Тайна Пустошей

Виктор запрокинул голову назад и изо всех сил прижался затылком к стене так, чтобы стало больно. Он ведь догадывался все это время, но отгонял эти мысли прочь, а теперь… Если подумать, то именно т е п е р ь это не кажется чем-то плохим, а вселяет хоть какую-то надежду.

– Я уже говорила тебе, что Империя развалилась не сама собой, – продолжала Кристина. – Оппозиция готовит компромат на нынешние правительства нескольких крупных планет, в том числе и Земли. Империя подрывала их авторитет, лишала их абсолютной власти. Сейчас не так важно то, как они заставили императора уйти, важно то, ч т о они собираются делать и делают уже сейчас для упрочнения своих позиций. Я полагаю, что вся эта чертовщина – их рук дело.

Виктор посмотрел на нее и нахмурился.

– Ты думаешь, что крикуны, другие психи и эти злобные духи созданы правительством Земли? – спросил он. – Меня сейчас сложно удивить, но все же. Ты действительно так считаешь?

– Я не уверена, что все так просто, – ответила Кристи, опустив глаза. – Но в одном я не сомневаюсь – правительство имеет к этому отношение. Я видела солдат. Они расстреляли одну девушку у меня на глазах.

Виктор вспомнил про Натана и с сожалением кивнул.

– Так вот, – Кристи опустилась на пол рядом с Виктором. – Я пришла к следующему умозаключению – раз солдаты стреляют в гражданских, значит, гражданские – ненужные свидетели. В таком случае свидетелями чего они могут быть? Исходя из того, что мы видим вокруг, можно предположить, что именно этого кошмара. А о чем это говорит? О том, что наши высокопоставленные враги проводят здесь какие-то опыты. Прямо на нас. Связи с другими планетами у нас нет, транспорт на нашей планете – редкость. Чем не военная лаборатория? Мы подозревали, что все обстоит именно так, но даже предположить себе не могли, что все жители – подопытные кролики. Мы думали, что вся промышленность планеты – мишура, прикрытие для чего-то нехорошего. Все, что происходило до этого ужаса – наша мнимая размеренная жизнь, постоянная, хорошо оплачиваемая работа – все это было подготовкой к эксперименту. А затем настал час-икс, и понеслось.

Кристи перевела дыхание и поправила перевязку – бинт сползал ей на глаза.

– Ладно, – подытожила она. – Все это я рассказала тебе для того, чтобы ты не задавал лишних вопросов и ничему не удивлялся.

– Да я и так уже давно ничему не удивляюсь, я же сказал, – протянул Виктор и взял Кристи за руку. – Я вернулся за тобой и сделаю все, чтобы мы никогда больше не расстались.

Кристи устало улыбнулась и положила голову ему на плечо.

– Так это получается, ты включила тогда тревогу? – спросил он. Девушка молча кивнула. – Значит, ты специально посеяла панику, растрезвонила о вирусе. И сеть внутренней связи взломала, чтобы свое сообщение до всех донести.

– Плевала я на всех, – тихо прошептала она и потерлась ухом о его плечо. – Я только тебя хотела найти. Только тебя ждала.

Затем она резко вскочила и протянула руку Виктору. Он покорно взялся за ее запястье, и она помогла ему встать.

– Мы должны выбраться отсюда, – решительным тоном сказала она. – Я смогу вызвать своих на помощь. Нас не оставят в беде. Пойдем.

Кристина показала головой в сторону выхода – только сейчас Виктор понял, что они сидели в архиве, куда он часто заходил во время работы, чтобы уточнить некоторые детали, и приоткрыла дверь. Раньше не казалось, что архив расположен так далеко от его рабочего кабинета. Она выглянула в коридор, затем вышла. Мастер поспешил за ней.

– Сейчас я должна вернуться в медицинский отсек, – говорила она, торопливо шагая вперед. – Я нашла кое-какие записи персонала, в них упоминаются некие «сумрачные шпионы». Мне кажется, что речь идет именно об этих самых черных духах. В документации имеется формула вакцины от «сумеречного синдрома».

– Чушь какая-то, – сказал Виктор, нахмурившись. – Какие-то шпионы, да еще и сумеречные. Как будто нам обычных не хватает! И что за вакцина?

– Не уверена, – уклончиво ответила Кристи. – Но я видела, как один такой дух вошел в человека. Этот парень мгновенно изменился. И стал пытаться нас убить.

