- -
- 100%
- +
Предисловие
Она стояла на мостике, куда всех созвал капитан, чтобы все посмотрели на удаляющуюся Землю.
«Всё, всё кончилось!!! УРА!!!»
Крики доносились отовсюду.
Этого дня ждали все жители Земли, когда мусор, грязь, воздух, который стал теперь токсичен, останутся позади. Всё, теперь их ждали беззаботные дни на VGR-12. Людям не надо спасаться от чудовищ, которые питались этим мусором, и не давали житья. Больше не надо оберегать так сильно своих родных.
Девушка искала глазами его. Она держала на руках маленького мальчика. Ему только недавно исполнился один годик. Как Саша была счастлива, когда год тому назад у неё родился сын.
Она пыталась разглядеть Егора в толпе, пыталась найти его. Но, все лица были такими не знакомыми, такими чужими. Девушке хотелось закричать, позвать его. Саша знала, что он, не только главный техник по защите информации на этом корабле, но и член команды.
И, вот, она увидела, что кто-то идёт к ней. Это был мужчина. Ему было лет 23. Приглядевшись, Саша разглядела в незнакомце, коллегу Егора, их однокурсника, того, кто добивался её, но уступил, когда отношения Егора и Саши разгорелись. Это был простой русский парень, Ваня.
Ваня был одет в форму VGR-12. Именно он предложил Егору поучаствовать в этом проекте. Он, как и Егор, отвечал за информационную безопасность корабля. Его задача состояла в том, чтобы обеспечить жизнь на VGR-12 спокойную и беззаботную.
Тёмно-синяя форма корабля, с жёлтой эмблемой на груди, очень шла молодому человеку. Он медленно подходил к своей однокурснице явно нервничая, будто нёс какую-то ужасную новость.
Мужчина остановился возле Саши. Они молчали. Его весёлый, добродушный вид, с каким он всегда разговаривал с Сашей, да, и вообще со всеми, был спрятан где-то внутри его, словно его и не было.
– Присядь. – Тихо произнёс он.
– Я не хочу, я жду Егора, – Саша заглядывала за Ваню, пытаясь разглядеть мужа. – Он должен вот-вот появиться.
– Саша, Егор очень тебя любил, помни об этом, всегда любил.
– О чём ты говоришь?
– Он был моим другом, он был твоим мужем, но, – Ваня тяжело вздохнул. – Его нет на корабле.
– Он остался на Земле?! Мы его забыли?! – Саша уже хотела бежать к капитану.
– Его нет на Земле. Нет в живых.
Глава 1
Обычное утро.
– Значит, – сказал капитан Буфш, который был без ума от жены Егора. – Он нам не опасен?
– Заморозка продлится столько времени, пока, Вы не решите его разморозить, капитан Буфш.
– Я, что, Крыпс, похож на идиота? Ты же знаешь, что будет, если Егор и его семья встанут за штурвал VGR-12.
Мистер Буфш новый капитан корабля. Раньше, до мусорного кризиса на Земле, он был прославлен дурной славой, ему всегда хотелось большего, чем нужно ему.
VGR-12 никогда не принадлежал ему. Он принадлежал его отцу, который работал с Егором. Именно Егор и его семья должна владеть была этим кораблём, но, поскольку отец Буфша умер, Егор умер, а жена Егора ушла из безопасности корабля, Буфш сам владел им.
– Это отлично, Крыпс, осталось только одно, чтобы она не узнала о том, что её муж жив. Проследи за этим.
Крыпс кивнул и ушёл.
Утро на корабле казалось одинаковым. Солнце вставало, все торопились на работу. В целом, искусственный мир, сделанный на корабле, был похож на тот, который остался где-то там, на Земле. Его всего лишь регулируют. Делают то утро, то день, то вечер, то ночь.
Саша всегда вставала с первыми лучами солнца. Девушка успевала сделать многое: одеться, умыться, убрать свою кровать, приготовить завтрак, немножечко прибраться в доме, перед тем как ей будить сына.
Лучику солнца приходилось только проскользнуть в её комнату, как девушка уже открывала глаза. Она с сыном жила в отдельном доме, который им выделил экипаж корабля в благодарность, и в знак скорби по Егору. Именно в таком доме, они хотели жить вместе. Тут было всё именно так, как они и задумали: большая детская, кухня, гостиная, ванная комната, туалет. А на втором этаже располагалась комната, где они могли бы сидеть по вечерам, или в жаркий день, которые часто были на корабле, загорать, смотреть на город, и, с улыбкой, смотреть за сыном, которая купается в бассейне.
