- -
- 100%
- +
В небольшой комнатке царил лёгкий беспорядок. На рабочем столе были разбросаны книги, на полках в шкафу валялись вещи. Шторы на окнах были закрыты. Посередине комнаты стояла двуспальная кровать, где крепко спала Мира, обняв подушку. Сейчас Крит находился от неё всего в паре метров и не мог подойти. А как хотелось её обнять, рассказать всё, что произошло, объяснить, какую цену он заплатил за её жизнь. Сердце демона должно было наполниться светлыми чувствами: радостью, надеждой, любовью, – но его сковал один лишь страх. Страх того, что Мира его не примет, что не поверит ему и даже не узнает. А если бы узнала, поверила, приняла бы? Смогла бы она смириться с тем, что светлый и весёлый молодой парень превратился в тёмного демона, который ничего не чувствует и несёт смерть всему живому? Страх и желание встречи боролись в нём, в такой растерянности он никогда не был. Через несколько минут колебаний Крит сказал про себя: «Не сейчас», – и, опустив голову, поднялся на крышу, бросив очередной последний взгляд на любовь всей своей жизни. Он убедился в главном: Мира жива и здорова, её жизни ничего не угрожало. Крит даже не обратил внимания на телефон, лежавший на полу у кровати, на то, что большинством книг были телефонные справочники. Мира искала его, звонила его родным, друзьям, в больницы и морги, она так же нуждалась в нём, как и он в ней. Любовь ещё связывала эти души.
Солнце уже выглянуло из-за горизонта, и его лучи заливали светом спящий город. Крит сидел посередине крыши с опушенной головой. В его сердце нарастал гнев по отношению к себе, а разум опутывала мысль, что с Мирой им не быть вместе. Солнечный свет испарил его лохмотья и плащ, оставив Крита с голым торсом. Он осмотрел своё тело, и ярость достигла критической точки: Крит рванулся с места и с неистовым криком снес спутниковую тарелку, она чуть было не упала с крыши. Он резко вертел головой, ища, чтобы ему ещё разнести, но внезапно его отвлёк низкий спокойный голос.
– Что ты разорался? Людей разбудишь, – Грегориан стоял позади Крита и поправлял свой капюшон. Крит мгновенно развернулся и с таким же воплем кинулся на демона. Грегориан легко ушёл с линии атаки, ударив Крита в живот, да так сильно, что тот сложился почти вдвое. После чего этой же рукой перебросил его через себя и впечатал в крышу.
– Выпустил пар? – так же невозмутимо спросил Грегориан. Крит, всё ещё лежа на спине, с отвращением к себе ответил:
– Я не смог раскрыться перед ней, я побоялся увидеть её реакцию! Ты был прав – нам не быть вместе, – Крит поднялся, и ярость опять разгорелась в груди. Он полностью потерял над собой контроль и хаотично бил своего хозяина, истошно вопя:
– Почему ты был прав!? Почему ты всегда всё знаешь?! Зачем ты сделал это со мной, почему!? Лучше бы ты убил нас обоих, а не…, – Грегориану надоела эта истерика и он, блокируя очередной удар, схватил своего импульсивного слугу за горло.
– А я ничего и не делал, ты сам это выбрал, по своей воле, – отбросив Крита назад, он продолжил, – ты знал, что я запретил тебе к ней приходить. Смотря на твои хладнокровные убийства, я предположил, что все человеческие чувства покинули тебя, очевидно, я ошибся, – Грегориан задумался. Успокоившись, Крит встал и продолжил диалог:
– Не во всём.
– Ах, это.… Да, здесь я был совершенно прав, – задумчиво говорил демон, – так вот, ты нарушил мой приказ, пришёл к ней, увидел, что ты почувствовал? – Крит, немного колеблясь, растерянно ответил:
– Я убедился, что с ней всё хорошо, она жива, здорова, – Крит пытался вспомнить свои ощущения, когда он смотрел на Миру, тогда Грегориан повторил вопрос:
– Что ты чувствовал? – глаза Крита рассеяно бегали и остановились, когда он понял, что его хозяин опять оказался прав. Охотник с ужасом прошептал:
– Ничего! – и действительно ничего, кроме страха и злости. Человеческая сущность медленно, но верно покидала его, лишь разум цеплялся за привычный порядок вещей, Крит больше не любил, он только думал, что любил. Пока он не мог смириться с этим, и будет пытаться перебороть демона внутри себя. Грегориан тихо подошёл к своему слуге, обнял его за плечи и произнес:
– Пойдём, новое задание отвлечёт тебя от переживаний. – Крит ничего не ответил и не пытался препятствовать, и оба демона исчезли с крыши дома, освещаемого солнцем.
