Движение – смерть

– Лучшие друзья девушек – это бриллианты! Лучшие друзья девушек – это бриллианты…

– Привет, Василий, я смотрю, сегодня ты в хорошем настроении?

– А чего мне грустить, все хорошо в мире этом.

– Ну да, ну да. За малым исключением.

– Слушай, давай не будем, сегодня такое чудесное утро.

– Василий, да я и молчу, на тебя любуюсь. Так что же случилось?

– Да так, ничего особенного, иду по тропинке. По ней каждый день хожу, считай что по два раза в сутки.

– Ну, не томи меня подробностями, – прищурившись, сказал Григорий.

– Да я как-то не томлю, рассказываю как было.

На несколько секунд наступила тишина.

– Ну? – всмотревшись в глаза Василия, выпалил Григорий.

– Ну вот иду я по тропинке, смотрю, что-то в гальке блестит.

– Прям блестит?

– Даже скажу, переливается от бликов солнечного света.

– И что? Галька порой так переливается на свету, что и драгоценные камни никнут на ее фоне.

– Ну ты и загнул, Гриш. Галька и камни – как сравнить яичницу с омлетом!

– Не отвлекайся.

– Да ладно тебе. Ты что, куда-то спешишь?

– Да нет, совсем спешить некуда. До утра стоять здесь буду.

– Шутник, – во весь голос рассмеялся Василий.

– Какие шутки. Автобус у меня через десять минут, не успею. Спешить и некуда.

– Да ладно.

– Накладно.

– Ну хорошо, нагибаюсь до земли, а там камешек прозрачный.

– Прям прозрачный?

– Ну да. Думаю, алмаз.

– Думать, как говорится, не вредно.

– Так я и не шибко этому поверил. Иду вот к ювелиру. Вон за тем углом недавно магазин открылся.

– За углом? – спросил Григорий.

– Ну да. Алмаз я в карман спрятал, иду.

– А знаешь, у меня знакомый на рынке работает. Покажи ему. Он человек правильный.

– Вообще да. Лучше, наверное, не к чужим, а к своим людям подойти. Как его найти?

Через полчаса Василий уже подходил к местному рынку разной всячины. Он уже не раз был на нем, то какие-то значки продавал, то марки покупал. А недавно самовар девятнадцатого века приобрел, хорошая покупка, каждый день чай всей семьей пьют.

Василий прошел по рядам, посмотрел на раритетные сумки, зонты. И все до сих пор в хорошем состоянии. Глаз не отвести.

Минут через пять-шесть уже стоял у ларька друга Григория. На стойке было написано: «Ювелирные изделия: куплю, продам, сделаю оценку».

– Это вы Мойша?

– Это вы Мойша? – с издевкой повторил пожилой мужчина. – Таки да. А что? Вы бескультурный молодой человек? Не знаете, что по имени-отчеству пожилых людей называют?

– Извините, пожалуйста, я не специально. Тут дело в том, что я забыл отчество.

– Оно и понятно. Молодежь. Памяти с гулькин нос.

– Ну почему вы так?

– Как? А не учили вас, что спрашивать нужно, если не знаешь?

– Извините, пожалуйста. А как вас по батюшке?

– Неважно, уже неважно. Ты камень принес?

– А как же. Вот он, – Василий вытащил камень из кармана джинсов.

Мойша аккуратно надел окуляр, внимательно посмотрел на лежащий на ладони Василия кристалл.

– Василий, так вас величать? – Василий кивнул. – А дайте-ка мне в руки ваш камешек розового цвета.

– Пожалуйста, – спокойно сказал Василий и протянул свою находку.

– Ну что я могу сказать, – поворачивая и рассматривая кристалл, сказал пожилой человек. – Так сразу и не скажешь. Нужно позвать моего сына, вы не возражаете, он тестер бриллиантов принесет?

– Да, конечно, пожалуйста.

– Иосиф, таки подойди ко мне, сын мой.

Через минуту возле старика стоял накачанный молодой человек.

– Иосиф, посмотри, какой камешек к нам принесли.

Иосиф высунул руку из кармана брюк, быстро взял у отца камень, подняв его к солнцу, несколько раз прокрутил его между пальцами.

– Отец, я думаю, нужно камень тестировать, так сразу не определить, – и передал кристалл и тестер из другого кармана отцу.

– Ну, Василий, давайте проверим, что же вы нам принесли.

– Давайте! – радостно отозвался Василий.

Пожилой мужчина аккуратно положил камень на прилавок, взял тестер и направил его на кристалл.

– Очень жаль, молодой человек, это обычный искусственный камень. Розовый фианит в три карата. Он стоит копейки.

– Обидно, а так хотелось, чтобы это был бриллиант.

– Ну ничего страшного, молодой человек, какие ваши годы, – отдавая фианит Василию, сказал Мойша.

– Да оставьте его себе.

– Молодой человек, мне ничего чужого не нужно.

Василий удалялся от ювелирной лавки, а старый лис, глядя ему вслед, протянул руку в сторону сына. Сын вложил в ладонь отца телефон уже с набранным номером Григория.

– Таки, Гриш, что я тебе хочу сказать. Алмаз, конечно, фуфло, но стоит где-то порядка ста сорока тысяч. Я таки могу дать тебе тридцать процентов.

– Мойша, так дела не делаются, мы же говорили за пятьдесят.

– Да, но мне пришлось привлечь сына, поэтому тридцать, не обижайся, ювелирно подменили.

– Хорошо. По рукам, – Григорий повесил трубку, и послышались длинные гудки.

– Таки покажи мне цацу, мальчик.

Иосиф вытащил алмаз и протянул отцу. Мойша взял его и, причмокнув, прикоснулся тестером.

– Ну, сын, розовый бриллиант сегодня на черном рынке продать можно за несколько миллионов, а дядя Йишай очень много даст, ты таких цифр и не слышал. Он коллекционер.

1