Раньше, если бы кто-то сказал Саши, что можно было бы установить бассейн прямо в доме, она бы посчитала его сумасшедшим, но тут, на корабле, всё возможно. Теперь, если так можно сказать, что всё это, бассейн в доме, второй этаж, гостиная, где может поместиться вся их группа из колледжа, да, и, вообще, весь этот дом, был не нужен ей, когда рядом нет любимого.
Их всего трое в доме: она, её сын, Каррик и их собака, белый пудель, Ренго. Всего трое, в этом огромном доме. Егору всегда хотелось иметь отдельный дом, дом, где всё своё, частный дом. И вот Саша получила его, но, тут нет её мужа.
Девушка встала с кровати и подошла к шкафу. В нём висело много одежды: вечерние платья, которые девушка надевала всего несколько раз, и то, когда был жив её муж, тут даже висел костюм Егора с выпускного вечера. Все эти вещи: вечерние платья, костюм мужа, всего лишь воспоминания о том, какой была Саша до смерти мужа, да и до жизни на Земле, до, того момента, как у неё не осталось почти ничего.
Теперь, это всего лишь вещи, которые причиняли только ей боль. Те вещи, в которых она была на съёмной квартире с Егором, когда они жили вдвоём. Те вещи, которые она носила при нём. Те вещи, которые он снимал с неё по вечерам, причиняли ей боль. Девушка много раз пыталась их забыть, забрасывала на чердак дома, но, они всё равно появлялись у неё в шкафу.
Саша, каждое утро, стояла перед этим шкафом и смотрела на вещи. И именно из-за них, слёзы подступали к глазам девушки. На корабле всегда было достаточно тепло, чтобы одеваться легко. Зима, весна, лето, осень, только календарь и электронный помощник корабля давал понять, что настала ночь или утро, только искусственная луна или искусственное солнце готова была сопровождать день людей.
Девушка достала из шкафа жёлтую, пышную юбку, жёлтую футболку с коротким рукавом и розовые босоножки. Переодевшись, заправив кровать, Саша пошла умываться.
Она тихо шла по дому, стараясь не разбудить своего сына, Каррика. Егор и Саша долго думали, как они назовут своего сына, и решили назвать его в честь героя одной из сказок. Их решение в имени было совместно. Похоже, что и мальчику очень понравилось это имя.
Многие: и родители Егора, и родители Саши, и их друзья, считали, что такое устаревшее имя не подходит для мальчика, но молодые родители никого не слушали. Сейчас, мальчик ходил, как и все, в детский садик. Никто не издевался над ним, наоборот, его многие знали. Ведь его родители были очень известные. Ведь они подарили многим дом. Спасли от голода.
Каждое утро перед тем, как умыться и пойти готовить завтрак, девушка всегда заходила в комнату сына, поправляла ему одеяльце, которое всегда спадала с его кровати, и нежно целовала в лобик. Мальчик, делая вид, будто спит, укутывался в одеяло и улыбался матери.
Саша могла часами сидеть возле кровати Каррика. Он так напоминал ей Егора, она видела в сыне черты мужа. Порой, девушка не могла взглянуть на сына без слёз. Но, ей всегда приходилось убирать их, чтобы Каррик не видел их.
Немного посидев рядом с сыном, девушка взглянула на лежанку Ренго. Пёс уже не спал. Он, наверное, почуял, что кто-то пришёл. Пёс приподнял голову и зарычал. Ренго был настоящим верным другом Каррика, когда тот спал, он лежал возле кровати мальчика и никого не подпускал к маленькому хозяину, никому не давал нарушить его сон.
Саша нежно улыбнулась псу. Она встала с кровати сына и подошла к Ренго. Присев на корточки, девушка протянула руку к псу. Тот доверчиво подставил под руку своей хозяйке. Когда Ренго дотронулся до руки Саши, он стал нежно к ней ласкаться.
Девушка немного потрепала пуделя по его густой, белой шёрстки и пошла на кухню. Ренго, посмотрев на маленького хозяина, убедившись, что он ещё спит, побежал за хозяйкой. Пёс прекрасно знал, что она идёт готовить завтрак. Ренго знал, что его хозяйка всегда пытается придумать что-то вкусненькое для сына, и, когда она готовит что-то, можно запросто выпросить у Саши что-нибудь.