Они вновь оказались на утесе в долине. Как только они зашли в пещеру, Грегориан попросил Крита снять перчатку. Взяв перчатку, он прислонил её к груди, и субстанция из кристаллов плавно впиталась в тело Грегориана. Затем он бросил перчатка обратно Криту.
– Что ты сейчас сделал? – с интересом спросил охотник.
– Я поместил души в себя, затем передам их дальше. Помнишь, ты спросил меня, придётся ли тебе убивать невинных людей?
– Да.
– Так вот, тебе придётся их убивать, – брови Крита нахмурились, а Грегориан продолжил, – чистые души обладают более мощной энергетикой. Обычно это дети, девственницы и служители Господа. В твоём случае два последних вместе.
– Ты хочешь, чтобы я убил монахиню!? – возмущенно возразил Крит.
– Да, её зовут Аделина, служит в католической церкви при монастыре. Вот более точные координаты, – Грегориан дал охотнику записку, – сам знаешь, пойдешь, когда наступит ночь. – Грегориан развернулся и собрался уходить, как Крит внезапно заявил:
– Я не стану этого делать! – твёрдо сказал он.
– Тебя никто не спрашивает! – аналогично ответил Грегориан, – и, кстати, в детстве на неё уже покушались, так что девушку могут охранять.
– Люди мне теперь не опасны – безразлично отрезал охотник.
– Охранять могут не только люди, – сказав это, он исчез из пещеры.
Крит недолго смотрел на место, где был его хозяин, а затем ударил по камню, разбив его на несколько кусков. Разумеется, убивать невинного человека Криту не хотелось, а если её кто-то защищает, то им придётся сражаться, не имея никаких шансов на победу. Но он должен был повиноваться, иначе умрёт он и Мира, хотя в некотором смысле для Крита, Мира уже умерла. Быстро надев перчатку, Крит посмотрел на адрес в записке и двинулся к краю скалы. При солнечном свете охотнику требовалось сильнее концентрироваться на месте назначения, и он решил проговаривать про себя не только город, но и имя жертвы. Новый метод сработал, и вскоре ветер рассеял, оставшееся от Крита облако дыма.
Охотник вновь очутился на крыше здания в незнакомом городе. На сей раз крыша была двухскатной, и Крит, не сумев устоять, покатился вниз и упал на балкон, идущий по периметру здания. Он очутился на крыше того самого монастыря, где жила Аделина. Сейчас разница во времени не сыграла ему на руку – солнце ещё висело на небосклоне. Монастырь был весьма велик: семиэтажное здание протяжённостью в несколько корпусов, разделяемых колокольными башнями, занимало целый квартал города. В конце стояла главная колокольня, от которой под прямым углом, тянулось такое же здание. Крыши были зелёного цвета с рифленой поверхностью. Витражные окна монастыря располагались строго ряд в ряд, столбец в столбец. Вся архитектура стен, фрески и барельефы говорили о старости здания, похоже, монастырю несколько сотен лет. У Крита не было времени любоваться этой достопримечательностью – первым делом он искал, где спрятаться и выбрал для этого ближайшую колокольню. Он открыл деревянную дверь и оказался на каменной винтовой лестнице. Убедившись, что никого нет, охотник прыгнул вниз. Там было две двери: одна на улицу, а вторая в небольшое помещение вроде кладовки, где различные инструменты, деревянные бруски и куски железа. За всё время, будучи демоном, ему впервые захотелось поспать, духам тоже нужно восполнять силы, и тёмная кладовая идеально подходила для этого. Закрыв дверь на засов, Крит лёг на пол в углу, накрылся своими лохмотьями и постепенно заснул.
