- -
- 100%
- +
С Гусевым они встретились в Калифорнии, недалеко от Сан-Франциско, на вилле с садом и бассейном на берегу моря. Вера шла по берегу и кормила хлебом чаек.
– Сергей Андреевич, я очень рада вас видеть. Как только меня Лавренев предупредил, что вы здесь, я сказала мужу, что хочу съездить на недельку на виллу позагорать, проверить работу прислуги. Джордж, к счастью, не возражал.
– Как у тебя с Джорджем?
– С Джорджем нет проблем. Зарабатывает нормально. Но не могу я вжиться во всё это. Всё чужое, всё не так, как у нас. Между людьми нет отношений. Как бы правильно объяснить? Отношения, конечно, есть – деловые, родственные – как деловые, между мужем и женой – по контракту, то есть, те же деловые. Все расписано: это можно мне, это нельзя, это можно мужу, это нельзя. Я могла в Северске – да и в Москве тоже – в час ночи позвонить подруге и сказать: «Мне плохо, приходи», и она придет. Здесь просто так не пригласишь и в гости не придешь. Получишь открыточку за две недели, что меня с мужем приглашают родственники мужа на ланч или коктейль. Иногда пишут бутерброды принести с собой. Не могу я так ходить в гости, не могу я так приглашать к себе гостей.
На глазах Веры появились слезы.
– Успокойся, Вера. Давай присядем.
Они подошли к бассейну. На площадке стоит большой зонт, под ним стол и несколько стульев. Присели к столу. Стали смотреть на воду в бассейне. Вера успокоилась, вытерла слезы.
– Что я вам рассказываю, вы столько лет прожили здесь, все знаете. А я за прошедший год несколько раз собиралась всё бросить и уехать домой, к маме, к друзьям в Северск. Тут этот губернатор стал приезжать, счет открыл у Джорджа в банке. И я поняла, что нельзя мне уезжать. Боялась вас подвести.
– Я не имею права тебе приказывать. В любое время ты можешь вернуться домой. Работы и там хватает.
– Ничего, Сергей Андреевич, мне уже легче. Я познакомилась с несколькими такими же русскими девушками, живущими замужем за американцами в соседних городах. Научилась водить машину, получила права и езжу теперь к подругам, в православную церковь ходим. Встречаемся по очереди друг у друга, поем наши песни, ругаем наших мужей – жадных, странных, ленивых. Многие девчонки так и говорят о своем муже – «мой дебил». Снимаем таким образом стресс и жить становится легче. Ну что я, в самом деле, Сергей Андреевич, все жалуюсь да плачусь. Не обращайте внимание, уже всё нормально. Я вас по делу хотела видеть. Обратилась как-то ко мне на одном банкете вроде бы родственница кого-то из Белого Дома – Анна Ганау – и попросила позаниматься с ней русским языком. Я спросила, зачем ей это надо, пошутила ? И знаете, что она мне ответила? «Хочу поехать в Россию и заняться любовью с каким-нибудь русским Иваном. Мне рассказывали, что самые сексуальные в мире мужики это русские.
– Что же, приятно слышать, – засмеялся Гусев. – Это вообще стало модно и у мужиков, и у женщин. Хотя для некоторых просто отвод глаз.
– Анне чуть больше тридцати, симпатичная, что для американок редкость. В целом дама обаятельная, хотя с большими закидонами. Сергей Андреевич, а можно мне вопрос вам задать?
– Ну, задавай.
– А кто Чернецова убил? Я ведь его знала хорошо, и Наталью Владимировну, супругу. Или все-таки сам?
– А вот это именно то, чем я сейчас – в числе прочего, конечно, – и занимаюсь. То, что не сам, точно. А вот кто – я бы и сам хотел знать, да и не только я. И ты можешь мне в этом помочь. Впрочем, кто – не так важно. Любая шпана могла – за деньги. Мне важно, кто заказал и зачем. Как ни странно, наши северские дела очень сильно влияют на положение в стране. У нас такое там гнездо… Не исключаю, что если опять продолжится эта игра в суверенитеты, Северск первым станет отделяться. Не дай Бог. Ну, да ладно. Давай-ка, Вера, сделаем так. Скажешь Анне, что у тебя в Северске есть знакомый – Никита зовут.
Вера удивленно подняла брови.
