Где-то в Солнечной системе. Фантастические рассказы
- -
- 100%
- +
Прошло еще несколько минут, никто из нас ничего не в состоянии был говорить. Затем вертолет стал подниматься вертикально вверх, движение продолжалось совсем немного, вероятно, он достиг высоты где-то около ста метров. Может это и странно, но к нам совсем неожиданно вернулась речь. Зорин накинулся на Сивого, хлопнув его по плечу:
– Почему вы не снимаете, ведь мы же условились о съемках?
Мой друг вздрогнул, выхватил из футляра «Nikkon» и начал съемку, но понятно было, что самое главное он проспал. Иванцов спросил у меня задумчиво:
– Как вы думаете, они сожрали моего Забудайло?
– Ну что вы, Жора! – возразил я. – Они усыпили Виктора и отправили на свою прародину.
– Что вы такое говорите? – рассердился он. – На какую такую прародину? Вертолет – над нашей головой! Никто никого никуда не может отправить в такой ситуации!
– Возможно, что вы правы, но давайте немного подождем. По-моему, еще не все закончилось!
Действительно, мы стали свидетелями дальнейших невероятных событий. К нашему зависшему в ста метрах от поверхности земли вертолету откуда-то с темноты необъятного неба, как будто из космоса, приблизилась огромная конструкция неизвестного механизма размером с приличный стадион. Вертолет исчез в ней на несколько мгновений, а затем вновь появился. Я протер глаза, кажется, это сделали все стоящие на берегу успокоившегося таежного озера. Но самое главное нас ждало впереди. Как-то внезапно «космический стадион» исчез, а вертолет стал постепенно снижаться, вскоре он приземлился на достаточно вместительной полянке невдалеке от нас, люк снова распахнулся и в него высунулся знакомый нам Виктор Забудайло. Оказывается, его никто не сожрал! Иванцов побежал к вертолету, и мы трое потянулись следом. И хотя происшедшее никак не укладывалось в голове, следовало делать следующий шаг, по крайней мере, к возвращению домой. И мы полезли в наш грохочущий винтами вертолет.
Иванцов вышел к нам из кабины и предложил:
– Считаю, чтобы время не терять, нужно быстренько отсюда сматываться. Виктор, к сожалению, ничего не помнит, но в Москве обратимся к врачам, или колдунам-экстрасенсам, что-то из него выжмем. К тому же здесь опасно находиться, радиационный фон начал зашкаливать!
В столице следующие дни, наполненные рабочими буднями, перемежались со встречами с какими-то незнакомыми людьми, пытающимися выяснить, что произошло в тайге. Зорин после приземления на окраине Москвы нас оставил и удачно скрылся от всей этой любопытной братии, пытающейся выведать тайну внеземной цивилизации и механизм действия встреченной нами чужой техники.
Забудайло ничего не смог вспомнить, хотя с ним работали главные российские медицинские светила. Привлекали гипнозитеров, иных экстраспециалистов – все без толку. Все, что у нас осталось – запись на магнитофоне, который наши пилоты использовали для музыкального сопровождения своих полетов. Но как раз про нее мы никому не рассказали! Запись обнаружили пилоты позже, и как-то Сивцов позвонил уже после работы мне домой и предложил заглянуть к нему в редакцию:
– Здесь Иванцов зашел, принес кое-что любопытное. Если ты не очень далеко, то загляни, мы полчаса можем подождать…
Конечно, мне повторять не нужно было, оставив машину у станции метро из-за пробок, я успел добраться своевременно. Мы обменялись рукопожатиями и сразу приступили к делу. Оказывается, на одном из аудиодисков в своем вертолете Жора нашел запись инопланетян. О том, что мы в экспедиции столкнулись именно с представителями инопланетной цивилизации, сомнений у нас не было. Но доказательств как таковых не имелось, одни устные рассказы, фольклор, короче. И вот на диске месяцы спустя Иванцовым была обнаружена запись, сделанная неизвестным путем. Голос был с металлическими нотками, ни о какой грамматики речи не шло, однако разобрать кое-что было можно.