Он проспал до наступления темноты, и за это время его никто не побеспокоил. Как только луна засияла на ночном небе, охотник продолжил свой путь. Крит переместился на верхушку колокольни и начал осматривать площадь внизу. Посередине территории монастыря стояла большая церковь, построенная в таком же стиле. Высокое здание прямоугольной формы с двухскатной каменной крышей. Вдоль крыши по периметру тянулась полоса расписанная орнаментом. Сверху на фасаде отражали лунный свет витражные окна, поделённые на сегменты, а над ними возвышался каменный крест. На боковых стенах было по четыре окна с изображением святых. Массивные деревянные двери с двух сторон охраняли каменные статуи ангелов. К входу в храм вела небольшая лестница. Вокруг храма раскинулась площадь, разделяемая тропинками и усыпанная цветами. Тщательно всё разглядев и убедившись, что на улице никого, Крит прыгнул с колокольни на порог храма, после чего тихо прошёл сквозь дверь. Внутри церковь была ещё красивее, чем снаружи. Лунный свет, проходивший через разноцветный витраж, освещал огромный зал, с многочисленными рядами скамеек, тусклыми оттенками синего, красного и жёлтого. Вдоль стен стояли золотые подсвечники с догоравшими свечами. Между скамейками было несколько проходов. Самый широкий, центральный, вёл прямо к огромному расписному алтарю, который делила на две части статуя Господа. На алтаре было изображено большое количество святых и различные библейские картины. Около него стоял аналой, с которого проводили службу священники, а по бокам располагался церковный хор, огороженный золотым заборчиком. Стены были так же расписаны, а на потолке изображалось царствие небесное: на множественных облаках сидели крылатые старцы, а под ними на зелёной траве люди, слушавшие проповеди Иисуса. С потолка свисали люстры с лампами в виде свечей.
Смотря на алтарь, Крит увидел молодую девушку, протиравшую иконы. Очевидно, это и была Аделина. Охотник тихо стал приближаться, но резко остановился, когда сбоку от алтаря распахнулась дверь. В помещение вошёл старый человек в бело–золотой мантии. В руках он нёс большой жезл, на конце которого сверкала золотистая сфера, окружённая полумесяцем. Священник подошёл к девушке и что-то ей прошептал. Выслушав его, Аделина быстро подошла к основанию статуи и, сжав ладони, начала шептать молитвы. Тем временем старик развернулся и засверлил глазами то место, где прятался Крит. Потом священник медленно заговорил хрипловатым голосом:
– Хватит прятаться, демон, я знаю, что ты здесь, – Крит удивился, что его обнаружили, но он смело материализовался в лучах лунного света, и старик продолжил, – ещё один охотник, ты ведь пришёл за душой Аделины, не так ли?
– Как вы меня увидели? – с любопытством спросил охотник.
– Я не увидел, а почувствовал присутствие чего-то мерзкого и тёмного, – с отвращением ответил святой, – ты не первый, кто приходил за ней и тебя ждёт участь твоих собратьев, – старик говорил на удивление спокойно
– Я так не думаю, – холодно ответил Крит, – я не такой как все демоны и я не хочу сегодня убивать больше, чем нужно. Позвольте мне забрать её душу, и вы останетесь целы.
– Мне дарована божественная сила, с помощью которой я уничтожил немало тварей, подобных тебе! – злость звучала в его голосе.
– Я ещё раз прошу, уйдите с дороги, – Крит сжимал кулаки и готовился к атаке, старик тем временем обратился к молящейся девушке:
– Не бойся милая, я отправлю это существо обратно в ад.
– Конечно, отец, я не сомневаюсь в этом, – ответила Аделина и продолжила мольбу.
– Именем Господа, отправляйся в преисподнюю! – прокричал старик. Сфера на его жезле светилась всё ярче, и он нацелил его на охотника. Демон тут же бросился на священника, норовя разорвать его в клочья. Крит практически достиг цели, но, неожиданно для него, жезл выстрелил золотистой молнией прямо ему в грудь. Охотника отбросила назад, он упал на пол и прокатился некоторое расстояние на спине. Разряд молнии был весьма болезненным, но, разумеется, не смертельным. Священник опустил жезл и, улыбнувшись, громко проговорил:
– Братья мои, покончим же со злом в стенах нашего храма, уничтожьте демона! – боковые двери распахнулись, и оттуда начали прибывать монахи в чёрных одеждах. У каждого из них в руке был длинный меч, сужавшийся к острию, а на гарде был выкован золотой крест. Довольно большой отряд церковнослужителей, человек тридцать, быстро окружил Крита. Несколько стояли по бокам и сзади, а основная масса перекрыла путь к алтарю. Крит оценил своих противников: большинство из них были очень напуганы, у некоторых даже дрожал меч, но несколько воинов были настроены решительно, например один из тех, кто стоял сбоку. Монах быстро ударил мечом сверху, но Крит ещё быстрее ударил по нему ногой, выбив из рук. Затем он взял монаха за горло и поднял над землёй, обращаясь к священнику:
– Все они скоро погибнут, если вы не дадите мне то, зачем я пришёл.