– Да, да, именно капитан Никита Сиренев. Он у нас все еще холостой. Дадим ему боевое задание – влюбить в себя американку – майора досрочно получишь и в Штаты поедешь в командировку. Для развития контакта. Благо английским он владеет хорошо. Пусть она соберется с туристической группой в Северск, а ты предложи ей его телефон. Встретим достойно эту охотницу за русскими мужиками.
Никиту Вера знала, а он даже, кажется, какое-то время был в нее влюблен. Впрочем, в кого он только не был влюблен?
В кабинете Гусева в Северске мало что изменилось. Разве что отсутствие хозяина внесло еле уловимый безпорядок.
– Сиренева ко мне, – скомандовал Гусев по телефону.
Вскоре в кабинет вошел молодой человек не старше 30 лет, с чертиками в глазах, вроде как у гоголевского Ноздрева. Гусев, улыбаясь, сказал:
– Вот что, Никита. Я пригласил тебя, чтобы дать инструкции нового ответственного задания. Тебе предстоит участвовать в приобретении источника информации, так скажем, несколько необычным методом. Объект нашего интереса – гражданка США.
– Сергей Андреевич! Вчера мне Лавренев из Сиэтла звонил и поздравил с большим доверием, которое мне оказано руководством. Сам он был просто в отчаянии, поскольку не рассчитывает получить такое задание до конца своей жизни.
– А ему самому хочется?
– Видимо, да.
– Этому болтуну из Сиэтла я еще всыплю по первое число. Нечего не в свое дело лезть – он женат. Значит, уже знаешь, что тебе предстоит.
– Я всю ночь не спал, Сергей Андреевич, все думал, планировал. Даже замерз.
– С чего бы это ты замерз? Лето на дворе. – Понимаете, товарищ полковник, лежу я в постели, заснуть не могу, планирую варианты выполнения ответственного задания. Вдруг чувствую – что-то холодно стало. Шарю рукой по телу, одеяло ищу – а его нет! Что, думаю, случилось? Где же мое одеяло? Открываю глаза, смотрю – мое одеяло под потолком шалашиком висит. Не понятно, как оно туда попало? В общем, с большим трудом стащил его и укрылся.
Гусев, засмеялся:
– Никита, ты мне честно скажи: ты у меня кто – опер или бабник?
– Обижаете, Сергей Андреевич… и опер тоже!
– Ну, всё, опер. Хочешь стать майором досрочно – иди, готовься к работе.
Никита встал, вытянулся по стойке «смирно»:
– Всегда готов, товарищ полковник! Жизни не пожалею, задание выполню!
– Это я уже понял. Я говорю, чтобы ты английский шел штудировать. Если Анна тебя полюбит, в чем я теперь не сомневаюсь, поедешь в Штаты для развития контакта. Понял?
Никита во весь рот улыбнулся:
– Так точно!
– Я тебе премию выписал, чтобы достойно обработал американскую герл-френд. Зайди в бухгалтерию. Кстати, Анна ждет тебя уже на следующей неделе. А знаешь, кто тебя там встретит? Вера наша, Гремячева.
Никита аж присвистнул.
Город Сиэтл. С трапа самолета сбежал майор Никита Сиренев. С букетом в руках. Вера («Татьяна») уже на месте.
– Никита!
– Ой, Верочка, сколько лет!
– Да уж, это точно.
Никита тут же полез целоваться, но Вера отвела его объятия и серьезно, но нараспев, сказала:
– Тебе другая суждена.
Они сели в машину. Вера положила цветы на заднее сиденье.
– Ну, ты все знаешь. Не мне тебе объяснять. Дело ответственное. Мне удалось выяснить, что Анна Ганау вхожа во многие экономические, да и политические структуры, в том числе очень закрытые. К тому же совершенно помешана на сексе. Но самое главное – она выходит на таких людей, как Генри Киссинджер и даже на некоторых Рокфеллеров. Почему? Она считает себя наследницей рода Гессен-Ганау, которые на протяжении девятнадцатого века роднились с Домом Романовых.
– Это правда?
– Я так не думаю. Но кто его знает, где правда, где ложь, а где… как сказал один французский писатель, при приближении к сущности все двоится. Вот и поди тут разберись. Но то, что ее принимают такие фигуры, как Киссинджер, подозрительно. А в общем, я думаю, просто этот старый фавён на нее запал. А она, по-моему, нимфоманка. Справитесь, товарищ майор?