На середине диска песня Мадонны прерывалась и звучал неземной голос:
– Обращаемся к Вам, прибывшим прошлый день! Наша цивилизация несравненно старше, планеты нашей звезды находятся в далеких годах по лучу света. Мы родились в воде и живем в воде, дышим растворенным кислородом. Нам важна кислородная атмосфера, у вас ее много… Наши планеты покрыты водными океанами, суши практически нет. Наша родина близка к гибели, мы ищем похожих на нас, но не находим. Ищем подходящие планеты для переселения и не находим. Обогревающая наши планеты звезда близка к окончанию своего жизненного цикла, планеты начали остывать. Мы прибыли к Вам шестьдесят шесть оборотов планеты вокруг центрального светила. Модуль наш потерпел аварию, мы остались вдвоем, а корабль находится на орбите и не в состоянии нас обнаружить. Ваша помощь подоспела своевременно. Долгое время мы питались существами, живущими вокруг озера, притягивая их умом. О нас можете забыть, корабль нас забирает и больше мы вас не потревожим. Мы уважаем все цивилизации, как и свою. Прощайте!..
– Сознайся, Жора, что ты это все выдумал? – послушав запись, спросил я прямо. – Или я тебя съем, притянув умом!
Иванцов покачал головой:
– Ничего я не выдумал. У меня фантазии не хватит на такое! Диск я вас оставляю, делайте с ним что хотите. Иногда мне кажется, что те дни мне просто приснились!
Мы переглянулись с Сивым. Как можно такое комментировать? Это ведь опять не доказательство. Фольклор опять…
Утром жена с тревожным любопытством смотрела на меня. Мы позавтракали, отвезли Маришку в школу и уже на обратном пути она спросила:
– О ком ты мог ночью мечтать?
– В каком смысле? – удивился я.
– В прямом! Под утро ты бормотал тако-о-е! «Твое тело прекрасно! Ты божественна! Глаза твои излучают волны любви!» Наверное, вы с Лешей не в тайгу летали, а к легкомысленным девицам ездили! Признавайся!
Я подумал немного, затормозил в переулке и признался:
– Любимая моя женушка! Если бы ты была с нами, то признаний от меня не требовала бы. Там были не глаза, там были глазищи, необыкновенно прекрасные глазищи, причем не два, как у людей, а три! Можешь представить себе существо с тремя глазами, требующими взглядом к себе внимания и вечной любви?
Супруга моя внимала и по выражению ее лица можно было предположить, в какую клинику в первую очередь она меня отвезет. Там не менее я продолжал:
– Мы поклялись молчать! Вместе с летчиками поклялись. Зная, что ты сможешь не выдать тайны, я расскажу все, покажу копии всех документов той неудавшейся экспедиции. И тогда ты поверишь мне, тем более, что прекрасно знаешь, как я вас с Маришкой обожаю, моя любимая!
– Похоже, – заявила моя благоверная, – у меня сейчас тоже третий глаз появится. И будет нас лечить один и тот же врач!
Год инопланетян – 2012
Глава первая. Начало
ЯНВАРЬ. Зима была снежной, как никогда, улицы города засыпало несколько раз настолько, что движение останавливалось на пять-шесть часов, пока не подходила техника и не расчищала дороги. Холодов больших не наблюдалось и в квартире было тепло и уютно.
Николай оставил машину под окном и её полностью завалило снегом, даже не было видно окон – большой сугроб и все. В шестьдесят пять лет крутиться во дворе с лопатой не хотелось, да и сил уже не хватало. Куда проще было лежать в полудреме на тахте и слушать, что там за новости в мире, за экраном телевизора. Соседи не докучали, сын звонил из Европы редко, справляясь о здоровье. Ему звонить часто было не резон, при необходимости отец и сам мог его вызвать. Контора работала четко, доставили бы в родные пенаты примерно за сутки. Так однажды и случилось, когда Николая уложил первый инфаркт: на следующий день Борька в домашних тапочках вошел в палату, как ни в чем не бывало, приветливо со всеми поздоровался и был неотлучен, пока угроза не миновала. Тогда же и с работы на заслуженный отдых Николая проводили, сын больше не позволил ему работать.
И потянулись тоскливые дни одиночества, Николай чувствовал, что жизнь клонится к закату – болезнь приближала его. К тому же среднюю продолжительность жизни мужика в сердобольной России он уже прожил.
«Пройдет зима, стает снег – поеду по области путешествовать, – подумал Николай, глядя в окно на ясный солнечный день. – Пока машина в порядке, объеду города, с людьми поговорю. И нужно-то: день на дорогу, тормозок с собой… И один город осмотрел!»