– Нас не страшат твои угрозы, демон! – старик вновь выстелил молнией в Крита, но тот подставил монаха под удар. Его тело дёрнулось и бездыханно повисло. Крит отшвырнул его в бок.
– Вы сделали неверный выбор! – со злостью сказал он, после чего начался бой.
Сперва Крит ударил ногой, стоящего сбоку монаха, затем, разворачиваясь, обнажил свой меч и выпустил волну тёмной энергии, которая смела большинство противников впереди него. Потом охотник телепортировался за спины тех, кто стоял у входа. Одного он тут же пронзил мечом, второй же успел атаковать. Крит блокировал удар и, взяв монаха за одежду, метнул в стену. Спереди к охотнику подбежали двое. Замахнувшись, они хотели разрубить демона пополам, но тот подпрыгнул и, сделав сальто, ударил воинов в грудь. Они в падении снесли несколько скамеек. Затем демон начал резню. Как Крит и обещал – все они скоро погибнут. Нападающие успевали сделать лишь по одному удару, которые охотник легко отводил в стороны и резал противников на части. Он в буквальном смысле прорубал дорогу к алтарю. Крит ушёл от удара вниз, насадив очередного монаха на меч, затем развернулся и ударил другого в живот. Когда Крит выпрямился, блокируя очередной удар, он увидел, как около его головы сверкнула золотая молния. Священник начал метать молнии в большом количестве, но они попадали, то в пол, то в стены, а то и в служителей. Разбив скрещенные клинки, Крит с разворота разрезал одним ударом животы трём монахам и, увернувшись от очередного удара, подпрыгнул высоко вверх. Несколько раз «померцав» (быстрая телепортация с места на место) в воздухе, он запустил меч, как копьё, в грудь священнику. Однако тот, создал силовой щит вокруг себя, и клинок отлетел от него, упав на пол. Какое-то время Крит дрался голыми руками – бил и швырял противников во все стороны. В принципе, меч ему был не нужен, так как сила его ударов переламывала кости монахам и отшибала внутренности. Уйдя от рубящего удара сверху, Крит выбил челюсть нападавшему, потом взял его меч обратным хватом и полоснул монаха по груди. Он развернулся и отбил подобный удар очередного противника, затем проткнул его насквозь. Крит оттолкнулся уже от трупа и в воздухе вытянул левую руку, в которую незамедлительно влетел его меч. Охотник режущим ударом, выпустил дугу чёрного пламени, сметшую одного монаха. По приземлении, Крит переместился к троице противников и быстрой серией ударов рассёк и тела. Наконец старик попал в демона молнией. Разряд ударил в лоб, и охотник, сделав несколько переворотов, упал на пол у двери в храм. Крит быстро встал и отбил мечом несколько новых молний. Перед ним стояли ещё четверо, и демон стремительно ринулся к ним. Первого он рассёк в прыжке на две части, кувыркнувшись, ударил по позвоночнику второго, затем снизу вверх полоснул третьего и, отразив удар, отрубил последнему голову.
Крит уверенно стоял посреди разрезанных тел монахов и бросил свой взгляд на священника. Старик с ужасом смотрел на эту бойню, теперь демон ощутил страх и в его сердце. Крит сконцентрировал энергию в мече, и тот загорелся чёрным огнём. На этот раз он метнул клинок с такой скоростью, что старик еле–еле успел поставить жезл перед собой, но это его не спасло. Меч разбил сферу и вонзился в грудь священнику, пригвоздив его к статуе. Клинок вновь оказался в руке Крита, а тело священника рухнуло рядом с девушкой. Удивительно, она всё продолжала молиться, и казалось, что царивший вокруг кошмар, пропитанный смертью, её нисколько не пугал. И верно, охотник чувствовал в ней волнение, но никак не страх. Крит спокойно двинулся к Аделине, она внезапно перестала молиться и, подняв голову, пристально смотрела на него. Охотник остановился, по его телу пробежала дрожь, и появилось какое-то странное чувство, будто здесь ещё кто-то есть. Некоторое время он прислушивался к себе, затем вновь обрёл уверенность в том, что кроме него и девушки здесь никого нет. Аделина продолжала молча смотреть на него, Крит снял с себя капюшон и более человеческим голосом проговорил: «Прости меня…. Больно не будет», – затем рванул к ней, готовясь пронзить её чёрным клинком. И только теперь охотник понял фразу Грегориана, что охранять её могут не только люди.