– А, где наша не пропадала? – резко ответил Никита, а сам про себя с удовольствием отметил, что она знает – он уже майор. Так и до генерала самым простым, дурацким способом можно дослужиться…
Лимузин Веры подъехал к двухэтажному особняку в немецком стиле «югендштиль» начала прошлого века – разновидность модерна. Из-за забора забрехал огромный пес, и наконец, вышла хозяйка – темно-русая зеленоглазая женщина в шали, явно тоже стилизованной под начало века. В руке у нее почему-то была флейта. Такая изысканная внешность изящно контрастировала с грубостью, обращенной к собаке:
–
Shut
up
,
Romeo
! – И пес послушно отправился восвояси.
– O, Tania, glad to see you.
– The same.
– And what a night knight (ночной рыцарь) is with you? I mean, it’s not George. O, it’s delicate about you.
– No, Anna, he’s with me, but not mine. Nikita, “Arcos” ‘s new businessman.
– O, surely for me, Tanechka. – Голос ее стал низким, грудным.
–
Very glad to meet you, mistress Hannah. –
Никита
протягивает
Анне
букет
цветов
.
–
Miss
,
of
course
. Я, кстати (с акцентом) учу русский. Язык предков. Не можете ли вы меня поучить? Я могу дорого заплатить.
– I speak English. Но раз так желаете, давайте говорить по-русски, – ответил Никита.
Все трое поднялись на второй этаж, где уже был приготовлен десерт, фрукты, вино. Сели за стол. Появился пес Ромео, и Анна преображается.
– Go to hell, Romeo.
Ромео, печально опустив голову, пошел в угол.
– Он меня слушается. Беспрекословно (аккуратно выговаривая каждый звук и смеясь). Вообще люблю, когда меня слушаются. Вы будете меня слушаться, Никита?
– К вашим услугам, мисс.
– Я люблю русские анекдоты. Расскажите мне что-нибудь. И чем грубее, чем непристойнее, тем лучше.
– Ну, значит, так. Вы «Войну и мир» читали?
– Оу, конечно! – Так вот, подбегает Наташа Ростова на балу к поручику Ржевскому и спрашивает: «Скажите, поручик, почему все ваши офицеры такие грубые?» – «Они у нас лошадей-с ебут-с»…
– Оу! – закатилась заливистым смехом Анна. Вера слегка улыбнулась. Анекдот-то «с бородой», но Анне в новинку, и грубый, как она и просила.
– Можно я покурью? … Фрейд говорил, что курение – это сублимация игры на флейте. Вы меня поняли, поручик Ржевский?
– Я вас понял. Самое смешное, что я действительно из Ржева.
– А это где? – интонация у Анны все же совершенно английская, не русская.
– На Волге.
– Ах, как я хочу на Волгу…– Анна театрально закатывает глаза.
– А я чувствую, что я здесь уже не нужна. И бизнес, и муж ждет… – резюмирует Вера и поднимается из-за стола. – Я слишком холодна для вашей компании.
– Оу, Вера Холодная… Была такая актриса русская. Говорят, она была девственница.
– Нет, это фамилия ее мужа, которого она очень любила, – сказала Вера и села на место.
«Неужели она знает мое настоящее имя? – мелькнуло у Веры. – Или блефует? Или это просто нервы?» Вера слегка побледнела и вслед за Анной взяла сигарету.
– Ее хоронил весь Священный Синод.
– Ну, не весь, а только те архиереи, кто оказался в это время в Крыму. Но то, что высшее духовенство хоронило актрису, о чем-то свидетельствует, – серьезно сказал Никита. – Впрочем, я думаю, что только о слабости тогдашней Церкви. Я ведь сам из старообрядцев, хотя в церковь давно не ходил. И грешу, грешу, грешу… Как поручик Ржевский.
– Я откланиваюсь, – сказала Вера и решительно встала. – Приятного вам изучения русского. Повторяю, для вас я слишком холодна, – и лукаво улыбнулась.
«А я не знала, что он из старообрядцев, тогда многое понятно – косточка у него явно есть, только вот строгость перешла в эту лихость, ухарство. Впрочем, Сергей Андреевич вроде тоже с такими же корнями – вот и понимают хорошо друг друга – и в бою, и в веселье». Вера спустилась по лестнице, села в машину.