Как и все люди на планете, Николай готовился к пришествию инопланетян, корабли которых уже были ближе орбиты Юпитера. В конце декабря они будут у Земли и состоится долгожданная встреча. Никто не гарантирует, что эта встреча будет приятной. Но в любом случае Николаю очень хотелось знать, а что же будет дальше, что человечество поимеет от Посещения: мгновенное уничтожение, долголетние страдания, процветание или все останется по-прежнему. Каково будет нашим детям? Что будет с близняшками – внуками? Изменится ли климат? Побывают ли люди в других мирах?
Вопросов много накопилось к 2012 году и ответы, скорее всего будут получены только в его конце…
ФЕВРАЛЬ. Джеф поглядел в иллюминатор еще раз. Да нет, показалось… Он уже хотел позвать Трегубова, который сейчас работал с компьютером – составлял отчет о работе за сутки. Задач экипажу МКС поставили на сей раз много, но работа в оранжерее, где созревал урожай нового сорта хлореллы, относилась к первостепенной и отчеты просили не задерживать. Каждый час газгольдер пополнялся свежей порцией кислорода и пока эти порции по количеству превосходили все ожидания. Если так пойдет и дальше, то вскоре на орбите возникнет замкнутая экосистема и с Земли меньше придется везти грузов для существования астронавтов.
Бриджес еще раз повернулся к космическому окошку, через которое можно было часами смотреть на родную планету, проплывающую далеко внизу и укутанную местами ослепительно белыми облаками. Беспокоивший их последнее время темный круг, меняющий местоположение относительно станции, вновь исчез и не показывался. Джеф проплыл в невесомости, слегка оттолкнувшись от внутренней обшивки, к русскому космонавту и спросил, много ли осталось до конца отчета.
– Заканчиваю уже, – посмотрел с улыбкой Леонид Трегубов, – пару фраз в заключение, и мы начинаем нашу подготовку к ужину. Включай новости, послушаем, что в мире творится.
Американец сделал громче звук. На экране монитора показывали последние события недели – было воскресенье и в передаче подводили итоги недели жизни на Земле. Как всегда, жертвы при землетрясениях, наводнения в Юго-Восточной Азии, сильные дожди в Мексике, захват сомалийскими пиратами трех торговых кораблей с экипажами и условия выкупа в шестизначных цифрах… Все как всегда.
Трегубов повернулся к Джефу, спросил:
– Про пришельцев ничего нового?
Как раз в этот момент диктор произнес:
– По данным космической разведки корабли инопланетян продолжают продвигаться в поясе астероидов, снизив скорость до самой низкой за все время наблюдений за ними. Перед кораблями постоянно появляются яркие вспышки, которые в Центре наблюдения рассматривают как действия против встречающихся на пути малых планет и их осколков. Профессор Хьюз из Принстонского университета полагает, что техника инопланетян превосходит земную на несколько порядков, особенно средства уничтожения материи. Он считает, что головной корабль диаметром в двести километров является форпостом инопланетян, их ударной силой. В то же время на конференции в Женеве, которая проводится под эгидой ООН, председательствующий – министр иностранных дел России Иванов – заявил, что продолжает верить в будущие нормальные отношения с хозяевами приближающегося космического флота.
Джеф и Леонид переглянулись. Трегубов пожал плечами:
– Нас с тобой это уже коснется только на Земле-матушке. Скоро прибудет сменный экипаж и будем мы копать себе убежище где-нибудь на Аляске. Возьмешь меня с собой на Аляску?
– Но сначала поработаем с месячишко в соседнем модуле, повозимся еще с хлореллой, – ответил Бриджес, – да попробуем наше темное неопознанное пятнышко выловить. Сегодня оно, кажется, вновь появлялось.
Трегубов поставил точку в отчете и заявил:
– Ну, все! Пойдем готовить ужин…
МАРТ. Макгиди неторопливо шагал по расчищенной дорожке к дому. Окно в зале было ярко освещено, видно, Сара гуляла по дому. Болезнь сразила ее неожиданно для них обоих, диагноз был неутешителен, медики сделать уже ничего не могли. Ложиться в клинику она наотрез отказалась, решила бороться с недугом дома. С тех пор – уже год – Сара не выходила в город, дышала воздухом только у дома, а чаще никуда не выходила, часами лежала в постели, приняв лекарства, смотрела по телевизору новости, да читала старые книги про любовь.