Перед Аделиной возник шар ослепительно света, быстро увеличивающийся в объеме. Затем он взорвался, высвободив энергетическую волну, которая отбросила демона назад. Крит быстро встал, держа меч перед собой, и увидел нечто. В нескольких метрах от пола, заслонив собой девушку, висело невиданное существо. Оно парило над землёй благодаря двум огромным золотистым крыльям. Белое оперение с золотыми контурами, переливалось небесным сиянием. Существо было очень мощным: двухметровый рост и крепкое тело, закованное в золотые латы, говорило о том, что этот противник очень опасный, в чём Крит скоро убедится. Латы были довольно толстыми и закрывали всё тело и конечности, а на голове был одет золотой шлем с грозной маской. Глазницы сверкали ярким оранжевым цветом. Нагрудная защита выглядела, как накаченный торс, доспехи на ногах и руках были сделаны в виде изогнутых пластин. Латы на локтях и коленях заканчивались толстым шипом, для быстрой расправы в рукопашном бою. Брони не было только на суставах, в общем везде, где тело могло двигаться. Имя этому существу – ангел. Он плавно опустился на пол, собрав крылья. В левой руке из светло–золотого огня материализовался огромный щит в форме сложенных крыльев. В середину щита был инкрустирован оранжевый шар, от которого вертикально шли тонкие прорези. Крит даже не представлял, как одолеть этого врага. В правой руке ангела точно так же появился широкий меч, заточенный с одной стороны. Режущая грань плавно загибалась к острию. Гарды как таковой не было, только с тупой стороны клинка крепились золотистые пластины.
Около минуты ангел и демон смотрели друг на друга. Никто из них не решался на какие-либо действия. И всё же инициативу проявил ангел. Прижав руку с мечом к себе, он резко оттолкнулся и кинулся на охотника. Ангел двигался куда быстрее, чем люди, но Крит, всё же, увернулся от рассекающего удара, перепрыгнув небесного посланца. Охотник сразу же пустил мечом волну чёрного пламени, но ангел легко отбил её щитом и вновь бросился в атаку. Крит отразил пару мощных ударов, затем, увернувшись, подпрыгнул и с разворота попытался отрубить голову. Удар охотника скользя прошёл по щиту, и ангел чуть не насадил Крита на меч. Он практически кувыркнулся на тупой стороне клинка и ударил ангела ногой в лицо. Небесный воин в падении запустил в демона такую же энергетическую волну, только светло–золотого цвета. Крит попытался отбить её клинком, но не смог, и волна отбросила его через несколько рядов назад. Ангел очередным рывком настиг демона и нанёс бы смертельный удар. Крит успел телепортироваться в тот самый момент, когда лезвие было в нескольких сантиметрах от него. Он стаял у ворот храма и смотрел, как ангел спокойно идёт к центральному проходу. Вдруг в голове охотника прозвучал знакомый голос:
– Используй силу в полной мере! – крикнул Грегориан, – ты сражаешься с ним, используя только физическую силу, ангел – это не толпа слабых людишек, его так просто не убить! Дай демонической сущности поглотить тебя, отключи своё сознание, и ты сможешь использовать в полной мере свои возможности.
– Я не могу этого сделать, я сразу теряю над собой контроль! – со злостью ответил Крит.
– Тогда, прощай, мой недавний помощник, и если ты не заберёшь душу Аделины, я заберу Миру, – на этом разговор закончился.
Выражение «выбор есть всегда», в данной ситуации было совершенно неверным. Крит потерял право выбора, как только стал демоном, и ему оставалось вновь подчиниться своему хозяину. Он бросил злой взгляд на ангела, затем закрыл глаза и сконцентрировался. Чёрное пламя поползло от кончика острия по всему мечу. Лохмотья испарились, и голый торс, голову, ноги, на которых остались свободные штаны, окутал огонь. Глаза ещё сильнее засияли синим цветом.