– Кого нас? – спросил Виктор. По коже его пошли мурашки, и хотел он спросить совсем другое, но боялся услышать ответ.

– Нас было трое – я, потом парень, в которого залез призрак, и девушка, которую расстреляли солдаты, – хмуро ответила Кристи. Они уже шли по третьему основному коридору, вокруг было тихо, как в столовой через час после обеда. – Они подошли в медицинский отсек, когда увидели мое сообщение. Ладно, не будем об этом. Эти духи забираются в людей и контролируют их. Возможно, эта вакцина поможет нам, если в одного из нас залезет такая тварь.

Они свернули за угол – здесь и был нужный отсек – и остановились в изумлении. В нескольких десятках шагов от них стоял человек, сложив руки на груди, и довольно смеялся. По обе стороны от него висели в воздухе непроглядно черные тени, контуры которых напоминали человека, укутанного в плащ или халат. Из-под капюшона, как и говорила Кристи, виднелись белые, с едва заметными зрачками, глаза, и белые же жуткого вида клыки. Много клыков. Виктор знал этого человека и, впрочем, даже ожидал встретить его в подобной компании.

– А мы тут вас уже заждались, – весело сообщил Эвансон. – «Ищите меня в медицинском отсеке, ищите меня в медицинском отсеке»… а их все нет и нет!

– Бежим! – коротко бросила Кристина и, резко повернувшись, бросилась назад.

Она добежала до поворота налево и свернула, не сбавляя темпа. Виктор старался не отставать. Поворачивая, он успел заметить краем глаза, что две тени бросились в погоню.

Кристи бежала очень быстро и сохраняла при этом дыхание спокойным и ритмичным, что совершенно не удавалось Виктору. Это было неудивительным, если она и вправду была тем, за кого себя выдавала. Они снова свернули налево.

– Там! – воскликнула Кристи, указывая куда-то вперед. – Смотри!

Виктор сначала не понял, что она имеет в виду, затем смекнул, что речь идет о входе в медицинский отсек – их тоже было два, и если первый перегородил Эвансон, то придется воспользоваться этим. Двери были раздвижными, автоматическими, поэтому им не пришлось тратить время на то, чтобы открыть их. Как только они оказались внутри, и двери благополучно закрылись, Кристина бросилась к столику, на котором были разложены какие-то реагенты, инструменты и блокноты.

– Я успела приготовить все ингредиенты, но не успела их смешать, – пояснила она и принялась чем-то цокать, лязгать и шуршать.

– Ты что, совсем спятила? – возмущенно прикрикнул Виктор, оглядываясь кругом – он умудрился где-то выронить свое оружие и пытался найти что-нибудь подходящее для самозащиты. – Эти штуки будут здесь в любую секунду!

– Успокойся! – хмуро бросила Кристи, рассматривая что-то в микроскоп, который тоже был на столе. Много же она успела туда натаскать. – Ты, кажется, забыл, что эти штуки эфемерные.

Виктор от возмущения даже раскрыл рот.

– И что? – взвизгнул он. – Этим ты меня хотела успокоить?

– Болван! – крикнула она, бросив на собеседника суровый взгляд. – Они нематериальные, понимаешь? Двери реагируют только на твердых людей – плотных и тяжелых! Так что здесь мы в полнейшей безопасности.

Виктор глупо уставился на Кристину, но она отвернулась и продолжила создавать свою вакцину. Он не видел, что она делала, и ему на самом деле это было совершенно не интересно. Он все еще искал то, что могло стать достойной заменой потерянному разводному ключу. Мысль о том, что невесомых духов могла задержать дверь, не укладывалась в голове.

– Что ты ищешь? – удивленно спросила Кристи.

– Точно не знаю, – ответил Виктор, почесав в затылке. – Что-нибудь тяжеленькое.

– Значит, ты хочешь побить привидение? – сардонически добавила она и вернулась к своим склянкам.

Неожиданно двери начали открываться, и Виктор бросился к панели на стене, которая контролирует работу автоматики. Он сорвал верхнюю пластину, взялся рукой сразу за все провода – благо, он так и не снял резиновых перчаток и сапог – и вырвал их. Двери мгновенно захлопнулись, замигала красная лампочка где-то наверху, сообщая о неполадках в системе.