Ренго бежал за девушкой на кухню. Он, будто чувствовал, что вот-вот ему может перепасть что-то вкусненькое, и поэтому старался не отставать от своей хозяйке.
Она вошла на кухню. Кухня, как я уже Вам говорил, находилась на первом этаже. Это было огромное, нет, просто гигантское пространство, где было столько место, что там можно было танцевать. Эта кухня была намного больше той, которая была у Саши на Земле. Девушка лично проконтролировала мужа, чтобы тот заказал дом именно с такой большой кухней.
В углу стоял большой, дубовый стол, за которым стояла три стула. Один стул, всегда был задвинут и пустовал, именно на нём, должен был сидеть Егор. На столе всегда стоял букетик цветов, сделанных из бисера. Цветы были большими, совсем как настоящие, их Саши подарил, когда-то Егор вместо настоящих, зная, что у неё аллергия на цветы. Они радовали девушку каждый день, напоминая ей о муже.
Девушка стояла возле плиты и пекла блинчики, зная, как её мальчик очень любит блинчики, особенно со сгущёнкой. Саша любила смотреть на весёлую, чумазую мордочку сына, которая всегда была вся в сгущёнке. В такие моменты, ей всегда хотелось только одного, чтобы Егор тоже увидел их сына, каким он вырос.
Вскоре, после двух, или трёх блинчиков, которые девушка выложила на тарелку, она услышала, как сверху раздался топот маленьких ножек. Это означало только одно, что новый день действительно начался.
Ренго вскочил с пола и побежал навстречу своему маленькому хозяину. Ему хотелось поскорее увидеть его, облизать его. Ренго был весёлым и очень добрым псом. Он всегда был готов играть, он не давал никому обижать ни Каррика, ни его маму.
Вскоре Саша услышала весёлый лай Ренго и смех сына Каррика, который пытался отбиться от ласки своего верного защитника. Мальчик звал на подмогу маму, но, вместо слова «мама», у него получалась что-то другое, что-то незнакомое. Девушка положила последний блин на тарелку и пошла посмотреть на смеющегося сына.
Каррик весело смеялся, пытался обойти своего верного друга, но Ренго не давал ему пройти. Пёс весело бросался на мальчика, облизывал его. Саша с улыбкой смотрела на эту пару. Её сын был такой счастливый.
– Ну ладно, хватит, Ренго. – Девушка подошла к псу и нежно погладила его. – Лучше пошли завтракать.
Мальчик, спавшись от своего любимца, подбежал к матери и нежно обнял её. Он не успел опомниться, как Саша взяла его на руки и крепко поцеловала в щёку. Прижав сына к своей груди, девушка долго стояла и гладила его по спине.
Каррик почувствовал, как мама стала всхлипывать. Мама нередко начинала плакать, когда обнимала его. Каррик всегда боялся, когда она плачет. Тогда он ещё крепче прижимался к ней и шептал, что она самая любимая мамочка на свете, что он никогда не бросит её. Саша молча соглашалась с сыном, но, на её глазах ещё не высыхали слёзы. Только сама девушка знала, что она сейчас чувствует, Саша чувствовала потерю, которую, увы, она никогда не вернёт.
Но, мы то знаем, что, если что-то начинает происходить, то, уже никогда не может быть, это правда жизни.
Девушка отпустила сына из объятий. По её лицу уже не текли слёзы, но, их всё равно можно было заметить. Они стояли. Стояли в больших, повидавшие многое: и горе, и радость, и смятение, и смущение, и надежду, карих глазах девушки. Саша смотрела на сына сквозь пелену слёз. Но, девушка всё равно видела и чувствовала сына, видела, как он стоит и смотрит прямо на неё.
– Пойдём завтракать, Каррик, уже всё готово, твои любимые блинчики.
Услышав, что на завтрак блинчики, мальчик, наверное, забыл обо всём. Он уже почти приготовился бежать на кухню, в надежде, что мама не вспомнит кое о чём. Но, ему не повезло.
Саша, как и любая мама, заметила огонёк, заметила искорку в глазах сына. Она прекрасно понимала, что он готов был забыть обо всём, забыть о том, что утром нужно чистить зубки и умыться.
Каррик ещё раз крепко поцеловал мать и побежал умываться. Саша не могла без слёз смотреть на сына. Он такой маленький, хотя, ему уже шесть лет, но, Саша до сих пор видела в Каррике ту крошку, которую не давно ещё клала в колыбельку. Видела ту крошечку, которая всегда улыбался ей с утра своим беззубым ротиком. Каррик навсегда останется для Саши крошкой.