Ангел осмотрел охотника сверху донизу. Он немного поиграл пальцами на рукоятке меча, встряхнул плечи и отвёл левую ногу назад. Казалось, его решительная несокрушимость дала трещину, но боевой настрой только усилился. Лезвие засияло золотом. Он опять прижал клинок к себе и приготовился к рывку. Крит же спокойно стоял с опущенным мечом и ждал атаки. И вот ангел рванул с места и через мгновение рубанул мечом. Демон нанёс ответный удар. Лезвия клинков с искрами ударились друг о друга. Мечи быстро скользили, и ангел с демоном стояли лицом к лицу. Крит быстро пнул противника в живот, и тот отлетел к алтарю. Охотник в невысоком прыжке приблизился к противнику и нанёс удар сверху. Ангел принял атаку скользящим блоком, следующий удар демоном снизу отразил уже щитом. Крит ушёл вниз от горизонтального удара, но его контратака вновь разбилась о щит. Затем демон начал бой в движении: он обходил ангела со всех сторон, нанося серии ударов, атаковал сверху, бил со спины, делал выпады, но даже сейчас небесный воин отражал все атаки. Ангел отбил мечом очередной удар и провёл выпад щитом, ошеломив охотника. Потом из оранжевой сферы на щите вырвался мощный импульс энергии, отправивший в полёт Крита. Ангел решил завершить свою контратаку, выпустив мечом золотую дугу вдогонку. Крит, пролетев половину зала, сделал сальто и выпустил чёрную полосу энергии. Они сошлись крест-накрест и взорвались, снеся кучу лавок и проделав трещины в полу. Крит, всё ещё в полёте, запустил в ангела меч, затем перегруппировался и, оттолкнувшись ногами от стены, бросился на противника. Ангел на ходу отбил меч охотника и замахнулся для ответной атаки. И как только он убрал щит, Крит со всей скорости врубил ему в грудь ногами, впечатав его в основание статуи. Ангел чуть не задел Аделину, которая теперь спряталась за алтарем. Небесный воин встал, потряс головой и вновь кинулся на демона. Крит решил продолжить бой, используя мерцание. Он вновь исчез из–под удара ангела и, появившись за спиной, попытался рассечь его, но, на удивление охотника, тот подставил щит. Уворачиваясь от ударов ангела, Крит продолжал мерцать, атакуя с самых неожиданных углов. Но воин света не только защищался от ударов, но и смог предугадать очередной ход охотника. Тут же отбив его удар, ангел сильно ударил его голенью по корпусу, отправив в очередной полёт. Охотник махнул мечом и превратил чёрное пламя в плеть, которой зацепил правую руку ангела и дёрнул его к себе. Как только небесный воин приблизился, Крит, сгенерировав энергию в мече, ударил его. Хоть Ангел и успел заблокироваться щитом, сила удара впечатала его в пол, и небесный воин своим телом сделал в нём приличную вмятину. Не дав своему противнику очухаться, Крит с разворота в прыжке сделал выпад и сразу исчез, как только ангел замахнулся для удара. Почувствовав, что демон у него за спиной, небесный воин развернулся и ударил щитом, но он поторопился. Крит немного задержал перемещение, и как только ангел убрал щит, он появился и вонзил меч ему в тело. Глаза ангела сверкнули, он пристально смотрел на охотника. Меч и щит выпали из его рук. Крит резко полоснул мечом, пройдясь по половине корпуса, а затем вынул его из тела. Ангел вновь сверкнул глазами. Его доспехи засверкали золотом, постепенно становясь всё ярче. Потом небесный воин растворился во вспышке яркого света. Его меч и щит исчезли в светло–золотом пламени. Крит одержал победу в первом равном бою.
Он стоял, взявшись руками за голову, и старался погасить тёмный огонь. Сквозь стиснутые зубы он дико заорал – чёрный огонь исчез, словно его сдул ветер. Охотник, будучи вновь в лохмотьях, упал на колени и нервно дышал. Когда отдышка его отпустила, он встал и ещё раз окинул взором помещение храма. Боль и огорчение от убийства стольких людей и гордость от победы над ангелом пересекались в его душе. Горечь стала ещё сильнее, когда Крит вспомнил, что ему надо убить юную девушку. Он развернулся, и в его грудь вонзился жезл священника.
– Отправляйся в ад, монстр! – яростно крикнула Аделина, отпуская жезл.
Крит сделал два шага назад, потом взял левой рукой жезл и выдернул его из себя. В глазах девушки вместо злости и ярости появился страх. Только она хотела убежать, как охотник в мгновение ока, пронзил её когтями правой руки. Аделина приоткрыла рот, пытаясь сделать вдох, её зрачки расширились, и кровь хлынула на бледные губы. Жизнь вскоре покинула тело девушки. Крит вытащил из неё когти и раскрыл ладонь. Из раны начала вылетать густая, ярко–белая субстанция, заполнившая все резервуары на перчатке. Охотник посмотрел на кристаллы – они светили настолько ярко, что освещали небольшой круг перед ним. Затем Крит опустил тело девушки на пол и направился к дверям храма. Вдруг он остановился на полушаге и медленно развернулся к алтарю. Крит смотрел в глаза статуи Господа и гнев начал загораться в его сердце.