– Сейчас у меня в кабинете, на панели, загорелась такая же, – усмехнулся Виктор, поглядев на потолок, обнаружив лампочку и указав не нее пальцем. – Только вот я сомневаюсь, что смогу выслать ремонтную бригаду.

– Кретин! – бросила Кристи. – Почему они вообще стали открываться?

И словно ей в ответ двери снова поползли в стороны. Виктор бросился к ним и увидел с той стороны Эвансона, пытающегося открыть их вручную. Духи висели в воздухе позади него и ничего не предпринимали.

Видимо, они не только не могли просачиваться сквозь стены, но и пролезть в щель затруднялись.

У дверей не было ручек, поэтому Виктор уперся в них руками и стал давить на них вперед и друг другу навстречу. На его стороне была автоматика дверей, а на стороне Эвансона – возможность более эффективно приложить свою силу. Такое противостояние могло продолжаться долго, но Эвансон бы все равно проник бы внутрь, ведь Виктор совершенно не мог работать на износ.

– Подержи его еще минуту, я уже заканчиваю! – крикнула Кристина.

Мастеру в голову совершенно неожиданно пришла в голову светлая мысль. Он схватил Эвансона за воротник обеими руками и уперся локтями в боковые части дверей. Затем толкнул в стороны и на себя. Удивленный до невозможности Эвансон влетел внутрь, а вход снова оказался закрытым перед самыми призрачными носами духов. Виктор поднял противника на ноги и попытался нанести ему удар в нос, но тот с легкостью парировал этот выпад и каким-то замысловатым приемом поверг противника на пол. На шее мастера сомкнулись сильные, невероятно холодные пальцы. Виктор рубил кулаками воздух, не дотягиваясь до нависшего над ним Эвансона, и отчаянно вертел головой. В глазах потемнело, тело охватила слабость. Над Эвансоном появилась свирепая Кристина и вонзила иглу шприца ему в шею. Тот вскрикнул, отпустил Виктора и повалился на пол рядом с ним. Кристина возвышалась над ними, и в глазах ее не было ни сожаления, ни тревоги. Перед глазами Виктора все двоилось, кроме нее. Он успел подумать, что ему уже порядком надоело терять сознание…

* * *

– А! Капрал Син! Я Вас уже заждался. Как прочел Ваш рапорт, так все предвкушал нашу встречу. Признаться, никогда в жизни не вел такого интересного дела!

– Да, сержант, Вы правы. Дело захватывающее. Обстановка колонии довела жителей до безумия, а как только началась паника, их помешательство переросло из тихого в буйное.

– Как я понял из вашего доклада, Вам удалось-таки найти недостающее звено?

– Виктор Первый, мастер-техник, начальник ремонтного отдела. Его история дополнила мою версию, и она, наконец, приобрела свою конечную форму.

– Ну, рассказывайте, я слушаю. Что это за парень?

– Судя по всему, именно он устроил диверсию с тревогой, распространил слухи о вирусе безумия и напал на упомянутого мною ранее начальника отдела информации.

– Он что, признался? И что с этим… ммм… начальником?

– Он считает, что все вышеупомянутое – дело рук какой-то Кристины. Мы тщательно все проверили – со времен основания колонии ни одной женщины с таким именем на планете не бывало, хоть в это и трудно поверить. Мы проверили также подобные фамилии, нашли фотографии всех женщин, подходящих под ее описание, но Виктор не признал ни одной из них. Он утверждает также, что она военный корреспондент, засланный земной оппозицией, которой, как известно, уже давно не существует. Словом, мы проверили все, что возможно, и я могу с уверенностью сказать, что никакой Кристины не существует.

– Значит, он такой же сумасшедший, как и другие?

– Не сомневаюсь. Он рассказывает нам байки про каких-то крикунов и злых духов. Не говоря уже о том, что ряд свидетелей утверждают, что он бродил по коридорам колонии с закатившимися глазами, с разводным ключом в руке. Многие слышали его нечленораздельные возгласы. Да и просто в его рассказах много логических несостыковок.

– Значит, он тоже рехнулся. Понятно. А как он напал на этого… ну, начальника?

– Здесь не совсем ясно вырисовывается картина. Виктор не отрицает того, что делала Кристина – то есть, делал он сам – но утверждает, что гражданин Эвансон сам напал на него. Сам же Эвансон утверждает обратное. Сама стычка обоими тоже описывается по-разному. Их обоих обнаружили в медицинском отсеке – оба были без сознания. Техник, судя по всему, оказался поверженным, а компьютерщик, возможно, был усыплен чем-то, введенным при помощи шприца.