Ей всегда хотелось, чтобы и Егор увидел, как изменилась её жизнь. Она не могла сказать, что после смерти мужа, её жизнь превратилась в Ад или в Рай. Девушка не могла сказать, плохо или хорошо ей без Егора, конечно же, она скучала по мужу. Без него, ей было одиноко, особенно по ночам, особенно тогда, когда идёт дождь.
Каррик уже прибежал на кухню и сел на стул. Ренго лёг под столом. Он всё время выглядывал из-под стола, выпрашивая у своих хозяев чего-нибудь вкусненькое. Он то лаял, то скулил, то рычал, даже прыгал под столом, пытаясь привлечь к себе внимание.
Саша положила сыну блины на тарелку и полила их сгущённым молоком. Наверное, каждый ребёнок любит блины, или оладушки, или сырники со сгущённым молоком. Ведь, как бы мы этого не хотели, но все дети сладкоежки. И наши мамы это прекрасно знают. И, поэтому всё время пытаются нам дать что-то вкусненькое.
Девушка налила себе кофе, а сыну – какао. Они молча сидели рядом друг с другом, чувствуя тепло друг друга.
Как это порой странно звучит, им не нужны подарки, не нужны слова, не нужны поступки, им нужно просто-напросто сидеть вместе, быть рядом, чувствовать тепло друг друга, видеть улыбки друг друга, слышать смех.
Порой, Саша радуется, что Каррик не знает ту боль, которую она до сих пор испытывает. Она никогда не пройдёт только потому, что девушка помнит о муже, и не хочет, и никто не заставит, её забыть об этом.
Вот так и живут Саша и Каррик. Они втроём, Саша, Каррик и Ренго. Девушка работает, Каррик ходит в детский сад, а Ренго, а он ждёт их, ждёт, пока они придут домой и позовут его на прогулку. Вот, это и есть настоящая жизнь.
Они медленно завтракали, порой смеялись, порой, Саша щекотала сына, и от этого, завтрак, да, и не только завтрак, но и их дом, становился теплее. Девушка то и дело посматривала на часы. Как бы ей не хотелось, чтобы этот момент продлился дольше, но, так нельзя. Работа, она везде работа.
– Спасибо, мамочка, – Каррик встал со стула и обнял маму. – Очень вкусно.
– Пожалуйста, мой маленький, – девушка держала сына в объятиях. – Нам пора в садик, а мне пора на работу. – Саша отпустила сына. – Беги, одевайся.
Она легонько шлёпнула мальчика по попке. Каррик побежал в свою комнату одеваться в садик.
Саша стала мыть посуду. Это было её обычное утро. Утро, которое предвещает новый день. Но на сей раз, этот день будет отличаться от других дней.
Глава 2
Быстрая река.
Говорят, а ты не слушай, говорят, а ты сделай что-то наоборот. Именно так делают политики, олигархи, миллиардеры, и другие, кто хочет удержать деньги и власть. Наверное, даже через сто лет, или двести, деньги и власть будут играть огромную вещь в нашей жизни. Всегда будет так: у кого денег больше тот и прав. Не важно, что он не прав, у него денег больше, значит он главный.
Власть как мороженое на палочке в жаркую погоду, её удержать возможно, но сложно. Такие люди имеют цепкие пальцы, они, как пантеры, как тигры, как дикие звери, цепляются за неё, и их невозможно остановить. Если есть проблема, её надо решить, но решить сложнее, чем устранить.
Крыпс спустился под город. Обычно, под город никто не спускался. Это не было запрещено, нет, всё в городе было доступно. Просто кто из жителей будет спускаться под город? Все прекрасно знали, что там, как и на Земле когда-то, располагалась канализация.
Это был бесконечный лабиринт, полный воды, тёмный, серый и холодный. Тут пахло только сыростью. Нередко, в таких лабиринтах можно встретить крыс, а самое главное, чудовищ. Именно чудовища, гигантские ящеры, крокодилы с огромной, зубастой пастью, которая может прокусить тебя в одно мгновения, могут повстречаться Вам тут. Так что, если захотите прогуляться по канализации, опасайтесь чудовища.
Он стоял в зимнем пальто, в тёплой шапке, в кожаных перчатках и в резиновых сапогах. Если, кто его увидит в городе в таком виде, то сочтут за сумасшедшего.
