбов находились частные кирпичные дома, отгороженные друг от друга тонким металлическим заборам.

Петляя по бездорожью, девушка снова выехала на асфальтированную дорогу и, следуя случайному маршруту, несколько раз пересекла трамвайные пути, после чего оказалась рядом с еще одной жуткой достопримечательностью города: старым кладбищем, которое находилось на месте более раннего захоронения.

Кристина уже бывала за его высокими стенами, и своими глазами видела его заплесневелое и застывшее во времени нутро.

Молчаливый некрополь находился в отвратительном состоянии. Повсюду лежали пустые бутылки, целлофановые пакеты и старые ободранные венки. Вся территория давно заросла деревьями и густым кустарником, напоминая при свете дня почернелый ботанический кошмар. Ну а глубокой ночью кладбище будто оживало и превращалось в непроходимую лесную чащу, в глубинах которой постоянно звучал треск и шелест опавшей листвы, словно кто-то или что-то бродило среди могил.

Среди кривых стволов и хитросплетенных сучьев временами мелькали треснувшие мраморные скульптуры ангелов, белокаменные кресты и памятники, огороженные витыми коваными оградами. Некоторые скульптуры были обезглавлены и лежали на земле. Ржавые покосившиеся распятия и полуразрушенные склепы из красного кирпича, с которых осыпалась штукатурка, были разбросаны по всему кладбищу и наводили на его посетителей особый первобытный ужас.

Большинство могил поглотил кустарник, а столетние надгробия, наполовину ушедшие под землю, были разрушены корнями растущих рядом акаций. Над некоторыми могилами из-за частых дождей образовывались большие провалы, откуда на поверхность выползал сладковатый запах плесени и разложения, однако заброшенные особняки и старые кладбища уже никого не пугали. Бытовое насилие, детская преступность, наркомания и полицейский беспредел ужасали жителей города, куда больше.

Их беспокоили земные проблемы, а поэтому изуродованные трупы людей на окраинах города, человеческие останки в канализации и прочие страшные находки постоянно списывались на бродячих собак, маньяков и обезумевших от голода бездомных.

Кристину подобный расклад полностью устраивал: чем меньше слухов о неизвестных тварях ходило по городу, тем легче было с ними бороться.

***

С каждой остановкой на светофоре глаза Кристины слипались чаще. Она вытерла рукой испачканное лицо, пару раз сильно моргнула и включила радио, откуда тут же зазвучали недовольные голоса радиоведущих.

Пожилой мужчина и молодая женщина бурно обсуждали последние новости в стране. Мужчина все время говорил на повышенных тонах:, кричал и паясничал. Он спокойно переходил на личности и оскорблял всех, кто был не согласен с его мнением.