А на верхнем этаже Анна уже причитала:
– Оу, давайте грешит, грешит.
– Прости, Господи, душу грешную, – бормотал Никита.
20.06.95 Сов. секретно
Из Сиэтла, США
Объект «Анна Ганау» действительно представляет определенный интерес. Это на самом деле психопатическая личность с неясными корнями. При этом она постоянно говорит, что имеет какое-то отношение к династии Романовых, что косвенно подтверждает ее болезненный интерес к России и, надо сказать, знание нашей культуры. Проявляет интерес одновременно к Православию и Исламу, формально не исповедуя ни того, ни другого, хотя сама она призналась, что в роду ее были и иудеи, точнее, род идет якобы из Хазарии в результате бегства хазарской аристократии в Европу и Англию. Формально фамилия «Ганау» – немецкая, дворянского происхождения, хотя сама Анна выводит ее из хазарского «хан» или «каган». Поражает ее осведомленность в делах международных организаций и близкая принадлежность к кругу Генри Киссинджера, а также финансовые связи с кругом Дэвида Рокфеллера. Последние обстоятельства представляют для нас особый интерес и ценность. Имеется возможность использовать Анну Ганау для нашего постепенного внедрения в то, что называют «мировым правительством».
«Поручик».
Анна, конечно, догадывалась, что Никита Сиренев – не просто бизнесмен. Да ее это и почти устраивало как искательницу новых впечатлений и новых ощущений. Еще бы – теперь вот и русский Джеймс Бонд, или, как они там говорят, – «Штирлиц»… У Киссинджера она состояла переводчицей русского языка и неоднократно он использовал ее в самых деликатных ситуациях, о чем ни Никита, ни даже сам Гусев вначале не знали. Так уже престарелый Киссинджер возил ее в Лондон, для встречи с делегацией российских масонов, только что получивших в России официальную регистрацию. Ничего, впрочем, особенно интересного там не происходило, кроме того, что всех приняла королева и глава Верховной ложи Англии принц Майкл Кентский – потомок не только Виндзоров, но и Романовых, который спешно сейчас начал учить русский язык. Принц обратил внимание на Анну и пожелал отдельно встретиться с ней у себя во дворце. Киссинджер явно колебался, а потом согласился. О встрече с принцем она рассказала и Никите, но сколь бы он ни добивался подробностей, в том числе и ночью, когда их тела сплетались в одно, ответа майор так и не получил, только «После, после»… А вот информацию про местные, сиэтлские бизнес-круги и даже про их связь с российским криминалом выдавала охотно и как бы походя. Получалось, что за Матюхиным стоит Москва, очень влиятельные в Москве лица, и о нем знал даже ее бывший шеф, Киссинджер, сменивший ее теперь на какую-то двадцатипятилетнюю Лесли Колдуэлл. Иногда, впрочем, она рассказывала семейные предания: якобы все богатые семьи Европы принадлежат к потомкам хазар, а те – выходцы из Вавилона. «Мы – потомки змей, которые когда-то населяли землю, и ваши великие князья и цари – тоже. У всех у нас особая ДНК и мы чувствуем друг к другу влечение. Раз ты меня любишь, а я тебя, значит, и ты не без этого. Люди нас не любят, они стремятся нас уничтожить, но это мы им дали все религии и все царства». Самое во всем этом необычное было то, что весь этот круг, который призван властвовать над миром, объединяет особое отношение к человеческой крови, которая является движущей силой истории. «Да, этим занимаются некоторые евреи, но не только они. Этот культ существует и в тайном католицизме – есть, например, такая организация, как «Братство запретного спасения». Они приносят в жертву молодых женщин из знатных родов. Ты знаешь, Никита, я была одной из них, но об этом узнал Киссинджер, и меня спас. Не знаю, благодарить его или проклинать за это. Про связь «Братства» с вуду и карибской «макумбой» она тоже говорила, но про эти культы Никита знал – им даже читали это на лекциях. Никита над этим посмеивался, но самое печальное было то, что о задании он уже начинал забывать. Анна вскружила ему голову не только ослепительной, всепоглощающей по ночам страстью, но и этими явно полусумасшедшими россказнями, которые он вначале даже пытался сообщить в шифровках Гусеву, вроде вот такой:
..1995
Сов. секретно
Из Сиэтла
Начальнику отделения ФСБ РФ полковнику Гусеву С.А.