Джон разделся в прихожей, прошел, заранее улыбаясь, в зал, протянул жене букет цветов, которые он приобрел по дороге с работы. Она обрадовалась его появлению, она всегда была довольна, когда муж приходил рано, не задерживался с друзьями пропустить пару кружек пива в баре.
– Спасибо, Джонни! – с чувством сказала она, чмокнула его в щеку и пошла ставить цветы в вазу.
Макгиди устало присел в кресло. Сегодня выдался суетной день, шеф несколько раз вызывал его и давал новые поручения. Пришлось изъездить весь город, пока статья про этих жуликов из городской администрации не удовлетворила редактора и он отправил ее в набор. Теперь нужно было ждать неприятностей с другой стороны. Те, про кого была статья, не любили оставаться в долгу. Но теперь это забота шефа, а он свое дело сделал.
Сара вернулась к нему в комнату, поставила букет на стол.
– Поужинаем? – спросила она мужа.
– Давай попозже, что-то я притомился.
Жена включила телевизор.
– Ты знаешь, сегодня опять про пришельцев передавали. Предполагают, что они наверняка летят с дурными намерениями, хотят либо поработить землян, либо совсем уничтожить. Часа три показывали перекличку городов разных стран.
– Да кто там что может знать? – возразил Джон. – У нас в редакции тоже мнения разделились. Сама посуди, ну зачем им наша Аляска? Холод почти круглый год… Может, тропики, морские пляжи им нужны? Сделают тут планету отдыха. Согласись, что это не к нам?
– Ждать осталось недолго, – покачала головой Сара, – в конце года пожалуют…
Она помолчала, думая о чем-то своем, прислушиваясь к своим болячкам. Скорее всего, Сара не верила, что доживет до контакта. Макгиди смотрел на диктора на экране:
– По-прежнему ни один из кораблей не подает признаков жизни. Ответа на земные сигналы нет. Скорость приближающейся армады постепенно снижается, они прошли пояс астероидов и довольно скоро будут близки к орбите Марса. С международной космической станции, с орбитального телескопа мы получили последние снимки всех трех кораблей, они перед вами…
Джон и Сара с удивлением взирали на иноземные творения. Они все были разные по форме, по размерам, по внешнему виду. От них веяло космическим холодом. Корабли приближались и никто не знал, чего от них ждать. Но у землян не было альтернативы, кроме, как ждать. Джон сходил в столовую, согрел в микроволновке нехитрый семейный ужин, понес в комнату к Саре. Она лежала на полу в нелепой позе, левая рука, сломленная, находилась под телом. Контакта она, действительно, не дождалась… Макгиди прижался лбом к ее щеке, полежал несколько долгих минут, слезы были у него на глазах, они душили его. Потом он встал к телефону и набрал 9—11…
АПРЕЛЬ. Фонтан бил в небо почти с половины озера. По крайней мере, так им казалось. Женевское озеро и днем и ночью восхищало своей красотой. Они, обнявшись, шли по набережной и смотрели, как лунная дорожка бороздила легкую рябь озера.
– Как ты полагаешь, милый, завтра будет хороший день? – спросила Милен. – Ты всегда угадываешь погоду по воде…
– По приметам – должно быть ясно и без осадков целый день. Ты что задумала предпринять? Поедем на юг, через Де Кампиньоне, возьмем яхту и поплаваем в тепле итальянского озера? Я могу взять спиннинг и поучу тебя его закидывать.
Роже остановил ее, развернул к себе и поцеловал.
– Как скажешь… Нам, беременным, надлежит прислушиваться к словам мужчины, исполнять их прихоти, а то могут найти себе другую подружку.
– Ну как ты можешь?! – возмутился Роже. – Неужели тебе кажется, что я на такое способен?
Милен отмахнулась:
– На такое способен любой! Думаешь, я не заметила, как ты вчера пялился на эту смазливую Кетрин в дансинге?
Роже еще раз поцеловал ее и шутливо закрыл чудесные губы рукой:
– Кто бы говорил! Сильно сомневаюсь, что любая из женщин на третьем месяце беременности будет звонить друзьям из старых связей! Я все вечером слышал… А Кетрин просто хорошо поет, ничего потрясающего в ней нет, и поменять тебя на Кетрин я никогда не решусь. Ты же меня сразу прикончишь!
– Нам ведь хорошо вдвоем, правда? – Милен еще крепче прижалась к Роже. – Но мне почему-то неспокойно на душе. Как послушаешь про эти космические корабли – жить не хочется. Что ждет нашего ребенка?