Мужчина всматривался в темноту. Он был не из тех, кто всего боялся, но из тех, кто верил в сказки. В бабушкины сказки. Крыпс, хоть и был верным другом, верным и преданным помощником капитана Буфша, но, порой идеи капитана пугали его.
Крыпс уже жил с грузом убийства за плечами. Именно он помог избавиться от старого капитана корабля, именно он заморозил Егора. Они были связаны одной цепью, убийством, двойным убийством.
На его голову упали кусочки льда. Мужчина поднял свою голову. Хоть, он и был в чёрной шляпе с большими полями, которая закрывала его от этого мира, Крыпс почувствовал, как лёд коснулся его.
Мужчина поднял голову. Ему пришлось прищуриться, чтобы разглядеть ледник, который стоял много лет в отделе, которого нет. Невооружённом глазом было видно, что ледник таял.
Его охватил ужас. Мужчине вдруг показалось, что Егор моргнул и даже повернул голову. Холодный пот струйкой побежал по спине Крыпса.
– Давайте быстрее! – Испуганно, но стараясь не подавать виду, произнёс мужчина.
Ему явно не хотелось находиться в этом гадком, противном, мокром, дурно пахнувшим месте. Он спустился сюда только из-за того, что уже стал соучастником преступления, которое совершил уже его капитан.
В какой-то момент, одна из верёвок, которая держала ледник, стала рваться. Крыпс и его помощники прекрасно знали, что будет, если ледник растает прямо сейчас, Егор освободиться. Он вернётся в город, и все поймут, что капитан Буфш всем врал.
Крыпс уже хотел заорать на своих подчинённых, но, было поздно. Верёвки, они лопнули. Сердце мужчины на миг остановилось. Перед его глазами пронеслась вся будущая жизнь, которая, как ему обещал капитан Буфш должна быть прекрасной.
Ледник упал. Мужчины закрыли глаза.
«ПЛЮХ!»
Это последнее, что слышали Буфш и его подчинённые.
Никто не мог открыть глаза. Все боялись увидеть, что стало с ледником. И вот, один из подручных Буфша открыл глаза. Громила, одетый в синий, рабочий комбинезон, который был явно маловат ему, хотя, это был самый большой размер. Этот мужчина был с огромными, волосатыми руками. По виду, он был похож на мясника, а не на грузчика.
Он смотрел вперёд и не мог произнести ни слова. За ним отрыл глаза и его напарник. Его напарник, или напарница, тут не разберёшь. С одной стороны это был мужчина, но, с другой стороны, если присмотреться, то можно было увидеть черты женщины, которые остались в нём, точнее в ней, хотя, не важно после того, как тот сделал операцию по смене пола.
Последним из всех открыл глаза Буфш. Трое мужчин смотрели на уплывающий ледник, который уже почти скрылся за поворотом.
– Что будем делать, босс? – Спросил мужчина-женщина.
– А ничего не делать, парни, – с улыбкой произнёс Буфш. – Дело сделано, он нам не опасен.
Река унесла ледник далеко от того места, где его сбросили. Наверное, прошли тридцать минут, или час, а может быть и полтора. Ледник, который уже подавал признаки того, что он уже окончательно растает. Его пленник мог уже шевелить головой. Мог даже закричать, хотя, это бесполезно.
Егор попытался освободиться, но, это было бесполезно. Он ещё не до конца оттаял.
– Строчки за перестрочки, – выругался молодой человек. – Вот это я и влип. Эй, кто-нибудь! – Заорал Егор.
Но, орать было бесполезно. Он был под городом. Тут, его никто не услышат ведь когда проектировался этот город, когда задумывалась река под городом, то, стены канализации делали шумоподавляющими.
Молодой человек ещё раз дёрнулся, в надежде на то, что вода, пропитавшая ледник, поможет ему вырваться из плена. Он оказался прав. Пробив дыру, освободив руку, молодой человек стал пытаться тормозить, но, это оказалось невозможным.
Даже без карты, Егор мог определить, где он. Его всё дальше и дальше относило от тех улиц, которые всегда были, есть, и будут полны народы. Каждый раз, проплывая мимо канализационного люка, или канализационной решётки, он орал, не кричал, а орал, чтобы его услышали, но, кто его услышит?
Очередной поворот не нёс ему хороших новостей. За поворотом оказался небольшой тупичок для него. Айсберг с Егором несло прямо на стену. Секунда. Другая. Счёт шёл не часы, даже не на минуты, а на секунды.