– Что дальше?

– Гражданин Первый помещен в психиатрическую лечебницу. Признаков прогрессирования болезни у него нет, врачи дают оптимистические прогнозы. Колония закрыта, все выжившие эвакуированы, поставки продовольствия прекращены, агрегаты, отвечающие за обеспечение воздуха, отключены. Углубленное расследование будет проведено земными службами.

– Ясно, капрал. Теперь можем закрыть это дело.

– Но подождите! Виктор знает такое, что не положено знать не только мне, но и Вам. Откуда-то же он это узнал? И мы проверили тот шприц, это…

– Нет, нет и нет, капрал! Остальное не в нашей компетенции. Мы установили причину паники и, как следствие, причину массового психоза, приведшего к многочисленным жертвам… А, черт с Вами! Так что же было в шприце?

– Эвансон отказался от медицинского осмотра. Когда его и остальных свидетелей перевозили на Землю, он, как и некоторые другие, выкупил челнок и отбыл в неизвестном направлении. Где он теперь – неизвестно. Это мне очень не понравилось.

– Да, да, капрал. Поэтому Вы и решили проверить шприц. Так что же в нем было?

– Ничего сверхъестественного, сержант. Обыкновенная ртуть.

* * *

– Я все узнал – она вместе с еще несколькими людьми позаимствовала челнок и отбыла по направлению к Японии, – сказал высокий брюнет, возвращаясь на свое место.

– Ясно, – ответил его друг – курчавый светловолосый парень в очках. – Не понимаю, что она забыла на Японии? А ты что будешь делать?

– Она просила что-то передать мне, – сказал первый. – Но пилот точно не запомнил, что именно – то ли лететь за ней, то ли не лететь. Но я знаю свою невесту – она не могла сказать мне, чтобы я за ней не ходил. Так что я обо всем договорился, и теперь у нас есть небольшой двухместный аппарат.

– У нас? – удивленно переспросил второй.

– Ну да, – ответил первый. – Я надеялся, что ты составишь мне компанию. Когда мы окажемся в том же секторе, что и первый корабль, когда она стартовала, наш серебристый звездолет отправиться по ее следам.

– Ладно-ладно, романтик, – махнул рукой второй. – Уговорил. Куда ты без меня? Еще не на ту педаль нажмешь!

– Ну да, особенно учитывая то, что на космических кораблях нет педалей, – задумчиво пробормотал первый.

– Виктора жаль, – признался второй. – Какой хороший был человек.

– Он жив, – уверенно ответил первый.

– Откуда ты знаешь? – удивился второй. – Ты ведь видел, каким он был?

– Он не умер, – воскликнул первый, сжимая зубы. – Если бы не эти… я бы сам его дотащил!

– Если он жив, – тихо сказал второй. – То в надежных руках. Помни об этом… а лучше постарайся поверить в это.

Больше они не разговаривали – не могли забыть о знакомых, которые остались там, на Титане-2, и больше никогда не вернутся. Вскоре их челнок расстыковался с большим транспортным кораблем и двинулся в ту часть галактики, где находились обитаемые планеты Япония и Квазар-6.

А большой транспортный корабль продолжил путь дальше. От Титана-2, колония на котором теперь была окончательно закрыта, к Земле – родной планете человечества. Это был маршрут, который очень редко использовался – между этими планетами не было даже перевалочного пункта.

Май, 2012 г.

Часть III. Испытание

Большое серое здание, единственное нарушающее природный пейзаж планеты, тихо возвышалось над небольшой рощицей, в центре которой были расположены сигнальные огни, необходимые для посадки челнока, если тот не сможет приземлиться в режиме автоматизированного пилотирования. Климат и наличие воздуха, пригодного для человеческого организма, делали планету подходящей для проживания на ней человека даже без принятия специальных лекарственных препаратов, которые упрощали бы адаптацию к неземным условиям. Еще одним важным фактором являлось наличие на планете кристаллизовавшейся воды, которую можно было употреблять в питье после размораживания. Температура на поверхности планеты тоже не сильно отличалась от земной, но человеку все равно было не просто привыкнуть к атмосфере из-за большой разницы в давлении и, пусть и небольшой, в гравитации.