Согласно полученной мной при близком общении информации, Анна Ганау является членом основанного в XVI веке в Европе «Ордена Мелюзины», в состав которого сегодня входят, помимо крупных банкирских семейств, члены ряда королевских фамилий и потомки аристократических родов Европы, в том числе проживающие в Америке. Члены ордена считают себя выше всех религиозных и этнических расхождений, поскольку, согласно мифологии ордена, являются потомками шумерско-аккадских и вавилонских царей по мужской линии и полубаснословной женщины-змеи Мелюзины европейских легенд. Они формально принадлежат к разным конфессиям: среди них есть католики, лютеране, англикане, иудеи и даже мусульмане. В то же время члены ордена имеют ритуально-магическое общение с африканскими адептами вуду и афро-карибской «церковью Макумбы», практикующими древние ритуалы с жертвоприношениями. «Орден Мелюзины», в котором особым почитанием пользуется знаменитая фаворитка французского короля Генриха IV Диана де Пуатье, включен в систему «Нового мирового порядка», однако по ряду вопросов расходятся с «Бильдербергским клубом» и «Трехсторонней комиссией» (что это за вопросы, выяснить пока не удалось – судя по отдельным замечаниям Анны Ганау, они касаются места России в будущей мировой системе). При этом Анна Ганау неоднократно намекала, что за «Орденом Мелюзины», равно как и за «Бильдербергским клубом» и «Трехсторонней комиссией», стоит некая могущественная организация, назвать которую она не может, но которая, по ее словам, имеет «внечеловеческое» (extra-human) происхождение. Оперативная разработка Анны Ганау и возможность с ее помощью получать информацию по интересующим нас вопросам, а также, если это удастся, войти в некоторые закрытые структуры Запада, сейчас очень важно для нас, поскольку, как представляется, эти закрытые структуры занимаются приведением современных геополитических конфигураций к их древним прототипам.
«Поручик».
Гусев давно думал, переправлять ли эту шифровку в Центр. В конце концов отправил краткую выжимку – о связях Анны Ганау с Рокфеллером и Киссинджером и о том, что некий «Орден Мелюзины», действующий в рамках Бильдербергской сети, занимает некую особую позицию в отношении России, что еще предстоит выяснить.
Начал читать еще не переведенную тогда книгу Артура Кестлера «Тринадцатое колено» – про хазар и про то, что европейская аристократия и европейские евреи имеют одни общие – хазарские – корни. Вот почему Гитлер побаивался немецких знатных родов и боялся с их стороны покушения. Но ведь покушение действительно было! Совпадение? Впрочем, Гитлер нам не указ, – думал Гусев. – Не зря наши с ним воевали, а Отечественная совсем другое, чем революция. А, может быть, надо было все-таки с ним договариваться? Кто победил в конечном итоге? Америка да Англия. Да, еще Израиль. Но Израиль мы прозевали сами. Сталин враждовать с ним как с государством не хотел, хотя всю моссадовскую сеть из Союза и собирался вычистить. Почему его и отравили. Но Анна Ганау… Хазария и Романовы… Какая связь? Не через гессенский ли княжеский дом Ганау? Но гессенские курфюрсты были иллюминатами и жили за счет Ротшильдов. Чем глубже в историю, тем все запутаннее и страшнее… И почти всегда – какая-нибудь женщина. Каждая эпоха рождает таких загадочных женщин. Анна Ганау – кто же она такая?
В шифровке Гусев старался включать только те сведения, который начальство могло переварить. А то не только Никита, ни и сам мог по шапке получить и отправлен в какие-нибудь уфологи или масоноведы, среди которых бывших и сбрендивших сотрудников до двух третей. А одна треть – поэты, с них взятки гладки. Это ведь все и есть поэзия, только еще и страшная. Только, быть может, в поэзии, как в вине – или в крови – и сокрыта истина?
20.10.1995 Сов. секретно
Из Северска
Начальнику Управления ФСБ России генерал-лейтенанту Волкову А.С.
От закордонного источника «Поручик» получена информация о поставленной перед подразделением ФБР штата Вашингтон задачей по выявлению русского агента в руководстве местного банка, а также проверке всех связей русского бизнесмена из г. Северска Гусева Сергея Андреевича подозреваемого в принадлежности к ФСБ России и сотрудников представительства возглавляемой им фирмы «Арко» в г. Сиэтл. Для сведения сообщаю, что помощник начальника местного областного управления ФСБ подполковник Васечкин Дмитрий Николаевич уволился из органов на пенсию и принят на работу в качестве начальника отдела в областную администрацию.