Они продолжали гулять и любоваться лунной дорожкой молча. Проезжающих машин было мало, огоньки в окнах домов постепенно гасли. Но из-за сверкающих уличных фонарей и реклам звезды на небе почти не просматривались. Где-то там, в немыслимой дали, без приглашения приближались к теплой Земле непонятные существа на громадных сооружениях, которые и космическими кораблями-то назвать было трудно. Они прошли орбиту Марса и скорость эскадры значительно упала.
– Пожалуй, завтра мы проведем денек в своем уютном гнездышке, – помолчав, сказал, наконец, Роже, – я помогу тебе прибраться в квартире, а вечером пообедаем в ресторане. Такой план тебе больше подходит?
Милен кивнула головой. Ближайшее будущее ее волновало значительно сильнее, чем распорядок дня на завтра.
А в Женевской штаб-квартире ООН, совсем недалеко от них – всего лишь в нескольких километрах – шла напряженная работа по подготовке решений мирового сообщества по проблеме надвигающихся событий…
МАЙ. Донасименто сидел полураздетым в шезлонге у моря и, ощущая жаркий бриз с океана, с удовольствием смотрел на мальчишек, гоняющих мяч по пляжу. Когда-то и он также носился по песку, обводя своих сверстников и забивая красивые голы. Столько лет с тех пор прошло… Футбольная карьера переросла в бизнес, а затем и в политическую. Весь мир был у ног этого человека, самые важные мировые лидеры считали за честь пожать ему руку или пригласить посетить какое-нибудь мероприятие в самых разных точках планеты. Сейчас, в свои семьдесят лет, Донасименто мог, как и раньше, уложить мяч в девятку лучшему вратарю мира. Но для этого никто не должен был мешать маэстро прицелиться и пробить. Да и лучше бы вратарь не шевелился…
Рядом в таком же шезлонге сидел Зико. Они иногда встречались и вспоминали минувшие дни, матчи, принесшие им славу, ушедших из жизни друзей.
– Обратил внимание на коротышку? – спросил Пеле, показав на шустрого игрока одной из пляжных команд, – Увидишь, из него выйдет толк! Финты, как у Гарринчи в лучшие годы. На днях я связался с руководством «Сантоса», просил за него, пусть попробуют в молодежном составе. Думаю, при таком его усердии на поле может попасть и в основной состав. А там и в сборную. До мундиаля осталось каких-то два года, нужно укреплять команду.
Зико спорить не стал. Он только вздохнул и пробормотал вполголоса:
– Хорошо бы до мундиаля дожить…
– Опять ты за свое! Переживем мы этот декабрь, не волнуйся. Вчера сюда в Рио мне позвонил Платини и сообщил, что они там, в Европе, что-то придумали, нашли возможность отвести атаку из космоса, если такая угроза появится. Правда, мне больше хотелось бы организовать нечто вроде товарищеского матча между людьми и зелеными человечками. Можно будет попросить Марадону подготовить сборную всей Земли. Нет, ты представь только такой матч, это выглядело бы грандиозно!
Зико молчал и смотрел, как невысокий вундеркинд, на которого положил глаз сам Пеле, накручивал соперников, а мысли у него были о последних новостях из Интернета. Все наблюдатели отмечают, что активность появлявшихся повсюду УФО резко спала, последние дни не зарегистрировано ни одного случая на все страны мира. И связывают это только с надвигающимися событиями декабря. Приближающиеся к Земле из глубоких далей космоса молчаливые гигантские сооружения совсем сбросили скорость, ученые предполагают, что Голубую планету тщательно изучают.
«Хорошо еще, что этим летом хотя бы Европейский чемпионат успеют провести», – подумал Зико и посмотрел в безоблачное яркое небо, раскинувшееся над этим уголком Бразилии. Отсюда не видно было всех бесконечных волнений владельцев главных клубных команд планеты, их нескончаемых попыток сохранить постоянство составов. Нарастающее психологическое давление, хотя явно ничем и не подкрепленное, приводило к миграции футболистов, основа которой сводилась явно к их желанию закрепиться на родине, в местах, где они родились, где жили их предки. Команды переставали быть интернациональными, снижалась активность игры, резко падала посещаемость матчей, падал интерес к их результатам.