Здание пустовало уже длительное время, хотя не казалось заброшенным. Окна не были покрыты пылью, растительность не проникла внутрь. Можно было предположить, что еще неделю назад кто-то проводил здесь уборку, но людей на этой планете не было уже несколько месяцев. Природа этой планеты была удивительной для землянина, ведь любой привезенный с Земли организм здесь не гнил и не подвергался обезвоживанию – живой или мертвый. Ученые с огромным энтузиазмом принялись бы изучать этот феномен, но, к сожалению, никто из них и не подозревал об этом месте. Ну, или почти никто.

Транспортный корабль, доставивший на планету новых гостей, сейчас дрейфовал на орбите, все системы, кроме системы жизнеобеспечения, были отключены. Оба пилота мирно спали, зная, что пробудут здесь несколько дней. Им было некуда торопиться и нечего делать, ведь бортовой компьютер сам за всем следил. Вообще-то он и вовсе мог обойтись без экипажа, но Кодекс обязывал пилотов находиться на любом корабле. Бывали случаи отказов автоматики, в результате чего экипаж погибал, просто не имея нужных навыков для посадки корабля.

На планете сейчас находилось всего восьмеро человек. Все они осматривали наземные уровни здания в поисках информации. Двое из них вели беседу в просторном зале отдыха, где располагались кресла, стол, различные осветительные приборы и – главный способ отдыха – несколько огромных шкафов с книгами.

– Удалось что-нибудь найти? – спросил Пьер, развалившись в покрытом толстым слоем пыли кресле, и закинул ногу на ногу.

– Смеешься, что ли? – хохотнул Игорь, бросая на стол пачку пожелтевшей бумаги.

– А это что такое? – Пьер нахмурился и взял несколько верхних листов.

– Точно не знаю, – признался Игорь, усаживаясь в другое кресло рядом с Пьером. – Напоминает какие-то отчеты. Ну, там, знаешь, съели столько-то, нашли столько-то, украли столько-то…

– Как обычно, – пробормотал Пьер, кладя бумаги обратно. – Почему найти сметы, расчеты и прочую дребедень всегда легче, чем важную, нужную информацию? Дневники, журналы учета исследований – или что там еще бывает? – в конце концов, это ведь секретная военная лаборатория!

– Ага, как и предыдущие пять, – буркнул Игорь и замолк, так как в кабинет вошел Мигель.

– Именно потому, что это секретная военная лаборатория, вся важная информация находится под замком, в специальных камерах хранения, – сказал он и положил на стол рядом со стопкой небольшую кожаную папку.

Пьер с нескрываемым интересом наблюдал за тем, как Мигель отгибает тонкие алюминиевые скобы, не позволяющие открыть ее. Игорь фыркнул и отвернулся.

– А это что? – поинтересовался Пьер, когда из папки был извлечен журнал, обтянутый синей пленкой с надписью: «совершенно секретно».

– Карта… в каком-то смысле, – задумчиво пробормотал Мигель и покинул кабинет, листая страницы найденного документа.

Игорь снова фыркнул.

– Мне он тоже не нравится, – сочувственно сказал Пьер и втянул голову в плечи.

– Я не понимаю, зачем он нам вообще? – Игорь раздраженно взмахнул руками. – Мы что, без него не справлялись? Или нашему отряду теперь не доверяют? Тогда зачем нас вообще посылать на эти задания? Пускай испанец сам летает, раз уж он так необходим… стал вдруг.

– Игорь, ты – солдат, не забыл? – меланхолично протянул Пьер. – Сказали взять с собой испанца, значит, так нужно. Не можем ведь мы каждый приказ обсуждать? Мы все-таки отряд особого назначения.

– Ага, бойцы несуществующего фронта, – недовольно проворчал Игорь и стал загибать пальцы. – Пустошь-11, Пустошь-15, Пустошь-2, Пустошь-17 – четыре лаборатории мы уничтожили самостоятельно. На Перекосогорье нам, конечно, помогли местные, но это все равно была наша операция. И еще три лаборатории на Земле, одна на Свободной Американской Федерации и одна на Кеплере 2202. И обошлись ведь безо всяких Мигелей!

– Верно, но ты упускаешь из виду один крайне важный факт – раньше нам не приходилось вести расследований в этих самых заброшенных лабораториях, – Пьер указал пальцем в сторону собеседника. – А мы – команда зачистки. Так сказать, бригада уничтожения того, что осталось от наших прежних работодателей.