Начальник отделения Управления ФСБ России
Полковник Гусев С.А.
21.10.1995 Сов. секретно
Из Северска
Начальнику Управления ФСБ России генерал-лейтенанту Волкову А.С.
От закордонного источника «Поручик» получена информация о проведенной вербовке сотрудниками ФБР Анкориджа уголовного авторитета из города Северска по кличке «Тунец». В ходе вербовочной беседы от него в письменном виде получена информация по обстановке в криминальной среде города, компрометирующие материалы на ответственных работников городской администрации и руководителей правоохранительных органов города и области. Полученные материалы переданы в ЦРУ.
С информацией ознакомлен начальник областного управления ФСБ России.
В связи с поступающими от трудовых коллективов города предложениями выдвинуть меня кандидатом в депутаты прошу Вашей санкции на участие в выборах депутатов областной Думы, которые состоятся в декабре с.г.
Начальник отделения Управления ФСБ России
Полковник С.А.Гусев
«Похоже, придется легализоваться, но ведь работать можно с разными лицами. Все будет одно, – работа. “Аркос” можно и свернуть – думал Гусев. – А вот что, кажется, начали на Матюхина выходить, ценно. Правда, голову надо будет рубить сначала не ему, а тем в Москве, кто за ним приглядывает, а иначе толку не будет. Все равно хорошо. И есть от Никиты еще кое-что, кроме бреда».
Неожиданно пришла шифровка – от него же, от Никиты.
1.11.1995 Сов. секретно
Из Сиэтла.
Начальнику отделения управления ФСБ РФ полковнику Гусеву С.А.
Объект «Мелюзина» была по представлению неизвестных мне лиц введена в Учредительный Совет только что созданной британской неправительственной благотворительной организации «Хейло Траст», целью которой является, как сказано в ее Уставе, «восстановление и развитие разминированных полей в Чеченской республике Ичкерия» после известных событий. По ее словам, представители «Хейло Траст» намереваются в течение полугода-года связаться с «президентом Ичкерии» Асланом Масхадовым с целью открытия представительства «Хейло Траст» в Грозном. Формально президентом «Х.Т.» является британский бизнесмен Гай Уиллэби. Для будущего представительства в Чечне он назначил британского подданного Чарли Эмса и гражданина Зимбабве Томаса Дибба. Последний известен как адепт «Церкви Макумбы», соединяющей католицизм с афро-карибскими культами. Он – советник американского Института международных отношений (CFR), созданного после второй мировой войны бывшим министром иностранных дел США Джорджем Кенноном (ранее послом в СССР) и финансируемым ныне Дэвидом Рокфеллером и Джорджем Соросом. Через функционеров афганского движения «Талибан» «Хейло Траст» связана с лидерами чеченских ваххабитов, заверяя чеченцев, что решительно поддерживает «Талибан» и состоит из друзей исламского мира.
«Поручик»
Гусев задумался. Информация ни к Северску, ни к Матюхину отношения не имеет… Отбивать – не отбивать?… «За то, что не в свое дело лезешь, можешь и по шапке получить, полковник. Да и по голове где-нибудь железным прутом… И все-таки нельзя этого так оставлять». Гусев понимал, что, быть может, вот тут-то и завязывается самое главное. Не идти же на поводу у мелкого страха…
10.11.95 Сов. секретно
Из Северска
Начальнику Управления ФСБ России генерал-лейтенанту Волкову А.С.
От закордонного источника «Поручик», занимающегося изучением коррупционных связей должностных лиц г. Северска в США, получена дополнительная информация, связанная с положением на Северном Кавказе. В Лондоне только что создана неправительственная организация «Хейло Траст», официальной целью которой объявлено содействие разминированию полей в Чеченской республике. Организация связана с террористическим движением «Талибан» и надеется с помощью Аслана Масхадова установить свое представительство в Грозном. Ее официально возглавляет британский бизнесмен Гай Уиллэби, а будущими представителями в Грозном назначены британский подданный Чарли Эмс и гражданин Зимбабве Томас Дибб, являющийся также советников американского Института международных отношений (CFR).
Начальник отделения Управления ФСБ РФ