Молодой человек понял, что вот-вот и он разобьётся. Айсберг вышвырнуло на берег. Он налетел на стену. По нему поползли трещины, и, через пару секунд, он разбился.
Егор упал на, я точно не могу сказать, что это, земля, он упал на поверхность. Молодой человек попытался встать, но, это было бесполезно, ноги, за много лет заточения, не слушались его, они были ватными.
Он попытался сесть, но, сесть, это было громко сказано, скорее всего, он, как брёвнышко переворачивался. Егор стонал от боли. Боль. Его тело ещё не отошло от заморозки. Всё ныло. А его голова, его мозг уже начинал функционировать.
«Сашенька, – имя жены стояло перед его глазами. Он представил, как она стояла с их маленьким сыном и ждала его, а он не пришёл. – Я иду к тебе».
– Капитан Буфш! – Крикнул он так сильно, будто капитан мог услышать его. – Я ЖИВ!
«Я ЖИВ, Я ЖИВ, Я ЖИв, Я жив, я жив» с каждым разом, с каждым приближением к поверхности, эта фраза теряла свою силу. Глупо надеяться на то, что она сможет долететь или до Саши, или до его сына, который даже не слышал голос отца, или до Вани, или до Кайрата, или до родителей Егора, или до Веры Николаевны. Глупо надеяться вообще, что эту фразу кто-то услышит там, наверху.
Там кипит другая жизнь. Все заняты своими делами. Все, кто знает, что он всё равно, даже через много лет заморозки, остался жив. Те, кто могли бы кому-нибудь рассказать об этом, но они не расскажут никому об этом. Не помогут ему. Егор умер второй раз. Теперь-то точно, он больше не побеспокоит никого.
Вернёмся к Саши и Каррику? Как Вы думаете? Наверное, это будет хорошая идея.
Саша крепко держала сына за руку. Они шли в детский сад. Саша и Каррик всегда шли в садик только одной дорогой, через парк, в которым был установлен памятник. Капитану Ленгу, отцу нынешнего капитана Буфша, Егору и команде, которая работала, и сейчас работает в сфере безопасности корабля.
Саша и Каррик каждый день останавливались у памятника и смотрели на него. Казалось, что они пропитывались какой-то энергией на день. Они могли часами стоять тут и смотреть на памятник, но, по утрам, у Саши не было времени, работа подгоняла девушку.
Только благодаря рассказам матери, фотографиям на которых был отец, Каррик знал о том, каким был его папа. Но, он всё равно мечтал увидеть отца в живую. В этот день, ещё раз постояв у памятника, опять же пожелав статуи отца доброго утра и хорошего дня, никто из них не знал, что вскоре, они его увидят в живую.
Садик, куда ходил Каррик, был рядом с работой Саши. Это было очень удобно девушке. Бывает, Саша сидит в офисе, в её кабинете, перебирает бумаги, она отвлечётся от дел и посмотрит во двор садика. Это было очень удобно, особенно, когда Каррик, сбрасывая с себя кепочку бегал по солнцу.
Девушка выглянет в окно и долго смотрит на сына. Иногда, мальчик замечал на себе взгляд строгий, добрый, нежный взгляд матери, и сразу же надевал кепочку. Саша показывала ему знак, что следит за ним, и продолжала работать. Но, порой, её взгляд не срабатывал на нём. Тогда Саши приходилось кричать в окно, чтобы сын обратил внимание на неё.
Если, это происходило, то Каррик, чувствуя виноватым, со стыдом ждал маму и придумывал как бы подлизаться к ней. Он ласкался к матери, мурчал, как котёнок, делал невинные глазки, после которых, мать не могла сердиться на него. Они так же за руки шли домой. Саша всегда доставала из своей сумки конфетку, которая так радовала её сына.
Они прошли через парк. Вот, уже на той стороне улице, офис, где работала девушка, а рядом детский садик. Саша и Каррик стояли на светофоре, который, наверное, невозможно было дождаться. Многие граждане игнорировали запрещающий, красный сигнал светофора и перебегали дорогу прямо перед проезжающими машинами. От этого, тут всегда были аварии. Водители кричали: кто-то из них «культурно» матерился, кто-то «некультурно» матерился, кто-то просто матерился. Какие-то водители просто ждали пока пешеходы пройдут этот участок.
Они стояли на пешеходном переходе. Это был единственный пешеходный переход, где Саша не просто крепко сжимала руку сына, а так крепко сжимала его руку, что у Каррика потом горела рука.