Игорь хрипло посмеялся и поднялся с кресла.

– Я-то думал, что заброшенные секретные военные лаборатории – это очень интересно, – признался он. – А теперь понимаю, что самое интересное сейчас происходит там, где наше начальство. Они там что-то разрабатывают, создают какие-то ужасы и благополучно удаляются, оставляя каких-нибудь самодовольных кретинов-ученых. Потом эти ужасы освобождаются, съедают этих ученых и, когда ученые кончаются, сдыхают от голода. И только потом, через годик-другой, эти же самые начальники посылают нас, чтобы мы уничтожили доказательства их деятельности, сделали так, чтобы неудачные эксперименты остались лишь в их неприятных воспоминаниях.

– Ты утрируешь, – укоризненно произнес Пьер.

– Естественно, но смысл передан точно, – сказал Игорь, улыбнувшись, и вышел.

Пьер задумчиво покачал головой и стал перебирать бумаги, принесенные Игорем. Как он и ожидал, ничего интересного там не оказалось. На первый взгляд. В до боли знакомых строчках типа «потрачено» и «остаток на … день», помимо таких обычных пунктов, как вода, продовольствие и топливо, то и дело мелькали совершенно незнакомые Пьеру слова и термины. Но особый интерес вызвала строка «Вывезено с планеты органических материалов: 16 ящиков». Одно то, что какие-то органические материалы вывозили ящиками, уже вызывало много вопросов. Названия у этих материалов тоже не было. Или оно было засекречено. Более того, внимательно просмотрев все бумаги, Пьер с еще большим удивлением обнаружил, что ничего подобного на планету не завозилось ранее, а значит, эти органические материалы именно здесь и создавались. Но разве можно что-то органическое создать из неорганического?

Пьер этого не знал. Его передернуло. За стеной послышались голоса. Недовольный и резкий, принадлежащий Игорю, и спокойный, терпеливый – Мигеля.

– Это не объясняет, почему Вас приставили к нам, – бубнил Игорь, ясно понимая, что все равно никакие беседы не изменят положения.

Они вошли в кабинет. У обоих в руках были металлические ящики, оснащенные кодовыми замками. Судя по запыхавшемуся виду офицера и ученого, ящики были довольно тяжелыми.

– Кажется, Вы, граждане, не совсем понимаете сложившуюся ситуацию, – Мигель поставил свой ящик на стол, глубоко вздохнул и поправил очки. – Вам не просто дали очередное задание и приписали какого-то сотрудника. Ваша команда получила новые полномочия. Это большая честь.

– Угу, я польщен, – сардонически заметил Игорь.

– Какие новые полномочия? – заинтересовался Пьер. – Что Вы имеете в виду, доктор?

– Существует сразу несколько специализированных отрядов зачистки, – пояснил Мигель, делая широкий жест рукой. – Ни одна из этих бригад ничем особым от других не отличается. Они не знают, что уничтожают, не могут вникнуть в суть дела. Но среди членов этих отрядов есть бойцы, проявляющие особый интерес к тому, чем занимались те, чьи останки им приходится уничтожать. Таких людей нужно либо устранять, либо наделять их новыми полномочиями.

Пьер кивнул – он понимал, о чем идет речь. Игорь тоже это понимал. Или делал вид, что понимает.

– Вы оба входите в категорию таких людей, – продолжил Мигель, расхаживая по кабинету взад-вперед. – Стараетесь вникнуть в секреты тех мест, которые уничтожаете. Но вам это не позволено. Было не позволено. Теперь, когда сформирован новый отряд, руководителем которого я и являюсь, у вас появилась возможность узнать все. Или почти все.

– Значит, поэтому нам не позволили работать с предыдущей командой? – понял Пьер. Он поднялся и подошел к Мигелю. – Они просто молча выполняют свою работу, а мы суем нос не в свои дела, так?

Мигель прикусил губу, выбирая правильные слова.

– Не только поэтому, – ответил он. – Эти люди не обладают навыками следователя. Поймите меня правильно – они замечательные бойцы, но воевать здесь не с кем. Нужны люди, которые могут искать то, чего не знают и не понимают. Понимаете?

Пьер с Игорем синхронно покачали головами. Мигель нахмурился. Он не привык работать с дилетантами, которые не улавливают сути, даже когда им преподносили ответ на подносе.