ИЮНЬ. Президент США Рассел принял Госсекретаря Гарнер с докладом в Овальном кабинете. Джессика почти не заглядывала в свои записи, она четко изложила принципы политики, выработанные помощниками лидеров ряда ведущих стран мира в Женеве. Все они касались поведения землян при неадекватных действиях приближающихся чужеземцев. Никаких контактов по-прежнему установить не удалось и можно было предполагать самое худшее. Времени на раздумья не было, необходимо принять меры, чтобы сохранить генофонд землян, исключить гибель животного и растительного мира. На Земле было достаточно Хранилищ на такой случай и все они уже подготовились, получив необходимую финансовую поддержку из фонда ООН. Оставалось только определить, кто же еще последует за «экспонатами» в будущее. Ведь главы правительств США, Китая, России, других основных государств мира обязаны пойти той же дорогой, им легче будет начинать цивилизацию с нуля, учитывая значительный опыт правления.
– Конечно, я никуда не собираюсь бежать! – резко заявил Рассел, неприязненно посмотрев на Джессику. – Вы действительно считаете, что это важно? Думаю, нам всем вместе придется отстаивать планету от кого бы то ни было. Конечно, Ноев Ковчег мы теперь построить уже не успеем, но кое-что у нас уже имеется… У вас есть мнение на этот счет российского президента?
– Да, он настроен также, – ответила Гарнер. – И лидеры остальных стран. Как быть теперь, я не знаю. Кто-то же должен представлять землян черед неизвестный промежуток времени, он может сильно затянуться. И кто окажется с ясной головой в точке Х «при воскрешении», тот и определит политику на долгие годы вперед. Тот и будет восстанавливать мир после предполагаемой разрухи… И альтернативы у этого восстановления, к сожалению, не будет. Впрочем, через неделю все лидеры будут у нас в Нью-Йорке. Предварительные договоренности всегда были предварительными. Возможно, что в Америке часть решений подкорректируется.
Френк Рассел внимательно просмотрел последние новости из NASA. Ничего утешительного не появилось. Черные корабли неотвратимо приближались, гася свою сумасшедшую скорость, она уже не превышала третьей космической. Предполагаемый День встречи с Землей по расчетам астрономов оказывался по роковому знакомой датой:
21 декабря текущего 2012 года… Он поднял глаза на Джессику:
– У русских что-то отличное от наших наблюдений есть? Или у китайцев? Неужели с «Тяньгуна-1» корабли видны также? Китайский орбитальный дом оборудован продвинутыми технологиями, они все слизали у нас и русских, но развили многократно. Попробуйте связать меня с председателем КНР, например, завтра в это же время. Цель беседы не называйте.
– Я вам сообщу о результате завтра утром, – кивнула Госсекретарь. – Сегодня я вам больше не понадоблюсь?
– Нет. Спасибо за проделанную в Европе работу. Отдыхайте…
Оставшись в кабинете один, президент задумчиво любовался через окно темнеющим небом и появляющимися на нем звездами. Как знать, насколько вероятна возможность глобальных изменений в мире и в окружающем Землю пространстве? Увидим ли мы вас, звезды, в таких вот привычных рисунках созвездий через полгода?
Взглянув на лежащий сверху на столе нечеткий снимок флагманского корабля пришельцев, Рассел стал набрасывать краткие тезисы своего завтрашнего разговора с китайским лидером.
ИЮЛЬ. Усама бен Ладен1 находился в роскошном кабинете, обставленном в лучших традициях глав известных компаний. С тридцатого этажа он посматривал вниз, на беспрерывный поток машин, снующих в обе стороны. Тонкая усмешка тронула его полные губы, он знал, что сейчас ни одному человеку в мире ни за что не узнать новое лицо бывшего террориста №1. Послеоперационные швы полностью пропали, также как и широкая окладистая борода, которую любил Усама гладить обеими руками. Террорист исчез в том – старом – обличье, теперь это был совсем другой человек. В этом новом образе он заготовил для своих кровных врагов совсем иные мучения, с которыми ничто не может сравниться. Комедия с поимкой и расстрелом в далеком Пакистане 2 мая прошлого года была продумана до мелочей, один из двойников сыграл свою роль до конца и теперь только он – хозяин этого офиса – только он один знал подробности происшедшего, только он один готовил следующий удар по Америке. У него достаточно помощников, но они все появились много позже, а прежние – мертвы, они готовы были к этому заранее, как и все смертники.